Алексей Ситников

Обратите прямо сейчас внимание на свое дыхание Насколько глубоко вы вдыхаете? Не коротковат ли выдох? Не хочется ли вдохнуть еще раз, чуть полнее? Минуту назад вы дышали прекрасно и ни о чем таком не думали. Дыханием занимался ствол мозга — он делает это с первой секунды вашей жизни, без выходных и, надо сказать, без единой подсказки с вашей стороны. Стоило задать три простых вопроса, и процесс перешел в ручное управление. Вдох вдруг кажется неполным, выдох — каким-то неловким, все время хочется что-то поправить. Психологи называют это эффектом сороконожки: та, если помните, разучилась ходить, как только ее спросили, в каком порядке она переставляет ноги. Теперь представьте то же самое перед разговором, от которого многое зависит. Сердце колотится, дыхание сбилось, и кто-то рядом — или даже вы сами — говорит: «Вдохни поглубже». Совет из лучших побуждений, только делает он ровно то, что вы проделали над собой минуту назад: отдает дыхание в руки тревоги. А тревога — плохой оператор, ей все время кажется, что воздуха мало. Минута-другая таких больших вдохов — и вы выдыхаете больше углекислого газа, чем организм успевает выработать. Его уровень в крови падает, сосуды мозга сужаются, голова слегка плывет, в пальцах покалывает. Для тревожного человека это уже не просто неприятность. Было одно беспокойство — предстоящий разговор. Появилось второе: со мной что-то не так. И человек еще старательнее берется за дыхание — проверяет каждый вдох, поправляет, добавляет воздуха. То есть делает именно то, от чего ему стало хуже. Показательно, что даже в лечении панических атак дыхательные упражнения, как выяснилось, не главное. Гораздо больше помогает другое: перестать бояться собственных ощущений. Дыхание здорового человека в постоянном присмотре не нуждается. Я не призываю отказываться от дыхательных практик, многим они действительно помогают. Граница тут простая. Если, обратив внимание на дыхание, вы успокаиваетесь — продолжайте. Если начали проверять и исправлять каждый вдох — отпустите его, тело справится само. И одно уточнение к самому популярному совету: медленно и глубоко — не одно и то же. Если уж дышать нарочно, то медленно и без усилий. Мягкий вдох, такой, чтобы со стороны было почти незаметно, и спокойный выдох, чуть длиннее вдоха. Дышать полной грудью, когда волнуешься, — значит добавить к тревоге еще и головокружение. Если же нехватка воздуха непривычная, приходит с болью в груди или при нагрузке — это повод идти к врачу, а не дышать по инструкции. А дыхание, на которое я обратил ваше внимание в начале, к этой строчке, надеюсь, уже снова живет своей жизнью. Оно, как видите, и без вас справляется.

«Назло бабушке отморожу уши» Бывший начальник, когда-то объявивший, что вы ни на что не годны, за пятнадцать лет постарел, сменил три работы и, вполне возможно, сам понял, что погорячился. Встретите его в «Азбуке» у полки с сырами — он, может, даже обрадуется и спросит, как дела. Но разговаривать вы будете не с ним, а с тем, кто сидел тогда за столом и говорил с той самой интонацией. С тем, кто живет только у вас в голове и с кем вы продолжаете спорить вот уже пятнадцать лет. С бывшим мужем и мамой та же история. Он давно женат на другой и по выходным возит детей на дачу, а вы до сих пор мысленно предъявляете ему доказательства своего счастья. Мама давно хвастается вами соседкам, а вы все оправдываетесь перед той, что двадцать лет назад сказала: «Ты еще пожалеешь». В психотерапии это называется незакрытым гештальтом: ситуация оборвалась, и бессознательное сохранило ее в момент обрыва, вместе с выражением лица и обидной фразой. Хуже того, со временем обидчик начинает говорить уже вашим голосом. Хотите взяться за новое дело, но думаете: «Да куда мне». Начальник о своих словах давно забыл, но не вы. Чужое мнение пятнадцатилетней давности поселилось в голове на правах собственного убеждения. Отсюда и цели, которые только кажутся своими. Карьера, построенная назло бывшему супругу. Новый брак с человеком, которого точно одобрила бы мама. Выглядит как собственный выбор, но сделал его кто-то другой. Разбираться с прошлым стоит не затем, чтобы выяснить, кто был прав. А чтобы понять, какие убеждения о себе вы выработали сами, а какие когда-то переняли — от начальника, супруга или мамы. Такой ревизией мы займемся 28 ноября на воркшопе «Новый Я»: разберемся с незакрытыми гештальтами, оценим накопленные ресурсы и соберем образ будущего, в котором задачи себе ставите вы сами. Потому что, если не ставить себе цели самому, их обязательно поставит кто-то другой. Даже тот, кого уже давно нет в вашей жизни. Подробнее о воркшопе по ссылке: https://shop.karmalogic.net/workshop

