Перевожу с канцелярВского

Экономический контекст был еще важнее. Алович не был спокойным бизнесменом, сидящим на горе наличных и заключающим случайную сделку. Он был высоко закредитованным магнатом, построившим сложную пирамиду контроля вокруг "Eurocom", "Internet Zahav", "B-Communications" и "Безек". Такая долговая нагрузка создавала колоссальное давление на денежные потоки. Безек была его "дойной коровой", и Аловичу были необходимы деньги, чтобы удерживать всю пирамиду на плаву. Сделка Безек-YES должна была дать ему кислород. Она могла позволить Безек воспользоваться налоговыми убытками YES и тем самым платить меньше налогов — за счет общественности, владеющей акциями Безек. Поэтому первоначальные подозрения не были беспочвенными. Отсюда я перешел к регуляторной стороне вопроса. Сделка не могла состояться без необходимых разрешений: Управление по конкуренции, Совет по кабельному и спутниковому телевидению и Министерство связи должны были дать свое согласие. Профессиональное руководство Министерства связи во главе с генеральным директором Ави Бергером не считало сделку чисто техническим вопросом. Бергер хотел использовать выдачу разрешения как рычаг давления на Безек для продвижения реформы рынка оптового дрступа, направленной на усиление конкуренции. Иными словами, он не обязательно говорил "нет", но говорил "да, при определенных условиях". Для Безек и Аловича эти условия были дорогостоящей помехой; для общества — чрезвычайно важным фактором. Уголовное дело оценивается по доказательствам. Не по тому, что кажется журналисту. В конечном итоге необходимо представить доказательства, выдержать перекрестный допрос и убедить судей вне разумных сомнений. И именно там, в судебном зале, картина начала меняться. Затем произошла цепочка событий, которая тогда выглядела весьма серьезной. Безек утвердила сделку на общем собрании акционеров при условии, что все регуляторные разрешения будут получены в течение девяноста дней. Нетаньяху, который одновременно был премьер-министром и министром связи, уволил Бергера телефонным звонком. После этого он назначил генеральным директором Министерства связи своего доверенного человека Шломо Фильбера. Фильбер приступил к работе практически без полноценной передачи дел, и в течение нескольких недель именно эта сделка была главным вопросом, которым он занимался в министерстве. Уже в самом начале своей работы он встретился с Аловичем, вскоре после этого была нанята консалтинговая компания, положительное заключение было подготовлено быстро, Совет по кабельному телевидению одобрил сделку, а Нетаньяху поставил свою подпись. Тот, кто смотрел на эту последовательность событий в 2019 году, вполне мог насторожиться. Контролирующему владельцу, испытывающему финансовое давление, срочно требуется государственное разрешение. Профессиональный генеральный директор, создающий препятствия, увольняется. На его место назначают доверенное лицо. Сделка быстро получает одобрение. Одновременно сайт Walla, принадлежащий тому же владельцу, якобы предоставляет Нетаньяху и его семье необычайно благожелательное освещение, снимает с публикации негативные материалы и публикует статьи против его политических соперников. Если это не повод начать расследование, то что тогда является поводом? Именно здесь появилась юридическая концепция прокуратуры: взятка не обязательно должна быть конвертом с наличными. Закон признает также "услугу или иную выгоду". Чтобы понять дело 4000 таким, каким оно выглядело тогда, необходимо понять именно этот момент. Для обычного человека позитивная публикация на Walla, возможно, имеет небольшую ценность. Но для Нетаньяху, как тогда казалось, благоприятное освещение в СМИ было стратегическим активом. Человек, который живет заголовками и дышит ими, интересуется средствами массовой информации вплоть до каждой запятой и понимает силу общественного восприятия лучше любого другого политика, вполне может считать благожелательное освещение серьезной выгодой.

Почему я поверил прокуратуре по делу 4000 и где ошибся Иегуда Ифрах | Внутренняя Политика | СМИ и Общество | Дела Нетаньяху | Журналистский Подход | Проверка Временем | Ревизия Оценок | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Дело 4000 в том виде, в каком оно выглядит сегодня, — это уже не то дело, которым я считал его в 2019 году. Тот, кто действительно хочет установить истину, иногда должен признать: то, что тогда казалось очевидным, сегодня выглядит совершенно иначе. ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ В последние недели мне снова и снова задают один и тот же вопрос, в разных формулировках: как ты сегодня объясняешь свой прежний подход к освещению дел Нетаньяху, и прежде всего дела 4000? Этот вопрос не просто законен — он необходим. Любой, кто пишет об уголовном процессе в режиме реального времени, тем более о процессе с участием действующего премьер- министра, должен быть готов спустя несколько лет снова открыть свои тексты, положить их перед собой и честно спросить: что выдержало проверку временем, а что нет. Это неудобный вопрос. Журналисты очень любят проверять других, но гораздо меньше любят, когда проверяют их самих. Однако невозможно всерьез говорить о процессе Нетаньяху, не разделяя три разных этапа: момент формирования подозрений, момент предъявления обвинительного заключения и момент, когда доказательства начали исследоваться в зале суда. Это три совершенно разных мира. То, что кажется убедительным на стадии следствия, может ослабнуть в суде; то, что выглядит сомнительным на стадии обвинительного заключения, может получить подтверждение в ходе показаний; а то, что на бумаге выглядит как блестящая юридическая конструкция, может оказаться чрезвычайно труднодоказуемым вне разумных сомнений. В публикациях и разговорах со мной чаще всего вспоминают две мои старые статьи. Первая была опубликована в начале 2019 года, почти за год до предъявления обвинительных заключений Нетаньяху. Это была наиболее объемная и подробная публикация, поэтому я сосредоточусь именно на ней. В другой колонке, уже после объявления юридического советника правительства о решении предъявить обвинение, я написал, что "Мандельблит выбрал самый безопасный путь". Начну с главного вывода: то, что мы видим сейчас, тогда я не видел. Не потому, что игнорировал это, а потому, что эти факты открылись лишь тогда, когда дело спустилось с высокого уровня полицейских и прокурорских сводок на бетонный пол в зале суда. Та статья была написана на этапе, когда тогдашний юридический советник правительства Авихай Мандельблит еще не принял окончательного решения о предъявлении обвинения и отказывался проводить разъяснительные беседы с журналистами по этой теме. Статья основывалась на собственном расследовании, которое я провел вокруг сделки Безек-YES, главным образом на материалах расследований Управления по ценным бумагам и Управления по конкуренции. На том этапе власти еще не сосредоточили внимание на Нетаньяху как на человеке, связанном с этой сделкой. Поэтому мой первоначальный анализ был экономическим, корпоративным и регуляторным: проблемная сделка с заинтересованными сторонами, закредитованный и испытывающий давление контролирующий акционер, чувствительное государственное регулирование и крайне серьезный общественный интерес. Начнем с того, что лежало на поверхности в 2019 году. Дело 4000 возникло не как очередная история о благожелательном освещении в СМИ и не как очередная глава саги об отношениях политиков и медиа. Оно возникло вокруг крупной корпоративной сделки: компания Безек, находившаяся под контролем Шауля Аловича, приобрела компанию YES, которая также находилась под его контролем. Иными словами, Алович находился по обе стороны сделки: он одновременно был продавцом и контролирующим акционером компании- покупателя. Над подобной сделкой всегда мигает красный сигнал тревоги: когда контролирующий акционер продает актив одной своей компании другой своей компании, его интересы не обязательно совпадают с интересами миноритарных акционеров, то есть широкой публики, включая пенсионные фонды, инвестировавшие в акции Безек.

