Фермата
前往频道在 Telegram
Alexey Munipov's blog on contemporary music. Reviews, interviews, сoncert reports and more. Современная академическая музыка: интервью с композиторами, цитаты, выписки, анонсы концертов. Для связи — @mustt23.
显示更多📈 Telegram 频道 Фермата 的分析概览
频道 Фермата (@fermate) 俄语 语言赛道中的 是活跃参与者。目前社区聚集了 13 556 名订阅者，在 音乐 类别中位列第 5 317，并在 俄罗斯 地区排名第 47 564 位。
📊 受众指标与增长动态
自 невідомо 创建以来，项目保持高速增长，吸引了 13 556 名订阅者。
根据 21 九月, 2026 的最新数据，频道保持稳定运转。过去 30 天订阅人数变化为 72，过去 24 小时变化为 1，整体触达仍然可观。
- 认证状态： 未认证
- 互动率 (ER)： 平均受众互动率为 10.69%。内容发布后 24 小时内通常能获得 7.07% 的反应，占订阅者总量。
- 帖子覆盖： 每篇帖子平均可获得 1 449 次浏览，首日通常累积 959 次浏览。
- 互动与反馈： 受众积极参与，单帖平均反应数为 28。
- 主题关注点： 内容集中在 композитор, оркестр, guston, philip, музыкант 等核心主题上。
📝 描述与内容策略
作者将该频道定位为表达主观观点的平台：
“Alexey Munipov's blog on contemporary music. Reviews, interviews, сoncert reports and more.
Современная академическая музыка: интервью с композиторами, цитаты, выписки, анонсы концертов. Для связи — @mustt23.”
凭借高频更新（最新数据采集于 22 九月, 2026），频道始终保持新鲜度与高覆盖。分析显示受众积极互动，使其成为 音乐 类别中的关键影响点。
13 557
订阅者
+124 小时
+307 天
+7230 天
数据加载中...
吸引订阅者
九月 '26
九月 '26
+148
在19个频道中
八月 '26
+66
在7个频道中
Get PRO
七月 '26
+76
在5个频道中
Get PRO
六月 '26
+112
在16个频道中
Get PRO
五月 '26
+111
在19个频道中
Get PRO
四月 '26
+113
在15个频道中
Get PRO
三月 '26
+145
在18个频道中
Get PRO
二月 '26
+165
在16个频道中
Get PRO
一月 '26
+172
在16个频道中
Get PRO
十二月 '25
+637
在11个频道中
Get PRO
十一月 '25
+107
在10个频道中
Get PRO
十月 '25
+174
在25个频道中
Get PRO
九月 '25
+313
在39个频道中
Get PRO
八月 '25
+332
在20个频道中
Get PRO
七月 '25
+203
在18个频道中
Get PRO
六月 '25
+201
在27个频道中
Get PRO
五月 '25
+199
在26个频道中
Get PRO
四月 '25
+166
在25个频道中
Get PRO
三月 '25
+303
在42个频道中
Get PRO
二月 '25
+253
在16个频道中
Get PRO
一月 '25
+187
在29个频道中
Get PRO
十二月 '24
+158
在19个频道中
Get PRO
十一月 '24
+197
在19个频道中
Get PRO
十月 '24
+667
在32个频道中
Get PRO
九月 '24
+192
在30个频道中
Get PRO
八月 '24
+305
在26个频道中
Get PRO
七月 '24
+216
在25个频道中
Get PRO
六月 '24
+196
在24个频道中
Get PRO
五月 '24
+208
在25个频道中
Get PRO
四月 '24
+142
在25个频道中
Get PRO
三月 '24
+165
在12个频道中
Get PRO
二月 '24
+158
在20个频道中
Get PRO
一月 '24
+233
在24个频道中
Get PRO
十二月 '23
+599
在25个频道中
Get PRO
十一月 '23
+156
在15个频道中
Get PRO
十月 '23
+441
在23个频道中
Get PRO
九月 '23
+837
在0个频道中
Get PRO
八月 '23
+294
在0个频道中
Get PRO
七月 '23
+295
在0个频道中
Get PRO
六月 '23
+280
在0个频道中
Get PRO
五月 '23
+465
在0个频道中
Get PRO
四月 '23
+139
在0个频道中
Get PRO
三月 '23
+214
在0个频道中
Get PRO
二月 '23
+177
在0个频道中
Get PRO
一月 '23
+262
在0个频道中
Get PRO
十二月 '22
+184
在0个频道中
Get PRO
十一月 '22
+351
在0个频道中
Get PRO
十月 '22
+122
在0个频道中
Get PRO
九月 '22
+139
在0个频道中
Get PRO
八月 '22
+119
在0个频道中
Get PRO
七月 '22
+206
在0个频道中
Get PRO
六月 '22
+143
在0个频道中
Get PRO
五月 '22
+231
在0个频道中
Get PRO
四月 '22
+211
在0个频道中
Get PRO
三月 '22
+500
在0个频道中
Get PRO
二月 '22
+91
在0个频道中
Get PRO
一月 '22
+178
在0个频道中
Get PRO
十二月 '21
+139
在0个频道中
Get PRO
十一月 '21
+162
在0个频道中
Get PRO
十月 '21
+309
在0个频道中
Get PRO
九月 '21
+200
在0个频道中
Get PRO
