Available now! Telegram Research 2025 — the year's key insights 
Челябинские истории
Open in Telegram
Канал об истории дореволюционного Челябинска. Поддержать автора из России: https://boosty.to/chelistorii Поддержать автора из других стран: https://patreon.com/chelistorii
Show more818
Subscribers
No data24 hours
+37 days
+1030 days
Data loading in progress...
Similar Channels
No data
Any problems? Please refresh the page or contact our support manager.
Tags Cloud
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
June '26
June '26
+7
in 1 channels
May '26
+18
in 2 channels
Get PRO
April '26
+26
in 1 channels
Get PRO
March '26
+45
in 1 channels
Get PRO
February '26
+14
in 1 channels
Get PRO
January '26
+66
in 2 channels
Get PRO
December '25
+31
in 0 channels
Get PRO
November '25
+59
in 2 channels
Get PRO
October '25
+43
in 1 channels
Get PRO
September '25
+83
in 3 channels
Get PRO
August '25
+108
in 3 channels
Get PRO
July '25
+382
in 2 channels
Get PRO
June '250
in 2 channels
Get PRO
May '25
+86
in 2 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 14 June | 0 | |||
| 13 June | 0 | |||
| 12 June | 0 | |||
| 11 June | +1 | |||
| 10 June | +1 | |||
| 09 June | 0 | |||
| 08 June | +1 | |||
| 07 June | +1 | |||
| 06 June | +1 | |||
| 05 June | 0 | |||
| 04 June | +1 | |||
| 03 June | +1 | |||
| 02 June | 0 | |||
| 01 June | 0 |
Channel Posts
Кадр недели.
Дом N 21 по ул. Советской, где до революции размещался мебельный магазин А. Литвина, 1993 г., ЦИКНЧ, реконструкция.
• • •
На этой неделе мы успели:
– увидеть Челябинск глазами немецкого учёного И. Г. Гмелина, который в 1742 году оставил одно из первых подробных описаний молодой крепости на Миассе
– рассказать о загадочном керамическом заводе В. В. Лоренсова, его изразцах, огнеупорном кирпиче и следах старого производства в посёлке Керамзавода
– вспомнить, как Челябинск обложил сбором велосипеды, моторы и автомобили, превратив новую технику в предмет городского учёта
– поговорить о челябинских домах с мезонинами, от дома Ахматова и Смолиных-Новикова до сохранившихся домов на Труда и Елькина
– разобрать мечту В. А. Семеина о более самостоятельном статусе Челябинска и его борьбу за городские интересы
– проследить историю Челябинского вольно-пожарного общества, его дружины, каланчи, оркестра, санитарного отряда и Сада-острова
– вспомнить о тканях старого Челябинска: сукнах, ситцах, ярмарках, красильнях, синельнях и повседневном мире дореволюционной одежды.
• • •
А на следующей неделе поговорим о первом опыте совместного обучения мальчиков и девочек, доме Бейвеля, городских тротуарах, Челябинском обществе взаимного кредита и, как обычно, о многом другом.
Для сведения: создание стабильно работающего в России портала «Челябинские истории» находится на завершающей стадии.
| 2 | По материалам М. И. Альбрута, Н. Н. Алеврас, Н. А. Антипина, В. С. Боже, В. Г. Демакова, Д. Г. Графова, А. Б. Гуськовой, А. П. Корелина, Т. Л. Корецкой, Ю. В. Латышева, О. В. Новиковой, Т. А. Поляковой, В. В. Поздеева, С. И. Пудовкина, Г. Х. Самигулова, КН. А. Тройницкого, Н. М. Чернавского, а также ОГАОО (Ф. 37. Оп. 4. Д. 107), ОГАЧО (Ф. И-1. Оп. 1. Д. 5753; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 286, 376, 673, 798, 913, 961, 1170). | 48 |
| 3 |  Ткани старого Челябинска.
Сегодня, в День работников текстильной и легкой промышленности, кажется, что дореволюционный Челябинск не самая очевидная тема: в статистических данных всегда фиксировалось полное отсутствие ткачей и суконных фабрик.
Но это не значит, что у старого Челябинска не было своей текстильной истории.
Ткани появились в челябинской торговле очень рано. Уже анкета 1761 года для составления географического описания Исетской провинции сообщала:
В Чилябинской крепости знатных ярманок не бывает, но токмо гостинной двор деревянной имеется и с товарами, а купцы приезжают русские и татара из городов Казани и Тобольска, а привозят сукна, китайки, выбойки разных цветов, холсты…
В 1770-е годы власти пытались перевести торговую активность из Далматовского монастыря в Челябинск. В 1776 году даже пришлось направлять письмо в монастырское правление о недопустимости торга на старом месте. Провинциальные власти досматривали вещи людей, прибывших в Николаевское село в праздничный день: если находили товар — ткани, меха, горшки и прочее, человека направляли в Челябинск, на ярмарку.
К концу XVIII века торговля тканями уже выглядела более устойчивой. Описание 1798 года сообщает, что купцы и некоторые мещане Челябинска торговали в деревянных лавках сукнами, шелковыми и шерстяными материями, ситцами, выбойками, набойками и прочими мелочами.
В целом, торговля текстилем относилась скорее к осенней Ивановской и зимней Никольской ярмаркам: именно на них процветал полотняный, шелковый и суконный торг.
Перепись 1897 года показывает, что торговля тканями и предметами одежды была заметной городской отраслью: в ней были заняты 69 мужчин и 5 женщин.
В начале XX века ткань можно было купить уже не только на ярмарке. В Челябинске появляются крупные магазины с богатым выбором. В торговом доме Валеева в ассортименте были представлены ткани, а по пассажу братьев Яушевых сохранились конкретные наименования – батист, маркизет, муслин, пике — модные в те времена.
К слову, с приходом ХХ века, домотканая одежда почти повсеместно вышла из оборота. То, что раньше было необходимой частью домашнего производства, постепенно превращалось скорее в рукоделие, хобби.
Челябинские цены хорошо показывают, насколько разными были ткани:
– в 1903 году аршин бобровой шерсти стоил 1 рубль 10 копеек;
– в 1913 году аршин ситца стоил около 10,7 копейки, а в декабре 1913 года в челябинских справочных торговых ценах указан ситец по 13 копеек за аршин;
– простое сукно в 1913 году стоило 1 рубль 43 копейки за аршин;
– в январе 1915 года зеленое сукно уже стоило 4 рубля за аршин. Это был совсем другой уровень расходов: простая хлопчатая ткань была массовой, а сукно, особенно качественное или цветное, обходилось значительно дороже.
Нитки стоили 6 копеек за катушку.
Аршин = ок. 71 см.
