Обновление / Renovatio
رفتن به کانال در Telegram
Renovando maneo. По всем вопросам: @firefight_er / сообщения канала Дзен: https://dzen.ru/renovatio ВК: https://vk.com/project_renovatio Boosty: https://boosty.to/renovatio
نمایش بیشتر4 055
مشترکین
+1724 ساعت
+397 روز
+9930 روز
در حال بارگیری داده...
کانالهای مشابه
ابر برچسبها
اشارات ورودی و خروجی
---
---
---
---
---
---
جذب مشترکین
ژوئیه '26
ژوئیه '26
+55
در 3 کانالها
ژوئن '26
+102
در 15 کانالها
Get PRO
مه '26
+49
در 1 کانالها
Get PRO
آوریل '26
+60
در 8 کانالها
Get PRO
مارس '26
+65
در 5 کانالها
Get PRO
فوریه '26
+94
در 7 کانالها
Get PRO
ژانویه '26
+87
در 9 کانالها
Get PRO
دسامبر '25
+190
در 13 کانالها
Get PRO
نوامبر '25
+180
در 15 کانالها
Get PRO
اکتبر '25
+118
در 4 کانالها
Get PRO
سپتامبر '25
+142
در 10 کانالها
Get PRO
اوت '25
+124
در 9 کانالها
Get PRO
ژوئیه '25
+185
در 8 کانالها
Get PRO
ژوئن '25
+135
در 5 کانالها
Get PRO
مه '25
+296
در 22 کانالها
Get PRO
آوریل '25
+149
در 8 کانالها
Get PRO
مارس '25
+123
در 10 کانالها
Get PRO
فوریه '25
+63
در 1 کانالها
Get PRO
ژانویه '25
+82
در 5 کانالها
Get PRO
دسامبر '24
+128
در 9 کانالها
Get PRO
نوامبر '24
+171
در 15 کانالها
Get PRO
اکتبر '24
+378
در 17 کانالها
Get PRO
سپتامبر '24
+120
در 5 کانالها
Get PRO
اوت '24
+60
در 1 کانالها
Get PRO
ژوئیه '24
+54
در 2 کانالها
Get PRO
ژوئن '24
+127
در 7 کانالها
Get PRO
مه '24
+57
در 1 کانالها
Get PRO
آوریل '24
+72
در 2 کانالها
Get PRO
مارس '24
+238
در 8 کانالها
Get PRO
فوریه '24
+167
در 5 کانالها
Get PRO
ژانویه '24
+118
در 6 کانالها
Get PRO
دسامبر '23
+149
در 5 کانالها
Get PRO
نوامبر '23
+122
در 9 کانالها
Get PRO
اکتبر '23
+140
در 3 کانالها
Get PRO
سپتامبر '23
+325
در 0 کانالها
Get PRO
اوت '23
+146
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئیه '23
+76
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئن '23
+144
در 0 کانالها
Get PRO
مه '23
+7
در 0 کانالها
Get PRO
آوریل '23
+26
در 0 کانالها
Get PRO
مارس '23
+602
در 0 کانالها
| تاریخ | رشد مشترکین | اشارات | کانالها | |
| 08 ژوئیه | +12 | |||
| 07 ژوئیه | +18 | |||
| 06 ژوئیه | +2 | |||
| 05 ژوئیه | +2 | |||
| 04 ژوئیه | +5 | |||
| 03 ژوئیه | +3 | |||
| 02 ژوئیه | +5 | |||
| 01 ژوئیه | +8 |
پستهای کانال
Repost from Телега Сенеки | Евгений Цуркан
В новом выпуске «Подкаста о философии» поговорим о самом широкоплечем из двуногих без перьев, о философе, чья метафизическая борода не подвластна бритве Оккама, о вечно актуальном Платоне.
Галопом понесёмся по самому главному и объёмному диалогу — «Государство». Возничим выступит Дмитрий Владимирович Бугай. Мы с Севой — в роли двух крылатых коней: белого и чёрного. Кто какой — решать вам.
| 2 |  +1Salvete, amici!
Мы вновь приглашаем всех желающих на курсы Renovatio!
Твердый характер твой
Медленные чтения «Максим» Ларошфуко
Многие культовые философы мыслили характер совершенно неизменным. Так, Платон в «Республике» писал, что в каждом человеке есть врожденная склонность к типу поведения, преобладающая часть души, которая определяет его форму занятости в идеальном государстве. Шопенгауэр писал:
«Вода остается водой, со всеми присущими ей свойствами, но отражает ли она в тихом озере его берега или, пенясь, дробится о скалы, или же, искусственно направленная, брызжет вверх высокой струею, — это зависит от внешних причин, и одно для нее так же естественно, как и другое; смотря по обстоятельствам, она проявит то или другое свойство, одинаково готовая ко всему, но во всяком случае оставаясь верной своему характеру и всегда обнаруживая только его».
Для описания таких неизменных типов античный мир избрал форму характеров, Новое время — портретов. И те, и другие напоминают маску, что становится понятно, когда мы обращаем внимание на то, что характер — это прежде всего форма овнешненного поведения. Блистая при дворе Людовика XIV или доказывая правильность своей позиции во время спора на Агоре, человек проявлял характер. Наш новый курс — о масках и о том, что таится за этими масками по мнению мыслителей классического и нового века.
