пиши перформенс

Два опен-колла от коллежанок! 🧶 Настя Патлай и Лиза Спиваковская набирают третий поток онлайн-курса документальной драматургии в школе Un/Filmed. В 2024 и 2025 годах на курсе было написано 18 пьес, многие из которых были опубликованы, вошли в шорт-листы конкурсов, были переведены на польский, испанский, французский и другие языки, ставились и публично читались. В общем, имели жизнь! Что, порой, даже труднее обеспечить, чем написать текст. Вдруг вам давно нужно было с кем-то поразгонять идею своего документального текста! Дело дорогое, но есть два бесплатных места — стоит попробовать. 🧶 «Любимовка» запустила опен-колл Fringe-программы и ищет авторов и тексты, которым тесно в привычных рамках драматургии, театра и литературы. Тексты, которые работают с пространством, звуком, телом, объектом, маршрутом, инструкцией, документом, цифровой средой, зрительским участием или другой нестандартной формой. «В этом году мы думаем о Fringe-программе как о пространстве сигнала — поле, где тексты пробиваются через шум времени. Это место для работ, которые пытаются быть услышанными в мире, где всё сложнее говорить, слушать и договариваться. Где можно не сразу понять друг друга, но оставаться в контакте». Курирует фринж Оля Казакова!

Будете в Париже, съездите в «Желтую мельницу» — резиденцию Славы Полунина в часе езды от города. В эти выходные были мастер-классы Хельги Штенцель, которая делает фигуры животных из одежды, встреча с Рёко Секигути, авторкой «Нагори» и других переведенных на русский язык Ad Marginem книг. И много арт-объектов на территории сада. 27-28 июня, 18-19 июля, 29-30 августа, 19-20 сентября, 10-11 октября — вот даты следующих открытых дверей резиденции. В комментах докину еще фоток!

У дорогой Ильмиры Болотян вышел бесплатный онлайн-курс о современном театре в 4 лекциях на сайте Музея «Гараж». Среди прочего, в последней лекции Ильмира сравнивает наш перформанс на открытии «Недели Перфотачки в Москве» 2021 г. с работой Тино Сегала)) Качественное соседство, ничего не скажешь! Курс советую, цитату — прилагаю:

Интересно сравнить перформанс художника (This VariationТино Сегала) и спектакль режиссера («Любовь, которая займется нами» Ивана Демидкина и Артёма Томилова), в которых происходит на первый взгляд похожее действие — перформеры и зрители танцуют в одном пространстве. Перформанс художника Тино Сегала This Variation («Эта вариация») обычно происходит в темном зале и длится весь рабочий день музея. Во мраке перформеры отбивают ритм, молчат, звучат, танцуют — возникает звуковая пластическая композиция, в которой зрителю дозволено действовать как угодно: наблюдать, подключаться или не участвовать. В какой-то момент исполнители замолкают, а потом вступают вновь: у действия нет ни начала, ни конца, ни середины, ни кульминации. Можно сколько угодно находиться в этой темной комнате и слушать, лежать, сидеть, ходить, петь, танцевать. Театральный перформанс «Любовь, которая займется нами» Ивана Демидкина и Артема Томилова, показанный в Центре им. Вс. Мейерхольда на фестивале «Неделя Перфотачки в Москве» в 2021 году, был устроен как танцевальная инсталляция для вечеринки и отсылал к танцевальным марафонам США периода Великой депрессии: «Все приглашенные на вечеринку могут с нами взаимодействовать, потому что мы — гаранты танцев. Мы делаем так, что каждый вступает на уже разогретый танцпол, и если человек хочет получить веселье — он его получает, оставляя за собой право выйти в любой момент. Но не мы. Мы ограничены временем и задачей, ведь мы — работаем, а наша работа — тусить. Тусить, отказываясь от тусы». Отличие от This Variation Тино Сегала в том, что действие ограничено несколькими часами, и команда акцентировала внимание зрителей на своей «работе»: в то время как публика пришла «тусоваться», авторы трудились, совершая перформанс. Несмотря на то, что оба действия можно описать как «перформанс», театральная рамка внесла в «Любовь...» те самые репрессирующие зрителя элементы: разделение на сцену и зал, на исполнителей и публику (в работе Сегала не случайно все проходило в темноте: пришедшие в зал не могли бы мгновенно обнаружить перформеров среди толпы), ограничение по времени, соответствующее обычным временным рамкам спектакля, а также превалирование смысла происходящего над процессом. «...Танец из отдыха стал изнуряющей работой для тех, кто нуждается в заработке, — писали авторы. — По сути, этот парадокс характеризует практически каждого, кто живет нестабильным и незащищенным трудом в сфере искусства и культуры». Между тем перформеры «Любви...» «работают» два часа, пока остальные отдыхают, в то время как перформеры This Variation работают целый день. Сегал предпочитает называть свои проекты «сконструированными ситуациями». В пространстве музея это действительно ситуации, в которые (внезапно) попадает зритель, вольный, как на любой выставке, тут же уйти. Сегал не задает ни правильного способа участия, ни необходимости в нем: зритель может наблюдать, включаться или вовсе оставаться в стороне. Важно не то, что делает зритель, а то, что сама ситуация существует как произведение и позволяет пересобрать привычные модели музейного поведения. В «Любви, которая займется нами», напротив, участие зрителя оказывается негласной задачей выступающих. Несмотря на заявленную открытость, перформанс выстроен таким образом, чтобы вовлечь публику в действие: «растанцевать» ее, преодолеть пассивность, превратить присутствующих в участников. Свобода здесь носит условный характер — она предполагает движение в сторону, указанную авторами. Именно в этом заключается принципиальное различие двух работ. У Сегала ситуация не требует отклика и не направляет его, тогда как в «Любви...» участие становится формой нормы, а отказ — отклонением от нее.

