uz
Feedback

Firibgarlarga uchmang! Telemetrio bunday kanallarni topadi va belgilaydi 👉 Belgini ko‘rmoqchi bo‘lsangiz, obuna bo‘ling

Заметки по психоанализу

Заметки по психоанализу

Kanalga Telegram’da o‘tish

Гордецкая Юлия Валерьевна, психоаналитически ориентированный психолог. Для записи: @Julia_Gordetskaya #психотерапия #психоанализ

Ko'proq ko'rsatish
7 406
Obunachilar
-424 soatlar
-67 kun
+3830 kun
Postlar arxiv
Ожидая книгу Клода Смаджа: «Фройд сформулировал идею, что психическое опирается на органическое (мозг), но не сводится к нему»
19 Noy, 11:15

Первичное горе по Ракамье    Ракамье говорит о том, что ПГ – некий изначальный процесс, который своим установлением позволяет обрести возможность справляться с утратами. Он называет состояние, которое переживает младенец в слиянии со своей матерью, нарциссическим унисоном. Для того, чтобы развитие психики стало возможным, необходимо из этого унисона выйти. Процесс ПГ становится гарантом того, что это развитие состоится. Процесс ПГ обеспечивают две составляющие: одна – со стороны младенца, другая – со стороны матери. Со стороны младенца – это врожденный импульс к развитию и росту. Он может иметь место при условии, что мать в свою очередь имеет способность предвосхищать развитие своего ребенка, т.е. она соглашается с тем, что ее ребенок будет развиваться и понемногу ее значимость для него будет уменьшаться. Это материнское предвосхищение по Ракамье схоже со способностью к ревери по Биону. Не все матери в своем бессознательном согласны с тем, что настанет день, когда ребенок скажет: «Я сам, ты мне не нужна», ведь тогда она потеряет свою значимость в его и собственных глазах.  В случае каких-то нарциссических недостаточностей матери мы имеем дело с тем, что эта недостаточность будет способствовать нарциссической недостаточности у ее собственного ребенка.    Для того, чтобы развитие осуществилось, необходимо иметь способность терять нарциссический унисон с мамой. Ракамье говорит, что терять легче, когда есть предположение о том, что вследствие этой потери у тебя появится какое-то приобретение, но пока неопределенное. Свойство выдерживать неопределенность заложено в способности к ПГ, но оно развивается лишь в условиях двухстороннего взаимодействия, когда у младенца есть это движение и мать идет ему навстречу. Тогда это не будет утратой слияния. Представьте себе младенца в этом первичном слиянии, его там будет 1%, а все остальное – мама, потому что он еще не может делать всего со своей психикой, все остальное пока за него делает мама. Тогда выйти из слияния с ней – значит потерять 99% своего. А что за этим? Непонятно. Это выдержать можно лишь за счет того, что мама знает, что он выдержи, за счет качества матери быть уверенной, что ребенок справится.    Ракамье говорит, что справляться с утратами – это переживание, которое не самое легкое и не самое приятное для нас всех, но если мы не справляемся с утратами, мы не сможем развиваться. Рост, развитие означают отказ от чего-то прежнего для того, чтобы приобрести что-то новое.    ПГ – это процесс, в результате которого как раз и происходит то, что во взрослой жизни называется работой горя. В этом микропроцессе теряется нечто для того, чтобы оплакать, прочувствовать, пережить, принять это и идти дальше. В результате ПГ, когда этот процесс проходит хорошо, в психике появляется знание о том, что разлука возможна, что она не означает окончательную потерю, что можно разлучиться с объектом, но при этом связь с ним сохранять. Когда мы говорим о пустотах, негативе, отсутствии в психике, там не столько речь идет о стирании объекта, сколько о разрушении связи между субъектом и объектом.    Ракамье говорит, что первое наследие ПГ – это способность к установлению связи с объектом даже в его отсутствии. Второе наследие – это способность разочаровываться. У нарциссического субъекта разочарование в объекте столь велико, что он не может его выдержать, из-за этого он теряет связь с объектом. При нормальном развитии устанавливается способность разочаровываться и выдерживать разочарование, т.е. расставаться с иллюзиями прошлого, чтобы приобрести иллюзии в настоящем. Третье наследие – это появление базового доверия к объектам, к миру вообще. Предыдущий опыт показал, что, когда ты утрачивал многое из того, что имел, тебя это не разочаровывало невозможно, ты с этим справлялся, а приобретение для тебя сегодня важнее чем то, что ты потерял вчера.    #Ракамье ставит акцент на приобретении. Работа ПГ направлена не на то, чтобы справляться с потерями, а на то, чтобы мочь подготовить себя к новым приобретениям.    Коротецкая А.И. Из семинара по чтению работ Грина. Ноябрь 2026 г. Кишинев. 
18 Noy, 13:47

Регистрация на День открытых дверей доступна по ссылке - https://forms.yandex.ru/u/6aba5075d046881117aacbf9/
Регистрация на День открытых дверей доступна по ссылке - https://forms.yandex.ru/u/6aba5075d046881117aacbf9/
18 Noy, 05:12