Реклама: ООО «КАРМАТРЕВЕЛ», ИНН 7728842710, erid: 2VtzqwmPJGn

Рынкинг: новый тренд московских зумеров Мода на девяностые добралась до вещевых рынков. Молодежь ездит на Садовод, меряет, торгуется, снимает распаковку находок для соцсетей и называет все это очаровательным словом рынкинг. Мы с этих рынков тридцать лет убегали. Сначала в торговые центры, где тепло и есть примерочные, потом в маркетплейсы, где вообще не надо выходить из дома. А дети прибежали обратно, и им там нравится: вот пальто за шесть тысяч, а вот живой продавец, с которым можно поторговаться. Экран им, видимо, надоел так же, как нам когда-то картонка с занавеской. Так что, друзья, если помните Лужники девяностых, поздравляю: вы пионер рынкинга. Жаль у нас тогда сторис не было.

«Вы все это прочитали?» В библиотеке Умберто Эко было около 30 тысяч книг. И почти каждый гость, оказавшись среди этих полок, задавал один и тот же вопрос: «Вы все это прочитали?» Сначала Эко отвечал с издевкой: «Ни одной. Иначе зачем бы я их здесь держал?» Потом придумал вариант повежливее: «Нет, это только то, что мне нужно прочесть к концу месяца. Остальное держу на работе». Почти у каждого из нас есть своя стопка: на тумбочке, в электронной читалке, в корзине книжного магазина. Книги, купленные «на потом», подаренные на день рождения, брошенные на сороковой странице. Мимо этой стопки мы ходим с легким чувством вины, как мимо велотренажера, на котором сушится белье. Эко на этот счет не переживал. Он как-то подсчитал: если читать по книге в день с десяти лет до восьмидесяти, наберется тысяч двадцать пять. Сущий пустяк, если сравнивать с хорошей библиотекой, где книг миллион. Нассим Талеб позже назвал такое собрание антибиблиотекой. Непрочитанные книги, считает он, ценнее прочитанных: те показывают, что вы уже знаете, а эти — сколько еще не знаете. И с годами эта полка не сокращается, а растет. Так и должно быть: чем больше человек знает, тем лучше видит, чего не знает. Так что стопку с тумбочки не убирайте и не корите себя за нее. А если гости спросят, все ли вы прочли, у вас теперь есть два готовых ответа.

KARMAPOWER: книга о том, как не стареть раньше времени Можно правильно питаться, регулярно заниматься спортом, следить за качеством сна — и при этом однажды обнаружить, что просыпаться по утрам стало незачем. Не поймите неправильно — все эти привычки действительно важны для здоровья. Но достаточно ли их, чтобы прожить не просто долгую, а полноценную жизнь? Мне 64 года, и в этом возрасте вопрос долголетия перестает быть абстрактным. Интересует меня не столько то, как дожить до 100 или 120 лет, сколько то, как сохранить ясность мысли, интерес к миру, способность строить планы и радоваться каждому новому дню. Последние годы я много изучал эту тему: знакомился с исследованиями, беседовал со специалистами по возрастной биологии, побывал на Окинаве, где особенно много долгожителей, учился в Сеченовском университете и Гарвардской медицинской школе. И постепенно пришел к выводу, что важнейшие факторы долголетия далеко не всегда связаны с физическим здоровьем. Результатом этой работы стала моя новая книга «KARMAPOWER. Психология долголетия». В ней я исследую, почему психологическая старость иногда наступает раньше биологической, как на нас влияют одиночество, утрата смыслов и ощущение, что все важное уже позади. И главное — что помогает сохранять внутреннюю силу и желание жить независимо от возраста. Книга выйдет в ноябре, но уже сейчас доступна для предзаказа в Читай-городе, на Ozon и Wildberries.

