lе mоt dе lа fin | пoслeдниe cлoвa ⚢

Не говорите «надо прекратить детские браки», говорите «надо прекратить выдавать девочек замуж». Потому что ни одна женщина не хочет выйти замуж за маленького мальчика, это только мужчины хотят жениться и насиловать детинь.

Я люблю показывать на слона в комнате (порно) во время разговора, потому что предполагается, что ты не должна этого делать, и людини шокированы, но потом они всегда соглашаются со мной. «Мальчики-подростки опасны в наши дни» – это из-за порно. «Это не нормальное поведение» – это порнозависимость. «Кому-то еще некомфортно из-за образов?» – они вдохновлены порно. «То, как женщин характеризуют» – это порно-мифология. Типа, дамы, мы можем произносить это вслух. # как ни странно, я получаю только позитивные реакции и согласие людинь

📚 Эту и другие книги в нашем переводе можно скачать > здесь

#первые_слова «Заявление Фрейда, которое я анализировала в другом контексте, о том, что для женщин "анатомия — это судьба", неверно, так как неисторично и видит давнее прошлое в настоящем, не учитывая перемен с течением времени. Ещё хуже, что это заявление понимали как наставление на настоящее и будущее: будто анатомия не только является судьбой для женщин, но и должна  ею быть. Фрейд должен был сказать — анатомия когда-то была судьбой. Это заявление исторично и точно. То, что было, не является истиной сейчас и не обязано ею быть. С Мейясу и Ааби мы продвинулись от чистых теорий к рассмотрению подтверждённых антропологических данных о примитивных обществах в истории. Мы рассмотрели вещественные доказательства, такие как экология и климат, и демографические факторы и выделили их сложную взаимосвязь, которая повлияла на развитие изучаемого процесса. Мы никак не можем привести убедительные доказательства этих доисторических переходов, кроме как путём умозаключений и сравнения с тем, что мы знаем. Как мы увидим впоследствии, предложенную нами гипотезу объяснения можно проверить на соответствие на относительно более поздних исторических свидетельствах в разных точках. Опираясь на археологические свидетельства, мы можем быть уверены в нескольких фактах. В период аграрной революции относительно эгалитарные общества с разделением труда по половому признаку, основанным на биологической необходимости, сменились более структурированными обществами, для которых были типичны и частная собственность, и обмен женщинами, основанный на табу на инцест и экзогамии. Более ранние общества часто были матрилинейными и матрилокальными, тогда как более поздние в большинстве своём патрилинейны и патрилокальны. Свидетельств обратного процесса — перехода от патрилинейности к матрилинейности — нет. Для более сложных обществ было характерно разделение труда, основанное уже не только на биологических различиях, но также на иерархии и власти некоторых мужчин над другими мужчинами и всеми женщинами. Ряд учёных заключили, что этот переход совпадает с формированием древнейших государств [1]». Авторские примечания: [1] Райна Рэпп Райтер, статья "The Search for Origins: Unraveling the Threads of Gender Hierarchy", научный журнал Critique of Anthropology, изд. 3, номера 9—10 (зима 1977 г.), стр. 5—24; Роберт МакКей Адамс, The Evolution of Urban Society (Чикаго, 1966 г.); Роберт Карнейро, статья "A Theory of the Origin of the State", научный журнал Science, изд. 169, номер 3947 (август 1970 г.), стр. 733—738.ф — Герда Лернер «Сотворение патриархата» – Глава вторая. Рабочая гипотеза // Перевод le mot de la fin

Когда женщины обращают внимание на то, что "секс-работа" — это изнасилование, просвещенные левые снисходительно вздыхают, заявляя, что всякая работа, вообще-то, по определению принудительна и никто не любит свою работу. И вдруг ты понимаешь: они считают, ну или хотя бы верят, что есть какой-то подкласс женщин (если не все мы), для которых терпеть изнасилование для удовольствия мужчин — это обязанность. Ха. Видела однажды, как женщина на такое заявление ответила: "Представьте себе самого мерзкого покупателя в супермаркете или какой-либо забегаловке. А теперь представьте, что ему предоставилось засунуть в вашу задницу свой член. Теперь наглядно?" — и это до сих пор наиболее понятный довод для этих самодовольных уродов.

