Psyzavr

Снова начинаю читать книжки по эволюционной сексологии. Интересное осознание, почему мужчины склонны к насилию, а женщины драматизируют сексуальные домогательства. Обычно мы что об этом думаем? Что это всё политика и идеология, продукты патриархата и феминизма. Проклятые патриархальные мужики продвигают идеологию насилия, а проклятые феминистки ограничивают всем свободу секса, чтобы подавлять мужиков. Но вообще-то это эволюционная логика. И в этой логике в мужской склонности к насилию “виноваты” женщины в той же степени как и мужчины. Соревновательность, которая проявляется в том числе через насилие, позволяет мужчине увеличить шансы на получение доступа к женщинам. А женщины в свою очередь предпочитают мужчин склонных соревноваться. Ведь эта черта будет выгодна её сыновьям. Поэтому женщины миллионы лет ценили патриархальных абьюзеров. И вот пожалуйста – получите распишитесь. С недотрогами в сексуальном плане тоже это не чисто женский проект. Женщине чтобы вырастить ребенка надо инвестиции мужчины. А мужчине нужна уверенность, что это её ребенок. Поэтому женщины, которые активнее и демонстративно охраняли свою половую неприкосновенность получали преимущество в конкуренции. Была бы воля женщин они бы может и занимались бы сексом налево и направо. Но сами же мужики миллионы лет ценили более избирательных и сдержанных женщин, а теперь страдают что их за непрошенные дикпики в личку полоскают. Так что не надо обвинять противоположный пол, на себя пеняйте! Шучу. Никто не виноват, жизнь такая. По главе Gregory Gorelik “Domains of Female Choice in Human Evolution”

🤩 Если «весь мир — одна семья», то тогда семья уже не совсем особенная Одна из самых интересных статей за последнее время — свежая работа в главном журнале по социальной психологии Journal of Personality and Social Psychology о неочевидной стороне морального универсализма.  Обычно ведь как — моральный прогресс преподносят как постепенное расширение морального круга: сначала нам особенно важны родственники и друзья, затем мы якобы учимся включать в круг заботы незнакомцев, чужие группы, стигматизированных людей — в пределе всё человечество. Эта благодушная модель предполагает, что тут работает простое сложение: мы по-прежнему так же сильно заботимся о своих, но начинаем больше заботиться и о чужих. Авторы этой новой работы показывают, что психологически здесь всё может быть устроено совсем иначе. Авторы называют обнаруженный эффект moral compression — моральным сжатием. Когда моральное отношение к наиболее исключённым людям становится более благожелательным, одновременно несколько уменьшается особый моральный статус самых близких нам людей. Причём общая моральная экспансивность (совокупный уровень моральной заботы, распространяемой на разные категории существ) при этом не увеличивалась. То есть люди не просто начинали «больше заботиться обо всех». Моральное изменение здесь происходит не как простое расширение круга наружу: его крайние точки движутся навстречу друг другу! Если убийца, террорист или другой максимально морально исключённый человек всё сильнее воспринимается как «один из нас, людей», его моральный статус немного повышается. Затем если главным уровнем классификации становится «человек вообще», то и брат, супруг или лучший друг отчасти теряет свою моральную исключительность — он тоже становится одним из «обычных» людей! Авторы ровно так и говорят: видеть всё человечество как родню означает также и видеть родню просто как людей. И это не одно корреляционное исследование. В статье целая исследовательская программа из 7 основных исследований плюс многочисленные дополнительные проверки для демонстрации, что общий паттерн воспроизводится разными методами: исторические данные, опросы, VR-эксперимент, экспериментальные тесты предполагаемого механизма, кросс-культурные свидетельства из World Values Survey. Особенно интересно, что с этим связано проживание в разных странах. Причём наиболее последовательно с этим паттерном связана не просто широта путешествий и не общая продолжительность жизни за рубежом, а именно breadth of living abroad — в скольких разных странах человек успел пожить. Чем шире такой опыт, тем заметнее обнаруживается моральное сжатие. По логике авторов, многократно попадая в разные культурные системы, человек снова и снова сталкивается с тем, что то, что в одной культуре кажется естественным и само собой разумеющимся, в другой устроено совершенно иначе. Ни один локальный культурный сценарий уже не выглядит единственной очевидной рамкой мира, а более абстрактная категория — «мы, люди» — становится психологически более доступной. Причём связь между широтой такого опыта и идентификацией со всем человечеством оказывается сильнее, когда человек жил в культурно более далёких от страны происхождения обществах. Чем сильнее новая среда расходится с привычными культурными интуициями, тем больше оснований абстрагироваться от конкретной локальной идентичности к категории «человек вообще». Разумеется, речь не о том, что после нескольких лет за границей террорист становится человеку так же дорог, как собственный ребёнок. Разрыв остаётся огромным. Речь о небольшом, но систематическом уменьшении морального партикуляризма. То есть эволюционно наша социальная архитектура построена на чрезвычайно неравномерном распределении внимания и обязательств: родственник, партнёр, союзник, член своей коалиции, незнакомец, враг — это далеко не равноценные социальные категории. Моральный универсализм накладывает поверх этой древней системы более абстрактную классификацию: все они прежде всего люди. И такое перекодирование, судя по результатам статьи, может иметь цену. Моральное равенство можно получить не только потому, что чужие постепенно становятся похожи на своих, оно возникает ещё и потому, что свои уже становятся похожи на чужих.