Если бы вы исчезли на неделю — сколько человек заметили бы, что вас нет? Если ответ заставил задуматься, этот выпуск для вас. Разберем, как одиночество влияет на здоровье, сон и психику, и что реально помогает из него выйти. Вы узнаете, как справиться с одиночеством и построить отношения, в которых вы почувствуете себя нужным. Смотрите новый выпуск: 📺 YouTube 📺 VK Видео 📺 Rutube 📝 Дзен

Как жить в высоком темпе без вреда для здоровья Друзья, 5 декабря в Москве пройдет ГенКонф — конференция для тех, кто много работает, много успевает и не хочет расплачиваться за это здоровьем. Врачи, ученые и психологи разберут, как на самом деле работают сон, гормоны, питание и стресс, и без лишней теории покажут, что из этого стоит поменять в своей жизни. Выступят Сергей Бубновский, Лидия Федосова, Илья Магеря, Олег Сорокин и другие. Я расскажу о психологии долголетия. Режим и питание поддерживают тело, но мотивация, решения и ощущение, что сил хватает, во многом зависят от того, что происходит в голове. Разберем, как вернуть себе внутреннюю тишину — состояние, в котором легче решать и проще беречь энергию для главного. Отдельная ценность таких встреч — живое общение. Спикерам можно заранее задать любые вопросы, а в перерывах между выступлениями — просто подойти и поговорить. Буду рад видеть вас 5 декабря! Подробности и билеты: https://genconf.mygenetics.ru/