Смотрите курс здесь!

Какая же ХОРОШАЯ книга, помимо основного сюжета штрихами фиксирующая (разрушенные) судьбы десятков, десятков людей. Берите!

Ваня Демидкин — наш автор, художник и куратор, который уже несколько лет пишет для Perito о театре и перформансе. И вот у него вышла первая книжка! Год назад Ваня перевёл пьесу Бориса Никитина «Эссе о молчании», а после показал его видеозапись в 7 городах и 4 странах. Теперь он выпустил текст небольшим тиражом — потому что, по его словам, этот текст точно отражает ощущения от того, как устроен мир последние 3–4 года. Книжка небольшая — 33 страницы формата A6, поместится в карман. Донейшн от 400 ₽ в любой валюте, доставка куда угодно. Классный подарок для тех, кто думает о памяти, идентичности и молчании. Заказать можно тут.

В мае лечу в Бишкек, чтобы провести «Ваааайбораторию» Так мы назвали подготовительный этап нашего театрального фестиваля «Место — Действие», который пройдет осенью уже третий раз. Только в этот раз все совсем иначе! Раньше часть фестивальной афиши собиралась из майской лаборатории сайт-специфик театра, в которой участвовали люди без театрального опыта. В течение месяца они слушали лекции, ходили на мастер-классы и под кураторским присмотром создавали свои первые проекты. Часть из них после лаборатории жила своей жизнью, часть вставала в программу нашего фестиваля. Так театр за пару лет оброс большим и сплоченным комьюнити художников и друзей. Но в этом году ребята поняли, что такой формат расширения себя изжил, а задача программировать фестиваль не гастрольными проектами, а изнутри Бишкека — осталась. Поэтому мы созвонились и поняли, чего нам всем не хватает — разгона работ друг друга на равных. Не обучения, не лекций и мастер-классов, а тесного нахождения в среде тех, кто также занят театром, но в силу разных причин не успевает довести свои идеи до ума. И говорю я об этой необходимости не понаслышке, а потому что чувствую, как эмиграция в моем случае лишает той среды, внутри которой вообще имеет смысл творчеством заниматься. Так мы сформулировали три группы людей, кому может быть нужна «Ваааайборатория»: ● у вас есть идея, но она постоянно откладывается на потом, ● вам нужно обсудить проект с кем-то, кто шарит в современном театре, ● вы хотите быстро проверить свою идею на зрителях. И если судить по первому фидбэку, это именно то, чего всем не хватает — импульса вынуть себя из повседневности и рутины (пусть даже творческой) и заняться тем, что давно лежит. Если кто-то вообще дочитает до сюда и поймет, что тоже хотел бы собираться на такие встречи, но живет не в Бишкеке, напишите в комментах — мб соберемся потом и онлайн!

