ЧАДАЕВ

Изучая контекст вокруг темы гибели Севастопольской Панорамы, набрёл на блог экстремиста-террориста Арестовича, который постов на двадцать объясняет пастве, почему воевать с Россией это хорошо и правильно, а сносить в Киеве памятник Булгакову это дикость и варварство. Хмыкнул — нелёгкая у него задача, однако. Реакции паствы -- примерно как в анекдоте: "папа, а ты с кем сейчас разговаривал?" Нам всё же полегче в этом смысле. Никакой Путин, к примеру, не заставит меня избавиться от собранной за годы поездок на Львовскую книжную ярмарку коллекции книг современной украинской литературы, на украинском, опять-таки, языке; даже несмотря на то, что абсолютное большинство ныне живых авторов этих книжек сейчас в первых рядах самого людоедского украинского агитпропа. Более того: ему этого от меня добиваться и в голову не придёт. Но это просто потому, что мы, в отличие от них, таки живём в свободной стране. Хоть из пропагандистской оптики, любой (включая и здешнюю, кстати) это трудно заметить и уж тем более признать. А гражданину вот приходится вертеться волчком, объясняя, что тот факт, что Булгаков "не любил украинцев", никак не делает его менее великим писателем — вот, мол, Диккенс тоже американцев не любил. "А кто это ваще такой", ага. Попутно обнаружил, как тот же Арестович на пару со своей подругой Собчак песочат Дугина, картинно охая — он, мол, нас всех хочет заставить ватники-косоворотки надеть и отправить в колхоз им.Сергия Радонежского на картошку, молиться-поститься-рожать; ах-ох-русскиймир. Вайб примерно такой, как если бы секретарь комсомола на пару с завучихой поймали панка-старшеклассника и прорабатывают за то, что у него, видите ли, ирокез на голове и от него пивом пахнет. Вдумавшись в этот всплывший в голове образ-метафору из советских 80-х, понял вот что. Алекс Карп в манифесте пишет, что мол, "мягкая сила показала пределы своих возможностей". Садись, Карп, двойка. Будь я сейчас на его месте, я бы фиксировал прямо обратное: и неудачи России на Украине, и неудачи США в Иране это про одно и то же, причём ровно обратное: про то, что дефициты и провалы "мягкой силы" невозможно компенсировать бомбами: победы не будет, пока ты внятно не объяснишь "объекту воздействия", чего ты от него, собственно, хочешь. Причём так, чтобы он сам внутренне согласился, что для него так будет лучше, а не хуже. Это было бы куда более точным диагнозом — из роли американского публичного интеллектуала уж точно. Но он-то, и интеллектуал больше для вида, а на самом деле просто палантирами барыжит на глобальном базаре. Что тут важно отметить уже из моей собственной позиции. Что серьёзный разговор это сейчас самое важное, может, важнее любых дронов. Но и дроны, увы, важны, без них никак не получается.

По удару по панораме в Севастополе. Важное правило войны — реагировать иначе, чем ожидает противник. Всплеск гнева-и-ярости в сетях — понятен, но это, наоборот, Ровно То, чего он добивался. Реагируйте и анализируйте холодно. В рамках холодного анализа. Чего добивается противник? Удары по НПЗ, транспортной логистике в Новороссии, Крыму и на юге, окрестностям Питера во время ПМЭФ — это акция в расчёте уж точно не на военный и даже не на экономический, а в первую и главную очередь на внутриполитический результат. Противник пытается сказать нашему обществу: ваша власть неспособна защитить ни вас, ни вашу повседневность (мобильность и курортный сезон), ни ваши общенациональные культурные ценности: а значит, вы проигрываете войну, сдавайтесь. К самой войне это при этом имеет довольно мало отношения; скорее к миру (и мiру). Атаковать мир, чтобы изменить баланс войны — такое доморощенное сунь-цзы. Результат такой стратегии тем успешнее, чем сильнее внутри нашей страны разделение на "Россию воюющую" и на "тех, кого это всё не касается" (ПМЭФ тут важная точка. Мы часто троллим небратьев их любимой формулой "а нас-то за что?" — но примерно то же я вижу в глазах разных людей из бывшего "тыла", сейчас таковым быть переставшего. Как по мне, это к лучшему — противник сам ломает эту перегородку между войной и миром внутри нашего общества, которая держалась все эти годы, и в том числе не без активного участия начальников, традиционно с подозрением и недоверием относящихся к любым формам низовой мобилизации и горизонтальной народной самоорганизации ("лежи, страна огромная", оно же "у армии всё есть"). Прямо сейчас удары противника болезненны, конечно. Но вдолгую он сам рубит сук, на котором он сидит: на том, что война у нас до сих пор была, фактически, только "для сильно желающих поучаствовать", превращая её в войну для всех без исключения. Просчитать последствия этого я не берусь, мало вводных для моделирования, но не уверен, что противнику они понравятся или что они вообще будут соответствовать расчёту. Почему — просто потому, что он строился на неверных гипотезах, изложение которых можно прочитать в письме Зеленского. Главная из которых — он почему-то думает, что Россия и российское общество это те люди, у которых он когда-то выступал на корпоративах. Другой он просто никогда в жизни не видел. Ну, увидит со временем. Мы и сами-то про себя не всё понимаем, пока не придёт час икс; куда уж ему.

