Игорь Друзь

Годовщина декрета о гос. статусе тюркского языка: русский при СССР такого статуса не имел 102 г. назад, 27 июня 1924 г. в Советском Азербайджане вышел декрет «О применении в гос-ных учреждениях республики госуд-го языка и языков большинства населения и нац. меньшинства». Этим декретом АзЦИК наделил тюркско-татарский язык, позже названный азербайджанским, статусом гос. языка в республике, а русский официально допускался лишь в качестве языка «меньшинств». Причем в тот же период тюркский перевели на латиницу (1928 г.). И это было сделано почти одновременно с турецким, как будто кураторы революций отдали такой приказ всем подопечным поверх границ. Впрочем, тогда в Азербайджане все равно доминировал русский, и как самый развитый, и как язык подавляющего большинства образованных людей республики. По-настоящему его стали навязывать там только с 1956 г. под руководством сталинского лауреата литератора Мирзы Ибрагимова, который тогда был главой местного Верх. совета и издал постановление о доминировании этого языка. Напомню, что русский язык в СССР никогда не имел государственного статуса даже на части территории, поэтому его было относительно легко вытеснять в нацреспубликах. В Конституции СССР 1924 г. были определены фактические основные языки, где русский разместили между белорусским, украинским, грузинским, армянским и тюрко-татарским: чтоб русские знали свое убогое место. Все это явно было запрограммировано лево-глобалистскими создателями СССР, уже тогда действовавшими в швабовском стиле дробления всех крупных народов, особенно – Русского, а также и состоявшихся мировых языков. Их ставленник Ленин, полжизни тусовавшихся в швейцариях и британиях, четко зафиксировал эту линию еще в 1914 г. в статье «Нужен ли обязательный государственный язык?», где с гневом писал: «Что означает обязательный государственный язык? Это значит, что язык великороссов, составляющих меньшинство населения России, навязывается всему остальному населению России… Преподавание гос. языка должно быть обязательно. Все официальные делопроизводства должны обязательно вестись на гос. языке, а не на языке местного населения». Злобно «обличал» Ленин монархистов, выступавших за русский язык: ««Доводы» черносотенцев коротки: Россия должна быть неделима, и все народы должны подчиняться великорусскому началу, так как великороссы будто бы были строителями и собирателями земли русской». Т.е. Ленин еще тогда считал, что Россию надо разделить, не давать власти великороссам и даже не признавать их роли собирателей земли русской, хотя эта роль совершенно очевидна. Ленин лживо заявлял, что гос. статус русского якобы «обострит вражду, создаст миллион новых трений, усилит взаимонепонимание», хотя на деле многие трения вызвало ОТСУТСТВИЕ статуса Русского языка. Ленин ругал даже союзных ему либералов, которые все-таки тоже выступали за государственный русский язык, хотя и при возможности учиться на местных языках в начальных школах. Ленин писал: «…марксисты говорят, что необходимо:—отсутствие (выделение Ленина – прим. И.Д.) обязательного гос-го языка, при обеспечении населению школ с преподаванием на всех местных языках, и при включении в конституцию основного закона, объявляющего недействительными какие бы то ни было привилегии одной из наций и какие бы то ни было нарушения прав нац. меньшинства…». Сталин, справедливо именовавший себя верным учеником Ленина, продолжал его курс, и на XVI съезде ВКП(б) обозвал сторонников русского языка «великоросскими шовинистами». Сталин почти буквально повторил слова «Ильича» о недопустимости привилегий русскому: «Уклонисты, ратуя за один общий язык в пределах СССР, добиваются восстановления привилегий господствовавшего ранее языка, а именно–великорусского языка». СССР был запрограммирован на распад еще с момента своего создания – в т.ч. с помощью расшатывания лингвистической скрепы в виде доминирования русского языка. Странно не то, что он развалился за краткий по меркам истории срок, а то, что он не распался еще раньше.