Отдельная важная часть истории — красильни и синельни, т.е. мастерские для окрашивания тканей и одежды в целом. Обычно это было небольшое здание с чанами. Над ними устраивался деревянный обруч, который поднимался и опускался через блок или крюк. На обруч по кругу навешивали сырье, несколько раз опускали его в растворенную краску, а затем сушили на воздухе.
Хоть Челябинск и не был ткацким центром, то красильное ремесло здесь существовало давно.
Количество красилен и синелен:
1854 – 3
1862 – 2
1863 – 2
1868 – 2
1909 – 4
В целом, на одной красильне трудился один мастер и некоторое количество его помощников. Например, в 1904 году в Челябинске зафиксировано 8 мастеров-красильщиков/синильщиков, 10 подмастерьев и 12 учеников.
Известна, например, целая династия челябинских красильщиков Федотовых, которые проживали в Заручейной части города.
Количество красильщиков и синельщиков:
1850-е – не менее 3
1863 – не менее 0
1893 – не менее 8
1898 – не менее 4
1901 – 24
1904 – 30
1907 – 11
1908 – 14
1910 – 16
Так что хоть сам город и не ткал ткань в промышленных масштабах, он жил в мире ткани каждый день — торговал ею, считал ее аршинами, красил, шил, носил, перешивал и передавал дальше. | 46 |
| 4 | На фото: магазин шелковых товаров на ул. Уфимской, начало ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина», реконструкция.
По материалам М. И. Альбрута, Н. Н. Алеврас, Н. А. Антипина, В. С. Боже, В. Г. Демакова, Д. Г. Графова, А. Б. Гуськовой, А. П. Корелина, Т. Л. Корецкой, Ю. В. Латышева, О. В. Новиковой, Т. А. Поляковой, В. В. Поздеева, С. И. Пудовкина, Г. Х. Самигулова, КН. А. Тройницкого, Н. М. Чернавского, а также ОГАОО (Ф. 37. Оп. 4. Д. 107), ОГАЧО (Ф. И-1. Оп. 1. Д. 5753; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 286, 376, 673, 798, 913, 961, 1170). | 1 |
| 5 |  Дом N 15 по ул. Елькина, принадлежащий Александру Степановичу Бухарину, гласному городской думы и члену правления Вольно-пожарного общества, 1990-е гг., ЦИКНЧ, реконструкция. | 58 |
| 6 |  Затем пришли война, революция и Гражданская война. После падения самодержавия остров на Миассе со всеми постройками, ранее принадлежавшими Вольно-пожарному обществу, был передан вновь созданному Культурно-просветительскому обществу. В воспоминаниях краеведа Василия Протасова о 1918–1919 годах, когда в городе наступало безвластие, упоминалось, что к охране привлекались население кварталов, военно-пожарная команда, вольно-пожарная дружина и дружина добровольцев. Комитету удалось даже отстоять от увоза машины электростанции.
Но в целом пожарная служба пришла в разруху. Добровольное общество значительно деградировало: если в 1913 году в нем было 108 добровольцев, то 1 августа 1919 года — только 20.
В 1920 году прежнее общество фактически заменили добровольные пожарные дружины: на электростанции, дрожжевом заводе, фармзаводе, кожевенном и маслозаводе. В начале 1920-х годов в городских пожарных командах ввели двухсменное дежурство, было организовано вольно-пожарное общество, хотя дисциплинированностью оно, по оценкам исследователей, не отличалось.
Здание клуба Вольно-пожарного общества еще долго сохранялось на территории Сада-острова. Почетный гражданин Челябинской области Абрам Львович Каплан вспоминал о начале 1940-х годов:
Мы ходили туда купаться. Сад был бесхозным. Стояло там несколько деревянных строений. Был еще клуб бывшего императорского пожарного общества, но его заняла какая-то организация. Никаких увеселительных мероприятий не проводилось. Сад-остров можно было посещать беспрепятственно, вход был с улицы Свободы. Весной после ледохода ставили деревянный мост на остров с улицы Набережной. Он был рядом с насосной станцией.
Так история Челябинского вольно-пожарного общества оказалась не только историей борьбы с огнем. Это история городской самоорганизации: от повинности обывателей и письменных вызовов до добровольных дружин, санитарного отряда, оркестра, клубной жизни на Саду-острове, пожарных депо, каланчей, «Гидрофора», наградного топора Свистунова и первых шагов к профессиональной пожарной охране.
На фото:
1. построенная Обществом пожарная каланча в Заречье, почтовая открытка начала ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина»,
2. журнал учредительного собрания пожарного общества, 1897 г., из сборника «Челябинск неизвестный – 2»,
3. помощник начальника пожарной команды П. Свистунов и брандмейстер М. Новиков, 1905 г., фото Ф. Т. Катаева, из частной коллекции, предоставлено В. Г. Демаковым,
4. оркестр Вольно-пожарного общества, фото 1911 г., в среднем ряду третий справа – В. М. Колбин, из книги «Челябинская область в фотографиях: 1900-1920»,
5. театр вольно-пожарного общества на Саду-острове, почтовая открытка начала ХХ века, ЦИКНЧ (ОФ 192. А-89),
6. сведения об Обществе из справочника «Весь Челябинск и его окрестности», 1909 г.
По материалам Н. А. Антипина, С. А. Блиновой, В. С. Боже, А. Б. Гуськовой, В. Г. Демакова, А. Л. Каплана, Г. А. Каплана, Ю. В. Латышева, П. Ф. Назырова, М. В. Ростопчина, Е. Б. Рохацевич, К. Н. Теплоухова, М. А. Червоняк, Н. М. Чернавского, а также ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 196), ОГАЧО (Ф. И-1. Оп. 1. Д. 5753). | 65 |
| 7 |  +3В 1901 году силами ВПО в заречной части Челябинска построили пожарное депо с каланчой. К 1910 году «вольные пожарники» построили в городе еще четыре депо с круглосуточной караульной службой. В том же 1910 году в Сибирской слободе, нынешнем районе КБС, было создано отделение Челябинского вольно-пожарного общества.
Постепенно у общества появилась и собственная городская культура. В начале XX века был создан оркестр Вольно-пожарного общества, который выступал на всех городских мероприятиях и в собственном клубе на острове на реке Миасс.
С 1908 года при ВПО работал санитарный отряд, оказывавший первую медицинскую помощь пострадавшим на пожаре. Он состоял из пяти человек и возглавлялся членом общества, студентом-медиком Василием Бухариным. Его отец, Александр Степанович Бухарин, был гласным городской думы и членом правления этого же общества. До наших дней дошел дом Бухарина на Елькина, 15, построенный примерно в 1906–1907 годах и ныне являющийся объектом культурного наследия местного значения.
