Елена Панина

Европа ищет самого внушительного лилипута для отправки на серьёзный разговор Причем речь о беседе, к которой Европу не приглашали. К этому сводится актуальная статья The Rapporteur, посвящённая переговорам в Абу-Даби. Где 10–11 ноября запланированы переговоры России, Украины и США. ▪️ Европейской делегации, признает издание, там официально нет. При этом Мелони требует до конца года определить уполномоченного переговорщика ЕС, Франция, Германия и Британия предпочитают формат E3, а Италия и Польша — E5. Германия, Франция и Британия считают, что именно они располагают основными военными ресурсами для будущих гарантий Украине. Польша напоминает о непосредственной близости к России и Украине и отказывается отдавать обсуждение Восточной Европы западноевропейским столицам. Италия требует общеевропейского мандата. В переговорщики прочат Кайю Каллас – хотя она против участия в переговорах, Антониу Кошту и, почему то, Энди Бёрнэма. Ещё раз напомним — никто Европу ни в каком виде в Абу-Даби не приглашал. Но бороться за лидерство это не мешает. Понятно, что ничего не делать — Европа не может. Санкции ЕС, замороженные российские активы, финансирование Украины, будущая военная поддержка и возможные европейские гарантии безопасности Киева — всё это требует участия соответствующих европейских институтов и государств. К тому же, Трамп заявил о возможности большого соглашения, выходящего за пределы Украины. ▪️ Но эта активность перед переговорами, куда Европу не звали, не может привести ни к какому результату. Более того, даже если ЕС официально пригласят, то конструктива не будет: Европа обладает гораздо большей способностью блокировать чужие договорённости, чем заключать собственные. Евросоюз располагает значительными финансовыми, санкционными и политическими инструментами. Но эти инструменты распределены между институтами ЕС и национальными правительствами, интересы которых далеко не всегда совпадают. ЕС нужно не только найти конкретную персону, которую, может быть, примут на переговорах по Украине, но и придумать, как обеспечить выполнение договоренностей, которые, может быть, на переговорах заключат. Любое обсуждение мира может превратиться в затяжной торг между европейскими столицами. Одни потребуют дополнительных гарантий, другие — финансовых компенсаций, третьи откажутся принимать обязательства, согласованные без их участия. В результате даже достигнутое соглашение может столкнуться с препятствиями на этапе исполнения. Новая архитектура безопасности рискует получить весьма своеобразный фундамент: Вашингтон и Москва смогут договариваться о принципах, а европейцы — годами согласовывать, какие из этих принципов они готовы исполнять. И в любой момент всё может рухнуть из-за какой-нибудь Эстонии. Понятно, что шансов на договоренности с такими вводными очень мало.

Демократам предложили план по прекращению войны с Ираном — и активизации на Украине Трамп потерял контроль над Конгрессом, но сохранил президентские полномочия. В результате США могут получить две конкурирующие внешнеполитические повестки, и как минимум одна из них будет откровенно антироссийской — и проукраинской, дает понять Джон Халтивангер в Foreign Policy. После победы на выборах 3 ноября демократы контролируют обе палаты Конгресса, а с января 2027 года смогут определять работу бюджетных комитетов, инициировать расследования, проводить слушания и блокировать назначения в Сенате. Война с Ираном, пишет Халтивангер, становится главным инструментом давления на Трампа. Демократы намерены ограничивать финансирование военных операций, причем в возможном тактическом союзе с частью республиканцев, недовольных экономическими и политическими последствиями конфликта. Ключевой инструмент — включение бюджетных ограничений в законопроекты, необходимые для функционирования государства. ▪️ А вот в случае Украины — всё наоборот. Если на иранском направлении демократы намерены сокращать американское участие, то на украинском — добиваться увеличения помощи и сохранения американского присутствия в Европе. Они также выступают против смягчения санкций в отношении России. Отметим, что главным полем битвы, таким образом, становится американский бюджет. Трампу необходимы ассигнования на собственные приоритеты. Демократы могут использовать согласование расходов для продвижения своих требований. Поэтому решения по Ирану, Украине, военным базам и международной помощи способны оказаться связанными в рамках одних бюджетных переговоров. Кроме того, демократы смогут изучать обстоятельства войны с Ираном, действия Белого дома в Венесуэле, возможные конфликты интересов и решения Пентагона. Само расследование не отменяет президентские полномочия, но создаёт политические издержки и отвлекает ресурсы. ▪️ В сухом остатке — демократам потенциально проще затруднить или остановить отдельные действия Трампа, чем заставить его проводить "демократическую" внешнюю политику. Они могут добиваться ограничения расходов на иранскую кампанию, затягивать назначения, проводить расследования. Но даже выделение Конгрессом средств на поддержку Украины не гарантирует, что президент будет реализовывать программу именно так, как предполагают законодатели. У исполнительной власти остаются полномочия по управлению соответствующими программами в пределах закона. Всё это явственно намекает на огромную турбулентность в американской внешней политике – потому что ставки в 2027-2028 годах выше, чем в прошлый срок Трампа. И, особо, стоит в очередной раз учесть: даже если Трамп сейчас что-то пообещает — выполнение обещанного не гарантировано даже на горизонте в пару лет.

Премьер Эстонии: вместо переговоров нужно задушить Россию санкциями   "На этот раз у Европы есть план, который действительно работает — душить Россию в экономическом плане санкциями", — заявил премьер Эстонии Кристен Михал в интервью Politico. И добавил: "Нельзя играть две роли. Одна роль — поддерживать Украину и оказывать давление на Россию. Вторая — пытаться выступить в роли посредника". Комментируя октябрьский телефонный разговор лидеров Финляндии и Норвегии, Михал заметил, что идея прямых переговоров "ослабит позиции Европы в отношениях с Путиным".   ▪️ Эстонский премьер позитивно оценил итоги промежуточных выборов в Конгресс США. По его словам, электоральные сдвиги могут ещё больше сместить Вашингтон "в лучшую сторону, в сторону более ценностно-ориентированного подхода, а когда США будут больше ориентироваться на ценности… это, вероятно, станет хорошим сигналом для Украины и для Европы".   Politico напоминает, что для усиления давления на Россию Эстония вместе с Польшей и Швецией возглавила инициативу по ужесточению визовых правил для россиян. Таллинн предложил ввести полный запрет на въезд в ЕС для бывших российских военнослужащих.   ▪️ Это, конечно, интересно. Русофобия стран Прибалтики и Эстонии, в частности, по-прежнему находится на запредельном уровне. Европа на этом фоне пытается запрыгнуть в уходящий поезд переговоров, но пока есть такие, как Эстония, шансов на это даже меньше нуля. Кроме того, таким прибалтийским политикам, как Михал, свои страны совсем не жалко. Разжигая русофобский пожар, они совершенно не оценивают риски эскалации. Отсутствие стратегической глубины территории и однозначные заявления российского военно-политического руководства о том, что война с НАТО и Европой будет другой, Михала не вразумляют. Воистину, если слепой ведёт слепого, оба упадут в яму.   Опосредованное противостояние НАТО и России через Украину рано или поздно перерастёт в прямой конфликт: либо на украинской территории, либо и там, и за её пределами. Такова логика военного противостояния. Спираль эскалации закручивается. Более того, ядерный сценарий на пятом году войны уже не выглядит гипотетическим.   Эстонский премьер приободрён результатами выборов в США. Осмелел за счёт укрепления позиций Демпартии и, соответственно, евроглобалистов. Но данный факт лишь повышает риск для самой Эстонии.