Председатель партии Религиозный сионизм Бецалель Смотрич в тот момент находился в США, однако его представители поспешили заявить, что положение о ценности изучения Торы, безусловно, приемлемо, но о каком-либо приравнивании условий учащихся и военнослужащих можно забыть. Прошло несколько дней, после чего председатель коалиции депутат Офир Кац сообщил им, что изменение формулировки принято, и действительно министерская комиссия по законодательству одобрила закон при условии, что после предварительного чтения его текст будет изменен. Так и произошло. А затем произошло событие, которого никто заранее не планировал. Руководители нескольких ведущих ешив программы "эсдер" сообщили армии, что если будет запущен пилотный проект по интеграции женщин-военнослужащих в бронетанковые войска, в смешанные экипажи внутри танков, то учащиеся ешив "эсдер" не будут проходить службу в бронетанковых войсках и найдут себе другие боевые подразделения. Это вызвало настоящий общественный скандал. Женские организации, депутаты от оппозиции, кандидаты праймериз партии Демократы, а также представители СМИ дружно обрушились на ешивы "эсдер". Заодно вновь была запущена старая кампания, посвященная сроку срочной службы учащихся этих ешив и тому, что он короче, чем у среднего военнослужащего. Для многих руководителей ешив "эсдер" все стало очевидно в одно мгновение. Подача петиций в БАГАЦ против ешив "эсдер" и против их особой модели службы — это уже вопрос не "если", а "когда". Это обязательно произойдет. И что случится, если это произойдет через несколько месяцев, когда, возможно, правительство сменится и к власти придет блок центра и левых? Кто тогда будет защищать ешивы "эсдер"? И в один момент, без какой-либо подготовки, в Религиозном сионизме поняли, что формулировка Основного Закона об изучении Торы становится для них не менее важной, чем для ультраортодоксальных партий, прежде всего ключевое положение закона, устанавливающее, что ценность изучения Торы должна рассматриваться как уравновешивающая другие ценности. Сегодня это касается ультраортодоксальных ешив, а завтра уже ешивы Религиозного сионизма будут вынуждены противостоять петициям против программы "эсдер". Сценарий, показанный в предвыборном ролике Смотрича, где Яир Голан становится министром обороны, конечно, задумывался как часть избирательной кампании — это очевидно. Но если задуматься, такой вариант вовсе не выглядит невероятным. Партия примерно с десятью мандатами, во главе которой стоит генерал-майор запаса и бывший заместитель начальника Генерального штаба, — это естественный кандидат на пост министра обороны. Ведь еще одним "силовиком" является Гади Айзенкот, которого этот политический блок рассматривает как кандидата на пост премьер-министра. Партия Демократы не удовлетворится второстепенным министерским портфелем и выдвинет также содержательные требования на коалиционных переговорах. И именно это очень тревожит ешивы "эсдер". Это вполне логично и по существу. Если сейчас столь интенсивно обсуждается продление срока срочной службы, то совершенно естественно, что следующим этапом станут ешивы "эсдер", особенно если этому сопутствует уже начавшаяся информационная кампания. Так получилось, что закон, который был предназначен помочь ультраортодоксальным партиям и появился по их требованию, был существенно сокращен по настоянию Религиозного сионизма, а теперь там вдруг поняли, что он нужен прежде всего им самим. Что это касается уже их собственного дома. Зеэв Кам | Макор Ришон -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Религиозный сионизм понимает, что закон о призыве нужен и ему самому Зеэв Кам | Внутренняя Политика | Социальный Раскол | Религиозный Сионизм | Ешивот Эсдер | Закон о Призыве 🆚 Закон Торы | Эффект Бумеранга | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ В Религиозном сионизме боролись за то, чтобы сузить Основной Закон об изучении Торы, но в итоге поняли, что однажды он может понадобиться и им самим. ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Не будет большим преувеличением предположить, что и на этот раз ультраортодоксальные партии пожалеют о том, что не сказали "да" закону о призыве, который лежал на столе Кнессета. Если посмотреть на историю, то каждый раз, когда политики из ультраортодоксальных партий отвергали тот или иной закон о призыве, уже в следующую каденцию они сталкивались с куда более жестким законом. Так произойдет и сейчас, и они снова будут сожалеть о своем решении и спрашивать себя, зачем они так поступили, только для того, чтобы в следующий раз снова сказать "нет". Утешительным призом для них должен был стать Основной закон об изучении Торы. Однако за последние две недели кое-что изменилось в вопросе о том, для кого вообще предназначен этот закон. Чтобы понять, о чем идет речь, вернемся немного назад, к началу летней сессии Кнессета. Закон о призыве тогда еще оставался на повестке дня, однако депутаты от ультраортодоксальных партий уже заняли более жесткую позицию и заявили, что готовы продвигать закон только в том случае, если он получит поддержку юридического советника Кнессета Сагит Афик и юридического советника комиссии по иностранным делам и обороне Мири Френкель-Шор. "Пока они обе не с нами, вообще с нами не разговаривайте", — заявили они коалиции. На этом все и застопорилось. В конце концов ультраортодоксальные партии сообщили Нетаньяху, что голосовать за этот закон они уже не будут. В те месяцы возник своего рода замкнутый круг: ультраортодоксальные партии не хотели заявлять, что поддерживают закон о призыве, пока им не покажут, что у него есть большинство в Кнессете, а с другой стороны премьер-министр Нетаньяху не хотел собирать это большинство и политически рисковать, пока не убедится, что ультраортодоксальные партии действительно поддерживают закон. Это привело к длительному тупику, к которому позже добавилось требование ультраортодоксальных партий о поддержке юридической службы Кнессета, после чего путь к кризису оказался совсем коротким. Итогом кризиса стало, как известно, знаменитое письмо раввина Ландо, в котором было объявлено, что блока больше не существует. Именно в этот момент в рядах Ликуда и Религиозного сионизма появилась идея, которую сочли революционной: если блока больше нет, значит, это работает в обе стороны. Идея заключалась в том, чтобы обратиться к Ганцу, Лапиду и Либерману и предложить пакетное соглашение, включающее согласованную дату выборов и согласованный закон о призыве — в обход ультраортодоксальных партий. Однако когда эта инициатива дошла до канцелярии премьер-министра, было принято решение остановить ее и не позволить ей двигаться дальше. Для Нетаньяху история с блоком является критически важной. Он не готов так быстро от него отказаться. Параллельно драматический характер приобрели аресты уклоняющихся от призыва, и это все сильнее влияло на ультраортодоксальную улицу. Возникла такая динамика, которая вынудила депутатов от ультраортодоксальных партий предложить хоть какое-то решение, чтобы успокоить собственный электорат. Коалиции был передан сигнал: они не способны добиться согласия по закону о призыве, но и не могут оставить своих избирателей накануне выборов совсем без ответа на проблему арестов. Так появилась идея вернуться к тому самому закону, который ультраортодоксальные партии пытались провести в начале каденции, — Основному Закону об изучении Торы. Когда в Ликуде и Религиозном сионизме увидели первоначальную редакцию закона, они были потрясены: во втором пункте говорилось, что отношение к человеку, изучающему Тору, должно быть таким же, как к человеку, проходящему реальную военную службу.

