Перевожу с канцелярВского

Физическим выражением приоритета идеологии в Газе стало то, каким образом ХАМАС распределял ресурсы сектора. Строительные материалы, бетон и металл, поставлявшиеся для восстановления домов, больниц и гражданской инфраструктуры, систематически перенаправлялись на строительство подземного города тоннелей и военной инфраструктуры. Средства помощи и водопроводные трубы использовались для производства ракет и вооружений. В системе координат ХАМАСа военный потенциал и подготовка к дню решающей битвы всегда стояли выше потребности жителя Газы в защищенном доме, чистой воде или функционирующей экономике. Руководство ХАМАСа никогда не скрывало, что рассматривает гражданское население как стратегический ресурс, а не как аудиторию, чьи потребности необходимо обслуживать. Высокопоставленные представители организации открыто заявляли международным СМИ, что тоннели были построены исключительно для защиты боевиков ХАМАСа, тогда как защита и благополучие граждан Газы являются ответственностью ООН и международного сообщества. Население в соответствии с этой концепцией рассматривается как физическое прикрытие и как сообщество мучеников, обязанное жертвовать своим комфортом, имуществом и жизнью ради реализации религиозного и национального видения. Движение, движимое абсолютной идеологией, не испытывает влияния разрушения инфраструктуры, потери имущества или крайнего страдания собственного населения. Оно не пересматривает курс при крахе экономики, поскольку понятия прибыли и убытка отсутствуют в его словаре. Подобно иранской модели, ХАМАС рассматривает экономические договоренности и смягчение блокады не как постоянное решение, а лишь как худну — временное прекращение огня, предназначенное для перегруппировки и накопления сил перед следующим этапом борьбы. Газа под властью ХАМАСа стала самым крайним доказательством того, что когда теологическая идеология берет верх, свободный рынок и благополучие потребителя не просто отходят в сторону — они полностью стираются и превращаются в топливо для идеологической военной машины. Если соединить все части геополитической мозаики — от Вашингтона и Пекина до Москвы и Тегерана, — возникает однозначная картина, свидетельствующая о крахе старого западного тезиса. Почти полвека мир существовал в рамках предположения, что глобализация, свободная торговля и стремление к материальному достатку создали взаимосвязанную систему интересов, способную предотвратить крупные конфликты. Предполагалось, что у каждого лидера и режима существует высший интерес в сохранении уровня жизни своих граждан и что прибыль частного потребителя является главным барьером на пути военных авантюр или международной изоляции. Реальность показала, что экономика никогда не заменяла идеологию, а лишь временно ее финансировала. Переход Соединенных Штатов к национализированной военной экономике, отказ Китая усиливать частного потребителя ради наращивания жесткого производственного потенциала, полное подчинение российской экономики имперским амбициям и готовность Ирана обрекать собственных граждан на бедность и нехватку воды ради регионального теологического проекта — все это указывает в одном направлении. Мир отбросил правила свободного рынка и вступил в эпоху меркантилизма, экономического национализма и раскола на изолированные блоки, ведущие борьбу за силу и выживание. Мы находимся в самом разгаре структурного раскола глобального экономического организма на два отдельных блока, каждый из которых стремится обеспечить себе независимые цепочки поставок, энергетические ресурсы, а также военный и промышленный производственный потенциал. В эту новую эпоху классические понятия экономической эффективности, низких цен и благополучия потребителя оказываются в самом низу списка приоритетов. Западному потребителю, привыкшему к безграничному изобилию дешевых товаров, пересекающих океаны, придется привыкать к реальности, в которой национальная устойчивость и безопасность цепочек поставок важнее его личного комфорта.

Когда международные санкции усилились, режим начал управлять государством в соответствии с официальной доктриной, известной как "экономика сопротивления". Это программа действий, основанная на предположении, что Иран должен освободиться от зависимости от Запада и быть способен существовать в условиях постоянной осады и изоляции. В рамках этого подхода стремительная инфляция, обвал национальной валюты и дефицит базовых товаров рассматриваются не как управленческие провалы, которые следует исправлять посредством политических компромиссов, а как часть поля боя. Самым наглядным доказательством предпочтения стратегического видения базовым потребностям граждан является водный кризис в Иране. Страна страдает от тяжелой и затяжной засухи, целые озера исчезли, а крупнейшие реки полностью пересохли, что привело к разрушению сельского хозяйства и запустению целых деревень. Однако колоссальные ресурсы, необходимые для восстановления инфраструктуры, опреснения воды и управления климатическим кризисом, на протяжении многих лет систематически направлялись на финансирование милиций в Ливане, Сирии, Йемене и Газе, а также на создание ракетных и беспилотных программ. В глазах руководства Тегерана укрепление шиитского полумесяца и создание постоянной угрозы границам Израиля и мировым морским маршрутам являются гораздо более срочными и священными целями, чем обеспечение своих граждан в провинции водоснабжением или стабильным электроснабжением. Гражданские протесты, периодически вспыхивающие из-за экономической и экологической ситуации, не заставляют режим пересматривать свои приоритеты, а подавляются жестокой железной рукой. Эта теологическая идеология полностью меняет правила международной дипломатии. Запад, действующий исходя из экономической рациональности, снова и снова предлагает пакеты стимулов, снятие санкций и интеграцию в глобальные рынки в обмен на уступки по ядерной программе или прекращение региональной агрессии. Однако такое предложение ошибочно исходит из предположения, что режим стремится к стабильности и материальному благополучию. Геополитическая реальность показывает, что исламский режим рассматривает подобные соглашения лишь как временный инструмент, называемый, как уже говорилось, худной. Теократическое мировоззрение исходит из того, что Запад находится в процессе исторического и морального упадка, поэтому любой компромисс со стороны Ирана является лишь тактической передышкой, предназначенной для накопления сил, продолжения развития втайне и ожидания следующего момента слабости противников. В этом крайнем уравнении иранский потребитель является солдатом на передовой, обязанным переносить бедность и страдания ради долгосрочной победы революционной исламской идеи. На протяжении многих лет Запад, а вместе с ним и руководство Израиля, действовали исходя из рациональной экономической концепции. Предполагалось, что ХАМАС, став с 2007 года суверенной властью, контролирующей территорию и население, будет стремиться к стабильности, экономическому росту и повышению уровня жизни жителей Газы. Исходя из этой логики были созданы механизмы перевода миллиардов долларов международной, катарской и европейской помощи, расширены квоты на трудоустройство рабочих и одобрены гражданские проекты. Ожидалось, что благосостояние потребителя в Газе, наличие электричества, рабочих мест и относительного достатка станут сдерживающим фактором, который не позволит ХАМАСу втянуть регион в войну. Эта концепция полностью рухнула, поскольку она применяла западную логику, основанную на прибыли и качестве жизни, к идеологическому движению, движимому абсолютным теологическим мировоззрением. ХАМАС, как показали его действия, никогда не рассматривал себя как гражданскую администрацию, обязанную заботиться о благополучии населения, а видел себя исламским движением сопротивления, все существование которого посвящено одной высшей цели — уничтожению Израиля и созданию исламского государства, независимо от человеческой и материальной цены.