#выйдут 📖 Еще один проект-долгострой Individuum, яростные дневники Шекспира XX века в изгнании впервые на русском языке — открываем предзаказ на «Эмигрантские дневники. 1938–1955» Бертольта Брехта в переводе Зои Бороздиновой. 📝 Автора «Трехгрошовой оперы» — в ваши шопперы: клик. «Рабочий журнал», как назывались дневники Бертольта Брехта, крупнейший драматург XX века вел с 1938 по 1955‑й, — в годы изгнания из Германии и после возвращения. Камертоном для этих записей стала пронзительная честность, с которой он реагировал на происходившие события. Критерий политической и художественной честности он примерял и для всего, что его окружало, — к спектаклям, текстам, идеям и людям. Сменяя страны, теряя близких людей, участвуя в идеологических спорах и работая над пьесами, Брехт вклеивал в дневник вырезки из газет — хронику распада мира, а затем хронику новой реальности. Размышления о теории «эпического театра» на этих страницах соседствуют с заметками о постоянных переездах, о домашней собаке, о ненависти к Голливуду, о спорах с Томасом Манном и Теодором Адорно и о неколебимой вере Леона Фейхтвангера в победу СССР. Набросок, сомнение, самоцензура, злость, ирония: все слои видны, как в раскадровке; это редкое свидетельство того, как устроена творческая лаборатория гения, интеллектуала, жившего в эпоху тоталитаризма и вой­ны, в эпоху, когда казалось, что думать о литературе — почти непристойно.

ну легенды, блин! надо брать ❤️‍🔥

Мы обновили сайт prstrnstmag.ru — интервью, тексты, карта независимых книжных и главное о журнале можно узнать по ссылке Разговоры в «Пространстве», которые можно прочесть уже сейчас: ⚫️Елена Ковальская — о фестивале «Пустота», социальном театре и отечественных перформативных практиках ⚫️Татьяна Тарасова — о спектакле «Я — ̶Г̶А̶М̶Л̶Е̶Т̶ ОШИБКА» происхождении боли, работе со студентами, поиске территории свободы и о мастерских ГИТИС ⚫️Борис Павлович — о проекте «Лес», существовании независимых театров сегодня и их будущем ⚫️Анастасия Паутова — о спектакле «Мать», мемах в llllllll1111llllllllll и юморе как реакции на боль ⚫️Артем Томилов — о фестивале «Хрупкий» (2024), режиссуре межличностных взаимоотношений и пересборке творческого языка ⚫️Ваня Демидкин — о реэнактменте «Флюксуса» и фестивале сайт-специфик-искусства «Место — действие» в Бишкеке (совместно с кураторкой Ольчей Щетининой) ⚫️Фати Бесолти — о перформативности музыки, препятствиях в музыкальной индустрии и личных проектах ⚫️Димитрий Крис Чернэ — о режиссерской лаборатории в «Театре Простодушных», метамодерне и проблемах инклюзии в искусстве to be continued...

Товарищи перезапустили сайт и по этому случаю напомнили о двух интервью, которые я им давал! Но не отметили еще одно, которое тоже лежит на их сайте — от Ани Шалуновой о фестивале «Хрупкий»

Один из спектаклей с нашего фестиваля «Место — Действие» в Бишкеке едет на гастроли в Южную Корею! Поэтому нарушу молчание на этом канале и напомню о статье, в которой про фестиваль и рассказывал И раз уж заговорили, вот еще два материала о фестивале, которыми ни разу не делился здесь! > Рецензия Кеши Башинского на воркшоп Аси Хашем по сенсорному театру «Ощущай» > Фидбэк одной из зрительниц в ответ на рецензию Кеши И вот описание этого воркшопа:

