Асланов PR

Что выбираете? Всем веселой пятницы и отличных выходных! 😎

Как выступать в панельной дискуссии: 6 правил, о которых не говорят Спикер получает приглашение в панельную дискуссию на крупной отраслевой конференции. Тема интересная, состав панели сильный, модератор известный. Спикер рад, соглашается, и готовится как к обычному выступлению: пишет тезисы, продумывает главную мысль, репетирует ключевые формулировки. Выходит на сцену и с первой же реплики модератора понимает, что весь этот материал ему сегодня не понадобится. Модератор ведёт разговор в другую сторону. Соседний спикер уже сказал часть того, что было в тезисах. Времени на развернутый ответ никто не даёт. Через сорок минут спикер уходит со сцены с ощущением, что его как будто и не было. Это самый типичный сценарий панельной дискуссии, к которой готовились как к докладу. И это самая частая ошибка спикеров, особенно из корпоративного сектора: перенос привычек монологичного выступления в формат, где действуют совсем другие правила. За годы выступлений и обучения спикеров я собрал шесть правил, которые редко попадают в тренинги по публичным выступлениям, потому что тренеры чаще работают с сольным форматом. Но именно эти правила определяют, будете ли вы в панели заметны или проведёте час на сцене впустую.

#обложкадня от журнала Popular Mechanics за сентябрь 1965 года Смотришь на эту обложку и думаешь: кто-то уже в 1965 году попытался собрать домашний офис человека из 2026-го. Только вместо ноутбука пишущая машинка. Вместо облака папки. Вместо второго монитора — доска перед глазами. Главная тема номера сформулирована почти пророчески: Instant Office in a Closet — «офис в шкафу». Закончил работать — закрыл дверцы, и рабочего места больше нет. И это, пожалуй, самое любопытное в обложке. Нам кажется, что домашний офис — продукт эпохи ноутбуков, Zoom и пандемии. А сама идея гораздо старше: как встроить работу в дом так, чтобы она занимала минимум пространства и не захватывала всю жизнь. Причём дизайнеры 1965 года уже думают практически теми же категориями, которыми сегодня продают компактные рабочие станции: вертикальное хранение, всё на расстоянии вытянутой руки, отдельные зоны для техники и документов, максимум функций на минимальной площади. Есть только одна деталь, которая выдаёт эпоху безошибочно: внушительная пишущая машинка занимает примерно столько места, сколько сегодня весь наш цифровой офис. 60 лет прогресса, а и мы по-прежнему сидим дома перед экраном и пытаемся понять, куда спрятать работу после шести вечера. А вы бы поставили себе такой «офис в шкафу»?

Запятые, на которых мы так часто попадаемся. Три подсказки, которые помогут делать меньше ошибок Когда мы пишем текст на компьютере, нам помогает не делать ошибок программа Майкрософт Ворд, подчеркивая слова, написанные с отклонением от правил. А как быть с запятыми? Тут подсказки работают далеко не всегда. А ловушек, в которые порой попадают даже грамотные люди, немало. Какие же это ловушки? Например, обособленные члены предложения. Тут есть на чем споткнуться. Давайте рассмотрим три ситуации, где запятая ставится обязательно. И вы больше не будете ошибаться в таких примерах. Обособленные определения. Это прилагательное или причастие с зависимым словом или без него. Располагаться может в любом месте предложения. И что важно: относится к личному местоимению: ▪️Изможденный, он еле поспевал за группой. ▪️Рассерженная, она металась из угла в угол. ▪️Счастливая, она легла и моментально уснула. Тут запятую ставим всегда. Запомнили и идем дальше. Обособленные приложения. Приложения — это тоже определения, которые при этом выражены существительным, обычно согласованным. ▪️Мне, филологу, особенно интересно следить за трансформацией русского языка. ▪️Нам, стажёрам, хотелось поскорее освоить азы профессии. ▪️Лена, пресс-секретарь главы района, позвала всех журналистов на брифинг. Вот это уточнение тоже выделяем всегда запятыми с обеих сторон. Обособленные обстоятельства. Обособляются не любые, а именно уточняющие обстоятельства, относящиеся к одному разряду: ▪️Ночью, после захода солнца, вампиры начали собираться на вечеринку. «Ночью» и «после захода солнца» — обстоятельства времени, второе обстоятельство уточняет первое.

