Экономика на рельсах (РЖД files)

Затем с комментариями к докладу выступил начальник Департамента долгосрочной тарифной политики и стратегического развития ОАО "РЖД" В.Н. Варгунин. Он, сначала отметив те элементы доклада, с которыми согласен, высказал несколько замечаний к некоторым тезисам. Один из важных его тезисов был таким: то распределение грузов по тарифным классам, которое было сделано в 1995 году породило «ложные инвестиционные ожидания», что так будет всегда. Но, как говорится, никто не обещал, что так будет всегда – со временем эти соотношения должны меняться. Например, если погрузка угля растёт (а Варгунин особо подчеркнул, что уголь на горизонте с 2003 по 2026 год – один из самых быстрорастущих грузов), то приходит пора пересмотреть заложенную изначально дифференциацию тарифов. Так же в докладе прозвучали дежурные аргументы про порожний пробег, эту часть я пропущу, потому что об этом много написано ранее. Так же докладчик посетовал на то, что автомобильный транспорт субсидируется через налоговые платежи, а железнодорожный сам платит дорожный налог. На этих аргументах я тоже останавливаться не буду, потому что они много раз обсуждались во времена В.И.Якунина и здесь были снова в том же виде повторены. А вот, что было самым интересным, так это то, что В.Н.Варгунин обозначил основные направления реформирования системы тарифов, над которыми сейчас работает РЖД. 1) В тех сегментах, где уровень конкуренции уже высок РЖД предлагает в идеале полное дерегулирование тарифа, но в качестве компромисса вместо полного дерегулирования – повышение гибкости; например, за счёт расширения возможностей использования тарифного корридора и расширения диапазона возможных изменений тарифа как вверх, так и вниз. 2) Реформировать накопившуюся диспропорцию между тарифами на порожний и гружёный пробег вагонов. «Возможно, придётся снизить тарифы на гружёные рейсы и увеличить тарифы на порожние рейсы» - отметил Варгунин. 3) Изменение соотношений (дифференциации) тарифов для случаев, когда перевозка является входной и выходной для какого-то производства – на сырьё, которое предприятие потребляет и готовую продукцию, которую отгружает. (Все более-менее знают о подобных предложениях по паре грузов алюминий-глинозём; предлагается расширить применение такого подхода и для других пар грузов сырьё-продукция). После того, как были названы три причины, мне вдруг вспомнился куплет из «Наутилуса Помпилиуса»: «Три армии собрались на расправу в ночь Три черных начала, три дьявольских сна Три мёртвых начала адских трех рек Что мог с ними сделать один человек?» Но Варгунин продолжил доклад, сказав, что к трём названным мерам ещё бы добавил четвёртую: нужно «посмотреть на те диспропорции, которые есть между разными видами транспорта», и тарифными мерами повлиять на то, чтобы грузы не уходили с железных дорог. «Мы всё же заинтересованы в том, чтобы грузы не уходили с железной дороги» - отметил главный тарифщик РЖД. Помимо прочего В.Н.Варгунин отметил, что тариф РЖД это не единственные расходы грузовладельца, и что «более 50% занимают расходы на операторов и на порты». Но этот тезис опроверг глава компании «Русский уголь» Владимир Коротин, он сказал, что «61% в цене угля – это тариф РЖД, примерно 15% расходы на перевалки в порту, а расходы на операторов он назвал в 1-2%. Я сначала подумал, что это оговорка, потому что мы все привыкли обсуждать долю оператора в транспортных расходах, но нет это не оговорка, просто это доля не в транспортных расходах, а в конечной цене угля в порту. Данные, приводимые на 11 слайде презентации Д.Токмина в части операторской составляющей подтверждают оценку В.Коротина (0,2 руб на тонну из 7,6 руб. примерно 2,6%), что же касается доли РЖД, то на слайде Токмина эта доля на апрель 2026 г. составляла почти половину – 47 % (3,6 руб на тонну из 7,6 руб). Ярко и, как обычно, парадоксально, выступил С.С.Ермолаев, который часто на конференциях высказывает какие-то неочевидные тезисы (тезисы, которые не дублируют то, что говорят другие и заставляют посмотреть на привычные вещи под непривычным углом). В частности, комментируя позицию РЖД о том, что экспорт на Восток для РЖД убыточен, он отметил: «Но если верно утверждение, что экспорт угля через Восток для РЖД убыточен то почему мы не видим усилий РЖД по переключению этого экспорта на другие, неубыточные для РЖД, маршруты? Например мы не видим мер по заманиванию объёмов угля на Северо-Запад. Ведь там у нас недозагруженные порты, включая ту же Лавну. Если РЖД не делает этих усилий, то либо этот тезис про убыточность экспорта через Восток не верен, либо РЖД недорабатывает». Комментируя идею повышения порожнего пробега и снижения гружёного, Емолаев отметил: «Это просто способ спонсировать экономику грузоотправителей, которые везут груз с краёв страны вовнутрь страны за счёт экономики грузоотправителей, которые везут груз из середины страны – к краям». Иначе говоря, это спонсирует и стимулирует импорт и дестимулирует экспорт. Кроме того, Ермолаев отметил, что та тарифная политика, которая ведётся после 2022 года привела к усилению инвестиционной активности в технологии, которые снижают зависимость от железных дорог, например, инвестиции в аммиакопровод (Кингисеп), который позволит увестит грузы с РЖД в трубу, инвестиции в развитие перевозок в МКР (мягкие контейнеры или биг-бэги), которые облегчают, при необходтмости переход от перевозок по жд к перевозкам на автотранспорте и т.д. «То есть мы готовимся к уходу с железной дороги там, где это возможно», подытожил он. И к этому подтолкнула именно тарифная политика после 2022 года. Остальные участники повторяли свои старые тезисы, которые уже звучали не раз, поэтому не буду здесь их дублировать для экономии места. В целом, конференция оказалась довольно интересной, думаю и представители РЖД и представители рынка выходили из зала чуть более интеллектуально обогащёнными, чем они были до конференции. * * * Отдельно отмечу ещё один момент. На кофе-брейке, в очереди к кофейному автомату ко мне подошёл один из руководителей одной из компаний – «дочек» РЖД и сказал: «Фарид Иосифович, рад с Вами познакомиться, я вырос на Ваших статьях». Это было очень приятно. Когда слышишь такое, то утверждаешься в мысли, что научные и просветительские публикации – это всё не зря!