Когда приходят с жалобой на секс/порнозависимость, у меня конечно же возникает сложность, что люди начитавшись этих ваших интернетов часто очень убеждены, что у них какая-то “болезнь”, и мы с ними оказываемся в разных пластах реальности. Естественно работать в таком состоянии не получится. Поэтому первое что мне требуется – как-то ясно обрисовать различие. И вот тут приходится изобретать и искать формы. Если коротко, мой подход в том, что понятие секс/порнозависимости не необходимо для работы с избытками сексуального поведения, но во-первых это клеймо болезни, а во-вторых оно скрывает важные вещи. И об этом мне пришло в голову, как мне кажется, удачное сравнение. Вот представьте… Вы арендовали дом с партнёром и распределили обязанности: он отвечает за оплату счетов, а вы за газон перед домом. Вы живете себе, живете, но потом напарник приходит и говорит “газон вообще-то зарос, какого черта!” Вы идёте к специалисту по газонам и говорите “доктор, с моим газоном что-то странное! В чем причина? Что сделать, чтобы такое больше никогда не повторялось?” А специалист вам говорит, что у вас так называемое расстройство неконтролируемого роста травы, вам нужно ходить на терапию и учиться контролировать рост травы. Вы говорите напарнику что газон заболел, но вы его вылечите. Под руководством терапевта вы учитесь косить и достигаете определенного улучшения. Да, это клеймо болезни, но какая разница как это называть, если есть результат… Разница на мой взгляд большая Что если рост травы – это не поломка, а естественный процесс. Ваш газон не больной, просто вы не ухаживали за ним. И когда вы брались отвечать за газон, вы должны были понимать, что потребуются постоянные усилия по уходу в течение всей жизни в этом доме. Вы ошибочно подумали, что постриженность газона – это базовое его состояние. Да, может быть у кого-то, допустим в пустыне, газон так не разрастается, но вы никогда не знаете всех условий, и может там вообще пластиковая трава. Но вы то живете где чернозем и дожди. И кто сказал, что единственно правильный газон – это постриженный газон? Он может быть диким и пышным. Контролировать рост травы можно полностью, можно островками, можно вообще никак – это дело лишь вашего вкуса, общего удобства и договоренностей. Может быть это не так драматично как иметь таинственную болезнь. Но что тут больше всего нужно – это осознать, какую форму газона вы выбираете и каких трудов это будет вам стоить. С красивой, но неестественной формой в комплекте идет и постоянный труд. Вы это учитывали, когда соглашались? Если нет, то это было неинформированное согласие. И ещё вопрос: вы могли отказаться? Или по крайней мере начать переговоры по поводу обязанностей, которые вам вменяют, и не разрушиться от несогласия, критики и отвержения? Если нет, то обещания были недобровольны и импульсивны, и может поэтому их так сложно соблюдать. А ходить ли на курсы пользования газонокосилкой – это уже второстепенный вопрос.

