Post/work | левый акселерационизм

​​22 мая в возрасте 77 лет умер Питер Лэмборн Уилсон (он же анархист автономных зон и либертарный утопий Хаким Бей) — одна из важнейших фигур современного постанархизма. Его «Автономные зоны: временные и постоянные» повлияли на становление многих анархистских проектов последних лет – от сапатистских коммун до Автономной зоны Капитолийского холма в бунтующем Сиэтле 2020-го. Известен он был и как теоретик оккультуры, о чём можно ознакомиться в интервью на Катабазии. Будучи многополярным практиком и теоретиком, Уилсон был и луддитом, и индивидуалистом, и эзотериком, но в большей степени тем, кто показал, что иной мир возможен пускай и в виде временных автономных зон – территорий, сквотов, свободных медиа, интернет-герильи, там, где самоорганизованные сообщества и локализованный анархизм подрывают институциональный контроль. И поэтому мы его любим.

☭☭☭ Эрих Фромм: 30 января 1939 г. Гитлер вполне откровенно заявил министру иностранных дел Чехословакии Хвалковскому: "Мы собираемся уничтожить евреев. Они не смогут избежать наказания за то, что они сделали 9 ноября 1918 г. День расплаты настал". В тот же день, выступая в рейхстаге, он сказал по сути то же самое, но в более завуалированной форме: "Если международным банкирам-евреям, находящимся в Европе или за ее пределами, удастся вовлечь народы в новую войну, ее результатом будет не всемирный большевизм, т. е. не победа иудаизма; это будет конец евреев в Европе". Слова, сказанные Хвалковскому, особенно интересны с психологической точки зрения. Гитлер выступает здесь без всякого камуфляжа, без попыток к рационализации или оправданию своих намерений (например, тем, что евреи представляют опасность для Германии). Он выдает истинный мотив - желание отомстить за "преступление", которое несколько евреев-революционеров совершили двадцать лет тому назад. Садистский характер его ненависти к евреям сквозит в словах, сказанных в кругу ближайших сотрудников по партии после партийного собрания: "Гнать их с работы, в гетто, за решетку, пусть подохнут, они того заслуживают, и немецкий народ будет смотреть на них, как разглядывают диких зверей". Гитлеру казалось, что евреи отравляют арийскую кровь и арийскую душу. Чтобы понять, как это чувство связано со всем его некрофильским комплексом, обратимся к другой, казалось бы, совершенно не связанной с этим заботе Гитлера - к сифилису. В "Майн кампф" он говорит о сифилисе как об одной из "жизненно важных проблем нации"... В действительности это было не так. Ни туберкулез, ни сифилис не представляли угрозы в таких масштабах, которые пытается приписать им Гитлер. Но это типичная фантазия некрофила: боязнь грязи, отравы и любой инфекции. Перед нами - выражение некрофильской установки, заставляющей рассматривать внешний мир как источник грязи и заразы. Скорее всего, ненависть Гитлера к евреям имела ту же природу. Инородцы ядовиты и заразны, как сифилис. Следовательно, их надо искоренять. Дальнейшее развитие этого представления ведет к идее, что они отравляют не только кровь, но и душу. Чем более сомнительной становилась для Гитлера победа в войне, тем сильнее в нем проявлялись собственные разрушительные тенденции. Каждый шаг на пути к поражению сопровождался все новыми и новыми кровавыми жертвами. В конце концов настало время истреблять самих немцев. Уже 27 января 1942 г., т. е. более чем за год до Сталинграда, Гитлер сказал: "Если немецкий народ не готов сражаться для своего выживания, что ж, тогда он должен исчезнуть". Когда поражение стало неизбежным, он отдал приказ, приводивший в исполнение эту угрозу, - приказ о разрушении Германии: ее почвы, зданий, заводов и фабрик, произведений искусства. А когда русские были уже на подступах к бункеру Гитлера, настал момент великого финала разрушения. С ним вместе должна была умереть его собака. Его возлюбленная, Ева Браун, которая приехала в Берлин, нарушив его приказ, чтобы разделить с ним смерть, тоже должна была умереть.

