Опусы шальной разведенки

Говорит - выложи, пока красивая. Слушаюсь. Выкладываю. Красивая?

Меня тут "светлым человечком" назвали. Вот не стесняясь – прям в комментариях. Настолько тошнотворной и липкой субстанции, как это словосочетание мерзопакостное, я, кажется, не слышала ничего. Ну, "кушай мяско" или "смотри на морько", пожалуй что. Но это так, это, пожалуй, простительно. Вы – очень светлый человечек, Аленушка. И по головке погладить. И выдать звездочку. Не психонавт с выдери-глаз биографией. Дурной судьбой и постоянными срывами. А светлый человечек. Такой... гладит ёжиков, питается росой, простил Гитлера. Ты против шерсти сорок лет шерстишь мироздание в поисках хоть какого-то угла для себя – ебанутенькой. Бодаешься с начальством, впитываешь войны, предательства. Бездомность всякую, говно, переезды, иллюзии. Хреначишь тексты в столбик, даже если в строчку написано. Под мягким местом хранишь на всякий случай – и ножичек. Блядь, человечек. Прямо светлый, вы слышали? Как насекомое. Светлячок с яркой жопою. Не аварийное освещение с мигалками. А прямо солнышко в хмурый день злоебучее. Меня сейчас посадят на ладошку жалельщики, пыльцой покормят и отправят опылять в поле лютики. И вот когда я в это поле накакаю... Покрою всё стихами из горла истошного... Вы там насыпьте комментаторам-бусинкам, что их "молчел" просил хвалить им их "титечки", за все заслуги их именовать чисто "умничкой", кормить "едулечкой" и потрахивать "члеником". Зайдите смело в их посты декадантские – пишите "нра", "норм", "лю" и "мля" обязательно. Ну, словом, если вам удасться "покушанькать" – то прямо срите им в комменты. Каканькайте.

Вот вам картинка с доисторических времен – Петербург, просекко, хтонь, страшные и неосуществимые планы свалить на Остров, робкие надежды, гитара – и пара моих бывших под окном, на которых Иван, чисто по-дружески, поддерживающе выливал из окна горячее маслице. Хорошие времена. Но сейчас лучше. С Днем Рождения, дружище! Пусть всё заебётся! :)

С Иван Сергеичем Поваром мы познакомились странно: наша общая подруга вступила в ту пору, когда разные там Дни рождения уже не доставляли никакой сраной радости. Ну, кроме радости наблюдать, как эти гости твои – уже очень пьяные, опустошив стол и разгромив напоследок квартиру – устало сваливают по домам восвояси. И ты, вздохнув, погружаешься в ванну – с скабрезной книжкой или подкастом про бренное. А потому, когда у нее завелся шеф-повар, она стала им, как бы это сказать... приторговывать. На каждой пьянке по специальному случаю, садилась рядом и заливала мёд в уши: – Приходит сам. С целым возом продуктов. Ты слышишь ли? Сам составляет списочки. Сам закупает. Ты слышишь? Врубаешься? Потом готовит. Потом стол обслуживает. А после – слышишь ли? – моет посуду. Ты приглашаешь его – и он у тебя бесплатно работает – ну, прямо в качестве подарка на днюху. Ты позовешь его? У тебя бутерброды невкусные. Когда волшебное рандеву таки было назначено, подруга вдруг ожидаемо дала "заднюю". – Он, кстати ёбнутый. Вы прямо вряд ли подружитесь. – Схуяль? Я очень люблю идиотничать. – Да нет, ну он такой как бы... повар. Вы разные, понимаешь? Ну, чего у вас общего? И я подумала: зажала шеф-повара! Я б тоже, честно сказать, не делилась напрасно-то. Потом вставай к нему в график, в живую очередь. Поскольку зван он ко всем твоим ленивым товарищам. Это ж буквально как отель рекламировать, а после номер снимать по соседству в клоповнике. Но тут Иван засобирался в единственный отпуск – он прямо очень захотел от работы расслабиться. И почему-то, зачем-то и с перепою, видимо – он выбрал Тай. И нужна была консультация. Подруга наша вздохнула, поехала. Знакомить нас, чтобы я, значит, карты выдала, места, какие-то явки, инструкции. – Там бракераж будет. – Чо? – А чего непонятного? Мы будем дегустировать блюда в его ресторане новеньком. – А сколько их? – Пять. Везде он бренд-шефом трудится. Повсюду делал меню, а теперь дегустирует. – Тогда ему нужен отпуск в психиатрический клинике. Чтоб с манной кашей и электрофорзеом по пятницам. И чтобы мягкие тапочки, мягкие окна, рубаха с завязками. Какая нахрен неделя в Таиланде на острове? На встрече было съедено очень многое. Но мы друг дружке особенно не понравились. Поскольку, как потом оно выяснилось, нам надо было выпить побольше – проверено. Но Повар наш не пиздел про остров – и тут же вылетел. Там мы второй раз уже нормально с ним встретились. И не расстались больше морально и нравственно. И тут – креветкой на солнце зажаренной, с лицом ребенка, что видит в море кораблики – и там, где он мне готовил вне очереди.. Он был хорошим другом, товарищем, поддержкой, мамкой, кормильцем, уборщицей. И даже стенку покрасил мне в кухоньке. И да, такими друзьями не делятся. Но я делюсь – он у нас на всех праздниках. И любим мы его не за бланманже с круассанами, хотя это тоже – вы б его кухню пробовали! А за любовь к нам – он добрейший перец-то. И так лоялен ко всем человеческим мерзостям. Что иногда хочется дать ему палкой по темени – да что ж такое, чего ты со всеми нянчишься? Но он не судит. Он добрая мамочка. Поржет, накормит, бутылки вынесет, с тобою сунется в трип до острова – и будет смирно сзади сидеть, не отсвечивая. Давайте вместе поздравим Ивана, он новенький. И в интернетах наших еще осваивается. Насыпьте в блог ему добрых комментов. Он всем ответит, он же у нас ёбнутый.