The Times (Британия): Германия собирается бомбить Россию из космоса   Немецкая технологическая компания Atmos Space Cargo разрабатывает космическое оружие класса "космос-земля" с "неограниченной глобальной дальностью действия", которое теоретически может поразить любую цель в России, пишет британская The Times. Речь идет о вариации системы высокоточного орбитального дальнего удара (Precision Orbital Deep Strike, PODS) — боевой блок, который отделяется от спутника внутри экранированного спускаемого аппарата.   ▪️ Глава Atmos Space Cargo Себастьян Клаус, ветеран немецкого спецназа, заявил, что его компания начала работать над военными проектами после начала войны на Украине. Разработка PODS находится ещё на ранней стадии, но идея отнюдь не так экстравагантна, как может показаться, акцентирует британское издание и приводит слова одного из высокопоставленных европейских военных: "Я бы не стал исключать такую возможность. Если у вас есть возвращаемый аппарат, то вопрос лишь в том, какую полезную нагрузку вы туда поместите".   The Times также напоминает о сентябрьском заявлении американских военных о наличии у них на орбите оружия для контроля космического пространства. Кроме того, две недели назад ВВС США сообщили об испытаниях возможности транспортировки грузов на большие расстояния в космосе с помощью ракеты-носителя и возвращаемого аппарата. Это часть секретной программы под названием Starfall, разрабатываемой SpaceX для доставки до тонны военной техники в любую точку планеты. Ещё несколько более мелких американских стартапов создают конкурирующие технологии, во многом схожие по принципу.   С учётом последних новостей, на Западе снято табу на размещение оружия в космосе. Фактически немецкий проект PODS ничего не сдерживает, всё зависит лишь от сроков его реализации. Нацеленность данной оружейной системы против России также не вызывает сомнений.   ▪️ При этом ядерное оснащение упомянуто не случайно: Германия и ЕС в целом изучают возможности реализации военных ядерных программ. ФРГ располагает для этого всей необходимой научно-производственной базой. После трёх лет модернизации мощностей одного из специализированных предприятий в городе Гронау (земля Северный Рейн — Вестфалия), обладающего каскадом газовых центрифуг, Германия сможет ежегодно получать 17 т высокообогащённого ядерного материала. Его будет вполне достаточно для создания порядка 340 боеголовок. Это сопоставимо с уровнем французского ядерного арсенала.   Очевидно, что России надо реагировать. Симметрично — через создание собственных орбитальных ударных систем, а также средств борьбы с ними. Гонка вооружений в космосе запущена, и РФ не может остаться в стороне. Следует действовать и адресно — против ФРГ. С точки зрения политико-дипломатических мер Москва может уверенно опираться на положения Договора об окончательном урегулировании в отношении Германии от 12 сентября 1990 года, ДНЯО, а также оговорку о враждебных государствах в Уставе ООН.

Большая сделка Трампа: где взять время и ресурсы? Дональд Трамп после встречи с российским представителем Кириллом Дмитриевым анонсировал "большое, прекрасное соглашение", которое затронет не только Украину, но, возможно, всю Европу. Судя по последующим заявлениям американской администрации, речь может идти о формировании новой архитектуры европейской безопасности. Замысел исторического масштаба. Как это всегда бывает у Трампа. Проблема в том, что особенных политических ресурсов для его реализации сегодня нет. ▪️ После ноябрьских выборов демократы получили контроль над обеими палатами Конгресса. В январе 2027 года президент окажется перед законодательной властью, настроенной куда менее дружелюбно. Впереди два года до окончания срока, причём значительная часть последнего уйдёт на президентскую кампанию 2028 года. За это время предполагается сделать то, что американская, европейская и мировая дипломатия не смогла сделать за пять лет. А, если точнее, то за три десятилетия: согласовать интересы России, США, Украины и нескольких десятков европейских государств, определить взаимные военные ограничения, разработать гарантии безопасности и механизмы контроля за их соблюдением. Причём договориться с Москвой — лишь часть задачи. Вашингтон не может единолично определять обязательства НАТО, отменять европейские санкции или распоряжаться военной инфраструктурой союзников. Каждое существенное решение потребует отдельных согласований, а большинство — парламентского одобрения. Даже подписанный в Белом доме документ ещё не означает появления работающей системы. ▪️ Россия добивается изменения военно-политического положения в Европе, прежде всего ограничения возможностей НАТО у своих границ. Вашингтон одновременно заявляет о сохранении центральной роли альянса и права государств самостоятельно выбирать союзы. Украина (если про неё вспомнить) требует гарантий от возобновления войны. Европейцы опасаются соглашения, которое позволит двум великим державам определять условия их безопасности без их полноценного участия. Где-то там есть ещё Китай. Иными словами, стороны пока расходятся даже не в деталях будущего порядка, а в представлениях о самом порядке в целом. Можно, конечно, предположить, что Трамп рассчитывает на очередную дипломатическую импровизацию: договориться с Москвой об основных принципах, а затем предъявить остальным участникам готовую конструкцию. Но соглашение, исполнение которого зависит от десятков государств, невозможно обеспечить одной президентской волей. Особенно в актуальных условиях. ▪️ Впрочем, у всей этой затеи может быть куда более прагматичный смысл. Возможно, никакую новую архитектуру европейской безопасности Трамп в действительности строить не собирается. Большая сделка нужна как фасад гораздо более ограниченного украинского урегулирования. Если договориться по Украине отдельно не получается, можно расширить предмет торга: включить санкции, военные ограничения, экономическое сотрудничество, взаимные гарантии. Появляется больше возможностей для обмена уступками. А главное — возможность представить частичный результат как начало исторического переустройства Европы. Полноценную систему безопасности за два года не построить, зато можно объявить о создании её основ и записать результат в собственный политический актив. Так что главный вопрос состоит не в том, сумеет ли Трамп перестроить европейскую безопасность. Это заведомо более длительный процесс, чем оставшийся ему президентский срок. Вопрос в другом: какую конкретную сделку пытаются заключить под вывеской исторического соглашения — и кто в итоге получит обязательства, а кто ограничится обещаниями.