Призраки войны не уходят так просто – Эрих Фромм о психологии Гитлера и о его плане "великого разрушения Германии" в случае поражения от ZizekDaily:

Теперь у нас появился бот обратной связи с редакцией, где вы можете предложить посты, комментарии и предложения по сотрудничеству: @Technolibertybot

Перевод небольшого эссе Майкла Мардера дружественным ресурсом геофилософов Экопраксия опубликовала , в котором он анализирует короткий разговор женщины с российскими солдатами в Украине. Она предлагает им положить в карманы сырых семечек, «чтоб хоть подсолнухи росли, когда вы тут ляжете». Жест украинки, который заворожил Мардера, стал для редакции вдохновением. Не только он встраивается в исторический ряд символов антивоенных протестов, не только требует внимательного экофеминистского взгляда, но и сам по себе предлагает особую, витальную перспективу восприятия жизни. Хочется направить внимание на то, что мы сеем и что может прорасти, несмотря на и вместе с тем, как происходит ужасное. Майкл Мардер — философ, приглашенный преподаватель Центра «Стасис»; профессор философии Университета Страны Басков.

И вообще, 9 мая - день международной победы антифашисткой коалиции западных демократий и Советского Союза над фашизмом, день исторического поражения человеконенавистнической и тоталитарной политики и идеологии и задел на то, чтобы фашизм в любых его формах больше не угрожал свободному человечеству. Два года назад соосновательница Антиуниверситета Элла Россман рассказала на сигме, что читать про специфику дискуссий о победе во Второй мировой войне, которые сформировались в СССР и современной России: "Память о ВОВ была и остается одним из центральных элементов государственной идеологии в нашей стране. В ней особым образом расставлены акценты: много говорится о героизме солдат, но мало — о чувствах и опыте обычных людей, много об агрессии «врагов» — и почти ничего о причинах, из–за которых произошла эта и разворачиваются другие войны". https://syg.ma/@antiuniviersitet/pamiat-o-vtoroi-mirovoi-v-rossii-i-sssr-chto-chitat

Я долгое время думала, что инициатором обширного символического поминания Великой Отечественной Войны была советская власть, и все указания по проведению мероприятий соответственно исходили сверху. Но после прочтения книги о советской педагогической утопии 60-х гг. Дарьи Димке я была приятно удивлена, что это не совсем так. Оказывается, что коммунары, действующие как самоорганизованное сообщество со своими внутренними правилами, были первыми, кто начал активно предпринимать попытки по работе с опытом пережитой войны: «Они подчеркивали, что то, что они делали, никак не было связано с государством, поскольку, во-первых, было их личной инициативой, во-вторых, в 1960-е годы государство практически не работало с памятью о войне… Собирание имен погибших, работа на полях, сооружение памятников, ощущение себя наследниками, непосредственно ответственными перед погибшими предшественниками и будущими потомками, было для коммунаров вполне естественным. Они — так же как революционеры и солдаты Великой Отечественной войны — делали историю. Причем коммунары ощущали себя в авангарде этого процесса» Более того, коммунары никогда не делали акцент на 9 мая как на праздник победы, напротив, памятной датой выбрали день начала войны – они устанавливали памятники не победе, но боли и утратам, «которые не восполняла и не могла восполнить победа». Главным ритуалом коммунаров являлась «Операция "Мирное утро"», в ходе которой они устанавливали памятники павшим солдат_кам. Это очень сильно коррелирует с той антивоенной риторикой, которая сейчас ведется в активистских кругах. Вместо "можем повторить" — пожелания мирного утра, поминание боли и проговаривание травмы, чтобы "никогда не повторять" «Сегодня сравнение коммунарских традиций с государственной политикой памяти позволяет сделать акцент на искренности переживаний коммунаров, его нестандартной (личной) форме, подчеркнуть отличие Коммуны от окружающего мира. Информантам важно отмежеваться от государственных ритуалов, поскольку советские ритуалы, связанные с памятью о войне, воспринимаются ими сегодня как "фальшивые"» Затем авторка приводит в пример высказывание одного из информантов: «Я вспомнил еще одну тему, связанную с миссией. В какой-то момент появилась война как тема. Мы памятники украшали, что-то такое делали. Стыдно вспоминать, но что-то такое было. — Почему стыдно? <...> — Сейчас уже все, на каждом шагу. Но тогда это было не так. В общем, в какой-то момент эту тему открыли. Вот эту идею, что война — священная, святое. <...> В общем, мы раньше, чем Брежнев и прочие, осознали» Видимо не только сейчас, на постсоветском пространстве, день победы ассоциируется с чем-то фальшиво-маскарадным, где великая русская эклектика присваивает себе советские символы, сочетая их с имперскими георгиевскими лентами. Фальшивость партийных ритуалов, апроприация жертв войны и памяти о самой войне — то, что было свойственно в том числе и советскому пространству с момента зарождения официальной политики памяти о войне. Коммунары были "неидеологической оппозицией" советскому государству — они выстраивали иные формы низовых практик по работе с болью и утратой вместо ура-патриотического шествия с танками и счастливыми рукоплесканиями. Грустно наблюдать, как коммунары, предпринимавшие попытки аутентичной работы с военной травмой, были поглощены государственной машиной. Но еще более ужасно наблюдать, как постсоветский Левиафан пожирает каждого, кто хочет реапроприировать своих мертвецов