Шаги Авраама. Продолжение. В «предыдущих сериях» я поставил вопрос – зачем для общения с Богом человеку оказывается необходим уход из «цивилизации» в «пустыню». И пообещал ответить на него не языком религии, а языком материалистической науки. Вкратце напомню свою «теорию дьявола для атеистов» – как объяснить булгаковскому Берлиозу в его языке и понятийной модели, что дьявол таки существует. Что я тогда не сделал – необходимое продолжение этой серии – так это «теория Бога для атеистов». Кому лень лазить по ссылкам, про дьявола там так. Миллионы лет назад наше превращение из обезьяны в сапиенса шло в драматический момент, поставивший под угрозу само существование вида в связи с исчерпанием кормовой базы и беззащитностью перед конкурентами за экологическую нишу. Одним из прямых последствий этого стала адельфофагия – регулярная практика поедания себе подобных. Но чтобы съесть другого человека, его надо сначала убить, а это дело трудное и опасное при относительном равенстве физических возможностей. Единственным развитым навыком тогдашних гоминид – наших общих предков с шимпанзе и бонобо – была развитая способность к звукоподражанию (из которой у нас потом развилась речь) и проистекающий из неё навык нефизического воздействия на психику: говоря по простому, пугать («гипнотизировать») другое животное, активируя те рефлексы, которые подавляют его волю к сопротивлению. Это и стало основной техникой борьбы за выживание: сначала подавить волю к борьбе у себе подобного, подчинить её своей, а уж потом спокойно убить и съесть (или, если сыт, оставить при себе в качестве «живых консервов»). Собственно, такой гипнотизёр-суггестор-людоед, внешне выглядящий отчасти похожим на тебя самого, но обладающий способностью подавлять твою волю к борьбе за жизнь и самое твоё «я» (тогда ещё еле-еле теплящееся в едва пробудившемся «сознании»), и есть сохранившийся в «эйдетической памяти» человечества прототип образа Врага Рода Человеческого – антропоморфного (но «с рогами и хвостом» – диавол это буквально «бешеный бык») носителя абсолютного зла и абсолютной же угрозы твоему существованию, воплощённой Погибели. Гораздо труднее, но и интереснее в этой же модели найти Бога. А там так. Подавление воли не встречало сопротивления по той причине, что всякое животное заложник своих рефлексов, это главный механизм управления его поведением. Если удалось возбудить рефлекс, например, страха – стоит и трясётся (ну или бессмысленно бежит куда глаза глядят). Но у человека с какого-то момента не так. У него есть по-прежнему рефлексы, как у любого животного, но есть и уникально мощный механизм их торможения – собственно, это изначально главный «навык», ради которого мы растили большой нервный центр в голове. Собственно, «контрсуггестия». Способность противостоять чужому ментальному воздействию – причём через осознанное подавление тех рефлексов, которых это воздействие внутри тебя же самого пытается возбудить. «Тебя пугают – а ты не бойся». В пределе – когда «дьявол» (суггестор) пытается разрушить твоё «я» и подчинить его себе, твоё спасение приходит изнутри тебя же самого – из внутреннего центра воли, направленной в первую очередь на свой же организм. Ты не даёшь «абсолютному врагу» разрушить твоё «я», погубить тебя ментально ещё до непосредственной физической гибели: ты способен к сопротивлению даже тогда, когда все рефлексы буквально вопят, что ситуация безнадёжна и шансов нет. И вот тут внезапно оказывается, что враг-то куда менее силён, чем тебе об этом сигналят твои («задавленные» или обманутые им) органы чувств. Причём тогда в подавляющем большинстве случаев это означало и физическое спасение – поняв, что ментальная атака не удалась, людоед отступал, так как такая борьба для него была слишком энергозатратна даже в случае победы. Парадокс, однако, в этой ситуации состоит в том, что, хотя центр «торможения» физически (нейронно) находится в тебе самом, но субъективно в этот момент ты воспринимаешь ситуацию так, как будто где-то вне тебя самого есть некая сверхсила, которая и мобилизует тебя сотворить невозможное, преодолеть как бы саму