Kert[í]

На самом деле, Нальчик с каждым годом хорошеет. Просто он с некоторой периодичностью исчезает под водой и возвращается чуть чище. Не в морально-этической плоскости, но всё же

Благодаря своевременным решениям нашей муниципальной и региональной власти, мы можем жить спокойно без изложенных выше проблем ♥️

Это ирония, кам он

Уровень урбанистических решений, необходимых Нальчику

"Прочтите Генона, Эволу, «1984», «О дивный новый мир», традиционалистскую критику модерна, сравните вымышленные антиутопии с современной цивилизацией — и рано или поздно вы будете истощены. Что дальше? Поворот к духовной практике: у неё есть феноменологическая ценность, которой мы на самом деле жаждем после интеллектуального насыщения."

Вас тоже не позвали на каноковскую свадьбу, а так?

Моя подборка из пяти фундаментальных книг

Прожив достаточно долго чтобы понять, что твой худший враг — это ты сам, волей-неволей начинаешь задумываться о том, как прекрасно было бы начать снова с нуля. Только такого не бывает. Ты заперт в своей голове с самим собой. Тебя спасут только ежедневные усилия в работе над собой, ежедневно принимаемое решение одолеть зло в себе.

The land of Shinqit has just lost and mourned one of its great pillars of scholarship, Muhammad al-Hasan Walad Ahmadu al-Khadim al-Yaʿqubi al-Shinqiti. He passed away today. He was one of the top scholars of the Maliki Madhab.

«Одно из наиболее распространённых и влиятельных модернистских⁸ убеждений и представлений о форме политического самоуправления мусульман на протяжении столетий отражается в выразительном эпитете «восточный деспотизм». Он был излюбленным термином ориентализма, переместившимся во времени [...] в набор мусульманских понятий и убеждений позднего модерна. Восточный деспотизм родился из страха Европы перед самой собой,¹⁰ перед её собственными тираниями, творимыми исключительным гнетом со стороны церкви, феодализмом, а позднее — абсолютными монархиями, которые довели это притеснение до невыносимых пределов. Именно эта невыносимость подтолкнула Европу избавиться от церкви и политического тирана, заменив их тем, что стало модерном, с его отличительными структурными компонентами: секуляризмом, представлениями о народной воле, глубинной бюрократией, административным государством, жёстким материализмом и прочим. Поскольку для Европы Ислам был глубоко «религиозным», она пришла — путём травматического эллипсиса — к тому, чтобы видеть в Исламе и формируемом им образе жизни всё, что она ненавидела и презирала в себе самой. Изучение исламской политической истории ориентализмом подтвердило эту предпосылку, если и вовсе не усилило её. Точно так же, в силу чистого мимесиса, этот нарратив стал неотъемлемой частью взгляда самих мусульман на собственную историю». Wael Hallaq. Radical Separation of Powers: A History of Islamic Constitutionalism. Oneworld Academic, 2026.

Мне кажется или с деревянной дверью было бы прям на порядок лучше?

«Причин, по которым эта история [исламского конституционализма — прим. пер.] так и осталась недоисследованной, немало, но важнейшая из них — характер представлений о том, что́ составляет управление и политику в исламской традиции, — традиции, которая простиралась от первого/седьмого века до начала тринадцатого/девятнадцатого. По сей день общепринятым остаётся представление, будто Ислам совершенно авторитарен, антидемократичен и даже фанатичен в приверженности собственным доктринам и догмам. Эти широко распространённые стереотипы и латентные предрассудки, сохранявшиеся в научной литературе вплоть до самого конца двадцатого века, устраняли саму необходимость изучать историю, которая отождествлялась с вопиющим отсутствием сколько-нибудь устойчивого верховенства права или так называемого демократического правления. Более того, это представление имеет долгую и сложную генеалогию, структура которой восходит к средневековым христианским убеждениям и фобиям, со временем постепенно преобразованным в секуляризованные формы современного исторического и колониального дискурса.⁶ Иными словами, данный нарратив не только отражает предвзятость и догматически негативные изображения Ислама, в значительной мере продиктованные стратегическими и текущими политическими интересами, но и функционирует как структурированная идеологическая опора и оправдание колонизации.⁷ От завоеваний и подчинения мусульманских земель в девятнадцатом веке и вплоть до возглавляемых Америкой войн в Ираке и Сирии в нынешнем столетии этот нарратив служил вполне определённым политическим целям и всё это время сохранял прочную связь с доктриной mission civilisatrice [цивилизаторской миссии — прим. пер.]». Wael Hallaq. Radical Separation of Powers: A History of Islamic Constitutionalism. Oneworld Academic, 2026.