​​Состояние времён специальных операций это состояние вынужденного молчания и пересборок мыслей и стратегий. Но всякое молчание рано или поздно прорывается образами нового посткапиталистического будущего, утопических стратегий и примерами студенческой, антиимпериалистической и антимилитаристской борьбы. Постворк ожидает много нового, и главным приоритетом является, конечно же, готовящийся нами перевод "Ксенофеминизма" Хелен Хестер и конференция в честь юбилеев "Хаосмоса" и "Анти-Эдипа", не утратившая свою актуальность в связи с текущими событиями. В День Победы по советскому стилю, в ночь с 8-е на 9-е мая 1976-го года погибла немецкая журналистка и одна из теоретикесс "Фракции Красной Армии" (RAF) Ульрика Майнхоф. Описание деятельности этой организации мы опустим (о ней написано немало биографических книг, снято фильмов и поломано копий), сосредоточившись на том, как германский журналист и писатель Генрих Бёлль «вмешался» в дело Баадера — Майнхоф, опубликовав повесть "Потерянная честь Катарины Блюм, или Как возникает насилие и к чему оно может привести" (1974), в которой стремился противодействовать разгулу насилия, описав его истоки, природу и реакцию на него средств массовой информации в современной ему Германии.

​Свой или чужой: как говорить с другими о политике? В последнее время политические процессы настолько резко ворвались в нашу жизнь, что даже те, кто всегда считал себя вне политики, больше не могут ее игнорировать. Нынешняя ситуация в мире и в России в частности делает политику частой темой для обсуждения. Политические взгляды порождают разногласия и становятся причинами многочисленных споров. Вдруг оказалось, что говорить о политике, даже с близкими, без взаимного разочарования и упреков — порой непосильная задача. Как говорить о политике и сохранить социальные связи, которые сейчас особенно важны? Как аргументированно донести свою точку зрения и есть ли смысл вести диалог с человеком противоположных взглядов? И откуда вообще берутся противоположные мнения? Беседовать (а не спорить) о политике, пропаганде и борьбе дискурсов в дебютном выпуске подкаста «Это базис» будут Александр Замятин, муниципальный депутат района Зюзино, преподаватель РАНХиГС, и Денис Прокуронов, муниципальный депутат района Филевский парк. Послушать выпуск можно уже сейчас на любой удобной для вас подкаст-платформе. Тайм-коды: 0.00 — Тема выпуска и представление ведущих 1.07 — Как выглядит «лояльная Маргарита», с которой мы пытаемся спорить о политике 6.15 — Типичные тактики переубеждения 7.47 — Что известно политической науке о механизмах формирования мнения избирателей 16.10 — Предрасположенность (идеология) 19.10 — Идеология как система координат 23.01 — Как работает пропаганда 24.44 — Эпистемологического приоритета нет 28.17 — Гегемонный дискурс 29.40 — В ловушке чужого дискурса 34.09 — Возвращаемся к разговору с «лояльной Маргаритой» 39.18 — Итог 42.13 — Stay tuned Записываться нам помогали ребята из Только сами. А с джинглом помог Илья Голицын @golitcyn. Спасибо им за это!