Мекканское соглашение: запрет на выход на 10 лет, коллективная оборона, ядерное оружие   В публичном доступе появился текст Мекканского соглашения об общей обороне между Турецкой Республикой, Исламской Республикой Пакистан и Королевством Саудовская Аравия (Mecca Joint Defence Agreement). Документ составлен на трёх языках: турецком, арабском и английском. Он был подписан 7 августа 2026 года. В данный момент идёт процесс ратификации соглашения в турецком парламенте.   Рассмотрим несколько наиболее важных положений данного документа:   1. В описательной части говорится, что соглашение "будет действовать не менее 10 лет". По истечении 10 лет выход возможен при условии письменного уведомления не менее чем за 3 месяца.   2. Положение о коллективной обороне. Закреплено в ст. 2 документ. Полная цитата: "Внешнее вооружённое нападение на любую из Сторон рассматривается как нападение на все Стороны. В случае вооружённого нападения или военной агрессии со стороны другой страны или группы стран против одной из Сторон, Стороны немедленно окажут помощь подвергшейся нападению Стороне, используя все имеющиеся возможности взаимной помощи, которые они могут предоставить друг другу".   3. Обмен разведданными зафиксирован в ст. 9 соглашения — в целях углубления сотрудничества в разведывательной сфере и обеспечения необходимой координации.   4. Военно-техническое сотрудничество прописано в ст. 3, 6 и 7. Предполагает обмен персоналом, технологиями, совместную разработку технологий, совместное производство и сотрудничество между ВПК.   5. Для стратегического руководства создаётся Стратегический политический и оборонный комитет, состоящий из министров иностранных дел, министров обороны и начальников генеральных штабов Сторон. Он собирается два раза в год на ротационной основе в принимающих странах. Лидеры могут собираться один раз в год в случае необходимости.   6. Постоянное руководство по линии Стратегического политического и оборонного комитета осуществляет секретариат, который возглавляет Генеральный секретарь, избираемый на три года поочередно из числа стран-участников. Первым генсеком выбран гражданин Пакистана генерал-лейтенант в отставке Науман Махмуд.   7. Местом размещения секретариата определён Эр-Рияд.   ▪️ Судя по этим положениям, можно сказать, что инициатором и точкой притяжения участников Мекканского соглашения стала Саудовская Аравия. Штаб-квартира — в столице королевства. Также можно предположить, что и срок действия не менее 10 лет без права выхода задан КСА. По сути, королевство предлагает свои финансовые ресурсы в обмен на военную поддержку двух развитых в данном отношении стран: Пакистана, ядерной державы, и Турции. Минимальный срок оказания военной услуги.   В то же время положение о коллективной безопасности достаточно рыхлое и не создает безусловного и автоматического обязательства оказать именно военную помощь. Ст. 2 не содержит прямого указания на то, что ответ должен быть военным, в тексте отсутствует прямая отсылка к применению вооружённой силы как к обязательному или приоритетному средству. При этом ст. 2 не исключает военный ответ, а лишь не делает его обязательным или приоритетным. Оговорка "используя все имеющиеся возможности взаимной помощи, которые они могут предоставить друг другу" позволяет государству ссылаться на свои национальные возможности и интересы, что делает обязательство по коллективной обороне достаточно условным.   Можно посмотреть на военно-техническое сотрудничество в рамках Мекканского соглашения и под "ядерным углом". Передача технологий гипотетически предполагает и помощь Пакистана в развитии военных ядерных программ других участников. Конечно, все три страны имеют обязательства в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия, но обстановка в мире меняется. И тот же пример Ирана просто кричит о том, что "никто не бомбит Северную Корею".

Итоги выборов в США и шанс Трампа на реванш в Шэньчжэне Победа демократов оказалась действительно разгромной: в обеих палатах Конгресса республиканцы лишились большинства. Можно сказать, что мы наблюдаем кризис эпохи Трампа лично и трампизма как политического течения. Неоконы усилят давление на Трампа, MAGA будет метаться в поисках лидера, опоры и новой идентичности, выбирая между Рубио и Вэнсом. ▪️ На правом фланге в США мы видим три структуры: республиканская партия, MAGA и неоконы. Надо уточнить разницу: республиканцы — это партия, неоконы — идеологическое направление, MAGA — политическое движение сторонников Трампа. Между ними есть пересечения и принципиальные противоречия, прежде всего в вопросах внешней политики, глобального лидерства США, отношения к союзникам, миграции и роли американского государства. Эти три фракции не образуют единого контура, и это их слабость — в отличие от демократов. Где тоже свой конфликт между глобалистами и "ультралевыми", но по основным пунктам повестки единства больше. В качестве примера вспомним Россию 1916 года: пять правых, но конфликтующих по части умеренности и радикализма партий в марте 1917-го потерпели разгромное поражение от более консолидированных либералов. ▪️ В США демократы республиканцев не запретят, но ослабят серьёзно. До 2028 года Трамп будет связан фрондой Конгресса и Сената, а в 2028 году возможный президент-демократ вернёт всё то, что отменил Трамп, на президентском уровне. И США, просто за отсутствием альтернативы, снова вернутся к политике Обамы и Байдена. С поправкой на объективные обстоятельства. И хотя Трампу ещё два года править Белым домом, а с обструкцией Конгресса и Сената он будет справляться с помощью вето, как он сам заявил, но уже очевидно, что США вползают в длительный период острой внутренней борьбы с прицелом на президентские выборы, исход которых предсказать невозможно. Но можно сказать, что в США обострилась борьба за трансфер-2028. ▪️ Этот фактор приведёт в движение всех крупных игроков в мире. Европа, сохраняя технологическую и торговую зависимость от США, будет ожидать возвращения Демпартии, чтобы вернуть штаты к прежнему финансированию задач глобалистов. Иран продолжит курс на закрепление достигнутого статуса. Глобальный Юг попытается найти новую актуальность в формате БРИКС и ШОС, страхуясь от нестабильности Запада. Восток усилит поиск новых гарантий безопасности. В Израиле не могут не понимать, что в случае поражения Трампа и прихода демократов в 2028 году, для него наступит трудное время. Демократы видят в Израиле другого премьера и другую партию власти. А еврейское лобби в США, их поддерживающее, прагматично в отношении национальной израильской мифологии. Его интересуют более прагматичные вещи: финансы и контроль над процессами. Поэтому оставшиеся Трампу два года Нетаньяху максимально использует для достижения своих военных и политических целей. ▪️ В этой связи, предстоящие в Абу-Даби переговоры скорее всего не принесут больших результатов. Предложения Уитикоффа-Кушнера будут саботироваться для продолжения войны в интересах Киева и ЕС. Тем не менее, Трамп, соглашаясь на встречу в Шэньчжэне, со всей очевидностью сделал ставку на то, что здесь он частично сможет отыграть поражение на прошедших выборах. В свою очередь, европейские лидеры готовы любыми способами затянуть войну с Россией до 2028-2030 годов. Но вопрос: сохранятся ли они сами к тому времени, при сегодняшней скорости деградации экономики ЕС? В реальности, многосторонний конфликт Демпартии и ЕС с республиканцами - это противостояние двух кластеров глобального капитала. Сейчас Трамп борется за инициативу и навязывание условий своим противникам. В то же время, итоги промежуточных выборов ещё не гарантируют победу Демпартии в 2028 году. Шэньчжэнь должен запустить трансформацию старого мирового порядка, без которой глобальный ядерный конфликт становится неизбежным. Ключ к этой трансформации — итог войны на Украине. За этот ключ сейчас и идёт основная борьба.

