Экран и Сцена

Беседа Светланы Бердичевской с актером Антоном Падериным: «У артиста есть только два состояния. Первое: как же все ужасно – нет работы, второе: как же все ужасно – столько работы! Либо пусто, либо густо. У меня достаточно долго длился период отсутствия работы. И когда Петр Юрьевич Шерешевский мне сказал: Антон, приходи к нам в Камерный театр Малыщицкого, у нас нет денег, зато у нас очень интересно, я сразу согласился. Мне хватало исключительно на проезд на электричке (я жил и живу загородом), а от нее я уже шел до театра пешком, в любую погоду. Репетировали мы тогда спектакль “Замок” по Кафке. Я вообще не понимал, что происходит: не было ни костюмеров, ни гримеров, ни даже уборщиц. Мы все делали сами. Возникало полное ощущение, что я снова погружаюсь в какую-то студийную жизнь». https://screenstage.ru/?p=22171 Фото предоставлено Антоном Падериным

Анастасия Архипова о фильме «Одиссея» Кристофера Нолана: «Хитрость – начальные кадры картины: грандиозная вставшая на дыбы деревянная лошадь, увязшая в песках, утопленная в морском приливе, одинокая в пустынном экзистенциальном пейзаже (никакой компьютерной графики – 11-метровая скульптура весом четыре тонны смоделирована художником Даниелем де Леоном). Разве нужны колеса коню Посейдона, дико прянувшему из морских глубин? И финальные кадры: лицо Улисса крупным планом. Навеки в плену у кошмарного мгновения, он смотрит вверх на полыхающего, опасно накренившегося над храмом Афины коня, и камера надвигается на морду лошади, словно горящая громада летит вниз, на Одиссея. Так в последних кадрах “Оппенгеймера” оцепеневший от ужаса титульный герой видит внутренним взором охваченный атомным пламенем земной шар». https://screenstage.ru/?p=22174 Кадр из фильма – Unversal Pictures

Наталья Шаинян о спектакле «Записки юного врача» режиссера Евгения Корняга в Белорусском театре кукол – показан на фестивале «Горький+»: «Кажется, авторы – режиссер Евгений Корняг, создавший также инсценировку и хореографию, и художница Татьяна Нерсисян – искали не только визуальный образ, но и физиологическое воздействие, близкое к содроганию тошноты, которое на зрителя должны были произвести пространство спектакля и сущности, его населяющие. Грязно-серое, затхлое, глухое место с мутным окошком под потолком, с торчащими из стен окоченелыми ступнями мертвецов с номерками, с шаткой железной кроватью в два этажа, куда грудой навалены тряпичные тела больных. С кафельным столом-подиумом, который служит всем – от процедурного и операционного до спального места, от ванны до могилы. И ничего хоть сколько-нибудь уютного нет и не будет». https://screenstage.ru/?p=22167 Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

Алена Карась о спектакле «П.И.Р.» в постановке Александра Андрияшкина  в  театральной компании «Дочери Сосо»: «Нынешний пир происходит в ситуации катастрофы, в странной точке, которую здесь определяют как затишье между двумя волнами цунами. Едким и горьким сарказмом исполнены как способ игры, так и название: П.И.Р. – аббревиатура от Практики Игнорирования Реальности. Это то, чем занимаются сегодня многие и что точно знакомо каждому в зрительном зале. Собственно, пушкинский “Пир во время чумы” и есть такая практика, вернее практики: в нем стойко несут горькую память о прошлом, оплакивают, пытаются напомнить себе и окружающим о надежде или бесстрашно ополчаются на море бед, или цинично пренебрегают культурными запретами. В спектакле это называют пированием – легким и замороченным, осознанным и неосознанным, словесным и телесным, личным и коллективным. Или гореванием, что, по сути, одно и то же». https://screenstage.ru/?p=22163 Фото Алексея Фокина

Кристина Матвиенко о спектакле «Температура плавления» в постановке Бориса Павловича в Нижнем Тагиле: «Новая театрально-музейная работа Бориса Павловича отчасти наследует традиции срежиссированных коллективных встреч, совместных чаепитий и песнопений, как это было в его спектаклях “Квартира. Разговоры”, “Исследование ужаса” и в проекте Константина Учителя “Список Паперной”, где Павлович участвует как перформер. Вначале зрителей незаметно разбирают на группки, и вот уже одна сидит и слушает, как актрисы читают фрагменты прозы Бондина, а другую обаятельный артист водит по экспозиции, показывая свои любимые места и приглашая сесть за ученические парты. Художник проекта, Катерина Андреева, давний соавтор Бориса Павловича, обустроила пространство музейной комнаты как школьный класс, с доской, но рядом еще и длинный стол – в конце первой части на нем появятся чашки-баранки, и зрителей угостят чаем». https://screenstage.ru/?p=22160 Фото Александра Подмазова

