Yogi Matsyendranath

Вопрос был в чате про ночные и дневные практики. День и ночь — оба являются отрезками времени, а время всё равно едино. Время имеет последовательность — крама, отсюда и определение Кали-крама. Время есть во всём. Время — это не только смерть, но и вся жизнь целиком. Ночь ассоциируется с погружением в себя, с глубоким сном. Поэтому ночь — это погружение в невидимую реальность. Ночь — это таинство и тишина ума. День — это активность, солнечная, витальная сила. А ночь — это сфера сознания, где оно безгранично в своих возможностях. Поэтому днём обычно выполняются внешние и физические практики, а ночью — наиболее мистические. Днём — дакшиначара, ночью — вамачара. Но мы не можем отделить одно от другого, так же как не можем разделить дневное и солнечное с ночным и лунным. Поэтому я ранее цитировал Сараху, о котором в Бенгалии говорят, что он был натхом, а не только буддистом. Для тех сиддхов все эти практики не были чем-то раздельным. Но политика, институты, корпорации со временем всё это разделили.

У меня тут происходит много хорошего, но, как всегда, я надеюсь хотя бы на несколько дней побыть один. Однако, поселив меня в хорошем месте, они приводят людей с вопросами, и всё постепенно превращается в передачу практик небольшой собравшейся группе. Впрочем, мне и самому интересно общаться, делиться знаниями и опытом. Тут один ученик глубоко исследует сахаджиев и баулов. Одни больше связаны с каулатантрическими садханами, а другие — с йогой. Но и те, и другие содержат в себе элементы друг друга.

Интересную ремарку вчера сделал Мадху: люди дорого платят за то, что не любят себя. Например, они каждый день просыпаются и идут на работу точно в положенное время. Но проснуться утром и посвятить время практике для себя мало кто хочет. Хотя именно от утренней практики может зависеть качество жизни человека в целом.

Удивительно наблюдать, как работает токканам (массаж), который делает Мадху. Он буквально чуть ли не из могилы достает некоторых людей. При этом существуют тонкости как в самомассаже, так и в массаже другого человека: движения должны идти по каналам. Например, при самомассаже, по крайней мере в тамильской версии, не применяется давление на части тела. При массаже другого человека необходимо, чтобы он был расслаблен, и только тогда допускается применение давления. В теле существуют точки переплетения нади, которые делят его на своеобразные «полюса». Поэтому, воздействуя на один, можно влиять на другой. Эти же полярности задействованы и в йогических техниках.

В чате спросили о пранава Ом и где там Шива и Шакти. Есть разные интерпретации пранавы «Ом», но в любом случае она является основой всех мантр. Считается, что звук ма-кара в «Ом» имеет три уровня. Первый возникает при соприкосновении губ. Соответственно, первый называют губным звуком. Другой исходит от первого и является церебральным (мозговым), то есть это эхо — более тонкий звук. Именно он является звуком ардха-чандры, потому что Луна — это сознание. Это стадия перехода проявленного звука в звук, существующий в сознании. Ардха-чандра называется так потому, что она уже наполовину находится в уме. Это пробуждение сознания и есть Шакти. Она возвращается в три предыдущие стадии и контролирует их. То есть Шакти управляет меняющимися состояниями бодрствования, сна со сновидениями и глубокого сна. Шакти как бы находится над ними, но одновременно присутствует и в них, чтобы ими управлять. Далее из Шакти исходит Шива, или Натх. Если Шакти — это турья, то Шива — это турьятита. Сущностной разницы между ними нет; она заключается лишь в том, что в состоянии турьятиты вы еще глубже погружены в себя, в субъект. Натх также возвращается в Шакти и остальные уровни и управляет ими. Поэтому он, собственно, и называется Натхом. Однако Натх-Шива и тот же Рудра, который выражен в губном звуке ма, — это разные уровни. Йогины и тантрики ставят Рудру ниже по уровню, потому что Рудра в основном почитается в Ведах. Тантрики же придают Шиве более высокий статус. Таким образом, получается, что из пранавы происходят всего пять элементов: три матры — а, у и ма, нада (ардха-чандра) и бинду. По сути, бинду — это Шива. Так пранава фактически становится Шива-йогой.