八月 '21
+89
在0个频道中
Get PRO
七月 '21
+97
在0个频道中
Get PRO
六月 '21
+191
在0个频道中
Get PRO
五月 '21
+131
在0个频道中
Get PRO
四月 '21
+129
在0个频道中
Get PRO
三月 '21
+159
在0个频道中
Get PRO
二月 '21
+135
在0个频道中
Get PRO
一月 '21
+157
在0个频道中
Get PRO
十二月 '20
+6 826
在0个频道中
| 日期 | 订阅者增长 | 提及 | 频道 | |
| 22 九月 | +2 | |||
| 21 九月 | +4 | |||
| 20 九月 | +4 | |||
| 19 九月 | +6 | |||
| 18 九月 | +17 | |||
| 17 九月 | +6 | |||
| 16 九月 | +5 | |||
| 15 九月 | +4 | |||
| 14 九月 | +4 | |||
| 13 九月 | +2 | |||
| 12 九月 | +6 | |||
| 11 九月 | +13 | |||
| 10 九月 | +6 | |||
| 09 九月 | +5 | |||
| 08 九月 | +4 | |||
| 07 九月 | +9 | |||
| 06 九月 | +12 | |||
| 05 九月 | +22 | |||
| 04 九月 | +12 | |||
| 03 九月 | +4 | |||
| 02 九月 | +1 | |||
| 01 九月 | 0 |
频道帖子
А вот, кстати, кому интересно про то, как устроено электронное вступление и заключение в штокхаузеновской Среде.
Там примерно часовая мультиканальная прелюдия и такого же размера интерлюдия, все это звучит в фойе, когда приходишь и уходишь. Издано отдельно на CD, как и громадная часть наследия Штокхаузена — существует Stockhausen Edition Complete на 106 (!) дисках. Конкретно MITTWOCHS-GRUSS — это диск номер 65.
Существует вот такой удивительный блог, где есть комментарий к каждому из дисков.
И, в общем, весь Licht — то есть вообще весь цикл — выстроен на 19-тактовой "суперформуле", она состоит из трехслойной мелодическо-тематической репрезентации каждого из трех героев цикла (Михаэль, Ева и Люцифер). Формула разделена на 7 "фрагментов", по одному на каждый день. И все в опере выводится из разнообразных наложений, суперпозиций и изменений этой суперформулы.
В том числе и эти электронные штуки. Которые звучат как вялый холоднокровный эмбиент, но при этом там примерно раз в 20 секунд меняются тембры и вообще много чего происходит (это не делает их выдающимися записями и даже качественным эмбиентом, но вы уже досюда дочитали, так что можете посмотреть глазами, как он устроен).
По ссылке приводятся сами суперформулы, а также любопытные диаграмы, которыми пользовался автор, нотируя свои мультиканальные импровизации - насколько я понял, это схемы движения джойстика, точнее, трех джойстиков, по одному на каждый слой (один слой - один герой). В какой степени они что-то отражают или это просто такие графические суперформулы любви — не знаю. Но диск они украшают)
| 2 | Гениальная история про выдуманные интервью, в том числе Стравинского.
«Отель «Националь». В номерe, где совсем недавно жил американский пианист Ван Клиберн, нас встретил Игорь Федорович Стравинский.
- О, я необычайно счастлив, - с волнением произносит композитор. - Я счастлив тем, что, наконец, на склоне лет своих увидел родную землю. Я решился на это рискованное путешествие, хотя хронометр моей жизни уже показывает восемьдесят лет. Но я спешил, рвался, мечтал, надеялся - и вот я здесь.