Лектор: Александра Ильина
Количество занятий: 10
Продолжительность одного занятия: от 60 до 90 минут
Формат: лекционной-семинарский, в группах до 15 человек
Основные персоналии: Аристотель, Теофраст, Ларошфуко, Паскаль, Лабрюйер
Секст Эмпирик: первая книга «Против ученых»
Уважаемые друзья!
В июне прошлого года в рамках онлайн-курсов «Реновации» начались занятия, посвященные платоновскому «Пармениду». Медленно и неторопливо мы прочли по-гречески значительное количество текстов элейской традиции (Парменид, Зенон, Мелисс), вторую часть диалога «Парменид», после чего три месяца наслаждались комментарием Прокла. Греческий философский текст — особая вселенная, где мысль и язык настолько нераздельны и неразлучны, что до конца понять грамматику фразы можно лишь поняв ее смысл, ее логику и наоборот. Больше всего я рад тому, что у нас в ходе наших чтений сложилось небольшое сообщество филологов и философов, получающих удовольствие от этого путешествия в мир очень абстрактной, но по своему захватывающей мысли и речи. После элеатов, «Парменида» и Прокла мы решили на время уйти на просторы эллинистически-римской философии и читать Секста Эмпирика, первую книгу его «Против ученых». Она посвящена критическому рассмотрению античной грамматической традиции, грамматических учений, то бишь, опять-таки, проблеме взаимодействия мышления и языка. Если кто-то хочет принять участие в работе нашего сообщества, добро пожаловать! Конечно, очень желательно знание древнегреческого, но опыт показал, что некоторые из участников прошли с нами наш путь в качестве внимательных слушателей и собеседников даже без знания языка. Вместо фиксированной оплаты теперь на нашем курсе действует система добровольных донатов.
Ведущий: Бугай Дмитрий Владимирович
Количество занятий: 15
Продолжительность одного занятия: 90 минут
Дата и время занятий: каждый понедельник, с 20:00
Все вопросы о курсах будем ждать в сообщениях канала. Запись также производится через сообщения. | 1 158 |
| 3 | Над Платоном он [Антисфен] издевался за его гордость. Увидев однажды в процессии норовистого коня, он сказал Платону: «По-моему, и из тебя вышел бы знатный конь!» – дело в том, что Платон постоянно нахваливал коней. Однажды, когда Платон был болен, Антисфен, зайдя к нему, заметил лохань с его рвотой и сказал: «Желчь я в ней вижу, а гордыни не вижу».
#renovatio_for_fun
Диоген Лаэртский, «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов» | 644 |
| 4 | Далее, чтобы еще больше возвеличить целительную силу бога, Аристид приводит целый список своих болезней (XLVIII. 56-58): «Кто мог бы понять обилие болезней, которые обрушились тогда на меня? Присутствовавшие при тех жестоких мучениях моих знают, в каком состоянии была моя кожа, как болен я был внутренне. Кроме того, из головы день и ночь сочилась слизь; грудь раздирали хрипы; дыхание, сталкиваясь с влагой в моем горле, затруднялось в движении и становилось воспламененным. Я столь часто ожидал смерть с минуты на минуту, что не имел смелости позвать раба; я думал, что потеряю время, потому что тогда, когда он придет, будет слишком поздно. Вдобавок ко всему этому меня сильно беспокоили боли в ушах и зубах и напряжение в мышцах, и я не мог ни разжевать то, что я ел, ни выплюнуть это; ведь едва что-нибудь касалось моего горла или нёба, это закрывало все проходы, и я не мог прийти в нормальное состояние. Голова моя пылала, внезапные приступы боли мучили ее. По ночам я не был способен лечь ровно; мне приходилось сидеть скрючившись, уткнувшись головой в колени. Стиснутый этими и бесчисленными иными болезнями, я, конечно, кутался в шерстяные одеяла и другие виды покрывал и приказывал полностью запирать все двери и окна, так что день был равен ночи, а ночи походили на дни, и я не мог заснуть».
#renovatio_for_fun
А.-Ж. Фестюжьер, «Личная религия греков» | 818 |
| 5 | #стрим
Завтра с утра в 11:00 запущу трансляцию с Александрой Ильиной, на которой мы с ней обсудим французское августинианство XVI-XVII веков, а также поотвечаем на ваши вопросы, которые вы можете задать в чате или с донатом. Мы понимаем, что в это время многие из вас могут быть на работе или даже не проснуться, поэтому вопросы можете задать заранее)
Задонатить или поддержать трансляцию можно на Donationallerts или Donatpay, а также по номеру карты: 2202 2050 7205 0724 (СБЕР). Обязательно приходите, друзья, будет интересно!