Я уже говорил, что у меня тут есть один великолепный ученик по имени Люк. У него ещё и прекрасное чувство юмора. Но шутим мы иногда не по детски). Например, примерно неделю назад мы с ним прогуливались по парижским улицам. Я смотрю — по улице идёт человек явно с африканским бэкграундом. И говорю Люку: «Смотри, Люк, француз пошёл». Люк улыбается и отвечает мне, указывая на белого человека, которого увидел на другой улице: «А вот это, там пошёл расист». Я Люку отвечаю: «Но посмотри, расистов же почти нет — одни французы». Люк мне говорит: «У нас французы делятся на арабских и африканских». Я Люку отвечаю: «Да, в будущем они будут, подобно двум главным партиям в США, регулярно конкурировать за то, кто удержится у власти». Вот такие у нас с Люком шутки.

Посмотрите на него: не покрыт бхабхутом, на нём нет даже джанеу, у дхуны не сидит. Вместо этого прохлаждается в бассейне у учеников на юге Франции. Наверное, хочет сказать, что вездесущий Брахман есть и в бассейне тоже. Точно, именно это он и хочет сказать.

Вчера провел сатсанг в Провансе. Это довольно редкое место для подобных мероприятий — обычно здесь такого не организуют. Но, как и в прошлом году, нам удалось провести сатсанг. Публика, конечно, особая, а спектр интересов в духовных вопросах очень широкий. В эти дни я был очень занят, но постараюсь в ближайшее время ответить всем, кому обещал. Шубхамасту!

Когда я рассказывал об образе Вьясы в Гуру-пурниму, я, наверное, должен был дополнить еще кое-что. Да, с ним связывают одни тексты, а другие — условно нет. И да, исторически картина, конечно, могла быть иной. Но речь здесь не о том, какие тексты действительно связаны с ним, а какие нет. Вьяса — символ Гуру-таттвы, а значит, символ знания в целом. Именно так ученик воспринимает своего Гуру. Поэтому, например, совершенно не важно, кто именно написал «Горакшасиддханта-паддхати». Конечно, по самому тексту видно, что он был составлен значительно позже. Это заметно и по «Горакхсабади»: там, например, упоминается ружье, и ясно, что речь идет уже не о первом тысячелетии нашей эры. Но и это не имеет принципиального значения, потому что есть исторический Горакшанатх, а есть духовный. Так же и каждый из нас: мы имеем тело, и оно ограничено, но существует и план сознания, где этих ограничений нет. Если человек является отражением мироздания, то в нем присутствует всё. Почему же этого не должно быть в Гуру? Конечно, в них это есть, и для правильного ученика это вообще вопрос.

सत नमो आदेश। सदगुरुजी को आदेश! श्री गुरुपादुकाभ्यां नमः

Я думаю, есть смысл сказать пару слов о том, почему в Индии этот день называется Вьяса-пурнима, почему совершается Гуру-пуджа, которую иногда называют Вьяса-пуджей, а место, где сидит Гуру, называют Вьяса-питха или Вьясасана. Думаю, Вьяса — очень хороший пример для понимания того, кто такие Гуру и как их следует воспринимать. Безусловно, речь идет о действительно настоящих Гуру. Мы знаем, что Индия отличается тем, что в ней нет одной религии и одного-единственного основателя. Огромное количество риши открывали и передавали гимны, многие сиддхи получали откровения в виде агам и т.д. В Ведах существуют разные шакхи — ветви, есть разные авторы упанишад и т.д. Мы знаем, что всё это, возможно, составляли разные риши, ачарьи и йогины. Однако в целом всё равно говорят, что это единое знание, которое систематизировал Вьяса. Гуру — это вигьяна, термин, который мало кто переводит по-настоящему точно. Префикс «ви» имеет разные значения: отделение, оставление, разделение. Поэтому я бы трактовал вигьяну как детальное знание, возникающее благодаря глубокому погружению в предмет, но происходящему на фоне общей отстраненности. Парадокс здесь в том, что вы одновременно и погружены, и отрешены. Именно поэтому Вьяса разделил единую Веду на четыре части, систематизировал упанишады, составил Веданта-сутры, Махабхарату, многочисленные пураны. Он является символом вездесущности Гуру. Он — тот Гуру, который присутствует внутри всех тех Гуру, которые фактически могли всё это записать. То есть Вьяса — символ Параматмы в сердцах множества реализованных йогинов. Но нужно понимать и то, что это не просто буквальное видение. Для натхов, например, таким образом может восприниматься Горакшанатх, для кого-то — Даттатрея или Дакшинамурти. Но для преданного ученика Параматмой является его собственный Гуру, у которого он учится. Гуру — это всё для ученика. Сложно найти что-то более значимое для настоящего ученика, чем его Садгуру. И я надеюсь, что пример с образом Вьясы помог вам понять, как Гуру может быть, с одной стороны, один, а с другой — одновременно проявляться во множестве форм. Гуру — это Параматма, Ниргуна и Сагуна Брахман, все Деваты и т.д., которые из него проявляются. Именно так классическая индийская традиция понимает Гуру-таттву. И, конечно же, это подразумевает, что Гуру должен обладать огромным опытом духовного пути.