В его представлении Украина не является суверенным государством, а представляет собой неотъемлемую часть исторического и духовного пространства Великой России. С его точки зрения предотвращение вестернизации Украины и возвращение России статуса сверхдержавы являются вечными задачами, оправдывающими любую экономическую цену, даже если это означает ухудшение уровня жизни граждан на поколения вперед. Руководство Кремля выработало мировоззрение, согласно которому открытость Западу и пришедшая вместе с ней культура потребления являются опасным культурным оружием. По их мнению, западное изобилие приносит либеральные ценности, индивидуализм и моральную слабость, подрывающие национальный боевой дух и общественное единство. Разрыв с западными рынками, уход европейских брендов и возврат к внутреннему производству рассматриваются Кремлем как необходимая детоксикация, которая вернет российскому обществу аскетизм, жесткость и способность переносить страдания, характерные для него на протяжении истории. В системе ценностей Москвы устойчивость нации измеряется не стабильностью валюты и не изобилием товаров на полках, а способностью общества переносить коллективные страдания и демонстрировать долгосрочную выносливость. Современная российская идеология продвигает представление о том, что западное потребление является культурным оружием, предназначенным для ослабления национального боевого духа. Посредством сознательного разрыва с глобальной финансовой системой и подчинения всей экономики военным целям Кремль готов пожертвовать экономическим будущим нынешнего поколения ради обеспечения того, что он воспринимает как вечность российского имперского пространства. Запад склонен подходить к геополитическим кризисам с рациональной точки зрения управления рисками и заключения сделок, исходя из предположения, что у каждого игрока существует экономическая цена, после которой он отступит, чтобы избежать краха собственного общества. Однако в случае Ирана и его прокси-структур этот подход полностью проваливается, поскольку речь идет о режиме, действующем на основе глубоких теологических мотивов, укорененных в идеологии мукавамы — культуры бескомпромиссного сопротивления. Для руководства Исламской Республики экономика никогда не была главным ориентиром. Как когда-то выразился основатель исламской революции аятолла Хомейни, революция произошла не для того, чтобы удешевить дыни. Этот взгляд сохраняется и сегодня, когда режим готов довести страну до крайних состояний гиперинфляции, международной изоляции, парализующих санкций и даже внутренних инфраструктурных кризисов, таких как тяжелая засуха и истощение водных ресурсов, лишь бы не отказаться от ядерного проекта и финансирования своей региональной сети прокси — от ХАМАСа и "Хезболлы" до хуситов. Попытки Запада заключить логичную сделку с таким режимом обречены на провал, поскольку теологическая идеология не признает западного понятия компромисса. Для Ирана максимум, которого можно достичь, — это не постоянный мир и не интеграция в мировую экономику, а худна, то есть лишь временное и тактическое прекращение огня. Цель такого перерыва — накопление сил и ожидание момента, когда другая сторона проявит слабость, чтобы вновь нанести удар. Поэтому режим готов наблюдать за экономическим удушением собственной страны, считая страдания граждан незначительной и само собой разумеющейся платой за реализацию религиозного и стратегического видения экспорта революции и уничтожения своих врагов. Первым практическим проявлением приоритета иранской идеологии над благополучием граждан является полный экономический контроль Корпуса стражей исламской революции. Эта военная организация представляет собой не только боевую силу, но и крупнейший экономический конгломерат Ирана, контролирующий инфраструктурные проекты, энергетику, строительство и связь. Цель этой системы состоит не в получении прибыли для общества и не в повышении уровня жизни, а в обеспечении выживания режима, финансировании ядерной программы и содержании его региональных щупалец.

Вместо усиления китайского потребителя партия в последние годы продвигает концепцию "общего процветания" — курс, в рамках которого Си Цзиньпин сознательно и жесткой рукой нанес удар по наиболее успешным внутренним отраслям Китая. Сектор потребительских технологий, гигантские технологические компании, игровая индустрия и сектор частного онлайн- образования подверглись разрушительным регуляторным ударам, которые серьезно подорвали их рыночную стоимость. Эти шаги стали не следствием экономической ошибки, а результатом осознанного стремления не допустить появления независимых и богатых центров силы, способных бросить вызов центральной власти, а также перенаправить капитал и национальные таланты от разработки социальных приложений и компьютерных игр к физическому и тяжелому производству. Для Си Цзиньпина национальная мощь измеряется не способностью граждан покупать предметы роскоши, а промышленным и военным производственным потенциалом государства. В системе ценностей Пекина лучше обладать нефтеперерабатывающими заводами, фабриками по производству микросхем и верфями, выпускающими оружие и товары для всего мира, чем оживленным внутренним рынком независимых потребителей. По мере обострения глобального противостояния Китай убежден, что победителем станет держава, производящая наибольшее количество жизненно необходимых физических товаров, а не та, чьи граждане наслаждаются самым высоким уровнем жизни. Ради этой цели руководство страны готово пожертвовать классическим экономическим ростом и ограничивать частное благосостояние. Недостаточно просто сравнивать ВВП США и Китая. В новую эпоху, к которой движется мир, важно анализировать, какие именно вещи производит каждая страна. Если США опираются на Уолл-стрит, авиакомпании, сферу услуг, финансы и цифровые активы, то Китай строит свою экономику на материальной основе, и с китайской точки зрения во время международного кризиса именно страна, контролирующая материальное производство, получит преимущество в соперничестве великих держав. Если в Вашингтоне и Пекине благополучие потребителя приносится в жертву ради создания промышленной устойчивости, то в Москве Владимира Путина вся экономика подчинена исторической империалистической идее. Долгое время западные экономисты считали, что жесткие экономические санкции и международная изоляция заставят Кремль пересмотреть курс, исходя из предположения, что ни один лидер не захочет видеть крах уровня жизни своих граждан и заморозку валютных резервов. Но это была та же классическая западная ошибка — оценка политических решений через призму прибылей и убытков потребителя. Россия доказала, что для ее руководства геополитическое видение восстановления статуса сверхдержавы и исправления исторических несправедливостей воспринимается как высшая ценность, не имеющая экономической цены. Путин перевел страну на полноценную военную экономику, в которой колоссальные бюджеты направляются на развитие военной промышленности и ведение длительных военных кампаний, тогда как остальные гражданские отрасли испытывают дефицит ресурсов. Западные брендовые магазины исчезли, инфляция размывает доходы населения, доступ к передовым технологиям ограничен, однако режим рассматривает эти трудности как необходимый плавильный котел, очищающий российское общество от слабых западных влияний. Россия действительно была глубоко интегрирована в мировую финансовую систему. Средний класс Москвы и Санкт-Петербурга пользовался брендовыми магазинами, отдыхом в Европе, развитой потребительской культурой и беспрецедентным процветанием, обеспеченным нефтегазовыми доходами. Поэтому в глазах западных экономистов начало войны выглядело нелогичным экономическим самоубийством. Но в глазах Путина этот экономический порядок никогда не был высшей целью, а лишь временным инструментом. Путин никогда не придерживался капиталистической идеологии. Экономическое процветание 2000-х годов служило ему для стабилизации государства после распада Советского Союза, накопления огромных валютных резервов и покупки общественного спокойствия.

