Книжная околица

Мой закладочный сад

Это не точно, но любые мечты исполняются, а долгожданные книги выходят в предзаказ!

В моём детстве я очень любила старую серию книжек небольшого формата mona lisa, в которой был довольно распространён троп женского семейного колдовства. Уверена, вы знаете про «Практическую магию» Элис Хоффман, чуть более жестокую и гротескную чем та история, которую нам показал фильм, туда же относится «Дева в голубом» Трейси Шевалье, «Садовые чары» Сары Элисон Аллен, «Шоколад» Джоанн Харрис, «Героини» Эйлин Фэйворит (какая же у «Героинь» была занятная идея спасать из их сюжетов классических героинь известных романов и какое же паршивое воплощение), «Терновая обитель» Мэри Стюарт (хит моих девчоночьих обсуждений с подружками), но наиболее близкой «Непокорным» мне кажется другой роман Хоффман «Что было, что будет» про три поколения женщин одной семьи — бабушку, маму и внучку, которые обладают разными особенными способностями, совершенно не упрощающих их жизнь, но при этом углубляющие понимание скоротечности времени и человеческого непостоянства. Очень несправедливо забытая серия с несправедливо забытыми книгами, мне кажется! Эмилия Харт удачно вписалась бы к ним, потому что, несмотря на романтические обложки с томными прерафаэлитными девами, книги были ориентированы на всевозможные проявления скрытой, но твёрдой вумэн пауэр. Там же, в мона лизе, были также изданы Сьюзан Сонтаг, Анджела Картер, Элис Сиболд с её автофикшеном про изнасилование и японский триллер «Аут» Нацуо Кирино.

Я не знаю, почему я это не сказала раньше, когда писала отзыв, но в «Утёсах» Кортни Салливан одна из основных сюжетных линий посвящена призракам. И, несмотря на то, что мы все научены на опыте Ширли Джексон или Анджелы Картер, что призраки и мистика — это всегда метафора угнетения, молчания и страха, со временем своей читательской жизни я стала всё дальше от бога и от фэнтези, и вряд ли бы взялась читать «Утёсы», зная, что в какой-то момент мы будем читать пов от лица энергитического сгустка памяти о мёртвой материи, а другие героини поедут в этно-лагерь, чтобы знакомиться со своими прошлыми жизнями. Тем временем, столкновение с реалистичным скепсисом, присущим каждому из нас, проверка твёрдости убеждений и веры в существующий распорядок мира ради выяснения потенциальной правды и расширения своих горизонтов — одна из важнейших мыслей Салливан, и во многом благодаря произведённому эффекту от «Утёсов» я взялась читать «Непокорных» Эмилии Харт, чудо как красиво изданных инспирией пару лет назад. На фото засняла детали книжки. Мильон раз видела её в англоязычном буктоке, но, как по мне, у нас её издали ещё более топ. Повествование «Непокорных» сосредоточено на трёх женщинах одного рода в разных временах — в семнадцатом веке происходит суд над Альтой Вейворд, обвинённой в ведьмовстве. Во время второй мировой в тихом английском поместье Вайолет Эйрс пытается выяснить кем была её погибшая мать, проживая тиранию отца, влюблённость, изнасилование и одиночество. В наше время, в 2019 году, двоюродная внучка Вайолет Кейт Эйрс беременеет от наглухо отбитого мужа и бежит прочь от его абьюза, спасая себя и ребёнка. Все три героини оказываются примерно в одном месте в разное время, что сопряжено не только с тем, что они исследуют собственную историю и историю системного угнетения женщин мужчинами из поколения в поколение, но и с постоянными пересечениями с людьми других родов, населявших эту землю. Из главы в главу персонажи перетекают с одинаковыми именами, представая то мучителями героинь, то их безусловной поддержкой. Это тоже изящная часть романа — видеть какими нестатичными и неоднозначными могут быть люди даже в рамках одной семьи. «Непокорные» — довольно простая линейная история, главы Альты, Вайолет и Кейт чередуются и в финале каждой есть маленький крючок, который держит внимание читателя в напряжении, но довольно быстро становится понятно, что, раз род Вейворд жив до сих пор, Альта и Вайолет не могли умереть или прервать поколенческую связь семьи, что их судьбы тесно связаны с претерпеванием насилия физического и эмоционального, но вумэн пауэр победит и эта победа сестринства и внутреннего стержня заранее вдохновляет. Эмилия Харт трепетно описывает робкую магию в своём повествовании, которая чаще всего связана с природой — её героини иначе чувствуют природный мир, и он им отвечает тем же — великой близостью. Поэтому вороны садятся на плечи и подают знаки, а самые разнообразные червячки и букашки поддерживают существование женщин. И в целом, эта близость с природой описана невероятно целостно и романтично, потому что к чему-то подобному хотелось бы стремиться — жить свою жизнь в гармонии с окружающим миром вдали от суеты. Желательно, и от людей тоже. Основную ответственность за мою нежность к этому роману отдаю Лиле, которая ещё год назад усердно вдохновляла меня на его прочтение.