В июне БАГАЦ рассмотрел эти иски и, как и ожидалось, вынес временный судебный приказ, заморозивший новые назначения до принятия окончательного решения по искам, несмотря на то что новый совет был назначен законно и с соблюдением всех предусмотренных процедур. Это означало, что новый совет не приступает к исполнению своих обязанностей, а прежний совет продолжает временно исполнять свои функции. Именно этого и добивались заявители. Здесь следует напомнить о двух статьях Закона о Втором управлении телевидения и радио. Первая — статья 11(а) — устанавливает, что в случае отставки члена совета правительство назначает нового члена вместо него. Вторая — статья 21 — устанавливает, что решения совета имеют юридическую силу только в том случае, если они приняты при участии не менее двух третей установленного законом состава совета. Это означает, что если в отставку уходит треть или более членов совета, а представитель правительства не назначает им замену, то закон совершенно однозначно устанавливает, что решения такого совета не имеют юридической силы. На следующем этапе кризиса, в ответ на вторгающийся во власть правительства временный судебный приказ БАГАЦа, шесть членов прежнего совета подали в отставку. Тем самым они сократили число членов совета ниже двух третей, требуемых законом, и лишили совет юридической силы. В середине июня наступил следующий этап кризиса — реакция БАГАЦа на эти отставки. В полном противоречии с прямым текстом закона БАГАЦ присвоил себе право заморозить отставки, исключить голоса ушедших членов из расчета кворума и оставить семерым оставшимся членам полномочия принимать решения, несмотря на то что их число меньше двух третей, требуемых законом. Правительство было поражено дерзостью БАГАЦа, открыто проигнорировавшего прямое требование закона, и заявило, что судебный приказ, оставляющий полномочия по принятию решений за семью оставшимися членами прежнего совета, был вынесен без каких-либо законных полномочий. В начале июля правительство объявило, что не признает решения, назначения и разрешения, которые будет принимать Совет Второго управления в составе, утвержденном БАГАЦем, поскольку он действует вопреки закону, а следовательно, его решения являются недействительными. Изложенная здесь последовательность фактов никем не оспаривается. Правительство утверждает, что БАГАЦ попирает закон, стремясь сорвать законную процедуру назначения нового совета после истечения срока полномочий прежнего совета, как того требует закон. БАГАЦ утверждает, что отставки членов были направлены на срыв вынесенного им судебного приказа, и поэтому, несмотря на то что никакого принуждения кого-либо из подавших в отставку доказано не было и несмотря на то что закон не предоставляет БАГАЦу подобных полномочий, их отставки должны быть заморожены. Теперь пусть каждый самостоятельно сделает вывод и задаст себе вопрос, кто действительно несет ответственность за этот кризис. Действительно ли это правительство, как пытаются внушить СМИ, или же БАГАЦ, как показывает последовательность произошедших событий. Ханан Амиур | Журналист писатель, публицист, автор книги "Война Шести Лжей" #багацдельня #юристобратия -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

В кризисе вокруг Второго управления вновь выяснилось, что СМИ живут в параллельной реальности Ханан Амиур | Внутренняя Политика | Конституционный Кризис | БАГАЦдельня 🆚 Правительство | Узурпация Полномочий | Картель Надзаконников | Кривосудие Шрёдингера | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ БАГАЦ упорно действует вопреки закону и придумывает собственные законы, но "правительством анархии" называют именно правительство ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Освещение кризиса между БАГАЦем и правительством вокруг Совета Второго управления телерадиовещания не оставило никаких сомнений. Вся ответственность за кризис была возложена на правительство, тогда как БАГАЦ был представлен как защитник закона и общественных интересов, ответственный и смелый, противостоящий преступному правительству, которое его атакует. В "Едиот Ахронот" на фоне кризиса правительство было охарактеризовано как "правительство анархии", в "Маарив" его обвинили в том, что оно "забивает последний гвоздь в гроб государственности", в "Гаарец" объяснили, что решение правительства является "пробным запуском перед срывом результатов выборов", и так далее. Все публикации были выдержаны в едином тоне: правительство виновно и действует преступно, БАГАЦ невиновен и стоит на страже закона. Но действительно ли именно правительство виновно в кризисе, тогда как БАГАЦ действовал ответственно и в соответствии с законом? Нет. Все ровно наоборот. Цель агрессивного спина, возлагающего ответственность за кризис на правительство, состоит в том, чтобы создать дымовую завесу, скрывающую настоящего нарушителя закона в этом кризисе — БАГАЦ. И лучший способ это объяснить — кратко проследить развитие кризиса. Начало кризиса относится к марту этого года. После окончания срока полномочий предыдущего совета, назначенного предыдущим правительством, нынешнее правительство в соответствии с законом назначило новый совет. После того как юридическая служба Министерства связи тщательно проверила соответствие кандидатов требованиям закона для членства в совете, их кандидатуры были одобрены, затем правительство также единогласно утвердило их, и совет был назначен. Здесь стоит кратко объяснить значение Совета Второго управления телевидения и радиовещания. Будучи регулятором вещания, по закону он обладает широкими полномочиями: налагать штрафы на телеканалы за трансляцию контента, который, по его мнению, является неподобающим, вплоть до запрета таких передач; утверждать назначения руководителей и сделки по покупке или слиянию компаний; требовать выделения бюджетов на специализированный контент и многое другое. Перед новым советом стояла и более конкретная задача — разрешить или запретить продажу 13-го телеканала группе Асафа Раппопорта, несмотря на юридические сложности, связанные с тем, что приобретающая структура, по всей видимости, является благотворительной, тогда как приобретаемый объект — коммерческий, что запрещено законом. Поэтому совершенно понятно, почему левые всеми силами выступили против назначения нового совета, хотя он был назначен в полном соответствии с законом. Они хотели сохранить регуляторный контроль над советом в своих руках, как это было долгие годы, и закон их не интересовал. В мае против нового совета в суд были поданы пять исков пятью различными левыми организациями: Организацией журналистов, Советом прессы, Новостной компанией 12-го канала, Движением за качество власти и Ассоциацией по защите ценностей права. Основания исков были различными. Одни были направлены против утверждения конкретных кандидатов, другие — против самой процедуры назначения, однако все они содержали один и тот же довод: в отличие от членов, назначенных предыдущим правительством, которые не были политически ангажированы, члены, назначенные нынешним правительством, являются "политическими", а потому их назначения должны быть отменены.

