Q | Лекторий

В статье М. Белоусова рассматривается гуссерлевская интерпретация кризиса европейских наук как утраты науками жизненной значимости. На первый взгляд Гуссерль предлагает терапевтическую стратегию: феноменология должна вернуться к очевидностям жизненного мира. Автор же доказывает более парадоксальный тезис: преодоление кризиса у Гуссерля состоит не в устранении разрыва с донаучными очевидностями естественной установки, а в радикализации этого разрыва. Феноменология должна стать единственной наукой, которая не предполагает жизненный мир, поскольку она его проблематизирует. В первой части анализируется различение жизненного и объективного мира. Объективный мир трактуется как гибридный продукт галилеевской математизации природы — подмены жизненного мира идеализациями, выдаваемыми за истинную реальность. Во второй части раскрывается единство двух редукций в «Кризисе»: редукции к жизненному миру, освобождающей очевидности от идеализаций, и редукции самого жизненного мира, превращающей его в горизонт и утверждающей радикальный разрыв с естественной жизнью. Эпохе подвешивает мир как горизонт, а не отдельные вещи, и обнаруживает аподиктическую проблематичность мира. В третьей части ставится вопрос о дотеоретической самопроблематизации жизни. Автор показывает, что ключ к нему дает генетическая феноменология и понятие историчности: историчность одновременно укореняет самопонятность жизненного мира и расшатывает ее. Кризис возникает из забвения историчности идеализаций и натурализации истории и культуры. Феноменология радикализирует кризис, удерживая открытость горизонта и проблематичность естественной установки. Полный текст статьи Белоусова М. в прикреплённом файле. Будем рады узнать ваше мнение в комментариях👇

Возьмём конкретный пример. У всех у нас есть друзья, которые, постучав в дверь и услышав наш вопрос «Кто там?», отвечают (поскольку для них это очевидно): «Это я!» А мы, в свою очередь, узнаём их: это «она» или «он». Мы открываем дверь, и перед нами действительно «он» или «она». Возьмём другой пример. Увидев на улице кого-то, кого мы узнаём, мы даём знак, что узнали его (и что признали, что он узнал нас), говоря ему: «Привет, дружище!» и пожимая ему руку (практический материальный ритуал). Итак, мы полагаем, что идеология «действует», или «функционирует», таким образом, что «вербует» субъектов в среде индивидуумов (она вербует их всех) или «трансформирует» индивидуумов в субъектов (она трансформирует их всех). Это происходит тем способом, который мы называем «обращением» (l’interpellation) и который можно представить в виде самого банального, ежедневного обращения полицейского (или кого-то другого): «Эй, вы, там!» Раз мы полагаем, что воображаемая теоретическая сцена протекает на улице, к нам оборачивается индивидуум, которого окликнули. В результате этого простого разворота своего тела на 180 градусов он становится субъектом. Почему? Потому что он признаёт, что обращение адресовано именно ему, что обратились именно к нему, а не к кому-то другому. Опыт показывает, что практическая коммуникация обращения такова, что обращение практически никогда не минует того, на кого оно направлено: будь то окрик или свисток, окликаемый всегда узнаёт, что обращаются именно к нему. И всё же это довольно странный феномен, который, несмотря на большое число тех, кому есть в чём себя упрекнуть, необъясним одним только «чувством вины». Луи Альтюссер. Идеология и идеологические аппараты государства.

Возьмём конкретный пример. У всех у нас есть друзья, которые, постучав в дверь и услышав наш вопрос «Кто там?», отвечают (поскольку для них это очевидно): «Это я!» А мы, в свою очередь, узнаём их: это «она» или «он». Мы открываем дверь, и перед нами действительно «он» или «она». Возьмём другой пример. Увидев на улице кого-то, кого мы узнаём, мы даём знак, что узнали его (и что признали, что он узнал нас), говоря ему: «Привет, дружище!» и пожимая ему руку (практический материальный ритуал). Итак, мы полагаем, что идеология «действует», или «функционирует», таким образом, что «вербует» субъектов в среде индивидуумов (она вербует их всех) или «трансформирует» индивидуумов в субъектов (она трансформирует их всех). Это происходит тем способом, который мы называем «обращением» (l’interpellation) и который можно представить в виде самого банального, ежедневного обращения полицейского (или кого-то другого): «Эй, вы, там!» Раз мы полагаем, что воображаемая теоретическая сцена протекает на улице, к нам оборачивается индивидуум, которого окликнули. В результате этого простого разворота своего тела на 180 градусов он становится субъектом. Почему? Потому что он признаёт, что обращение адресовано именно ему, что обратились именно к нему, а не к кому-то другому. Опыт показывает, что практическая коммуникация обращения такова, что обращение практически никогда не минует того, на кого оно направлено: будь то окрик или свисток, окликаемый всегда узнаёт, что обращаются именно к нему. И всё же это довольно странный феномен, который, несмотря на большое число тех, кому есть в чём себя упрекнуть, необъясним одним только «чувством вины». Луи Альтюссер. Идеология и идеологические аппараты государства. канал автора рубрики