На мгновение композитор задумывается. Его нервные пальцы скользят по полированной поверхности столика...
- Вы знаете, когда я вновь увидел русскую березу, мое сердце дрогнуло. Право же, мне с огромным трудом удалось подавить слезы." | 404 |
| 3 |  Сделайте двухминутную паузу и послушайте три правила Лори Андерсон | 913 |
| 4 |  +5没有文字... | 840 |
| 5 |  +9没有文字... | 796 |
| 6 | Да, еще во втором акте был тот самый вертолетный квартет. Про который я думал, что он будет самой необязательной частью - которая хороша в пересказе, но в реальности что тут может быть интересного? Но оказалось, что это абсолютно захватывающий музыкальный блокбастер - с начала, где смычки участников синхронизируются с движением лопастей, и до финала, медленного микротонального глиссандо, совпадающего с приземлением. Звуки вертолетов в пространственном аудио звучат удивительно интересно - то есть в каких-то частях добавляют баса, в каких-то - прекрасные обертонов переливы в верхних частотах. В общем, в буквальном смысле полный улет. А в метафизическом, понятно, это про воспарение, строго по сюжету (там еще вообше-то музыканты во второй части тоже должны были бы летать под потолком, и в Бирмингеме, кажется, так делали, подвешивали кого-то, но в Берлине не стали - или все деньги на вертолеты ушли, или профсоюз запретил).
Все недостатки тут уже в комментариях отметили. Четыре часа залиты дешевым AI-слопом, стенография решена в популярном жанре “берлинский детский утренник на отходняках”, не ритуал, а смех. Но почему-то я вышел оттуда в очень приподнятом настроении, как будто и правда в небе над Берлином побывал.
Не знаю, как все это воспринималось в день премьеры. Сейчас что-то безнадежно стухло, прежде всего, все, что касается электроники - это все уже просто общее место, но не надо забывать, что общим оно во многом стало стало благодаря автору. Что-то, наоборот, сделало круг и уже снова многим заходит - прежде всего вся эта нью-эйджевая попугайчатина (то, что нью-эйджевые пластинки, например, из стыда и позора стали модным меломанским увлечением, я еще лет 5 назад заметил по фонотекам некоторых своих продвинутых друзей). А что-то и просто хорошо без всяких но. А вместе - ну, посмотреть живьем было очень бодряще. | 746 |
| 7 | Ну, в общем, Штокхаузен.
Вчера в Берлине были выборы, все улицы украшены предвыборной агитацией, то есть к премьере идешь сквозь строй предвыборных плакатов. Большие, малые и карликовые партии, вплоть до партии защиты животных, партии Volt с лозунгом “”Unfuck Berlin” и “Горной партии”, она же партия B*, которая выступала за то, чтобы насыпать в Темпельхофе громадную гору, а вместо предвыборных плакатов вешает что-нибудь красивое — например, нарисованную от руки селедку.
И что мы видим в первом акте? Выборы. Выборы в межгалактический парламент где-то в небе, на последнем этаже небоскреба (я специально не гуглил, но почти уверен, что Штокхаузен вдохновлялся персидской притчей про Симурга и парламент птиц). Собрание такое же чудаковатое, как и берлинские выборы, и такое же серьезное и тревожное, и тема тоже важная - что такое любовь. Весь первый акт - хоровой, они акапелла это обсуждают и пропевают разной степени прекраснодушности максимы. Любовь это голос Бога в тебе! Любовь это терпение! Любовь это позитивное мышление! (тут берлинцы неприлично заржали). В момент, когда накал становится таким же нестерпимым и сладким, как пахлава, ведущего собрания вызывает неприятный электронный голос - “владелец машины 2026 M как Mittwoch, подойдите к парковые, ее сейчас эвакуируют” он, ойкнув, убегает, его место занимает колоратурное сопрано.