природу, диктат собственных рефлексов. Ну, вы уже поняли, да: «не бывает атеистов в окопах под огнём». Кстати, именно из этой способности и развивается в итоге то, что дало нашему виду уникальный родовой признак – «сознание». Здесь есть ещё важный момент. Когда проточеловечество разделилось на подвиды, часть из них развивали именно суггестивную способность, «людоеда-в-себе». Другие же, более слабые, и в том числе наши непосредственные предки кроманьонцы, прокачивали именно защитный навык. И в какой-то момент оказалось, что «спасение» от «людоеда» получается гораздо лучше, если оно не индивидуальное, а коллективное – проще, если тебе помогает друг, такой же как ты, с которым ты можешь обмениваться сигналами и объединять ваши индивидуальные воли к сопротивлению в единую волю сообщества. И именно поэтому у данного подвида, в отличие от других, начала бурно прогрессировать речь, а затем, собственно, и язык. Вы опять поняли: не только «спасение» (Спаситель), но и Бог Слово. Разумеется, в обстоятельствах бикамерального сознания «людоед» тоже пытался (и, кстати, до сих пор пытается) активно пользоваться такой опцией, как «внутренний голос» жертвы. И здесь в этом внутреннем диалоге ключевой способностью защищающегося стало различать, «кто» с тобой говорит – «отец погибели» или же, наоборот, «спаситель». «Зло» или «добро»; «ненависть» или «любовь». И для этого понадобилась уже внешняя система координат – то, из чего потом появилась в близком к современному понимании «религия». Значит ли это всё, что Бога в некотором смысле «нет» (проще говоря, мы его когда-то сами себе придумали как ментальный конструкт видового самосохранения)? Парадокс – как по мне, самый удивительный во всей Вселенной – в том, что если его «нет», значит, следующим шагом, что нет и тебя. И наоборот: если он есть, причём не как некая производная твоего сознания, а именно как внешний абсолют и первоисточник всего, включая и время и саму жизнь – то есть и ты, именно и только при этом условии. Отсюда мы подходим уже к теме Жизни и Смерти, причём именно «вечной жизни» и, что не менее важно, тотальной же и необратимой смерти. Ещё раз. В ситуации поражения в противостоянии с людоедом-суггестором («дьяволом») ментальная смерть (разрушение «я» и подчинение его внешней воле врага) происходит раньше смерти физической. Тушка, которая была когда-то тобой, может продолжать биологически существовать, причём довольно долго. Но никакого «я» в ней уже нет, есть «живое продолжение» внешнего по отношению к ней волевого начала. Собственно, это и есть «смерть» в духовном смысле, в чём-то более страшная, чем физическая гибель тела: оно ещё живо, но уже не твоё, и съедят его прямо сейчас или оставят ещё пастись и нагулять жирок, тебе нет никакой разницы, потому что нет больше никакого «тебя». И наоборот. Если «я» умудрилось самосохраниться, даже в качестве едва теплящейся в теле искры, то всегда есть шанс на реванш. Даже если прямо сейчас у тебя нет сил физически бороться с врагом – ситуация может измениться. Более того: в логике коллективной контрсуггестии даже если ты телесно гибнешь уже в самом прямом смысле, не гибнет «мы», сообщество, продолжающее борьбу теперь уже и «за себя и за того парня» – именно про это «гибель героя» у греков, а в пределе – и христианская идея «победы над смертью». Здесь важно также заметить, что в информационную эпоху стал куда более интуитивно понятен способ взгляда, при котором «времени нет». В цифровом мире его и правда в некотором смысле «нет», всё происходит «мгновенно» и в то же самое время «всегда». И это, в частности, значит, что физическая гибель биологического тела (событие очевидно временнОе) и правда, как учили нас все религии, не означает автоматического прекращения существования нефизической личности, того самого «я». В отличие от ситуации, при которой это самое «я» переходит под «внешнее управление» суггестора. Становится «ботом», «дроном», «агентом», реализующим цели внеположного себе центра. Это, если что, было к вопросу про вечную жизнь и вечную смерть. Продолжу потом, какое всё это имеет отношение к Шагам Авраама.