Десять собак на этих девяти картинках очень ждут тексты на благотворительный опен-колл флэш-фикшена со словом «собака». Все подробности по ссылке 🐶

В месяц выхода на экраны нолановской «Одиссеи» начала читать другую одиссею — именно так в аннотациях позиционируют последний роман великой Миранды Джулай «All Fours», в котором главная героиня переживает кризис своего супружества и материнства, мечтает выйти из заданных рамок шаблонов, к которым привыкла за свои сорок пять лет и начать снова рулить своей жизнью, и поэтому отправляется в трёхнедельный роад трип из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк и обратно, однако, вместо этого на все три недели зависает в маленьком городке в получасе езды от дома. И получается своеобразная деконструкция великой женской одиссеи, которую героиня тщательно планировала и в которую вкладывала свои надежды на то, что она полностью перевернёт её жизнь, потому что её жизнь хоть и переворачивается, конечно, но совершенно другим путём. Безмерно обожаю Джулай не только за то, что она пишет, а пишет она всегда про очень неудобные вещи, заставляя своего читателя переживать сразу гамму эмоций — стыда, ужаса, одобрения и восхищения, но и за то, как она пишет — всегда очень метко, хлёстко и иронично, выстёбывая привычные каноны. Вот здесь, например, можно почитать цитаты из изданного на русском сборника рассказов «Нет никого своее», а вот здесь совершенно прекрасную статью, которая пояснит вам, почему творчество писательницы (а также режиссёрки, художницы, актрисы, сценаристки и музыкантки) требует вашего самого пристального внимания.

Этот пикник Книжного Рейва провели не на природе, а в вайбовой кофейни Кометадима (той самой, которую мы имеем в виду, когда говорим, что посидим в Пархоменко). Главной фишкой стала большая чёрная коробка с глазами, предлагающая посмотреть на знакомые книжки под другим углом. Угадала «Кажется Эстер», купила «Ночь, когда мы исчезли» Кононова, ушла счастливая от общения с таким количеством краших ❤️

О содержимом загадочного пакета от альпины нон-фикшн и о безобразии со второго фото — снова в рубрике книжных кружочков!