Идеология не умерла Янив Вейсман | Геополитика | Мир 360° | Слом Парадигмы | Идеология 🆚 Меркантильность | Экономика Господства | Крах Иллюзий | Новый Геопорядок | Ссылка 🔗 За пределами заголовков и гор слов противостояние с Ираном не закончено. "Мировая торговля — это поле битвы, на котором государства сражаются за свою мощь, а не только за свое богатство." Александр Гамильтон На протяжении десятилетий американский капитализм придерживался почти религиозной веры в святость свободного рынка. Правила были ясны. Государство не выбирает победителей, цепочки поставок должны быть максимально эффективными и дешевыми, а благо потребителя является высшим ориентиром. Однако в последние годы в маяке свободного рынка произошло нечто глубокое. Когда правительство Соединенных Штатов направило десятки миллиардов долларов напрямую в карман полупроводникового гиганта Intel и указало ему, где строить предприятия и почему, оно не исправляло рыночный сбой, а объявило об идеологическом повороте. То, что еще десять лет назад в Вашингтоне осуждалось бы как чистый социализм и грубое государственное вмешательство, превратилось в опору американской национальной безопасности. Эта перемена отражает драматический переход от экономики финансового пузыря, сосредоточенной на потребителе и абстрактных активах, к национализированной военной экономике, ориентированной на физическое производство. Раньше такие шаги считались невозможными, поскольку эффективность для потребителя и низкая цена были священны. Сегодня окно Овертона полностью сместилось. Соединенные Штаты осознали, что дешевые глобальные цепочки поставок служили интересам потребителя, но разрушали собственную промышленную и силовую базу. Во имя национальной устойчивости старая парадигма была выброшена на свалку. Американский разворот подчеркивает новую глобальную истину: миром управляет не экономика, а идеология. Если крупнейшая либерально-капиталистическая держава в условиях конкуренции готова пожертвовать принципами рынка и благополучием потребителя ради сверхстратегических целей, то невозможно понять международную систему без анализа подобных, а зачастую и гораздо более радикальных процессов, движущих другими игроками на мировой шахматной доске, такими как Китай, Россия и Иран, игроками, которые отказались от экономического комфорта ради промышленного, империалистического или теологического видения. Переход от Соединенных Штатов к Китаю раскрывает похожую, но гораздо более радикальную динамику, при которой благополучие потребителя не просто отходит на второй план по сравнению с национальной устойчивостью, а порой рассматривается как идеологическая угроза, которую необходимо сдерживать. Западные аналитики и экономисты снова и снова попадают в одну и ту же интеллектуальную ловушку, предсказывая каждый квартал, что Пекин проведет структурный разворот и начнет стимулировать частное потребление своих граждан для укрепления экономики. Однако это ожидание игнорирует внутреннюю логику Коммунистической партии Китая и ее лидера Си Цзиньпина. Китай отказывается превращаться в западную потребительскую экономику по глубоко укоренившимся идеологическим причинам, поскольку рассматривает западную потребительскую модель как проявление лени, гедонизма и социальной слабости. Си Цзиньпин прямо заявлял, что Китай должен "решительно избегать попадания в ловушку благосостояния по латиноамериканскому или западному образцу", поскольку она поощряет культуру людей, ожидающих получения благ от государства без усилий. Подобная потребительская культура отвлекает критически важные ресурсы, человеческий капитал и таланты от подлинной стратегической цели Пекина — создания самостоятельной технологической мощи и жесткой промышленной инфраструктуры. Партия предпочитает направлять экономическую силу напрямую в национальные проекты, исходя из убеждения, что общество, сосредоточенное на физическом производстве жизненно важных товаров, всегда будет сильнее и устойчивее к глобальным потрясениям, чем общество, основанное на культуре изобилия и частного потребления.