Реклама: ООО «НЦГИ», ИНН 5402545966, erid: 2SDnjepPk7e

Одиночество в браке: 3 вопроса партнеру вместо упреков У Чехова в записных книжках есть фраза: «Если боитесь одиночества, то не женитесь». Звучит как острота, но, по-моему, Антон Павлович, будучи врачом, поставил довольно точный диагноз. Одиночество в пустой квартире хотя бы объяснимо: никого нет, вот и поговорить не с кем. А когда человек сидит напротив, ест с вами один борщ и смотрит в телефон, объяснить себе это гораздо труднее. Причем никаких драм может и не быть. Никто никому не изменяет, не хлопает дверью. Просто брак постепенно превращается в комфортную коммуналку: соседи вежливые, за свет платят вовремя, кто забирает младшего с тренировки — договорились. Обсуждается все, кроме того, что у каждого на душе. А потом выясняется, что о самом важном каждый рассказывает кому-то другому. Или вообще никому. Близость ведь складывается не из часов, проведенных под одной крышей. Это возможность сказать то, чего больше никому не скажешь, и не бояться, что тебя высмеют или припомнят сказанное в ссоре. Это когда на твои слова откликаются, а не просто ждут паузы, чтобы вставить свои. Почувствовав себя чужими, люди обычно начинают выяснять отношения: «Ты меня никогда не слушаешь», «Тебе все равно, что со мной». Обвинение почти неизбежно вызывает желание защищаться, и вместо попытки сблизиться получается очередной спор о том, кто больше виноват. Поэтому предлагаю начать с вопросов. Задавать их лучше не подряд, как на собеседовании, а тогда, когда для них появляется подходящий момент. 1. «Как ты вообще? Кажется, давно я не спрашивал» Обратите внимание на последнюю фразу. Вы не требуете внимания, не предъявляете претензий, а признаете собственную невнимательность. Это совсем другая позиция. И не торопитесь, если в ответ услышите привычное «да нормально все». Человек, которого давно ни о чем подобном не спрашивали, может не сразу найти слова. 2. «Какой день из нашей совместной жизни тебе хотелось бы повторить?» Когда отношения портятся, супруги часто пытаются выяснить, в какой момент все пошло не так. Вместо этого предлагаю вспомнить, когда вам было хорошо. Может выясниться, что самые счастливые воспоминания связаны вовсе не со свадьбой или отпуском за большие деньги, а с ночными разговорами на кухне, прогулками без определенной цели или дорогой на дачу, когда вы были вдвоем и никуда не торопились. 3. «Ты хочешь, чтобы я помог найти решение или просто выслушал?» Этот вопрос полезно задавать прямо во время разговора. Особенно если у вас есть привычка немедленно бросаться на помощь. Человек рассказывает, как его обидел старый друг, а ему начинают подробно объяснять, почему друг, в общем-то, прав. Или жена жалуется на тяжелый рабочий день, а муж предлагает уволиться. Советы могут быть вполне разумными, только за ними никто не обращался. Хотели сочувствия, а получили разбор ситуации. И что бы вы ни услышали, не спорьте и не оправдывайтесь. Вы спрашивали, чтобы узнать, а не переубедить. Чехов, кстати, женился в 41 год на актрисе Ольге Книппер. Большую часть брака он провел из-за болезни в Ялте, а она — в Москве, где играла в Художественном театре. Виделись они урывками, зато написали друг другу больше восьмисот писем и телеграмм. Так что Антона Павловича я бы все-таки немного поправил: если боитесь одиночества — женитесь. Только не переставайте разговаривать друг с другом.

В интервью для «Кальция» Юля спросила, каким человеком я хотел бы быть в 90 лет. Отметил, что с возрастом этот вопрос начинает звучать совсем иначе: уже не так важно, сколько всего ты успел сделать, — гораздо важнее, осталось ли что-то, чего тебе по-настоящему хочется. Получился большой и, как мне кажется, очень интересный разговор — о старении, внутренней силе, страхах и о том, почему человеку в любом возрасте необходимо будущее. Делюсь.

Хочу рассказать одну очень поучительную историю У меня есть сестра — не родная по крови, но очень близкая по духу. Практически всю жизнь мы, даже находясь на расстоянии, поддерживаем друг друга. Ее близкая подруга, с которой они вместе учились в МГУ на философии, оказалась в цепи трагедий. Сложный развод с маленьким ребенком на руках, потеря близких родственников, авария, после которой она едва не стала инвалидом. И все это в начале 90-х — когда инфляция в тысячи раз и есть-то нечего купить. Мы видели, что с ней происходит, и поддерживали как могли. Но обстоятельства ее реально разрушали. При этом мы знали о ее потрясающем музыкальном таланте. Она писала гениальные песни и просто шикарно, душевно пела их в театре МГУ. Хотя у самих с деньгами было очень трудно, мы пригласили музыкантов и фактически в приказном порядке заставили нашу подругу писать свой первый диск. Так мы с сестрой неожиданно стали первыми продюсерами этой талантливой девочки. Некоторые песни записывались буквально у меня дома, на коленке. Нам помогали замечательные аранжировщики и музыканты, многие из которых впоследствии стали очень известными. Причем делали это совершенно искренне и бескорыстно. И произошло удивительное. Творчество, появившаяся цель, возможность реализовать мечту и, конечно, поддержка друзей не только помогли нашей подруге выбраться из тяжелейшего психологического состояния, но и дали силы полностью восстановиться после страшной аварии. В знак благодарности она посвятила нам несколько своих песен — так приятно… «Пилигримы» и «Кафе Экипаж», очевидно, посвящены моей сестре, а «Такси» и «39 трамвай» — даже мне. Отгадаете, что это за талантливая певица? Обожаю ее творчество всю жизнь. Всегда найдется тысяча разумных причин отложить мечту: денег недостаточно, здоровье не то, обстоятельства неподходящие. А уж в начале девяностых таких причин было предостаточно. Только жизнь, знаете ли, не черновик — ее нельзя переписать набело, когда появятся деньги, здоровье и свободное время. Все самое важное происходит с нами сейчас.