Екатерина Дмитриевская о программе фестиваля «Горький+»: «В этом году фестиваль искусств «Горький+» отметил свой первый юбилей. Он родился пять лет назад, и сама идея посвящения театральной программы жизни и судьбе легендарного писателя оказалась необычайно плодотворной. Знак плюс в названии позволил предельно расширить рамки, с каждым годом афиша прирастала новыми акциями, оставаясь верной принципу мультижанровости. “Максим Горький и классика” – так звучала тема фестиваля этого года, ее составили программный директор Оксана Ефременко и генеральный продюсер Артур Григорянц». https://screenstage.ru/?p=22156 Сцена из спектакля «Горький оптимизм». Фото – сайт театральной резиденции «Особняк Демидова»

Кристина Матвиенко о книге «Эмигрантские дневники. 1938–1955» Бертольта Брехта (М.: Individuum, 2026), переведенные Зоей Бороздиновой, с предисловием Ольги Федяниной: «Дневники собрали и издали уже после смерти Брехта его ученики и жена, актриса Елена Вайгель: в ФРГ в 1973-м, в ГДР в 1977-м. Наконец вышла эта книга и на русском – причем, в сохраненном шрифтовом оригинале, без использования заглавных букв. Фрагментарная фиксация 16-летней эмиграции кажется стремительной – возможно, эффект этот порождают строчные буквы. На деле эмиграция огромна и трудна, но Брехт нигде не жалуется, удивительная стойкость». https://screenstage.ru/?p=22151

Мария Чернова о спектакле «Чайка» в постановке Владислава Наставшева в театральном агентстве Entracte: «Доктор Дорн сочиняет пьесу, но его персонажи бунтуют, придуманные им писатели Тригорин и Треплев подсказывают ему слова, Маша не желает занимать назначенное ей в мизансцене место, учитель Медведенко не способен двинуться дальше реплики “отчего вы всегда ходите в черном?”. Полина Андреевна и вовсе роется в столе Дорна и находит… письма “других женщин, которые ему близки” – Ольги Леонардовны, Лидии Стахиевны и т.д.». https://screenstage.ru/?p=22146 Фото – сайт театрального агентства Entracte

Зоя Бороздинова о спектакле «Орестея» в постановке Саймона Стоуна в лондонском Bridge Theatre: «События разворачиваются в доме, двухэтажном кубе с прозрачными стенами, который вращается, делая видимыми то одни, то другие комнаты, обеспечивая текучую непрерывность действия – сцены не столько следуют одна за другой, сколько непрерывно перетекают друг в друга. Стоун и раньше использовал похожую сценографию, но в этом спектакле она приобретает дополнительный смысл: рассказывается история “дома”, почти все персонажи связаны родственными узами, и все зло совершается именно здесь, не выходя за пределы стеклянного куба. У зрителя может возникнуть убаюкивающее заблуждение, что перед ним всего лишь частный сюжет, касающийся только тех, кто “там, внутри”. Сами герои тоже долго верят, что защищены от угроз внешнего мира – деньгами, связями, статусом». https://screenstage.ru/?p=22142 Фото Johan Persson

Катерина Антонова о гастролях в Москве Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова: «Визит театра стал своего рода затактом к началу московского сезона, подарком зрителям – с одной стороны, и зеркалом нашей театральной реальности – с другой. С первым, с радостью публики, все понятно и приятно. Овации полного зала после каждого спектакля были стоячими и громовыми, как летний ливень. Что Москве в принципе не свойственно: такого явного и бурного восторга обычно столичные зрители не демонстрируют. А вот со вторым, с одной из граней сегодняшней театральной действительности, все не так просто». https://screenstage.ru/?p=22139 Сцена из спектакля «Мастер и Маргарита». Фото Екатерины Чащиной

К 100-летию со дня рождения Евгения Павловича Леонова предлагаем перечитать текст Екатерины Дмитриевской: «В январе 1983-го Евгений Леонов стал главным героем детской воскресной передачи “Будильник”. Он появился в студии на Шаболовке, взгромоздился на кресло оператора и, заговорщицки улыбнувшись, сказал: “Ребята! Мне надо с вами секретно поговорить. А вы мне должны помочь как настоящие друзья. Несколько лет назад я поздравлял ваших родителей с Новым годом, уговаривал быть веселыми. Мне стали писать: пусть сам Леонов попробует воспитать наших детей. Сначала я испугался, а потом подумал: что если попробовать… Я быстренько вас воспитаю, а вы быстренько перевоспитаетесь в образцово-показательных детей. Но учтите, я здесь тайно от всех”». https://screenstage.ru/?p=19919 Фото из открытых источников