В течение трех часов участники вместе с ведущей воркшопа придумывали небольшие спектакли, которые основаны на работе со звуком, прикосновением и движением. В таком воркшопе мог поучаствовать каждый, а опыт в театре был не нужен. После подготовки работ участники показали работы, а зрители сидели с закрытыми глазами. Воркшоп — это хороший способ быстро пройти путь от идеи работы до ее показа, это возможность попробовать себя в новой роли, выйти из позиции зрителя и стать соавтором спектакля. Сенсорные спектакли широко представлены в мировом театре. Подобные опыты делали Punchdrunk из Великобритании, Rimini Protokoll из Германии, Ontroerend Goed из Бельгии. В Бишкеке такие форматы встречаются редко, так что воркшоп — это хорошая возможностью предложить горожанам такой способ театрального действия. Воркшоп провела Ася Хашем, режиссерка и художница. Ее спектакли «Белек» и «Тропы» были в программе фестиваля «Место — Действие» в прошлом году.

Моя подруга, кураторка и продюсерка Маша Слоева, первая героиня подкаста «Против театра» и жительница Парижа уже несколько лет ведет телеграм-канал, где в формате голосовых сообщений рассказывает о тех спектаклях, перформансах, концертах и выставках, которые она посещает по всему миру! Среди прочего, у Маши был целый блок войсов, посвященный работам с нашего фестиваля «Место — Действие» в Бишкеке. Решил собрать их в один пост для тех, кто хочет познакомиться с каналом Маши и нашей работой: > Иммерсивный спектакль о регионах Кыргызстана «Сандык» > Пацанский док о турецкой школе-интернате в Казахстане «Хазыры» > Воркшоп по созданию воображаемого музея «DIY Заманбап музей» > Телеграм-экскурсия по ЗАГСу «Витражи» > Музыкальная пьеса для совместного исполнения «coucou, ты как?» > Видеопоказ спектакля и перформативный комментарий к нему «Дядя Фантомас» > Спектакль-игра, где нет зрителей, по созданию утопического города «Привет! Я в городе» > Автофикшн о восприятии трагедии 2005 года в Узбекистане «Андижанская полька» > Мой гостевой войс об истории проекта, его создании и развитии А вчера мы с командой решили, что третьему фестивалю «Место — Действие» быть! Поэтому освобождайте конец сентября и прилетайте в Бишкек к нам))

25 февраля в Рурском университете Бохума (Германия) покажут фильм Егора Исаева и Кости Корягина о нашем последнем фестивале «Хрупкий», который прошел год назад в Москве. Показ пройдет на конференции Approaching Performance Archives in the Age of Media Overload. Вот ее синопсис:

Конференция посвящена тому, как документирование исполнительских практик — театра, устного фольклора, перформанс-арта, литературных чтений — может быть инструментом для понимания самого перформанса. В центре внимания — опосредованное звучащее слово в Восточной и Центральной Европе. Конференция объединяет подходы из литературоведения, теории перформанса, кураторской практики и феминистской критики. Участники обсуждают, как способы фиксации перформанса влияют на то, как мы его осмысляем в разных медиа. Хотя сегодня особенно заметны онлайн-трансляции, зум-перформансы и музейные медиа-объекты, связанные с перформансом, конференция не ограничивается технической стороной вопроса. Речь идёт о более широких изменениях в понимании перформанса в его опосредованных формах и о том, как архивные практики влияют и на создание работ, и на их восприятие. Одной из ключевых тем становятся исторические споры об эфемерности перформанса и альтернативные способы его документирования, которые ставят под вопрос привычные противопоставления — присутствие и медиация, телесность и запись. Особое внимание уделяется нетехнологичным или полунотационным формам фиксации: партитурам, графическим схемам, типографским экспериментам. Они рассматривались как открытые структуры, допускающие интерпретацию и повторное исполнение. Обращение к этим стратегиям позволяет по-новому взглянуть на архивные практики в эпоху медиаперенасыщения. Также конференция рассматривает опосредованный перформанс как форму политического высказывания и сопротивления в Восточной и Центральной Европе. В отличие от западного контекста, где самоархивирование в перформанс-арте часто возникало из-за маргинального положения внутри институций, на Востоке документирование нередко было ответом на политические репрессии — например, в практиках самоархивирования группы «Коллективные действия», работавшей в Москве с середины 1970-х годов. Поэзия и перформанс в медиированной форме рассматриваются как способы сопротивления, позволяющие художникам находить новую аудиторию и сохранять диалог в условиях ограничений — тема, вновь актуальная сегодня. Вместо того чтобы поддерживать жёсткие границы между театроведением, исследованиями перформанса и литературоведением, конференция обращается к их пересечениям и взаимным изменениям. Она показывает, как перформативные практики и медиа-технологии с конца XIX века повлияли на литературные исследования, выдвинув на первый план устность, телесность и материальные условия восприятия. Наконец, конференция поднимает вопрос доступа к архивам перформанса. Хотя цифровизация значительно расширила доступ к историческим аудио- и видеозаписям, для работы с ними необходимы новые интерпретационные и кураторские подходы. В этом контексте обсуждаются стратегии критической работы с архивами перформанса в условиях цифрового перенасыщения медиа.