В The American Conservative призвали к "люстрации" всех лоббистов Израиля Наша самая неотложная задача после промежуточных выборов, пишет известная американская политическая колумнистка Энн Коултер — "составить список всех, кто поддерживал войну в Иране, чтобы мы знали, кому никогда, никогда, никогда, никогда больше нельзя доверять". Первым ответственным за политический кризис в США называется Биньямин Нетаньяху, вторым — Руперт Мёрдок. Подконтрольные Мёрдоку Fox News и New York Post, по мнению Коултер, обеспечивали войне политическую и информационную поддержку. А также ограничивали возможность её критиковать внутри правого лагеря. Противников интервенции обвиняли в антисемитизме, симпатиях к Ирану и слабости перед врагом. В результате внутри республиканской среды подавлялась дискуссия о национальных интересах США. Возражения против войны трактовались не как иной стратегический расчёт, а как моральная или политическая неблагонадёжность. Также Коултер перечисляет десяток фамилий политических аналитиков и консультантов, имена которых она предлагает запомнить. ▪️ Война, подчеркивает аналитик, ускорила ухудшение отношения американцев к Израилю, негативно к нему относится уже 60% населения. Ослабевает традиционная двухпартийная поддержка Тель-Авива, а лоббистские расходы перестают автоматически обеспечивать политический результат. Так, около $45 млн было направлено структурами AIPAC и UDP против Абдула Эль-Сайеда - но кандидат всё равно победил. И стал первым сенатором-мусульманином в истории США. Антиизраильская позиция перестаёт быть гарантированно проигрышной на американских выборах. Более того, на отдельных электоральных рынках открытое противостояние с произраильским лобби может работать как свидетельство независимости кандидата. Другими словами, Ирану удалось вернуть американскую войну в дома американцев. Экономические факторы оказались удивительно действенными в политическом плане. ▪️ Война с Ираном обнаружила противоречие, которое американская политическая система долго могла игнорировать: стратегические обязательства Вашингтона перед союзниками не обязательно совпадают с экономическими интересами американского избирателя. Пока издержки такого расхождения были распределены и малозаметны, оно оставалось управляемым. Но резкий рост цен превратил внешнюю политику во внутренний конфликт. Поэтому наиболее долгосрочным результатом войны с Ираном может стать даже не поражение республиканцев на выборах, а пересмотр многолетнего механизма, с помощью которого внешнеполитические интересы США, в том виде, в котором их сформулировали лоббисты, превращаются в обязательства всего американского населения.

13 врагов Пашиняна: коалиция против арестов и евроинтеграции В Армении практически одновременно произошли три события, которые складываются в единый политический сюжет. Никол Пашинян объявил о возможности подачи заявки на вступление в Евросоюз в 2027–2028 годах. Силовики задержали миллиардера Самвела Карапетяна, одного из наиболее влиятельных противников премьера. А 4 ноября представители 13 оппозиционных политических сил договорились о координации действий против правительства Пашиняна. ▪️ Масштаб оппозиционной встречи заслуживает отдельного внимания. В ней участвовали представители политических структур трёх бывших президентов Армении — Роберта Кочаряна, Сержа Саргсяна и Левона Тер-Петросяна, а также партии Карапетяна и других организаций. Это силы с разной идеологией, внешнеполитическими ориентациями и многолетней историей взаимной борьбы. Но Пашинян смог их объединить. И, как ни странно, инструменты у оппозиции имеются. Главным предметом противостояния будет новая Конституция. Азербайджан требует устранить положения, которые в Баку считают основанием для территориальных претензий Еревана. Пашинян представляет конституционную реформу как внутреннюю необходимость. И располагает 64 из 105 депутатских мандатов, тогда как для вынесения новой Конституции на референдум необходимо 70 голосов. ▪️ Второй элемент конфликта — европейская перспектива. Пашинян обозначил сроки возможной заявки на членство в ЕС, одновременно признав, что полноценное участие в Евросоюзе несовместимо с членством в ЕАЭС. При этом немедленно выходить из последнего Ереван не собирается. Потому что экономика Армении остаётся тесно связанной с Россией и евразийским рынком. И чем ближе официальная заявка, тем труднее будет совмещать политические обещания с существующими экономическими обязательствами. Ну а третий — уголовное преследование Карапетяна. Карапетян располагает значительными финансовыми ресурсами, а его партия стала одной из основных площадок консолидации противников правительства. К тому же, прочие враги Пашиняна понимают, что будут следующими. ▪️ Есть и внешнеполитическое измерение. Баку заинтересован в юридическом закреплении результатов армяно-азербайджанского конфликта. Евросоюз хочет расширять политическое присутствие на Южном Кавказе. Турция – делать то же самое, только иными методами. А России, разумеется, не нужна подобная чехарда в своей зоне стратегических интересов. Поэтому внутренняя борьба вокруг Конституции неизбежно приобретает международное значение. Обозначив конкретные сроки подачи заявки в ЕС Пашинян запустил целый спектр политических реакций и последствий. На ближайшие год-два, Южный Кавказ будет очень оживленным местом. Во всяком случае, в политическом плане.

Неоконы и христианские сионисты вступили в информационный бой с Вэнсом Публикация Джей Ди Вэнса дала эффект, сродни брошенной в болото гранате: прямо сейчас разворачивается жесточайший конфликт между вице-президентом и влиятельными сторонниками жёсткой внешнеполитической линии и войны с Ираном. Причём спор быстро вышел за пределы оценки конфликта: фактически началась борьба за то, кто будет определять дальнейший курс партии и кого сделают ответственным за электоральный провал. Реакцию сторонников войны подробно разобрали в Институте Куинси. Особенно показательны несколько эпизодов. ▪️ Консервативный юрист Уилл Чемберлен ещё в апреле называл операцию против Ирана "геополитическим триумфом", утверждая, что к выборам она превратится в малозначительный эпизод. После голосования он же признал войну катастрофически непопулярной и призвал её закончить. Известный радиоведущий Марк Левин, близкий к Трампу, ещё в сентябре утверждал, что иранская тема интересует лишь около 4% избирателей, а накануне выборов заявил, что "что бы ни случилось на промежуточных выборах, Иран, похоже, никак не повлияет на их исход".  После поражения конгрессвумен Нэнси Мейс, первоначально поддерживавшая войну, публично обвинила Левина в том, что его позиция способствовала республиканскому провалу. Левин ответил Мейс, назвав ее "одной из самых психически неуравновешенных самовлюбленных особ, когда-либо заседавших в Конгрессе", и добавил, что "мы проиграли вчера вечером по многим причинам, в том числе из-за таких бесполезных, самовлюбленных бездельников, как вы. Скатертью дорога, чокнутая". ▪️ Не менее характерна позиция Ребекки Хайнрихс из Hudson Institute — нежелательного в РФ аналитического центра, получающего финансирование, в частности, от Boeing, Lockheed Martin, Raytheon и других оборонных корпораций. Хайнрихс предложила объяснять поражение "недостаточной решительностью" Трампа и чрезмерным вниманием к дипломатии. По её мнению, после начала войны следовало довести военную операцию до результата, а публичное обоснование поручить Марко Рубио. ▪️ Бывший пресс-секретарь правительства Израиля Эйлон Леви поспешил заявить, что "мы не являемся причиной ни одной из ваших проблем" и добавил, что "невозможно отделить" эти настроения "от многомиллиардной дезинформационной войны, которую ведут противники Запада". ▪️ Кроме возникшего внутрипартийного кризиса у республиканцев, появился ещё один. Влиятельные комментаторы, экспертные центры и внешнеполитические лоббисты могут участвовать в формировании решений, однако за их последствия отвечают политики. После потери Конгресса возникает закономерный вопрос: почему группы, не несущие прямой ответственности перед избирателями, должны сохранять прежнее влияние на решения, которые оборачиваются поражением партии? Вэнс фактически ставит этот вопрос перед сторонниками войны, требуя объяснить, оправдывают ли её результаты потерю законодательной власти на следующие годы. ▪️ Разгром на выборах поставил перед республиканцами проблему — внешнеполитические амбиции обходятся собственной экономике всё дороже, и это создает проблемы на выборах. Для сторонников интервенционизма, стратегические задачи могут оправдывать даже значительные внутриполитические издержки. Но в логике, которую теперь публично предлагает Вэнс, потеря доверия собственных избирателей сама становится очевидной причиной пересмотреть стратегию.