Таким снижением пафоса и внедрением в меру идиотских пассажей и шуточек, включая шуточек про самого себя, Штокхаузен будет заниматься и дальше, но вообще зритель пришел подготовленный и в целом знал, на что шел. Штука это историческая, часть громадного цикла, увидеть это на сцене можно раз в десятилетие примерно, все на это так и смотрели. Конкретно Среда (из всех семи дней цикла) - про мир, гармонию и поиск согласия, кто против, можете выйти. В ней три супергероя LICHT - Люцифер, Ева и Михаэль - не воюют, а сотрудничают, все остальные тоже заняты примерно тем же. В первом акте идет хоровое обсуждение, во втором - его как бы зеркальное музыкальное отражение. Там никто не поет, а выступает оркестр солистов - каждый музыкант по очереди демонстрирует свою виртуозность (внутри штокхаузеновской оптики, конечно), потом они сливаются в сложной гармонии, то вместе, то поврозь. А в третьем акте выбирают себе нового председателя-президента-проводника. Им становится верблюд, это Luzicamel, Верблюд-Люцифер, идеальный медиатор, способный помирить всех со всеми (по крайней мере, в это все верят). Из Люцифера вылупляется (буквально вываливается) Luca, нежная человеческая душа. Это бородатый чувак, который способен расшифровывать непонятные коротковолновые послания и судить по справедливости. Он ходит в обнимку с коротковолновым приемником, слушает передачи и радостно им подгуливает на заумном языке. Понятно, что приемник, в отличии от всего звучащего, находится в нашей реальности, поэтому он некоторое время бурчит что-то про Володимира Зеленского и Германию; Luca в какой-то момент переходит на русский и начинает выкрикивать что-то в духе группы НОМ (на капустники которого постановка вообще очень похожа) — не то “Зря я вам доверился”, не то “меня “преследуют”. К этому моменту градус абсурда уже давно выплеснулся за пределы даже самой большой ванной, поэтому можно было просто счастливо улыбаться и слушать. | 711 |
| 8 | Это блог Саши Геффен, отчаянно его всем рекомендую. Эта зарисовка, конечно, чистый Бунюэль, но у Саши — прекрасной певицы, музыкального терапевта и звуковой сказительницы — там много всякого. А еще есть инстаграм, тоже хороший — она там озвучивает предметы и вообще. | 848 |
| 9 | Жизнь артиста в Лондоне, или маленькая жизнь под столом.
В этом году я решила, что буду соглашаться на все проекты, которые мне предлагают, если они связаны с музыкой. Под водой я пела, в чёрном ящике пела, в контейнере пела. Позавчера я согласилась три часа сидеть под столом и периодически петь на безумной закрытой вечеринке богатеньких людей. Но был нюанс. Голова моя должна была лежать на блюде под крышкой, а когда гости её поднимали, я пела оперу. Надо сказать, реагировали все по-разному. Кто-то спрашивал: «Она настоящая?», кто-то начинал фотографировать, кто-то очень пугался. Одна девушка подняла крышку и так испугалась, что кинула её мне в зубы. А отбить я не могу — руки-то под столом.
Я наблюдала за гостями через красную бархатную скатерть. Переминающиеся ноги. Уверенные ноги. Ноги, ищущие компанию. Ноги «не знаю, что тут делаю». Я видела их тайные движения.
В какой-то момент, когда снова подходило время высовывать голову из-под стальной крышки, я увидела отражение своих огромных глаз. Они пялились прямо на меня. И тут вся жизнь пробежала перед глазами: от детства, когда я мечтала выступать и петь, до этого момента, когда я сижу под крышкой и жду, когда её поднимут, а там будет толпа людей, которые будут смотреть и снимать моё поющее лицо.
Стук.
Это сигнал: через пять секунд откроется крышка. Яркий свет. Звук. Все смеются и охают. Десять секунд. Пятнадцать. Крышка опускается. Можно замолчать, расслабить шею и пальцы рук, которыми я упираюсь в пол, чтобы было удобнее петь.
О, жизнь, сколько странных вещей ты в себе таишь... | 889 |
| 10 |  Хорошее (но в нашем возрасте надо уже, конечно, shine like a crazy diamond) | 932 |
| 11 |  Пишут, что археологи в Перми нашли надгробие бабушки Сергея Дягилева, Анны Ивановны Дягилевой. Находка сделана на бывшей площадке зоопарка на улице Монастырская, где ранее располагалось Архиерейское кладбище. Имя Дягилевой было увековечено сразу на двух крестах, и объяснения этому пока не найдено.
#news | 901 |
| 12 |  Дружеский московский анонс: талантливая молодежь играет Шостаковича. 23 сентября, концертный зал дома Скрябина.
В программе — соната для скрипки и фортепиано соч. 134 и вокальный цикл на стихи Микеланджело Буонаротти соч. 145.
ДШ: «Я сейчас пишу скрипичную сонату. Когда я работаю, вернее, сочиняю, тогда мне живется лучше. Если я не сочиняю, то чувствую себя плохо».
