Right Place

Если бы вы пили с Анной Маньяни, она бы не позволила вам использовать декантер. «Не смейте закрашивать мои морщины, я их долго зарабатывала!» – осаживала она голливудских гримеров. Обожаю говорить о возрасте вина, разве что чуть меньше, чем пробовать старые винтажи. Конечно, не о том, как они меняются химически – для этого есть умные винные авторы. Мне хочется о жизненном. У нас, людей, есть длина и ширина, высота, температура, цвет, запах и вкус. Как-то хулигански звучит, но правда же! И про вино то же самое. Есть у нас обоих и ещё одно важное (главное?) измерение – время. Старая бутылка – как тренажер осознания его ценности. И всегда повод для дополнительных разговоров и воспоминаний. Что там было, в 2010-м, 1995-м, 1986-м? Помимо того, что где-то кризисы и войны, а где-то взлеты и надежды, солнце грело холмы так и сяк, град побил часть урожая, а потом сентябрь утешал упоительным спокойным теплом. Как это всё приземляет, ведь лозе на винограднике все равно, что вы купили новую машину или развелись, а президент принял такое-то решение. Но и это можно вспомнить, если в бокале и за столом хорошо! На нашей последней дегустации (Боже, позавчера) главным героем стала Scarpa La Bogliona 2012 года. Скоро все начали звать её просто «двенадцатый» – почему? Потому что самое приятное. И характеризует главную черту этого вина из барберы (!) – красивую развитость. Такую никак не заработать за пару лет, только 10, 15, 20. А ещё после всех этих винтажей приятнее говорить о своем возрасте. Вот мне завтра (Боже, завтра) 36. 1990 год был не очень, посредственный, но знаете, когда в вас самих чего-то не хватает, это ищешь снаружи. А снаружи интересно. Желаю каждому побольше удовольствия от лет в себе и вине! Приберегите себе достойный винтаж к дню рождения;)