Вот знаете, сейчас, в Гуру-пурниму, я ловлю себя на мысли и на чувстве, что не хочу ничего говорить о Гуру. Но не потому, что там что-то не так, как это бывает часто. Все именно наоборот. Хотя часто бывает у многих и так, когда тоже все, мягко говоря, не очень, но говорят, много говорят, говорят о том, чего нет. В моем случае не хочется говорить, потому что мой Гуру — это измерение самадхи, высоты морали, не фальшивой, а самой сущностной. В моей жизни много замечательных людей — очень чистых, искренних, преданных, честных. Но вот что такое, например, честность? Человек может искренне ошибиться. И вот в этом плане мой Гуру превосходит всех — он ни разу меня не обманул. Не потому, что хочет всем казаться моральным. Он иногда ведет себя с людьми очень жестко. Его правдивость — не тупая, не хитромудрая… Он зрит в корень явления. Именно это отличает его даже от самых достойных и дорогих мне людей. Почему? Потому что в нем зрелая чистота, и я понимаю, что это результат огромных трудов. Я не хочу много говорить о том, что познается в покое. Мой Гуру — это другая мерность. Он не человек, но выражается его «надчеловечность» в первую очередь в том, что он — достойный человек. Будьте достойными людьми! Больше добавлять ничего не буду. Этого более чем.

У людей порой бывает конфьюз, когда в одних традициях Индии, например, при дыхании на вдохе поднимают энергию, а на выдохе ведут ее вниз. Так существует, например, в Васи-йоге. Но есть очень много распространенных версий, где на выдохе энергия поднимается, а на вдохе идет вниз. Такой вариант мы встречаем в Кашмирской Трикашасане, у натхов и др. Как к этому относиться и как понимать, когда, например, Горакнатх особо почитаем в Натха-сампрадае, но он почитаем и у сиддхаров как Кораккар, и у буддистов как Горакхпа, и у каулов как Горакшананда Натх? Везде же техники могут выглядеть «противоположными»? Я вам приведу цитату, которую мне предоставил Дхатринатх джи. Она из текста XI–XII веков Абхайядатты Caturaśīti-siddha-pravṛtti. Раньше он был на санскрите, но, судя по всему, сохранился только в тибетском варианте. Это описание жизни 84 сиддхов. Вот как там говорится про сиддху Сараху: བྲྀམ་ཟེ་དང་སངས་རྒྱས་པ་གཉིས་ཀའི་སོམ་པ་བསྲུང་བ་ལ། Он соблюдал одновременно как обеты брахманов, так и буддийские обеты. ཉིན་བྲྀམ་ཟེའི་ཆོས་ལུགས་བྱེད། Днем он следовал брахманской традиции, མཚན་སངས་རྒྱས་པའི་ཆོས་ལུགས་སུ་བྱེད་ཅིང་། а ночью практиковал буддийское учение. ཆང་ཡིང་གསོལ་བས་ན། Однако он пил алкоголь. День и ночь, как известно, рассматриваются как время открытых практик днем и секретных (gopya) — ночью. Но они не являются чем-то раздельным. И очевидно, что ранние сиддхи, еще до появления развитых религиозных корпораций, именно так и делали, а отчасти делают и сейчас. И как же относиться тогда к интерпретациям вдоха и выдоха? Где там прана, а где апана? Спокойно!)) Если вы физиологу скажете про прану и апану, неизвестно, как он на вас посмотрит. Они знают только кислород и углекислый газ. Поэтому игра понятиями — это игра сознания и энергии. Можно менять местами не только Солнце и Луну, но и связанные друг с другом «разные» религии.