Тенденция изменилась, но произошло это только во время полностью правого правительства, а особенно после того, как Галант покинул пост министра обороны. Под руководством Бецалеля Смотрича и Орит Струк, а также благодаря самоотверженности многих молодых людей, правые перешли от обороны к наступлению. Были созданы фермы, занимающие сотни и тысячи дунамов, признавались и создавались всё новые населённые пункты, начались значительные действия по остановке и обращению вспять палестинского захвата территорий зоны C, так что теперь борьба и дискуссия уже переходят к территориям зоны B и, возможно, даже дальше. Перемены в поселенческом движении стали возможны потому, что народ действительно сместился вправо, однако все те, кто является "не левыми", ведут против этого ожесточённую борьбу. Тот, кто говорит, что сегодня "между правыми и левыми уже нет разницы", не замечает, что этот момент необходимо использовать для дальнейшего смещения национального маятника вправо. Только так можно будет сорвать иллюзорную идею создания палестинского государства. Есть и ещё один вопрос, который сегодня проводит чёткую границу между правыми и левыми: кому принадлежит право последнего слова — широкой общественности или элите, Кнессету и правительству либо юридическим советникам и БАГАЦу. И это не случайно. На протяжении многих десятилетий широкая общественность поддерживала власть левой элиты времён партии Авода и МАПАЙ, а когда это изменилось, та же группа позаботилась сохранить за собой центры силы. Когда сегодня они видят опросы, показывающие, что общество смещается вправо, единственный способ справиться с ситуацией для них — перенести власть от общества и его избранников к неизбираемым институтам элиты. Поэтому здесь появляется ещё один критерий: политик, который выступает против разделения должности юридического советника правительства или против изменения системы назначения судей, который, возможно, будет заявлять, что "безусловно, в судебной системе есть что исправлять", но на практике будет работать на сохранение её нынешнего положения, — это левый политик. Есть нечто соблазнительное в утверждении, что правых и левых больше нет. Это позволяет наслаждаться некой правой победой и завершать рассуждения модными заявлениями против "лагерного мышления". Со времён предвыборной кампании молчания Бени Ганца и до предвыборного ролика, который программа "Увда" фактически подготовила для Айзенкота, кандидаты левоцентристского лагеря тщательно избегали разговоров о взглядах и позициях, ограничиваясь созданием имиджа. Но тот факт, что национальная стрелка сместилась вправо, не должен ослеплять правых и заставлять их игнорировать различия. Как ни крути, они всё ещё существуют. Гидеон Доков | Макор Ришон -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Не дайте себя запутать: как определить, что политик перед вами — левый Гидеон Доков | Внутренняя Политика | Выборы 2026 | СРАМ и СМРАД | Праволевый Салат | Инверсия Смысла | Фабрика Иллюзий | Тест Идентичности | Маркеры Ценностей | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Вопрос палестинского государства ушёл с повестки дня, но нам нельзя попадаться в ловушку и игнорировать различия между политиками | Если вы видите политика, который выступает против изменения системы назначения судей, знайте: он не принадлежит к национальному лагерю ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ "Разделение на правых и левых больше не имеет значения". Таков был основной посыл колонки, опубликованной на прошлой неделе в приложении "Йоман" моим коллегой Ишаем Шнербом. Его утверждение основывалось на глубинных опросах, согласно которым среднестатистический израильский избиратель заметно сместился вправо, а такие лидеры, как Гади Айзенкот и Яир Лапид, предпочитают публично дистанцироваться от любой принадлежности к левому лагерю. Напрашивающийся вывод состоит в том, что исторический спор завершён. Национальный лагерь может праздновать убедительную победу в борьбе за общественное сознание и перестать говорить о правых и левых. Однако модное заявление о "конце правых и левых" вовсе не выражает примирение с победой правых. Напротив. Это просто новая стратегия, которую приняла левая сторона: размывание определений. Когда левые поняли, что их бренд ослаб, они просто провели ребрендинг, но не изменили свои позиции. Небольшой пример такого ребрендинга мы получили в прошлые выходные, когда в графике опросов 12-го канала внезапно исчезли привычные блоки, а вместо них появились: "блок коалиции" против "блока сионистской оппозиции". Такая формулировка не случайна. Это сознательный способ подачи, призванный намекнуть, кто принадлежит к "сионистскому лагерю", а кто нет, одновременно заставляя забыть о клейме "левых". Главное предположение, на котором строится тезис о том, что "правые победили", заключается в том, что исторический предмет разногласий — вопрос палестинского государства — ушёл с повестки дня. Но это серьёзная ошибка. Действительно, среднестатистический израильтянин сегодня не верит в создание террористического государства в пятнадцати минутах езды от Кфар-Сабы. Однако на международной арене ситуация обратная. От Европейского союза через доминирующее крыло Демократической партии США и до хорошо финансируемых исследовательских институтов, действующих здесь, в Израиле, решение в виде двух государств остаётся ведущим вариантом, а некоторые скажут — единственным. В подходящий момент израильской общественности будет представлена подобная программа, упакованная в привлекательную подарочную обёртку "всеобъемлющего регионального урегулирования", и она будет продвигаться средствами массовой информации в Израиле и за рубежом, сопровождаясь множеством обещаний — от Саудовской Аравии до государств Персидского залива. Хотите узнать, кто действительно правый? Вот подсказка: каждый, кто не отвечает на вопрос о создании палестинского государства категорическим отрицанием и уклоняется с помощью ответов вроде "сейчас это вообще не стоит на повестке дня", на самом деле говорит: "Я за, просто нужно дождаться подходящего момента". Но на этом дело не заканчивается. После соглашений Осло и размежевания в секторе Газа правые играли в обороне. Энергия направлялась на сохранение существующего положения. Здесь и там появлялась небольшая новая точка поселения или расширялся какой-либо район, но общая тенденция оставалась оборонительной. Палестинцы же, напротив, играли в нападении. Читатели "Макор Ришон" читали здесь десятки статей и материалов о проблеме палестинского захвата территорий зоны C, о всё новой и новой незаконной застройке, планируемой сверху (план Файяда и другие), при поддержке израильских и международных левых организаций, с целью создать инфраструктуру для палестинского государства. Среднестатистический светский левый воспринимает свою систему ценностей не как мнение, а как саму реальность

Ивгени Зарубински | Внутренняя Политика | Хайфские Бури | Муниципальный Исламизм | Поддержка Террора | Заммэр с Отклонениями | Протекция от Беннета | Пятая Колонна | Ссылка 🔗 "Боевики ХАМАСа и "Хизбаллы" — борцы за свободу; поддержка президента Сирии Асада; и "зверства ИГИЛа подобны действиям сионистов до создания государства" — это лишь часть взглядов председателя фракции ХАДАШ в Хайфе, который отказывается отречься от них и сегодня. В эти дни за кулисами муниципалитета Хайфы разгорается буря в преддверии голосования, которое, как ожидается, состоится в следующем месяце, по назначению Фахера Биядси, второго номера в той же фракции, пятым заместителем мэра на оплачиваемой должности. Председатель "Ликуда" в Хайфе и представитель "Религиозного сионизма" объявили, что будут против и выйдут из коалиции; член городского совета Давид Эциони "как ожидается, поддержит назначение или прикинется больным"; представители партии "Наш дом Израиль" будут против, но не уйдут с муниципальных должностей; ШАС не хотят отвечать, будут ли они против или нет. Движущей силой продвижения этого решения является Софи Накаш, заместительница Яхава и руководитель штаба Нафтали Беннета в городе. По словам членов городского совета, она обзванивает членов коалиции и оказывает на них давление, чтобы они не осмелились голосовать против. Кто поддержит, а кто выступит против? Председатель фракции "Ликуд" в Хайфе Янив Бен- Шошан заявил в беседе с "Ивгени Ньюз", что проголосует против назначения и, кроме того, выйдет из коалиции, если оно будет утверждено. Председатель "Религиозного сионизма" в Хайфе Йоси Хениг сообщил "Ивгени Ньюз", что также проголосует против и выйдет из коалиции. Представители партии "Наш дом Израиль" будут голосовать против назначения, но, как ожидается, не покинут свои муниципальные должности. Член городского совета Кирилл Картник заявил, что также будет голосовать против. Член городского совета Давид Эциони, который занимает пост председателя муниципальной корпорации и одновременно с начала каденции представляет себя частью оппозиции ("Этот человек считает жителей идиотами", — сказал нам источник в муниципалитете), не заявил, что будет голосовать против, и не ответил на наш вопрос. Однако источники предполагают, что он поддержит назначение представителя ХАДАШ или "прикинется больным в тот день, чтобы не мешать назначению". По их словам, он "танцует на двух свадьбах, потому что единственное, что его интересует, — это избрание на пост мэра". Члены городского совета Рани Бендер и Яэль Шнеер также публично не заявили, что будут голосовать против, а партия ШАС не отвечает, будет ли она поддерживать назначение или выступит против (интересно почему). Ожидается, что назначение поддержат члены городского совета Йоси Шалом и Нета Бухбут ("Еш Атид"), Шарит Голан-Штайнберг, Авияху Хан, арабские члены городского совета, члены фракции мэра Яхава и другие. Ивгени Зарубински | Facebook -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

