uk
Feedback
кПТСР: чемодан с текстами

кПТСР: чемодан с текстами

Відкрити в Telegram

кПТСР в жизни, культуре и психотерапии. О комплексной травме и психотерапии. Канал веду я - Анастасия Жичкина (@sova_i_zerkalo), социальный психолог, кандидат наук, приемная мать и человек с опытом особого родительства.

Показати більше

📈 Аналітичний огляд Telegram-каналу кПТСР: чемодан с текстами

Канал кПТСР: чемодан с текстами (@cptsd_suitecase) у мовному сегменті Російська є активним учасником. На даний момент спільнота об'єднує 11 373 підписників, посідаючи 1 904 місце в категорії Психологія та 57 176 місце у регіоні Росія.

📊 Показники аудиторії та динаміка

З моменту свого створення невідомо, проект продемонстрував стрімке зростання, зібравши аудиторію у 11 373 підписників.

За останніми даними від 11 липня, 2026, канал демонструє стабільну активність. Хоча за останні 30 днів спостерігається зміна кількості учасників на 91, а за останні 24 години на -5, загальне охоплення залишається високим.

  • Статус верифікації: Не верифікований
  • Рівень залученості (ER): Середній показник залученості аудиторії становить 49.48%. Протягом перших 24 годин після публікації контент зазвичай збирає 16.98% реакцій від загальної кількості підписників.
  • Охоплення публікацій: В середньому кожен допис отримує 5 627 переглядів. Протягом першої доби публікація в середньому набирає 1 931 переглядів.
  • Реакції та взаємодія: Аудиторія активно підтримує контент: середня кількість реакцій на один пост – 341.

📝 Опис та контентна політика

Автор описує ресурс як майданчик для висловлення суб'єктивної думки:
кПТСР в жизни, культуре и психотерапии. О комплексной травме и психотерапии. Канал веду я - Анастасия Жичкина (@sova_i_zerkalo), социальный психолог, кандидат наук, приемная мать и человек с опытом особого родительства.

Завдяки високій частоті оновлень (останні дані отримано 12 липня, 2026), канал підтримує актуальність та високий рівень охоплення публікацій. Аналітика показує, що аудиторія активно взаємодіє з контентом, що робить його важливою точкою впливу в категорії Психологія.

11 373
Підписники
-524 години
+217 днів
+9130 день

Триває завантаження даних...