Вас цитируют в СМИ. А в ChatGPT? Эксперты, спикеры, консультанты — вопрос к вам! За плечами сотни постов, десятки интервью и конференций. Ваше имя на слуху в профессиональной среде. А теперь вопрос: знает ли вас ChatGPT? Проведите эксперимент: откройте любую нейросеть и спросите что-то по вашей теме. Посмотрите, кого из экспертов она рекомендует. Вы там есть? Если нет, поздравляем, вы узнали о проблеме — ваш личный бренд невидим для 50% аудитории, которая начинает поиск с ИИ. А если да — посмотрите, в каком контексте вас упоминают. Позитив? Нейтрально? Или ИИ ссылается на старую статью, которая уже не отражает вашу экспертизу? AI Пиксель Тулс теперь умеет анализировать личный бренд. → Введите ФИО или псевдоним → Задайте темы экспертизы → Получите анализ упоминаний в ChatGPT, DeepSeek, Алисе → Узнайте тональность и конкурентное окружение 30 дней — 99₽ Erid: 2VfnxvJ217J Реклама. ООО «Пиксель Тулс». ИНН 7735162402

Ваш контент легко перепутать с другим? Уберите имя. Уберите фото. Уберите логотип. Вас всё ещё узнают? Ваши тексты определяют как ваши без подписи? Вот это и есть настоящий тест на авторский контент. Красиво, полезно, экспертно – не это главные критерии. Невозможно перепутать с другим человеком – это важнее. Пройдите бинго и проверьте: у вашего контента уже есть собственный голос или пока его может подписать своим именем любой эксперт из вашей сферы?

#обложкадня от журнала The New Yorker за 17 сентября 1979 года. Автор обложки — французский художник Жан-Жак Семпе (Jean-Jacques Sempé). Сюжет обложки: школьники на уроке физкультуры. Но интереснее не сюжет, а то, как Семпе превращает обычный школьный спортзал в маленькую модель человеческой жизни. На первый взгляд всё происходит внизу: дети бегают, прыгают через козла, идут по скамейкам, делают упражнения. А потом глаз замечает главное: длиннющие канаты, уходящие почти на всю высоту обложки. И на каждом кто-то карабкается вверх. Масштаб намеренно абсурдный. Огромное пустое пространство сверху и крошечные люди снизу. Один из любимых приёмов Семпе. Человек у него часто оказывается маленьким перед городом, архитектурой, природой, музыкой или просто перед поставленной задачей. Но это никогда не выглядит трагедией. Скорее мягкая ирония: все мы куда-то карабкаемся, очень стараемся и выглядим со стороны немного смешно. Это ранняя работа Семпе для The New Yorker. Его первая обложка для журнала появилась всего годом раньше — 14 августа 1978 года. В дальнейшем сотрудничество стало почти историческим: к 2015 году The New Yorker публиковал уже 109-ю обложку Семпе. И это особенно интересно потому, что Семпе был французом, практически не говорил по-английски в начале своей международной карьеры, но оказался почти идеальным художником именно для New Yorker. Причина понятна: его юмор почти не требует слов. Он сам сформулировал свой принцип очень точно: «Карикатуры похожи на джаз: их задача только намекнуть». И добавлял, что старается добиться в рисунке «красоты недосказанности». Вот эта обложка ¬– практически учебник такого подхода. Здесь нет подписи-шутки, какого-то объяснения, кульминационного гэгa. Нужно просто несколько секунд смотреть, и постепенно становится смешно. Особенно хороший ход – масштаб. Нарисуй Семпе детей крупно, получилось бы милое изображение школьного урока физкультуры. Но он уменьшает людей почти до муравьёв и оставляет около половины листа практически пустой. И возникает совершенно другая история. Кто-то уже наверху. Кто-то только начал. Кто-то болтается посередине. Кто-то вообще занят совершенно другим упражнением. Очень легко увидеть здесь метафору школы, карьеры, конкуренции, да чего угодно. При этом художник нигде не говорит, что это метафора. Именно поэтому она работает. Такая обложка прекрасно соответствует старому принципу журнала: не пересказывать содержание номера на первой полосе. На ней нет ни одного анонса статьи. Внутри этого выпуска были материалы Кена Аулетты о мэре Нью-Йорка Эде Коче, Трумена Капоте, Джона Апдайка, Дональда Бартелма и других крупных авторов. Но на обложку никто из них не вынесен. Читателю продают не конкретную статью, а интеллектуальное удовольствие от одного хорошего наблюдения. Это одна из фундаментальных особенностей обложек журнала The New Yorker, которая и сегодня отличает его от большинства журнальных обложек.