Между прочим, начинается она двенадцатитоновой последовательностью, хотя, конечно, соната не серийная.
А сюиту, с легкой руки Максима Шостаковича, принято называть Шестнадцатой симфонией; в финале - "Бессмертие" - зарыта мелодия, которую Митя Шостакович написал в 9 лет.
Исполнители — Андрей Тростянский, скрипка, Максим Морозов, баритон, Михаил Трошкин, фортепиано
Все детали тут | 1 063 |
| 13 |  Чем сейчас занимается Уте Лемпер | 1 259 |
| 14 |  +2Заныриваю на 4-часовую оперу Штокхаузена, с жирафом и вертолетами, помогай мне Господь. Оцените комикс в буклете. | 1 298 |
| 15 |  8 октября фестиваль актуальной музыки SOUND UP в партнерстве с Музеем современного искусства «Гараж» представит российскую премьеру пространственной композиции «Песни святого ветра» («Canticles of the Holy Wind») американского композитора и «певца природы» Джона Лютера Адамса.
Часовая партитура для четырех хоров и ударных вдохновлена образами природы и птичьими песнями. В «Песнях святого ветра» Адамс предлагает перейти в особый режим восприятия — через созерцание изменчивого акустического пейзажа. Атриум Музея современного искусства «Гараж» станет идеальной локацией для опыта пространственного слушания и погружения в завораживающие звуковые ландшафты Адамса.
«Песни святого ветра» написаны для четырех хоров — нестандартная расстановка создает эффекты пространственного звучания. На октябрьском событии певческий состав будет удвоен, что придаст событию небывалый масштаб.
Проводником слушателей в медитативный звуковой мир Адамса станет один из крупнейших хоровых коллективов страны — академический хор имени Свешникова под управлением Екатерины Антоненко. На премьере за дирижерский пульт встанет Богдан Петренко, имеющий богатейший опыт в сфере современной вокальной музыки. Партию ударных исполнит один из заметных перкуссионистов своего поколения Митя Нилов.
SOUND UP x Гараж: Песни святого ветра
8 октября | 19:30
Музей современного искусства “Гараж”
Крымский Вал, 9, стр.32
Билеты: https://clck.ru/3VuCNE | 1 294 |
| 16 |  Какие еще бывают мировые премьеры | 1 161 |
| 17 | — Но ведь Караян как раз и обслуживал эту фитнесс-индустрию, если вообще не был среди ее создателей!
АРНОНКУР — Мне интересно, что он сам бы на это сказал. De facto это может быть и так.
— Тем временем противоположности сблизились. Не только в том плане, что после его смерти вы появились на Фестивале. Ведущие оркестры восприняли многие идеи, и вы дирижировали даже Берлинским филармоническим.
АРНОНКУР — Это было очень важно. Ведь у них в какой-то момент отняли Баха, которого публика стала предпочитать на старых инструментах, затем отгрызли Моцарта. И со своей классикой, романтикой и классическим модерном они повисли в воздухе. Специализация – большой вред для музыкантов. Интересы оркестров становятся все шире. Во время репетиций мне приходится гораздо больше говорить, чем другим дирижерам, потому что я разъясняю музыкантам, почему. Караян практически ничего не разъяснял, но тогда так было принято. Дирижеры этим чуть не гордились. Если кто из музыкантов задавал дирижеру вопрос, почему играть надо так, того тут же затыкали. Я сам два раза спрашивал «почему?», и дирижеры отвечали: «Потому что я так хочу».
— Когда вы играли у Караяна, его «эго» вас не подавляло?
АРНОНКУР — Я думаю, я не был особо легко ранимым. Я был, какой есть, и за это держался. Возможно, я и был раним, но как это объяснить… Нас было семеро братьев и сестер и очень образованный и многосторонний отец, так что я всегда имел свое мнение. В 9 лет я положил себе за правило: если и все, то не я. Это было связано еще и с нацизмом. Тогда я не знал, что это из Библии, когда Иисус говорит Петру: Ты первый от меня отречешься, а тот отвечает: Если бы и все тебя поносили, то я – нет… Для меня это значило, что мне наплевать на то, чем заняты другие, — я делаю свое. Поэтому меня такие вещи не подавляли.
— Впоследствии Караян как высшая точка предыдущего поколения стал той фигурой, от которой предпочли отойти…
АРНОНКУР — Автоматически отошли. И сейчас вам надо бы спросить 50-летних, как они потом отойдут от нас. Мне часто говорят о моих последователях, а я на это отвечаю, как сомневающиеся отцы: легитимность наследника мне не очевидна, так как я вовсе не склонен чуть что признавать свое отцовство.