Синдром серебряного призера: почему благополучные люди чувствуют себя проигравшими На олимпийском пьедестале самое несчастное лицо обычно не у бронзового призера, а у серебряного. Это, кстати, не мое наблюдение. Американские психологи взяли записи Олимпиады 1992 года в Барселоне и показали студентам лица спортсменов в момент, когда объявляли результат. Студенты оценивали их по шкале от 1 («отчаяние») до 10 («восторг»). Бронзовые призеры получили в среднем 7,1 балла, серебряные — 4,8. На церемонии награждения разрыв сократился, но никуда не делся. Серебряный призер смотрит вверх и видит золото, до которого не хватило полшага. А бронзовый — смотрит вниз и видит четвертое место, где медали нет вовсе. В обычной жизни мы почти всегда стоим на серебре. Дети выросли хорошими, но поступили не туда, куда мечталось. Квартиру купили, но не в том районе. Каждое достижение сравнивается с ближайшим лучшим вариантом, а его всегда видно. Чаще всего я это замечаю у людей, которым по всем внешним меркам грех жаловаться. Чем выше планка, тем ближе кажется золото и тем горше серебро. Но грусть на пьедестале — полбеды. Хуже, что такие победы откладываются в памяти как недолеты. И когда приходит время новых перемен, опереться не на что: в багаже одни «почти». Поэтому, оценивая сделанное, полезно хоть иногда смотреть на ситуацию как бронзовый призер. Не «чего мне не хватило до идеала», а «где бы я был, если бы этого не сделал». Ответ обычно сильно бодрит. На воркшопе «Новый Я» мы целый день пересчитываем ваши победы, трезво оцениваем ресурсы, которые у вас уже есть, и только потом решаем, куда двигаться дальше. 28 ноября, Москва. Подробности по ссылке: shop.karmalogic.net/workshop

Трудоголизм ≠ трудолюбие Скажите, что не можете прожить дня без алкоголя, — вам посоветуют лечиться. Скажите, что не можете прожить дня без работы, — и вас поставят в пример. Эта зависимость в нашем обществе почему-то пользуется уважением. Причем трудоголизм измеряется не количеством часов, проведенных в офисе. Его главный симптом — неспособность остановиться. Трудолюбивый человек умеет не только работать, но и отдыхать. Трудоголик же продолжает искать себе занятие, даже когда все дела закончены, все деньги заработаны и ничего срочного не осталось. Потому что за пределами работы его ждет встреча с самим собой, а это порой гораздо сложнее. Работа вообще — прекрасное убежище от нерешенных жизненных вопросов. Здесь есть должность, статус, понятные цели, подчиненные, которые нуждаются в вашем участии. А дома никто не выдаст премию за хороший разговор с женой и не повысит в должности за внимание к детям. С точки зрения эффективности — совершенно бесполезное времяпрепровождение. Ирония в том, что человек всю жизнь стремится к успеху, чтобы наконец стать независимым: создает бизнес, нанимает людей, накапливает капитал. А потом выясняется, что он не может выключить телефон даже за ужином — при этом продолжает искренне гордиться собственной незаменимостью. Но если вы построили систему, без которой не можете прожить и дня, кто здесь кем управляет? К привычным показателям успешности я бы добавил еще один — время, которым человек может распоряжаться по собственному желанию. Не количество выходных или отпускных дней, а именно возможность выбирать, чему посвятить свою жизнь сегодня. Хочешь — работаешь до полуночи над интересным проектом. Хочешь — проводишь день с близкими, читаешь книгу или вообще ничего не делаешь. И не испытываешь по этому поводу ни тревоги, ни чувства вины. В конце концов, деньги — это один из инструментов обретения свободы. Довольно нелепо посвятить всю жизнь их накоплению и в итоге обнаружить, что свободы у вас так и не появилось.