Когда пациент приносит нам сновидение, он не проецирует нам на стену документальный фильм. Сновидение – это рассказ, это то, о чем нам повествуют. #сновидение   Мы задаем вопросы во время ПИ, потому что мы не должны/не можем брать в терапию того, у кого нет хотя бы минимального уровня рефлексии о самом себе. Важно понимать, что пациент думает о ситуации, что он создает как актор, пусть и недобровольный. Если человек лишь обвиняет другую сторону, то ему нужен адвокат, а не психоаналитик… Очень схематично: мы начинаем обсуждать, что он думает о себе в контексте этой ситуации, и именно поэтому он нуждается в психоаналитике, а не в адвокате.  Мы не обязаны говорить сами себе, опираясь на сказанное паицентом: а, так вот что с ним произошло (это будет лишь описание), но можем задаваться вопросом: какие у меня могут быть гипотезы по поводу того, что с ним произошло? Мы – не двойники мышления пациента.    Ответы на некоторые наши вопросы мы можем узнать лишь спустя несколько лет терапии.    Вопросы, которые мы задаем, должны быть обоснованы, они должны быть инструментом для того, чтобы работать дальше. Чтобы начать работать с пациентом, нужно начать с того, что он нам даёт, начать разматывать это, как моток пряжи. Сначала мы находим кончик этой нити на поверхности мотка и лишь затем разматываем. Но если мы вытянем из центра этого клубка что-то и скажем: «вот оно», пациент не сможет присвоить себе эту мысль.    Психоанализ – это не терапия исцеления для неудачников (которым не везет во всем) (это снова про то, что нужно обратить взор пациента с тотальных обвинений окружающего мира, окружающих людей на самого себя и свою роль в происходящем, хоть пока и неосознаваемую или плохо осознаваемую).    Как выглядит ситуация горя. «У меня был близкий человек (мать/отец/ребенок и т.д.), он умер/я его потерял» или «Я очень любил свою работу, но меня уволили». Тогда схематично есть два пути. Скорбеть, тосковать, думать о том, что потерял, постепенно проживать, постепенно признавать потерю потерей и принимать это, и затем начинать снова начинать жить — это нормальный путь горевания. И есть другой путь, когда пациент говорит: «Я потерял, я несчастен, но я хочу его/ее вернуть из мира мертвых в мой дом». Это не горевание, это отказ от горя. Наша работа заключается тогда в том, чтобы привести пациента к работе горя. Какие бы гипотезы еще мы не выдвигали, однако работу горя рано или поздно мы должны будем помочь провести.    Говорите человеческим языком, в том числе: «Я не понимаю» пациенту и самому себе... (чтобы помочь начать пациенту размышлять о том, что с ним произошло).    Мы на своем месте, чтобы слушать людей. Но когда мы с ними встречаемся, нужно попросить их объяснить, что с ними происходит. Если мы не понимаем, можно попросить рассказать подробнее. Как можно взять в терапию человека, если мы не задали ему ни одного вопроса. Если Вы не задаётесь вопросами «Как по-Вашему, что произошло?», то вы не сможете больше понять пациента, Ваши гипотезы рискуют опираться больше на теории. Мы должны обращаться к носителю проблемы, тогда мы сможем получить материал для осмысления, и это лучше, чем материал обучения. Если Вы не задаётесь основополагающим вопросом, как же пациент задаст его сам себе? Это та нить, разматывая которую мы придем к отношениям с матерью, отцом и т.д.   Переходный возраст – это огромная лаборатория по созданию идентификаций.    Гипотезы должны основываться на словах пациента и/или на том, что он оставил как некое пространство, о котором мы знаем, что там есть что-то еще, но что он пока нам не принес. Возможно, это пространство заполнится через 5 или 10 лет. Мы следуем за пациентом, за его мыслями, его ассоциациями, мы не можем обгонять его. Нужно быть осторожными с нашими гипотезами, мы можем высказать какие-то из них, и пациент даже может сказать: «Да, точно!», но тем самым можно внести вклад в создание Ложного Я.    В. Капсамбелис, из супервизии в Клубе французского психоанализа. ноябрь 2026 г.   #ВассилисКапсамбелис
17 Noy, 11:28

…В своей работе «Влечения и их судьбы» он [Фройд] утверждает, что объект познается в ненависти. Как можно еще более явно подчеркнуть, что восприятие независимого существования объекта заставляет ненавидеть его, так как это означает несостоятельность нарциссического всемогущества? А. Грин «Один, Другой, Нейтральный: нарциссические ценности» (1976). Нарциссизм жизни, нарциссизм смерти / Пер. с фр. А.И. Коротецкой. И.: Когито-Центр, 2023. #АндреГрин
16 Noy, 06:55