В 1981 году США были возмущены уничтожением иракского ядерного реактора и приостановили поставки оружия Израилю. В 1982 году США выступали против Первой ливанской войны и высылки Арафата в Тунис. В 1987 году наш "лучший друг" вынудил нас закрыть проект самолёта "Лави". В 1991 году США отказались предоставить гарантии по займам, которые Израиль хотел получить для приёма большой волны репатриации из России. В 1993 году США навязали нам соглашения Осло, которые стоили нам тысяч погибших и десятков тысяч раненых. С 2008 по 2016 год Израилю пришлось иметь дело с враждебной и конфронтационной Америкой, позволившей Ирану продвинуться в разработке ядерного оружия. В 2024 году США помешали нам уничтожить ХАМАС и вновь приостановили поставки жизненно важного для Израиля вооружения. Происходит ли то же самое сегодня, когда президент Дональд Трамп подписывает довольно странное соглашение с Ираном? Трудно сказать. Время покажет. Для Государства Израиль хорошо и желательно иметь хорошие отношения с такой сверхдержавой, как США, однако нельзя полагаться на неё и нельзя вручать ей ключ от нашего будущего. Именно бывший государственный секретарь США Генри Киссинджер, отвечая на вопрос об отношениях Америки с государствами мира, сказал: "У США нет постоянных друзей и нет постоянных врагов — есть только интересы". И это действительно так. И вывод: Израиль должен рассчитывать только на самого себя... Д. Бен Йехуда | Facebook -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Является ли США "надломленной тростью"? Д. Бен Йехуда | Геополитика | США - Израиль | Союз без Опоры | Друзья по Расчёту | Приоритет Интересов | Цена Иллюзий | Ставка на Суверенитет | Ссылка 🔗 Источник выражения "надломленная трость" находится во Второй книге Царств. В ней рассказывается, что во времена царя Езекии ассирийский царь Сеннахирим выступил против Иудеи и осадил Иерусалим. Рабшаке, военачальник Сеннахирима, упрекал Езекию и насмехался над ним за то, что тот восстал против царя Ассирии и возложил свои надежды на соседнюю региональную державу — Египет, рассчитывая на его помощь. Он назвал Египет "надломленной тростью". "Надломленная трость" — это метафора человека или явления, на которое нельзя полагаться. У США есть длинная и печальная история оставления своих союзников в тот момент, когда необходимость в них исчезала. Южный Вьетнам (1973–1975). После многих лет тяжёлых боёв во Вьетнамской войне США подписали Парижские соглашения в 1973 году и начали вывод своих войск. После ухода США Вашингтон предоставил лишь ограниченную военную и экономическую помощь, что привело к краху Южного Вьетнама и падению Сайгона под натиском Северного Вьетнама в 1975 году. Курды в Ираке (1975). В период холодной войны США (через ЦРУ) оказывали помощь курдам в их борьбе против режима Саддама Хусейна в Ираке. В 1975 году после заключения Алжирского соглашения между Ираком и Ираном США в одночасье прекратили поддержку и оставили курдов беззащитными перед иракским наступлением. Курды на севере Сирии (2019). В рамках кампании против организации ИГИЛ курды (SDF) были ключевыми союзниками США на земле. После объявления президента Дональда Трампа о выводе американских войск из приграничного района Турция начала военную операцию против курдов. Этот шаг был воспринят в США и во всём мире как предательство союзников, воевавших плечом к плечу с американскими силами. Народ хмонг в Лаосе (1973). Во время Вьетнамской войны США вели через ЦРУ деятельность в Лаосе. ЦРУ завербовало десятки тысяч бойцов из горных племён хмонг для борьбы против сил Северного Вьетнама. После подписания мирных соглашений и ухода из Индокитая США прекратили поддержку, что привело к массовым преследованиям хмонгов со стороны коммунистических властей Лаоса. Афганистан (2021). После двадцати лет военного присутствия в стране президент Джо Байден осуществил полный вывод сил США и НАТО из Афганистана. Этот уход привёл к краху афганского правительства и немедленному возвращению власти Талибана. Украина (2022). Когда в 1990 году Советский Союз начал распадаться на составлявшие его государства, США стремились добиться ликвидации ядерного оружия, находившегося на территории Украины. Для этого США пообещали Украине, что если она откажется от своего ядерного арсенала, то Вашингтон станет гарантом её безопасности и территориальной целостности. И мы увидели цену этих гарантий, когда Россия вторглась в Украину в феврале 2022 года. В Израиле любят называть США "лучшим другом Государства Израиль". Так ли это? Давайте проверим. Друг познаётся в беде. История показывает, что всякий раз, когда Израиль оказывался в трудном положении, США не были рядом. В 1948 году США выступали против провозглашения государства Давидом Бен-Гурионом. В 1948 году после провозглашения независимости молодое Государство Израиль отчаянно нуждалось в оружии, однако наш "лучший друг" наложил на нас оружейное эмбарго. Стоит помнить, что аналогичное эмбарго не было введено против семи арабских государств, напавших на молодое государство. Эмбарго продолжалось до 1967 года. В 1956 году наш "лучший друг" вынудил нас вывести войска с Синайского полуострова. В 1967 году США отказались от своих обязательств перед Израилем по обеспечению свободы судоходства через Тиранские проливы, заявив: "Мы не можем найти этот документ". В 1973 году США, по словам своего еврейского государственного секретаря, "приготовили" Войну Судного дня, "чтобы преподать Израилю урок". В 1973 году наш "лучший друг" не позволил нам уничтожить Третью армию Египта и дойти до Каира.