Хмара тегів
Немає даних
Виникли проблеми? Будь ласка, оновіть сторінку або зверніться до нашого support-менеджера.
Вхідні та вихідні згадування
---
---
---
---
---
---
Залучення підписників
липень '26
липень '26
+59
в 2 каналах
червень '26
+204
в 4 каналах
Get PRO
травень '26
+201
в 5 каналах
Get PRO
квітень '26
+175
в 1 каналах
Get PRO
березень '26
+181
в 3 каналах
Get PRO
лютий '26
+159
в 1 каналах
Get PRO
січень '26
+185
в 0 каналах
Get PRO
грудень '25
+166
в 1 каналах
Get PRO
листопад '25
+247
в 2 каналах
Get PRO
жовтень '25
+229
в 1 каналах
Get PRO
вересень '25
+245
в 4 каналах
Get PRO
серпень '25
+251
в 2 каналах
Get PRO
липень '25
+358
в 4 каналах
Get PRO
червень '25
+385
в 6 каналах
Get PRO
травень '25
+713
в 11 каналах
Get PRO
квітень '25
+561
в 11 каналах
Get PRO
березень '25
+1 418
в 17 каналах
Get PRO
лютий '25
+277
в 7 каналах
Get PRO
січень '25
+301
в 2 каналах
Get PRO
грудень '24
+240
в 8 каналах
Get PRO
листопад '24
+178
в 3 каналах
Get PRO
жовтень '24
+226
в 4 каналах
Get PRO
вересень '24
+207
в 2 каналах
Get PRO
серпень '24
+393
в 6 каналах
Get PRO
липень '24
+403
в 4 каналах
Get PRO
червень '24
+175
в 1 каналах
Get PRO
травень '24
+257
в 3 каналах
Get PRO
квітень '24
+721
в 7 каналах
Get PRO
березень '24
+304
в 4 каналах
Get PRO
лютий '24
+349
в 4 каналах
Get PRO
січень '24
+533
в 3 каналах
Get PRO
грудень '23
+240
в 1 каналах
Get PRO
листопад '23
+233
в 3 каналах
Get PRO
жовтень '23
+142
в 2 каналах
Get PRO
вересень '23
+282
в 0 каналах
Get PRO
серпень '23
+225
в 0 каналах
Get PRO
липень '23
+219
в 0 каналах
Get PRO
червень '23
+461
в 0 каналах
Get PRO
травень '23
+829
в 0 каналах
Get PRO
квітень '23
+92
в 0 каналах
Get PRO
березень '23
+484
в 0 каналах
Get PRO
лютий '23
+738
в 0 каналах
Дата
Залучення підписників
Згадування
Канали
11 липня+3
10 липня+5
09 липня+11
08 липня+6
07 липня+4
06 липня+6
05 липня+3
04 липня+2
03 липня+9
02 липня+4
01 липня+6
Дописи каналу
ПРАВО БЫТЬ (продолжение, начало здесь)   В терапию такой человек может приходить, как в меме «хочу преодолеть перфекционизм наиболее эффективным способом». Может быть постоянно, сильно и нереалистично недоволен собой. Терапевт в этом случае может видеть проблему в повышении самооценки и пытаться ее решить через фактчекинг, списки достижений – но это не проблема самооценки и она не решается так. Человек может рисоваться. Может подыгрывать терапевту, говорить не то, что чувствует, и даже не то, что думает, а то, что, по его мнению, нужно сказать.   Выйдя с сессии, человек пытается снова согнуть себя в бараний рог: нужно быть сильным. (в чем сила брат ) Сильным можно быть не за счёт слабых. Не закапывая в асфальт и не затыкая те части себя, которые не нравятся. Без насилия. Если достигать своих целей, учитывая свои «не могу» и «мне сложно», можно добиться большего - за счет того, что прогресс будет идти не рывками, через надрыв, насилие над собой, а затем прокрастинацию - а уверенно, спокойно и постоянно. Можно быть связанным с людьми, не отказываясь от себя. И эта связь будет даже более глубокой и сильной, потому что угодничество на самом деле осложняет отношения: сложно иметь дело с человеком, по которому невозможно понять, чего он хочет. Вопрос: останется ли что-то в тебе, на что можно опереться, если не будет превосходства, достижений, обаяния - и если не нужно прятаться? А если ничего не останется - то как так получилось? Какой опыт к этому привел? И можем ли мы в реальном времени организовать себе противоположный опыт? И если можем - то как? С этого момента становится важно, что я хочу - не что мне необходимо сделать, чтобы на время закрыть ощущение черной дыры внутри себя, а чего хочу сейчас именно я? Удобно ли мне в данный момент сидеть, или я привычно терплю дискомфорт? Я хочу есть? Пить? В туалет? Как я себя сейчас физически чувствую? Я хочу чай или кофе? Если я устал и не могу сказать, почему - я могу дать себе отдых, или без уважительной причины это не лезет? Замечаю ли я, когда я чего-то не могу, или когда мне трудно – и что тогда я делаю для себя? (если не извлекается корень из дискриминанта, я обычно грущу). Говорят «нужно принять», но, может быть, я хочу плакать, орать и беситься – и когда я реально разрешаю себе по этому поводу плакать, орать и беситься, это и будет «принять» - принять свою реакцию на свое несовершенство.   Что я переживаю? У меня есть место, где я могу говорить о том, как я себя чувствую, чего хочу, о том, что у меня что-то не получается? Есть ли хотя бы один человек, который меня видит и для которого я имею значение - и если есть, верю ли я этому опыту, или сознание подсовывает привычное «Кому ты нужен (нужна)»? То, чем я занимаюсь в жизни - учусь, или работаю, или ращу детей - это мой выбор? Тот человек, с которым я сейчас - это мой выбор? Могу ли я сказать «этот человек для меня важен, и я выбираю быть с ним»? Верю ли я, что мне в принципе нужен этот опыт своей ценности - или каждый раз звучит внутреннее «никогда хорошо не жили, нечего и начинать»? История рассказывается действиями. История о моей ценности – это то, из каких моих действий в мой адрес понятно, что я имею значение.