WSJ: хуситы выставили Саудовской Аравии счёт на $51 млрд   После того как поддерживаемые Ираном хуситы в Йемене атаковали саудовские нефтяные танкеры в Красном море и захватили территорию, контролирующую стратегический Баб-эль-Мандебский пролив, королевство вышло на связь с группировкой, чтобы узнать, сколько будет стоить "договориться", пишет WSJ.   ▪️ Издание сообщает, что в ответ хуситы выставили счёт на $51 млрд, который должен покрыть расходы на годы саудовских ударов и долгую блокаду. Кроме того, они потребовали от КСА официально признать их законной властью Йемена. В качестве наглядного аргумента обоснованности требований – хуситы продвигаются к Адену, портовому городу, где находится резиденция международно признанного правительства Йемена, союзника Саудовской Аравии. До Адена осталось 80 километров. Положение у королевства сложное. Эффективность ВВС ограничена, на наземную операцию нет сил, а политические последствия могут быть плохими. Союзников в Йемене мало: ОАЭ вышли из антихуситской кампании, Пакистан отказался наносить удары по йеменской территории, а Турция пока не ратифицировала Мекканский пакт. США не оказывают прямой военной поддержки. Египет в октябре одобрил отправку военной помощи Саудовской Аравии, хотя президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси заявил, что любая миссия будет только оборонительной. В таких условиях, решить дело деньгами (и не самыми большими) действительно может оказаться хорошим вариантом.   ▪️ Такой подход мы предлагали ещё 7 октября: "Эр-Рияду следовало бы развернуть свою внешнюю политику в отношении хуситов на 180 градусов и любыми способами попытаться установить мир или хотя бы перемирие. Вплоть до одностороннего прекращения огня и выхода на переговоры. Затяжная война может подвести королевство к краху".   Можно добавить, что даже унизительный мир в виде выплаты компенсации хуситам для Саудовской Аравии лучше продолжения войны. Другое дело, что такой подход вряд ли примут США и Израиль. У них свой сценарий, и примирение саудитов с хуситами в него не вписывается. Американо-израильской коалиции нужно не нейтральное королевство, а активный участник войны с иранской "Осью сопротивления", пусть даже ценой собственного разрушения. Надо также понимать, что США и Израиль, начав новую активную фазу войны против Ирана, могут сорвать любые договорённости между Эр-Риядом и хуситами.

В ЕС надеются на возобновление прямого финансирования Украины со стороны США   Европейские правительства надеются хотя бы на некоторое финансовое облегчение, когда демократы вернули себе контроль над Конгрессом, пишет Politico. Издание, со ссылкой на дипломатов европейских стран, уточняет, что контроль демократов над Палатой представителей и Сенатом по-прежнему мало что может сделать для сдерживания Трампа. Но они видят в этом новые возможности для продвижения собственных интересов. И на первом месте в этом списке: оказание давления на членов Конгресса, ответственных за выделение бюджетных средств, с целью восстановления поддержки Украины.   ▪️ По данным газеты, многие иностранные правительства надеются, что республиканцы в Конгрессе станут более склонны к компромиссам с демократами — и более открыты к аргументам иностранных правительств — по мере того, как их влияние на Капитолийском холме уменьшится. Она приводит слова европейского дипломата: "Наличие в Конгрессе большего числа представителей Демократической партии, которые будут категорически против сближения с Россией и смогут сдерживать принятие бюджетов, станет преимуществом".   В целом чаяния европейцев понятны: им хочется, как при Байдене, снова делить с США бремя расходов на ведение войны с Россией через Украину. С 2022 по 2024 год на военную и финансовую поддержку Киева Вашингтон одобрил $183,58 млрд, включая последний крупный пакет в $60,78 млрд (апрель 2024 года). В 2025 году одобренные ассигнования на военную и финансовую помощь составили всего лишь $3,92 млрд.   ▪️ В ближайшие два месяца Европе ничего не светит, так как обновлённый состав Конгресса США приступит к работе только с 3 января. А далее у Трампа есть право вето, для преодоления которого Конгрессу необходимо выполнить одно ключевое конституционное условие: набрать две трети голосов в обеих палатах. Вероятность такого сценария невелика.   Главная же причина кроется не столько в расхождениях демократов и республиканцев по вопросам финансирования Украины, сколько в общем состоянии финансов США и в перенапряжении мирового гегемона. Кроме Европы, у Белого дома подвис вопрос с Ираном — стратегический тупик, и он потребляет ресурсы даже в пассивной фазе, не говоря уже о планах на ещё одну военную кампанию. Развёртывание в Азиатско-Тихоокеанском регионе, восполнение запасов на складах, военная помощь Тайваню тоже требуют средств.   Администрация Трампа раньше демократов поняла пределы американской мощи. Поэтому активно стала сбрасывать войну на Украине на плечи европейцев. А "иранский урок" стал для Белого дома показательным. Так что словесных баталий между демократами и республиканцами будет много, вот только гегемон подустал и его ресурсы не беспредельны. Реалии против ожиданий — в том числе и европейских.

НАТО тщательно целится бить в глубь России   На фоне войны на Украине НАТО пересматривает свою стратегию, пишет The Wall Street Journal. На первом в истории альянса мероприятии Deep Strike Symposium (!) под руководством главкома НАТО в Европе Алекса Гринкевича обсуждалась концепция "сдерживания путём воспрещения" (Deterrence by Denial). То есть, нанесением высокоточных ударов по военным базам, складам и промышленным объектам в глубоком тылу России. Так как "для предотвращения российского нападения недостаточно остановить войска на границе".   ▪️ Ключевой элемент этого плана — дальнобойное высокоточное оружие: крылатые ракеты Tomahawk, Storm Shadow, Scalp, Taurus, баллистические ракеты ATACMS и PrSM, а также недорогие крылатые ракеты новых проектов (не менее 48 разработок в Европе и США).   WSJ приводит ряд цитат высокопоставленных натовских военных. Польский генерал Иренеуш Новак прямо указывает: "В случае конфликта с Россией мы определённо захотим нанести удар по оборонно-промышленной базе", добавляя, что точечные удары на большую дистанцию — это средство сдерживания. По его мнению, если бы Украина обладала такими возможностями в начале войны, боевые действия не "привели бы к окопным боям, как в Первой мировой войне". Таким образом, НАТО берёт на вооружение украинский подход "поражения лучника, а не защиты от стрел".   ▪️ В то же время ряд экспертов выражает скептицизм. Например, военный аналитик Нико Ланге отмечает: "Существует разрыв между разумным военным планированием для защиты от России, которое, безусловно, включает наступательные элементы, и политическими лицами, принимающими решения, которые считают, что оборона сводится лишь к возведению стены или подготовке стены из беспилотников".   А Фабиан Хоффман из Норвежского института оборонных исследований предупреждает: "Нежелательно оказаться втянутым в конфликт высокой интенсивности, где противник обладает обширным арсеналом средств нанесения ударов на большие расстояния, и при этом не иметь таких же возможностей у себя".   ▪️ По существу, Deep Strike Symposium не был какой-то научной конференцией. Речь идёт о конкретном военном планировании. Он проводился в Верховной ставке ОВС НАТО в Европе (SHAPE), кроме верховного генералитета НАТО присутствовали национальные военачальники, а также представители ВПК. Тактика высокоточных ударов в глубь российской территории уже отрабатывается НАТО через Украину — с использованием разведки целей, целеуказания и наведения со стороны альянса. Вопрос лишь в том, когда Россия начнёт отвечать не только по украинской территории, но и по территории стран НАТО. Например, тех же стран Прибалтики, воздушное пространство которых, а потенциально и территория, используются для атак на Санкт-Петербург и Ленинградскую область.   Кроме того, Россия должна принимать во внимание превосходство НАТО в обычных вооружённых силах. Конвенциональный конфликт с НАТО будет не в нашу пользу. Российским средством сдерживания на Европейском ТВД всегда было нестратегическое (тактическое) ядерное оружие. И в данном случае натовский "лучник" должен быть поражён ядерным ударом.