Гипноз нарратива Интересное кино я сегодня посмотел. "Параллельные истории" называется. Опять я повелся на эту обворожительную бабку – Изабель Юппер. И не прогадал. Она играет писательницу, которая наблюдает за жизнью соседки из дома напротив в подзорную трубу и пишет воображаемую историю о ней и мужчинах, которые тусуются рядом с ней. Потом один проходимец приживается у писательницы дома, читает эту историю, затем знакомится с реальной соседкой и, желая понять насколько история совпадает с реальностью, подсовывает ей прочитать эти рукописи. Соседка смеется, в рукописи все вообще не так как в реальности. Перепутано местами, кто её настоящий бойфренд и любовного треугольника там никакого нет, как в истории писательницы. Мужчины тоже читают эту историю и посмеиваются. Это не имеет к ним никакого отношения! Но потом они то и дело начинают сравнивать себя с историей, находить частичные соответствия. Выдуманный рассказ о людях меняет их восприятие себя, сближает некоторые заряженные точки в их реальных отношениях, находившиеся до этого вне доступа, и дальше в двух-трех местах идет пробой, разряд – импульсивное небольшое решение как будто под действием какого-то гипноза... И нет, это не делает реальную историю как-то сильно похожей на воображаемую, но ломает её в итоге до не узнаваемости. И драма оказывается не меньше, чем в воображении. Если вы когда-нибудь испытывали на себе воздействие нарратива, вы поймёте, что это достаточно реалистичная иллюстрация.

Где происходит большое количество разочарования в терапии? Когда мы обращаемся за помощью у нас есть что называется "сырой запрос". Например, мы хотим чтото такое сделать психологическое, чтобы нас больше не отвергали. Терапевт, дубинушка такая, знает, что вот этот сырой запрос как раз и есть часть проблемы, которая может намного больше и вообще не осознается. И начинает с ней работать без спросу. Но выглядит это как если б я пришел с жалобой на боль в зубе, а меня начали готовить к челюстнолицевой операции, сувать в меня капельницы и укладывать на каталку. Конечно хочется спросить "погодите, шо происходит??" Кстати книжечку The great psychotherapy debate я прочитал. В конце там памятка клиентам, как понять, что терапия норм: - есть ли у нас план? Могу ли я ответить себе каким образом это должно мне помочь? -согласны ли мы с терапевтом про цели и задачи для достижения этих целей? -чувствую ли я себя уважаемым и понятым? - замечаю ли я постепенный прогресс в направлении цели? Если на один хотя бы из этих пунктов ответ "нет", то надо обсудить это с терапевтом☝️

Много знаешь – плохо спишь. Значит, они пишут, что приверженность терапевта своему методу терапии влияет на исход. То есть терапевт должен верить, что его метод наилучший. И клиенту вряд ли понравится работать с терапевтом, который не особо верит, что данная терапия сработает. С другой стороны они пишут, что в исследованиях нет такого, чтоб какой-то метод был ну настолько явно лучше, чтоб в это прям верить. Как тогда быть? Как верить в метод зная что он не особо лучше других. В книжке отвечают, что уверенность бывает слепая, а бывает взвешенная. Можно поперебирать альтернативы, порассуждать, что подойдет клиенту чуть лучше исходя из всего контекста ситуации. То есть в этом смысле эклектизм и владение множеством подходов это и хорошо, но эклектизм должен быть не слепой и не рандомный, а рассудительный. И после взвешивания и размышления в каких-то точках уверенность всё-таки достигается, а в каких-то не достигается, но тогда это уже уверенная неуверенность, взвешенная!

Что поможет терапевту Как мы выяснили в предыдущих сериях, разные терапии помогают примерно одинаково независимо от типа проблемы клиента. Главное кто и как проводит терапию. И вот одна из главных вещей для улучшения эффективности – это обратная связь от клиента о прогрессе. Метаанализы показывают, что обратная связь улучшает исходы, с умеренным, правда, эффектом – около 0.50 (Lambert & Shimokawa, 2011; Shimokawa, Lambert, & Smart, 2010). Но это всё равно значит, что намного выгоднее вложиться не в дополнительное обучение ещё одному крутому протоколу для "сдвг при кптср" с доказанной эффективностью, а научиться регулярно спрашивать помогает ли терапия клиенту. Обратная связь – это не только измерение симптомов, которые вы хотели снизить, но и альянс, готовность человека к изменениям и другие вещи касающиеся самого процесса терапии. В книжке приводят пример системы обратной связи в одном психологическом центре во Флориде. Там после внедрения этой системы средняя длительность лечения снизилась более чем на 40%, отмены и неявки снизились на 40% и 25% (кстати задумайтесь: отмены и неявки может быть признак затруднений обратной связи), доля клиентов в долгой терапии без улучшения снизилась на 80%, а за год сэкономили почти 500 000 долларов! По книжке The great psychotherapy debate (2015)

