Архитектура и транспорт

Риверсайд, Иллинойс — маленький (10 тыс. жителей) пригород Чикаго, ничем не примечательный, кроме того, что заложенные в нем планировочные решения определили развитие градостроительства на века вперед, и даже сейчас встречаются в каждом втором проекте застройки. В 1869 году Фредерик Ло Олмстед, к тому времени уже знаменитый человек, первый в мире профессиональный ландшафтный дизайнер, автор проекта Центрального парка в Нью-Йорке (где впервые были применены такие новшества, как парковая охрана, таблички с правилами поведения, ограничение скорости самодвижущихся экипажей и места для их парковки!) приступил к выполнению нестандартного для него заказа: жилого поселка. Риверсайд должен был стать очередным типичным американским "железнодорожным пригородом": местом, куда состоятельная семья могла сбежать от шума, смога и нечистот центра города в обмен на абонемент на пригородные поезда. Стандартный "Railroad suburb" в то время проектировался как небольшой поселок из плотно расставленных, но все же индивидуальных жилых домов в прямоугольной сетке улиц. Каждое из зданий было в пешей доступности от железной дороги, любые "грязные" занятия строго запрещались (в то время это означало, что кроме жилья в поселке почти ничего и не будет — такой вот прототип спальных панелек). Олмстед решил, что если уж сбегать из города — то насовсем, и придумал следующую идею: жить надо прямо в пейзажном парке. В первую очередь он отказался от прямоугольной сетки дорог, заменив их прихотливо изгибающимися улицами — как парковые дорожки. Основные подходы к станции были оформлены в виде непрерывных широких скверов, полных зелени, по которым порой даже могла протекать небольшая речка. На них выходили фасады жилых домов, а все транспортные коммуникации проходили по периметру получавшегося большого пешеходного кластера. Отдельным новшеством для того времени был факт, что все зеленые пространства поселка являлись полностью бесплатными и общедоступными. Давайте считать, что из воплощенных в Риверсайде Олмстедом вещей сейчас воспринимается как данность! (А то и успело поднадоесть снобам-урбанистам): — понимание важности рекреаций в городе. До промышленной революции природы в среднем было слишком много, с ней боролись. Оказалось, что может быть и наоборот. — водно-зеленый каркас. Зелень должна быть не островками, а непрерывной, примерно как улично-дорожная сеть, только в этом случае она будет по-настоящему общедоступной. — кривые живописные улицы. В эпоху автомобильных пригородов планировка живописными, кривыми тупичками стала общепринятой. Многоэтажные микрорайоны порываются строить так до сих пор. Посмотрите на Кожухово! Без Ло Олмстеда оно было бы другим. — транспортные коммуникации по периметру. В эпоху модернистского планирования стали классикой микрорайонной застройки, изрядно подпортив жизнь транспортникам. Пешеходные эспланады через середину микрорайонов сюда же. В общем, относиться к изобретениям Олмстеда можно по-разному, но факт остается фактом: вот так вот незаметно, в отдельно взятом поселке были заложены прототипы сразу нескольких планировочных решений, с которыми мы сталкиваемся теперь повсеместно. p.s. заценить сохранившийся "railroad suburb" каждый москвич и гость столицы может без поездки в США: достаточно съездить на платформу "Новогиреево" D4 и оттуда начать путешествие по 12-ти нумерованным проспектам этого зеленого района. Если повезет, можно набрести на два сохранившиеся с 1913 года дома! pic