2
ПРАВО БЫТЬ VS ПОИСК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ СУЩЕСТВОВАНИЯ Один из вариантов травмы отношений - когда внутренний мир ребенка: потребности, желания, чувства - не имеет значения. Когда для семьи важно только то, чему можно дать оценку - внешнее, полезное. Не важно: что человек расстроен, не хочет идти в сад или есть суп, рассердился, ошибся и испытывает стыд, не смог сделать что-то, что очень хотелось, и переживает соответствующую ситуации гамму чувств. Это семьи, в которых есть кто-то с зависимостью - но не только. Это может быть любая семья, в которой взрослым не до ребенка - которая перегружена работой, болезнью близкого, необходимостью выживания, борьбой с психической болезнью, и т.п. Тебя видят, только когда ты делаешь что-то ценное - что-то можешь. Когда ты не можешь, ты пропадаешь со всех радаров всех своих близких.   Единственный способ сохранять связь с людьми – это доказывать свою нужность или хорошесть. Жизнь превращается в сбор доказательств своего бытия.   Мне нужно доказать, что я эффективно работаю – иначе я почувствую себя никем. Нужно сильно превосходить всех – иначе я не существую. Важно быть милым и удобным – иначе меня нет. Мне нужно спрятаться и не попадать в ситуацию оценки – иначе все увидят, что я только делаю вид. Проблема в том, что если я НЕ попадаю в эту сетку - то я НЕ СУЩЕСТВУЮ. В лучшем случае это «не существую» ощущается как пустота внутри, черная дыра, пронзительная боль, как будто меня проткнули: вот же я, почему вы ведете себя так, будто меня нет? Если я не получаю то, чего хочу, мне лучше покончить жизнь самоубийством - не потому, что за это будут ругать, потому, что не существовать очень больно. В худшем случае это ощущается как неотвязный импульс действовать: я ничего не чувствую, но мне нужно все время чего-то добиваться. - Зачем? - потому что иначе меня не будет".     «Меня нет» только звучит легко – а ощущается так, что иногда люди говорят, что лучше покончить жизнь самоубийством. Альтернатива адаптации – небытие. Скрытая растерянность – «я не знаю, кто я, и я не знаю, как жить» - и стремление найти ответ в чем-то внешнем – потому что ответы всегда были снаружи и никогда не опирались на «чего хочешь именно ты». Черная дыра внутри. Очень злой и очень радикальный внутренний критик, и не только потому, что винили и стыдили, а потому, что внешний идеал – это хоть какой-то ориентир в мире, к которому не выдали инструкцию. Единственная внутренняя константа, на которую можно опереться – то, что со мной что-то глубоко не так. Поэтому, если мне говорят, что я хороший, важен, меня любят, то я никогда не верю – я не знаю, как это. Человек, который был любимчиком в семье, в которой его замечали только при условии веских доказательств, получает комбо, из которого очень сложно выбраться: у меня все получается, меня хвалят и ценят за мои положительные качества, почему мне так плохо? Травмирующий фактор сложно найти, как черную кошку в темной комнате, потому что ее там нет. Травмирующим фактором было то, чего не было – внимание к ребенку как к человеку. Ловушка для взрослого, выросшего в таких условиях - в том, что эта посттравматическая адаптация высоко оценивается обществом. Человек, который работает по 14 часов в сутки и очень эффективен - сотрудник года. Женщина, которая никогда не повышает голос, максимум может трагически вздохнуть - идеал жены и матери. Не ныть, не хотеть ничего для себя, быть продуктивным. Что не так? Фрэнк Йоманс, ТФП-терапевт, говорит: нет ничего плохого в том, чтобы быть хорошим - если человек не пытается быть хорошим за счет других. Я бы добавила: нет ничего плохого в том, чтобы быть сильным, успешным и нравиться людям. Проблема возникает, когда человек делает это за счёт части себя. Своих реальных желаний или потребностей. Своего «я не могу». Своего ощущения «я имею значение - независимо от эффективности и от того, насколько я удобен для других». Своего «я живой и имею право быть таким, какой я есть».
1 695
3
ОНЛАЙН-ФЕСТИВАЛЬ ДОКАЗАТЕЛЬНОЙ ГРУППОВОЙ ТЕРАПИИ: тело как опора, работа с кПТСР, групповой протокол EMDR, стыд как препятствие к работе в группе С 6 по 12 июля - уже на следующей неделе - пройдет онлайн-фестиваль доказательной групповой психотерапии. Организатор - центр групповой терапии "Мы вместе", который многие знают по группам поддержки при кПТСР. Фестиваль бесплатный, но для участия нужно зарегистрироваться через бота. Доклады на фестивале будут, например, такие: 🌻 6 июля, 19:00 "Пространство быть: как тело становится опорой при фундаментальном кризисе безопасности" Ведущая: Клавдия Кубаткина 🌻 8 июля, 12.00 "Место, где не нужно справляться в одиночку. Групповой протокол ЕМДР G-TEP" Ведущая: Светлана Шрон 🌻 9 июля, 11:00 "Стыд и другие барьеры к участию в групповой терапии" Ведущая: Виктория Пилюгина 🌻 9 июля, 14:00 "От выживания к жизни: 3 этапа групповой работы при КПТСР" Ведущие: Анна Беленко, Светлана Шрон 🌻 10 июля, 14:00 "Тени прошлого в сегодняшнем дне. Эмоциональные флешбэки при кПТСР" Ведущие: Анна Беленко, Светлана Шрон Полностью расписание можно посмотреть здесь (время московское). Организационный пост (как все будет проходить) - здесь. Зарегистрироваться на фестиваль можно через бота: https://t.me/wegrouppsy_bot