„Нет“ вводит психический „организатор“, если воспользоваться термином Р. Шпица, — организатор, который репрезентирует „реальность“ внутри мира желания, реальность другого, реальность, необходимую для того, чтобы желание и удовольствие сохраняли свою ценность и не вырождались в дезорганизующий и десубъективирующий разгул влечений (débauche pulsionnelle). Мы можем сформулировать принцип, который выводится из введения этого регуляторного принципа в мир детства: „не всё, не сразу, не в одиночку, не всё вместе“. Этот регуляторный принцип психической „организации“ управления желаниями функционирует как матрица Сверх-Я: то есть его различные компоненты неразрывно связаны между собой и отсылают друг к другу. Тем не менее в силу специфики своих формы и содержания каждый из них обладает самостоятельной ценностью, которую нам необходимо вкратце раскрыть.    - „Не всё“ (Non-tout): невозможно реализовать все свои желания, осуществить все свои влеченческие движения. Существует граница, заданная одновременно и реальностью с её ограничениями, и пределом, который устанавливает объект постольку, поскольку он является другим-субъектом и заявляет о себе как таковой в своей инаковости.   - „Не сразу“ (Non-tout de suite): то, что можно реализовать, может быть реализовано только во времени — времени, необходимом для задействования адекватных средств и „работы“, требующейся для осуществления этого. Необходимо согласиться „отложить“ определённые желания, чтобы иметь возможность их осуществить; для каждой вещи существует определенный момент, который занимает свое место в „организации“ удовольствия-неудовольствия, в „управлении“ им. Далее мы увидим, что эта отсрочка лежит также у истоков великой системы утешения/компенсации анальности (système de consolation de l’analité) [способность удерживать, обладать, контролировать, возникающая на анальной стадии развития как компенсация в ответ на запрет на немедленное удовлетворение].    - „Не в одиночку“/„Не само собой“ (Non-tout seul): то, что можно осуществить, не осуществится „само собой“/„само по себе“, то есть галлюцинаторно, „силой Святого Духа“. Необходимо задействовать средства ad hoc [соответствующие цели], и сами аутоэротизмы имеют свой предел. Но „не в одиночку“ - также и в том смысле, что необходимо принимать помощь других, что невозможно осуществить в одиночку определённое количество желаний, что определённые достижения не могут „совершаться в одиночку“.   - „Не всё вместе“ /„Не всё сразу“ (Non-tout ensemble): то, что можно осуществить, предполагает классификацию, порядок. Невозможно осуществить все желания в „одно и то же время“, необходимо выбирать между различными желаниями в каждый момент. Кроме того, каждое осуществление желания подразумевает отказ или отсрочку противоположного желания.    Если влечение представляет собой „требование психической работы“ для того, чтобы быть интроецированным, то Сверх-Я устанавливает правила, которые делают возможными эту психическую работу и, следовательно, саму интроекцию влечения.    Рене Руссийон, «Le «non», première forme du surmoi», из книги «Manuel de psychologie et depsychopathologie clinique générale», первое издание 2007 г. (на русском языке не представлено, перевод фрагмента Гордецкой Ю.В).  #РенеРуссийон
11 Noy, 12:40

В своем докладе Рене Руссийон напомнил нам о пяти «нет», выражающих действие Сверх-Я: «не всё», «не сразу», «не одному», «не вместе» и «не всё в одном». Субъекты, о которых идет речь, знают о существовании этих пяти «нет», но сожалеют об их существовании. Если же они все-таки им подчиняются, то переживают это подчинение как унижение, обесценивание или стыд. Наряду с теми, кто знает о существовании «пяти нет», более или менее добровольно им подчиняется, продолжая, однако, надеяться, что иногда удастся их обойти, - в смешении страха наказания и чувства вины, - и наряду с теми, кто живет так, словно никогда о них не слышал, словно эти «пять нет» не оставили никакого действенного следа в их психическом пространстве, мы встречаем субъектов, которые, с одной стороны, прекрасно знают эти «пять нет», но, с другой стороны, подчиняются им лишь тактически, либо вынужденно, и уж во всяком случае вовсе не как внутренне усвоенной и полностью интегрированной форме психического развития человека. По этому поводу Джойс Макдугалл пишет, что это субъекты, которые «знают правила, но не знают закона». Однако создается впечатление, что здесь происходит нечто большее. На самом деле «пять нет» не столько нарушаются - хотя и это случается довольно часто. В центре проблемы находится вовсе не нарушение как таковое. Гораздо важнее то, что эти «пять нет» превращаются в «пять да», приобретающие значение цели, которую необходимо достичь, критерия жизненного успеха, одним словом - идеала. В результате место чувства вины - невротического чувства #вина или психотического ужаса, возникающего при нарушении запрета, - занимает, словно в зеркальном переворачивании, #стыд от того, что субъект оказался неспособным довести до конца осуществление этих «пяти да», что он оказался «не на высоте» (не на их высоте). Именно этим данные субъекты образуют весьма своеобразную конфигурацию, отличную как от невроза, так и от психоза. Они поразительно резко разводят стыд и чувство вины, тогда как, начиная с «Скорби и меланхолии», Фрейд неоднократно показывал, что оба эти аффекта обычно тесно связаны между собой и принадлежат одной и той же психической генеалогии. Иными словами, перед нами своеобразное расхождение между Сверх-Я и Идеальным Я, при котором первое оказывается удивительно ослабленным, тогда как второе приобретает гипертрофированный и по-настоящему тиранический характер. Если обратиться к литературе, посвященной близким психическим конфигурациям, то прежде всего вспоминаются работы Кохута о грандиозном Self. И действительно, их «пять да» образуют своеобразную форму идеальности Self, непосредственно наследующего Я-удовольствия. Однако если сравнивать этих субъектов не с психотическим, как это обычно принято, а с невротическим функционированием, то прежде всего поражает их стремление формировать подлинные контрневротические организации. Именно здесь, по-видимому, нам уже недостаточно классической оппозиции между вытеснением и déni/расщеплением для описания своеобразия их психического функционирования. Для описания своеобразия их психического функционирования нам, возможно, понадобились бы иные понятия, чем классическая оппозиция вытеснение - отрицание/расщепление. Дело в том, что их психические выборы и позиции словно пункт за пунктом противостоят невротическим выборам и позициям, вновь актуализируя сегодня несколько подзабытую фрейдовскую мысль о том, что перверсия является «негативом» невроза. Поэтому, пожалуй, меньше всего они нуждаются в описании как разновидности психотического функционирования. Скорее нам необходима разработка того, что можно было бы назвать их «оспариванием» невроза (или, быть может, их «разочарованием» в неврозе?), чтобы понять своеобразие их психического функционирования - и, в частности, столь часто встречающуюся и столь устойчивую депрессивность. Вассилис Капсамбелис «Нормопаты». Из сборника статей «Кишинев - там, где психоанализ становится встречей». #ВассилисКапсамбелис #НеНевротическоеФункционирование
10 Noy, 13:37