Среди членов общества были известные горожане. В справочнике В. Весновского «Весь Челябинск и его окрестности» за 1909 год П. Круглов, владелец нынешнего дома № 7 по улице Цвиллинга, указан как заведующий хозяйством общества. Его сосед (дом N 5) Е. Пентегов, гласный думы и председатель сиротского суда, также был членом Вольно-пожарного общества.
Константин Теплоухов вспоминал последнего в очень характерном эпизоде 1906 года:
… Покровский вносит внеочередное предложение: «У нас есть очень нужное, симпатичное общество — Вольно-пожарное. Оно работает не покладая рук, но не находит поддержки и поощрения. Я предлагаю назначить председателю общества постоянное жалованье, хотя бы 100 руб. в месяц».
В Челябинске пожары очень редки, городской пожарный обоз был очень хорош, и это «симпатичное общество», состоящее из 30–40 человек, только раза два в год появлялось на пожарах в ярко начищенных касках, с медными трубами и проч. Вся соль в том, что председателем общества был Пентегов.
Обсуждение предложения отложили до конца. Покровский приобрел еще приверженца, который, едва замолкал, горячо подтверждал: «Так! Так!», «Вполне согласен!», «Это золотые слова!» и т. д.
Кончилось все это неожиданно: на последнем заседании Покровский заявил, что свое предложение о жалованье председателю общества он берет назад. Никто, конечно, не настаивал.
Пентегов понял, какого дурака он разыгрывал, и, когда пошли домой — мне с ним два-три квартала по пути, — не переставал честить Покровского. «Выживший из ума», «старая плешивая обезьяна» и т. п. были наиболее мягкие выражения.
Одной из главных фигур общества был Петр Александрович Свистунов, начальник Челябинской вольно-пожарной дружины, отдавший борьбе с огнем двадцать лет жизни. В 1911 году на 45-летие товарищи подарили ему именной пожарный топор, который до сих пор хранится на Пожарно-технической выставке Челябинской области.
После смерти 13 апреля 1911 года начальника добровольного общества В. М. Колбина (сохранился его дом по ул. Труда, 66) для общества наступило трудное время. 26 июля на общем собрании начальником пожарной команды и смотрителем пожарного обоза избрали городского брандмейстера М. А. Новикова. Совмещение им трех должностей сказалось на качестве работы: ухудшилось содержание зданий и сооружений, принадлежавших обществу.
Кроме того, 12 августа 1912 года на острове на реке Миасс произошел пожар в помещении курзала. Деревянное здание сгорело на глазах обывателей. Причина пожара осталась невыясненной. Страховое общество «Якорь» возместило материальные потери в сумме 2943 рубля, но репутационный ущерб был гораздо серьезнее. Авторитет Вольно-пожарного общества заметно упал, а число его членов стало уменьшаться.
Тем не менее к 1913 году Челябинское вольно-пожарное общество насчитывало уже 108 добровольцев.
В 1914 году городская дума пошла на важный шаг: определением от 28 марта Первая городская пожарная часть, размещающаяся в доме Сапожникова, была передана в ведение Вольно-пожарного общества, чтобы их обоз размещался в одном месте и лучше функционировал. | 51 |
| 8 |  Вольные пожарные старого Челябинска.
В конце XIX века Челябинск рос как на дрожжах. Деревянных домов, лавок, складов, мастерских, конюшен и бань становилось все больше, а вместе с ними росла и опасность пожаров.
При этом с пожарной охраной долго было тяжело. В период с 1863 по 1870 год в городе вообще не было профессиональных огнеборцев: пожарное дело долго держалось на натуральной повинности. Горожане должны были заранее знать, кто везет воду, кто едет за машиной, кто работает на пожаре.
К концу XIX века общественная пожарная команда насчитывала 207 человек, однако это не означало, что город был защищен надежно. Финансирование оставалось хронически недостаточным. По смете 1891 года на пожарную охрану городская управа предусматривала 1538 рублей, причем значительная часть уходила на содержание восьми лошадей при пожарном обозе: фураж, сбрую, ремонт, подковку и лекарства. Нижние чины городской пожарной команды по-прежнему получали до 50 рублей в год, примерно в десять раз меньше среднего челябинского рабочего.
Документы Общества взаимного от огня страхования описывали положение жестко: из-за низкой платы и текучки кадров польза городской пожарной команды состояла главным образом в доставке воды.
13 июня 1897 года в Челябинске было учреждено вольно-пожарное общество. Его появление стало ответом на запрос городской думы к оренбургскому губернатору и на общее недовольство состоянием пожарной охраны. Председателем избрали члена городской управы, купца Самохвалова. Первоначально общество насчитывало 70 человек, а его деятельность носила в основном подготовительный характер: добровольцев обучали действиям на пожарах.
Район деятельности общества включал Заречье, Заручейный район, а также поселки Никольский и Шугаевский Челябинской станицы. Городская власть предоставляла обществу в бесплатное пользование депо для размещения пожарного обоза. Разрешалось использовать наемных работников для доставки воды к месту пожара. Позднее, с появлением городского водопровода, обществу разрешили бесплатно им пользоваться. Все участники тушения были застрахованы в обществе «Голубой крест» на случай увечья или смерти.
Источники дохода у Вольно-пожарного общества были разными: членские взносы по 5 рублей в год, пожертвования учреждений и частных лиц, а также доходы от предоставления в пользование территории Сада-острова, который также перешел в ведение Общества.
Уже 23 ноября 1897 года при городской управе прошло собрание членов общества, на котором присутствовали 112 человек. На нем решили:
Ввиду отсутствия при пожарном обозе лошадей, с целью поощрения обывателей, обязанных доставлять к месту пожара машины и бочки с водой, установить плату: за доставку машины к месту пожара — 1 руб., за доставку первой бочки с водой — 1 руб., за последующие бочки — 20 коп.
Так даже добровольное пожарное дело оставалось привязанным к старой системе, где воду и машины к месту пожара должны были доставлять обыватели.
В начале 1898 года общество приобрело пожарную машину новой конструкции «Гидрофор» и бочки для воды на ходах. Расходы на покупку машины составили 525 рублей. Для города это была заметная техническая новинка: пожарная машина «Гидрофор» на четырехколесном ходу стала одним из символов нового этапа челябинской пожарной охраны.
В марте 1899 года из Санкт-Петербурга в Челябинск был приглашен брандмейстер Михаил Алексеевич Новиков. Он привел пожарное дело в большее благоустройство, увеличился штат нижних пожарных чинов.