В основе этого искаженного мировоззрения лежит убеждение, что если кто-то готов так много отдавать, значит, за этим обязательно скрывается какой-то тайный расчет. Да, я рад расти и воспитывать детей и внуков в религиозном сионизме. Эта группа — мои соседи, мои друзья, мои раввины, мои воспитатели — приносит пользу всему израильскому обществу во всем его многообразии. Не нужно стесняться говорить об этом. А тому, кого это раздражает, стоит посмотреть в ближайшее зеркало и попытаться объяснить самому себе почему. Кальман Либскинд | Макор Ришон -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

И после всего сказанного — можно ли обсуждать продолжительность службы учащихся "эсдер"? Конечно, можно. Но когда кто-то выбирает вести этот разговор именно сейчас, именно в разгар войны, в которой ешивы "эсдер" заплатили столь тяжелую кровавую цену, это говорит прежде всего о нем самом, а не о необходимости такой дискуссии. Требовать такого обсуждения сейчас — все равно что стоять у открытой могилы бойца, погибшего в бою, и упрекать его в том, что он мог бы приложить больше усилий. И если нападки на ешивы "эсдер" в самые тяжелые для них годы выглядят отвратительно, то что тогда сказать о подготовительной программе в Эли? Этот огромный образовательный проект ежегодно выпускает в израильское общество множество выпускников, которые активно участвуют и вносят вклад в самых разных сферах, и ЦАХАЛ — лишь одна из них. 40 процентов выпускников этой программы служат офицерами в ЦАХАЛ. На плацу выпуска офицерских курсов, завершившихся несколько недель назад, вместе стояли 23 ее выпускника. С 7 октября погибли 33 выпускника учреждений Бней-Давид, около 70 процентов из них были офицерами. Это невероятные цифры. В условиях, когда в СМИ постоянно критикуют ультраортодоксов за отказ участвовать в обеспечении безопасности государства и спорят с ними, когда они утверждают, что невозможно одновременно соблюдать заповеди, изучать Тору и служить в ЦАХАЛ, мы должны были бы носить на плечах тех, кто доказывает, что можно и то, и другое, и третье. Но почему-то сюжеты о героизме выпускников Эли все эти годы не могли затмить сюжеты о какой-нибудь фразе, сказанной каким-нибудь раввином на каком-нибудь уроке. Сегодня трудно поверить, что когда-то велись кампании с призывами закрыть эту программу. Трудно поверить, вспоминая ту цену, которую она заплатила, и тот огромный вклад, который внесла в безопасность Израиля, что Авигдор Либерман когда-то предупреждал: "История с довоенными подготовительными программами развивается в сторону частных милиций, своего рода фаланг", а бывший начальник Генерального штаба Моше Яалон и бывший заместитель начальника Генерального штаба Яир Голан объясняли — в самый разгар войны, когда выпускники этой программы погибали один за другим, — что ее нужно закрыть. Так в чем же здесь дело? Похоже, у нас есть большие группы людей, которым очень нравился прежний религиозный сионизм — напоминавший ультраортодоксальное общество. Такой, который не стремился сидеть на переднем сиденье, не стремился слишком активно участвовать в общественной жизни, не рвался принимать решения и довольствовался своими бюджетами. Но как только все это начало меняться, многие вдруг затосковали по МАФДАЛ, хотя сами никогда за нее не голосовали. Заберите себе министерство образования, министерство по делам религий и бюджеты религиозного образования — и оставьте нас в покое, словно говорят они. Посмотрите хотя бы на тему донорства почек, где религиозный сионизм занимает лидирующие позиции. Я уже упоминал здесь несколько статей в газете Гаарец, в которых представителей религиозно-сионистского сектора критиковали именно за это. "Что стоит за модой на донорство органов в религиозном сионизме?" — спрашивала одна из них. "Гордость религиозного сионизма выглядит как чистый альтруизм, но в ней скрывается немало долгосрочных интересов". Когда Хили Тропер стал донором, досталось и ему. "Кажется, что, принимая этот лестный для себя этос, религиозно-сионистское общество делает еще один шаг в опасном направлении, где жертвенность, вплоть до отдачи органов, становится символом самоотверженности, а самоотверженность, в свою очередь, становится символом морального превосходства", — говорилось в статье. И вот так, в болезненной попытке найти изъян во всем, что делают люди в вязаных кипах, донорство почек представляют как проявление корыстных мотивов, переселение на северную границу — как попытку превратить жителей Метулы и Штулы в мессианистов, а боевую службу в ЦАХАЛ, где религиозный сионизм платит более высокую цену, чем любой другой сектор, объявляют недостаточной, потому что учащиеся ешивы "эсдер" в Йерухаме могли бы постараться немного больше.

Я помню разговор, который много лет назад состоялся у меня с покойным Шмуликом Рифманом — легендарным главой регионального совета Рамат-Негев, кибуцником из Ревивима, многолетним членом Партии труда, человеком, в жилах которого текли идеи поселенчества и сионизма. Рифман рассказал мне о моменте, когда решил позвонить Зеэву Хеверу (Замбишу), генеральному секретарю движения Амана, с просьбой о помощи. "Я попросил его прислать людей, чтобы спасти Негев. Я знал, что в этом вопросе есть только одна группа, на которую я могу положиться". Так что да, представители этой группы имеют полное право гордиться своим воспитанием, когда оно приносит такие плоды, особенно на фоне тех, кто постоянно льет на них яд. И когда по всей стране появились религиозно-сионистские общинные ядра, прозвучала та же критика, обычно исходившая от людей, которые сами никогда ничем не жертвовали, зато прекрасно владели искусством критики. "Они не хотят интегрироваться, они хотят захватить". Всегда одни и те же слова, всегда одна и та же мелодия. Когда разговор о продолжительности службы учащихся ешив "эсдер" был уделом кандидата, ненавидящего религиозных людей, из списка Яира Голана, это еще можно было понять. Но в последнее время этой возможностью воспользовались и другие, включая военного обозревателя 12-го канала. "Все приходят на призывной пункт, все участвуют, все под одной ношей", — объяснял он, почему службу бойцов "эсдер" нужно приравнять к службе остальных. К этим предложениям я еще вернусь, но сначала несколько важных цифр. Когда военный обозреватель говорит, что "все под одной ношей", он сам прекрасно знает, что у его слов нет никакой фактической основы. Не все несут одинаковую нагрузку, не все идут в боевые части, не все продолжают службу в резерве. А как обстоит дело в "эсдер"? Около 85 процентов выпускников ешив "эсдер" служат в боевых подразделениях, а среди тех, кто по состоянию здоровья пригоден к такой службе, — почти 100 процентов. Это поразительная цифра. Совершенно очевидно, что если бы они не поступали по программе "эсдер", часть из них выбрала бы другой путь, ведь не все подходят для Голани, Гивати или бронетанковых войск. Но когда ты поступаешь по программе "эсдер", другого пути у тебя почти нет. Каждый, кто по своему медицинскому профилю может идти в боевые части, туда и идет. Да, эта программа, сочетающая изучение Торы с военной службой, означает меньше месяцев срочной службы. Но зато ЦАХАЛ получает более взрослых, более серьезных, более зрелых солдат, которые к тому же гораздо больше служат в резерве. Данные, опубликованные в Макор Ришон раввином Яаковом Меданом, главой ешивы Хар-Эцион, показывают, что автоматическое представление о том, будто учащиеся "эсдер" служат меньше, неверно. Около 35 процентов выпускников ешив "эсдер" в итоге проходят полный военный путь. Около 25 процентов призывников по программе "эсдер" продолжают службу в боевых частях, становятся командирами и офицерами, значительно продлевая срок своей службы. "Когда бывший начальник Генерального штаба генерал-лейтенант Айзенкот посетил нашу ешиву, он встретил десять курсантов офицерских курсов, наших учеников, бойцов бригады Гивати. Они составляли около 40 процентов всех солдат, которых мы направили в Гивати в тот призыв", — рассказал раввин Медан. То, что мы видели собственными глазами за последние три года, стало наглядной демонстрацией этого проекта. Самые тяжелые годы службы — годы резервистской службы — продолжаются очень долго, до сорока, пятидесяти лет, а иногда и дольше. И каждый, кто смотрит на происходящее на местах, видит огромное число выпускников "эсдер", которые с лихвой компенсируют сокращенную срочную службу. Насколько велик этот "процент"? В книге раввина Хаима Навона "История о праведнике и носилках" увековечены имена 80 погибших выпускников ешив "эсдер", павших только за первый год войны. Среди них были и такие, кто по возрасту или количеству детей уже был освобожден от службы. Но они пришли, воевали и погибли. Восемьдесят погибших только за первый год войны.