Но важно уточнить, что сильная теория это не просто очень убедительное логичное рассуждение от доктора наук с бородой. Главное, что её даже слабые свидетельства выстраиваются как в созвездие. И она может предсказать, где должны наблюдаться новые "звезды", а где нет. А слабая теория плохо интегрирует разные свидетельства, противоречия игнорирует, либо объясняет их задним числом, через привлечение дополнительных непроверяемых утверждений, то есть она не экономична

Священная корова РКИ И наша бедная родственница фундаментальная теория... Пара мыслей из лекции Галлямовой про интерпретацию исследований РКИ и метаанализы у популяризаторов иногда как священная корова, но никакой РКИ и метаанализ ничего не доказывает, никакие данные в науке в строгом смысле не являются доказательством, а лишь свидетельством. Иерархия, которую часто приводят (где внизу это кейс стадис, выше ретроспективные, затем проспективные исследования, потом РКИ и метаанализы) это не степень доверия исследованиям, а степень в которой они способны снижать теоретическую неопределенность. Большинство исследований либо вообще не учитывают влияние смешивающих переменных, а если и учитывают, то не все. Даже РКИ, поэтому даже они не доказывают причинность, а лишь свидетельствуют за или против. К тому же мало кто понимает, что причинность бывает многих типов. Например, 1) х вызывает у, но в определенных условиях, а в других вызывает z; 2) только х вызывает у; 3) х вызывает у, но z сильнее… и так далее, там чуть ли не десяток типов. Единственное, что можно воспринимать всерьез – это научное рассуждение, стройную теорию о механизмах и функциях связи х и у, причем и проксимальные, и дистальные, и в онтогенезе, и в филогенезе. И вот к этому всему как свидетельства уже прилагаются данные исследований. То есть надо иметь правдоподобное объяснение каким именно причинным механизмом Х приводит к У, и тогда можно потестить медиаторы связи. Надо понимать ЗАЧЕМ это происходит или следствием, побочным продуктом какого “зачем” это является, то есть с точки зрения социологии, психологии и эволюции найти какие-то движущие “выгоды”. И тогда можно тестить разные условия, где функция выполняется сильнее или слабее. Надо понимать как механизм реализуется – гормональные, психологические инструменты и т.д. Для всего этого надо очень много знать и хорошо разбираться и в самой области, и в смежных областях и разбираться в типичных аргументах и контраргументах. То есть сильная фундаментальная теория в сочетании со слабым свидетельством лучше, чем слабая теория в сочетании с сильным свидетельством. Если сильной фундаментальной (теперь понятно почему фундамент) теории нет, то утверждать что РКИ доказало, что Х приводит к У, это почти так же плохо, как путать корреляции и каузации. Но этим мнимым престижем пользуются недобросовестные люди, чтобы продавать какую-нибудь херню.