Чат трансляции для ваших вопросов и мыслей

Начинаем уже через 10 минут. Трансляция будет здесь на канале, а также: YouTube RUTUBE ВК Выбирайте, где удобнее, и встречаемся в 21:00 по Мск

Сегодня в 21:00 встречаемся в прямом эфире #ЧП вместе с Семёном Ураловым и Иваном Князевым. Тема: Чем и как отвечать на письма и дроны? Трансляции на наших каналах, YouTube, Rutube и ВК.

Что происходит? Баланс в войне существенно сместился в пользу противника не из-за каких-то наших проблем на фронте – там продолжается в целом та же позиционная тянучка, что и раньше. Проблемы возникли в тылу – из-за кратного увеличения количества и возможностей «дипстрайков» и «миддл-страйков», а также фокусированного давления на нашу логистику, особенно топливную, и энергоинфраструктуру. Почему мы оказались к этому уязвимы? Во-первых потому, что в ударах по их тылам сделали моно-ставку на один вид дронов («Герань») и, в частности, вообще не развивали среднелёты (недорогие массовые дроны с диапазоном до 150-200 км). С Геранями противник всё успешнее борется, планомерно наращивая возможности защиты именно от них уже не первый год, и увеличивая долю сбитий. А среднелёты не развивали потому, что жили в концепции телеуправляемых дронов (а адекватной связи на эти расстояния у нас нет), и не развивали полностью автономные (управляемые без участия человека). У противника же большой прогресс и по дальнолётам, и по среднелётам, и по автономности. Во-вторых потому, что не строили систему защиты в едином контуре, вместо этого занимаясь разрозненными проектами объектовой защиты. И даже в этом сохраняем кучу ограничений, которые установили себе совсем в другие времена. Одно из самых странных – это невозможность применения перехватчиков с БЧ. Как ни странно, это приводит не к уменьшению, а к увеличению сопутствующего ущерба от «обломков»: даже при попадании кинетическим дроном или стрелковкой они падают почти целыми и взрываются уже на земле, нанося максимальный ущерб. То же про сбития стрелковым оружием: при эффективной дальности калибра 7,62 в 400-500 м имеем ситуацию, при которой даже дрон, в который попали, летит ещё километр-полтора по инерции, а МОГи жмутся к защищаемому объекту, не имея своевременного обнаружения и своевременного выхода на траекторию перехвата. Особенно это актуально при атаках с воды, где вообще нет решений по выносу перехвата вдаль от берега. В-третьих, потому, что в обнаружении положились на радиолокацию. У РЛС есть два ключевых ограничения. 1) они очень плохо «видят» непосредственно у земли, ниже чем 50 м они бесполезны. А траектории противник выбирает именно по низинам. В их собственных системах защиты эту задачу решает акустика, у нас такого нет. 2) РЛС довольно тонкая штука: загрубляешь чувствительность – не видишь дроны, слишком поднимаешь – видишь кучу ложных объектов и не в состоянии отличить их от реальной цели. Это к тому, что обнаружение должно быть построено как мультисенсорное, а это опять же вопрос к единой интегрированной системе обнаружения. В-четвёртых, перехватчики. Они все сырые, их ещё доводить и доводить. Но чтобы доводить, нужен непрерывный конвейер полигонных испытаний на реальных мишенях – дешёвых аналогах вражеских дронов, а их в таком количестве просто нет. Всё это технико-организационные частности, и их не так сложно оперативно поправить. Но фундаментально надо понимать главное: война дронов, как и просто война, не выигрывается в защите. На те проблемы, которые нам создал противник, надо ответить кратно бОльшими проблемами для него самого, и это не менее, а более важно, чем собственно системы защиты. Не только отвечать на вызовы, но и самим ставить перед ним вопросы. Банальность, но здесь даже просто отзеркалить на него то, что он делает нам – вполне правильный и нужный ход. Работайте, братья, короче.