Запись трансляции останется на канале после стрима, поэтому подписывайтесь на мой Youtube-канал, а также на ресурсы Александры, которые указаны в описании к трансляции! | 994 |
| 6 |  В нескольких главах рассуждения Джонни вращаются вокруг феномена общения – вечной философской темы, занимавшей античных мыслителей, начиная с Аристотеля с его πολιτικὸν ζῷον, и продолжающей «терзать» учёных вплоть до настоящего времени (так, в знаменитой «пирамиде Маслоу» общение занимает место одной из основополагающих потребностей человека). Первое время какая-либо коммуникация с внешним миром кажется принципиально невозможной: максимум контакта, на который способны ухаживающие за Джонни медсёстры, – не поддаться эмоциям при виде его искалеченного тела и не выбежать из палаты, а остаться и до конца выполнить положенные процедуры. Однако впоследствии относительно стабильная связь всё же устанавливается: она начинается с посещения палаты группой лиц на четвёртый год (по летоисчислению Джонни), поддерживается настойчивыми ежедневными попытками Джонни передать сообщения с помощью азбуки Морзе, которые он отстукивает собственной головой по подушке, и заканчивается интенсивным, почти интимным общением с новой медсестрой, которая распознает его состояние, отвечает на его призывы к общению, оставляя послания пальцем на его груди, и, наконец, сообщает ему достоверную и столь желанную информацию о времени, поздравляя его с Рождеством – he had been taken back intothe world.
С философско-правовой точки зрения, наиболее интересной представляется десятая глава, в которой Джонни рефлексирует о т.н. универсальных ценностях. Его выводы неутешительны: во-первых, ему абсолютно непонятно их содержание (A guy says house and he can point to a house to prove it. But a guy says come on let’s fight for liberty and he can’t show you liberty); во-вторых, на практике они зачастую оборачиваются своей противоположностью, когда, например, призыв воевать за свободу сопрягается с несвободой в вопросе участия в войне; в-третьих, жертвы борьбы за всеобщие блага и ценности никогда не смогут воспользоваться тем, к защите чего они были призваны (You’ve paid for something you’ll never collect). Пожалуй, именно в этой главе содержится концентрированная критика мейнстрима человеческой мысли, испокон века утверждающего примат божественных/философских/общечеловеческих ценностей над интересами отдельно взятого человека. На принятие Сократом смертного приговора во имя верности афинскому государству и его законам и уверениям Эпикура о безвредности смерти по причине её нерелевантности для человека Джонни отвечает: «You keep your ideals just as long as they don’t cost me my life.»
ю.с.
#renovatio_disquisition | 904 |
| 7 | О философских пластах одного романа
Как кажется, и жанровая принадлежность, и фабула, и посыл «Джонни взял ружьё» (Johnny Got His Gun) Д. Трамбо очевидны до полной прозрачности. Главный (и практически единственный) герой произведения – Джонни Бонэм, инвалид Первой Мировой войны, ставший жертвой окопных сражений на одном из участков западного фронта, лишившись всех конечностей и органов чувств в результате попадания артиллерийского снаряда. Повествование в виде «потока сознания» ведётся от лица Джонни, а основанием сюжета служит т.н. синдром «запертого человека», при котором больной лишается возможности осуществлять контакт с внешним миром, оставаясь при этом в полном сознании и сохраняя умственную адекватность. На первый взгляд, «мораль» совершенно ясна: «This is a war and war is hell and what the hell and so to hell with it» – отсутствующими губами Джонни формулирует пацифистский вывод, подкрепляя его истинность собственным устрашающим примером.
Однако при более пристальном прочтении романа вскрываются новые, неявно-потаенные содержательные слои, что, по мнению некоторых, свидетельствует о том, что перед нами – шедевр, а не одномерный и заурядный литературный продукт. Вселенная Джонни, созданная Трамбо, указывает на то, что это не просто книга об особенностях и следствиях ПТСР и не примитивный антимилитаристский памфлет – автор «копает» существенно глубже.
Так, в восьмой главе Джонни пытается найти рецепт от кошмарного сна: крыса, поедающая его беззащитную плоть. Несчастный Джонни последовательно отметает недоступные ему в его нынешнем состоянии способы защиты – отогнать крысу руками, закричать, открыть глаза – и останавливается на опции гипнотического программирования: при первых признаках сонливости необходимо внушить себе, что сон не придёт, и тем самым предотвратить его приход. Однако здесь Джонни сталкивается с затруднением: как распознать приближение сна? И более того: как узнать, бодрствует ли он в настоящий момент или спит? Как это возможно для человека, не способного визуально воспринимать реальность и не ощущающего усталости и утомления? Осознанно или нет, Трамбо закладывает бомбу под декартовское cogito, зиждущееся на аксиоме реальности мышления – существую ли я, если то, что я считал своими мыслями, на поверку оказывается сном?