​​Вынужденное молчание сменяется криптосопротивлением. За прошедшие две недели т.н. специальной операции стало очевидно, что состояние метазастоя сменилось состоянием метамеланхолии, и стало до жути чётко видно, кто из философ(инь( был мыслител(ницей) мирного времени, а кто – военного. Метафизические войны философов метазастоя релевантны мирному времени, стабильности и альтернативным поискам выхода из удушающей патоки реализмов разных агрегатных состояний. Можно с уверенностью сказать, что милитарная риторика таких философов никогда не соотносилась с реальностью, а критерии отбора достаточных оснований охватывала лишь часть направленных на эгалитарную политику субъектностей, практик и рефлексий. Но сейчас стабильности никакой нет, и другие философы выходят на арену, тревожные и антимилитарные, те, кого считали невротиками и меланхоликами с их укоренностями в социально-политическом пантеоне и готовностью к радикальному действию. Кислотный коммунизм пришёл к нам раньше обещанного, с разорванными снарядами, ребрендированными свастиками, криптошифрованием, вымученной беспомощностью, матерью сырой землёй, страхом бессонных ночей, последней битвой антифашизма, неисправимым прошлым и мерцающим будущим. «Некуда отступать от нашей собственной свободы». Задача – освободить все то, что стремится высвободиться, пересоздать привычные философско-активистские практики, встретиться лицом к лицу со страшной акселерационистской машиной украденного будущего. Макророссия окончила свой шаг, подобно разбитым вдребезги хрустальным философским замкам. Голос Метаросии из студенческих аудиторий?

Из самых маленьких микросхем и матриц сопротивления прорывается наше молчание и молчание тех, кто желает мира без насилия, войн и смерти. Мы тоже хотим, чтобы живое жило на земле, а не умирало на территориях исторических маршрутов, межвидовых сочленений и человеческой трагедии. Всполохи технологического сопротивления это то, что позволяет нам говорить не только в терминах украденного будущего, но в терминах будущего, которое состоится, несмотря ни на что. Если в XXI веке и было одно по-настоящему акселерационистское событие, оно произошло две недели назад, и теперь российская реальность и её гражданское общество никогда не будут прежними. Тем существенней, что студенческое движение уже сейчас формирует свои анклавы сопротивления, резонируя с известными историческими антивоенными движениями США, Российской Империи. Так, ресурс @ecopraxia перевели статью, которой поделились @studentprotiv. О связи антивоенного и энвайронменталистского движения, о значимых протестах американских и европейских студентов и том, какое влияние они оказали. Несмотря на то, что статья заканчивается горячим призывом действовать прямо сейчас, отмечая День Земли 2020 года, переводчики не призывают никого регистрироваться в качестве представителя MobilizeU, однако советуют сделать ревизию представления о своих силах и методах воздействия. https://teletype.in/@ecopraxia/studentprotiv

Шутки шутками, а ближе всего к успеху в «тот самый» период в Европе приблизились итальянцы. Разумеется, голый эмпиризм им был чужд, под все свои действия они подводили теоретический фундамент, определявший их стратегию и тактику. Что они там себе думали и что из этого вышло, читайте в лонгриде ниже (перевод позаимствован у славного блога «Теология освобождения»).