Тяжёлые времена создают сильных и находчивых котят спасибо птице-чтице. Осталось только понять, как снести из «читаю сейчас» удалённый вариант оригинальной книги, иначе скоро мой окршный мозг отлетит кукухой 😒

Для нового выпуска рубрики плейлиста Книжного Рейва опросила всех участников июльской встречи Люди читают рассказы о музыке, синонимичной их рассказам. Собственно, специально для вас публикуем названия текстов, которые вы услышите в следующую среду в «Доме культур»! Очень всех жду ❤

В #бар_полуночники зашли аж 6 писателей! 8 июля они прочитают тексты о доме в рамках проекта «Люди читают рассказы». А сегодня они делятся музыкой, связанной с рассказами 💚 Анастасия Древаль, рассказ «Представь нас на карте»:

Я не пишу под музыку, но часто придумываю тексты в дороге, когда в ушах наушники. Я слушаю трек и представляю себе атмосферу текста, делаю заметку в телефоне, а спустя время превращаю заметку в рассказ. В случае текста «Представь нас на карте» таким треком стал Weight off одной из любимых групп — badbadnotgood. Композиция начинается несколько нервно. Представляется такая обиженная бесцельная долгая прогулка. Развитие меняет настроение и атмосферу на нечто более спокойное, сказочное и недосягаемое.

Ольга Григорьева, эссе «Поэтика возвращения домой»:

OMYT

и

AVERYHOT

— The Retuses

Возвращайся домой

—Mujucie

Павел Кошелев, рассказ «Стук и молнии»:

1) The Doors — Riders on the Storm

Пытался вспомнить треки, где звучат раскаты грома. Наверняка таковых очень много, но вспомнилась только самая популярная песня моих любимых зе дорс.

2) Типси Тип — Лес дал

Ну, и про лес, который, равно как и гром, присутствует в моем рассказе с избытком.

Bonus:

Souls of Mischief — Tour Stories (instrumental)

Обычно пишу в тишине и вручную, но всё же какое-то (даже, пожалуй, изрядное) количество букв было набрано под этот не слишком замысловатый инструментал.

Мария Ныркова, рассказ «Домашние пейзажи»:

Песня Земфиры* — остин посвящена тому же персонажу, о котором будет рассказ.

*Земфира объявлена иноагентом.

Анна Лужбина, рассказ «Земля летающих собак»:

Мой рассказ «Земля летающих собак» о службе в городке на Новой Земле. Там всегда дует ветер, не растут деревья, ходят олени, неизвестно как выживающие, и белые медведи. Под боком у главных героев проводят ядерные испытания, наступает полярная ночь, но им нестрашно — в рассказе я пытаюсь понять, почему? Выбрала два трека, чтобы описать их (и мое при написании) состояние: Nick Cave&The Bad Seeds «Mermaids», Radiohead «The Gloaming».

Вера Богданова, отрывок из романа «Царствие мне небесное»:

Открывающая

плейлист

к роману песня Angel Haze — New York.

План событий на выходные. Очень скоро — уже через пару недель — пройдёт новый благотворительный фестиваль «Фонарь» в Туле. Ставим заметку на 18 июля субботу, берём билеты на ласточки и электрички в темпе вальса (они заканчиваются!) и встречаемся в прекрасном моём любимом городе Тула. Программа будет невероятная, потому что за неё отвечает лучшая команда на свете. Маша Орлова — легенда, никогда не устану это повторять. Если вы в Москве и в Туле — обязательно прошерстите свои личные библиотеки и принесите пару тройку ненужных книжек в пункты, указанные по этим адресам. Они очень нужны и маркету, и людям, которые будут счастливы их купить, а значит, эти книжки обязательно помогут благотворительному фонду «Живи». Я несу свою стопку прямо сегодня — с недешёвыми редкостями, между прочим! На этих выходных с 3 по 5 июля в той же великой Туле пройдёт крутецкий фестиваль «Толстой». Я люблю его заочно, но никогда не попадаю, зато на прошлых выходных посмотрела на подготовку к фестивалю в Ясной Поляне — это будет легендарно. Однако, вместе с московским книжным магазином Пиотровский, фестиваль замутил прекрасную коллаборацию — при покупке книг до 12 июля с брендированной фестивальной манжетой можно будет получить в подарок прелестную закладку. Помимо самой закладки обратите внимание на отличную подборку книг. Ну и наконец-то к нам возвращается Чёрный Рынок (уже завтра 4 июля зажжёт на цти фабрика) с опупенной программой и ярмаркой книжных издательств. Полную программу можно прочитать здесь. От себя советую посетить в 14:00 мероприятие с топовым названием «экономика каменного века: почему первобытные люди были счастливее нас», которое промодерирует писатель и независимый исследователь Николай Канунников. Ну и обязательно закупитесь книжками ад маргинем, ивана лимбаха, нло и всех остальных. Помните — зима всегда близко.