Значит, говорить плохое о тех, кто не служит, можно, а сказать доброе слово о тех, кто служит, нельзя? "Кто устанавливает правила этой игры?" — спрашивал я тогда в Маарив. "Кто решает, что можно, а что нельзя? Почему допустимо считать камни, которые бросают поселенцы, но неловко считать, сколько почек они жертвуют? Почему законно подсчитывать, сколько из них отказались выполнять приказ во время размежевания, но нельзя подсчитать, сколько из них шли в атаку под огнем, иногда даже без приказа? Почему нормально отслеживать высказывания раввинов в той или иной подготовительной программе, но требуется особое разрешение, чтобы рассказать, сколько слушавших эти уроки солдат погибли в бою?" Спустя три года войны можно было ожидать, что религиозный сионизм будут носить на руках. В общественной дискуссии, в актуальных телепрограммах, в телевизионных эфирах — повсюду. Но что происходит вместо этого? Вместо этого люди в вязаных кипах постоянно вынуждены отбиваться от попыток их очернить. То через ешивы "эсдер", то через ту или иную довоенную подготовительную программу. То кто-то находит проблему в заселении религиозными сионистами Негева, то Галилеи. И между тем одно неудачное высказывание какого-нибудь раввина всегда получает больше внимания, чем самоотверженность и вклад всего этого сектора. Два голоса Сразу после 7 октября началось навязчивое жужжание вокруг утверждений, будто ядра религиозного сионизма воспользуются эвакуацией кибуцев, чтобы поселиться в них. Можно обсуждать саму суть вопроса и объяснять, что у кибуца есть свой особый характер и что, пока его жители не хотят перемен, правильно оставить все как было. Можно обратиться к фактам и напомнить, что у этих предупреждений не было ни малейшего подтверждения в реальности. Но дело вовсе не в этом. Дело в инстинкте, который побудил некоторых людей попытаться приписать религиозному сионизму дурные намерения и здесь. Лично я не хотел бы видеть религиозные семьи в кибуце Нир-Оз, если сами кибуцники этого не хотят. И все же я глубоко уважал бы семьи, готовые сделать такой шаг. Сразу после чудовищной резни, когда чувство безопасности почти исчезло и никто не понимал, что будет с этим районом через месяц или через десять лет, как можно относиться к человеку, который говорит: "Я готов там жить", иначе чем с восхищением? На этой неделе я увидел в сети историю супругов из Самарии, которые переехали с семью детьми в мошав Штула на границе с Ливаном. Месяц назад со мной связался житель Кдумима, переехавший в этот северный мошав, и попросил перевести туда свою подписку на Макор Ришон. Разве можно не снять шляпу перед такими людьми? Моя коллега Орли Голдкланг десять месяцев назад писала здесь о семьях из религиозного сионизма, которые решили оставить свои прежние места и именно сейчас переселиться в подвергавшуюся обстрелам, опустевшую Метулу, переживающую самый тяжелый период. "Около 2200 человек зарегистрированы жителями Метулы, однако после окончания боевых действий на севере туда вернулась лишь примерно треть", — сообщала она. "С другой стороны, около 25 религиозных семей за последние месяцы переехали в этот тихий населенный пункт". Орли рассказывала о брате министра Бецалеля Смотрича, который покинул Хар-Хеврон и переехал на север, а также о супружеской паре 33 лет из Эли, которая переехала туда с пятью детьми, оставив позади свою общину, живущих рядом родственников, привычные учебные заведения и постоянную работу. "С начала войны мы почувствовали, что не можем оставаться в своем удобном месте, нужно каким-то образом включиться в помощь приграничным поселениям", — рассказывала мать семейства. Вместо того чтобы оценить этих носителей сионистской идеи, что мы услышали в ответ? "Они приходят, чтобы захватить", "Они пользуются тяжелым положением поселка", "Наверняка кто-то их финансирует". Одной стороной рта СМИ кричали, что "север рушится", что "будущего нет" и что "при нынешней ситуации с безопасностью все отсюда сбегут и никто не захочет сюда приезжать", а другой стороной — нападали на тех, кто решил оставить спокойную жизнь вдали от фронта и приехать именно сюда.

Что у вас за история с религиозным сионизмом? Кальман Либскинд | Война и Общество | Социальный Раскол | Религиозный Сионизм | Тантрум Медиа | Отрицание Заслуг | Априори Виновные | Фабрика Наветов | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Сначала требовали закрыть подготовительную программу в Эли, затем предупреждали, что поселенцы замышляют занять место кибуцников в приграничье сектора Газа и захватить Метулу, а теперь утверждают, что учащиеся ешив "эсдер" служат недостаточно. Кому так сильно мешает религиозный сионизм? ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ В конце декабря 2023 года на первой полосе газеты Макор Ришон была опубликована статья тогдашнего главного редактора Элада Тены. Статья под заголовком "Колено, братья" описывала то, что впоследствии проявилось еще более ярко как история религиозного сионизма в этой войне. Через два месяца после начала наземной операции в секторе Газа данные показали, что 66 из 164 погибших к тому моменту были выходцами из религиозно-сионистской среды. В этой первой группе павших, которая с каждым днем становилась все больше, было восемь выпускников подготовительной программы в Эли, семь выпускников ешивы "эсдер" в Йерухаме, трое из ешивы "эсдер" Хар-Эцион, трое из ешивы "эсдер" в Сдероте, по двое из ешив "эсдер" в Цфате и Кирьят-Шмоне, двое из подготовительной программы Ацмона и двое из ешивы в Маале-Гильбоа. Еще 19 ешив и подготовительных программ потеряли за первые два месяца по одному выпускнику. Религиозная школа Неве- Шмуэль в Эфрате потеряла пятерых своих выпускников. Столько же потеряла школа Химмельфарб в Иерусалиме. "Нет обвинения, которое причиняло бы религиозному сионизму большую боль, чем утверждения о замкнутости и узком эгоизме", — было написано в той же субботу в статье в приложении "Диюкан". "Тяжелая кровавая цена, которую он заплатил в последние недели, доказывает, насколько вязаная кипа вплетена в ткань израильского общества". Та статья не пыталась сказать, что представители религиозного сионизма лучше других или что кто-то другой хуже. Она очень тщательно этого избегала. В ней также были упомянуты светские образовательные учреждения, такие как Блих и Мевоот, отправившие своих учеников на фронт, и говорилось о "реальном мире, где плечом к плечу сражаются выходцы из кибуцев и поселений, жители Гуш-Дана рядом с жителями городов развития, в духе взаимной ответственности и ради общей цели". И почти сразу после этого началась масштабная атака на Макор Ришон. "Почему вы заняты только собой?", "Зачем нужен этот сектантский подсчет?" — и так далее. Я уже тогда пытался понять, что именно так раздражает критиков. Возьмем для сравнения кибуцное движение. Те, кто читает мои статьи, знают, что я восхищаюсь этим движением, которое многие годы было локомотивом поселенческого движения и вклада в безопасность Израиля и которое даже сегодня демонстрирует уровень добровольческой деятельности, значительно превышающий его долю в населении страны. Кибуцники заслуживают признательности всей нации, и они ее получили без того, чтобы кто-то увидел в этом проблему. Когда они установили отдельный мемориал своим павшим и решили ежегодно проводить церемонию памяти погибших членов кибуцного движения, никто не считал, что в этом есть что-то неправильное. Потому что этим кибуцники не сигнализировали о желании отделиться. Просто наряду со своей принадлежностью ко всему народу Израиля они хотели отдельно почтить свою собственную боль внутри общей боли. И да, когда они гордились своими достижениями, когда цифры показывали масштаб их вклада, это было достойно, понятно и оправданно. Так в чем же история с религиозным сионизмом? Почему нам нельзя? Ведь никто из нас не требовал ничего взамен за этот больший вклад. Кого пугает то, что мы воспитываем в духе самоотдачи и добровольчества и гордимся плодами своего воспитания? Более того, вся критика в адрес ультраортодоксального сектора сводится к тому, что он не идет служить в ЦАХАЛ.