4 008
4
"НАДО ОТГОРЕВАТЬ" VS КАПЛИ ВНИМАНИЯ "Надо отгоревать". Рекомендация, занимающая почетное второе место по частоте встречаемости среди титанических точечных ударов, которые точно должны помочь - после абсолютного чемпиона "надо принять". Ни одна из них не работает, но обе тиражируются как признанное средство от любого разлада с собой и миром: принять, отплакать, и будет вам счастье. Пит Уокер, автор известной книги о кПТСР, тоже внёс сюда свой вклад, цитируя одну из своих клиенток: "Пит, я хотела вам сказать, что разговоры о горевании, которые вы вели со мной несколько лет, были бесполезны, но теперь я понимаю..." Разговоры о горевании действительно были бесполезны, той клиентке не показалось. Но терапия в целом бесполезной не была. Сумма капель внимания со временем проточила камень диссоциации - и женщина наконец соединилась со своими чувствами, ощутила, как ей с тем, что с ней произошло, и вот это "почувствовала" и было гореванием. Каждую из капель внимания в отдельности не заметили ни она, ни Пит Уокер. Они заметили результат их многолетнего действия - что преграды для горя там, где она была, больше нет, и процесс горевания течет свободно, - и приписали успех терапии гореванию. В этом восстановление при кПТСР может быть очень похоже на то, как кПТСР формируется. Каждое из событий, которое приводит к кПТСР, может быть вполне выносимым, - но невыносима их сумма. Каждое из событий, которое вносит вклад в восстановление, может быть незаметным, и ему не придадут значения ни клиент, ни терапевт, - даже если это такой терапевт, который много лет занимается комплексной травмой, как Пит Уокер. Но именно сумма этих точечных эпизодов внимания к себе дает результат - восстановление. Комплексная травма не вправляется, как вывих, титаническим точечным ударом, который приводит к мгновенному исцелению - этот образ многократно растиражирован в массовой культуре, но это вообще не работает так. Восстановление возможно, если каждый день пускать в свою жизнь капли внимания к своим процессам. Восстановления не произойдет, если эти капли внимания в свою жизнь не пускать. Если человек на сессии сидит с включенными мессенджерами - потому что для него нормально и привычно, что всегда есть что-то более важное, чем он сам - мессенджеры забирают те капли внимания, которые могли бы пойти на восстановление. Если человека все время что-то отвлекает от сессий, и между сессиями он не то чтобы сосредоточен на себе, всегда есть более важные вещи, чем я - в его жизни нет вообще никаких капель внимания, великая сушь. В том числе поэтому психотерапевты настаивают на регулярных встречах - в интересах клиента, а не только потому, что терапевт тоже человек, и ему тоже не помешает регулярный доход. Но если - так тоже бывает - человек между сессиями постоянно внимателен к тому, что с ним происходит, что он чувствует и чего ему хотелось бы - терапия будет ему помогать, даже если он ходит раз в полтора месяца. Отдельно важно: принуждение что к гореванию, что к принятию ("надо!") не работает. Потому что не работают силовые решения в эмоциональной сфере. Если пытаться втолкнуть себя в горевание с позиции: мне очень хреново, что мне сделать, чтобы стало полегче, психолог сказал "отплакать и принять". Если я обращаюсь к себе: как меня задолбало это твое состояние, а ну поплачь уже, чтобы больше без вот этого вот - внутри от этого кто-то замрет и затаится, но плакать не будет. Люди плачут кому-то, чтобы их услышали. Они не плачут "для чего-то" - а если они так делают, это обозначается как "крокодиловы слезы" - неискренние, ничего общего с исцелением. Сердцу не прикажешь. Эмоциональные проблемы не решаются принуждением. Они решаются вниманием. Заметить, что со мной. Спросить себя, как я сейчас, что со мной сейчас, чего я сейчас хочу, что со мной происходит. Дать этому время и место в своей жизни. Отреагировать на это, возможно, не благостно - но отреагировать. Вступить в диалог. Если это не получилось, подождать и попробовать еще раз. Сделать так очень много раз. И ждать, когда капли внимания сделают свою работу.
6 125
5
В России вышла книга о работе с посткомбатантами и их близкими. Примерно треть книги касается ПТСР в результате военного опыта (это кПТСР, и по данным исследований, и по описанию, но автор использует термин "ПТСР"). Эту книгу написал священник для священников. Она называется "Возвращение: духовные и практические аспекты поддержки участников СВО и их близких". Если, дочитав до этого места, вам захотелось прокомментировать пост с позиции того, что есть очень плохие люди, которым так и надо - я очень прошу вас воздержаться. Люди с военной травмой - это реальность любого воюющего государства. Но обсуждение этой травмы и особенно опыта, который к ней привел, в воюющей стране - это политическое высказывание. В этих условиях у автора - Игоря Куликова, диакона - получилось написать максимально неангажированную и честную книгу. С примерами переживаний военного опыта, которые я бы советовала читать не в любом эмоциональном состоянии. Количество случаев ПТСР в результате военного опыта в книге оценивается "до 15%" - что намного реалистичнее, чем "не более 3%" из выступления в Думе Решетникова, с одной стороны, и "это отработанный человеческий материал" о всех воевавших, с другой стороны. (Есть данные исследований, что в зависимости от военной кампании, частота военной травмы может быть и 37% - но когда официально 3%, озвучить данные о 15% - это уже огромный прогресс). Восстановление может занять до 3 лет, пишет автор. Очень подробно описана феноменология военной травмы - посткомбатанты приходят с ней именно к священнику, а не к психологу. В частности, это стремление воевавших к простым силовым решениям, которые в мирной жизни нарушают УК, а на фронте именно такие решения - единственно правильный вариант: Трудно стоять на светофоре и пропускать людей, когда горит красный свет. Трудно удерживать первый порыв быстро решить конфликт физическими методами. Это ощущение отчуждения: «Ты там не был, ты не можешь понять». Это недоверие к миру: Разрушается базовое доверие к миру. У многих появляются мучительные мысли о том, насколько мир несправедлив и опасен. Многие после возвращения становятся очень скрытными. Как правило, они никому не могут полностью доверить свои мысли и переживания: ни врачу, ни психологу, ни священнику, ни близким, даже если с ними хороший контакт. Это вера в чудо - обратная сторона недоверия, которую я, если бы могла, добавила бы в критерии кПТСР седьмым пунктом, настолько это распространено: Человек может так и говорить: «Мне бы исповедоваться, причаститься, пособороваться, а то мне тяжело, что-то со мной происходит». Этим «что-то» может быть что угодно, в частности, флешбэк (например, постоянные сны о своих погибших сослуживцах либо об одной и той же боевой ситуации). Не имея опыта поддержки военным психологом, не разбираясь в симптомах ПТСР и боевой психотравмы, многие комбатанты считают это чем-то ненормальным и даже сверхъестественным... При таких проявлениях они (и их близкие) считают, что помочь может только Церковь. Причём формат «духовной» помощи представляют в оккультном, магическом ключе: «Мне надо что-то сделать. Куда-то съездить, с кем-то поговорить, какую-то воду выпить, какую-то молитву прочитать, поставить где-то свечку, чтобы это прекратилось» (Напрашивается продолжение: нужно объяснить посткомбатантам про ПТСР, кПТСР, и что восстановление - это немаленькая работа, но автор - священник, и он пишет, что нужно объяснить суть таинств: что они никак не связаны с магией и магическим образом изменить состояние человека не смогут.) Совершенно с тем же запросом сталкиваются и терапевты - вера в то, что возможен титанический точечный удар по симптомам, который точно поможет, вера в волшебное "все станет хорошо" как противовес безнадежного "все было и будет плохо". Книга будет интересна тем, кому интересен опыт военной травмы.
6 748
6
КАК ПОМОЧЬ СЕБЕ В ХРОНИЧЕСКИ НЕБЕЗОПАСНЫХ УСЛОВИЯХ? 1. Реалити-чек: верно распознавать угрозы Основная проблема с CTS – переживание угрозы может «замыливаться». В результате как сам человек, так и консультант, который с ним работает, может плохо дифференцировать реальные и воспринимаемые угрозы: «Консультант может быть полезен клиенту только в том случае, если способен мыслить достаточно ясно и допускать возможность вероятной будущей угрозы, а не отрицать этот элемент текущих обстоятельств индивида». Именно поэтому в марте 2022 года было столько гневных реплик по поводу советов «подышать и успокоиться». При этом техники заземления в ситуации длящейся угрозы использовать можно – но не для полного расслабления, а для того, чтобы снизить перегрузку и быть в состоянии принимать решения. Цель работы – не ощущение «я сейчас в безопасности» (возможно, именно сейчас я - не в безопасности, а на войне плохо выживают люди с медленной реакцией). Цель - не терять чувствительность к угрозам и при этом быть в состоянии дифференцировать реальную и воображаемую угрозу. Фактически в жизни человека могут сочетаться оба вида угроз – «если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят». Поэтому в работе с человеком  в ситуации продолжающейся угрозы часто важно, наоборот, поощрять настороженность к риску. Эта идея поддерживать настороженность резко противоречит обычной логике работы с травмой.   2. Не-смирение «Гневно пейте воду, злобно спите по восемь часов, яростно ходите на терапию. Не дайте этому себя разрушить».  Подходят любые способы отделить себя от травмирующих обстоятельств: я - не то, что со мной происходит. Важно найти в своей жизни то, что не подчиняется травматической ситуации, а зависит только от собственных действий, и практиковать это. Продолжать искать выход, если он в принципе возможен. Брать всю возможную помощь, находить людей, с которыми хочется поддерживать отношения.  