Карточки с советами от доктора Абдуль-Карима Баккара.

«Следопыт или На берегах Онтарио Америки» Уровень клоунады в американском политическом истэблишменте запредельный https://www.bbc.com/news/articles/ckgwdn1g58yo

Мне вот нравятся декорации ко Дню города. И герб у нас симпатичный, и в целом визуальный код неплохой разработали. Гордитесь родным городом, юные нальчанцы. Он у нас хорош.

"На данный момент есть два крупных лагеря исследователей, чьё мышление и дискурс не могут вырваться за пределы концептуального репертуара «исламского конституционализма», так как — несмотря на различия их взглядов и целей — оба глубоко увязли в нём. Во-первых, на сегодняшний день широко известно, что современная Европа отчасти определила собственную идентичность через противопоставление исламской культуре — исторически самому значимому и грозному из её соседей. Одержимость Запада Исламом, пожалуй, не имеет аналогов. История и культура Ислама были и остаются на передовой той ориенталистской машины, которую Европа задействовала в своём стремлении колонизировать мусульманские земли. Среди бесчисленных областей исследования лишь немногие удостаиваются столь пристального внимания. Ничто, к примеру, не будоражит западное политическое воображение так, как разговор о джихаде. Не менее остры вопросы, связанные с женщинами, а также с сексуальной и иными формами личной свободы. К этому добавляется и большой вопрос о демократическом правлении, символом которого служит неизменный вопрос: «Совместим ли Ислам с демократией?» Этот вопрос, разумеется, неотделим от другого, более базового: «Что такое Ислам?» А поскольку Ислам возник не вчера, долгая и краткая истории этой культуры и «религии»² имеют решающее значение для ответа на вопрос о его демократическом потенциале. Поэтому неважно, говорили ли предмодерные мусульмане на языке конституционализма и разделения властей: «проблема» совместимости Ислама с демократией занимает ум Запада ровно настолько же, насколько вертится у него на языке. Сказать, что этот дискурс нуждается в выправлении, — значит сильно преуменьшить. Сказать, что нам придётся говорить на языке конституционализма, хотим мы того или нет, — значит констатировать очевидное. И всё же для этого лагеря — и для сообщества конституционалистов — данная книга предлагает радикально иную модель разделения властей и конституционного устройства." Wael Hallaq. Radical Separation of Powers: A History of Islamic Constitutionalism. Oneworld Academic, 2026.

В контексте обсуждения литературного жанра фэнтези и его дидактического потенциала на одном канале, вспомнилось, что в нулевых и десятых устаз Муса Фербер не раз озвучивал идею исламской дидактической научной фантастики. С его точки зрения, она могла бы с одной стороны стать платформой для гипотетического правого мышления, а с другой — элементарно позволить нам немного оторваться от вчерашнего и задуматься о том, как будет выглядеть день завтрашний. Идея интересная. https://musafurber.com/2014/03/25/science-fiction-as-a-vehicle-for-islamic-didacticism-and-better-futures/

Юный падаван завёл свой канал, на котором систематизирует несистематизируемое. Не обделите вниманием: https://t.me/thesilaofyouth