21 секунда на шедевр Американские психологи Джеффри и Лиза Смит засекали, сколько посетители музея стоят у одной картины. В нью-йоркском Метрополитене вышло в среднем 27 секунд. Через шестнадцать лет они повторили замеры в Чикагском институте искусств и получили почти то же самое: около 29 секунд. Половина посетителей отходила от картины раньше, чем через 21 секунду. За это время как раз успеваешь прочитать табличку, сфотографировать и убедиться, что Ван Гог на месте. Я давно советую ходить в музей по-другому. Выберите один зал, где все одного автора, а лучше одну картину. Подписи не читайте: название «Композиция №5» вам все равно ничего не сообщит. Дело в том, как устроено внимание. После любого сигнала извне, будь то уведомление в телефоне или толпа у соседнего полотна, мозг еще минут пять, а то и двадцать остается настороже и ждет продолжения. Перебегая от картины к картине каждые полминуты, вы так и не выходите из этого режима. Музей превращается в ленту соцсети, только на стенах. А если простоять у одной картины десять минут, наступает момент, когда вы уже не столько разглядываете ее, сколько слышите себя. Для меня это одна из лучших медитаций, и коврик для нее не нужен. Сегодня воскресенье, музеи открыты. Телефон в сумку, один зал, одна картина. Она ждала вас лет сто, а то и триста. Десять минут она точно заслужила.

Владимиру Абдуллаевичу скоро 90 лет. Он продолжает преподавать, писать книги, заниматься плаванием, а в перерывах между работой проходит по лестнице 500 ступеней. И, что особенно интересно, не перестает осваивать новые области знаний. В новом выпуске «Открытой головы» мы поговорили с профессором Дадали — одним из основоположников отечественной нутрициологии — о том, что действительно помогает сохранять здоровье и активность до глубокой старости. Получился содержательный разговор с человеком, у которого есть не только научные знания, но и почти 90 лет собственного опыта. Смотрите и делитесь впечатлениями! 📺 YouTube 📺 VK Видео 📺 Rutube 📝 Дзен

Неделя на Карибах в компании людей, чьи идеи обсуждают во всем мире С 8 по 14 мая 2027 года отправляюсь в закрытую экспедицию по Карибскому морю. Вместе со мной на борту будут Нассим Талеб, Маргулан Сейсембай, Оскар Хартманн, Алексей Молчанов, Артур Шамалов и Игорь Кованов. За неделю мы посетим семь островов, побываем в закрытых бухтах и местах, куда не добраться обычным туристическим маршрутом. А между высадками будет время для того, что я особенно ценю в таких путешествиях, — интересных разговоров, обмена опытом и новых знакомств. Буду рад встретиться с вами на борту! За подробной программой и условиями участия пишите Ксении @uspaceluxe 📩

Реклама. Индивидуальный предприниматель Евстафьева Ксения Борисовна ИНН 744410085803. ERID: CQH36pWzJqUgMYndi2cTRmFcxToj9tSh7QCFp6gfZFaUeC

Дружба с почасовой оплатой Представьте, что у вас есть друг, который никогда не откажет: сходит с вами к врачу, поднимется в горы, выслушает все про работу и не попросит о встречной услуге. Ему нужно только заплатить. В Китае это уже целый рынок, причем быстрорастущий: в прошлом году его оценили примерно в 7,4 миллиарда долларов. Больше половины из 320 миллионов китайцев старше 60 лет живут отдельно от детей, уехавших работать в большие города. Поэтому к старикам приходят чужие молодые люди: приносят продукты, водят в больницу, разговаривают. Часто их нанимают сами дети. Но платят и молодые: им одиноко в чужом городе, а обращаться за помощью к новым знакомым неловко — потом придется отвечать тем же. Попросите соседа полить цветы, пока вы в отпуске, — и все, вы у него на крючке: придется забирать его посылки, кормить кота или как минимум улыбаться при встрече шире обычного. Этот маленький долг и есть то, из чего делается близость. Своими мы становимся именно потому, что друг другу должны, — недаром говорят «свои люди, сочтемся». А здесь можно рассчитаться до копейки — и остаться совершенно чужими людьми.