Эволюция и снижение рождаемости Конспект лекции Альбины Галлямовой Снижение рождаемости не идет от женского образования! Во первых снижение рождаемости идет уже со средним образованием, а не с высшим, как думают. Но есть места, где образование не распространено, а рождаемость снижается. Контрацепция. Тут путают средство и мотивацию к снижению рождаемости. Мотивация снижать существовала и до появления средств контрацепции. В Англии 1930х годов уже снижалась рождаемость в отсутствие контрацептивов. Запрет на контрацепцию и на женское образование не приводит к повышению рождаемости. Пример – современный Афганистан. Несмотря на запреты рождаемость не повысилась. Раньше во многих культурах рождаемость тоже активно регулировали с помощью убийств новорожденных особенно девочек. Считалось аморальным иметь много детей которых ты не можешь прокормить. Экономические условия кое-как влияют на рождаемость, но тоже не объясняют ее. Гораздо лучше все объясняет эволюционная теория жизненных стратегий (Быстрые стратегии: раннее созревание, много потомства, меньший вклад в потомство, мало конкурентов, нестабильные условия, краткосрочные ставки. Медленные: позднее созревание, мало потомства, больше вклад в потомство, конкурентная, но стабильная среда, долгосрочные ставки) Вот как это демонстрируется: Снижение детской смертности не объясняет снижение рождаемости. В разных странах может быть разная рождаемость при одной и той же смертности. Даже общая смертность в течение жизни не имеет прямой связи с рождаемостью. Есть два типа причин смертности: непредсказуемые и предсказуемые. Непредсказуемые причины связаны с повышением рождаемости, а вот смертность от предсказуемых причин - например от холодного климата - со снижением рождаемости! К предсказуемым можно подготовиться, вложиться и поэтому они влияют на замедление жизненной стратегии. То есть организм считывает не уровень смертности, а характер смертности, возможность повлиять на него. По мере развития цивилизации и медицины смертность стала все более предсказуемой. Далее, на калибровку стратегии влияет плотность населения. При низкой плотности стратегия быстрая. При высокой плотности стратегия медленная. Галлямова сотоварищи показали что именно плотность важнее. Она на 1-2 порядка(!) сильнее связана с рождаемостью, чем смертность или бедность. Снижение рождаемости происходит и в сельской местности, т.к. там тоже плотность выросла. Социальные институты тоже делают среду предсказуемой и замедляют стратегию ещё сильнее. Современная культура создаёт ощущение огромной плотности конкуренции не только за счет физической плотности, но и за счёт интернета, то есть виртуального присутствия всех этих людей, богатых, с идеальными телами. При высокой конкуренции мотивация родительства снижается. Получается эволюционное несоответствие. Плотность населения и напряжение конкуренции которую мы ощущаем превышает ту, к которой мы калибровались предыдущие миллионы лет. Образование женщины не является причиной снижения рождаемости. На снижение рождаемости влияет образованность среды, где женщина живет. Это прямой показатель плотности конкуренции. И в такой среде ей вообще репродуктивно невыгодно быть необразованной. Женщины более чувствительны к плотности населения чем мужчины. Плюс ко всему всегда раньше воспитание детей было делом группы, распределенная опека. Это супер снижало нагрузку на мать. А теперь только мама папа. Религиозность влияет на рождаемость только в тех случаях когда связана с традицией плотных семейных связей. Разовая поддержка не работает. Материнский капитал это фигня. Расходы растут с возрастом ребенка, а не уменьшаются. Надо систематическую поддержку и инфраструктуру в течение десятилетий а не на первый год два. Итог. Причина снижения рождаемости - слишком большая конкуренция и слишком мало поддержки.

Мне очень понравился формат конспектов: не надо ничего из себя выжимать, плотнее погружаешься в интересный материал, структура появляется, фокус и запоминание новых мыслей, и за счёт этого интереснее размышлять становится☝️ а я раньше бесился, что мне по трезвости мысли интересные не приходят