А кстати тем, кто меня в комментах попрекает невниманием к неавраамическим традициям, я отдельно сообщаю, что и Гаутама Будда, и, к примеру, Лао Цзы — это ведь тоже про исход из города. И примерно по тем же причинам.

Шаги Авраама. Продолжение. Итак. В уже помянутой мною книжке Скотта нарисована картина "городов-государств" древней Месопотамии, которые, собственно, только и были тогда маленьким островком "цивилизации" в безбрежном океане "варварства". И именно из одного из таких городов, собственно Ура, ушёл на запад Авраам, городской мальчик, сын ремесленника (и не абы какого — его отец Ферра делал идолов для культовых мест), решивший променять городскую жизнь на судьбу вольного кочевника-скотовода. А попутно радикально сменить веру, заключив свой собственный Завет непосредственно с Богом. И, надо сказать, тема противопоставления себя Городу и его порокам появляется с самого начала — ещё с истории Вавилонской башни и ламентаций в адрес Вавилонской же блудницы. И уже в личной истории Авраама она "выстрелила" максимально остро в сюжете с его племянником Лотом, и приключениях его семьи в населённых пунктах Содом и Гоморра. Но, повторяю, и у Моисея, и у большинства пророков вплоть до Иисуса эта тема всё время всплывает; можно сказать, для Библии она сквозная. Но я теперь обращусь от Скотта и авторов Библии к Дэвиду Грэберу, его последней, недописанной книге "На заре всего: новая история человечества". Там он проводит радикальную реконструкцию, из которой следует, что все европейские политические учения эпохи Модерна, включая и всех французов (а, значит, и американцев после Франклина), и англичан включая Гоббса, Локка, и Смита с Фергюсоном, и немцев от Лейбница и Канта вплоть до Маркса и Ницше, имеют первоисточником... реакцию аборигенов Северной Америки на попытки проповеди им ценностей "цивилизованного мира", зафиксированной первыми миссионерами и превратившейся в остропопулярный тогда жанр "диалоги с варваром". В этом месте книги я хмыкнул, конечно, ибо левак-антиклерикал Грэбер скорее всего ничего о таких текстах, как, к примеру, Китаб аль-Кузари, знать не мог (а это аж за три с половиной века до Колумба); а преемственность жанра там очевидно прослеживается. Но не суть. Основная мысль его в том, что все социальные утопии тового времени, от собственно Утопии Мора и до коммунизма включительно — это всё эхо той ещё, самой первой реакции европейцев на людей Нового Света, на их общественное устройство и явно более качественный моральный и антропологический тип; то, что до нас дошло в том числе и в художественных образах куперовских индейцев. И на то, как и почему они отвергли предложенные им веру и порядки "цивилизованного мира". И хоть этот мир и поломал их в итоге через коленку (не столько стрелковым оружием, сколько пресловутыми одеялами с оспой и огненной водой), сама эта критика из позиции "благородного дикаря" стала с тех пор доминантой всей западной интеллектуальной традиции. А это потому, утверждаю далее я, что она парадоксальным образом срезонировала с тем базовым культурным ядром, которое было в главной книге христианского мира. И даже сам исход европейцев в Новый Свет, начиная с Мэйфлауэра, структурно симметричен тому самому исходу Авраама из Ура (Моисея из Египта, Иисуса в пустыню и т.д.) — из мира людей на территорию прямого откровения. И здесь главный вопрос: а почему, собственно, для того, чтобы восстановить прямую связь с Богом, человеку непременно необходимо уйти из "цивилизации" куда-то, где её нет? Что в ней, собственно, такого, что делает невозможным это общение, несмотря на алтари и храмы на главных площадях? И вот это опять придётся описывать уже не в религиозных, а в самых что ни на есть естественнонаучных категориях.