Друзья! Представляем вам нашу новую папку, посвященную одной из самых важных тем современности — коммуникациям в области пиара и политики. 📢 В условиях стремительных изменений эффективные коммуникации становятся ключевым инструментом для достижения успеха как в бизнесе, так и в политической сфере. Что вы найдете внутри: ⏺ Обзор актуальных трендов в PR и политических коммуникациях. ⏺ Кейс-стадии успешных кампаний, которые повлияли на общественное мнение. ⏺ Практические инструменты и стратегии для эффективного взаимодействия с вашей аудиторией. ⏺ Советы экспертов по управлению кризисами и репутацией. 👉🏻 СОХРАНИТЬ СЕБЕ

Ну вы меня поняли. Да? 😎

Юный питчер Так называется этот рисунок с обложки журнала The Saturday Evening Post — “Boy Pitching Baseball” за 16 сентября 1911 года. Автор – американский иллюстратор Роберт Робинсон (1886–1952). Его специализацией была журнальная иллюстрация. Для The Saturday Evening Post он создал 38 обложек. Сам журнал особенно отмечает его любовь к повествовательным бытовым сценам: детям, старикам, небольшим комическим конфликтам между старым укладом жизни и современной Америкой. Пятнадцать его обложек, например, были посвящены характерным пожилым бородатым персонажам. Робинсона иногда называют одним из ранних мастеров формата “slice of life” — «сценка из жизни», который несколько лет спустя довёл до всемирной известности Норман Роквелл. Любопытный факт: на обложке есть фраза о том, что издание было “Founded A.D. 1728 by Benjamin Franklin” - основано в 1728 году Бенджамином Франклином. Но если копнуть чуть глубже, то выясняется следющее. The Saturday Evening Post как самостоятельное издание появился в 1821 году, а не в 1728-м. Связь с Франклином строилась через его газету The Pennsylvania Gazette, возникшую в 1728 году и позднее издававшуюся Франклином. The Saturday Evening Post начали печатать в той же филадельфийской типографии, где когда-то выходила Gazette. Когда издатель Cyrus H. K. Curtis приобрёл Post в 1897 году, он начал активно подчеркивать эту историческую преемственность. Более того, сам современный Post признаёт, что именно тогда его «история внезапно стала старше на 93 года»: на логотипах появилась отсылка к 1728 году. То есть надпись “Founded A.D. 1728 by Benjamin Franklin” исторически скорее маркетинговая, чем буквально точная. #обложкадня

👀 Профдеформация: как пиарщики видят мир Продолжаем выяснять, в какой момент пиарщик перестаёт быть обычным человеком. На этот раз спросили Тимура Асланова, эксперта в области коммуникаций, главного редактора журнала «Пресс-служба» и автора канала «Асланов PR», что у него уже работает только через профессиональный фильтр. В карточках — 5 признаков профдеформации: почему любое публичное выступление превращается во внутренний разбор, раздел «О компании» становится отдельным жанром корпоративной литературы, а чужой кризис — кейсом для следующего тренинга. Спойлер: выключить в себе пиарщика, бизнес-тренера и писателя можно. Но с трудом 😅 #РИМ_ИНТЕРИУМ

ЗАВТРА! Завтра 16 сентября карета превращается в тыкву, а мы окончательно завершим прием заявок на конкурс корпоративных СМИ и медиапроектов "Медиалидер-2026". Окончательно. То есть без продлений и возможности дослать что-то после дедлайна. Заходите прямо сейчас на сайт конкурса, выбирайте номинации, регистрируйтесь и начинайте готовить заявку. Напоминаю, что УЧАСТИЕ В КОНКУРСЕ БЕСПЛАТНОЕ! Ждем именно вашу заявку, но не дольше, чем до 23:59 16 сентября. 😉

#обложкадня от журнала "Мурзилка" за сентябрь 1940 года. Начало учебного дня в деревенской школе 🛎