Помнить, что травматичная ситуация конечна – и даже если она длится долго и становится привычной, это не значит, что она нормальна. «Это закончится» - только один из способов провести границу. Есть другие способы. Зимой 1942 года в блокадном Ленинграде профессор Захарий Френкель, занимавшийся проблемами активного долголетия и составляет для своей ученицы программу докторской диссертации о демографических сдвигах в осажденном Ленинграде и в темноте читает лекцию «Перспективы удлинения жизни». Одновременно с ним, в феврале 1942 года, связист Николай Никулин - в будущем искусствовед, сотрудник Эрмитажа, автор книги «Воспоминания о войне» – в перерывах между боями за Погостье Ленинградской области, где погибло 9 из 10 его однополчан уходит в воспоминания о довоенном времени: Когда выдавался свободный час, я закрывал глаза в темной землянке и вспоминал дом, солнечное лето, цветы, Эрмитаж, знакомые книги, знакомые мелодии, и это было как маленький, едва тлеющий, но согревавший меня огонек надежды … среди жестокости, голода и смерти. … Вероятно, эта трансформация, этот переход из жизни в мечту спасли меня. В Погостье «внутренняя эмиграция» была как будто моей второй натурой».   В 1943 году узница Освенцима Шарлотта Дельбо, в будущем - писательница, автор трилогии «Освенцим и после», находится среди подруг, которые поддерживают и пытаются спасти друг друга. В 1944 году узник трудового лагеря Йонас Мекас, в будущем – поэт, режиссер, один из ведущих деятелей американского киноавангарда - возмущается и жалуется на все, что его окружает в этом трудовом лагере. Даже если эти меры никак не помогают изменить внешнюю ситуацию – а они часто не помогают, потому что давление снаружи многократно превосходит возможности людей сопротивляться - даже если они не приводят к оптимальной адаптации, которая, как пишут Игл и Каминер, «в таких контекстах чрезвычайно труднодостижима, поскольку социальный контракт между государством и индивидами фундаментально нарушен» - они помогают сохранить внутри себя островок нормальности.
3 909
7
СИТУАЦИЯ ДЛЯЩЕЙСЯ УГРОЗЫ: НЕПРЕРЫВНЫЙ ТРАВМАТИЧЕСКИЙ СТРЕСС (CTS) Мне часто пишут: вы говорите «это закончилось», имея в виду травматические события - но что, если это не закончилось? Во многих контекстах "закончилось" звучит как наивная реплика Петра I из мема про дождь: не будет же он 300 лет идти. До буквы П из аббревиатуры ПТСР нам всем ещё очень далеко (слова одной из коллег) Есть понятие «CTS (Continuous Traumatic Stress)» - «продолжающийся травматический стресс». Его нет в классификаторах (т.е. это не диагноз), но оно описывает очень распространенную реальность - когда неблагополучие продолжается.   Джиллиан Игл и Дебра Каминер, авторы программной статьи об CTS 2013 года, так и пишут: «Существующие формулировки реакций на травматический стресс по-прежнему исходят из предположения, что воздействие травмы находится в прошлом, хотя оно вторгается в настоящее мучительными и дезадаптивными способами … Идея «непрерывного» травматического стресса связана с признанием того, что для многих граждан современного мира воздействие травмы является не прошлым или «пост»-событием, а актуальным в настоящем и реалистично ожидаемым в будущем». CTS - это последствия жизни в условиях длящейся реальной угрозы, которая актуальна сейчас и может повториться в будущем. Близкое понятие «ongoing threat» (длящаяся угроза), используется в контексте домашнего насилия.   Термин «CTS» был предложен психологами из ЮАР: Джиллиан Стрейкер и командой консультантов Sanctuaries, применительно к людям, жившим в условиях апартеида и репрессий.   В результате каких событий возникает CTS? - «война низкой интенсивности», где часто происходят террористические атаки, в том числе против гражданских целей - бесконтрольные действия репрессивных сил государства - хроническое насилие на территориях, где доминируют банды - среди беженцев в ксенофобной среде, где они могут быть убиты, ограблены или подвергнуты насилию. - в ситуации домашнего или партнерского насилия. Ключевой фактор CTS: непредсказуемая угроза физической безопасности в будущем. Игл и Каминер подчеркивают, что контексты, в которых возникает CTS, «сильно отличаются от отношенческих (relational) контекстов, описанных применительно к кПТСР Герман и ван дер Колком», но тут же пишут: важным фактором CTS является отсутствие защиты со стороны государства, либо государство само является источником террора: Одна из черт, характеризующих контексты CTS, состоит в том, что в них происходит сбой обычных систем закона и порядка…. исполнителями насилия и зверств были именно те, кто обычно должен был бы отвечать за регулирование насилия и защиту сообществ.  Этот тезис возвращает понятию CTS отношенческий контекст и полностью повторяет тезис Джудит Герман о травмирующем влиянии нарушения общественного договора. Как проявляется CTS? Израильские авторы в работе 2021 года разработали опросник (11 пунктов, ниже - примеры), по результатам которого выделили три фактора: 1. Истощение и отстранённость: •  «Я чувствую себя психически истощённым/истощённой»; •  «Я чувствую, что моя жизнь не имеет смысла»; •  «Я чувствую, что никто меня не понимает». 