Новости 04 | Внутренняя Политика | Выборы 2026 | Опросы Фильбера | Лидеры и Аутсайдеры | Расклад Мандатов | Ссылка 🔗 Опрос 14-го канала ( 09 июля 2026) Распределение по блокам: Правый блок — 63 Левый блок — 47 Арабские партии — 10 Ведущие партии: Ликуд — 33 Яшар — 21 ШАС — 10 Беяхад — 8 Демократы — 10 Наш дом Израиль — 8 Объединенный иудаизм Торы — 8 Оцма Йегудит — 7 РААМ — 5 Объединенный список — 5 Религиозный сионизм — 5 Не преодолевает электоральный барьер: Кахоль-Лаван — 1,9% Соответствие должности премьер-министра: Биньямин Нетаньяху — 55% Гади Айзенкот — 31% Нафтали Беннет — 9% Авигдор Либерман — 4% Бени Ганц — 1% Опрос проведен компанией NEXT DATA с участием 691 совершеннолетних респондентов из всех слоев населения. Анализ данных — Шломо Фильбер. Новости 04 | Facebook #выборы_2026 #опросы_фильбера -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Похоже, Трамп понимает этот маневр. Он будет осыпать Эрдогана комплиментами, получит от него то, что ему нужно в НАТО и в противостоянии с Россией, но не станет спешить с удовлетворением других его просьб. Для этого есть еще одна критически важная причина, о которой пока говорят недостаточно. Главный урок США из войны с Ираном заключается в том, что они не могут полагаться на размещение своих баз в Турции, Катаре, Саудовской Аравии и Омане. И рассматривается возможность перенести наземную опору американских ВВС в Негев, в Израиль. Это займет годы, но пока нет причин предоставлять Турции возможности, которые в будущем позволят ей также контролировать действия США совместно с Израилем, который сегодня в Пентагоне называют "образцовым союзником" армии США. д-р Шломо Фильбер | Основатель института опросов Direct Polls, политический стратег и аналитик -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

О треугольнике сил Турция, Израиль и США, почему именно сейчас и что дадут ей 5 самолетов F-35? д-р Шломо Фильбер | Геополитика | Израиль - США - Турция | Треугольник Недоверия | НАТОвский Торг | Фактор IMEC | Политика Зигзагов | Вашингтонский Поводок | Ссылка 🔗 В последние два года мы были заняты главным образом интересами безопасности и внешнеполитическими интересами Израиля к востоку от нас - в Иране, Сирии, Баб-эль-Мандебском проливе и Суэцком канале. Мы меньше смотрели на запад, в сторону морского пространства и Европы. Израиль - островное государство. Хотя основная часть его мощи и промышленности основана на технологиях, большая часть которых находится в облаке, но ворота для туризма, товаров и экспорта ресурсов находятся на западе. После того как порт Эйлата оказался почти парализован, двумя основными воротами Израиля во внешний мир стали Ашдод и Хайфа и, конечно, экспорт газа с морских платформ в Европу. У Израиля также есть планы по расширению газодобычи и увеличению экспорта, что должно обеспечить ему в ближайшие десятилетия все большую экономическую независимость. И здесь появляется Турция Эрдогана. Этот человек - радикальный исламист с манией величия, но при этом с внешнеполитическим прагматизмом. Он ведет со всеми зигзагообразную политику, построенную на угрозах и соблазнах. Крупнейшим и важнейшим партнером Турции были и остаются США, однако это не мешает ему создавать союзы и с их соперниками. США важны для Турции и для создания сильной и современной армии, и для полноценного вхождения в НАТО и Европейский союз. Турция использует свои размеры и географическое положение - и как ворота с Ближнего Востока в Европу, и как привратник, сдерживающий продвижение России на юг из Черного моря в Средиземное, - чтобы выторговывать льготы и модернизацию. Пятьдесят лет США финансировали НАТО и управляли им как инструментом своей глобальной мощи в Европе. Теперь, в рамках нового мирового порядка Трампа, он хочет, чтобы европейские страны начали защищать себя сами. Именно это сегодня обсуждают в Анкаре, а хозяин встречи - Эрдоган. В отличие от Германии, Франции и стран Восточной Европы, которым угрожает российское вторжение в Европу, у Турции есть также стремление к экспансии на юг, в бассейн Средиземного моря. Уже десять лет в водах Средиземного моря к западу от нас идет экономическая борьба за ресурсы и экономические зоны - между Израилем, создавшим союзы с Грецией и Кипром (а теперь, возможно, и с Ливаном), и Турцией. Чтобы расширить свой контроль над экономическими водами, Турция в 2019 году заключила союз с Ливией, расположенной на южном побережье Средиземного моря, включая экономические и военные соглашения, и укрепляет свои связи с Египтом. Таким путем она пытается вбить клин, создать спор о морских границах и добиться коридора контроля от Турции до Ливии, который будет угрожать перекрытием западной части IMEC (экономико-энергетического коридора Индия - Ближний Восток - Европа), который Израиль прокладывает от своих берегов на запад, к Греции, и партнерами которого также являются США и Индия. И здесь начинается нынешний спектакль шантажа Эрдогана в отношении США. Он знает, насколько он сам и его страна важны для США в противостоянии с Россией. А взамен требует повысить уровень отношений с ним и усилить его военную мощь относительно Израиля. 5 самолетов F-35, которых он требует, предназначены не для того, чтобы атаковать и бомбить Рамат-Давид или Тель-Авив. Но они представляют собой кардинальное технологическое усиление возможностей разведки, наблюдения и управления силами и пространствами во всем регионе. С их помощью Турция надеется стать "защитницей стран Ближнего Востока" от способности Израиля сегодня атаковать любую арабскую столицу в регионе. А также следить за всеми действиями Израиля. Таким образом Турция хочет и сдержать Израиль в его стремлении стать лидером проектов в экономических водах между нами и Европой, и превратиться в нового покровителя арабских государств после падения Ирана.