Игра Вэнса: путь к президентству или спасение республиканского лагеря Поражение республиканцев на промежуточных выборах в США стало поводом для первого серьёзного публичного сигнала внутри Белого дома. Вице-президент Джей Ди Вэнс вступил в борьбу за объяснение провала на выборах — и сделал это весьма хитро. ▪️ В публикации в X от 4 ноября Вэнс обращает внимание: проблема республиканцев заключалась не столько в недостаточной явке сторонников, сколько в изменении их политического поведения. По его утверждению, многие американцы, голосовавшие за Трампа в 2024 году, пришли на участки и в 2026-м, но поддержали демократов. Если избиратель остаётся дома, его можно попытаться вернуть мобилизационной кампанией. Если он сознательно голосует за противника, речь идёт уже о кризисе доверия к самой политике. Вэнс ссылается на опросы, по которым перешедшие к демократам избиратели якобы назвали четыре условия возвращения: прекращение войны, снижение цен, возврат к принципу America First и изменение отношений с Израилем. "Якобы", потому что методологии исследований никто не видел, а независимые опросы показывают более сложную картину. ▪️ Но Вэнс не просто описывает причины поражения, а предлагает выгодную определённой части республиканцев политическую версию произошедшего. Сведение главной причины к войне позволяет избежать пересмотра значительной части внутренней программы Белого дома — экономической политики, протекционизма, миграционных ограничений. Проигрыш объясняется не системной несостоятельностью проекта MAGA, а отступлением от его исходных принципов. Это существенно упрощает задачу восстановления партийной коалиции. Не требуется признавать ошибочность всего курса, на котором Трамп победил в 2024 году. Достаточно обозначить отдельные ошибочные решения, нарушившие прежние обещания, и больше так не делать. ▪️ Упоминание Израиля здесь важно прежде всего в контексте американской политики. Вэнс представляет пересмотр отношений с ним как запрос части собственного электората республиканцев. Фактически возникает возможность формирования внутри MAGA самостоятельного политического направления, для которого отказ от дорогостоящих внешних обязательств становится не второстепенным вопросом, а базой. Вэнс считается одним из потенциальных участников президентской гонки 2028 года. При этом он находится в сложном положении: как действующий вице-президент несёт политическую ответственность за результаты Белого дома, но не обладает полномочиями самостоятельно определять её курс. Поэтому его выступление можно рассматривать как попытку разграничить ответственность за принятые решения и за их последствия. ▪️ Но ещё интереснее реакция самого Трампа. Он назвал заявление Вэнса "хорошим", а Дональд Трамп — младший, близкий к Вэнсу, публично поддержал публикацию. По данным Washington Post, Трамп был проинформирован о готовящемся выступлении. Вэнс решает две задачи, совмещая "собственную шерсть с государственной". Трамп защищает своё президентское решение, а Вэнс получает возможность критиковать его последствия и работать с разочарованной частью электората, который нужно сохранить для президентской кампании республиканцев 2028 года. Попутно, Вторая — Вэнс начинает самостоятельное позиционирование, пока не затрагивая личный авторитет президента. Показательно также поведение оппонентов Вэнса. Поражение превращается в инструмент перераспределения влияния внутри правящей команды. Марко Рубио, которого рассматривают в качестве потенциального соперника Вэнса в 2028 году, пока не предложил собственной оценки поражения. А Пит Хегсет оказывается в уязвимом положении как один из главных сторонников войны, которого теперь могут сделать ответственным за её политические издержки.

Украина остаётся в предбаннике ЕС. И Брюссель не спешит открывать дверь Еврокомиссар по расширению Марта Кос фактически отказалась назвать даже ориентировочную дату вступления Украины в ЕС. По информации Rapporteur, Киев уже отстаёт от Молдавии в выполнении требований ЕС. Более того, если Кишинёв потенциально способен завершить переговоры о вступлении к началу 2028 года, то для Украины даже конец 2028-го рассматривается как амбициозная цель. И это сроки завершения переговоров, а не получения членства. После них ещё потребуется согласие всех государств ЕС и ратификация договора. В переводе с брюссельского дипломатического языка: политическое обещание Украине сохраняется, но никаких обязательств по срокам его исполнения Евросоюз на себя брать не собирается. ▪️ В этой истории есть три обстоятельства, которые заслуживают большего внимания, чем сама очередная отсрочка. Украина перестаёт быть безусловным приоритетом расширения. В 2022 году Киев и Кишинёв практически одновременно получили статус кандидатов. Их движение в ЕС долго рассматривалось как политически связанный процесс. Теперь Молдавия объективно продвигается быстрее: согласно опубликованной дорожной карте, в 2027 году она может предварительно закрыть более 20 переговорных разделов, тогда как Украина — семь. Евросоюз сохраняет за собой право определять условия украинского будущего. Киеву предъявляются требования относительно судебной системы, борьбы с коррупцией, функционирования демократических институтов и прав национальных меньшинств. Все эти требования формально соответствуют стандартной процедуре вступления. Однако одновременно они дают Брюсселю постоянно действующий механизм давления на украинские власти. Евросоюз может открывать и закрывать переговорные разделы, предоставлять финансовую помощь, требовать кадровых и институциональных изменений, не принимая Украину в свой состав. А, главное, членство Украины — это не только вопрос политической солидарности, но и огромный финансовый счёт. Полноценное присоединение потребовало бы пересмотра сельскохозяйственных субсидий, региональных фондов и других расходов бюджета ЕС. Потребовалось бы также решать вопросы границ, военных гарантий и долгосрочного восстановления страны. При этом Брюсселю уже приходится искать средства на текущую поддержку Украины. ▪️ Что из этого следует? Европа Украину, добром и в живом виде, не отпустит. Тем более, что у ЕС есть возможность получить значительную часть преимуществ Украины без необходимости принимать её в свои ряды. Украина уже ориентирует законодательство, технические стандарты, торговую и регуляторную политику на европейские требования. Европейские компании получают перспективу участия в восстановлении страны, а Брюссель — растущее влияние на её внутренние решения. И это не говоря о сохраняющемся потенциале Украины, как антироссийского рычага.