Вы мне друзья, или михрютки чужие и посторонние? Что подарить бренд-шефу питерскому, у которого уже есть набор ножей, мясо и море? Любые идеи, пожалуйста. Завтра мы с вами в прямом эфире отпразднуем.

Фотодокументы разврата и грехопадения

За страдания ее многотрудные сиамские боги послали Алёнушке: салат из травки, что в этих широтах носит название "Морнинг Глори", что в переводе с британского слэнга – не иначе, как "утренний стояк" расшифровывается. Стояк и стояк. На Алену не действует. Алена последний раз помышляла о сексе, когда ей электрику на руле байка заклинило. Не заводится байк – и хоть дрочи его палкою. В тот момент Алена весь мат русский вспомнила. И книжку отца с третьей полки на стенке, что называлась "Советские мотоциклы: Справочник". Плохая была книжка. Картинки дурацкие. Пока Алена ковыряла "эрекцию", Иван Сергеевич Повар жрали шкварки свинячие. Это надо как-то понять и простить. Наш с вами повар – человек, перекрытый наглухо. Таких еще зовут бессребренниками. Или дурачками, если не желают выпендриваться. Ты вот хоть что с ними делай на шведском столе: показывай им расхристанных по тарелищам крабов и развратно лежащих то здесь то там – головоногих моллюсков с креветками... Цена которых перекрывает весь кэш, внесенный за право выбирать себе еду из заявленной. Иван Сергеич там пойдут – и возьмут: - немного риса - яичко жареное - и две сосиски из целлюлозы с опилками. Ну, захотелось. Как и этих вот шкварочек. Я подхожу к проблеме пропитания солиднее. И, если есть возможность жрать с блюд улит – то буду жрать с блюд улит, а не овсяную кашу. И уж, конечно – не шкуру свиньи зажаренную. Трава заканчивалась, член не стоял. Или чего там встает у женщин-то? Потенциал не набухал, скажем так. Поэтому я полистала крабиков – и выбрала себе того, что с икрой. Зачем-то варится он в сгущеночке. На вкус – приятное, врать не буду, приятное. Как будто торт какой-нибудь медовик перемешали в кастрюле с мойвою. (Иван Сергеи урчали шкварками). Усиленно так провоняв икрой, я заказала еще салат с тухлым крабом, поскольку крабы – еда богатая. Ее не купишь в Венеции Северной. Салат папаевый, краб подсоленный – и что-то стало вставать, понимаете? Иван Сергеич жрали рис. Конечно, что еще жрать со шкварками? Он завтра празднует юбилей. Лет сто ему, кажется-таки, исполняется, если судить по его вкусам в еде. У меня дед тоже жрал чисто манку – хоть на поминках, хоть на Новом Году. Накрошит в манку какой-нибудь краковской... И жрет с батоном. Консерватизм называется. И вроде праздничное настроение-то. Я Ваню Повара прямо терзаю: куда поедем? Может – на шведский стол? Может, в морской ресторан с невероятными гадами? Он жмет плечами... Типа ему все равно. Дай ему волю – и отметит ушами свинячьими, закажет пива, возьмет белого рису – ну и смотрите, какой у нас тут случился праздничек.

Чо вы тут? Ничо?

Иван Сергеич, а сфотографируй меня так, чтоб я секси, и можно было мужикам отправлять? Ни слова больше! Бабоньки, что ж них ща импотенция вшитая? И что ни фото - то только в цирк уродцев или питерскую Кунтскамеру?

Давайте, покажу жилье в запатаевке (курортная зона) за 1000 бат? Мы тут одни, отель принадлежит моей тайской матери, а на территории - лучший ресторан региона.

До и после бордер-рана в Лаос. Господи, как же я счастлива. Хвастайте. Есть, чем? Буду радоваться.

Не понимаю людей, которые, находясь в Патаевке, не мечтают со мной тут же встретиться. Я же клёвенькая. Вы чего тут, вообще уже? Или это я на бодрости лет ебанулась - и считаю себя королевой любого праздника?