Уважаемые коллеги, и все интересующиеся французским психоанализом и парижской школой психосоматики, Приглашаю Вас принять уча
+1
Уважаемые коллеги, и все интересующиеся французским психоанализом и парижской школой психосоматики,   Приглашаю Вас принять участие в презентации «Уроков психоанализа на Чистых прудах, Выпуск № 4» уже в это воскресенье 8 ноября с 12:00-14:00 (с 14:00 до 15:00 - фуршет) в Институте Психологии и Психоанализа на Чистых Прудах (очно и онлайн) и без оплаты.    Всю эту неделю буду Вас знакомить с авторами докладов нового, уже четвёртого, сборника «Уроки психоанализа на Чистых прудах», - известными французскими психоаналитиками и психосоматиками.   На презентации будут выступать имеющие непосредственное отношение к созданию и научному редактированию этого сборника: Аурелия Ивановна Коротецкая, Лариса Ивановна Фусу и два переводчика:   Дарья Игоревна Ненашева (Старая)   психоаналитический психолог, Магистр психологии НИУ ВШЭ, Преподаватель программы «Основы клинического психоанализа» НИУ ВШЭ, Русско-французский переводчик семинаров и статей мэтров французского психоанализа в Институте Психологии и Психоанализа на Чистых Прудах Информация о докладе Д.И. Ненашевой (Старой) здесь.   Павел Александрович Малютин,   врач-психиатр,  выпускник Института Психологии и Психоанализа на Чистых прудах, переводчик ряда статей  для семинаров Института Психологии и Психоанализа на Чистых прудах и Ассоциации Специалистов Психоаналитической Психосоматики, а также четвёртого сборника «Уроки психоанализа на Чистых прудах». Информация о докладе П. А. Малютина здесь.   Вести презентацию буду я)    Мероприятие состоится 8 ноября (воскресенье) по адресу: Москва, пер. Огородная слобода, д.14. Регистрация участников начинается в 11:30, начало презентации в 12:00.   Участие без оплаты, но по предварительной  регистрации:   https://forms.yandex.ru/u/6aba504c1f1eb5c3246e0e30   На презентации Вы сможете приобрести новый четвёртый сборник «Уроков психоанализа на Чистых прудах» (стоимость 2000 рублей).
04 Noy, 02:30

Сказка как миф нарциссического соблазна Румынская сказка «Молодость без старости и жизнь без смерти» представляет собой не просто фольклорное повествование. За фасадом волшебного нарратива скрывается радикальная фантазия: быть вне времени, вне потери, вне распада. Уже начало сказки необычно. Ребёнок, ещё не родившись, плачет в материнской утробе и отказывается появляться на свет. Ни ласки, ни обещания богатства, власти или царства не способны его убедить. Он соглашается родиться только после того, как отец обещает ему невозможное: молодость без старости и жизнь без смерти. Таким образом, герой появляется на свет лишь при условии, что законы человеческого существования для него будут отменены. Именно здесь сказка обнаруживает свою поразительную психоналитическую точность. Речь идёт не просто о страхе смерти. Отвергается сама структура человеческой жизни, основанная на невозможности удержать первоначальную полноту. Родиться означает отделиться; жить означает изменяться; любить означает зависеть от того, что может быть потеряно; иметь историю означает согласиться с тем, что прошлое не может быть возвращено. Наконец, желать возможно лишь там, где существует нехватка. Герой требует противоположного: существования без цены существования. Поэтому его стремление к бессмертию можно понимать как предельную форму нарциссического требования: «Я соглашусь быть, только если мне не придётся терять». Но обещание отца невыполнимо. И именно невозможность этого обещания становится организующей силой всей дальнейшей судьбы героя. Он рождается благодаря словам, которые не могут быть исполнены, и затем посвящает жизнь поиску того места, где отцовская речь могла бы оказаться истинной. В этом смысле путешествие героя - не просто поиск бессмертия. Это попытка заставить реальность выполнить первоначальное нарциссическое обещание. Коротецкая Аурелия Ивановна. Из вступительного слова к III Международной конференции по психоаналитической психосоматике в Молдове. Цитируется из сборника статей международных конференций по психоаналитической психосоматике в Молдове «Кишинев - там, где психоанализ становится встречей» (2024-2025). #нарциссизм #КоротецкаяАурелияИвановна
02 Noy, 13:23

«Если бы мне довелось учить молодого последователя, я, вероятно, ограничился бы тем, что прошептал ему несколько слов: «Чувствительность... Неустанно стремиться быть чувствительным, бесконечно чувствительным, бесконечно восприимчивым. Всегда пребывать в состоянии осмоса. Научиться видеть, уже не нуждаясь во взгляде. Различать шёпот воспоминаний, шёпот травы, шёпот дверных петель, шёпот мёртвых. Нужно стать безмолвным, чтобы молчание открыло нам свои мелодии; стать болью, чтобы чужие страдания смогли проникнуть в нас; стать ожиданием, чтобы ожидание наконец привело в движение свои пружины»». Эта идеальная формулировка аналитического слушания, способности не просто слышать, но и воспринимать внутренний мир пациента, принадлежит вовсе не психоаналитику, а поэту Леону-Полю Фаргу (Фарг, 1939). Из семинара Поля Дени в Клубе французского психоанализа. Перевод Д.И. Ненашевой. Октябрь 2026. #ПольДени
30 Okt, 13:56