Новости 04 | Внутренняя Политика | Дело "Бреслер - Готлибгейт" | Иммунитет в Действии | СРАМ и СМРАД | Наше Лживосбродие | Фабрика Нарративов | Ссылка 🔗 Депутат Кнессета Тали Готлиб в ответ на решение окружного суда по вопросу её иммунитета: "Удивительно. Через день после того, как комиссия Кнессета признала наличие у меня материального иммунитета, окружной суд опубликовал решение (на оформление которого ему понадобилось около полутора лет), согласно которому он отклоняет большую часть иска Бреслер против меня уже на предварительной стадии именно из-за иммунитета, за исключением двух пунктов: её встречи с главой "Моссада" и перехвата разговоров между её супругом и Синваром. Судья постановил, что ему требуется дополнительное выяснение фактических обстоятельств в отношении моих источников, и после этого он примет решение по вопросу иммунитета в этой части. Разъяснение относительно иммунитета моих источников было направлено в суд. Что, однако, не помешало Авиаду Гликману опубликовать сообщение о том, что моя просьба о предоставлении иммунитета была отклонена уже на предварительной стадии... Рада была внести ясность". Новости 04 | Facebook #срам_и_смрад #нашелживосбродие -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Сегодня за нами наблюдают граждане Израиля. И сам факт того, что мы вообще вынуждены проводить это обсуждение, должен тревожить каждого человека в стране, независимо от его политических взглядов. Потому что в исправно функционирующей демократии объект надзора не выбирает того, кто будет его контролировать, и уж тем более не диктует его личность. Настоящий абсурд этого обсуждения заключается не в вопросе о том, кто станет надзорным органом. Абсурд в том, что мы дошли до ситуации, в которой объекты надзора считают, что вообще имеют право высказывать мнение относительно личности того, кто будет их контролировать. Когда подобный довод становится легитимным, и когда суд вынужден рассматривать его всерьез, это является признаком банкротства базовых демократических норм. Посыл, который из этого следует для любого регулятора, предельно ясен: профессиональная независимость может превратить тебя в мишень. Я хочу завершить тем же вопросом, который задавала себе бесчисленное количество раз и который, возможно, задают себе сегодня многие граждане, наблюдающие за нами. Если бы я сегодня вновь поднялась на ту самую свидетельскую трибуну в окружном суде Иерусалима, сказала бы я снова те же самые слова? Мой ответ — да! Да! И еще раз да! Я верю, что верховенство закона — это не лозунг. Это фундаментальное условие существования демократии. Потому что это государство, которое я люблю и в котором хочу жить. Потому что так меня воспитали и так я воспитала своих дочерей. В тот день, когда граждане начинают дважды задумываться, прежде чем сказать правду в суде, проблема не в них. Проблема в государстве!" Кредит: Фид Ямин адв. Кинерет Бараши | Твиттер-Х #багацдельня #абсурдинстанция -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

адв. Кинерет Бараши | Внутренняя Политика | Закон и Общество | Презумпция Виновности | Самосудие под Присягой | Карьерный Приговор | Системный Дефект | Крах Доверия | Ссылка 🔗 Вау! Резкие слова доктора Ифат Бен Хай Сегев в Верховном суде — распространяйте изо всех сил. "Сегодня я стою здесь не только как кандидат на государственную должность, но и как гражданка Израиля, жена и мать двух дочерей, посвятившая более 25 лет своей жизни государственной службе, сфере коммуникаций и регулированию. За эти годы мне выпала честь занимать высокие должности, защитить докторскую диссертацию в области коммуникаций, заниматься исследованиями в Мичиганском университете, преподавать в академической среде и работать директором в общественных организациях. Совсем недавно я завершила обучение в подразделении медиации и урегулирования конфликтов Тель-Авивского университета. 21 ноября 2022 года я поднялась на свидетельскую трибуну в окружном суде Иерусалима в рамках дела 4000. Я давала показания в течение четырех дней относительно своей работы на посту председателя Совета по кабельному и спутниковому телевидению в 2014–2018 годах. Когда мои показания завершились, я была уверена, что сделала то, что обязан сделать любой законопослушный гражданин. Мне и в голову не приходило, что спустя годы я окажусь в суде и буду вынуждена объяснять почему. Как человек, который всегда верил в верховенство закона не как в лозунг, а как в ценность. Как гражданка, которая верила, что если государство вызывает ее для дачи показаний, ее долг — говорить правду. Я поклялась говорить правду и сказала ее. У меня не было стороны в этом деле, я не была обвиняемой, не была заинтересованным лицом, я не просила делать меня частью этого процесса. Суд не вызывает свидетелей для того, чтобы услышать то, что он уже знает. Суд вызывает свидетелей, чтобы услышать то, что знают они. Именно это я и сделала. Не потому, что был обнаружен какой-либо изъян в моей честности. Не потому, что были выявлены недостатки в моем профессионализме. А потому, что я была свидетелем. Признаюсь, иногда я задаю себе вопрос, который очень меня тревожит: сделала бы я это снова? Повторила бы я сегодня те же самые слова, если бы меня вновь вызвали на свидетельскую трибуну? Как возможно, что четыре дня показаний становятся главным фактором, определяющим человека больше, чем десятилетия работы и профессиональных достижений? Как мы можем мириться с ситуацией, в которой человека судят не по его профессионализму, не по его опыту и не по его достижениям, а по самому факту того, что он сказал правду в суде? Я превратилась в инструмент в борьбе, которая мне не принадлежит. И иногда кажется, что за заголовками и противостояниями забывается самое простое — за всем этим стоит человек. Человек, который вынужден платить тяжелую личную цену лишь за то, что выполнил свой гражданский долг. Годы общественной деятельности, профессиональная репутация и душевное спокойствие были поставлены под сомнение не из-за того, что я сделала, а из-за того, что я сказала под присягой. Но эти вопросы тревожат меня не только как человека. Они тревожат меня как гражданку. Какой сигнал получает следующий гражданин, которого вызовут для дачи показаний в суде? Что закон ожидает от него говорить правду? Или что ему стоит очень тщательно просчитать цену, которую придется за это заплатить? В то время, когда доверие общества к государственным институтам год за годом снижается, последнее, что должна транслировать демократическая страна своим гражданам, — это мысль о том, что сказанная в суде правда может обернуться для человека затяжной и невыносимой личной и общественной ценой. И этот вопрос касается не только свидетелей. Он касается также самих институтов власти. Ведь должность, находящаяся в центре этого спора, является регуляторной. А регулятор не обязан быть любимым. Он не обязан быть удобным. Его задача — защищать общественный интерес даже тогда, когда это непопулярно, даже тогда, когда это требует конфликта с центрами силы.