Одиннадцатая глава посвящена стараниям Джонни встроиться в течение времени и установить для себя некоторый распорядок дня. То, что начиналось как бесцельные мыслительные упражнения – умножение различных чисел, перечисление планет Солнечной системы, извлечение из памяти евангельских текстов и строчек псалмов – приводит его к примерам графа Монтекристо и Робинзона Крузо, прилагавших значительные усилия для сохранения ощущения времени, и заканчивается выводом о том, что потеря времени приводит к потере самого себя (if you lose it why then you are lost too), потому что именно время является последней ниточкой связи с остальными людьми (the last thing that ties in with other people). Таким образом, первоочередной задачей Джонни становится установление точки отсчёта времени, для определения которой он использует весьма оригинальные способы, такие, как анализ термического ощущения солнечного тепла на коже или многочасовые попытки подсчёта временных интервалов между посещениями медсестёр, чьи появления знаменуются характерной вибрацией пола в палате. Когда Джонни, наконец, определяет наступление рассвета, успех многотрудного проекта выражается в торжествующем, хотя и безмолвном восклицании: «He had recaptured time». Описание вновь обретённого времени в следующих строчках – солнечный свет на горах Колорадо, мычание коров в ожидании утренней дойки, крик и улыбки пробуждающихся младенцев – содержит завуалированную полемику со знаменитым августиновским агностицизмом в вопросе о времени из одиннадцатой главы «Исповеди»: если время можно обрести и наполнить событийным содержанием, то его возможно и познать. | 717 |
| 8 |  Маркс никогда не был материалистом? Антон Краснов перевёл статью Джорджа Клайна, в которой автор показывает, как ошибки переводчиков, институционализация марксизма в XX веке и влиятельные интерпретации породили устойчивый миф о материализме Маркса. Скрупулёзно анализируя многочисленные значения слова «материальный» в его работах, Клайн доказывает, что экономический редукционизм Маркса принципиально отличается от философского материализма Энгельса и Ленина. | 830 |
| 9 |  Ответ может содержать следующее объяснение, которое иногда считают анахронистичным, но оно, на мой взгляд, небезынтересно и переводит концовку в новую, экзистенциальную плоскость. На протяжении всего Евангелия правильное знание Иисуса как Сына Божьего имеют бесы и римский сотник. Все остальные (e.g. Петр, хотя он и исповедует Христа) так или иначе совращаются (e.g. «отойди от Меня, сатана»). Люди непрестанно каким-то образом заблуждаются в отношении Иисуса. И эта неудача ярче всего видна на судьбе Его общины. Десять из тех, кого Христос готовил к проповеди благой вести, дезертировали, один постыдно отрекся, а один оказался предателем. Что по итогу? – община распалась, Евангелие не возвещено до конца (к чему отчасти, парадоксальным образом, приложил руку сам Иисус – см. «Мессианскую тайну»), а там, где оно возвещено, его зачастую толкуют превратно, сам лидер движения замучен и убит, затем погребен, а женщины, которые увидели пустую гробницу, в ужасе убежали, никому ничего не сказав. Более того, в тогдашнем иудейском праве их свидетельство было бы все равно недействительным, так как для валидности оно должно быть передано двумя мужчинами (Morna D. Hooker, 1993). Могут сказать: «мы знаем, что все хорошо кончилось и воскресение возвестили». Но так ли это было в момент написания? И не говорит ли открытый конец что-то еще? История оканчивается торжеством жизни и божественной тайны над смертью, ожиданием воскресения других мертвецов, но ни одно из драматических лиц не в состоянии донести эту весть людям. Однако, я не сказал еще об одном лице, которое занимало привилегированную позицию на протяжении всей истории – это читатель. Именно он неотступно на протяжении 16 глав наблюдал за странным Пророком, никогда не имевшим недостатка в добрых словах, отважно возвещавшим любовь и прощение, и в то же время беспощадно судившим, никогда не шедшим на компромисс со злом. Он внимал Его словам и учению, слышал Его пророчества, видел поступки. От выхода на проповедь до креста и гробницы. И поэтому именно за читателем Марк оставляет конечный выбор, как бы передавая эстафету ему. «Ты все это видел» – говорит он. – «Следующий ход за тобой. Что сделаешь ты? Промолчишь и убежишь, как ученики? А может, отправишься в Галилею и станешь новым вестником Царства?»
и.ф.
#renovatio_disquisition | 1 092 |
| 10 | Мк. 16:8
«И, выйдя, (женщины) побежали от гроба; их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали, потому что боялись» – если верить современной критике текста, то это последние строчки, завершающие Евангелие от Марка. Важнейшие рукописи кончаются именно им. Считается, что следующий отрывок (16:9-20) составлен из фрагментов финалов других Евангелий. Сами христианские переписчики при знакомстве с обсуждаемым местом чувствовали недосказанность. Представление о том, что греческий текст не может оканчиваться словом «γάρ», было поставлено под сомнение Питером ван дер Хорстом, указавшим на аналогичное завершение в трактате Плотина V, 5 (см. также LXX Gn. 18:15 “ἐφοβήθη γάρ”, 45:3 “ἐταράχθησαν γάρ”). Потому резонно задаться вопросом, а что все-таки этот финал должен значить. Итак, поразмыслим о его происхождении и смысле.
Сначала о происхождении. Всегда можно предполагать неполноту известных нам списков и наличие утерянного завершения, бывшего в рукописи-архетипе, но это невозможно проверить, поэтому я предлагаю исходить из того, что Марк закончил там, где сам того хотел. Хотя нельзя окончательно исключить, что концовка была просто рано утеряна (возможно, за 16:8 следовало нечто похожее на чудесные явления Христа, описанные у Матфея, R. T. France, 2002). Далее, смысл. Современная библеистика склонна оценивать Марка как достаточно искусного писателя. Значит, все же уместно говорить об авторском замысле, стоящим за таким окончанием.