roadhogsbigbelly: Думаю, многие в интернете пишут что-то типа: «Секс-работниц-то я уважаю, но платят за секс только поехавшие со спермой вместо мозгов», потому что многие, кажется, невольно воспринимают желание половой близости как признак инцельства. Но я вам отвечаю — беда инцелов не в том, что они желают заниматься сексом с прекрасными женщинами, а в том, что они не считают женщин за людинь… надеюсь, понятно. tejuna: Экономическое принуждение человеки к занятию сексом её дегуманизирует, потому что покупатель перестаёт видеть в ней полноценную человеку с собственными желаниями и потребностями, чтобы превратить её в товар, таким образом, он перестаёт считать женщин за людинь… надеюсь, понятно. the-rad-menace: Клиенты знают, что проституированные женщины, которыми они пользуются, не захотели бы заниматься с ними сексом по собственной воле, без материального стимула. Это секс по экономическому принуждению. Секс по принуждению — это изнасилование. И точка. Большинство проституированных женщин хотят вырваться из индустрии; 89—92 %, на основании тех исследований, что я видела. Средний возраст входа в индустрию — примерно 13 лет. Торговля людинями, особенно сутенёрство, в тех странах, где покупка секса легализована, РАСТЁТ — потому что легализация повышает спрос на женщин в состоянии нищеты и (или) отчаяния, у которых нет иного выхода, а также снижает серьёзность последствий для сутенёров и (или) торговцев людинями. Покупателей секса НАДО стигматизировать. Было бы круто, чтобы у них на лбу было клеймо, чтобы женщины могли его видеть и избегать всех насильников среди нас.

Рандомная мысль, но что такое тамблер, если не крайне публичный дневник? Я просто ненавижу то, как неуважительно относятся к уборщицам. Людини буквально кидают мусор на пол и не поднимают сами, да вообще наводят ужасный срач, ведь «все нормально, уборщицы разберутся». Да как вы вообще смеете? Их работа в том, чтобы держать здание в чистоте, безопасности и санитарии для вас, а вы унижаете их, обоссывая седушку унитаза и разбрасывая по полу обертки??? Да, их работа убирать, но не надо делать ее сложнее, чем она уже есть? Просто сами поднимите. Я уронила на пол стекло в колледже и не могла безопасно убрать самостоятельно, поэтому мне пришлось позвать уборщицу, и как же мне было неловко, ведь как может НЕ быть неловко, когда ВЫ навели бардак, и другая людиня должна за вами убирать? И это ещё не все из того, с чем им приходится сталкиваться, ведь к ним постоянно относятся как к людиням низшего класса, будь то слова вроде «Надо хорошо учиться в школе, а не то вырасту и стану *уборщицей*», как будто они какие-то мерзкие и бесполезные создания, или же другие откровенно отвратительные и тупые вещи. Это ещё более вопиюще потому, что они обычно очень добрые. Уборщицы в моем колледже – это одни из милейших женщин, что я встречала. Но давайте начистоту, именно поэтому к ним так и относятся. Проблема в мизогинии, а уборщицы кто? Преимущественно женщины. Почти всегда это женщины среднего возраста или старше. Общество относится к женщинам, как к рабыням, мужчины уверены, что их матери обязаны за ними убирать, так с чего бы им ожидать иного от других женщин? С чего относиться к ним с добротой и уважением? Уборка – одно из самых тяжелых поприщ из всех существующих, а также одно из самых важных, но этот труд недостаточно оплачивается и считается чем-то не заслуживающим уважения, ведь только женщины готовы им заниматься, а на нас женщин обществу наплевать.