• Проект также касается размораживания иранских активов, находящихся под ограничениями. Согласно этому пункту, по мере продвижения переговоров по окончательному соглашению денежные средства и активы Ирана будут освобождаться и полностью передаваться в его распоряжение. Эти средства смогут использоваться для любых выплат конечным получателям, определяемым Центральным банком Ирана, а Соединённые Штаты обязуются выдавать все необходимые разрешения и лицензии для этого. • Также предусмотрено создание механизма реализации, который будет контролировать выполнение окончательного соглашения и соблюдение его условий сторонами в будущем. После подписания меморандума и при условии получения гарантий начала выполнения положений, касающихся морской блокады, судоходства, экспорта нефти и разблокирования средств, Иран и Соединённые Штаты приступят к переговорам по окончательному соглашению относительно остальных пунктов. • Последний пункт проекта устанавливает, что окончательное соглашение будет утверждено обязательной к исполнению резолюцией Совета Безопасности ООН. Шай Розен | Макор Ришон -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Аль-Арабия раскрывает: 14 пунктов проекта соглашения с Ираном Шай Розен | Геополитика | Трамп 🆚 Иран | Сделка 🟰 Капитуляция | Провал Доктрины | Персидский Базар | Отмена Санкций | Деблокада Ормуза | Цена Амбиций | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Саудовский телеканал "Аль-Арабия" опубликовал проект меморандума о взаимопонимании из 14 пунктов, который должен быть подписан в пятницу между США и Ираном. Соглашение включает прекращение войны, отмену санкций и механизм контроля. ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Саудовская сеть "Аль-Арабия" сообщила сегодня вечером (во вторник), что получила копию проекта меморандума о взаимопонимании из 14 пунктов, который, как ожидается, будет подписан в пятницу между Соединёнными Штатами и Ираном. Согласно проекту, соглашение призвано обеспечить немедленное и постоянное прекращение войны на всех фронтах, включая Ливан, а также привести в течение 60 дней к заключению окончательного соглашения между Вашингтоном и Тегераном. • В первом пункте говорится, что Иран и Соединённые Штаты вместе со своими союзниками по нынешней войне объявят после подписания меморандума о "немедленном и постоянном прекращении войны на всех фронтах, включая Ливан". Также указано, что стороны обязуются не предпринимать впредь враждебных действий друг против друга и воздерживаться от угроз или применения силы. • Проект также включает взаимное обязательство Ирана и США уважать суверенитет и территориальную целостность друг друга и не вмешиваться во внутренние дела. Стороны обязуются вести переговоры и достичь окончательного соглашения не позднее чем через 60 дней, с возможностью продления по взаимному согласию. • Один из ключевых пунктов касается американской морской блокады. Согласно проекту, сразу после подписания меморандума Соединённые Штаты снимут морскую блокаду, прекратят любые помехи или ограничения против Ирана и в течение 30 дней обеспечат восстановление судоходства до довоенного уровня. Кроме того, США обязуются вывести свои силы из прилегающих районов в течение 30 дней после подписания окончательного соглашения. • Со своей стороны Иран обязуется немедленно после подписания соглашения содействовать возобновлению движения торговых судов из Персидского залива в Оманский залив и обратно в течение 30 дней и в объёме, существовавшем до войны. В проекте отмечается, что это будет сделано с учётом необходимости устранения технических препятствий и разминирования, которое проведёт Иран. • Проект также содержит важный экономический пункт: Соединённые Штаты обязуются совместно со своими региональными партнёрами разработать комплексную программу восстановления и экономического развития Ирана по согласованию обеих сторон, обеспечив финансирование в размере не менее 300 миллиардов долларов. Механизм реализации программы должен быть определён в течение 60 дней в рамках окончательного соглашения. • По вопросу санкций Соединённые Штаты обязуются в соответствии с графиком, который будет установлен в окончательном соглашении, прекратить действие всех видов санкций, в настоящее время наложенных на Иран. Это включает решения Совета Безопасности ООН и Совета управляющих Международного агентства по атомной энергии, а также все односторонние американские санкции — как первичные, так и вторичные. • По ядерной теме указано, что Иран вновь заявляет, что никогда не будет производить ядерное оружие. Также отмечается, что судьба обогащённого материала и все остальные ядерные вопросы, по которым стороны достигнут согласия, включая ядерные потребности Ирана, будут урегулированы в окончательном соглашении. До его достижения Иран сохранит статус-кво в своей ядерной программе, а Соединённые Штаты не будут вводить новые санкции и не станут усиливать своё военное присутствие в регионе. • Ещё один пункт предусматривает, что сразу после подписания меморандума и до отмены санкций Министерство финансов США выдаст разрешения, позволяющие экспорт иранской сырой нефти, нефтехимической продукции и её производных, а также сопутствующих услуг, включая банковское обслуживание, страхование и транспортировку.

(И с тех пор жёлтая линия уже включает 60% территории.) Подводя итог, уже начиная со следующей недели мы сможем понять, каковы настоящие намерения Трампа. Пост посвящается другу моей ленты Авиаду Гликману. Шломо Фильбер | Основатель института опросов Direct Polls, политический стратег и аналитик -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

д-р Шломо Фильбер | Геополитика | Трамп 🆚 Иран | Ядерная Сделка | Провал Стратегии | Визит к Си | Пекинский Торг | Ормузский Фактор | Границы Возможностей | Цена Перемирия | Ссылка 🔗 После нескольких часов неразберихи и неопределённости пришло время немного навести порядок в ситуации. На что согласился Трамп? Соглашение устанавливает два очень узких принципа: "Ормузский пролив должен оставаться открытым для свободного судоходства, и у Ирана не должно быть ядерного оружия". Трамп практически в каждом втором своём сообщении вновь и вновь настаивает на обязательстве, что у Ирана не будет ядерного оружия. И одновременно любой ценой стремится добиться открытия Ормузского пролива для свободного движения судов. Но почему Трамп так стремился к столь ограниченному соглашению? Почему он заставил нас не мешать ему, даже ценой объединения фронтов и потерь среди солдат? Почему вдруг Джей Ди Вэнс, выступавший против войны, вышел на передний план, а Рубио отошёл назад? И почему никто не может привести серьёзного объяснения, кроме чемпионата мира, дня рождения, промежуточных выборов и прочих подобных причин для всей этой одержимости? И главный вопрос: что Трамп намерен делать с Ираном в течение 60 дней прекращения огня, которые он себе купил? Возможно. И повторю ещё раз: это осмысленный анализ событий, а не подтверждённая информация. Все ответы могут скрываться в том, что произошло в Пекине во время визита, состоявшегося в прошлом месяце (13–15 мая 2026 года). Трамп прибыл в Китай после девяти лет без личной встречи с председателем Си. После года, в течение которого он перевернул весь мир — тарифы, производственные цепочки, торговые маршруты — чтобы сократить китайскую гегемонию и загнать Китай в угол. Он также отложил этот визит на месяц из-за операции против Ирана. Но на этот визит Трамп прибыл в менее сильной позиции, чем рассчитывал. Он хотел приехать победителем в Иране и навязать Китаю новые механизмы контроля торговли, соглашения по редкоземельным металлам и искусственному интеллекту, что обеспечило бы ему контроль над мировой экономикой. Но китайцы не пошли ему навстречу. Они угрожали эскалацией и скатыванием к мировой войне, в том числе угрозами в отношении Тайваня, а главным образом из-за дешёвой иранской нефти, которую они до сих пор получали и поставки которой США остановили. Как это обычно бывает между великими державами, переговоры не закончились скандалом, и были заключены неплохие сделки — Boeing продаст Китаю 200 самолётов. Однако совместное заявление оказалось очень коротким и содержало всего одну фразу: "Ормузский пролив должен оставаться открытым для свободного судоходства, и у Ирана не должно быть ядерного оружия". Точно такой же принцип лежит в основе соглашения с Ираном. Трамп упрям и стремится продолжать строить свой новый мировой порядок и сохранять господство США в мировой экономике. Столкнувшись с нежеланием Китая подписывать соглашения, он был вынужден удовлетвориться формулой "нефть в обмен на неядерный Иран". И как бизнесмен вернулся, чтобы выполнить свою часть сделки. Ради достижения этого соглашения для него были приемлемы любые средства: осадить Израиль, превратить катарцев, пакистанцев и саудовцев в посредников, вывести на первый план Джей Ди Вэнса, которому иранцы и пакистанцы доверяют больше, чем Рубио или Уиткоффу. Главное — добиться подписи и заключить соглашение. Если эта теория верна и Трамп не просто так развернулся против нас и сблизился с Катаром, Пакистаном и иранцами (которые всего два года назад пытались его убить), то сам Иран на самом деле его не интересует. Он использует эти два месяца, чтобы завершить свою часть сделки с китайцами — неядерный Иран. А Израиль, образцовый союзник США, вернётся к тому положению, в котором мы находились последние полтора года. А что касается ядерного соглашения? Если получится — прекрасно. Если нет, он оставит израильтянам делать грязную работу. Точно так же, как он ликвидировал штаб в Кирьят-Гате после того, как увидел, что Турция и Катар его обманули, и вернул Газу под нашу ответственность.