Трампа рано хоронить, а поражение республиканцев — не равно концу MAGA Если сопоставить оценки политических СМИ США с реакцией европейских изданий, картина после выборов в США получается сложнее, нежели "конец эпохи Трампа". Хотя Reuters называет выборы "масштабным отказом избирателей от политики Дональда Трампа", а CNN — "исторической демократической волной". ▪️ В США голосовали против Трампа, но не обязательно за демократов. Это, пожалуй, главное обстоятельство. Associated Press отмечает, что значительная часть электората недовольна одновременно и состоянием экономики, и действиями Трампа, и самой Демпартией. Le Monde делает ещё более показательный вывод: Трамп растратил политический капитал, полученный в 2024 году, но основной причиной поражения стали проблемы с уровнем жизни, а вовсе не массовое желание вернуть демократов. Экономическая тема прослеживается практически во всех публикациях. Высокие цены на бензин, инфляция, тарифы, удорожание товаров и затяжная война с Ираном оказались гораздо важнее традиционных культурных конфликтов, на которых республиканцы строили значительную часть своей кампании. The Wall Street Journal рассматривает выборы прежде всего через провал экономических обещаний Трампа. The Guardian, напротив, видит в результатах неприятие самого движения MAGA, хотя и признаёт, что демократы победили без единой идеологической платформы. ▪️ Это важное различие. Если американцы отвергли идеологию Трампа, речь может идти о долгосрочном изменении политических предпочтений. Если же они "наказали" Белый дом за цены, то это прежде всего электоральная реакция на конкретные раздражители. И далеко не факт, что она сохранится в прежнем виде через два года. На правом Fox News называют результаты катастрофическими и открыто обвиняют Белый в войне с Ираном, вступившей в противоречие с обещаниями Трампа избегать дорогостоящих зарубежных авантюр. Немецкая Die Welt приводит заявления республиканских стратегов о необходимости максимально дистанцироваться от президента. Показателен материал Axios, где обнаружили: упоминания Трампа в роликах республиканских кандидатов в Палату представителей сократились с 66% на праймериз до 3% на всеобщих выборах. Кандидаты ещё до голосования понимали, что близость к Трампу становится электоральной проблемой, хотя публично предпочитали этого не признавать. ▪️ Борьба за партийное руководство уже начинается. Axios сообщает, что после поражения под вопросом оказалось положение Майка Джонсона, а республиканские конгрессмены обсуждают замену руководства фракции. Выборы партийных лидеров назначены на 10 ноября. Но здесь возникает нюанс, на который обращает внимание Axios. Трамп практически вытеснил из Республиканской партии наиболее влиятельных публичных противников. Поэтому поражение на выборах ещё не означает, что внутри партии будет кому перехватить у Трампа партийные рычаги. Сохранившаяся республиканская фракция может оказаться даже более лояльной Трампу, поскольку наиболее самостоятельные политики покинули её раньше. Financial Times рассматривает поражение как серьёзный кризис политического проекта Трампа. Однако падение его популярности ещё не решает проблему общественного спроса на те меры, которые ассоциируются с Трампом. ▪️ Ближний Восток интересует простой вопрос: удастся ли остановить новую войну с Ираном? Al-Monitor рассматривает победу демократов через возможность ограничить финансирование военных операций и полномочий Трампа. Израильская пресса связывает результаты американских выборов с невозможностью формирования правительства во главе с Нетаньяху. Политическая близость которого к Трампу становится проблемой для отношений Израиля с США. Пока в западных СМИ отчётливо формируется дискуссия не о возврате времени "как при дедушке Байдене", а о завершении периода, когда Трамп мог сразу опираться на Белый дом и подконтрольный ему Конгресс. Это разные вещи. Демократы получают возможность блокировать и расследовать, но ответственность за внешнюю политику и её последствия в значительной степени продолжит нести Трамп.

Foreign Affairs: у победивших демократов есть разногласия по Китаю — насчет русофобии полный консенсус Материал Томаса Райта в Foreign Affairs от 3 ноября 2026 года интересен не столько описанием разногласий внутри Демократической партии, сколько фактическим признанием: даже возвращение демократов в Белый дом уже не позволит восстановить прежнюю американскую внешнюю политику. Автор — бывший руководитель стратегического планирования Совета национальной безопасности при Байдене. Поэтому статью стоит рассматривать не только как анализ, но и как попытку сформировать внешнеполитическую повестку демократов перед выборами 2028 года. ▪️ Райт подчеркивает, что демократы больше не являются партией восстановления старого мирового порядка. Байден уже отказался от классической глобализации в пользу промышленной политики, технологического протекционизма и стратегического соперничества с Китаем. Трамп радикализировал разрыв, но не создал его с нуля. Возвращение к модели 1990–2010-х годов практически исключено. Главный раскол проходит не между сторонниками и противниками американского доминирования, а между двумя способами его сохранения. Центристы из демократов хотят восстановить американскую мощь, укрепить союзы и управлять геополитической конкуренцией. Прогрессисты считают, что стремление к глобальному превосходству истощает ресурсы США. Они предлагают ограничить внешние обязательства и сосредоточиться на внутренних проблемах, технологических угрозах и международном сотрудничестве.Отдельная группа сторонников стратегической сдержанности предлагает сократить зарубежное военное присутствие, не отказываясь от защиты ключевых американских интересов. ▪️ Но в отношении России принципиального раскола нет. Оба основных лагеря Демпартии поддерживают НАТО, помощь Украине и противодействие внешней политике РФ. Следовательно, даже приход условных прогрессистов не означает автоматического смягчения американского курса в отношении Москвы. Центристы рассматривают Пекин как основного конкурента США. Прогрессисты допускают более глубокое экономическое сотрудничество, ограничение технологической гонки и договорённости по искусственному интеллекту. Но даже они выступают против китайского доминирования в промышленности и поддерживают защиту американского производства. Спор идёт преимущественно о масштабах ограничений, отношении к союзникам и распределении государственных субсидий. ▪️ Израиль и Ближний Восток, полагает Райт,  могут стать областью наиболее резкого разрыва с политикой Байдена. Внутри партии усиливается поддержка давления на Израиль, ограничения военной помощи и сокращения американского присутствия в регионе. Это потенциально высвобождает ресурсы для других направлений — прежде всего азиатского. Россия может столкнуться с разрушением традиционной схемы: чем острее противостояние США и Китая, тем лучше для России. Вашингтон вынужден распылять ресурсы, Пекин заинтересован в российском сырье и стратегическом партнёрстве. ▪️ Но если демократы договорятся с Китаем хотя бы о частичной стабилизации отношений — в торговле, технологиях, искусственном интеллекте, — у Пекина появится возможность уменьшить зависимость от стратегического партнерства с Москвой. А вот важность для России китайского рынка, оборудования и финансовых каналов – сохранится. Для России важнее всего не то, кто займёт Белый дом, а как будущая администрация перераспределит усилия между Китаем, Европой и Ближним Востоком. Именно это будет определять комфорт российского внешнеполитического и экономического манёвра.