Начало здесь.   Здесь больше идет речь не о форме НП, а о том, что было названо переносом негатива. Негатив в психическом не-невротических пациентов представлен чрезмерно, не в равной доле с тем, что психизировано и репрезентировано. И в ПА ситуации появляется возможность негатив из собственной психики переместить в ПА пространство. По Грину негативное не сводится к агрессии, к ненависти в классическом смысле. Это особая форма пси аппарата, которая направлена на устранение связи, на устранение инвестиций, на устранение репрезентаций. Если Фройда больше всего интересовал конфликт между различными репрезентациями, то Грина чаще занимал вопрос о том, что происходит, когда объектом пси атаки становится сама способность репрезентировать (то, с чем мы имеем дело в не-невротических состояниях).   Если в НП субъект продолжает находиться в конфликте с объектом, то в переносе негатива под угрозой становится сама возможность существования этого объекта как пси реальности субъекта, это не ненависть к объекту, а процесс его постепенной дезинвестиции. Грин пишет в «Мертвой матери», что это убийство без крови, убийство без ненависти. Т.е. это не борьба с каким-то конкретным содержанием, это разрушение самих условий, которые могли бы сделать содержание существующим в психике.   …Становится понятным, почему некоторые уходы производят на аналитика впечатление. Когда есть классический негативный перенос, на аналитика ведутся атаки, он отвергнут, он плохой, никчемный и пр., тем не менее, он - участник терапевтической драмы, он там, внутри, на него ведутся атаки, есть объект атак. В ситуациях негатива – совершенно иное переживание, в них не ощущается враждебность пациента, там ощущается, что пустота появилась в терапевтической ситуации, что само психическое застывает, ощущение не конфликта, а опустошения. Это уже не борьба субъект-объект, а дезинвестиция. Исчезает пространство, внутри которого объект мог бы существовать как пси факт. Если в такой момент пациент уходит, то этот уход приобретает свое метапсихологическое значение. Этот уход нельзя объяснить никаким негативным аффектом. В чем парадокс: эти уходы выпадают на тот момент, когда у пациента вдруг начинает появляться репрезентативная способность. Он вдруг приносит сновидение. То, что долгое время у этих пациентов существовало в форме действия, повторения, пустоты, соматизации, начинает вдруг приобретать пси форму. Появляются какие-то новые связи, возможностьпонять собственный опыт. Именно это становится объектомнегатива. Субъект оказывается перед своеобразной угрозой, потому что если и дальше пойдет работа по восстановлению репрезентативной способности, то исчезнет необходимость в тех способах функционирования, которые до этого долгое время, всю жизнь обеспечивали его пси равновесие, потому что если у него появится возможность мыслить, то придется отказаться от некоторых способов не мыслить. И если появляется возможность репрезентировать, тогда приходится отказываться от многих способов действовать. Репрезентация – это не просто новое приобретение этой психики, это глубокое преобразование всей пси экономики. Именно это и не выдерживается субъектом. Когда такой пациент уходит, это победа негатива в этом пси аппарате. Но никогда неизвестно, насколько это финальная точка. Может быть, в каких-то счастливых случаях такие пациенты вдруг поймут, что что-то в ПА процессе у них хорошее происходило и они вернутся или пойдут к новому терапевту.   Мы забываем, что задача анализа противоположна задаче, которая стоит перед пси аппаратом. Пси аппарат стремится сохранить ту организацию, которая есть сейчас во что бы то ни стало, а анализ движется в противоположном направлении. Отсюда - конфликт. Получается, субъектпокидает анализ не потому, что объект становится плохим, а потому, что сама появляющаяся возможность пси жизни для этого человека начинает становиться слишком реальной.   Коротецкая А.И. Из совместного с Фусу Л.И. семинара «Пациент уходит». Июнь 2026 г. Клуб французского психоанализа. #КоротецкаяАурелияИвановна  
25 Okt, 04:13

