The Гращенков

После вчерашнего скандального съезда, КПРФ вынужденно объясняет, что никакого изъятия вкладов не предлагала, а все критики якобы стали жертвами информационной атаки. Формально коммунисты действительно не сказали: «давайте заберем деньги у граждан». Но проблема в том, что Зюганов сказал достаточно, чтобы люди услышали главное. Он заявил, что в банковской системе лежат огромные деньги, и государство должно «быстро и энергично» решить, куда их направить. А дальше возникает простой вопрос, если эти деньги лежат в банках, то чьи они? Это средства граждан. Банки не хранят их в сейфе мертвым грузом. Они размещают их в активах, зарабатывают доходность и за счет этого возвращают вкладчикам деньги с процентами. Если завтра политическая сила предлагает «направить» эти ресурсы туда, куда считает правильным государство, то как банки будут выполнять обязательства перед вкладчиками? За счет чего платить проценты? И чем это тогда отличается от мягкой формы изъятия, пусть и не через прямую конфискацию? Именно поэтому эта история вызвала такую реакцию. У нас слишком хорошо помнят, чем заканчиваются эксперименты с личными накоплениями граждан. Один неловкий политический сигнал и люди встают в очередь за наличкой. Теперь Зюганову приходится отдельно объяснять, что «вклады граждан священны». Но тогда зачем вообще было начинать разговор с 67 триллионов рублей «ваших денег», которые «лежат в банках» и которые надо «быстро и энергично» вовлекать в экономику? Зачем создавать впечатление, что сбережения населения - это не частная собственность и не основа доверия к финансовой системе, а ресурс, который можно мобилизовать политическим решением? В этом и состоит главный вопрос к КПРФ. Возможно, их как раз поняли слишком правильно. Коммунисты вновь обозначили свою базовую экономическую философию, где поставщиками ресурсов для чужих решений становятся граждане «кулаки», а граждане «бедняки» такое решение поддерживают. Да, сложно развивать экономику при высокой ключевой ставке. Но ответом на это не может быть политический намек на принудительное использование депозитов. Такая революционная риторика легализует саму мысль, что деньги в банках - не совсем ваши, а ресурс для политического перераспределения. Для КПРФ это, возможно, попытка понравиться своему жесткому ядру и показать готовность к будущей мобилизационной экономике. Но для широкого избирателя это сигнал тревоги. Многие видят за этой идеей старый советский подход, что если у людей накопился жирок, значит, государство должно решить, когда его срезать. Современная экономика держится на противоположном принципе: правила должны быть понятными, собственность защищенной, а гражданин уверен, что его вклад - это его вклад, а не будущая статья мобилизационного бюджета. Хотя, быть в этом уверенным становится все сложнее и сложнее.