Приведу возможные линии объяснения (в действительности их куда больше). Первое (взято из цикла лекций, прочитанного Дэйлом Б. Мартином) предполагает классическое представление о той атмосфере, в которой возникали тексты Нового Завета. Д. Мартин, подчеркивая гипотетический характер своей теории, обращает внимание на возможные апокалиптические ожидания первых христиан. Согласно ученому, Марк, ожидая скорого конца света, пишет в самом начале Первой иудейской войны для некой общины, которая, возможно, сама уже находится в Галилее. Его цель – указать на скорую парусию, которая произойдет в Галилее, и утешить собратьев, ведь скоро случится нечто ужасное (римляне осквернят храм), как нечто ужасное произошло со Христом (распятие), но и в том, и в другом случае конец будет благим, и там, и там спасению предшествует глубокое страдание. Отсюда резкое окончание – все самое интересное должно произойти не на оборотах папируса, а в Галилее. Эта теория мне претит из-за обширной умозрительной спекуляции на историко-филологические темы, не подлежащей проверке.
Другое объяснение обращается к понятию страха Божьего, который неразрывно сопутствует лицезрению чуда. Речь о глубоком священном ужасе перед лицом того, что не смерть, а Бог жизни сохранил за собой последнее слово и что воскресение есть тайна Бога. Поскольку произошло нечто невероятное, герои немотствуют. Такое поведение вполне естественно для столкнувшихся с чудесным и нуминозным. Далее, текст обрывается. Замолкает сам автор. Главное произошло – Бог воскресил своего Сына, в конце – не смерть, а воскресение, если верить свидетельству юноши в белом. С этим трудно спорить, но этим дело не исчерпывается. Остается еще понять, чем вызван такой своеобразный способ изложения, почему все кончается именно тем, что никому ничего не было сказано. | 950 |
| 11 | Наступила зима 144—145 гг. Аристид оставался в Смирне больше года, после чего отправился в святилище Асклепия в Пергаме, весной 146 г. Вот как он описывает свою болезнь (XLVIII. 5-7 К., XXIV. 292 D.): «Когда я возвратился из Италии, собрав в своем теле всевозможные болезни — последствия длительных лишений и морских штормов, которые я вынес на пути через Фракию и Македонию (да я уже и болел, когда отправлялся в путь); доктора были в недоумении: они не только ничем не могли помочь мне, но и даже не могли понять причин моих недомоганий. Самое мучительное и безысходное из всего этого было то, что я не мог дышать; подчас только с огромным трудом и со страхом, что у меня не получится, я был способен вздохнуть, да и то лишь едва-едва. Горло постоянно душил кашель; дрожь пробегала по телу; я нуждался в большем количестве покрывал, чем мог вынести на себе. И другие неприятности неоднократно случались со мной. Думали, что мне помогут горячие ванны: они бы улучшили мое состояние, да и климат мог оказаться для меня более благоприятным. Была уже середина зимы, и купальни располагались недалеко от города.
Именно тогда Спаситель впервые начал давать мне откровения. Он повелел мне ходить босиком, и я вскричал во сне так, как если бы бодрствовал и видение было доведено до конца: "Велик Асклепий! Повеление исполнено!" Вот так мне приснилось, что я воскликнул, находясь при этом в движении. После этого приспело божье приглашение, и я уехал из Смирны в Пергам, к моей благой фортуне».
#renovatio_for_fun
А.-Ж. Фестюжьер, «Личная религия греков» | 939 |
| 12 | Что почитать по этике?
Часть 14. Философские дисциплины: моральная философия.
Здесь мною собраны работы, посвященные введению в моральную философию. Акцент я сделал на учебную и обзорную литературу по нормативной этике, однако обозначенные авторы исследуют как прикладные, так и метаэтические вопросы.
Что исследует моральная философия?
Марк Тиммонс указывает, что это раздел философских исследований, который отвечает на вопросы о том, «что делает поступок правильным или неправильным? Что делает человека морально хорошим или плохим? Как мы можем прийти к правильным выводам о моральности того, что мы должны делать и какими людьми мы должны быть?».
В рамках этики философы разрабатывают, защищают и критикуют моральные теории, задача которых заключается в том, чтобы «дать систематические ответы на эти очень общие моральные вопросы о том, что делать и как себя вести».
Если вам, как и мне, интересно знать не только как фактически живут (или жили) люди, но как они должны жить, мыслить, действовать, желать или реагировать, то изучение этики должно вас заинтересовать.
Список книг:
1. Дэвид Эдмондс - Убили бы вы толстяка? (Да)
2. Майкл Сэндел - Справедливость. Как поступать правильно?
3. Аласдер Макинтайр - Краткая история этики
4. Dean Kowalski - Moral Theory at the Movies
5. James Rachels, Stuart Rachels - The Elements of Moral Philosophy
6. Harry J. Gensler - Ethics: A Contemporary Introduction
7. Simon Blackburn - Ethics: A Very Short Introduction
8. Mark Timmons - Moral Theory
9. Russ Shafer-Landau - Living Ethics
10. Shelly Kagan - Normative Ethics
11. Hugh LaFollette, Ingmar Persson - The Blackwell Guide to Ethical Theory
12. David Copp - The Oxford Handbook of Ethical Theory
🔺Преподавать моральную философию я предпочитаю по работам М. Тиммонса, Р.-Ш. Ландао и Д. Ковальски.