Но даже после создания общества и приглашения профессионального брандмейстера губернатор оставался недоволен. 8 ноября 1899 года он писал городскому голове, что отсутствие в городе Челябинске правильно организованной пожарной команды является значительным пробелом в городском благоустройстве», а существующее вольно-пожарное общество, как учреждение частное и временное, «далеко не обеспечивает город необходимыми противопожарными мерами». | 56 |
| 9 |  Дом N 30 по ул. Лазаретной, ок. 1980-х гг., ЦИКНЧ, реконструкция. | 60 |
| 10 |  +6С именем Семеиных связан и один из немногих сохранившихся ансамблей – дом купеческий Семейных с флигелем по ул. Кирова, 102 (ОКН регионального значения).
Это место принадлежало его семье еще с XVIII века, что относит Семеиных к числу старейших известных фамилий Челябинска. Так, с 1795 года это дворовое место и находившийся там деревянный дом принадлежали мещанину Ф. Семеину и его наследникам. При этом сама улица Уфимская (будущая Кирова) здесь появится только спустя 40 лет.
В 1873 году двор числится за купчихой 2-й гильдии Марией Яковлевной Семеиной: дом, флигель и разные надворные постройки. Усадьба переходила по наследству и почти не менялась до 1898 года, когда купцу 2-й гильдии Алексею Андреевичу Семеину разрешили построить двухэтажный флигель. К 1900 году его построили: наверху было 5 комнат, внизу — магазин и кладовая. В эти годы двором владели братья Алексей и Василий Семеины.
К 1908 году в описании усадьбы уже значился двухэтажный кирпичный дом в 12 комнат с подвальным этажом и флигель в 10 комнат с магазином внизу. Дом был отделен от флигеля въездом во двор. Так получился современный ансамбль.
Не стоит путать его с другим «домом Семеиных» на улице Труда, 77а. Тот рубленый дом долго ошибочно считали едва ли не старейшим зданием Челябинска. Позднее было установлено, что он был построен казаком Степаном Яковлевичем Костыгиным в середине XIX века, между 1848 и 1860 годами, а «домом Семеиных» стал называться после перехода к его дочери Александре Степановне, вышедшей замуж за Василия Андреевича Семеина.
До революции в зданиях размещались, чайный магазин И. П. Колокольникова, галантерейный магазин Гительмана, где продавали перчатки, фуражки и шляпы, магазин галош, кожаной и валяной обуви Куталова, фабрика каучуковых штемпелей и переплетно-картонажное производство Н. П. Белых, аптекарский магазин Борщевского, а также кабинет зубного врача Л. С. Снисаренко.
Кстати, по сведениям на 1 октября 1922 года здесь располагалась зуболечебница N 1.
В 1930-е годы на первом этаже флигеля находилась государственная контора «Точмашсбыт». В 1940-е годы ее сменил продуктовый магазин. В 1970-е годы в бывшем доме Семеиных размещалось посылочное отделение почтамта, а в бывшем флигеле находился магазин «Галантерея», затем магазин «Галстуки». Сейчас здесь размещается несколько общепитов и магазин обуви.
Так что этот ансамбль на Кирова, 102 связан не только с историей старой Уфимской улицы, торговли и городской медицины. Через семью Семеиных он связан и с другим, более крупным сюжетом — с попыткой Челябинска перерасти положение уездного города и добиться большей самостоятельности.
Семеин не добился для Челябинска губернского статуса, но сама логика его борьбы оказалась пророческой. Город действительно стал крупным региональным центром — только уже в другой стране, при другой власти и спустя несколько десятилетий.
На фото:
1. почтовая открытка начала ХХ века (фрагмент), ЦИКНЧ (ОФ 873. А-576),
2. нач. ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина»,
3-5. обращение В. Семеина по вопросу выделения Челябинска в самостоятельную земскую единицу, 1909 г., ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 985),
6. 1930 г., ЦИКНЧ,
7. фото Тишечкина, ГИМЮУ,
8. 1934 г., ЦГАКФФД,
9. кон. 1940-х гг., ЦИКНЧ,
10. 1944 г., из группы ОК «Челябинская старина»,
11. оттуда же,
12. 1957 г., из архива Е. Клавдиенко,
13. 1974 г., из группы ОК «Челябинская старина»,
14. 1975 г. из группы ЖЖ «Челябинский Челябинск»,
15. 1970 г. фото В. Борисова, оттуда же,
16. оттуда же,
17. 1986 г., из книги «Челябинск: вчера, сегодня, завтра»,
18. 1991 г., ЦИКНЧ,
19. 1995 г., фото А Гурьянова, из группы ОК «Челябинская старина»,
20. чертеж фасадов, А. Гурьянова, из архива Ю. В. Латышева.
По материалам Н. А. Алексеева, Н. А. Антипина, В. С. Боже, В. Г. Борисова, А. Б. Гуськовой, В. Г. Демакова, Д. Г. Графова, П. И. Костогрызова, Ю. В. Латышева, Н. П. Мочаловой, Г. Х. Самигулова, А. И. Скорикова, Н. А. Туровой, а также ОГАОО (Ф. 6. Оп. 2. Д. 1843, 1886; Ф. 15. Оп. 1. Д. 110, 141, 196, 219, 235, 257), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 468, 985, 1180). | 66 |
| 11 |  +7Семеин занимался и образовательными проектами: в 1914 году продвигал вопрос о строительстве здания для учительской семинарии и устройстве в городе мужской гимназии. На его годы пришлось и начало Первой мировой войны. В ноябре 1914 года сам Семеин пожертвовал более 1400 рублей в пользу Комитета великой княжны Татьяны Николаевны, который помогал пострадавшим от военных бедствий.
Но особенно заметной была его большая политическая линия — добиться для Челябинска более самостоятельного положения.
Еще в марте 1912 года, по инициативе гласного П. Туркина, дума признала несправедливым возможное слияние города и уезда в одну земскую единицу при введении земства в Оренбургской губернии: это нарушало бы экономические интересы Челябинска. Дума решила обратиться к министру внутренних дел и председателю Государственного совета, а городской голова В. Семеин подготовил письма двум влиятельным членам Госсовета с просьбой поддержать правительственный вариант — с выделением Челябинска в отдельную земскую единицу. В апреле 1912 года соответствующее ходатайство направили Оренбургскому губернатору, и тот, препровождая его в Министерство внутренних дел, отметил: «Со своей стороны признаю объяснение ходатайства заслуживающим внимания».
В том же 1912 году Семеин занялся еще одним вопросом, связанным с будущим города, — железной дорогой на Троицк. Возникла угроза, что Троицкая дорога обойдет Челябинск: первоначально направление было назначено на наш город, но затем из-за неудобств конечного пункта стали рассматривать варианты через Полетаево и проходную станцию Есаульскую Пермской железной дороги. 30 октября 1912 года Семеин обратился с прошением к императору. Он писал, что после перенесения управления постройки Сибирской железной дороги жизнь в Челябинске вновь замерла, прежней живой торговли и промышленной деятельности уже нет, и просил соединить Троицк именно с Челябинском.