— Вы и Караян – два дирижёра 2-й половины 20 века, которые наиболее представлены на рынке звукозаписи. Кто продал больше?
— АЛИСА: Разумеется, он продал больше тебя.
АРНОНКУР — В чистом расчёте, да – Караяна вы найдёте на каждой полке. Но в любом случае я записал больше сочинений.
— И что же останется от Караяна? После смерти он на удивление быстро исчез из общего сознания.
АРНОНКУР — Интерпретаторов переоценивают, творцов недооценивают. Но это еще вопрос, является ли исполнитель художником – ведь художником называют всякого, имеющего дело с искусством. Из-за того, что есть записи, есть и вопросы: а как этот сделал то-то, а как тот решил такую-то проблему? Возможно, какие-то импульсы сыграют свою роль и после, но ни в коем случае нельзя утверждать, что создано нечто нетленное. Нетленное создают композиторы, поэты, скульпторы. А интерпретатор? Правильно – неправильно… Через 30 лет вообще будут смеяться над тем, что мы сегодня делаем". | 1 326 |
| 18 | АРНОНКУР — Да, главная тема в партии трубы оборвана, один звук выпал. Мой вопрос: почему Бетховен так написал? Нормальные музыканты отвечают: потому что тогда трубач не мог этот звук сыграть, а поскольку сегодня он может, то мы и играем. Но я знаю, что и тогда трубач мог его сыграть, и потому говорю: это сочинённый провал. Герой этой симфонии тоже может потерпеть провал, и я играю так, как написано у Бетховена. У меня достаточно для этого оснований – я же интересуюсь историческими источниками. Караян говорил в таких случаях типа такого: «Это газовое освещение». Но вопрос о том, является ли провал частью композиции, — вопрос философский.
— Вы заново зажгли газовой освещение. Исторические инструменты…
АРНОНКУР — Все эти догмы придумало уже следующее поколение. У меня ничего такого не было. Я говорил, что инструмент – только средство. Со старыми инструментами я могу настолько ближе подойти к сути сочинения, что сегодняшний человек эту музыку понимает, она становится более сегодняшней. Если этого не случалось, старые инструменты были мне не интересны. Не люблю специалистов. Если сегодняшние музыканты кроме всего прочего играют на старых инструментах, хорошо. Но если при этом требуется, чтобы скрипку держали только так, как ее будто бы держали когда-то, я в этом не участвую. Мне важны только смыслы.
— В начале вашей карьеры не действовало вам не нервы, что Караян был буквально повсюду, был фигурой, заполонившей мир и отнявшей свет у других?
АРНОНКУР — Этот человек был создан для успеха. Он появлялся на людях с претензией и поведением мировой звезды, и это было отработано до мелочей. Как он был одет, причесан, как ездил на машине. Как виолончелист я наблюдал, как малозаметным жестом он поправлял прическу крохотной расческой, спрятанной в нагрудном кармане. На нервы мне это совершенно не действовало. Поколение до него уже были великими звездами, и еще тогда начали писать на афише имя исполнителя крупнее, чем имя композитора. Но Караян, овладев техническими средствами, как никто другой, оставил всех далеко позади.
— АЛИСА: Он был очень ревнив к талантам!
АРНОНКУР — Но я же настолько моложе, больше, чем на 20 лет. Как он и Фуртвенглер (Смеётся.). Мне было за 40, когда я появился как дирижёр, тогда все запросы были прояснены, и конфликт с ним был настоящим гротеском. В середине 70-х дирекция Зальцбургского фестиваля спросила меня, не готов ли я написать Караяну письмо по этому вопросу. Я написал письмо, получил очень любезный ответ. Ведь то, чем я занимался, было ему незнакомо. Я передал его письмо президенту фестиваля и получил приглашение на большую оперную постановку. Но на следующем заседании Караян якобы сказал: «Пока я жив, он в Зальцбурге не появится». Я это так и оставил, хотя мог бы устроить скандал.
— Но был другой скандал, когда вы сыграли в Зальцбурге с Фридрихом Гульдой вне Фестиваля.