Почитать о программе конференции, чтобы узнать, какие темы документации театра и перформансы ставят себе западные исследователи сегодня, можно тут!

Эпический и пролетарский театр Сборник текстов философа Вальтера Беньямина, посвященных его другу, поэту и драматургу Бертольту Брехту, вышел в издательстве Ad Marginem в прошлом году. С разрешения издательства я публикую отрывок из предисловия Игоря Чубарова, посвященный природе эпического театра и его отличиях от театра того времени.

Брехт мечтал о разрушении театральной иллюзии, ведь иллюзорность театру навязывает внешнее окружение и условия театрального производства: культуриндустрия и рынок, загоняющие производителей в гетто пыльной сцены. И он своими приемами пытался выбраться из этой внутренней тюрьмы буржуазного искусства. Его зонги и жесты отсюда. Эти и прочие антииллюзионистские моменты Брехт назовет в середине 30-х годов «эффектами очуждения», сокращенно — «V-эффектом» (от нем. Verfremdung — отчуждение). Соответствующие приемы, схожие с методом остранения у русских формалистов, имели у Брехта то существенное отличие, что применялись не только для прерывания автоматизма восприятия и разоблачения условности театрального действия, но и чтобы выразить его философский и политический смысл. Кстати, метод остранения Шкловского, как и очуждение Брехта, часто понимают как обнажение приема, но обнажение приема не избавляет от фикциональности, как подчеркивание швов на одежде не делает ее цельной и бесшовной. Но можно обозначать швы декоративно на бесшовной одежде — таковы были модели русских конструктивистов, о которых мы еще поговорим. Конструктивизм был созвучен поискам Брехта и Беньямина.

Читайте тут: https://syg.ma/@vnchkaa/epicheskiy-i-proletarskiy-teatr

Для тех, кто пропустил текст о бишкекском фестивале — собрал карточки с 7 спектаклями. Остальное тут: https://syg.ma/@vnchkaa/zahvacheny-zemli-gorod-pustoy

Независимый театр Бишкека, Алматы и Ташкента в 19 спектаклях и перформансах! Собрал в одной статье все работы второго фестиваля «Место — Действие», который мы провели осенью 2025 года в Бишкеке. Там же пара заметок о том, как изменился фестиваль с 2024 года: почему мы отказались от позиционирования «фестиваль сайт-специфик театра», но остались ему (сайт-специфику) привержены, и куда и как хотели расти на втором фестивале в работе со зрителями, партнерами и участниками:

На первом фестивале у нас было огромное количество вписок, то есть пришедших бесплатно на платные события зрителей — это были друзья, партнеры, журналисты и блогеры, победители розыгрышей и участники фестиваля. Они забрали 48% всех зрительских мест, тогда как реально купившей билеты аудитории было 52%. Так как мы работаем с грантом и не так критично зависим от суммы продаж, для первого раза это было окей, но между собой мы договорились, что ко второму фестивалю ситуацию надо менять. Так и вышло! Пропорция в 2025 году была уже другой: 77% зрителей заплатили за билеты и только 23% пришли по впискам. И я считаю это не только количественным, но и качественным ростом. С одной стороны, команда МЕСТО Д... давно стремится выработать культуру поддержки в отношениях с аудиторией. С другой стороны, к нам в принципе выросло доверие зрителей. Если в 2024 часть билетов раскупали прямо во время фестиваля, то в 2025 все билеты были проданы еще до его начала. Из-за спроса мы даже добавили пять показов к изначальной афише. При этом, нельзя сказать, что мы стали менее доступным фестивалем. Кроме платных событий, оба года у нас есть программа бесплатных художественных и образовательных ивентов. И если в 2024 году их было 3 на 64 зрителя, то в 2025 уже 5 на 128 человек. Общая аудитория фестиваля в 2025 году тоже выросла, но не сильно — на 12%.

https://syg.ma/@vnchkaa/zahvacheny-zemli-gorod-pustoy

В сентябре 2025 вышел новый выпуск журнала «Искусство кино», посвященный молодости и новизне в искусстве. Среди текстов номера — разговор Кристины Матвиенко со мной. Поводом для него был фестиваль «Хрупкий», но кроме него мы обсудили эмиграцию российского театра в разных странах, неравенство репрезентации этой эмиграции, мои любимые спектакли в Центральной Азии («Плотник» Димы Гомзякова и «Дядя Фантомас» Заманбап искусства), ну и мой жизненный маршрут. Разговор состоялся еще осенью 2024 года — до последнего «Хрупкого» и его же гастролей в Европе, поэтому он ухватил какой-то очень яркий момент воодушевления от творчества ✨

Просто чем мы (не только мы с Темой, но и целое комьюнити, окружавшее нас) занимались раньше? Бесконечной попыткой расширить границы театра, попыткой экстенсивно наращивать обороты, нас искренне интересовала такая театральная энтропия. Помимо поиска — а им занимались не только мы, но и люди, гораздо более институционально вписанные в инфраструктуру российского театра, как Дима Волкострелов, Семен Александровский и многие другие, — мы еще отвоевывали свое понимание театра, говоря институциям и экспертам, что наше восприятие театра тоже легитимно. Сейчас никого не парят новые формы, это ушло на второй план, и я рад. Сейчас этого вообще нет в моей жизни, и можно заниматься любым типом театра, делая новые штуки и при этом не думая об этом как о новом.

Купить журнал можно здесь!

Прочитал первый выпуск газеты о книгах БИЛЛИ, которую выпустило одноименное медиа с Максимом Мамлыгой во главе! Добрая половина материалов внутри — не о книгах, а о разных формах инфраструктуры вокруг них: книжных клубах, гидах, вечеринках и прочих форматах, которые делают процесс чтения богаче и создают комьюнити вокруг себя Прочитал и понял, насколько же беден русскоязычный театр что в России, что за его пределами на подобные активности))) Понятно, что отчасти причина кроется в разности медиумов — книги демократичнее театра, они не привязаны к месту и времени и так далее. И понятно, что театральные клубы давно есть и здесь, и там. Я помню, как под конец 2010-х подобные инициативы стали нарождаться и появились лайфстайл-блогеры, собирающие свою аудиторию в театр и организующие встречи с актерами. Но чисто дискурсивно это никогда не было мне близко, так как запускалось снаружи театрального процесса и носило крайне экзальтированный характер. А описанные в БИЛЛИ инициативы запускаются в том числе изнутри книжного дела — писателями, издателями, редакторами. А чаще писательницами, издательницами и редакторками. Понятно, что паратеатральные инициативы от профессионалов в российском театре тоже найдутся — курсы, мастерские, воркшопы. Но чаще всего это образовательные инициативы, куда приходят затем, чтобы чему-то научиться, где есть иерархия между тем, кто делится знаниями, и слушающими. А я говорю о более горизонтальных формах, где люди собираются, чтобы проживать время вместе. Одна из авторок книжного клуба сказала, что для нее причиной запуска стало отсутствие рядом людей, «с которыми можно прожить отчаяние». Понимаю... Когда мы делали «Хрупкий», у нас была серия событий, которые после прочтения БИЛЛИ я стал рассматривать именно в этом ключе. На каждом фестивале мы делали коворкинг, прямо во время фестиваля мы ездили в Никола-Ленивец, ходили кататься на коньках, устраивали пикник в Коломенском. И хотя при первом прочтении такие штуки можно просто свести к досугу, это всегда казалось частью фестивальной стратегии, тем, что равнозначно спектаклям. Заказать БИЛЛИ можно тут!