В 1913 году, во исполнение положения почти полувековой давности, в Челябинском уезде, как и во всей Оренбургской губернии, наконец была введена земская система местного самоуправления, но Челябинск самостоятельной земской единицей не стал. 1 января 1913 года появилась Челябинская уездная земская управа, ведавшая народным образованием, здравоохранением, торговлей и благотворительными обществами. Более того, 18 октября 1913 года уездное земское собрание решило перевести управу из города на станцию Шумиха как в центр уезда.
В 1915 году Семеин поставил вопрос уже шире — о крупной административной перестройке Южного Урала. В заявлении от 20 мая он указывал, что более половины членов Оренбургского губернского земского собрания представляют Челябинское, Троицкое и Верхнеуральское земства, а поездки на заседания требуют больших временных расходов. Поэтому он предлагал выделить Челябинское, Троицкое и Верхнеуральское земства, а также земские единицы Троицка и Челябинска в отдельную губернскую земскую единицу. Если же это невозможно без изменения административного устройства губернии, то вопрос о разделении Оренбургской губернии, по его мнению, следовало признать срочным и неотложным.
23 октября 1915 года Челябинская городская дума решила возбудить перед вышестоящим начальством ходатайство Семеина о выделении Челябинского, Троицкого и Верхнеуральского уездов в отдельную земскую единицу. Фактически это могло сделать Челябинск центром собственной губернии или близкой к этому по значению территории. Вопрос не был решен, но сама постановка показывала: город уже мыслил себя центром большого южноуральского пространства.
К этой теме Семеин вернулся и незадолго до падения самодержавия. На заседании думы 4 февраля 1917 года он как гласный и губернский гласный снова говорил о выделении Челябинска в отдельную губернскую земскую единицу хотя бы из-за отдаленности Оренбурга: например, отправка душевнобольных на лечение занимала 3–4 дня пути.
После Февральской революции Семеин остался в городской политике: летом 1917 года его избрали гласным думы по списку внеклассовых демократов, кадетов, а после Октябрьского переворота он вошел в челябинский Комитет спасения Родины и революции. | 57 |
| 12 |  +4Семеин и мечта о губернии.
В День России уместно вспомнить не только общегосударственные даты, но и то, как отдельные города искали свое место внутри большой страны. Сегодня кажется естественным, что Челябинск — региональный центр: с 1934 года он является центром Челябинской области, то есть занимает то место, которое в дореволюционной России соответствовало бы губернскому городу. Но в старой административной системе все было иначе: с конца XVIII века Челябинск числился лишь уездным городом Оренбургской губернии.
При этом перед революцией он уже явно перерос этот статус. Челябинск усиливал торговое и железнодорожное значение, становился крупным городом с заметным влиянием на весь Южный Урал. До 1917 года собственной Челябинской губернии так и не создали, хотя сама идея административной самостоятельности города уже звучала все настойчивее. Челябинская губерния появится только после революции, в 1919 году, и просуществует до 1923 года.
Одним из самых настойчивых сторонников этой идеи был Василий Андреевич Семеин — фельдшер, гласный городской думы, городской голова Челябинска и человек, который много лет добивался повышения статуса города.
В 1864 году в Российской империи началась земская реформа: вводилось всесословное местное самоуправление, которое занималось больницами, школами, дорогами, хозяйственными и другими насущными делами. Но до Оренбургской губернии эта система дошла далеко не сразу. Даже к моменту принятия нового Положения о земских учреждениях 1890 года земства в нашем регионе еще не были учреждены.
Поэтому, когда вопрос о распространении земства на Оренбургскую губернию стал приближаться к практическому решению, челябинцы заранее начали думать о статусе города. Главная опасность была понятна: если Челябинск просто сольют с огромным уездом в одну земскую единицу, городские интересы растворятся в уездных, а расходы лягут на город.
30 января 1909 года гласный городской думы В. А. Семеин подал заявление о выделении Челябинска в отдельную земскую единицу. Его аргумент был не отвлеченным, а очень конкретным: городская больница обслуживала не только челябинцев, но и жителей уезда, причем за собственный счет.
К этому времени сам Семеин уже был заметной фигурой городской политики. Он родился в Челябинске в 1877 году в мещанской семье, окончил Челябинское уездное училище и Оренбургскую военно-фельдшерскую школу, работал фельдшером в Челябинской городской больнице, нынешней ГКБ N 1. В 1902–1917 годах избирался гласным (депутатом) городской думы. С 1910 года Семеин был членом городской управы, состоял в попечительном совете женской гимназии, был председателем городской исполнительной больничной кассы, председателем взаимного страхования имущества от огня, состоял в комиссии по устройству городского водопровода и одно время выполнял обязанности ее председателя.
Современники относились к нему по-разному. К. Теплоухов вспоминал думскую жизнь Семеина довольно резко:
Особенно надоедливым критиком являлся фельдшер Василий Андреевич Семеин, который, как и кадет в Городской думе врач Шингарев, считал себя знатоком всякого дела и выступал по всякому вопросу. Но Шингарев говорил, по крайней мере, гладко, чего нельзя сказать про Семеина.
1908 год.
Но именно эта настойчивость, иногда раздражавшая современников, и делала Семеина сильным защитником городских интересов. В 1911 году, после ухода А. Ф. Бейвеля по состоянию здоровья — а до этого он три срока подряд возглавлял город, — Семеина избрали городским головой. «Голос Приуралья» откликнулся на это стихами:
Волновалися тревожно
Эти думские волхвы,
Потому что невозможно
Заседать без “Головы”.
Страшен признак безголовья…
Бейвель сам-таки ушёл,
Ибо, в силу нездоровья,
Этот сан ему тяжёл.
Но и ныне, как когда-то,
В подражание векам,
Трудно выбрать кандидата
Челябинским выборникам…
Важен факт: кошмар рассеян,
“Голова” есть налицо:
“Головой” вошёл Семеин
На управское крыльцо.
И опять, опять, как прежде,
Дума радостью полна,
Утешительной надежде
Предаётся вновь она:
Вот он новый! Вот нестарый!
Вот наделает чудес!
Несомненно, вместе с тарой,
Он большой имеет вес! | 64 |
| 13 |  Вид церквей женского Одигитриевского монастыря со двора, начало ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина», реконструкция. | 72 |
| 14 |  +8Мезонин имел и дом одного из главных челябинских фотографов Ф. Т. Катаева на Мастерской улице, ныне Пушкина.