2. Ярость и ощущение предательства: •  «Мне трудно контролировать свои эмоции»; •  «У меня бывают эпизоды ярости»; •  «Я чувствую себя преданным/преданной». (и снова отношенческий контекст) 3. Страх и беспомощность: •  «Я чувствую, что моя жизнь в опасности»; •  «У меня возникают сильные чувства страха или ужаса»; •  «Я чувствую, что не могу защитить людей, которые от меня зависят». По сравнению с ПТСР при CTS меньше частота интрузий и выше частота тревоги, депрессии и соматизации. Ряд пунктов авторы интерпретируют как изменения ощущения собственного «Я» - социальное отстранение, чувство пустоты, безнадёжность и отчуждение.   Выглядит очень похоже на кПТСР - но, в отличие от кПТСР, симптомы CTS прекращаются в безопасной обстановке. Уровень CTS выше у более молодых людей, у женщин, у одиноких людей и людей с доходом ниже среднего – но не связан с травмированностью в прошлом, а связан с тем, насколько близко человек живет к месту опасности.
3 380
8
Опрос для всех, кто покупает бумажные книги - как вы предпочитаете их покупать? Пожалуйста, отметьте варианты ответов, с которыми вы согласны. Можно сразу несколько.
5 313
9
Новый тираж "Ну что с того, что я там был: путеводитель по кПТСР" 🌻 В Москве книга теперь продается в "Фаланстере" (Тверская
Новый тираж "Ну что с того, что я там был: путеводитель по кПТСР" 🌻 В Москве книга теперь продается в "Фаланстере" (Тверская, 17), и даже дешевле, чем она была на Озоне - за 1500 рублей: https://yandex.com/maps/-/CHRaYB-u 🌻 С доставкой ее можно заказать на Авито у нас. Не смотрите, что это Авито: книга новая, красивая, упакована в пленку и поверх в картон, доставка на выбор: в "Пятерочку" (5Post) либо курьерская Яндекс.Доставка: https://www.avito.ru/pushkino/knigi_i_zhurnaly/anastasiya_zhichkina_putevoditel_po_kptsr_7998886271 🌚 Продажи на Озоне и других маркетплейсах не планируются в связи с грабительскими комиссиями.
0
10
Даже если со мной не хотят или не могут сейчас говорить, я могу спросить себя: «Что с тобой на самом деле происходит?» и «Чего ты хочешь?». Даже если я сейчас не могу себе помочь, я могу сказать «Я сейчас не могу ничего сделать. Но я вернусь и попробую еще раз». Связь прокачивается в реальном времени, буквально как мышцы в зале. Мы не находим внезапно «внутреннего родителя» - но каждый раз, когда я обращаюсь к себе, я и есть тот самый взрослый, для которого я имею значение. - Внутренние дети, о которых все говорят, это реально? Мне все время кажется, что это какая-то искусственная конструкция. Внутренние дети, конечно, не существуют физически. Любые субличности - это метафора, в той же степени, в которой метафоричен любой интерфейс. Вы нажимаете на крестик на экране телефона, и приложение закрывается. Но внутри телефона нет никаких крестиков, и нет приложений в том виде, в котором вы их видите на экране. Крестик и возможность на него нажать – это интерфейс, чтобы управлять процессами внутри телефона. Практически невозможно посмотреть внутрь своей головы изнутри головы. Но если вынести внутренние процессы вовне – они сразу становятся более понятными. "Внутренний мир наружу" - называлась старая книжка по психодраме. Мы можем писать о том, что с нами происходит, рисовать это на бумаге - делая то, о чем мы говорим, материальным, то есть совсем уж, физически, реальным. (именно поэтому так популярны нейробиологические объяснения – в том числе концепции про триединый мозг и поливагальная теория (обе опровергнуты, обе используются в работе терапевтов как метафоры внутренних процессов). Недоверчивому сознанию нужны физические кнопки, чтобы нажимать - которые можно не только вообразить себе, но и потрогать физически. Нейробиология очень хорошо подходит на роль такой кнопки – фактически оставаясь одной из самых востребованных терапевтических метафор: никто из терапевтов на нейробиологическом уровне не работает.) Одна из таких метафор, которые помогают посмотреть на внутренний процесс со стороны – субличности как отдельные живые существа. Эта метафора не всегда нравится тем, кому важна научная обоснованность: никаких детей и прочих сущностей внутри головы точно нет, а нейробиология как субстрат психики точно есть. Но зато эта метафора намного лучше помогает испытать сострадание к себе-пострадавшему – а сострадание живому существу помогает выстроить с этим существом очень сильную связь. - Мне просто нужно все оплакать, но я не могу. Оплакивание – это только часть восстановления. Начать нужно с признания: того, что тяжелый опыт был, и того, что этот опыт оставил следы. Зло существует, и оно случилось со мной. Оно закончилось, но оставило след – внутреннюю рассогласованность. То, почему человек становится уязвим в какие-то моменты, почему на него вдруг что-то находит, связано с конкретным прошлым опытом. Поэтому мы говорим про детство, и не только про детство. Чтобы сочувствовать ребенку, который упал и разбил коленку, мне нужно знать, что он упал, разбил коленку, и никого не было рядом - вовсе не