Он, несомненно, ответит очередным длинным текстом, который будет ходить кругами вокруг темы, чтобы утопить читателей в потоке слов, попытаться их запутать и заставить махнуть рукой, решив, что если он пишет так много, то, вероятно, знает, о чём говорит. Но это не так. А если знает, то знает и то, что вводит их в заблуждение. Не попадитесь в ловушку "бергманизма" — он не служит своим читателям, а использует их доверчивость. Спокойной ночи. Тамир Мораг | Политобозреватель 14 канала #срам_и_смрад #лживосми -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Тамир Мораг | Геополитика | СРАМ и СМРАД | Ихспертное Самомнение | Инженерия Сознания | Фабрика Нарративов | Бергманизация Репутации | Деградация Профессии | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Ронен Бергман:

Соглашение с Ираном Опасения: Иран попытается прорваться к созданию ядерной бомбы в ближайшие месяцы | А что с ядерным материалом? Раскрытие информации: официальное название формирующегося соглашения — прекращение огня. Но его настоящее название должно быть таким: 60 дней — когда эксперты предупреждают, что иранцы "могут использовать это время для прорыва к ядерному оружию". Лозунг "Иран всё ещё далёк от создания бомбы", который в последние годы превратился в одну из самых опасных успокаивающих формул, распространявшихся здесь, верен лишь в том случае, если исходить из предположения, что иранцы не попытаются сделать именно то, что, скорее всего, они и попытаются сделать.

~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Почти любой обычный человек, прочитавший этот заголовок, поймёт его так, будто примерно через два месяца Иран сможет угрожать Израилю действующим и готовым к применению ядерным оружием. На самом деле ситуация совершенно иная. Бергман повторяет свой привычный приём введения в заблуждение, намеренно размывая существенные различия между тремя разными понятиями: расщепляющийся материал, ядерное устройство и готовая к применению ядерная бомба. Между каждым из этих этапов существует значительная дистанция. Нет ни одного серьёзного эксперта, который считал бы, что Иран сможет угрожать Израилю готовой к использованию ядерной бомбой уже через два месяца. Большинство специалистов полагают, что на это потребуется в несколько раз больше времени: как минимум полтора года, а по мнению большинства экспертов (включая специалистов Комиссии по атомной энергии) — скорее два или три года. За это время Израиль, если у него будет достаточная решимость, сможет вмешаться в процесс и сорвать его, тем более что, по мнению большинства экспертов, он, вероятно, оставит заметный разведывательный след. Часть экспертов, среди которых Дэвид Олбрайт, которого многие считают ведущим мировым авторитетом по иранской ядерной программе, полагают, что после двух последних операций ("Как лев" и "Рёв льва") существуют серьёзные сомнения даже в способности Ирана создать ядерное устройство (этап, предшествующий созданию боеготовой бомбы) в течение как минимум одного-двух лет. Проблема обогащённого материала является реальной и серьёзной проблемой, и в этом Бергман прав. Причина заключается в том, что в вопросе ядерного оружия всё, что меньше полного решения проблемы, представляет собой опасность, требующую срочных мер. А мы, к сожалению, всё ещё не находимся в точке, когда эту проблему удалось полностью устранить. Расщепляющийся материал должен быть вывезен из Ирана или уничтожен — это факт, который нельзя затушёвывать. Однако постоянные попытки сеять чрезмерную панику, цинично пользуясь тем, что большинство граждан не разбираются в терминологии и технических деталях, и делая это ради продвижения политической повестки, являются полной противоположностью хорошей и профессиональной журналистике. В аккаунте X, который вы сейчас читаете, не раз и не десять раз критиковали Нетаньяху, в том числе весьма жёстко. В последние дни, поскольку, на мой взгляд, президент Трамп также этого заслуживает, достаётся и ему (не то чтобы я обольщался мыслью, что это на него влияет или что он вообще знает о моей критике, но я обязан говорить правду). Точно так же я не участвую ни в каких попытках преуменьшить опасность обогащённого материала и нынешнее разочарование результатами кампании против Ирана, которые могли бы быть значительно лучше. Бергман же будет всегда очернять Нетаньяху, сеять панику, распространять неполную информацию и манипулировать своими читателями. Уже много недель назад я принял решение реже упоминать этого человека, который в большей степени политический пропагандист, чем журналист. Однако когда он манипулятивно и цинично сеет панику, не остаётся ничего другого, кроме как указывать на это.

Ни истеричный и непоследовательный Беннет, ни сонный и лишенный политической тонкости Айзенкот не способны добиться лучших результатов для народа Израиля. И всякий, кто утверждает обратное, исходит исключительно из политической ангажированности. Такова правда, и все это знают. Моше Коэн Элия | Профессор конституционного права, основатель института Масад хаАрец -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------