Гиль Брингер | Yedioth Ahronot #багацдельня #абсурдинстанция -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

слишком часто. Трудность, которую они создают, огромна, однако у защитников судебного активизма припасено замечательное объяснение, позволяющее оправдать то, что оправдать невозможно. Суд, объясняют там, является уполномоченным толкователем закона, а следовательно, то, что скажет суд, и есть закон, и потому противоречие между законом и решением суда невозможно в принципе. Этот ответ настолько прекрасен на аналитическом уровне, что на демократическом уровне представляет собой не что иное, как катастрофу. Чтобы прикрыть крайние случаи, когда суд явно предпочитает игнорировать требование закона, появляется это объяснение и лишает понятие закона какого-либо самостоятельного содержания. Оно полностью уничтожает возможность для любого, кто не является судьей, читать закон, претендовать на его понимание и, возможно, даже принимать законы. Это проблематичное оправдание, сводящее на нет смысл законов, принимаемых Кнессетом, исходит, разумеется, от тех самых людей, которые всего несколько дней назад объясняли, что решение суда по делу государственного контролера было призвано всего лишь защитить Кнессет и его ясные законы. Но если защита Кнессета приходит только тогда, когда он в ней не заинтересован, и не приходит тогда, когда он в ней заинтересован, возможно, от нее вообще можно отказаться. Ведь если и есть что-то хуже судебного активизма, так это избирательный консерватизм. Такой, который выносит решения в соответствии с ясной буквой закона и усиливает Кнессет, но лишь в тех случаях, когда это приводит к результату, который судьи считают удачным. В деле государственного контролера - да, в деле Совета Второго управления - нет. -------- Профессор Барак Медина, бывший декан юридического факультета Еврейского университета, на этой неделе высказался о похожем недавнем случае, когда толкование закона было подогнано под политические предпочтения суда, - о порядке избрания комиссара государственной службы. Около десяти лет назад председатель Верховного суда Ицхак Амит постановил, что комиссар может быть назначен напрямую премьер-министром, именно так, как прямо устанавливает закон. Однако недавно Амит вынес совершенно противоположное решение и обязал правительство использовать отборочную комиссию. В обоих случаях Амит опирался на одну и ту же статью закона. Медина объяснил, что это "исключительный случай", в котором суд раскрывает свою позицию, согласно которой "необходимо изменить толкование права в свете недоверия, которое он испытывает к правительству в целом и к премьер-министру в частности". И если у кого-то были какие-то странные ожидания на этот счет - Медина далек от того, чтобы возмущаться подобными двойными стандартами. На самом деле его критика направлена как раз против консервативных судей, стремящихся придерживаться нейтральной линии и решать юридические вопросы в соответствии с законом. "Судья не может быть консерватором", - утверждал Медина и добавил: "Такого понятия, как нейтральность, не существует". А как насчет недопустимости вмешивания политических взглядов в толкование закона, данное судом? Насмешили его. "Мы выбираем, что именно мы определяем как 'политическое'", - объяснил Медина. "'Политическое' - это то, с чем я не согласен". Однако Медина и ему подобные упускают из виду, что вопрос уважения судебных решений, оказавшийся на этой неделе в заголовках, неотделим от того, каким образом суд принимает решения. Уважение к судебному решению не должно быть связано с результатом, к которому пришел суд, но оно определенно зависит от доверия общества к тому, что юридический результат не связан с политическими взглядами судей. Тот, кто возмущается тем, что члены Кнессета "самовольно решают, что им делать" в деле государственного контролера, поступит правильно, если направит свое возмущение и на сам суд, который в решениях по делам Совета Второго управления и комиссара государственной службы наглядно демонстрирует членам Кнессета, как именно это делается. Судьи, которые встают на место законодателей, не оставляют им иного выбора, кроме как поставить себя на место судей. И да, я знаю. Это возмутительная фраза.

Удобное возмущение Гиль Брингер | Внутренняя Политика | БАГАЦдельня | Юристобратия 🆚 Демократия | Амитация Законности | Выкрутасы Амита | Активизм на Стероидах | Кривосудие по Понятиям | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Когда БАГАЦ отменил избрание государственного контролера, "поборники демократии" объясняли, что он защищает закон. Это не мешает им защищать его незаконное решение по делу Совета Второго управления телерадиовещания ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Рядовому гражданину в последнее время трудно поспевать за темпом, с которым от него ожидают возмущения. Отношения между судебной властью, Кнессетом и правительством продолжают ухудшаться, а он, со своей стороны, как законопослушный гражданин, уважающий порядок, снова и снова вынужден возмущаться каждым новым событием, которое преподносит ему их противостояние. Он возмущается за утренними новостями по дороге на работу, возмущается в полдень с коллегами в офисе, а если нужно - добирает еще одно-два небольших возмущения вечером перед экраном. Однако главная трудность, с которой сталкивается наш гражданин, заключается не в частоте потрясений, а в том, что он уже не вполне уверен, на кого именно ему следует направлять свое возмущение. Избрание членами Кнессета государственного контролера, например, в свое время выглядело как чрезвычайно простая задача для возмущения. Закон недвусмысленно устанавливает, что выборы государственного контролера проводятся тайным голосованием, однако несколько членов Кнессета самовольно решили иначе и задокументировали, как именно они проголосовали. Судебное решение придерживалось буквы закона и пришло к выводу, что необходимо проголосовать еще раз. Тот факт, что министр юстиции и председатель Кнессета, как утверждается, рассматривают возможность не проводить повторное голосование, легко мог бы вызвать у каждого из нас требуемое по этому поводу возмущение. Ведь нравится нам результат или нет - закон есть закон. И все же временная близость между судебным решением по делу государственного контролера и судебным решением по делу Совета Второго управления телерадиовещания сделала возложенную на нас, добропорядочных граждан, задачу возмущения гораздо более сложной. Ведь эти два судебных решения противопоставляют друг другу два совершенно противоположных подхода. Закон о Втором управлении телевидения и радио прямо устанавливает, что решения, принятые советом в составе менее десяти членов, недействительны (десять составляют две трети членов совета). В отличие от вопроса о тайне процедуры избрания государственного контролера, здесь особенно мудрствовать тоже не получится. Тайна может иметь различные измерения, но число десять всегда останется десятью. И все же суд недавно постановил, вопреки ясной формулировке закона, что решение совета, который сегодня насчитывает менее десяти членов, все-таки имеет силу. Правительство в необычном заявлении от своего имени объявило, что воспользуется всеми законными средствами, чтобы отменить это решение, принятое с превышением полномочий. И вот стоит законопослушный гражданин, приверженный демократии, и искренне желает возмутиться. Точно так же, как от него ожидалось в деле государственного контролера. Но он задается вопросом, какой стороной ему следует возмущаться на этот раз и кто здесь является тем, кто соблюдает закон. Правительство ли это, которое настаивает на требовании, черным по белому прописанном в самом законе, или же суд, который решает, что наличие десяти членов действительно является предусмотренным законом условием для того, чтобы решение совета имело силу, однако при политических обстоятельствах, побуждающих судей коллегии предпочесть иной результат, десять могут оказаться и девятью. А также восемью, семью или шестью. ------- Столь проблематичные решения, подобные тому, которое суд вынес по делу Совета Второго управления, когда даже тот, кто не является дипломированным юристом, но еще не сдал на хранение свой мозг и способность самостоятельно мыслить, довольно легко замечает, что суд полностью отступает от ясного предписания закона, в последнее время принимаются у нас