А теперь, отвлекшись от текучки — снова об Аврааме. Шо мне упёрлось в эти бурные дни думать и писать о персонаже, жившем примерно 4000 лет назад, никто так толком и не понял, судя по комментам. Даже несмотря на пост про "актуальность исследования". Ну ладно, попробую зайти с другой стороны. У нашей нынешней войны есть несколько смысловых линий, и одна из них — "свободные евроукры против холопов московского царя". Ну или, с нашей стороны, "суверенная страна против подстилок эпштейновского наркосодома". Но я сейчас именно про их сторону. Причём в широком смысле "их" — странной коалиции, где на одной стороне оказались и упоротые нацики из Азова, и европейские леваки вплоть до Жижека, и, к примеру, народная артистка СССР Пугачёва и кавалер ордена "За заслуги перед Отечеством" IV степени Б.Б.Гребенщиков. Заметьте, тема Путина всегда была отдельной значимой линией конфликта: от фанатских "ла-ла-ла" до недавнего письма Зеленского. Там даже на бис повтор мантры, что вся война это война лично Путина, которая-де в России никому кроме него не нужна. Под "никому", кстати, имелась в виду та единственная Россия, которую Зе знает лично — коллективный ПМЭФ, в самом деле и сейчас, на пятый год, продолжающий на фоне столбов дыма от прилётов делать вид, что их "это всё" не касается. Я со своей философской колокольни смотрю на это как на спор о свободе. Причём их версия — что свобода возможна только в периметре и рамках "цивилизации" — причём в единственном числе, без всякого Тойнби-Хантингтона, а именно по Фергюсону. Хотите быть частью "цивилизации", она же "свободный мир" — подчиняйтесь её правилам, а раз вы их злостно нарушили — она вас накажет всей своей мощью: джавелин, хаймарс, меропс, хорнет, палантир, а главное — санкции-санкции; будете платить, каяться и умирать; трепещите, варвары. Мы на это пытались отвечать в том духе, что, мол, много на себя берёте, никакие мы не варвары, а тоже цивилизация, только своя, отдельная, духоскрепная. И вообще их больше чем одна, мир отныне многополярный и тд. Но это встречает, тсзть, непонимание, даже среди своих (особенно полусвоих). Они говорят: какая вы "цивилизация", если у вас всю армию извели на лухари лайф нукеры тувинского маршала, а что осталось — можно дешёвыми пердолётами закидать? А главное — для ПМЭФ-тусы тоже ведь нет никакого Хантингтона, а цивилизация это где счета, недвига и пять звёзд. Собственно, потому я и решил покопать тему цивилизации поглубже.

Грех, конечно, ссылаться на шарика, но тут нужны пояснения. Дело в том, что у нас дроностроем занимаются довольно-таки небольшие разработчики, у которых попросту не хватает «аппаратного веса» для того, чтобы заказывать аж целой разведке такую информацию. Большие структуры, которые такое могут, они не про дроны — они про танки, самолёты, ракеты и т.д. Как таковой военно-технической разведки, работающей в интересах отечественного дроно- и антидроностроя, у нас нет, и это не Бог весть какая военная тайна. Собственно, именно поэтому и меропсы, и хорнеты становятся для нас внезапным неприятным сюрпризом непосредственно в момент массового применения по нам же. Это, пожалуй, надо внести дополнительным пунктом в мой список мер по антидронке постом выше.