Первый (№8) позволяет вам понять, какие нормативные теории находятся в актуальной дискуссии и какие критические возражения или доводы в их защиту присутствуют в литературе. Тиммонс интересен тем, что оценивает моральные теории не по вкусу или аргументам, а по их объективным теоретическим достоинствам. По сложности его работа академична и требовательна. Именно поэтому я по нему преподаю и не советую в качестве первой работы.
Второй (№9) дает прекрасное введение в этическую проблематику, просто и доступно объясняет нормативные теории, приводит множество обоснованных аргументов и говорит о популярных прикладных вопросах (сексуальность, аборты, свобода слова и т.д.).
Третий (№4) – для тех, кто любит абстрактную философию заземлять в конкретные примеры из кино. Автор объясняет достаточно сложные моральные теории на примере конкретных фильмов. Если вы вдруг мечтали познать этику добродетелей через просмотр «Семь самураев», то книга отлично подойдет вам для начала.
🔺Первые три работы дают наиболее общее, где-то я бы сказал популярное представление о моральной философии. Недавно умерший А. Макинтайр (№3) дает общее историческое введение, хотя оно может показаться немного требовательным из-за своей лаконичности.
Д. Эдмондс (№1) хорошо справляется с объяснением исторического контекста этики ХХ века. Он педагогически искусно обыгрывает «вагонеткологию», давая вам представление об основных этических теориях, принципах и интуициях.
М. Сэндел (№2) пестрит тонко подобранными, яркими и, что важно, исторически реальными примерами, которые вызывали и продолжают вызывать моральные споры. Я бы сказал, что он дает введение, которое присутствует на пересечении права, политики, общества и морального измерения. Я полагаю-с, что у него получилось показать, что этика не всегда предстает как абстрактный разговор на кафедре, а является частью нашей реальной жизни.
🔺Работы под номерами 11 и 12 – отличные сборники сложных академических статей, которые можно читать под ваш актуальный вопрос или интерес.
🔺№5 - «The Elements of Moral Philosophy» - хорошее студенческое введение в моральную проблематику. Язык доступный. Автором рассмотрено много моральных вопросов. Даны значимые определения, приводятся аргументы и возражения. Все красиво.
🔺№6 – известная серия «A Contemporary Introduction», которая говорит сама за себя. Здесь есть структура, последовательность и скрупулёзный подход к разным вопросам и под-вопросам. В какие-то моменты работа перегружает читателя, но лично мне понравился блок «популярная метаэтика», который был противопоставлен «философской метаэтике».
🔺№7 – введение С. Блэкберна – это фактически реальный спидран по этике. Если вы решите на нем остановиться, то лучше не браться за работу. Если же вы хотите с этого начать, чтобы потом взяться за что-то более содержательное, то это будет более благоразумно.
🔺№10 – нетипичный, но интересный учебник по нормативной этике, классифицирующий моральные теории на телеологические и деонтологические, анализирующий тонкости и структурные особенности морального мышления.
Ш. Каган, что мне показалось интересным, исследует факторы, которые значимы при вынесении нами моральных суждений (например, вопросы "блага", "вреда", "равенства", "ответственности" и т.д.).
🔻Откуда же начать?
Стартуем с №1, №2 и №3.
Затем читаем-с №7 и №9.
После попробуйте №8 и №6.
Далее уже читайте то, что вашей душе будет угодно🐺
P.S. Если наставите реактов, то я сделаю еще одну подборку по этике сфокусировавшись на классиков и первоисточники (многие из них к счастью переведены).
#что_почитать | 914 |
| 13 |  +1Эта связь между унижением и возвеличиванием доходит до предела в случае Иисуса, распятого «царя иудейского». Непосредственно после помазания в Вифании, с торжественного въезда в Иерусалим на царский манер для Иисуса начинается Страстная неделя. Потом, через несколько дней, она заканчивается его умерщвлением, после чего Христос возвышается снова, но чудесным путем, в форме Воскресения. Сюжет Креста — один из главных сюжетов христианства, глубоко укорененный, как видно, в бессознательных ментальных структурах рода человеческого.
Таким образом, помазание, совершенное Марией в Вифании, означает одновременно возведение в цари, низведение в состояние жертвы и смерть.
#renovatio_for_fun
Ролан Юро,
«Иисус и Мария Магдалина» | 1 029 |
| 14 | Мой друг
Уж год таскается за мной
Повсюду марбургский философ.
Мой ум он топит в мгле ночной
Метафизических вопросов.
Когда над восковым челом
Волос каштановая грива
Волнуется под ветерком,
Взъерошивши ее, игриво
На робкий роковой вопрос
Ответствует философ этот,
Почесывая бледный нос,
Что истина, что правда… — метод.
Средь молодых, весенних чащ,
Омытый предвечерним светом,
Он, кутаясь в свой черный плащ,
Шагает темным силуэтом;
Тряхнет плащом, как нетопырь,
Взмахнувший черными крылами…
Новодевичий монастырь
Блистает ясными крестами —
Здесь мы встречаемся… Сидим
На лавочке, вперивши взоры
В полей зазеленевший дым,
Глядим на Воробьевы горы.
«Жизнь, — шепчет он, остановясь
Средь зеленеющих могилок, —
Метафизическая связь
Трансцендентальных предпосылок.