Во Франции много интересных мест. Это страна с большим историческим бэкграундом — и это факт. Вот хочу с вами поделиться одним из таких мест, которое мы посетили. Оно называется Sara e Kali («Черная Сара»). Христиане отождествляют ее с Марией, а последователи индуизма — с Кали. https://fr.wikipedia.org/wiki/Sara_la_noire

Интересный ответ мне на днях дал Мадху. Казалось бы, всё просто, но вдумайтесь, насколько глубок этот принцип. Я спросил его: — Ты думаешь прожить долго благодаря своей практике? Он ответил: — Я не думаю о продолжительности жизни. Я думаю исключительно о её качестве.

Я еще раз говорю всем тем, кто меня когда-то предал, оболгал или еще как-либо поступил гнилостно. Не пишите ни мне, ни моим ученикам — никто из вас. Я не такой, как вы и все ваше т.н. общество. Я не выбираю что-то из разных сортов дерьма. Это привычки вашего общества, но не моего. И ушедшие от меня ко мне больше НИКОГДА не возвращаются! Вернее, понятно, что пытаются. Но попытки тщетны. Вам моя мораль неведома — это не ваш уровень морали. Поэтому не пишите мне и не пытайтесь ко мне никак возвращаться. Я понимаю, что другие поступают иначе. Но я — не другие. Просто чтобы это было предельно ясно. И на будущее: прежде чем кто-то захочет устраивать со мной драмы и срачи, вспомните все эти истории и подумайте, а надо ли вам все это? Если я кому-то не по душе, просто спокойно уходите и живите своей жизнью. Я всегда сторонник спокойствия.

Говорил только что с Мадху. И хочу поделиться ситуацией на тему того, как учить людей. Многих даже не учить надо, а избавлять от телесных и психических проблем. В древности вряд ли учили массово, поэтому тексты йоги не содержат никаких фиксированных алгоритмов ни в асанах, ни в пранаямах. Каждый человек не похож на другого. Чтобы восстановить человека психофизически, нужно два месяца, чтобы он находился рядом с мастером. А как быть, если, допустим, семинар, а для всех одинаковая еда? Вот тут в чате спросили написать про питание. А что писать, если нет одинакового питания для каждого? Мадху даже говорит, что можно и для группы подобрать разное питание. Но изготовление сиддха-медицинских субстанций не должно быть искаженным, иначе теряется их эффект. И я понимаю, что заниматься так разборчиво с каждым человеком, как это было когда-то, для мастера — это просто титанический труд. Но мы живем уже не в том времени, не в тех реалиях. Знаете, что это мне напоминает? Даже не Нью-эйдж, который мы видим сейчас, и даже не симулякры традиций на Западе. Нет. В самой Индии, «внутри», то есть внутри традиций, уже полно симулякров, выглядящих правдоподобно. Это как в интернете: хакеры делают копии каких-то страниц, чтобы ты кликнул или зашел на похожий сайт, и тебя взломали. Вот тут с традициями в Индии то же самое. И проблема еще в том, что даже если ты и попытаешься говорить об этом серьезно, дело не только в твоем желании правильно учить, но и в готовности других правильно учиться. А вот с этим огромная проблема. Есть такой тренд на Западе — говорить о том, какие кругом и всегда плохие гуру. Но многие автоматически думают, что ученики-то хорошие. А они даже и не ученики, да зачастую и не нормальные хотя бы просто как люди. Какие там ученики — многим из них сначала хотя бы стать достойными и порядочными людьми. Но кому нравится такая тема? Тема очень уж непопулярная. Но у меня нет другого варианта, кроме как хотя бы периодически делать попытки возвращать всех к ней. Тут просто без вариантов.