Что вам рассказать про Паттайю? Умеем свалить в регион, где она недалеко - но ей даже не пахнет.

Двадцать шесть. Двадцать шесть часов в маршрутке в позе манекена краш-теста в спорт-каре. Да в самолёте сюда меньше летаю! Из наблюдений - как же я люблю эту Паттайю дурацкую. Особенно после скитаний с лишениями. Всё знаешь. Всё помнишь. Заказ, смолтоки - на тайском. Что, кстати, сразу меняет к тебе всё отношение. Иван Сергеевич повар от меня нахватались - и вчера ночью была прям смешная картина. - Кейптпан на кап! - орет в ресторане с кухней Кералы. Я говорю - а ничего, что они тут, как бы намекнуть-то… индусы? Иван Сергеич тут же врубил ксенофоба: «живут в Таиланде - пускай тогда учат тайский!» У нас тут утро. И какой-то вот суп на завтрак. Пять звезд по-тайски, мы очень прилично спали. Хочу сегодня бахнуть вина в Сильвер Лейке. Паттайа есть? Незаметно присоединяйся.

- Иван Сергеич, ты ж повар. Возьми какой-нибудт деликатесной закусочки? Взял? - Взял. - Бля, что это? - Гренощки! Ты не понимаешь, маржа 400%! Лучшее блюдо для всех поваров в любом из ресторанов мира! Етишкины пассатижи, можно мне другого товарища? Этот вообще обо мне не думает.

Спасибо, Паттайя. А то я medvedBalalayka вводила.

Пожелайте мне как-то выдержать 22 часа туда-обратно до Лаоса? А то у меня уже жизнь болит. Не то что спина и жопа. И чтоб штамп бахнули еще на 60 дней. И чтобы эбонитовые граждане рядом не пукали. И чтобы время ужолось в куриную гузку - и пролетело незаметно. Как водится.

Спрашиваю у своего нейро-гандона, али – по-научному если – жопэтэ-чатика. Мол, напомни-ка, друг, когда у нас понедельник? А то я тут, в своём этом Таиланде, совершенно оторвалась от календарей на фоне безделья-то. Гандон мне пишет: – А, можно, я отвечу картинкой? Я сперва удивилась – ничего себе, думаю, что-то на новеньком. Но разрешаю. Я - повелитель гандонов! Что попало могу дозволить и могу запретить. И он мне присылает в ответ на дозволенье вот это. То есть, мало того, что вполне себе, можно сказать, подъебнул – так еще и жизнь мою отрисовал очень грамотно. Тут вам и жаба Гертруда, про какую я спрашивала, а чего это она мордой в стену сидит. И котяра Алёна – блохастый и грязненький. С жирной харей и ушами неразвитыми. Ноутбук моей модели, мои красивые устрицы. Только с пивом вот промазал – я Лео не пью. По-моему, худшее пиво из местных-то.

Добрый понедельник, граждане потерпевшие. Я очень понимаю ваше негодование. Я показала вам в ленте очередного кота – и тот словно сызнова канул в воду, не отсвечивая котячьими пятками. Создаётся впечатление – а ведь создаётся, действительно – что я просто гуляю по бескрайним полям – и фотографирую для лайков случайных котиков. А потом их, как и своих мужиков – выбрасываю. Насчет мужиков врать не буду, было. И в мокрой майке на мороз, и в трусах цветастеньких. Кого – с пинками, кого – на старославянском с латынями. А иных – и из окна, бывало, вышвыривала. Хули там швырять-то, всего-то второй этаж. Как забрался к бабе – так от нее и выпёздывайся. Но что до котов... Это вы меня за какую-то падлу держите. Кот Алёна живёхонек и привыкает к семейству. Царапнул Ивана. Обоссал половик. Разъяснил диван – между прочим, кожаный. Блоху из него вытащила – куплю Адвантаж. Это мне какие-то капли для холки советуют. Но кот пока шлюха, это надо учитывать. Когда хочет – пришёл, когда не хочет – то шляется. На "кыс-кыс" наше советское ему совершенно насрать, он не отзывается и гуляет себе по лесочку-то. Это у нас джунгли за забором, они уютные. Вчера уж думала – вовсе не дозовусь, но ближе к ночи раздался пронзительный "мяв" – и вся округа содрогнулась от его трубного голоса. Пожрал паштету. Я ему купила куриный и разный. Купила с лобстерами даже в устричном соусе. Сама не жру так, как он тут жрет. Еще б помыть его – но это план очень нагленький.

Лицо грустной сиротки, на которую вовсе не обратили внимания два стройных испанца, что прошествовали гордо в ресторан «Альбатрос». Ладно б с бабами - это было б простительно. Надо, все-таки, купить себе крем для морды лица. И серёжки. И матюгальник, по-видимому. Я подмигивала, если что - вообще ноль реакции. Я про Испанию, честно говоря, лучше думала.