👁 Слепое пятно Мужского сопротивления 👁 На днях я участвовала в дискуссии о тюремной системе и фигуре Мартина Состре в анархистском политическом пространстве. Контекст предполагал высокий уровень критической рефлексии: разговор о насилии государства, институциональном контроле, репрессиях. Однако именно в этом пространстве особенно отчетливо проявилась проблема, которая и стала поводом для этого текста. Мужской бунт воспроизводит систему не только в массовой культуре – музыке, кино, уличной эстетике, – но и внутри сред, которые декларируют сопротивление ей. Там, где ожидается анализ власти, вновь возникает знакомая структура: требование действия без анализа собственной позиции, риторика борьбы без работы с тем, на чем эта борьба психически и материально держится. В результате высказывания теряют плотность и оставляют ощущение пустоты и не из-за отсутствия радикальности, а из-за отсутствия рефлексии. Мужское сопротивление почти всегда описывает себя как противостояние внешней системе. Государство, капитал, фашисты, либералы, «элиты», мигранты, евреи, ЛГБТ, «повестка» – перечень врагов варьируется в зависимости от идеологического лагеря, но сама схема остается неизменной. Система мыслится как нечто абстрактное и безличное, существующее «там», вне субъекта сопротивления. При этом материальные отношения зависимости, прежде всего гендерные, последовательно выносятся за скобки. Не анализируется то, что делает саму мужскую субъектность возможной: женский репродуктивный труд, эмоциональное обслуживание, сексуальная и бытовая доступность, исторически закрепленное право на женское тело и время. Именно это вытеснение и образует слепое пятно мужского сопротивления. Мужчина может бесконечно артикулировать собственную угнетенность, не признавая, что его позиция, даже в условиях классового, расового или политического давления, опирается на труд, тело и психику женщины. Пока эта опора остается невидимой, сопротивление не подрывает систему, а воспроизводит ее в инверсной форме. Этот текст – попытка рассмотреть, как и почему это слепое пятно возникает, какие исторические и психодинамические механизмы его поддерживают и по какой причине даже радикальные политические пространства оказываются к нему нечувствительными. https://telegra.ph/Slepoe-pyatno-Muzhskogo-soprotivleniya-01-12

Все эти общества имеют что-то общее. Угадайте, что. Если вы подумали, что они были «крайне патриархальными религиозными сообществами» и «женщины в них считались низшими существами в собственности мужчин», то вы угадали! Бинго! Хмм... все эти религиозные консерваторы так ненавидят идею проституции, но проституция и религия были неразрывно связаны испокон веков. Возможно, всё потому, что и религия, и проституция видят женщин как собственность мужчин и свято верят, что мужчинам секс положен по первому запросу. Вот. Это. Новости. Религия — детище мужчин. Мужчины создали божеств и сказали женщинам, что они должны заниматься сексом с незнакомцами, чтобы этих божеств «ублажить». Sabotage Times говорит, что это в общем-то неплохо, но этот позитивный подход ломается, если у вас есть хоть сколько-то понимания того, как на протяжении истории с женщинами обращались как с классом. Для тех читательниц, что не являются феминистками, женщины всегда считались мужской собственностью. Вся наша функция заключалась во вступлении в брак и вынашивания детей, сидя дома, делать супругов и родственников мужского пола счастливыми — высшая награда. Эти ценности на тысячи лет впивались в каждое общество. Если вы считаете, что современное общество возникло в вакууме и не является продуктом тех, кто жили до нас, то вы абсолютно не правы. Суть вот в чём: подавляющее большинство проституированных на протяжении истории — бесправные женщины и дети. Это женщины, являвшиеся собственностью своих отцов и братьев до того момента, пока не выходили замуж и не становились собственностью своих мужей, либо же становились проституированными, тем самым превращаясь в собственность сутенёров. Это были женщины, которым жизнь сулила только службу мужчине либо в его доме, либо в борделе. У них не было права голоса, публичности и выбора. Это женщины в безвыходном положении, которым пришлось продавать своё тело мужчинам, чтобы добыть пропитание. Это женщины, жившие в мире, в котором их тела не принадлежали им самим — они были объектами для мужчин. Это были женщины, которым постоянно говорили, что удовольствие — это базовое мужское право, ровно как и доступ к женскому телу в любой момент времени. Говорить, что «продавать и унижать себя ради выживания — это сильно», попросту жестоко. Проституция существует, потому что мужчины верят, что у них есть право на женское тело. Не потому, что у них есть «неутолимая жажда» или «право на секс». Потому, что она всегда верили и верят, что женщины существуют просто как приёмники членов. Проституция — одна из множества форм контроля и подчинения женщин. Такие людини существовали настолько давно, что многим и представить сложно, но параллели с современностью поражают. Ничего не поменялось, и множество женщин до сих пор так и живут. Ладно, вот мой развернутый ответ @ vdegucci о том, что его тейк попросту глупый и игнорирует множество факторов. Верить в то, что проституированная женщина в какой-либо мере освобождена и имеет какую-либо власть над мужчинами — крайне мизогинно. Первая проституированная женщина не была из-за этого сильной. Она была жертвой. Её наверняка заставили всё это делать, чтобы приносить мужчинам деньги. (2/2)