А теперь что касается собственно антидронки, особенно в контексте фейерверков, устроенных небратьями под ПМЭФ в Питере и чуть раньше на южных магистралях и НПЗ. Сейчас этим даже среди начальства не озабочен только ленивый. Но я бы обратил внимание на фразу, вскользь сказанную Президентом на форуме: ущерб был бы меньшим, если бы были вовремя приняты соответствующие решения. Именно. И легко посчитать, даже в деньгах, собственно цену непринятых решений. Думаю, сейчас она измеряется уже в триллионах. А главная фундаментальная причина их непринятия во внутренней неготовности признать себя (и свои активы) потенциальной мишенью, а противника — способным и готовым нанести по ней удар. Самая поганая и опасная фраза — "я же говорил"; она просто табу, с набором неприятных последствий для любых Кассандр. Поэтому закроем тему и давайте сразу про текущую ситуацию и что делать. Первое. Набор гражданских в войска БПС, как мы знаем, был в целом неуспешен — их сформировали в основном из тех, кто уже и так на контракте. Поэтому самое разумное решение сейчас — это формировать противодронную территориальную оборону ВНЕ контура МО. Писал об этом раньше, сейчас самое время напомнить. Второе. Сенсорика. Мы должны знать, когда и где в на с летит, это не должно быть новостью в момент, когда оно уже на подлёте. И одними РЛС не обойдёшься: у земли нужна оптика и акустика, всё это должно быть быстро и в количестве произведено, установлено и увязано в сеть. Третье. Перехватчики. У нас бесчисленное множество разработок на все вкусы, но абсолютное большинство не стоит на массовом производстве и в общем не очень к нему готово. Плюс запрет на использование БЧ, который приводит к тому, что при кинетическом перехвате дроны не взрываются в воздухе, а падают почти целыми, причиняя максимальный ущерб на земле в точке падения. Четвёртое. Вода. Питер, Луга, Новороссийск, Туапсе, Сочи, весь Крым. Нужен вынесенный в море контур обнаружения и перехвата на БЭКах. Пятое. Подготовка и обучение МОГов. Нужны полигоны и дешёвые мишени в количестве, и в ежедневном режиме учиться обнаруживать и сбивать. Шестое. Связь. Когда кладут не то что мобильный интернет, но и просто мобильную связь во время атак, МОГи резко становятся бесполезными. Им нужна связь, которая не ложится когда лежит всё остальное, и не только голосовая. Седьмое и самое главное. Нельзя только обороняться. Противник хорнетами открыл ящик Пандоры с автономным поражением дешёвыми дронами с ИИ в среднем тылу — у нас их тоже есть, и мы тоже можем сравнительно недорого обнулить им логистику до Киева и Одессы, но мы почему-то опять не такие. Ну и ещё. Их сила в прокладке маршрутов с помощью ИИ-анализа наших систем защиты и поиска в ней брешей. Нам тоже нужен такой анализ с высокой степенью автоматизации и скоростью. И для разбора их атак, и для планирования наших.

Переменная называется очень просто: враги. Которые в предыдущие, довоенные годы потратили немало сил и средств на то, чтобы вскрыть нашу систему изнутри, и пусть в целом не особо у них получилось, но кое-каких успехов они всё же добились — а главное, создали сетки. Опять же из людей. Которым тоже надо искать в этой новой жизни какие-то перспективы. Чем они заняты? А уже видно, чем. Они больше не ходят с плакатами нетвойне и путинтиран. Они занялись куда более предметным делом: пишут доносы. В основном на тех, кто либо воюет, либо помогает фронту. Золотая жила на этом поприще открылась после лета 23-го, когда нашу систему таки тряхнуло от марш-мятежа Пригожина, она запомнила и испугалась. Появился уже и в аппаратной среде термин "рассерженные патриоты" и всё такое. И вот дальше представьте, как складываются мотивации. Есть люди в органах, которым надо догнать своих воюющих друзей в темпах "продвижения по службе". Есть поток доносов, идущих очень вовремя, прямо вот бери и занимайся. И есть наша система с её правилами, которые ты в нынешней ситуации обязательно в чём-нибудь да нарушишь. И за тобой придут. Невзирая ни на какие заслуги. И через какое-то время ты именно этот сценарий начинаешь приоритизировать на фоне риска личной гибели или даже общего поражения. И замираешь, боясь нарушить правила и подставиться под friendly fire. Всё; толку от тебя в общем деле больше нет, ты объект ландшафта — даже если конкретно за тобой никто так и не пришёл. И я вижу, как в нашей сфере таких соляных столпов появляется всё больше. Вроде ещё вчера был живой человек, а сегодня уже бюрократическая единица в рамках установленных правил. Буквально сегодня зафиксировал признаки такой трансформации среди своих старых друзей и соратников. Мой личный ответ на это такой. Когда люди идут на войну, они понимают, что их может убить. И не обязательно враг; на фронте потери от friendly fire тоже ведь случаются. Всё описанное мной тоже война, только многосферная. В ней, конечно, важно уметь побеждать, но ещё важнее уметь просто выживать. Поэтому никого не осуждаю. Но сам всё же продолжу следовать т.н. Первому правилу русского спецназа. И пофиг.