4 формы негативного переноса (НП) (это условное деление, чтобы сориентироваться в разности клинических состояний):   1) классическая форма НП связана с амбивалентностью чувств к объекту. Фройд именно это и описывал. Любовь и ненависть изначально не существуют как изолированные состояния, они принадлежат одной и той же объектной связи. По мере развития переноса пациенты начинают переживать по отношению к своему аналитику не только потребность в понимании с его стороны, признании, поддержке, но также и разочарование, и соперничество, и агрессию. Чем больше привязанность к объекту, тем больше злость на него, что ты от него зависишь. В подобных случаях НП является признаком того, что аналитическая работа действительно задела живую объектную связь. Такая форма НП обычно не представляет наибольшую опасность для анализа, напротив, она нередко свидетельствует о том, что аналитическая пара приблизилась к ядру инфантильного конфликта. Уход с этой формой НП становится вероятным тогда, когда ненависть принимает слишком угрожающий характер. Субъект не может ее выдерживать, не может ее интегрировать в амбивалентное отношение к объекту.   2) эта форма НП организована вокруг нарциссической травмы. Здесь аналитик переживается не как объект любви и ненависти, а как объект унижения. Объект, аналитик, становится тем, кто в истории пациента был источником его нарциссических страданий. Все нарциссические страдания так или иначе содержат в себе аффект униженности, поэтому каждая интервенция терапевта может слышаться пациентом как разоблачение. Когда терапевт берет паузу, недостаточно говорлив, это переживается как безразличие. Любое непонимание со стороны аналитика (а мы на самом деле не понимаем большей частью то, что происходит, и то, что хочет нам сказать пациент) – это доказательство его незначительности. Вподобных случаях пациент уходит не столько от аналитика, сколько от повторяющегося переживания краха его нарциссизма. В таком случае не связь с объектом находится под угрозой, а сама целостность Я пациента. Анализ становится местом, где субъект вновь и вновь сталкивается с ограниченностью собственного всемогущества, это переживание для него невыносимо.   3) третья форма НП не связана ни с конфликтом, ни с нарциссизмом. Она связана с активацией, оживлением очень ранних форм страхов, тех, которые описывают Винникотт, Кляйн. В подобных ситуациях аналитик перестает переживаться как объект, который может фрустрировать или разочаровывать. В таких случаях терапевт начинает переживаться как объект, который прямо определяет пси существование субъекта. Любая интерпретация, любая разлука с ним, любое проявление отдельности аналитика может привести к катастрофическому страху. Все ранние страхи переживаются катастрофически (они возникли тогда, когда любая длительная фрустрация оставляла в психическом переживание катастрофы). В таком случае аналитик переживается как тот, кто тебе устраивает эти переживания. Пациент сталкивается с невозможным выбором: либо он продолжает терапию, постоянно переживая, что связь с аналитиком может разрушиться в любой момент и это есть переживание отчаяния, либо он уходит и своим уходом берет под контроль эти страхи, так он им больше не подвергается. Это те пациенты, которые уходят внезапно. Их уход – это не отказ от объекта, это отчаянная попытка избежать переживаний объектной катастрофы.   4) эта разновидность НП особенно интересовала А. Грина. Речь идет не об амбивалентности, не о нарциссической ране, не о страхе утраты объекта, а о процессе дезинвестиции. Аналитик постепенно утрачивает пси значимость для пациента. У пациента исчезает любопытство по отношению к фигуре аналитика, исчезает ожидание, исчезает возможность фантазировать о предстоящем сеансе. Аналитическая связь как будто бы лишается энергии, она дезинвестируется.   Коротецкая А.И. Из совместного с Фусу Л.И. семинара «Пациент уходит». Июнь 2026 г. Клуб французского психоанализа.   Продолжение ниже. #КоротецкаяАурелияИвановна #НегативныйПеренос
25 Okt, 04:09

Комплекс мертвой матери После того как ребенок предпринял бесплодные попытки вернуть в нормальное состояние мать, поглощенную горем, которая дала ему ощутить всю меру собственной беспомощности, после того как он пережил и потерю материнской любви, и угрозу лишиться матери как таковой, и после того как он боролся с тревогой различными активными способами, такими как возбуждение, бессонница и ночные страхи, Я пускает в ход целый комплекс защит иного рода. Первая и самая важная из них - единое душевное движение, включающее в себя два аспекта: дезинвестирование материнского объекта и бессознательную идентификацию с мертвой матерью. Дезинвестирование, в первую очередь аффективное, но также и репрезентативное, представляет собой психическое умерщвление объекта, осуществляемое без ненависти. Понятно, что материнская скорбь запрещает появление даже капли ненависти, способной еще больше скомпрометировать ее образ. А. Грин «Мертвая мать» (1980). Нарциссизм жизни, нарциссизм смерти / Пер. с фр. Коротецкой А.И. М.: Когито-Центр, 2023. #МертваяМать #АндреГрин
24 Okt, 14:01

Комплекс мертвой матери Когда начинается анализ, в переносе обнаруживается особого рода депрессия; порой это случается довольно скоро, но чаще всего - по прошествии нескольких лет аналитической работы. …такая депрессия переноса является повторением инфантильной депрессии. Речь не идет о депрессии, вызванной реальной утратой объекта, т.е. я хочу сказать, что причиной в данном случае служит вовсе не реальная разлука с объектом, покинувшим субъекта. Основная черта такой депрессии заключается в том, что она развивается в присутствии объекта, который сам поглощен горем. А. Грин «Мертвая мать» (1980). Нарциссизм жизни, нарциссизм смерти / Пер. с фр. Коротецкой А.И. М.: Когито-Центр, 2023. #МертваяМать #АндреГрин
24 Okt, 10:59

…субъект, не подозревающий у себя депрессии, порой страдает более серьезными нарушениями, чем тот, кто иногда впадает в нее.
…субъект, не подозревающий у себя депрессии, порой страдает более серьезными нарушениями, чем тот, кто иногда впадает в нее. А. Грин «Мертвая мать» (1980). Нарциссизм жизни, нарциссизм смерти / Пер. с фр. Коротецкой А.И. М.: Когито-Центр, 2023. #АндреГрин
24 Okt, 09:58