АРНОНКУР — Это было так: на вечер перед открытием Фестиваля устроители арендовали площадь Резиденции, пригласили Камерный оркестр Европы и Гульду. Никто ни о чём не думал. Но в Зальцбурге против меня так выступали, что Гульда отменил свои официальные выступления на Фестивале. Я думаю, очень мало музыкантов, на чьё развитие один музыкант оказал такое же сильное влияние, как Караян на моё, когда меня отвергали музыкальные учреждения. Мне это причинило боль, потому что поначалу между нами было очень положительное настроение.
— Интересно, что вы вовсе не чувствуете себя тем противником Караяна, каким были во всеобщем мнении.
АРНОНКУР — Я был, скорее, противником принятой музыкальной жизни. Вечером шли на концерт, чтобы отдохнуть от работы и испить красоты. Я же считал, что музыка безотносительна, что она заставляет смотреть внутрь, что она совсем не годится для отдыха. По крайней мере, та музыка, которую мы играли. Что смысл музыки потрясать и изменять людей. Если сочинение представляет размышление о страдании и смерти, оно помогает человеку. А когда все углы и фразы до блеска отполированы, тогда по окончании можно и сказать: вот теперь я снова в форме, чтобы завтра идти на работу. | 1 083 |
| 19 | АРНОНКУР — …а Караян Баха совершенно по-особому любил. Однажды в Мессе си минор он сам играл на чембало и провел огромное число репетиций с хором Венского певческого общества. Должен честно сказать, что не знаю такого ни об одном другом дирижере, — все поручают подготовку хора его руководителю. Караян делал это сам. Я играл на одном из тех концертов, это было на самом деле высочайшим искусством. О каждом звуке он знал, каким именно он его хочет слышать. Успех был огромный. Когда он исполнял в Вене «Страсти по Матфею», то соло гамбы поручил шести гамбистам. Меня тоже пригласили, но я отказался от такого: вшестером за одного! Но это не были конфликты.
— И как же дошло до разрыва?
АРНОНКУР — С годами я все чаще руководил исполнениями Баха как виолончелист. Затем начались записи. Пресса сразу поняла, что мы играем Баха иначе, и мое имя стало раз за разом появляться в критике на Баха Караяна. Другой – он и делает по-другому. А в 1970-м вышла та несчастная статья обо мне в «Шпигеле», где мне в уста была вложена цитата о тупых немецких чембалистах и о Караяне, что-то вроде: «Он считает Караяна гением – за рулём автомобиля». Естественно, я ничего подобного не говорил. Но он с этого дня ко мне совершенно изменился. Я думаю, он почувствовал во мне предателя.
— При Караяне вы не могли дирижировать на Зальцбургском фестивале, с артистами Берлинского филармонического общались только подпольно. Он так реагировал на то, что с вами набирает влияние другая эстетика, протест против все обволакивающего звука?
АРНОНКУР — Возможно. В любом случае, с его стороны конфликт выглядел как разочарование в предателе, который с расчетом говорит о нем плохо. Я же был убежден, что встреть я его одного где-нибудь в горах, без этого его окружения, уже через 5 минут он хлопнул бы меня по плечу, я его, и всё было бы замечательно.
— Но в 70-80-е годы вряд ли такая встреча в горах была уже возможна: вы музыкально отдалились друг от друга и стали даже конкурентами.
АРНОНКУР — Музыкальный конфликт не был между им и мной. Все крупные дирижеры того поколения были на противоположном от меня берегу.
— То, что вы так примирённо говорите о Караяне, – это мягкость, пришедшая с возрастом или бывшая всегда?
АРНОНКУР — Сам хотел бы это знать. Алиса, ты слушаешь, что я говорю?
— АЛИСА: Да. Ты об этом вообще никогда ни с кем не говорил.
АРНОНКУР — Был ли я когда-либо настроен против Караяна?!
— Тем не менее вашу знаменитую книгу «Музыка как звучащая речь» можно счесть направленной против Караяна. Ведь его вовсе не интересовало то, за что вы выступаете: исторический фон, изучение источников, вопрошание нотного текста. Он говорил, что ноты – помощь на крайний случай, а интерпретатор ищет образ, стоящий за ними.
АРНОНКУР — И это не неверно. Нотная запись – безусловно, абсолютно недостаточная помощь на крайний случай. Если я просто озвучу нотную запись, выйдет чушь. У меня должна быть инструкция, разъясняющая, что нота вообще означает. В этом мой подход. Если у меня есть целая нота и длительность 4/4, я не могу сказать, что она должна звучать от сих до сих. А он так считал. Он придавал особое значение тому, чтобы держать ноту до самого последнего момента. А я сказал: в реальности целая должна, может быть, вообще звучать, как восьмая, а остальное звучит дальше уже в воображении. Может, за такие мнения он счел бы меня сумасшедшим, а может быть, и полностью бы с этим согласился.