Закон Гудхарта Листал тут несколько часов рилсы и среди бесконечных морских котиков (это моя обсессия) и пранков выудил полезное! О чем речь? Вот смотрите. Если в больнице решили оценивать работу врачей по количеству приемов, то время приема будет уменьшаться, качество лечения будет падать, будут назначаться ненужные приемы. Или другой пример: Если врачей оценивать по отзывам пациентов, то время приема будет неоправданно увеличиваться, будут выдаваться лечение не которое требуется, а которое нравится пациенту, будут ставиться диагнозы по желанию пациента. То есть в чем состоит закон: если оценка системы завязана на одной даже очень хорошей метрике, то вся система оптимизируется под нее и это приводит к деградации системы, а метрика автоматически становится плохой. А эти метрики называют “гудхарт-мишенями”. Они действительно неплохи как признаки качества (ценности) пока не становятся единственной мерой. Какие они бывают в жизни: Деньги Одобрение Хорошие оценки и отзывы Комфорт Счастье Правота Самооценка Удовольствие Согласие Быть в большинстве Быть не как все Воодушевление Масштаб Количество Соблюдение правил Власть… Но это ладно. Весь этот список со старшей группы детского сада уже все знают. А как вам следующие всадники апокалипсиса? Здоровье Любовь Взаимность Уважение Размножение Свобода Ощущение смысла Безопасность Борьба со злом Справедливость… Это так навскидку неполный список мер, каждая из которых по отдельности способна превратить жизнь в ад. Каждая на свой лад приведет к выхолащиванию работы, деградации отношений, вообще к страданиям, опустошению и полной хуйне. Так же это происходит, когда допустимо только одно мнение, один человек, одна партия, одна идеология, одна важная во что бы то ни стало цель. Вспоминаю тут кстати такую мысль (не помню откуда) про то, что мышление основанное на одном критерии истинности – это и есть глупость. Ловушку Гудхарта можно обойти если добавить балансировочные метрики, которые тестируют качество с совершенно другой стороны и в другой плоскости. В примере с больницей можно ещё измерять показатели здоровья пациентов. Казалось бы, только его и надо измерять! Но сама по себе в отрыве от остальной реальности она тоже приведет к деградации. Например к попыткам фальсификации анализов, или чрезмерных попытках спасти одного пациента, вместо того чтоб помочь в это время многим. Поэтому нужны и количество приемов, и отзывы пациентов, и показатели здоровья и что-то ещё. Меня прям заинтересовала эта оптика. Можно на многое смотреть через неё! А какие вы замечали “гудхарт-мишени”?

Что в терапии связано с результатами, а что нет Выписал данные из итоговой таблички в книжке (данные взяты из нескольких метаанализов). Здесь для каждого фактора указано количество соответствующих исследований, размер выборки (чтоб было видно солидность) и оценен размер эффекта d (он показывает на сколько стандартных отклонений отличаются средние результаты двух групп сравнения). С точки зрения клинического суждения d = 0,2 – слабый эффект, 0,5 – средний, 0,8 – крупный. Итак: Психотерапия по сравнению с отсутствием лечения в целом: более 500 исследований; размер эффекта d = 0,80. (Важно, что все терапии были лучше, чем ничего, и ни одна терапия не показала отрицательных результатов. Это ещё один удар по медицинской модели, как если бы при лечении болезни можно было назначить любое лекарство и быть уверенным, что оно не будет вредно, и будет полезно в какой-то мере). Факторы отношений: Терапевтический альянс: 190 исследований; более 14 000 пациентов; d = 0,57. Эмпатия: 59 исследований; 3 599 пациентов; d = 0,63. Согласование целей / сотрудничество: 15 исследований; 1 302 пациента; d = 0,72. Позитивное отношение / аффирмация: 18 исследований; 1 067 пациентов; d = 0,56. Конгруэнтность / искренность: 16 исследований; 863 пациента; d = 0,49. Ожидания от терапии: 46 исследований; 8 016 пациентов; d = 0,24. Культурная адаптация доказательной терапии: 21 исследование; 950 пациентов; d = 0,32. То есть самое важное - это качество отношения и согласование целей. А вот что именно делается в терапии выглядит как очень второстепенное: Различия между видами терапии: 295 исследований; более 5 900 пациентов; d < 0,20. Специфические компоненты терапии в демонтажных исследованиях (когда убирали один из компонентов и смотрели насколько ослабевает эффект) : 30 исследований; 871 пациент; d = 0,01. Соблюдение терапевтического протокола: 28 исследований; 1 334 пациента; d = 0,04. Оценённая компетентность в проведении конкретного вида терапии: 18 исследований; 633 пациента; d = 0,14. Не о том мы кптшники парились, не о том Источники: для факторов отношений Norcross (2011); для эффектов терапевтов  Baldwin & Imel (2013); для различий между терапиями Wampold et al. (1997b); для демонтажных исследований  Bell et al. (2013) и Ahn & Wampold (2001); для соблюдения протокола и компетентности Webb, DeRubeis, & Barber (2010). По книжке The great psychotherapy debate (2015) 