black-diaspora: «@vdegucci: Первая проститутка была настолько крута, что сказала просто: "Воу-воу, эта киска не бесплатная!"» — или она была проституирована против своей воли, ведь сама индустрия была основана мужчинами. Хватит романтизировать женское рабство. spencer-shayy: Меня это так переклинило, так что угадайте что? Правильно, готовьтесь к длиннопосту. Гугл выдал много результатов, но раздражающе большая их доля сводилась к либеральному дерьму в жанре «секс-работа — это работа» с оглядкой на эпоху Возрождения, ведь тогдашние куртизанки (богатые привилегированные женщины, занимавшихся сексом с крайне малым количеством мужчин, получая от них еще больше престижа и роскоши) были «так круты и хороши». Почему-то у всех вокруг аллергия на попытки заглянуть поглубже в анналы истории, ведь все резко решили, что мы не имеем ничего общего с людинями, что жили тысячи лет назад. А мы имеем очень много общего. Древнейшие людские цивилизации принадлежат к Африке и Азии. Месопотамия, долго существовавшая разнообразная цивилизация западной Азии (сейчас её земли занимают Ирак, Кувейт, Сирия, частично — Саудовская Аравия и Турция), известна как «колыбель цивилизации». Они изобрели колесо, земледелие, ирригацию, математику, картографию, одну из древнейших форм письма, саму концепцию времени, и всё это более 6 тысяч лет назад. Месопотамия, Египет, Китай, Индия — здесь и надо искать истоки человеческого общества. Источники гласят, что секс-индустрия зародилась в Месопотамии в формате «священной проституции». Заявлять это с 100% уверенностью нельзя, ведь сведения до нас донёс Геродот, крайне ненадёжный древнегреческий историк, но пока что представим, что так всё и было. «Месопотамские религиозные практики породили проституцию, так как жрицы Иштар/Астарты помогали мужчинам, вносившим пожертвования в храм, "священными" силами их тел». Заявляется, что проституция зародилась как «служение» богине Иштар. Религия, значит. «Аналогично, [Геродот] рассказывает о сирийках, что предлагали свои тела за деньги, чтобы они смогли отдать их своей богине любви, Астарте». Хммм... заниматься сексом за деньги со странными мужиками, потом отдавать эти деньги кому-то ещё... вот те на, происходившее шесть тысяч лет назад звучит прям как современный траффикинг! Но не только Месопотамия известна существованием секс-индустрии. Да-да, мы тут инклюзивные. «Первое упоминание проституции в Библии упоминается в Книге Бытия, где Иуда — один из двенадцати сыновей Иакова, потомка Авраама — по иудейскому обычаю заплатил за Тамарь, чтобы выдать её за своего старшего сына». «В классическую эру Древней Греции существовали порнаи — рабыни варварского происхождения; начиная с эллинистической эры к ним можно отнести ещё и девочек и юных женщин, покинутых своими отцами-гражданами». Слово порнаи также означает «продавать», ведь владели ими сутенёры того времени. И да, именно отсюда происходит слово «порнография». «Во времена Римской империи, однако, проституированные женщины были преимущественно представлены переполненным классом рабынь». «Несмотря на то, что ислам запрещает проституцию, сексуализированное рабство всё равно существовало». «Однако сексуализированное рабство не считалось проституцией и было широко распространено в арабской работорговле в Средние века и раннее Новое время». «Многие проституированные женщины в Китае либо были проданы в индустрию, либо вступили по своей воле. Из-за недостатка экономического благосостояния родители не могли прокормить все рты в доме и зачастую продавали своих дочерей в индустрию». В Индии девочек и женщин, которые посвящали жизни служению божествам или храмам, называли девадази. Они были образованными куртизанками, которые становились наложницами богатых мужчин. Однако «уничтожение храмов началось мусульманскими захватчиками с северо-западных земель во втором тысячелетии нашей эры, и распространилось вскоре по всей стране. Статус храмов очень быстро упал, они становились всё беднее, теряли покровителей, разрушались, а девадази обрекались на жизнь в бедности, отчаянии и, во многих случаях, проституции». (1/2)