Сходила посмотреть как там новый книжный магазин Москвы «Озеро» — понравилось. Уже чувствую и уют, и красоту, и дальше будет только уютнее и красивее — старое здание на красивых улицах Китай-города, лаконичный дизайн оформления, шикарные аутентичные потолки, даже кофейня есть и работает полным ходом. Подборка книг на стендах и выкладках уже огонь, всё моё, твоё, наше — независимые издательства, любимые сюжеты, красивущие обложки. Предчувствую толпы посетителей, собственно, они уже есть, поэтому сделала всего несколько быстрых фото, купила новый литературный номер правил жизни ради рассказов Ани Шипиловой, Маши Нырковой и Дарьи Трайден и побежала дальше в летний закат. Между прочим, в «Озере» книготорговкой работает моя драгоценная Ульяна, так что будете там — обязательно передавайте привет.

А импринте lutra издательства libra вышла маленькая хорошая книжица Марка Бенеке «Иллюстрированная жизнь животных» с огромным количеством иллюстраций Кат Меншик в забавном немного поп-артовском стиле. Книга представляет из себя не столько энциклопедию, которой кажется по своему содержанию, а скорее сборник забавных баек из жизни животных, затрагивающих самые животрепещущие темы — некрофилия, людоедство, сексуальные практики, пьянство, вампиризм, мифологию, генетическое вырождение и всё такое. Обожаю просто до небес. Книга переведена с немецкого участниками семинара CWS, поэтому за каждую главу отвечали разные переводчики и переводчицы, превосходно справившиеся со своей работой. В своём тексте Бенеке — между прочим всемирно известный биолог-криминалист и судебный энтомолог — порой упоминает интереснейшие эпизоды из жизни со словами, что это вам не ха-ха, а отличная тема для второй книжки на тему животных, и, конечно, хотелось бы увидеть и саму вторую книгу Бенеке, и её перевод на русский, потому что первая вышла чудо как хорошо. Расскажу про несколько самых любимых глав. «Пудели» (перевод Юлии Упоровой и Людмилы Ивановой) Для красивой книги постаралась сделать красивые фотографии, так что на фото как раз иллюстрация из этой главы. В этой главе помимо исторической справки даётся немного информации о многообразии пуделиных стрижек и даже о целых идейных войнах пуделиных владельцев, которые разворачивались из-за них. «Пристыжанные собаки» (перевод Яны Фомичевой) Наверное, самая важная глава, которая пытается вернуть животным их животный образ жизни, потому что очеловечивание поведения питомцев часто происходит из-за огромной к ним любви. «Русалки» (перевод Маргариты Ключак и Юлии Коленко) Другая глава книги описывает живых и функционирующих аистов со стрелами в шеях, которые, в отличие от русалок, являются вполне себе реальным следствием человеческой деятельности. Русалки же — порождение мифа, но настолько манящего, что долгое время их включали в серьезные справочники животных по всему миру наравне с единорогами. Здесь же Бенеке и поясняет за всевозможную мистификацию, которая существовала благодаря чучелам, распространённых у коллекционеров и биологов до изобретения фотографии. «Утки-некрофилы» (перевод Чемен Джапаровой) Моя самая любимая глава (начинающаяся с очумеено бодрой истории), которая говорит о сексуальных практиках в природном мире, а также о неожиданных моногамных союзах на примере птиц, но примеров, конечно, в жизни можно наблюдать намного больше. «Домашние людоеды» (переводы Чемен Джапаровой и Ольги Улыбышевой) Мне кажется каждый кошатник рано или поздно задавался вопросом «съест ли меня моя кошка» в случае смерти (а то и читал одноимённую книгу Кейтлин Даути), и в этой главе Бенеке научно-популярно поясняет в каких случаях — съест, и даже разъясняет какую именно вашу часть предпочтут кошки, а какую — собаки, что, разумеется, обосновано их животной природой и выживанием и ни коем образом не определяет их.