Защищать достоинство. Есть такое выражение. Означает что-то вроде отстаивания своих границ.. а может и снятия с себя неких обвинений. Не помню, что там ещё входит в общеупотребимый смысл. Смотрите, если границы есть, то это они должны вас защищать, а не наоборот, в этом и смысл границы. А если их надо защищать, значит, их попросту нет. Тогда их надо поставить. Так и достоинство - если оно есть, то это оно вас защищает - это невидимая броня (или стержень), которая обязывает подходить с уважением. И если кто-то так не делает, то достоинство как раз не позволяет такому поведению проникнуть внутрь и что-то повредить. Оно так работает, в этом его смысл. Это тоже своего рода граница. Более тонкая, но так же ощутимая. И если вдруг его надо защищать, это маркер, что его нет. Тогда не защищать его надо, а смотреть, куда оно пропало. #силаслова

Понравилась мысль у моей подруги (профессиональной, кстати, ведьмы). Часто мы без оглядки начинаем защищать свои границы и достоинство, тогда как намного интереснее начать размышление с признания того, что там (где нас задели) их как раз нет.

Вы это слышали? Я сначала слышал одно, потом усилием воли настроился и услышал второе, и какое-то время мог по желанию менять восприятие, проговаривая в голове нужную фразу. Но это было вчера. Сегодня слышу только одно и поменять уже не могу. Насколько же бывает разное восприятие одной и той же вещи! Страшнавата даже...

Презренная эклектика Она кажется не так плоха в терапии (особенно учитывая собственно эклектичную природу КПТ). Если у терапевта есть правдоподобное объяснение для включения в конкретном случае чего-то не предполагавшегося протоколом – это хорошо. Высокая приверженность протоколам делает терапию хрупкой и неустойчивой к “сопротивлению” (несогласию) клиента. Вообще было замечено, что в ответ на сопротивление клиента плану терапии у терапевтов есть склонность настаивать и давить, чтобы клиент таки согласился, и, кто бы мог подумать, это делало ситуацию только хуже. Выигрывали терапевты, приверженность которых к рабочей модели была не слишком низкая и не слишком высокая, а колебалась от сессии к сессии, что может интерпретироваться как чувствительность специалиста к контексту (наша любимая гибкость) Вообще ни приверженность модели ни мастерство терапевта в исполнении техник не показали влияния на результаты терапии, если альянс был сильный. При более низком альянсе начинает играть роль гибкая приверженность модели (но тоже не то, чтоб прям особо сильно). Как я понял сама гибкость применения модели (кстати, это же то что называется индивидуализированная концептуализация, да?) может быть положительной характеристикой терапевтических отношений. То есть видимо полезней всего не спорить, не бороться, но и не отступать от рабочей модели полностью. По книжке The great psychotherapy debate (2015)

Такс, ну не спешим с выводом, что терапия – это вообще, что угодно. Чуть меньше чем полностью те исследования, которые есть об ингредиентах терапий, касаются разных ингредиентов именно КПТ (плюс немножко из психодинамических методов). А у каждого из них есть правдоподобное основание. То есть пока нельзя заявить, что терапевтические действия могут быть прям совсем любыми с одинаковым эффектом. Скорее в сухом остатке вывод ближе к такому: если в КПТ модели расстройства есть две (или больше) правдоподобные мишени воздействия – например, 1. мысли и 2.поведение, то терапия включающая 1 и 2, не работала лучше терапий включающую только 1 и только 2. А терапия с только 1 не лучше терапии только с 2.

В общем, кажется, там всё не очень... Различия если и встречаются, то оочень жиденькие. Вся эта маленькая разница эффектов разных ингредиентов терапий, которые заявлялись как "активные", меркнет на фоне эффекта от ожиданий от терапии (в разы меньше). То есть, получается, когда мы выносим суждения о том, какую психотерапию в каких случаях кому назначать (этому поведенческая активация, этому работа со схемами, а этому пролонгированная экспозиция) это звучит круто, но это слабовато обоснованные суждения. По крайней мере слабовато для той степени уверенности, с какой мы привыкли об этом заявлять. А поскольку фактор ожиданий в разы мощнее, то главное тут не то, какая именно терапия в данном случае показана, а в том, насколько уверенно это заявляется авторитетной фигурой, которая якобы разбирается. И отсюда следует лайфхак как evidence based поднасрать или помочь (ну мало ли) коллегам 🫠 Но совсем обобщать пока не будем, почитаем ещё