Европа не успевает перевооружиться к 2030 году. Что это меняет для России? В Еврокомиссии опасаются, что ЕС не успеет подготовиться к военному конфликту к 2030 году, сообщил брюссельский портал Rapporteur.  В связи с этим Еврокомиссия намерена потребовать от стран ЕС "сделать еще больше по повышению устойчивости, готовности и военных возможностей". Предупреждение содержится в проекте рабочей программы Еврокомиссии на 2027 год. Несмотря на увеличение военных расходов, европейские страны пока не обеспечивают необходимых темпов перевооружения. ▪️ Это уже не первое подобное предупреждение. 24 сентября Reuters опубликовал выдержки из доклада Европейского оборонного агентства (EDA). Его авторы признали, что существующие национальные планы не позволяют гарантированно устранить дефицит систем ПВО, сухопутных вооружений, боеприпасов и других критически важных возможностей к установленному сроку. Проблема ЕС уже не сводится к недостатку денег. По данным EDA, военные расходы стран Союза достигли €418 млрд в 2025 году и могут увеличиться до €547 млрд к 2029-му. Но дополнительные миллиарды ещё нужно превратить в заводы, оружие, обученные подразделения, запасы и транспортную инфраструктуру. ▪️ Главное препятствие евромилитаризации — раздробленность военного планирования. Оружие закупают 27 государств с различными бюджетами, промышленными интересами и представлениями об угрозах. Еврокомиссия может предоставлять финансирование и координировать программы, но основные решения остаются за национальными правительствами. Масштаб отставания уже можно измерить. По оценке Atlantic Council (нежелателен в РФ) от 15 октября, из 45 контрольных мероприятий европейской программы 15 выполнены или идут по графику, 17 отстают, а по 13 нет достаточной информации. При этом военное производство действительно растёт. Согласно сентябрьскому исследованию IISS, европейские мощности по выпуску 155-мм боеприпасов увеличились в 5 раз с 2022 года. Но сохраняются дефициты личного состава, ПВО, транспортной инфраструктуры и систем обеспечения. ▪️ Здесь возникает политико-экономический конфликт. Чтобы быстрее перевооружиться, европейцы могут закупать готовые системы в США. Чтобы избавиться от американской зависимости, необходимо размещать заказы у собственных производителей, которым зачастую требуется время на увеличение мощностей. Первая стратегия обеспечивает более быстрые поставки, вторая — промышленную самостоятельность. Одновременно добиться обеих целей гораздо сложнее. Для России принципиально, что эти трудности не остановят европейское перевооружение. Скорее они изменят его структуру. Брюссель может отказаться от равномерного развития всех направлений и сосредоточить ресурсы на нескольких критических возможностях: противовоздушной обороне, беспилотниках, боеприпасах, логистике восточного фланга. ▪️ Отдельное значение имеет Украина. Европейские оборонные программы уже предусматривают использование украинского боевого опыта и технологий. Это позволяет получать практические результаты ещё до завершения общей программы перевооружения. Поэтому российская оценка не должна сводиться к тому, что Европа не готова к самостоятельному крупному конфликту. Она может оставаться зависимой от США и одновременно существенно расширять возможности военной поддержки Украины. 2027 год станет первой серьёзной проверкой. Согласно дорожной карте Еврокомиссии, к концу года на совместные закупки должно приходиться не менее 40% оборонных приобретений, а также предполагается формирование общеевропейского пространства военной мобильности. О чём мы сообщали ранее. Если государства не смогут согласовать закупки и правила передвижения войск, значительная часть проблем сохранится независимо от дальнейшего увеличения расходов.

CEPA: симбиоз западных компаний и украинской разведки уже требует отдельных законов Западные частные компании встроены в критически важные элементы украинской разведки, настолько глубоко, что им уже нужно отдельное законодательство. Этим обеспокоен Илья Тимченко из Центра анализа европейской политики (CEPA, нежелателен в РФ). ▪️ Автор фактически признаёт, что часть разведывательного суверенитета Украины уже перешла к коммерческим структурам, преимущественно западным. Возвращать его, конечно, никто не думает. Задача - институционально оформить сложившуюся зависимость. В качестве примеров названы американские Vantor (бывшая Maxar Intelligence) и Palantir Technologies. Первая предоставляет спутниковые изображения и геопространственную аналитику, вторая — программные инструменты обработки и интеграции информации. Примечательно, что речь идёт уже не о технической помощи, а о перераспределении разведывательных полномочий за пределы государства. Более того, иностранные компании подчиняются юрисдикциям других стран. Поэтому их правительства потенциально способны ограничивать доступ Украины к критически важным данным. Или, что вернее, использовать этот поток данных и их интерпретацию для направления Украины в нужную сторону. ▪️ Тимченко перечисляет незавершённые реформы украинских спецслужб: закон о национальной безопасности 2018 года, закон о разведке 2020 года, зависшую с 2021 года реформу СБУ и законопроект о международных военных компаниях, зарегистрированный в апреле 2024 года. Он ссылается и на доклад Еврокомиссии за 2025 год, где отмечалось отсутствие прогресса в реформировании СБУ. И требует как можно скорее синхронизировать существующие украинские нормы – и, при необходимости, создать новые – с соответствующим западным законодательством. Если бы кого-то интересовал вопрос суверенитета Украины, то описанная Тимченко ситуация была бы приговором украинской "незалежности". Точнее, очередным приговором, далеко не первым в ряду. Ну а с практической точки зрения, мы имеем очередное подтверждение полного взаимного проникновения украинских и западных технических корпораций и спецслужб. В этом симбиозе, Украине достается грязная работа и функция полигона технологий и разработок, результаты которых затем ложатся в основу дальнейшей антироссийской стратегии Запада.

Республиканцы проигрывают: ближайшие два месяца становятся исключительно важны Промежуточные выборы в США 3 ноября 2026 года окончились предсказуемо: республиканцы потерпели серьёзное поражение. Демократы получили контроль над Сенатом, впервые за долгое время выиграли сенатские выборы в ряде традиционно республиканских штатов и приблизились к большинству в Палате представителей. ▪️ Главное здесь даже не количество потерянных мандатов. Республиканцы лишились монополии на федеральную законодательную власть, которой пользовались в первые два года второго президентского срока Дональда Трампа. По данным Associated Press и Reuters на утро 4 ноября, в Сенате демократы обеспечили себе большинство, отобрав у республиканцев 6 мест. В Палате представителей демократы также перехватили ряд округов, но окончательное распределение мест ещё уточняется. В Техасе демократы впервые за 32 года завоевали губернаторский пост, в Джорджии — за 24 года, в Огайо и Айове — за 20 лет. Причём речь идёт не о традиционно колеблющихся территориях, а о штатах, где республиканцы на протяжении последних десятилетий практически монополизировали региональную исполнительную власть. ▪️ Главный политический сигнал: потери республиканцев распространились далеко за пределы обычных колеблющихся штатов. Это уже основание говорить не просто об электоральной коррекции в середине президентского срока, а о существенном изменении баланса власти в Вашингтоне. Экономика оказалась важнее идеологии. Почти 9 из 10 избирателей назвали стоимость жизни существенным фактором голосования, две трети возложили ответственность за высокие цены на Трампа, а 70% хотели бы усиления контроля Конгресса над президентом. Война с Ираном и тарифная политика администрации также воспринимались значительной частью опрошенных через рост повседневных расходов. В этом, однако, нет ничего удивительного. Внешнеполитическая активность Вашингтона не трансформировалась в убедительное для многих американцев улучшение материального положения. ▪️ Теперь меняется механизм власти. Демократическое большинство получает возможность контролировать бюджетный процесс, проводить парламентские расследования, блокировать законодательные инициативы и затруднять утверждение президентских назначенцев через Сенат. При этом Трамп сохраняет президентское вето, значительную часть исполнительных полномочий и инструменты самостоятельной внешней политики. С одной стороны, ослабевает возможность Трампа проводить собственную линию в отношении России без существенного противодействия Конгресса. Демократическое большинство способно добиваться новых санкций, усложнять переговоры, и усиливать давление на Белый дом по украинскому вопросу. Впрочем, для принятия многих законов потребуются согласование двух палат и подпись президента либо преодоление его вето. ▪️ Демократы традиционно активнее выступали за поддержку Киева, однако новое большинство не гарантирует автоматического увеличения помощи: бюджетные возможности ограничены, а внутрипартийные приоритеты неоднородны. В то же время пространство для российско-американских договорённостей, предполагающих значительные уступки со стороны Вашингтона, потенциально сужается. Поражение республиканцев не обязательно делает американскую политику более умеренной. Оно делает её менее централизованной. Новый состав Конгресса приступит к работе 3 января 2027 года. До этого формально сохраняются полномочия действующих палат. Поэтому ближайшие два месяца могут оказаться отдельным политическим этапом: у республиканцев остаётся ограниченное окно для проведения нужных им решений.