Письмо без конкретного вопроса редко приводит к ответам. Обсудим? Вы отправили письмо клиенту, коллеге, партнеру, подрядчику и ждёте. День, два. Тишина. Мысленно записываете адресата в игнорщики и хамы. А проблема совсе не в нём. Проблема в том, что отвечать человеку в вашем письме просто не на что. Вот типичное такое письмо: «Добрый день! Мы обсуждали на прошлой неделе возможность сотрудничества по поставкам. Хотелось бы двигаться дальше. Наша компания давно на рынке, у нас хорошие условия. Ждём вашей реакции» Прочитайте ещё раз. Что конкретно должен сделать получатель? Позвонить? Прислать договор? Назвать цену? Согласовать дату? Непонятно. «Ждём реакции» – это не задача и не переброс мяча через сетку. Это эмоция, переложенная на чужие плечи. Человек открывает письмо, не находит необходимости понятного немедленного действия, откладывает «на потом». И это потом не наступает никогда. Письмо работает тогда, когда получатель, дочитав последнюю строку, точно знает, что от него хотят и к какому сроку. Всё остальное сотрясание воздуха. Давайте перепишем и сравним: «Добрый день, Игорь! На встрече 3 сентября мы договорились обсудить поставки. Чтобы подготовить коммерческое предложение, мне от вас нужны две цифры: планируемый объём в месяц и желаемый срок первой отгрузки. Сможете прислать до пятницы? Если удобнее созвониться, предложите время, я подстроюсь» Здесь получателю не нужно думать. Вопрос назван, срок назван, альтернатива названа. Ответить на такое письмо занимает тридцать секунд, а значит, оно не осядет в папке «разберусь позже(никогда)». Три ошибки, которые превращают письмо в тупик: Первая: вопрос спрятан в середине абзаца. Даже если он есть, его не видно. Человек читает по диагонали и проскакивает. Выносите вопрос отдельной строкой, ближе к концу. Вторая ошибка: вопросов слишком много. «Уточните цену, сроки, состав, гарантии, а ещё пришлите реквизиты и скажите, кто у вас за это отвечает.» Получатель видит объём работы и закрывает письмо. Один вопрос – один быстрый ответ. Если нужно много, пронумеруйте, так проще отвечать по пунктам. Третья ошибка: вместо вопроса общая фраза: «жду обратной связи», «прошу отреагировать», «хотелось бы понимать ваши планы». Это не вопросы. Это перекладывание работы на собеседника: додумай сам, чего я от тебя хочу, и сам себе поставь задачу. Никто этого делать не будет. Проверка перед отправкой. Перед тем как нажать «отправить», перечитайте своё письмо и ответьте за получателя: что мне сейчас сделать? Если ответа нет или он звучит как «ну, как-то отреагировать», вопрос не сформулирован. Возвращайтесь и дописывайте конкретное действие с конкретным сроком. Молчание в ответ – это чаще всего не грубость, а следствие: вы отправили письмо, на которое невозможно ответить, не проделав за автора его работу.

#обложкадня от журнала «Красная нива» за 1928 год. Внизу обложки прямо указано: «В поле. Ориг. рис. для „Красной Нивы“ К. Ф. Юона». Автор – Константин Фёдорович Юон, один из крупнейших русских художников Серебряного века и первой половины XX века. Он был живописцем, театральным художником и педагогом, учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, работал в мастерской Валентина Серова, входил в круг «Мира искусства», был одним из организаторов Союза русских художников, а с 1925 года — членом АХРР. Сама «Красная нива» была очень заметным изданием. Это литературно-художественный иллюстрированный журнал, выходивший в Москве в 1923–1931 годах в издательстве «Известий ЦИК СССР и ВЦИК». Он создавался отчасти как советский наследник дореволюционной «Нивы»: массовое чтение, литература, репортаж, фотографии, рисунки, современная жизнь. Теперь о рисунке. Две крестьянки в поле. Одна пьёт из большого кувшина, вторая отдыхает, рядом сельскохозяйственные орудия. Это очень характерно для Юона: даже когда он работает на советский заказ, люди у него не превращаются в плакатные символы. Они достаточно телесные, земные, живые. На рисунке нет лозунгов, красного флага или какой-то демонстративной производственной героики, которую так любила советская пресса. 1928 год. Еще не началась массовая коллективизация в сельском хозяйстве, никого не раскулачивают. Просто спокойная жизнь, просто работа в поле. Поэтому эта сельская сцена ещё выглядит почти как продолжение традиционной русской жанровой живописи XIX – начала XX века. Если поставить рядом журнальные обложки начала 1930-х, разница станет резкой: там всё чаще появляются техника, машинно-тракторные станции, ударницы, механизация, коллективный труд и значительно более жёсткая визуальная риторика.