Через 5-10 минут начинаем https://vk.ru/qlectory

Друзья! Сегодня приглашаем всех на чтения Никласа Лумана, которые проведу я, а после на лекцию про искусство, которую проведет прекрасный лектор, запис с ее прошлой встречи можно посмотреть тут🫠

Постмодернизм в искусстве и его влияние на современных авторов Почему художники в какой-то момент устали от поиска «абсолютной истины» модернизма и начали иронизировать, цитировать прошлые эпохи и смешивать высокое с низким? На лекции мы разберем эволюцию художественной мысли, которая навсегда изменила искусство, и посмотрим, как эти процессы отражаются в нас сегодня. • Точка перелома: какие исторические и культурные события заставили художников разочароваться в идеалах модернизма и объявить о начале новой эпохи. • Главные лица: вспомним ключевых авторов постмодернизма, их самые ключевые работы и то, как они научили арт-мир играть по новым правилам. • Постмодернизм сегодня: как это направление прямо сейчас влияет на современных авторов и что нового появилось в искусстве. На примере моих работ и практики моих коллег мы открыто обсудим, каково это — творить в эпоху, где «всё уже было написано», и как художники находят свой собственный голос.

Чтения Никласа Лумана Общество Общества Мы продолжаем встречи по книге Никласа Лумана «Общество общества», книга разбита на самостоятельные фрагменты, которые мы будем выборочно читать. На встречах мы погрузимся в теорию систем, рассмотрим конструктивистский подход к анализу общественной системы и не только. Говорить будем о политической системе, обществе и сознании, в его философском смысле. Об идеологии и философских следствиях, теории коммуникации которую представляет Луман. Тексты я отбираю заранее, которые будут понятны и возможны к прочтению совместно. Формат моих чтений дискуссионный — мыслить и говорить тут первостепенно. Если не успеем прочитать текст за встречу, можно его оставить на дом.

В статье М.Н. Атакуева рассматривается онтологический статус внутрителесных ощущений (интероцепции) на стыке современной философии сознания и когнитивных наук. Автор напоминает, что изначально понятие интероцепции, введённое Ч. Шеррингтоном, ограничивалось физиологическими процессами внутренних органов; затем бихевиоризм расширил представление о ней, показав влияние висцеральной активности на поведение. Дальнейший «поворот к телу» в когнитивистике, идеи воплощённого познания и предиктивной обработки привели к пересмотру роли интероцепции: она стала рассматриваться как важный компонент высокоуровневой ментальной активности, эмоций, телесной репрезентации, самосознания и психического здоровья. Отдельное внимание уделено связи интероцепции с психопатологиями и телесными нарушениями. В статье обсуждаются методологические и философские вопросы: проблема корреляции интероцептивных ощущений с физиологическими событиями, проблема «двухуровневой причины» и вопрос о том, входят ли внутрителесные ощущения в феноменальное сознание. Автор сравнивает интероцептивный и экстероцептивный опыт и приводит аргументы в пользу того, что интероцепции присущи качественные, квалиаподобные характеристики, доступные от первого лица. В рамках теорий предиктивного кодирования и «интероцептивного вывода» ощущения трактуются как результат интерпретации мозгом сигналов тела и «лучшей догадки», а не строгого отражения физиологического события. В заключении делается вывод: интероцепция — мультимодальная интегративная система, связанная с ментальной активностью и субъективным опытом; понятие онтологически «раздваивается» между отражением телесных сигналов и субъективным восприятием собственного тела. Полный текст статьи Атакуева М.Н. в прикреплённом файле. Будем рады узнать ваше мнение в комментариях👇

Подключайтесь, начинаем в 18:10📕 Ссылка на встречу: https://telemost.yandex.ru/j/68815060511522

Сегодня встречаемся онлайн☕️Ссылка появится здесь перед встречей

Начинаем в 18:10 тут https://vk.ru/qlectory