«Мужчинам тяжело даëтся эмпатия» — мужчинам нормально даëтся эмпатия, когда речь заходит о насильниках, жизнь или карьера которых может слегка сойти с рельс из-за тюремного заключения. Они понимают эмпатию, когда их «братанов» бросают. Они понимают эмпатию, когда их приятели не достигают целей по работе. Они просто не могут и капли эмпатии посвятить женщинам.

Red-Lightniing: Школы заточены под женщин и девочек с самого начала. Не факт, что это происходит специально, но мальчики и девочки очевидно разные, у них разные образовательные нужды, и они преуспевают в разном окружении. Нынешнее окружение все больше подходит женщинам, и в основном ответственно за то, что женщины обгоняют мужчин в образовательных достижениях на душу населения. anyathemisandrist: Меня так бесит, когда людини говорят такое. Вся образовательная система была создана мужчинами и для мужчин. Женщинам сотни лет не позволялось получать образование. В определенных странах женщинам все еще не позволяется получать образование. Каждый раз, когда женщины лучше мужчин в чем-то, они винят «систему».

📚 Эту и другие книги в нашем переводе можно скачать > здесь

#первые_слова «Датский антрополог Петер Ааби подчёркивает, что свидетельства Мейясу были во многом основаны на европейской модели, включая взаимодействие растениеводства и животноводства, и на примерах индейцев с равнин Южной Америки. Ааби приводит случаи, к примеру, австралийских охотничьих племён, где контроль над женщинами есть, а растениеводства нет. Далее он приводит как пример растениеводческого общества, не перешедшего к мужскому доминированию, ирокезов — у них женщин не овеществляли и не подчиняли. Он заявляет, что в благоприятных природных условиях возможно сохранять демографический баланс внутри племени, не приводя женщин извне. Определяющими или критическими факторами являются не только продовольственные отношения, но также "экология и социобиологическая репродукция... " [1]. Так или иначе, в силу того, что все земледельческие общества овеществляли женскую, а не мужскую репродуктивную функцию, следует заключить, что такие системы в плане расширения и присвоения излишков имеют преимущество над системами, основанными на комплементарности полов. В последних никак невозможно заставить производительниц и производителей увеличить количество производимого. Орудия труда нового каменного века были относительно простыми, сделать их могла кто угодно, и земли хватало всем, поэтому никто не стремилась присваивать себе ни орудия, ни землю. Однако если условия окружающей среды и нерегулярность биологической репродукции угрожают выживанию группы, людини будут стремиться найти больше воспроизводительниц — то есть женщин. Присвоение мужчин, например, взятие их в плен (что происходит лишь на более поздних этапах), попросту не может обеспечить выживание группы. Так, первое присвоение частной собственности состоит в присвоении труда женщин как воспроизводительниц [2]. Ааби заключает: "Связь между овеществлением женщин с одной стороны и государством и частной собственностью с другой диаметрально противоположна тому, что предлагает Энгельс, его последовательницы и последователи. Без овеществления женщин как исторической социокультурной особенности возникновение частной собственности и государства не поддавалось бы объяснению" [3]. Если следовать аргументации Ааби, которая мне кажется убедительной, следует заключить, что в ходе аграрной революции эксплуатация