Традиционно подведу рабочие итоги года, чтобы те, кто пропустили то или иное событие, добрались до него сейчас — изучили, почитали и посмотрели записи и тексты. Там ведь не только про меня одного ✨ В конце 2024 снял и смонтировал спектакли «Ярлик» и «Дядю Фантомаса» с нашего фестиваля «Место — Действие», а весь 2025 показывал их в разных городах: Тбилиси, Алматы, Бишкеке, Москве, Суздале и Перми! Видео работ можно взять у меня за донат на благотворительность. А вот показы спектаклей Хайнера Геббельса и Бориса Никитина я почти прекратил, устроил только в Перми. В феврале был второй тайный фестиваль «Хрупкий», он же последний. Сделали 15 событий, я сыграл «Путевой очерк» и участвовал в 7+ спектаклях и перформансах. Об этом фестивале я выпустил статью — разговор с Настей Бабаевой! В мае вернул к жизни свой благотворительный онлайн-фестиваль «Политика культуры» и показал онлайн все, что год показывал офлайн — Хайнера Геббельса, Бориса Никитина и записи с нашего фестиваля «Место — Действие». Собрал более 50 000 рублей! В июне были гастроли «Хрупкого» в Словакии на фестивале политического театра Divadelna Nitra, показали с Артемом Томиловым свои работы (я впервые сыграл «Путевой очерк» с переводом на англоязычную аудиторию) и отрывки из фильма о фестивале. По следам гастролей в словацком журнале вышло интервью, перевод которого я опубликовал совсем недавно. В июне же мой подкаст «Медлячок» перевалил за 600 тысяч прослушиваний! В сентябре мы провели второй фестиваль «Место — Действие» в Бишкеке. Отошли от работы с сайт-специфик театром к современному театру вообще. Помогли состояться десятку спектаклей местных художников, организовали привоз книг «Гаража» и Ad Marginem. Помимо продакшена работ бишкекских авторов, привезли с гастролями два спектакля из Алматы и один из Ташкента — мечтали об этом и на первом фестивале, но осилили только ко второму. О фестивале можно почитать прекрасный текст Кеши Башинского в 98mag! В октябре реализовал давнюю мечту и выпустил книжку небольшом тиражом — мой перевод пьесы «Эссе о молчании» швейцарского режиссера Бориса Никитина. Отправил больше сотни экземпляров в разные города России и других стран и развез по русскоязычным книжным за пределами России, продолжу и в этом году. В декабре месяц был в арт-резиденции на Лазурном берегу Франции! Был счастлив. Попутно участвовал в благотворительной акции «Комитета против пыток», давал запись спектакля за донат. Из текстов: опубликовал в Perito две пьесы, к которым имел отношение — мой перевод «Эссе о молчании» Бориса Никитина и мою редакцию «Ярлика» Надиры Салимовой. В журнале «Театръ» выпустил материал с Маратом Райымкуловым о спектакле «Дядя Фантомас». Дал интервью «Пространству» о фестивале в Бишкеке, о «Хрупком». Отредактировал и опубликовал статью Георгия Мамедова «Складки и скольжения» о нашем фестивале в Бишкеке. По договоренности с издательствами публиковал отрывки из книг — статью Бориса Юхананова «К истории современной режиссуры» и главу из новой книги Клэр Бишоп «Событийное время, выставочное время». Хотел бы сказать напоследок что-то настраивающее на светлое будущее, да только нечего. Весь год нарастало чувство, что возможностей для работы стало меньше, что теряется смысл в этой деятельности и все в таком духе)) Так и иду пока в 2026