Мария Львова о фестивале «Сенокос», прошедшем в Суздале: «В Суздале и его окрестностях в середине августа в шестой раз проходил фестиваль премьер “Сенокос”, лаконичный проект суздальского культурного МИРА центра, ежегодно собирающий в залах, оврагах и полях приверженцев современного экспериментального театра – профессионалов и зрителей. Вдали от столиц, в окружении зреющей кукурузы, знаменитых церквей и открыточных закатов, в тщательно выпестованных энтузиастами местах силы увлеченной и готовой немножко померзнуть и помокнуть публике были представлены три сайт-специфик спектакля». https://screenstage.ru/?p=22133 Сцена из спектакля «Кабаре. Рейв». Фото Сергея Кравцова

Наш август-2026   💥Анастасия Казьмина о фестивале «Толстой» в «Ясной Поляне»: https://screenstage.ru/?p=22083   💥Дарья Бергман о мультипликационном фильме «Непокой» режиссера Леонида Шмелькова: https://screenstage.ru/?p=22086   💥Мария Хализева о спектакле «Вишневый сад» в постановке Римаса Туминаса в Mars Theater Group из Шанхая – на гастролях в Париже: https://screenstage.ru/?p=22090   💥Анна Казарина о фестивале уличных театров «Легкие крылья» в Альметьевске: https://screenstage.ru/?p=22096 💥Александра Машукова о спектакле «Голос» в постановке Дмитрия Егорова в МТЮЗе: https://screenstage.ru/?p=22100   💥Мария Хализева о спектакле «Мальдорор» в постановке Жюльена Госслена, открывавшем Авиньонский фестиваль: https://screenstage.ru/?p=22103   💥Татьяна Слепова о спектакле «Бражники и блудницы» в постановке Светланы Земляковой на курсе Олега Кудряшова в ГИТИСе (показ в саду Музея декоративного искусства на фестивале «Русский КоТ»): https://screenstage.ru/?p=22108   💥Екатерина Дмитриевская о спектакле «Вестсайдская история» в постановке Дарьи Авратинской в Театре на Таганке: https://screenstage.ru/?p=22111   💥Екатерина Дмитриевская о спектакле «Выход» в постановке Дмитрия Мулькова в Театре.doc: https://screenstage.ru/?p=22114   💥Екатерина Беляева о балете «Блестящий дивертисмент» Леонида Якобсона в Мариинском театре: https://screenstage.ru/?p=22117   💥Андрей Галкин о спектакле «Ужин в ПомПеях» хореографа и режиссера Лины Лангер в Электротеатре Станиславский: https://screenstage.ru/?p=22120   💥Мария Хализева о спектакле «Сельский лексикон» в постановке Дмитрия Волкострелова, сыгранном на фестивале «Сенокос» в Суздале: https://screenstage.ru/?p=22124   💥Елена Плахова о кинофестивале в Локарно: https://screenstage.ru/?p=22128

Елена Плахова о кинофестивале в Локарно: «Кинопрограмма этого года не уступала предыдущим, и уже в который раз на первый план вышло румынское кино. Главный приз “Золотой леопард” был присужден картине “Тебе здесь не место”. Ее режиссер Флорин Щербан уже имеет в своей коллекции берлинского “Серебряного медведя”, но все же он был отодвинут в тень более именитыми соотечественниками. Новый фильм, очень серьезный и художественно выразительный, выдвигает Щербана в первый ряд мастеров румынской “новой волны”». https://screenstage.ru/?p=22128 Кадр из фильма «Тебе здесь не место»

Мария Хализева о спектакле «Сельский лексикон» в постановке Дмитрия Волкострелова, сыгранном на фестивале «Сенокос» в Суздале: «Дмитрий Волкострелов – режиссер нежный, бегущий исхоженных троп, склонный к ностальгии и рефлексии, умеющий разглядеть в самом обыденном красоту и печаль, – в данном случае всматривается в архаичное и вышедшее из обихода. Вместе с актрисами, занятыми в его суздальской работе, он листал словарь Даля, выбирая чудные для сегодняшнего уха слова. Им предстояло упокоиться в трех братских могилах: существительных, прилагательных, глаголов. “Раньше люди использовали их в своей речи, а теперь они здесь, в тишине”. Все как с самими людьми – сначала они звонко функционируют, а потом рано или поздно отправляются в кладбищенскую немоту». https://screenstage.ru/?p=22124 Фото Сергея Кравцова