Еще один примечательный дом стоял на улице Цвиллинга: там размещалось фотоателье известного фотографа В. Половникова, а позднее, уже в советское время, артель «Фотообъединение».
В конце XIX века на четной стороне Большой улицы, примерно напротив нынешнего дома № 7 по улице Цвиллинга, был открыт склад земледельческих орудий товарищества «В. Г. Столль и Ко». Для него в 1899 году построили специальное помещение, которое в дореволюционных документах описывалось как «деревянный магазин с тремя жилыми мезонинами, крытый железом». Здание было снесено незадолго до революции.
Мезонин был и у двухэтажного магазина Ш. Ахметова, построенного в 1905 году у моста, сейчас здесь размещается нынешнее здание филармонии.
До наших дней в Челябинске дошли лишь два дореволюционных дома с мезонинами. В них сохранилась память о городе, где даже небольшая надстройка могла многое сказать о вкусе, достатке и привычках хозяев. Мезонин был маленькой деталью, но именно из таких деталей и складывался силуэт старой Челябы.
На фото:
1. дом Жуковского (Труда, 88), 1937 г., репродукция Н. Хаимова, ОГАЧО (Ф. Р-627. Оп. 6. Д. 140),
2. дом Стахеева (Елькина, 5), из архива Ю. В. Латышева,
3. дом Крашенинниковых-Степановых (Труда, 82), ОГАЧО,
4. склад товарищества «В. Г. Столль и Ко» на Соборной площади, открытка нач. ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина»,
5. здание артели фотографов, из архива Вагиных, оттуда же,
6. магазин Ш. Ахметова, открытка нач. ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина»,
7. дом на ул. Кирова, 1993 г., репродукция А. Скорикова, оттуда же,
8. дом П. Туркина, после 1910 г., оттуда же,
9. дом с мезонином усадьбы Стахеева, вид на ул. Ивановскую (Труда), 1906 г., оттуда же,
10. ул. Спартак (пр-кт Ленина), оттуда же,
11. ул. Красноармейская, оттуда же,
12-13. ул. Российская, оттуда же,
14. ул. Маркса, оттуда же,
15. дом Протасова, члена Уральского рабочего союз, на ул. Советской, 26, ОГАЧО (Ф. Р-1732. Оп. 3. Д. 54),
16. дом по ул. Мастерской (Пушкина), где жил и работал фотограф Ф. Катаев, из группы ОК «Челябинская старина»,
17. ул. 8 Марта, оттуда же,
18. 1973 г., из книги «Деревянное зодчество старого Челябинска».
По материалам Н. А. Антипина, В. А. Весновского, Ю. В. Латышева, М. П. Мочаловой, Г. Х. Самигулова, А. С. Скрипова, а также ОГАЧО (Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1786; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 468, 763, 1096, 1265). | 92 |
| 15 |  +8Челябинские мезонины: маленький этаж большой истории.
Мезонином обычно называют небольшую надстройку над средней частью дома. Это не полноценный второй этаж, а скорее верхний жилой ярус, который усложнял силуэт здания, давал дополнительные комнаты и делал даже сравнительно небольшой дом заметнее и наряднее.
Дома с мезонинами появились у нас в XIX веке. Для города, где долго преобладала деревянная и одноэтажная застройка, такая надстройка была не просто архитектурной деталью, а признаком достатка и более сложного быта.
Дома преимущественно деревянные одноэтажные или с надстройкой, которую здесь называют мезонином, возле таких домов большой двор с каретниками, конюшнями, ледниками и непременной баней. Встречаются близ домов и сады.
Из воспоминаний врача В. Загорского, кон. XIX века.
Пожалуй, одним из первых известных челябинских домов с мезонином можно считать дом Ахматова, где должна была разместиться богадельня. Первый этаж был возведен в 1803 году, а в 1806 году надстроен мезонин. В описании 1839 года здание богадельни выглядело так:
Богадельня на 20 человек, каменная, покрыта железом, кровля окрашена светлозеленою краскою. В ней жилых покоев пять, да в мезонине два покоя без печей. На отставе кухня каменная, покрыта железом. В ней жилых покоев два. Достроена в 1835 году, но еще не открыта.
Этот пример хорошо показывает одну проблему старых описаний: установить точное число комнат в дореволюционном доме бывает непросто. В документах часто встречаются «жилые покои», то есть жилые комнаты, но не всегда ясно, включали ли в счет коридоры, кладовые, сени, кухни и другие помещения. Особенно сложно с домами с мезонинами: количество комнат в самой надстройке нередко указывалось отдельно или не указывалось вовсе.
В конце XIX века дом Ахматова получил более привычный поздний облик: к нему пристроили боковые крылья, и мезонин как бы растворился в полноценном втором этаже. Само здание на улице Труда, 94 до наших дней не сохранилось.
Похожую судьбу пережил дом Смолиных-Новикова на улице Труда, 86, старейшее здание Челябинска, он был построен в 1825 году. Первоначально это был каменный одноэтажный дом с мезонином. Его внешний облик должен был соответствовать единому для всей страны стилю, заданному «Собранием фасадов, Его императорским Величеством высочайше апробированных для частных строений в городах Российской империи», изданному в 1809–1812 годах. Среди «образцовых фасадов» были и каменные одноэтажные жилые дома с мезонинами. В конце XIX века к нему пристроили крылья, и дом приобрел известный нам вид.
Рядом, на улице Труда, 88, до недавнего времени сохранялся дом с мезонином врача Жуковского, известного победой над сибирской язвой. Это был подлинный дом начала XIX века, но в 1992 году его разобрали. Сейчас на этом месте стоит воссозданная копия.
Ниже по улице Труда сохранился один из двух дореволюционных челябинских домов с мезонинами — дом Крашенинниковых-Степановых на улице Труда, 82. Он датируется временем до 1866 года и имеет статус объекта культурного наследия регионального значения.
Второй сохранившийся пример — усадебный дом Стахеевых на улице Елькина, 5. Он датируется 1900 годом и является объектом культурного наследия местного значения. Существует мнение, что этот дом арендовал Иван Покровский. По другой версии, в нем мог жить Чикин, представитель торгового дома Стахеевых в Челябинске. В любом случае это редкий пример дореволюционного дома с мезонином, дошедший до наших дней.
Кстати, в глубине усадьбы Стахеевых размещался еще один дом с мезонином прямо посередине этажа.
В старом Челябинске таких домов было немало.
Одноэтажный дом городского головы А. Ф. Бейвеля по ул. Садовой, 5 имел мезонин. Сейчас на этом месте стоит здание гимназии N 1 на ул. Красной.
Дом с мезонином был и у другого городского головы — П. Ф. Туркина на Ивановской улице, ныне улице Труда. | 79 |
| 16 |  11 июня 1921 г.