Ни на что не намекаю, но встречаемся уже через неделю, чтобы послушать крутые рассказы крутых писателей 💅 По возможности — приходите, знакомьтесь, постараюсь всех тепло обнять. Меня очень трогает и восхищает вся поддержка проекта и меня в частности, я коллекционирую все комментарии, упоминания и посты про Люди читают рассказы, всегда показываю их авторам и мы все становимся на чуть-чуть счастливее благодаря вашим словам. Спасибо до небес и выше!

Шик, блеск на презентации нового романа Татьяны Дыбовской «Проект «Борода», по сюжету которого одного великого писателя заменяют неожиданным двойником. Повествование идёт сразу в двух временах, охватывая жизнь и Льва Николаевича, и современную действительность конспирологов-энтузиастов, которые пытаются разобраться в этой запутанной истории. На презентации делились друг с другом существующими теориями заговора в литературе вроде того, что Пушкин — это Дюма старший, романы «Золотой теленок» и «12 стульев» написал Михаил Булгаков, Шекспир — совместный псевдоним коллектива авторов и собирательный образ, а то и вовсе инопланетянин. Если есть ещё какие-то интересные теории — рассказывайте, я со вчерашнего вечера со всем вниманием исследую тему… Вот бы ещё появились теории о писателях-современниках, но, подозреваю, большинство теорий в наши времена будет выглядеть, как писатель n — это ии, и они вряд ли уйдут далеко от правды 😎 Книжку уже начала слушать в аудио, благо, озвучка сделана легендами — Алексеем Багдасаровым и Александрой Урсуляк, которая сыграла в моём любимом спектакле «Добрый человек из Сезуана». Фан факт — в первом не менее драйвовом и остросюжетном романе Татьяны Дыбовской «Копия неверна», который тоже про двойников и доппельгангеров, только в другом фокусе, есть неслучайная изящная отсылка ко второму:

Знаешь же хрестоматийный пример со Львом Толстым до 1878 года и после? Был ­яростный сторонник размножения — стал такой же яростный сторонник воздержания. Окружение, взгляды, стиль — все по поменялось. Сразу же понятно, что доп!

Мультивселенная двойников вдохновляет. Всегда есть шанс что кто-то вместо меня захочет делать мою работу! За шик и блеск презентации отвечали невероятное издательство Альпина и Денис Лукьянов в частности, студия озвучки vimbo и смысловая 226. Вышло уау

У «Сестёр» какая-то нереально красивая обложка с картиной Джилл Баттон «To the Lighthouse» (Вулф вайб 💅), из-за чего мне мечтается заполучить оригинальный экземпляр на английском чисто для коллекции. Обложка для «Клеопатры и Франкенштейна», естественно, тоже дело рук этой художницы.