Рассеется она, как дым:
Она не жизнь, а тень суждений…»
И клонится лицом своим
В лиловые кусты сирени.
Пред взором неживым меня
Охватывает трепет жуткий, —
И бьются на венках, звеня,
Фарфоровые незабудки.
Как будто из зеленых трав
Покойники, восстав крестами,
Кресты, как руки, ввысь подъяв,
Моргают желтыми очами.
#renovatio_for_fun
Андрей Белый 1908 г. | 1 161 |
| 15 |  Call for papers!
Вечные возвращения Улисса:
Античность и Средние века сегодня (октябрь 2026)
Редакция журнала Another One и коллегия авторов Renovatio приглашает к участию в выпуске, посвященном проблемам исследования античной и средневековой мысли, интеллектуальной культуры, философии и литературы в их связи с современностью.
Влияние Античности и Средневековья простирается за пределы условной исторической периодизации: способы артикуляции субъекта, природы, божественного, текста, а также нормы, выработанные в эти эпохи, продолжают определять контуры современной философии, литературы, политической теории. Античная и средневековая мысль вновь и вновь становится объектом философского переосмысления и концептуального присвоения.
Философская продуктивность возвращения Улисса на Итаку состоит в структуре самого возвращения: то, к чему возвращаются, обнаруживает себя иначе, нежели то, что было покинуто. Возвращение не восстанавливает исходное, но учреждает его заново. Подобным образом философия обращается к своим истокам, всякий раз переопределяя границы того, что считается ее прошлым, какие тексты становятся привилегированными объектами чтения и какие концептуальные ресурсы могут быть извлечены с перспективы исторической дистанции. Мы приглашаем авторов к рефлексии о том, как идеи, образы и практики этих эпох работают (или могут работать) в актуальных философских, научных, литературных и социальных контекстах — от эпистемологии, философии сознания, теории субъекта и свободы воли до этики и психоанализа, критической теории и политики памяти.
Приглашаем присылать статьи, эссе, переводы и рецензии на книги до 14.10.2026 через форму для подачи рукописей на сайте журнала.
Возможные тематические направления:
— рецепция античной онтологии, эпистемологии и этики в философии XX–XXI вв.;
— Античная и Средневековая философия как ресурс критики современных эпистемологических и онтологических парадигм;
— управление собой и другими: практики субъективации от античной парресии и средневековой исповеди до современной биополитики и психотерапии;
— фигура мудреца / святого в античности и Средневековье — и фигура интеллектуала / эксперта сегодня;
— Античная и Средневековая литература как поле для современной критической теории;
— арабоязычная и еврейская философия как источник Античного наследия для Средневековья;
— политическая философия: античные концепции политейя, vita activa, свободы и их современное переосмысление;
— Античная и Средневековая философия языка, логики и семантики и их соотношение с аналитической традицией;
— палеомодерн vs. постмодерн: архаика, традиция и современная эстетика, поэтика, теория образа, аскетика и архитектура.
Приглашенные редакторы: Дмитрий Бугай, Андрей Нечаев
Ответственный редактор: Александра Ильина (tg: @firefight_er)
Контакты редакции: ao.philos.journal@gmail.com
Another One x Renovatio | 986 |
| 16 | Мы занимаемся Лейбницем почему?
Во всех предположениях, почему мы занимаемся Лейбницем, мы естественно проходим мимо ближайшего, без чего не было бы ничего: что та страница и другие страницы, написанные Лейбницем, выброшены, как будет выброшена зачетка, не были, что их хранили, сохранили и напечатали, а вся та бумага исписанная, все те горы тонны километры исписанной в XVII веке бумаги, почти вся та бумага сожжена, выброшена, испорчена, не сохранена. А не было уже понятно о тех тоннах бумаги, что так будет? Было: от них поднимался уже сладкий запах тлена, как от захватывающих предприятий теперь, от кинобизнеса, например, который сладко тянет к себе, как трупный запах. В чём дело? Значит, было и возобновлялось желание то, что этим человеком, Лейбницем, было написано, сказано, посмотреть, прочесть, переписать, напечатать, перевести.
Это значит: в ускользающей от нас секунде оказывается что-то вроде неускользающего, потому что благодаря тому, что не исчезло в свою секунду, как исчезают в свою секунду все, почти все мысли человечества, что-то не исчезло и длится, и мы инстинктивно хватаемся за это не исчезнувшее, мы занимаемся философами, занимаем-себя, в двух смыслах — развлекаемся, уходим от скуки и тоски, и заполняем свое пустое пространство ими, вот этими, которые длятся. Нам это поможет, или, наоборот, самый блестящий философ, самый длящийся, будет нам как жернов на шею?
Базаров в «Отцах и детях» говорит, что умрет и через него будет расти трава. Те, кто занимается философами, составляют ту почву, через которую прорастают семена того непрекращающегося смысла, которые постоянные. Которыми полна убегающая минута. Мы, живые, — на самом деле только почва, чтобы через нас проросли те семена.