человеческого труда и половая эксплуатация женщин стали неразрывно связаны». Авторские примечания: [1] Петер Ааби, статья "Engels and Women", научный журнал Critique of Anthropology, изд. 3, номера 9—10 (зима 1977 г.), стр. 39—43. [2] Там же, стр. 44. Объяснение Ааби также допускает необъяснимый тезисами Мейясу случай обществ, развитие которых произошло напрямую от относительно эгалитарного разделения труда между полами к патриархальному превосходству из-за длительных военных действий. Примером служит развитие цивилизации ацтеков, описанное Джун Нэш в статье "The Aztecs and the Ideology of Male Dominance", научный журнал SIGNS, изд. 4, номер 2 (зима 1978 г.), стр. 349—362. Об обществе инков пишет Ирэн Сильверблатт в статье "Andean Women in the Inca Empire", научный журнал Feminist Studies, изд. 4, номер 3 (октябрь 1978 г.), стр. 37—61. [3] Ааби, "Engels on Women", стр. 47. Стоит отметить, что аргументация Ааби поддерживает эволюционный тезис Дарлингтона. — Герда Лернер «Сотворение патриархата» – Глава вторая. Рабочая гипотеза // Перевод le mot de la fin

Мужчины никогда не поймут. Они могут изучать статистику, читать литературу, слушать и поддерживать женщин в своей жизни, но они никогда не поймут. Это чувство, не похожее ни на что другое, когда говоришь с кем-то, и он упоминает что-то такое, что так вскользь напоминает тебе, что вы с ним находитесь в разных условиях и так будет всегда. Чувство страха, которое возникает в животе, когда коллега, друг, партнёр, родитель показывает тебе, что ты в самую первую очередь женщина. Какими бы ни были его представления и убеждения касаемо женщин, он будет приписывать их тебе. Какими бы ни были твои отношения с другими, всегда помни о том, что на первом месте. Ты не можешь забыть об этом, потому что мужчины не забудут никогда.

Когда женщины Южной Азии будут свободны? Когда они наконец смогут обрести покой и надежду, зная, что могут просто жить, и больше от них ничего не требуется? Сегодня мою двоюродную сестру (ей семнадцать) выдали замуж за её двоюродного брата, которому двадцать четыре. Её выдали за него, потому что чел не смог найти жену, женщину своего возраста, которая по собственному желанию согласилась бы за него выйти. Его семья сразу бросилась выбирать ему жену среди младших родственниц, которые ещё даже учиться не закончили и более склонны уступить семье и подчиниться их желаниям, потому что, ну, знаете, репутация — это ведь самое главное! Не дай бог, чтобы дочь жила, как сама хочет и поступала согласно собственным желаниям, а не желаниям семьи, и мужчина, конечно, согласился взять её в жёны, ведь что может быть лучше юной невинной девочки. Моя душа болит и глубоко сочувствует всем женщинам, которым пришлось через это пройти, и мне так горько, что эта культура едва ли когда-то исчезнет. Я высказываюсь тут, потому что в семье у меня права голоса нет, и я ничего не могу сделать. Как я могу пытаться помочь женщинам всего мира, если даже родственницам не могу помочь? Я могу лишь оплакивать её судьбу и надеяться, что в своей тюрьме она сможет найти уединение. Брак не будет счастливым, все мы это прекрасно знаем. Она будет заперта дома, ей не позволят пойти работать, и, закономерно, она вскоре родит. А ей всего семнадцать. Этому циклу нет конца. Так было с моей мамой, так было с моими тётями и бабушками. Почему мы его продолжаем? Освободите всех девочек и женщин мира от оков семейных ожиданий и от мужчин!