Blue sisters by Coco Mellors Меллорс очень быстро хайпанула на миллениальской прозе о потерянных грустных девушках и скучающих мужчинах благодаря роману Cleopatra and Frankenstein, который побил всевозможные топы продаж. Второй роман писательницы называют более продуманным, качественным и слаженным, во многом из-за дистанции от романтических отношений, потому что в фокус Blue sisters выведены отношения между членами одной семьи. Одна из четырех сестер Блю Никки внезапно умирает, спустя год после её смерти Эйвери, Лаки и Бонни пытаются осмыслить свою потерю, потому что вся их жизнь, несмотря на разность, была жизнью единого сообщающегося организма, который поддерживал баланс между ними. Со смертью Никки исчез и баланс — Эйвери, будучи успешной богатой юристкой, начинает клептоманить и изменять своей идеальной жене, и без того отбившаяся от рук Лаки пускается в наркотические трипы почти без передышки, самая дисциплинированная из сестёр Бонни бросает бокс и переезжает из Нью-Йорка, чтобы предаваться унынию и моральному разложению из-за горя без свидетелей своих былых успехов. Все три сестры отлично справляются с уничтожением своей жизни, и, собственно, роман о том, как рано или поздно любому горю приходится найти выход, столкнуться с катарсисом переосмысления и принятием, потому что иначе его — не пережить. Большую часть истории сестры бессердечно ссорятся друг с другом, и, читая эти эпизоды, я нет-нет, да ловила себя на успокаивающей мысли «слава богу у меня нет сестры». Коко Меллорс довольно прозрачно рассказывает о жизни семьи Блю, и быстро становится понятно, что семья куда более деструктивная, чем это может показаться на первый взгляд, замыленный карьерными успехами каждой из дочерей. Эйвери, будучи самой старшей, пришлось стать матерью всем остальным, что не могло не разрушить её собственную целостность, и одна из самых ценных сцен романа для меня — сцена разговора взрослой Эйвери со своей вечно избегающей, отстранённой, а то и жестокой мамой, где та честно отвечает на вопрос «хотела ли она быть матерью»:

— Я хотела быть женой. Не уверена, что хотела быть матерью, — она грустно улыбнулась. — Но одно шло в комплекте с другим.

И следом, обнимает Эйвери со словами «Ты не настолько важна», чтобы дать дочери ту самую почву под ногами, которой у неё не было все остальные тридцать лет её жизни, когда Эйвери приходилось быть самой важной, самой ответственной в семьи, чтобы держать сестёр на плаву. Нечто подобное я встретила в романе «Никогда» Арройо, тоже прочитанном в июне, где после смерти матери четырёхлетняя Мэгги начинает называть старшую сестру Фьоре своей мамой, и та яростно протестует против этого, потому что материнство — совершенно другой уровень ответственности, который не должны были брать на себя дети. За это Эйвери и расплачивается всю свою жизнь. Ещё одна важная тема, поднятая Коко Меллорс в романе — это эндометриоз, которым болела Никки. Косвенно он и стал катализатором событий, который привели её к смерти. Эндометриоз Никки тесно связан с болью и ограничениями, которые были наложены на потенциальное материнство, и, изучая этот вопрос, я внезапно осознала как мало я знаю об этой болезни. После выхода «Разговоров с друзьями» Салли Руни писательницу критиковали за изображение эндометриоза в своём романе, как не соответствующее действительности. В прошлом году вышла занятная статья, посвященная исследованиям болезни и её лечению — всё ещё не исчерпывающему и ненадёжному, во многом из-за чего понятие эндометриоза в медицинской терминологии и общественном мнении сильно размывается и влияет на скептическое восприятие с которым читатели смотрят на «Разговоры с друзьями» и «Сестёр Блю». Очень советую романы Коко Меллорс наравне с «Existing times» Ниши Долан, «Реальной жизнью» Имоджен Кримп и книгами Долли Олдертон, потому что они очень цепко ловят нашу жизнь в моменте, отражая и её манящие черты всех благ капитализма и поисков любви, и при этом самые некомплиментарные, жуткие, стыдные чувства от человеческих сиюминутных желаний и поступков. Читала роман в любительском некоммерческом переводе JohnnyMe.

В последний день месяца решила рассказать о книге, с которой провела почти весь июнь и получила какое-то безграничное удовольствие, потому что все мысли сейчас только о том, как бы мне вернуть эту атмосферу и эти сюжеты. Вот даже сделала простигосподи фанкастовые коллажи 😁 Вернула свой 2017 особенным путём