Serhij Forkosh

Символическая тавтология (по Риширу) – это учреждение, в котором знак указывает лишь на сам факт своей учреждённости. Смысл, из которого оно родилось, когда-то был слышен, теперь скрыт. «Власть есть власть». Формула сообщает ровно себя. Диктатура живёт этим. Приказ означает, что это приказ. Закон действителен, потому что издан. Вождь означает власть, власть означает вождя, круг замкнут, вопрос внутри него иссякает. Спросить «зачем» значит услышать то же самое (но уже сказанное громче). В обычном символическом этот круг тоже есть, он его скелет, только скелет обычно спрятан под тканью смысла. Власть, пока она ещё власть, держит зазор. Она ссылается. На благо, на порядок, на «так положено», на что угодно, что превышает её саму, что она схематизирует всегда неполно. Эта ссылка её слабость. Та же ссылка делает её оспоримой. Оспорить можно того, кто на что-то опирается. Диктатура убирает опору, вместе с опорой уходит сама возможность спора, тавтология заранее согласна со всем, что о ней скажут. Свобода тогда где. Где смысл в становлении оказывается больше своего знака. Опыт довольно простой. Заметить, что «власть есть власть» молчит. Этого замечания достаточно, оно уже снаружи. Заметить пустоту повторения можно лишь из того, что само отлично от повторения, из избытка, из которого знак когда-то вырезали, который он так и оставил открытым. Учреждённое могло быть иным. Эта мысль ещё бездейственна, она уже переворачивает всё. Диктатура спокойно переносит несогласие, несогласный всё ещё говорит на её языке, спорит с её знаками, признаёт их знаками. Вопрос для неё невыносим. Вопрос показывает, что под знаком пусто. Тавтология учреждена ради того, чтобы этот вопрос иссяк. Свобода начинается там, где он всё-таки слышен.