#галя_аномалия #хронический_саботаж -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Ты можешь провести об этом отдельное расследование. Я знаю, что приношу с собой профессионализм и решимость, и в конечном счете я работаю на Государство Израиль и служу ценностям Государства Израиль. Я надеюсь, что каждый сумеет отложить в сторону не относящиеся к делу вещи, действовать по существу, сосредоточиться на интересах дела и государства и заняться угрозой". По существу: резюме было раздуто или нет? "Разумеется, нет. Ни одной запятой". Газета Гаарец цитировала владельца фитнес-клуба, который описал тебя как менеджера по продажам, отвечавшего за трех-четырех сотрудников, и говорил о денежном обороте всего около 100-150 тысяч шекелей в месяц. "Люди пришли и дали показания, из которых однозначно следует, что вся предоставленная мной информация была абсолютной правдой. Почему тот или иной человек что-то сказал в статье? Я понятия не имею, что он сказал и говорил ли вообще, а во-вторых, иногда у людей бывают другие соображения, хорошо? Почему человек говорит, что зарабатывал X, а не Y? Можно подумать самостоятельно, я стараюсь не злословить. Так что там была какая-то цитата - руководил я или не руководил, но если бы что-то было, проверка не длилась бы полтора года. Если бы они обнаружили, что я солгал, вероятно, они бы продвинулись дальше. Все было проверено со всех сторон, и не обнаружено ни одного сказанного мной неточного слова". Как тот факт, что дело все еще открыто, влияет на твою жизнь? "Это неприятно. Я сотрудник, многократно удостаивавшийся наград за выдающиеся достижения. В Государственной прокуратуре я трижды становился отличившимся сотрудником экономического отдела, дважды - отличившимся сотрудником всего Министерства юстиции и один раз - отличившимся сотрудником всей государственной службы. В 2020 году меня выбрали одним из 40 влиятельных молодых людей Израиля. Тебе кажется логичным, что ты переходишь из одного органа в другой, и внезапно начинаются проверки и расследования, и все это случайно происходит именно в тот момент, когда премьер- министр назначил меня исполняющим обязанности комиссара государственной службы?" От имени юридического советника правительства и Государственной прокуратуры сообщили в ответ: "Борьба с преступностью в арабском обществе - многослойный системный вопрос. Поэтому в принятых по этой теме решениях правительства был установлен комплексный правительственный подход, включающий также меры профилактики и работу с глубинными социальными и экономическими причинами, тогда как правоприменение является лишь одним из компонентов. Юридическая советница правительства и Государственная прокуратура определили борьбу с тяжкой преступностью в целом и в арабском секторе в частности как вопрос первостепенного приоритета. В рамках этого был продвинут ряд важных законодательных поправок. Так, например, совсем недавно был опубликован законопроект о внесении поправок в Закон о борьбе с преступными организациями. Ряд подготовленных и разработанных законодательных поправок, которые предоставили бы правоохранительным органам важные инструменты, не был продвинут из-за решений министерского уровня и законодателя. Юридическая советница правительства полностью выполнила законодательную программу, установленную правительственным пятилетним планом; в сфере правоприменения также были достигнуты многие цели благодаря масштабной деятельности Государственной прокуратуры совместно с правоохранительными органами. Все правоохранительные структуры действуют сообща в борьбе с тяжкой преступностью, и следует сожалеть о неоднократных попытках переложить ответственность на какой-либо конкретный орган. Необходимо и далее сосредоточивать усилия на выделении соответствующих ресурсов для борьбы с преступностью, на комплексном подходе к проблеме, в том числе в гражданской и социальной сферах, а также на дальнейшем развитии инструментов, которые помогут всем органам". Ишай Шнерб | Макор Ришон

Открытое дело Кахлон (46л) окончил школу Цейтлин в Тель-Авиве, служил офицером в бригаде Нахаль, получил первую степень по праву в Академическом колледже Оно и вторую степень в Университете Бар-Илан. В течение полутора десятилетий он занимал различные должности в прокуратуре и считался протеже адвоката Дана Эльдада, бывшего руководителя уголовного отдела прокуратуры. Вопрос о том, дают ли должности, которые занимал Кахлон, основания называть его "высокопоставленным" и сколькими сотрудниками он руководил, как уже говорилось, долго обсуждался в БАГАЦ. В основном он занимался делами в сфере безопасности, экономической преступности и государственной коррупции. В начале 2024 года он перешел в канцелярию премьер- министра в качестве руководителя проекта по борьбе с разгулявшейся преступностью в арабском секторе. Примерно через год после начала работы в канцелярии премьер-министра, в начале 2025 года, адвокат Кахлон был назначен исполняющим обязанности комиссара государственной службы вместо завершившего свою каденцию Даниэля Гершковича. Юридический советник правительства возражала против назначения, утверждая, что существуют "значительные и существенные расхождения между тем, как были представлены его профессиональный опыт и личные данные, и действительностью". В центре внимания оказались утверждения, что Кахлон раздул описание своей должности менеджера по продажам в фитнес-клубе после армии, чтобы привести ее в соответствие с минимальными требованиями по управлению миллионами шекелей и десятками сотрудников. Кахлон показывает нам официальный документ Комиссии государственной службы, подтверждающий, что еще в 2020 году он руководил примерно 50 сотрудниками в прокуратуре. Судьи поставили ряд вопросов, но не приняли ее позицию, и в конечном счете был достигнут компромисс, согласно которому Кахлон будет занимать временную должность всего три месяца. На том же слушании представители юридической консультации правительства объявили о начале дисциплинарного расследования против Кахлона. Он был допрошен в МАБТАН, а по указанию юридической консультации ему заблокировали доступ к электронной почте в офисах Комиссии государственной службы, а также не позволили участвовать в комиссии по назначениям высокопоставленных должностных лиц, членом которой он являлся. По иронии судьбы, сама Бахарав-Миара в связи с ее назначением на нынешнюю должность оказалась уличена в том, что раздула свое резюме и включила в список рекомендателей судью Верховного суда Анат Барон, хотя та отрицала наличие профессионального знакомства между ними и заранее разъяснила Бахарав-Миаре, что не сможет рекомендовать ее на профессиональном уровне. Как бы то ни было, дело Кахлона по-прежнему лежит открытым на столе юридического советника правительства из-за трудностей с поиском сопровождающего прокурора. Неоднократные обращения Кахлона с просьбой принять решение по делу не удостоились даже уведомления "получено". Даже судья в отставке Менахем Финкельштейн, возглавляющий Комиссию по надзору за представителями государства в судах, не смог получить содержательный ответ от канцелярии юридического советника правительства. Когда Финкельштейн напрямую обратился в МАБТАН, ему сообщили, что не могут ответить из-за указания юридического советника правительства. Только в марте этого года ответ наконец был получен, и Финкельштейн опубликовал решение, в котором подверг критике затягивание процедуры и призвал юридического советника правительства "извлечь уроки из этого случая, чтобы гарантировать, что в будущем обращения граждан в ее канцелярию будут получать ответы в соответствии с законом". С тех пор прошло три месяца, Дорон Коэн был назначен постоянным комиссаром государственной службы, но Кахлон все еще ждет решения. "Дисциплинарная проверка была начата в январе 2025 года, прошло уже год и семь месяцев. Видимо, проверка половины строки в резюме занимает очень много времени", - саркастически говорит Кахлон. "Каждый понимает, что против моего назначения комиссаром государственной службы была проведена точечная ликвидация. Почему? Я не знаю.