Хронология развития идей и публикаций А. Грина об аффекте   В 1973 году вышел оригинал монографии Андре Грина (1927 – 2012) «Le discours vivant» (на русском языке книга была опубликована в 2026 г. издательством «Символизация» под названием «Живая речь»). В этом труде автор предложил оригинальную психоаналитическую теорию аффекта. Первая глава книги представляет собой тщательное аналитическое исследование концепции аффекта в работах Фройда (у которого теория аффектов оставалась рассредоточенной по разным трудам и не была сведена в единую систему). Во второй главе дается обзор основных достижений постфройдовской аналитической мысли. В последующих главах, рассматривая место аффекта в клинических структурах, Грин посвящает заключительную часть книги собственным теоретическим гипотезам.    Спустя 12 лет на конгрессе в Довиле Грин представляет доклад «Свободные размышления про репрезентацию аффекта» («Réflexions libres sur la représentation de l'affect»). В нем он ссылается на «Живую речь», но также отмечает, что развитие его мысли не ограничилось данной работой. Грин задается еще более глубоким вопросом, а именно: «Можем ли мы приписать аффекту функцию репрезентации [репрезентативную функцию] и какое место эта функция репрезентации может занимать в концепции нашей психики» (Цитата приводится по тексту статьи в переводе Малютина П.А., предоставленному участникам двух семинаров Ассоциации специалистов психоаналитической психосоматики, посвященных чтению данной работы).    В 1995 году в свет выходит сборник «Propédeutique: La métapsychologie revisitée» (на русском не представлен), где доклад 1985 года впервые официально издается под обложкой книги.    Любопытно, что на английский язык название данной статьи переведено как «On Discriminating and NotDiscriminating Between Affect and Representation» (в научном переводе для английского термина discriminatingобычно используют понятия «различение», «дифференциация»). Статья опубликована в качестве 12-й главы книги«The Fabric of Affect in Psychoanalytic Discourse» (1999) - англоязычного сборника, составленного из ключевых франкоязычных работ автора разных лет, однако концептуальным ядром книги является монография «Le discours vivant. La conception psychanalytique de l'affect». А. Грин свободно говорил по-английски, читал лекции в Великобритании и США, сотрудничал с Лондонским институтом психоанализа, но не переводил самостоятельно свои работы на английский язык, однако тщательно курировал, вычитывал и авторизовывал их переводы. Книгу «The Fabric of Affect in Psychoanalytic Discourse» (1999) перевел на английский язык Алан Шеридан (Alan Sheridan) — знаменитый британский переводчик, который открыл англоязычному миру ключевые труды Ж. Лакана, М. Фуко и Ж.-П. Сартра.    В 2002 году выходит в свет книга «Idées directrices pour une psychanalyse contemporaine. Méconnaissance et reconnaissance de l'inconscient» (на русский язык она переведена как «Направляющие идеи современного психоанализа» и опубликована издательством «Канон+» в 2024 г.). Аффекту в книге посвящены как отдельная подглава, так и сквозная теоретическая линия. Цитата из книги: «Клиническая практика за годы, прошедшие после смерти З. Фрейда, поставила перед нами новые проблемы. А именно: проблема состояний, при которых трудно установить различие между репрезентацией и аффектом. Часто речь идет о состояниях, присущих пациентам, которых мы в целом относим к не-невротическим».    В 2014 году статья посмертно переиздается во Французском журнале психосоматики («Revue française de psychosomatique»). Парижская школа психосоматики (IPSO) считает Андре Грина крупным теоретиком, внесшим своими изысканиями большой вклад в теорию психоаналитической психосоматики.   #АндреГрин #аффект
22 Okt, 07:48

Какие же материалы предоставляет он [пациент] в наше распоряжение, благодаря использованию которых мы можем помочь ему вновь обрести утраченные воспоминания? Самые разные: фрагменты этих воспоминаний в его сновидениях, сами по себе несравненной ценности, но, как правило, сильно искаженные всеми факторами, причастными к образованию сновидения; мысли, продуцируемые им, когда он предается «свободному ассоциированию», в которых мы можем распознать намеки на вытесненые переживания и производные подавленных аффективных импульсов, а также реакций на них; наконец, признаки повторений аффектов, принадлежащих вытесненному, в более важных или незначительных действиях пациента в аналитической ситуации и вне ее. Опытным путем мы пришли к выводу, что перенос, который устанавливается по отношению к аналитику, особенно благоприятствует возвращению таких аффективных связей. Из этого, так сказать, сырья мы и должны производить желаемое. Желаемое - это достоверная и полная во всех существенных частях картина забытых жизненных лет пациента. З. Фрейд «Конструкции в анализе» (1937). Собрание сочинений в 26 томах. Т. 22. Очерк психоанализа / Пер. с нем. и фр. Андрея Боковикова. - СПб. : ВЕИП, 2021. #ЗигмундФрейд
21 Okt, 08:48

В невротической экономике аналитика уважают в его нейтральности, тогда пациент может опираться на присутствие аналитика для того, чтобы свободно держаться. Установить перенос - это значит опираться на объект-аналитика, чтобы оказаться в регрессивной позиции и начать ассоциировать. Чтобы установить перенос, нужно иметь пси способность принять регрессивную позицию, позицию либидинальной пассивности. Есть пациенты, кто не способен рассматривать аналитика с трансференциальной точки зрения, то есть установить перенос, они пытаются установить с аналитиком прямые отношения, как и с любым другим человеком. Это описывала одна из первых Катрин Пара. Она называла это базовым переносом. Базовый перенос - это установление отношений, но не переноса в невротическом смысле. Перенос приводит пациента к тому, чтобы оказаться в позиции регрессии и либидинальной пассивности. Бессознательное чувство вины может приводить к вероятности соматизировать. Бсз чувство вины вынуждено искать удовлетворение. Один из приоритетных вариантов удовлетворения такого чувства вины, это заболеть. Это некое решение для бсз потребности в наказании. Фройд говорит о бсз потребности в наказании как об эквиваленте бсз чувства вины. Заболеть - это одно из решений, которое Я предлагает чувству вины, чтобы удовлетворить его. Всегда должен быть какой-то движущий элемент для того, чтобы случилась дезорганизация (приводящая к соматизации). Клод Смаджа. Из обсуждений клинического случая в рамках  IV Международной Конференции по психоаналитической психосоматике «Влечение смерти как дыхание жизни» в Кишиневе. #КлодСмаджа #перенос
18 Okt, 02:10