Из «Начала христианства», В.В. Бибихин (Владимир Даль, 2026), стр. 334
#renovatio_for_fun | 1 250 |
| 17 |  Гераклит ни в какой мере не является философом настолько, чтобы формулировать свое учение в точных и ясных категориях и чтобы осознавать свою собственную мыслительную методологию. Его писания — это отнюдь не философия, а скорее поэзия и, в частности, лирика. Не говоря уже о том, что его речь и с внешней стороны уснащена многочисленными фигурами и, вероятно, не была чужда даже стихотворных размеров, дошедшие до нас фрагменты поражают своей внутренней темной символикой и удивляют упорным стремлением исключать всякое отвлеченное, научное, систематическое философствование. Философию и эстетику Гераклита в сущности так же трудно вскрыть, как и философию Гомера. Конечно, не существует человека вообще без идеологии, не существует и поэта без того или иного философского мировоззрения. Есть философия Пушкина, есть и философия Тургенева. Но как добраться до такой философии? Как ее формулировать?
А.Ф. Лосев, «История античной эстетики (ранняя классика)»
#renovatio_for_fun | 1 188 |
| 18 | Осьминог, хотя глуп (он идет к руке человека, если ее опустить), однако хороший хозяин: он собирает все в нору, в которой живет; когда же он потребит все самое пригодное, он выбрасывает черепки, и раковины крабов, и улиток, и кости рыбок.
Аристотель, «История животных», книга девятая, глава XXXVII
#renovatio_for_fun | 1 454 |
| 19 |  +1Парадигматическим случаем агональной войны является знаменитый эпизод поединка Горациев с Куриациями. Внимательное чтение источников показывает, что вопрос здесь стоит о самом учреждении войны как регулируемой реальности — или, как написал Дюмезиль, посвятивший этому эпизоду образцовое исследование, — «воинской функции».
Третий царь Рима, Тулл Гостилий, и в самом деле описывается источниками как «тот, кто основал всю военную систему и искусство войны, или, по словам Орозия, militaris rei istitutor». Действительно, до него войны являются скорее жестокими грабительскими набегами, связанными с обманом, как войны с сабинами. Убежденный в том, что «в покое государство дряхлеет» (senescere... civitatem otio), Тулл Гостилий «стал повсюду искать повода к войне» (Тит Ливий. История от основания города, 1, 22, 2) и наконец нашел его в отношении Альбы. В этой точке в источниках все запутывается: не только не ясно, какой из двух городов, Рим или Альба, объявил войну, но и два народа, как оказывается, были до такой степени связаны узами дружбы и крови (и те и другие происходили от троянцев), что война между ними становилась чем-то вроде гражданской войны (civili simillium bello, prope inter parentes et natos; Тит Ливий. История от основания города, 1, 23, 1).
Однако на этой гражданской войне сражаются не все граждане с обеих сторон, но две группы по три брата-близнеца (trigemini fratres), одного возраста и одинаковой храбрости. Речь идет о настолько чисто агональном противопоставлении, что Ливий сообщает, что еще в его время было точно не известно, к какому народу принадлежали те и другие (utrius populi Horatii, utrius Curiatii fuerint), и что он выбрал Горациев в качестве представителей Рима по своему желанию (ut... inclinat animus). По общей договоренности были установлены время и место (tempus et locus convenit), вдобавок был заключен формальный пакт (foedus), согласно которому победивший народ «будет мирно властвовать над другим» (alteri popolo cum bona pace imperitaret; Tum Ливий. История от основания города, 1, 24, 1—3).
#renovatio_for_fun
Джорджо Агамбен,
«Stasis. Гражданская война как политическая парадигма» | 1 476 |
| 20 |  Если вы думаете, что я могу съездить в Самару на турнир и не прочитать лекцию, то вы сильно ошибаетесь. Приходите послушать, обещаю панковать.
You touch me in all the right places: сексуальность как практика себя
Александра Сергеевна Ильина — преподаватель МГУ им. М.В. Ломоносова, историк философии, фехтовальщик, создатель проектов Renovatio и принц дурной крови
18+
Самые страшные вещи в мире — это влюбленные женщины и 2:40, а Мишель Фуко любил рассуждать о страшных вещах. Он не дописал четыре тома, которые были названы общим именем «История сексуальности», но речь в них идет не только и не столько о сексе. В них Фуко анализирует, каким образом складывался дискурс об эросе, — по рассказам о снах, медицинским трактатам, философским рассуждениям или теологическим изысканиям; как сексуальность связана с властью, почему она была вытеснена и подавлялась; почему исповедь и самопознание на самом деле —глубоко эротизированные практики.
Отталкиваясь от мыслительного праксиса Мишеля Фуко, Жака Лацкана и Паскаля Киньяра мы попробуем понять, возможна ли в западном обществе сексуальность, исключенная из властных отношений; существуют ли сексуальные связи и могут ли они обладать терапевтическим эффектом. И выясним, конечно же, что будет, если вы когда-нибудь встретите влюбленную женщину в 2:40.
Что-то от мятежа, от обетованной свободы, от грядущей эпохи иного закона — вот что легко проступает через этот дискурс о притеснении секса. Здесь оказываются вновь задействованными некоторые из прежних традиционных функций пророчества. До завтра, наш добрый секс.
Где: книжный магазин «Зеленая дама»
Когда: 13 июня, 20:00
И помните — сексуальных связей не существует. | 977 |