Андрей Галкин о спектакле «Ужин в ПомПеях» хореографа и режиссера Лины Лангер в Электротеатре Станиславский: «Мертвая точка – секунда катастрофы, запечатленная в моментальном слепке вулканической породой – преодолена. Тут же на смену многовековому молчанию приходит пластическая разноголосица. Позировки старинных танцев, балетные положения рук, жесты актеров комедии дель арте, боевые выпады и стойки, движения, не имеющие определенных названий, захватывают героев, словно в них вселяется опыт сразу всех эпох, наступивших после Античности. Осваивая его и осваиваясь с ним, те, кто прежде были помпейцами, примеряют на себя формы и мотивы искусства будущих веков». https://screenstage.ru/?p=22120 Фото Олимпии Орловой

Екатерина Беляева о балете «Блестящий дивертисмент» Леонида Якобсона в Мариинском театре: «Любопытно, как в этой работе сошлись разные векторы творчества Якобсона. На заре юности, когда сам был танцовщиком Кировского театра, он выражал в печати скепсис по отношению к классическому танцу, считая, что в его основе лежит “смесь французской жеманности, почему-то называемой у нас изяществом, с итальянской бездушной виртуозностью”. А в своих первых хореографических опытах придумывал диковинные для тогдашнего балета акробатические трюки и смелые поддержки. В созданном через много лет после тех эскапад “Блестящем дивертисменте” Якобсон с большим юмором, но без часто присущего ему в других постановках гротеска, намеренно стилизует ту самую жеманность, которую когда-то приписывал классическому танцу». https://screenstage.ru/?p=22117 Фото Наташи Разиной

Екатерина Дмитриевская о спектакле «Выход» в постановке Дмитрия Мулькова в Театре.doc: «Документальная пьеса Анастасии Патлай рождалась в процессе общения с будущими актерами-соавторами, носителями опыта работы больничными клоунами. <…> Каждый из пяти участников расскажет о том, как он пришел к новой профессии. Кто-то оказался в ней случайно, кто-то благодаря друзьям по театру. Однако совершенно очевидно, что для того, чтобы стать больничным клоуном, актерского дарования мало. Нам предстоит знакомство с яркими индивидуальностями, экстравертами, наделенными талантом сопереживания чужим страданиям, искренней любовью к детям и столь же искренним желанием им помочь, утишить боль. Больничные клоуны должны обладать обостренным чувством юмора, умением смешить, импровизировать, сочинять на ходу новые трюки». https://screenstage.ru/?p=22114 Фото Сони Гришаевой

Татьяна Слепова о спектакле «Бражники и блудницы» в постановке Светланы Земляковой на курсе Олега Кудряшова в ГИТИСе (показ в саду Музея декоративного искусства на фестивале «Русский КоТ»): «Действующих лиц девять: Гиппиус, Блок, Менделеева, Гумилев, Ахматова, Мандельштам, Хлебников, Маяковский, Цветаева. Пока актеры, слегка манерничая и красуясь, занимают места за столиками импровизированного кафе, зрители могут мысленно распределить роли. Образы поэтов узнаваемы, хотя нарочитого сходства явно не добивались. Из “общих мест” – разве что желтый галстук Маяковского, отсылающий к знаменитой кофте поэта. Остальные визуальные решения более изящны: на шее Блока – белый гофрированный воротник, мгновенно вызывающий ассоциацию с романтически-трагическим образом Пьеро, Мандельштам одет в костюм на несколько размеров больше положенного, Ахматова – в узкое платье, Гиппиус – в брючный костюм, подчеркивающий ее андрогинность». https://screenstage.ru/?p=22108 Фото Саввы Ликунова

Екатерина Дмитриевская о спектакле «Вестсайдская история» в постановке Дарьи Авратинской в Театре на Таганке: «Идея режиссера соединить просторечие обитателей Манхэттена с высоким стилем перевода Пастернака не всегда кажется оправданной. Тем более, когда этот перевод звучит встык с текстами песен в переводе Владимира Познера. К примеру, песня Марии I feel pretty звучит как “Я красива, шаловлива”. Да и эмблематичное tonight, ставшее русским “сейчас”, кажется инородным. Тут критик невольно задумывается о том, что, может быть, недаром оперу, оперетту и мюзикл во всем мире принято исполнять на языке оригинала». https://screenstage.ru/?p=22111 Фото Кирилла Мо