В Кишиневе проходит IV Международная Конференция по психоаналитической психосоматике «Влечение смерти как дыхание жизни». Спикеры - абсолютные звезды ПА психосоматики, без преувеличения, легендарный состав. Представленные сегодня доклады (уверена, завтрашние будут такими же) — просто космического масштаба и глубины. Слушать, впитывать опыт мэтров - невероятная роскошь, за что бесконечно благодарю Ассоциацию психоаналитической психосоматической терапии Молдовы, лично - Коротецкую А.И. и всех сопричастных к организации!  Мириам Бубли представила случай госпитализированного младенца, согласно мед.заключениям «обреченного на смерть и недоступного для контакта вследствие неврологических поражений». Эти заключения повлияли на характер ухода за ним, медперсонал «перед лицом заранее объявленной смерти» стал избегать психически инвестировать ребенка. Медработники продолжили выполнять ряд обязательных манипуляций. Но в этом и подобном случаях, чтобы и дальше оставаться «функциональными», сотрудники бессознательно отсекают себя от аффекта и переходят к уходу оператуарного типа.    Как в такой сложный момент реагируют родители? Можно предположить, что в защитных целях - бессознательно схожим образом. Но «некоторые родители умеют придавать смысл тому, что отображается на мониторе. Они способны использовать эту рассеянную информацию о внутреннем состоянии ребенка, предоставляемую машиной, чтобы мобилизовать живые, насыщенные витальностью связи с ним: «У тебя все хорошо, знаешь, мы так рады». Они разговаривают с ребенком, между собой, с медицинским персоналом, не оказываясь захваченными оператуарными защитами (Смаджа, 2001) или нарциссическими решениями».    «Когда ребенок болен, его соматические симптомы говорят нам также о нашей собственной способности переносить незнание».    Сложно в нескольких предложениях описать этот случай. Также очень сложно было слушать историю младенца, приговоренного к смерти. Но история оказалась про жизнь. Во Франции в педиатрических отделениях больниц работают психологи, они сопровождают младенцев, родителей и мед.персонал и стремятся к тому, чтобы обеспечить связи между перечисленными сторонами в период госпитализации. Мадам Бубли проводила семинар, посвящённый госпитализированным младенцам.    Два момента, которые захотелось зафиксировать и сразу поделиться (случай предстоит еще осмысливать):    1. Ребенок смог реорганизоваться, смертельный диагноз был снят. Врачи объясняют восстановление пластичностью головного мозга. Психоаналитики смотрят на эту ситуацию шире, не отметая физиологию и медицину. Они обращают внимание на способность ребенка к отклику и характер его защит, внимательное присутствие психолога, который становится поддержкой для младенца, медсестры и родителей, процедуры психической реанимации и многое-многое другое. Они предполагают, что ««пластичное Я», способное быстро дезорганизоваться, может почти столь же быстро реорганизоваться, особенно если оно опирается на следы интериоризированного младенцем опыта и/или окружение, предлагающее психически инвестированные отношения». Т.е. «одного прекрасно оснащённого и технически эффективного отделения недостаточно». «Чтобы пластичность мозга действительно была мобилизована, необходимо окружение, позволяющее проявиться и реализоваться пластическим возможностям мозга, и позволяющее ребёнку психически инвестировать окружающий мир и самого себя».   2. Д-р Эльбез отметил, что участники семинара критиковали родителей за то, что те оставляли ребенка в госпитале одного. Он подчеркнул, что мадам Бубли была единственной, кто сказал, что нельзя их осуждать, так невозможно будет найти решение. Это нормальная защита – желание уйти. Как мы можем их понять, что мы можем сделать? – вот какими вопросами следовало задаваться рабочей группе. Стоит обращать внимание на малейшие проявления того, что является возобновляющим жизнь. Комментарий д-ра Смаджа про уход родителей без прощания: «Сказать прощай – это окончательное прощай, они не хотят прощаться со своим ребенком, до свидания стало бы прощай».
17 Okt, 15:33

Приглашаем всех желающих 8 ноября 2026 г. Бесплатное мероприятие Презентация Сборника статей УРОКИ ПСИХОАНАЛИЗА НА ЧИСТЫХ ПРУДАХ Время проведения: 12:00 – 15:00 Формат участия: очно и онлайн Адрес проведения: Москва, переулок Огородная слобода, д. 14 Регистрация обязательна по ссылке (При регистрации обязательно указывать форму участия) https://forms.yandex.ru/u/6aba504c1f1eb5c3246e0e30 Запись предоставляется на 60 дней (всем, кто зарегистрировался) Программа: Ведущий: Д. В. Жигалов 12:00 -12:20 – вступительное слово А. И. Коротецкой 12:20 – 12:30 -  обсуждение 12:30 – 12:50 -  выступление Д. И. Ненашевой (Старой) «О любви, вине и потере любви по-женски по работам Жаклин Шаффер.» 12:50 – 13:00 – обсуждение 13:00 – 13: 20 – выступление П. А. Малютина «Женское как работа меланхолии по работам Жан-Клода Эльбеза» 13:20 – 13:30 – обсуждение 13:30 – 13:50 – заключительное слово Л. И. Фусу 13:50 – 14:00 – обсуждение 14:00 – 15:00 – фуршет Официальный сайт Института: https://psichosomatic.ru/
16 Okt, 12:34