Сейчас у нас ужасное положение. В Комитете выдали только по 20 фунтов муки на первую категорию, по 10 — на вторую и по 11 — на детей. В общем, мы получили 1 пуд 37 фунтов муки. Примешивали отрубей, но потом они все вышли и примешивать стало нечего. Мука очень скоро вышла. Сегодня только 11 июня, а муку выдают первого числа… Сегодня доедаем последний хлеб. Как будем жить… не знаю, и подумать страшно. Мне уже кажется, что мы скоро умрём и я пишу в последний раз. Недавно человек нарочно упал под поезд, чтоб не умирать с голоду. В окрестных городах многие семьи доедают последний хлеб, устраивают угар, чтобы умереть, но не с голоду. Продавать или менять нам совершенно нечего… Дождей опять нет, вероятно, опять будет неурожай…
Из воспоминаний челябинской школьницы Г. Арендарь.
На фото: уход за цветником сада им. К. Маркса, 1921 г., вдали слева – быв. магазин Валеева, ОГАЧО (Ф. Р-2012. Оп. 2. Д. 593), реконструкция.
По материалам М. Л. Рихтер. | 102 |
| 17 |  +5Челябинский налог на новую технику.
28 мая (10 июня) 1913 года в Челябинске было утверждено обязательное постановление о взимании сбора с велосипедов, моторов и автомобилей. С этого момента владение современными машинами стало уже не просто личной забавой обеспеченного горожанина, а делом городского учета: заплати сбор, получи номер и езди по правилам.
Конечно, город всегда искал новые источники дохода. Еще 28 октября 1910 года Челябинская городская дума избрала комиссию по вопросу об установлении городского сбора с велосипедов, моторов и автомобилей. Комиссия через управу запросила материалы у Екатеринбурга, Уфы, Омска, Самары, Москвы и Иркутска: хотелось понять, как подобные сборы устроены в других городах.
15 ноября 1910 года комиссия обсудила вопрос уже по существу. Главная мысль была простой: растущие потребности города вызывают большие расходы, которые нельзя покрыть обычными доходами без дефицита. Значит, приходится искать новые предметы обложения. Предполагалось, что новый источник городского дохода можно будет употребить «на исправное содержание мостовых и на борьбу с пылью» — одним из постоянных бичей городской жизни.
С точки зрения справедливости комиссия считала нужным обложить сбором не только велосипеды, моторы и автомобили, но и лошадей — главный способ передвижения по городским улицам. Однако дума в итоге оставила вопрос о сборе с лошадей открытым, а постановление о порядке езды на велосипедах, мотоциклетах и автомобилях одобрила и решила представить на утверждение оренбургскому губернатору.
Размеры сбора предлагались такие: с велосипедов — по 1 рублю в год, с моторов — по 2 рубля с силы, с автомобилей всякого рода, то есть легковых и грузовых, — по 3 рубля с силы. Сбор владельцы должны были вносить в кассу городской управы за год вперед, к 1 мая. Если деньги не поступали вовремя, начислялась пеня в размере 25 % с неуплаченной суммы. При передаче велосипеда новому владельцу прежний и новый владельцы обязаны были заявить об этом городской управе.
Для правильного поступления сбора и для учета числа велосипедов и автоматических экипажей городская управа должна была иметь особых уполномоченных лиц. Им давалось право требовать у владельцев машин предъявления квитанций об уплате сбора. То есть уже в 1910 году город мыслил не только о самом налоге, но и о контроле: кто владеет машиной, заплатил ли он сбор, можно ли проверить квитанцию.
Окончательно обязательное постановление о взимании сбора было утверждено лишь спустя два с половиной года. По позднейшим документам видно, что этот платеж не остался разовой мерой: в 1916 году сбор с велосипедов фигурировал в смете доходов городской управы.
Кстати, почти одновременно город урегулировал и саму езду.
После революции велосипеды никуда не исчезли из поля зрения власти. 26 августа 1919 года военный комендант Челябинска приказал всем гражданам, включая советских служащих, в двухдневный срок зарегистрировать все имеющиеся велосипеды. За неисполнение грозили конфискация велосипеда и предание владельца суду военно-революционного трибунала. Тем же приказом, учитывая установившийся порядок в городе, разрешалось свободное движение по улицам после 12 часов ночи без ограничения времени.
Резюмируя, лишь 113 лет назад Челябинск официально признал: «стальные кони» стали частью городской жизни, а значит, их нужно считать, проверять и облагать сбором.
На фото:
1. семья Теплоуховых и их велосипед, лето 1900 года, ОГАЧО (Ф. П-830. Оп. 1. Д. 30),
2-3. журнальное определение ЧГД от 26.11.1910, ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 55),
4. магазин Иванова на ул. Уфимской (Кирова), где можно было приобрести велосипед,
5. сведения о таких магазинах за 1909 год, из справочника «Весь Челябинск и его окрестности»,
6. газета «Челябинский рабочий», 1926 г., из архива Д. Г. Графова.
По материалам М. А. Базанова, Д. Г. Графова, А. Б. Гуськовой, Ю. В. Латышева, П. Н. Шевченко, И. С. Янгировой, а также ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 55), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1273; Ф. Р-363. Оп. 1. Д. 15). | 99 |
| 18 |  Дом N 68 по ул. Красноармейской, ок. 1980-х гг., ЦИКНЧ, реконструкция. | 105 |
| 19 |  +7В прейскуранте предлагалось около 20 разновидностей изразцовых печей и каминов. В оформлении использовались элементы классицизма, барокко, ампира и особенно модерна. Завод подчеркивал качество сырья:
Терракотовые изделия нашего завода имеют громадное преимущество перед всеми другими изделиями подобного рода, так как вырабатываются при незначительной примеси кварцевого песка исключительно из белой огнеупорной глины, отличающейся высокой степенью теплоемкости.
Комплект простых терракотовых изразцов для печи стоил 29 руб., глазурованных — от 50 до 70 руб. Комплекты для камина — от 85 до 125 руб. Отдельные изразцы стоили от 17 копеек до 85 коп., огнеупорный кирпич — от 26 до 55 руб. за тысячу штук, цементные половые плитки — от 10 до 12 руб. за квадратную сажень. По просьбе покупателя завод высылал иллюстрированный прейскурант, изданный в 1911 году в Варшаве; один экземпляр сегодня хранится в экспозиции ГИМЮУ. При необходимости присылали мастеров для кладки печей и каминов. Продажа шла через техническую контору Б. Рымкевича (ул. Азиатская, 18).