Очень часто, почти всегда, люди видят только то, что хотят видеть, и ждут от других того, что, как правило, делают сами. Например, кто-то смотрит на меня и думает: «Неужели он не видел, что вот тот-то и тот-то человек — му..дило?» А почему кто-то решил, что видеть — это значит непременно говорить все в лоб? Может, именно потому, что я видел, я ничего подобного и не говорил. Смысл говорить это идиоту? Смысл трогать дерьмо? У людей свои какие-то сценарии, и они считают, что по ним должны жить все. Желание изменять всех и всё вокруг, но только не себя самих. Я не вижу смысла говорить о недостатках других даже с теми, кто иногда может слезно меня об этом просить. Даже среди таких много тех, чьим ни словам, ни обещаниям — ничему нельзя верить. Только годы и сама жизнь показывают, кто для вас кто. Я миллион раз говорил правильные вещи. Кто-то не соглашался, кто-то начинал интеллектуализировать очень понятные, правильные и простые вещи. Проходит время, причем часто даже не очень большое, да и пусть даже большое, — они понимают, что я на все сто говорил правду. Но они уже и не помнят, насколько сами были не правы. Они никогда не признают своей неправоты, а тем более своих абсолютно гнилых качеств. И есть ли мне в таком случае вообще смысл говорить с такими, коих, скажу мягко, немало? Я не вижу никакого смысла. Всё, что я сейчас делаю, — это говорю в общем и целом правильные вещи, а ваше полноценное развитие должно быть вашей личной и серьезной инициативой.

В чате был вопрос: правда ли, что в каждом человеке Кундалини отличается? Разумеется, хотя бы потому, что у одного она полностью раскрыта, а у другого спит. Про Кундалини я еще должен сказать важную вещь, которую понимают немногие. Когда вы пробуждаете Кундалини, вы в то же время делаете это так, как будто почти ничего не делаете. Это точно так же, как когда вы общаетесь в жизни с реальным человеком: вы видите его характер и потенциал на самом деле только тогда, когда нет вас. Вы «умерли» на фоне важного для вас человека, не «гоните» ничего своего — только тогда вы его слышите, видите, воспринимаете, понимаете. Но если есть вы, то на самом деле нет этого человека — вы ничего не хотите слышать, кроме себя. Если у вас в этот момент нет характера, нет эго, только тогда есть другой человек. Потому жизнь на самом деле — это умереть для жизни. Когда нет вас, тогда есть жизнь; когда есть вы, тогда нет жизни. Вы вроде бы живете, но вы в ней как «живой труп». И лишь единицы знают, что самадхи — это не уход от жизни. Наоборот, вы по-настоящему живете именно во время самадхи. То же самое и с Кундалини. Парадокс в том, что, да, вы, безусловно, практикуете, но в то же время и не практикуете, ибо нет «практикующего Кундалини». Есть живая Кундалини, однако в этот самый момент нет вас. Кундалини пробуждается тогда, когда вы (Шива) стали подобны трупу — шава. На внешнем уровне это не относится к тому, кто практикует — мужчина или женщина. Практикующий — «труп», он вне формы, он вечный Атман.

У меня спросили про содержимое Акулавира-тантры, кто и как такое передает. Это текст, описывающий состояние сахаджи. Оно врожденное, точно так же, как, например, передаются уровни анупайи (без метода) в Трика-шасане. Во-первых, нужен Садгуру — реализованный Сиддха. Он через свой шактипат передает это состояние. То есть там фактически нет никаких внешних методов. Мы можем сказать, что такой Сиддха «передает» его, но, возможно, больше подойдет термин «раскрывает в ученике самое чистое, что есть у него» или напоминает ему об этой его природе. Изначально никаких методов там не было, но везде, где существовали подобные уровни, в них постепенно стали интегрировать более технические элементы. Однако в таком случае мастера использовали их очень гибко и разборчиво, понимая, кому и что уместно. Если кратко, то там передача — это милость Садгуру, его ануграха. Там Садгуру — единственный и главный источник. Но, конечно, если это действительно такой Гуру, и если ученик соответствует его уровню. Подобные тексты, конечно, говорят, что существует только «сахаджананда» и ничего больше, но надо понимать, что в мире нет ничего случайного. Если кто-то обретает в данной жизни самадхи, то это следствие его практики в прошлых жизнях. Это то, чего простые люди обычными глазами не видят: какими путями были пройдены прошлые жизни тех, кто теперь без усилий пребывает в сахаджа-самадхи.