Это всегда евреи, иммигранты, миллиардеры, терфки, христиане, белые англосаксонские протестанты, голливудские продюсеры, политики, актеры, но никогда не мужчины. Когда мужчины совершают ужасные преступления, то их собратья помещают их в отдельную, более мелкую категорию, и это помогает им избавиться от зачатков чувства вины, а также дистанцироваться от осознания того, что именно патриархат привел нас в эту точку. Это мужчины, на которых они равняются, за которых голосуют, которых боготворят. Файлы Эпштейна по факту содержат записи о чудовищных преступлениях, совершенных мужчинами ради других мужчин. Траффикинг девочек, использование их для рождения детинь, порабощенные и изнасилованные женщины — и все для мужского удовольствия. Но это никто не хочет признавать, тем более сами мужчины. Они ведут разговоры о «богатых мужчинах», «еврейских мужчинах», «христианских мужчинах», «мужчинах-миллиардерах». И никто не говорит о том, что общего у всех этих людинь — а именно то, что они все мужчины. Тем временем на реддите полно мужчин, вопрошающих, не значит ли, что все эти порабощенные женщины показывают, как риторика Red Pill (идеология мужского превосходства) на самом деле верна; они же остались, потому что сами рады были находиться рядом с этими богатыми мужчинами, не так ли? И в комментариях с ними все горячо согласны. Конечно, эти шл*хи были с ними за деньги. Женщины на что угодно готовы, только бы быть с богатыми мужчинами. Там полно намеков, что в этих файлах по большей части ложные обвинения от обиженных шл*х. И это звучит как признание, что им тоже хочется быть богатыми, иметь яхты, насиловать маленьких девочек. Будто единственный недостаток во всем этом для них в том, что это эксклюзивный клуб, куда пускают только с неприличным количеством денег, которого у них нет. Но не все мужчины такие. Только *богатые* мужчины. И как же это несправедливо по отношению к тем мужчинам, которые не богаты.

Мужчины будут дружить с женщинами, чтобы потом внезапно решить почувствовать себя несчастными оленями из-за того, что она не хочет с ними спать. Это проблема, существующая только в их головах. Всё потому, что каждое усилие, затраченное на женщину, которая не выполняет сексуального/репродуктивного/домашнего труда для них, считается выхолащиванием, и мы все должны нормально к этому относиться? Потому что я не могу.

Быть женщиной во времена Битлз должно было быть безумием. Представьте себе компанию страшненьких парней, которая начала, как «бесталанные британцы доводят женщин до истерики без какой-либо хорошей причины», а затем смотрите, как мужчины такие «вообще-то это теперь наше, это не для дам, это хорошая музыка, которую женщины не понимают», и все это меньше, чем за половину десятилетия. Мне кажется, я бы начала стрелять. Даже несмотря на то, что мне не нравится Битлз, жизнь в эти времена вызвала бы во мне агрессию. Мужчины будут говорить что-то, вроде «женщины выбирают плохие карьеры», «женщины выбирают плохие хобби» и т.д. и т.п., а затем возьмут то, что женщины любят, выгонят их из тусовки и повесят туда огромный знак «женщинам нельзя», и мы должны просто притворяться, что такая хрень не происходит регулярно. «Слишком много женщин этим занимаются. Это больше не круто», и это информатика. Медсестринское дело. Получение юридического образования. Становление биологиней. Умение читать и писать.

📚 Эту и другие книги в нашем переводе можно скачать > здесь