— В «Героической» симфонии вы как-то показали, как в первой части один звук недоговаривается. А у Караяна он звучит. | 954 |
| 20 | "— Вы считаетесь принципиальным антиподом Караяна и были в его поздние года для него красной тряпкой…
АРНОНКУР — Не так это просто. Я приехал в Вену в 1948 г., был страшно влюблен, хотел непременно жениться и как можно быстрее поступить в оркестр виолончелистом. Вскоре Караян стал шефом Венского симфонического, и в 1952 г. там освободилось место. На него было более 40 претендентов. Караян сидел с концертмейстером, и я услышал, как он пробормотал: «Как этот уже себя держит – я его возьму». Я не сыграл еще ни одной ноты, но затем должен был играть невероятно долго. Обычно играют полторы минуты, а мне пришлось сыграть целиком 1-ю часть Концерта Дворжака и… у меня сложилось впечатление, что Караян охотно слушал. А затем совсем странные тонкости: сыграть одно и то же место сначала максимально тихо, еле слышно, а затем как можно громче – для прослушивания очень изысканная техническая задача. У других дирижеров я ничего подобного не встречал. В результате меня взяли.
— На каких музыкальных позициях Караян стоял тогда? Для вас это было прорывом в будущее?
АРНОНКУР — Первое, что мы делали, был бетховенский цикл. И это было очень сильным впечатлением, которое в общем-то значимо для меня до сих пор. Это было свежо-упруго, совсем не так, как у позднего Караяна. Бурно и очень оформленно, значительно точнее, чем у Фуртвенглера. Я до сих пор подробно помню репетиции, на которых я, действительно, очень многому научился, в том числе как впоследствии их интерпретатор. Однажды он удалил весь оркестр и полчаса с одними виолончелями репетировал начало медленной части 5-й симфонии, только это начало! У него были очень точные представления о том, как именно должно это звучать во всех деталях. Его Бетховен, возможно, был продолжением идей Тосканини и анти-Фуртвенглером. Тосканини не терпел ни малейшего колебания темпа, его Бетховен вообще самый быстрый из всех, и Караян был к этому близок.
— Фуртвенглер тогда был все еще великим соперником, кого очень разозлил взлёт Караяна во времена Третьего рейха.
АРНОНКУР — Они оба друг друга, безусловно, терпеть не могли. Когда Фуртвенглер был в Вене, а Караян дирижировал, он всегда был на концерте. Но приходил где-то с 10-минутным опозданием. Его видел весь зал, потому что он был очень высоким. И у меня сложилось впечатление, что, когда Фуртвенглер входил в зал, оркестр начинал звучать иначе. И Караян это тоже чувствовал, стоя спиной к залу. Помню, как он однажды пробурчал: «Зато я на 20 лет моложе». Я понял, о ком это.
— Вы тогда узнали Караяна поближе?
АРНОНКУР — Мы с ним ездили в недельные гастроли. Оркестр ехал либо на поезде, либо на микроавтобусах, которые тогда только изобрел «Вольксваген», а он всегда на спортивном двухместном «Мерседесе», и одного из оркестра брал с собой. Потом этого пассажира было легко узнать по белоснежно-бледному лицу. Помню один вечер в Париже. Когда коллеги стали над этим смеяться. Караян сказал тому, кто смеялся громче всех: «Завтра со мной едете вы». Вот такие дела… А со мной было так. Он меня очень ценил и во время одной поездки, когда он ехал с нами в поезде, прислал ко мне своего ассистента Моттони: господин фон Караян хотел бы с вами поговорить, он хотел бы, чтобы вы стали солистом. А я не хотел, потому что уже тогда основал Concertus. Каждую свободную минуту мы репетировали у нас на квартире, и надежность положения в оркестре мне была нужна для моего ансамбля. Все прочие его участники были также члены Венского симфонического.
— Когда Караян дирижировал Баха, вы, наверное, сидели и думали: а я бы сделал совсем по-другому…
АРНОНКУР — Такое расхождение в представлениях и Бахе в гораздо большей степени относилось к Карлу Рихтеру, чем к Караяну.
— Рихтер считался корифеем в Бахе… | 1 017 |