для того, чтобы сразу обвинить родителей и закончить пораньше. Пока я не знаю о том, какой опыт привел вот к таким изменениям личности – я могу думать, что у меня просто такой характер, или РЛ, или БАР. Но если я знаю и чувствую, что мне пришлось пережить – я могу себе сочувствовать. И вот когда мы признаем тяжелый опыт и признаем, что он остался в прошлом, а не продолжается сейчас – этот опыт получает внутреннюю опору, которая совершенно не обязательно только с детства. Внутренняя опора – это я и есть, когда я соединяю в себе то, что было разорвано травмой. Я соединяю разорванные связи - затем, чтобы было мне внутренне не одиноко. Мне может быть по-прежнему больно, страшно и стыдно - но во всем этом я буду уже не один. Со мной будет суть и основа меня. То, что делает меня живым.
0
11
ВОССТАНОВЛЕНИЕ И ЧАСТИ: ГДЕ КНОПКИ, ЧТОБЫ НАЖИМАТЬ Основная проблема при комплексной травме – в том, что она приводит к расколу личности, структурной диссоциации. Именно поэтому на человека помимо его воли «что-то находит» - тревожные мысли, раздражение, непонятные перепады настроения, целые картинки из прошлого, достаточно невыносимые. Способы справляться с этим невыносимым, которые никому не нравятся – алкоголь, вещества, РПП, запойно сидеть в телефоне или играть в игры, - или, наоборот, не давать себе присесть, работать и учиться в разы больше, чем можешь. Все это – части (а не только внутренние дети, как иногда считается). - Очень странно и непривычно, что я состою из частей. Это не распад личности? Части есть у всех людей: все когда-то тревожатся или смотрят сериалы, чтобы отвлечься. Но только при структурной диссоциации импульсы рассогласованы с выбором: я знаю все о гигиене сна, я эти знания могу транслировать, и я же не могу себя уложить спать до трех часов утра. - Части – это же внутренние дети, разного возраста, и еще критик. Как они могут выстроить связь между собой? Частей намного больше. Меня бесят другие люди, и терапевт бесит – это часть. «Уничтожить…уничтожить.. уничтожить…» - тоже часть. Накатывает тревога без понятных внешних причин, а если причины есть, они явно недотягивают по масштабности до тревоги – часть. Желание как можно сильнее обаять собеседника, так, чтоб с гарантией, чтоб никакой чужой инициативы помимо моего контроля – тоже. Не доверять никому (и себе). Ничего не чувствовать, отключив уязвимость - именно поэтому человек с кПТСР часто ощущает себя роботом. Уязвимая пострадавшая часть может даже не замечаться - ее отодвигают в сторону другие части. Та, что хочет заглушить переживание. Та, что в ярости. Те части, которые решают вопрос так, как привыкли, но исходный импульс связан именно с уязвимостью и желанием ее защитить. Об этих частях человек с кПТСР может даже не знать – но о них обычно хорошо знают его близкие. Связи выстраивают не разные детские части друг с другом, конечно же. Связи со своими частями, детскими и не только, выстраивает сам человек. - Вот мы найдем части, и что с ними делать? Так и жить фрагментарным? Купил айфон - а чо с ним делать, где кнопки, чтобы нажимать? Самим тем фактом, что мы нашли эти части, мы делаем шаг к тому, чтобы вырастить новые связи между ними - взамен естественных, которые были расколоты травмой. То, что мы делаем с частями – мы выращиваем между ними хаб. Источник внутренней связи. То, откуда берется сострадание к себе: селф, «здоровый взрослый», мудрый разум, авторская позиция. Внутренняя опора и поддержка, тот, кто на моей стороне даже тогда, когда я накосячил – не потому, что это маленький косяк или не мой, - а потому, что правда нехорошо вышло, и это очень жаль. Части - это интерфейс, который нужен, чтобы вырастить внутреннюю связь. Если нет частей, то связывать как будто нечего - разные "Я" просто сменяют друг друга, без связи и без сострадания. Когда мы соотносимся с частями, любым способом, - мы самим обращением к ним шаг за шагом строим связь, разорванную травмой. Мы замечаем части – сам факт рассогласованности с выбором – чтобы их понять. Мы слушаем внутренние голоса, но не слушаемся их, с нейтральной территории, как слушал бы хороший журналист. Мы думаем о частях, визуализируем их, и это тоже связь – думая, я оставляю с тем, о ком я думаю, кусочек своего сознания. Мы что-то чувствуем в их адрес – то есть, находимся с ними в отношениях. Будем реалистами – внутренний критик, скорее всего, не станет конструктивнее вот так сразу от того, что его послушают. Но даже обмен репликами в ключе «ты ничего не добился – так это из-за тебя, дятел» - это уже диалог, которым вы можете управлять. Будем реалистами еще раз – скорее всего, пострадавшая часть не прыгнет в объятия вот так сразу, от того, что ее заметили и с ней пытаются говорить. Но по крайней мере, когда вы говорите, слышат вас все части, а слышать – это тоже держать связь.
0
12
Люди, которые обращаются ко мне как к психологу, часто спрашивают, что такое части личности и как может помочь работа с ними. В двух постах ниже я постаралась ответить на самые распространённые вопросы о частях и восстановлении при кПТСР.
0