Завод Лоренсова оказался едва ли не единственным дореволюционным челябинским производством строительных материалов, пережившим смену власти. В 1920-е годы на его базе работал керамический завод Челябинского губернского союза потребительских кооперативов: выпускали строительный кирпич, глиняную посуду и другие изделия. К 1928 году предприятие реконструировали, оно перешло в ведение Челябинского городского коммунального треста. В 1927–1928 годах основной продукцией были огнеупорный кирпич и шамотный порошок, сырьем служила белая каолиновая глина, среднее число рабочих выросло до 48 человек. В 1930-е годы завод как огнеупорный цех вошел в состав ЧТЗ.
Следы дореволюционного завода сохранились до сих пор. Его перестроенное здание находится в Курчатовском районе, в поселке Керамзавода, дом N 53/2. Уцелел основной краснокирпичный производственный корпус, расширенный и надстроенный вторым этажом в 1932 году, с оригинальной кладкой на западном фасаде. Сохранилась и хозяйственная постройка в пазово-столбовой технике, с комбинированными стенами из кирпича и полубревен, предположительно бывший склад готовой продукции. В 300 метрах юго-западнее до сих пор видны заполненные грунтовыми водами карьеры с белесыми обрывистыми берегами. Вероятно, именно здесь добывали глину.
В фондах ГИМЮУ хранятся изразцы с клеймом: «ЗАВОДЪ Вс. В. ЛОРЕНСОВА ВЪ Г. ЧЕЛЯБИНСКЕ». Такие изразцы находили весной 1979 года при обследовании подвала особняка Рябинина на Каслинской, 137: несколько плиток были покрыты темно-коричневой и бежевой глазурью, на трех из семи найденных стояло клеймо завода. В особняке М. П. Архипова на Коммуны, 68 сохранились 6 изразцовых печей, близких к образцам из прейскуранта завода В. Лоренсова 1911 года.
Особняк на Красноармейской в 1977 году признан памятником архитектуры (ныне – ОКН регионального значения). Сейчас здесь размещается Центр развития туризма Челябинской области.
На фото:
1. объявление в торгово-промышленном адрес-календаре, 1911 г.,
2. клеймо завода, ГИМЮУ, из архива В. Г. Демакова,
3. особняк Юдиной по ул. Красноармейской, 100, 1972 г., из архива Ю. В. Латышева,
4-13. оттуда же,
14. 1993 г., фото В. Усманова, из группы ОК «Челябинская старина»,
15. из архива Ю. В. Латышева,
16. 2003 г., оттуда же,
17. оттуда же,
18. современный вид фонаря особняка.
По материалам Н. А. Антипина, М. И. Альбрута, В. С. Боже, А. Б. Гуськовой, В. Г. Демакова, Ю. В. Латышева, Н. В. Овчинниковой, Н. М. Шабалиной, а также ОГАЧО. | 118 |
| 20 |  +9Лоренсов: следы царской эпохи в пос. Керамзавода.
В начале XX века челябинцы знали: керамическую плитку, изразцы, терракотовые изделия и огнеупорный кирпич можно купить на заводе Всеволода Васильевича Лоренсова.
Это предприятие до сих пор остается одним из самых загадочных в истории старого Челябинска. Загадочен и сам Лоренсов: частный поверенный, потомственный почетный гражданин, агент страхового общества «Якорь», владелец необычного производства, человек с редкой фамилией и непростой семейной историей. С ним же связан один из самых красивых деревянных домов города — нынешний особняк Юдиной на Красноармейской, 100.
Фамилия Лоренсов относится к семинарским: такие фамилии давали воспитанникам духовных учебных заведений. Всеволод Васильевич родился в 1855 году, учился в Далматовском духовном училище и Пермской духовной семинарии, откуда был исключен «по малоуспешности» после третьего класса. Позднее он получил юридическое образование и стал частным поверенным – юристом по несложным делам. В официальных бумагах именовался потомственным почетным гражданином.
В Челябинске Лоренсов появился уже в первой половине 1880-х годов. В 1885 году он пытался стать секретарем Челябинской городской думы и управы, подав дерзкое заявление: для этой должности, по его словам, «совсем не требуется большого разума», достаточно умения «полуграмотно излагать и подписывать нужные бумаги», что он может делать «совершенно даже грамотно». Власти сочли заявление «непристойным и оскорбительным» и отклонили.
К 1890-м годам Лоренсов уже был заметен в городе. С 1899 года он состоял членом-жертвователем совета Челябинской городской библиотеки и ежегодно вносил по 10–15 руб. В начале XX века его имя регулярно появлялось в справочниках как частного поверенного. В 1902 году председатель Челябинского уездного съезда характеризовал его как знающего дело, добросовестного, честного, аккуратного, трезвого человека «безупречного нравственного поведения» и одного из лучших частных поверенных при уездном съезде.
С недвижимостью Лоренсова все сложнее. На Солдатской улице, нынешней Красноармейской, сохранился деревянный особняк, который в разных публикациях называли домом Ларинцева, Лоринцева, Ларинцевых и Лоренсова. По архивным документам, участок в 1899 году купила крестьянская дочь Прасковья Юдина у вдовы священника Елены Авраамовой.
В 1905 году на дворе Юдиной уже числится новый «дом деревянный палубленный в шесть комнат, прачечная, каретник, завозня, погреб и конюшня, крытые железом». У особняка богатая резьба, 3 башенки с острыми шпилями, куполообразные кровли, остекленный фонарь над вестибюлем и высокая брандмауэрная стена из дикого камня.
Наиболее вероятным годом строительства особняка считается 1903 год.
В налоговых документах дом числился за Юдиной, но другие источники связывают его с Лоренсовым. Вероятно, земля официально принадлежала Юдиной, а дом фактически был построен или использовался Лоренсовым.
Кстати, В. Лоренсов одно время жил в другом интересном здании – особняке купца Иванова, построенном в 1888 году (ныне воспроизведен – Кирова, 94).
Керамический завод появился на землях Долгодеревенской станицы, примерно в 7 километрах к северо-западу от Челябинска. В начале XX века там открыли месторождение белой огнеупорной глины высокого качества. Это и стало причиной основания заимки и строительства завода по выпуску изразцовых и терракотовых изделий, а также огнеупорного кирпича. Предприятие, судя по всему, открылось осенью 1909 года.
Для Челябинска это было редкое и технологически высокое производство. Годовой выпуск составлял 50 000 руб. На заводе имелся нефтяной двигатель мощностью 25 лошадиных сил, работали 27 человек. Предприятие выпускало терракотовые, глазурованные и майоликовые изразцы для печей и каминов, цементные половые плитки с орнаментами, садовые вазы, огнеупорный кирпич нескольких сортов, шамотный порошок и другие изделия. Были даже попытки организовать фарфоровое производство с использованием привозных глин. | 96 |