Хотите обложку журнала со своим изображением? Есть очень простой короткий промпт, который позволит получить классный результат. Загружаете в нейросеть (например, ChatGPT) свою фотографию и пишете ровно два слова magazine cover  И получаете реально крутую обложку. Если нейросеть хорошо вас знает, она сделает вам не просто абстрактный журнал, а журнал по вашей тематике. Мне, например, она сразу предложила некий вымышленный журнал про пиар с тематическими заголовками. Потом я попросил бизнес-журнал и глянцевый журнал. Рисовать меня на обложке Форбса Джипити отказался, предложил абстрактное издание. А когда в другой ветке загрузил фотографию дочери, нейросетка сама нарисовала ее на обложке ELLE, причем сделала это очень стильно. Если хотите прописать больше деталей какой должна быть обложка, вставляйте это в промпт, но я рекомендую попробовать сначала просто с двух слов. Делитесь своими обложками в комментариях 😜

#обложкадня от журнала McCall’s, сентябрь 1923 года Женщина в вечернем платье держит перед собой восточную маску и на обложке у нас две героини – два лица. Одно живое, европейское, современное (для 1920-х). Другое – неподвижное, экзотическое, загадочное, древнее. Это не случайная фантазия художника. Внизу номера анонсирован роман Сэмюэла Мервина «Silk» (Шёлк") и он представлен как «очаровательный роман Востока». Поэтому вся обложка превращена в визуальное обещание этой истории. Особенно интересно смотреть на то, как Америка 1920-х представляла себе «Восток»: через маски, шелка, орнаменты, тайну и почти театральную экзотику. Красивый образ далёкого мира, созданный для западного читателя. И композиция здесь очень удачная: героиня не надевает маску, она держит её отдельно от себя. Поэтому создается ощущение некоего противостояния. Два лица, два мира, красный фон, обнаженная спина – не пройдешь мимо такой обложки в киоске где-нибудь на Бродвее или Парк-авеню. 😜

ПриоритИзация или приоритЕзация: ставим точку Пару дней назад я проводил опрос в своем телеграм-канале на эту тему и мнения сильно разделились. Так как же правильно писать? Все источники сходятся в одном: в актуальных словарях русского языка закреплён вариант «приоритизация». Через «и». Вариант с «е» считается ошибкой. В чем проблема Многих сбивает с толку слово-родственник – «приоритЕт», ударение в котором падает на «Е». И, соответственно, сомнений как оно пишется ни у кого нет. Соответственно и в других однокоренных словах мозг видит знакомый корень и по инерции тянет это «е» и в них тоже. Ловушка в том, что слово приоритет не является в данном случае проверочным. Это ложный друг. Как объясняют лингвисты Слово заимствовано из английского prioritization и образовано по стандартной модели «основа + суффикс изация», также как автоматизация, стандартизация, каталогизация, модернизация и даже мобилизация. Дальше вступает в дело такое явление как гаплология (сами погуглите). Звучит сложно, но механизм простой: при образовании глагола «приоритизировать» от основы «приоритет» отбрасывается часть корня «ет». То есть от «приоритет» остаётся «приорит-», к нему цепляется суффикс и получается «приоритизация». А главное: суффикса «-езация» в русском языке просто не бывает. Есть только «-изация». Как запомнить Самый надёжный: в слове нет ни одной буквы «е». Совсем. Если рука тянется поставить «е», рука неправа, бейте по ней указкой или что там у вас под рукой. Вывод Пишем: приоритизация. Кто в опросе голосовал за «Е», вы не одиноки. Меня тоже первое время коробило это "И", поэтому я решил разобраться. И одно время вариант «приоритезация» встречался в поиске даже чаще правильного. Но частотность и правильность – разные вещи. #спасаемрусскийязык

#обложкадня от журнала "Мурзилка" за сентябрь 1953 года. Старшая дочь поправляет огромный белый бант младшей. Рядом улыбаются родители. Нарядное платье, белый фартук, туфли, завтрак на столе. А за окном Москва с одной из новых сталинских высоток. И это важно: здесь изображён не просто ребёнок, который собирается в школу. Здесь собрана маленькая модель правильного советского мира: – Уютная квартира. – Семья рядом. – Дети ухожены. – Школа это праздник. А за окном растёт новая столица. 😎

Всем веселой пятницы и отличных выходных! 😜🍷