Одним из уроков этой войны для меня стало понимание того, как устроена большая механика социальных систем. Вот есть у нас такое сословие — "силовики". Люди в погонах. Туда относят и военных, и собственно разные службы. Это люди, семьи, определённый антропотип, с некими представлениями о моделях успеха в выбранной сфере — назовём это "продвижением по службе". В 22-м значимая часть этого сословия, а точнее корпорации (в средневековом значении слова) отправилась воевать. И из армии, и из служб. Значимая, но далеко не вся. И которая пошла, делала это по разным мотивам, у кого-то патриотическим, но у значимой части вполне прагматическим: там будут платить, там можно быстрее продвинуться-по-службе, "и жена, наконец, перестанет пилить, что уже год не можем купить новый холодильник". Многих поубивало или ранило, но которые выжили, действительно получили и награды, и прибавку в деньгах, и новые звания, а иные так и в депутаты пошли, ибо "время героев" и "на СВО новая элита". А теперь посмотрите на это глазами тех людей в погонах, кто (по тем или иным причинам) не пошёл. И, в особенности, их жён. Простая механика: двое знакомых, один пошёл по военке, другой, к примеру, в органы. В мирное время у второго было как будто бы даже и получше, но война всё изменила. Теперь второй уже полковник, а первый так и сидит у себя в регионе в майорах. С соответствующим диспаритетом и в доходах, и вообще в качестве жизни. Ну и вздохи дома каждый раз, когда приходит получка. И возникает очень сильная мотивация тоже к звёздам. Но, понятное дело, уже не на войне — там-то скорее смерть найдешь, чем карьеру. А в своём собственном качестве. И та часть силовой корпорации, которая не борется с врагами внешними, начинает с утроенной энергией бороться с врагами внутренними. В чём-то это даже хорошо — когда, например, наконец-то двинулись дела по коррупционным статьям или начали крутить гайки по мигрантам. Но в то же время и блокировки, и цензура, и истории вроде дела Юры Ускова — из той же оперы. Один из бесчисленных проверяльщиков, пришедших к моему коллеге по дронопрому в одном западносибирском городе, так прямо и сказал в доверительном разговоре: если мы у вас совсем ничего не найдём — значит мы плохо работаем. Так что давайте найдём вместе что-то, чтоб и вам не сесть, и нам отчитаться. А теперь представьте, в данном контексте, какое количество борцов с внутренними врагами кормит одним своим существованием, например, Павел Дуров. Ну и в продолжении введём в эту модель ещё одну переменную.

Чёрная магия Вероники Фэншуй Наша постоянная рубрика: Понять младшую сестру (ПМС) – 13 выпуск. Как управление Украины перешло от политиков к оккультным группам? Как «чёрная магия» и эзотерика становятся политическим инструментом? И в чьих руках на Украине этот инструмент? Вместе с журналистом и руководителем Телеграм-канала Украина.ру Константином Кеворкяном разобрали феномен сектантского мышления украинской власти, распространение мистического мышления в политической среде и культурные изменения внутри украинского общества. Подкаст «Чистота понимания» — совместный проект с Семёном Ураловым о явлениях и событиях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно и которые необходимо обсуждать. Модератор беседы – журналист Иван Князев. Приятного просмотра! vk | youtube | rutube #Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП

Евгений Николаевич попросил оба поста — и нынешний, и цитируемый — с канала убрать, если я действительно не хочу дальше ругаться. Убираю. Спорить можно и нужно, переходить на личности в нашем почтенном возрасте уже попросту Богородица не велит.

Эх. А вот не слушал бы губернатора Филимонова, был бы благостен, неагрессивен и человеколюбив.

С утра на форуме встретил Евгения Минченко. Он мне сообщил, что я по жизни неправ, что себя на канале называл его хуем, и предложил в канале же публично извиниться. Я согласен. Нельзя никого у себя на канале публично называть хуем, Как бы ты к кому ни относился. Это невежливо. Приношу извинения.

Мне тут присылают фото, где я заснул в первом ряду на лекции губернатора Филимонова о вреде пьянства. Клянусь: был тверёз; выспамши; и вообще ночная жизнь пмэфа это мир мне незнакомый. Просто организм всегда так реагирует на лекции по данной теме. Ещё в деревенском детстве выработался, когда баба Нюся своего мужа деда Колю чехвостила на сей предмет. Причём она это делала в выражениях куда более ярких и образных, чем губернатор Филимонов. Но дед всё равно засыпал. И мне от него передалось.