Сервиз для особого случая Почти в каждой семье есть сервиз, из которого никто никогда не ел. Он стоит за стеклом в серванте и ждет. Рядом ждут духи «на выход», вино, привезенное из отпуска «под повод», и скатерть, которую жалко пачкать. Особый случай так и не наступает. Не потому что жизнь скучная — просто мы ждем праздника, чтобы достать сервиз, а праздник начинается, когда сервиз достают. Обычный вторник, макароны по-флотски, но на тарелках с золотой каймой — и это уже вечер, который запомнят. Я понимаю, откуда это. Наши родители жили в условиях, что хорошую вещь было не достать, а разбитую не заменить. Беречь было разумно. Тот мир давно кончился, а привычка осталась. Сервиз переходит по наследству нетронутым, и следующее поколение ставит его в свой сервант. Сегодня как раз вторник. Достаньте. А если чашка разобьется, на этот случай есть прекрасная народная примета: к счастью.

Хорошо бы память работала как семейный фотоальбом: сложил снимки, убрал на антресоли, через двадцать лет достал — а там ровно то, что положил. Только пыли прибавилось. Увы. Воспоминание не лежит в голове готовым снимком — мы каждый раз собираем его заново: из обрывков памяти, ожиданий и того, что думаем о жизни сегодня. А настроение подсказывает, какие кадры вытащить на первый план в этот раз. Теперь представьте человека, у которого в жизни черная полоса. Он перебирает свои воспоминания, и память услужливо подсовывает одно и то же: тут струсил, там не дотянул, здесь все предали. Через пару лет у него в голове уже не биография, а обвинительное заключение — и подсудимый со всем согласен. Хотя если смотреть на голые факты, жизнь-то вполне приличная — в ней были победы, любовь, люди, которые до сих пор вспоминают его добрым словом. Мы не можем изменить прошлое — но можем перестать смотреть на него сквозь сегодняшние обиды и разочарования. И это не упражнение в самоутешении. С какой биографией мы живем — с такой и идем в будущее. Если в ней одни поражения, мозг делает честный вывод: пробовать бессмысленно — и человеку становится все труднее решиться что-либо изменить. Если же в ней видны и победы, и то, за счет чего они случились, — появляется опора для следующего шага. На воркшопе «Новый Я» мы будем учиться смотреть на свою жизнь без привычных искажений. Вспомним победы, списанные за давностью лет, пересмотрим старые выводы и разберем, как использовать накопленный опыт для будущих решений. Вся работа останется у вас в интерактивном ежедневнике Karmalogic®. 28 ноября, Москва. Подробности по ссылке: shop.karmalogic.net/workshop

Подключились бы вы к машине счастья? Представьте машину, которая может создать вам любые переживания, какие пожелаете. Вы лежите в резервуаре с электродами, подключенными к мозгу, а сами чувствуете, что пишете великий роман, заводите друзей, влюбляетесь, путешествуете. Изнутри не отличить от реальности. Программу жизни выбираете заранее, а раз в два года можно ненадолго выйти и выбрать новую. Подключились бы? Этот мысленный эксперимент предложил философ Роберт Нозик в 1974 году. Он был уверен, что большинство откажется — человеку, мол, важно не просто испытывать приятные чувства, а действительно жить, любить и чего-то добиваться. Даже если его настоящая жизнь далека от идеальной. Но в 2010 году другой философ — Фелипе де Бригард — перевернул вопрос. Участникам его исследования предложили представить, что они уже находятся в такой машине, а настоящая жизнь совершенно не похожа на привычную — захотят ли они отключиться? И многие предпочли остаться в машине. Похоже, держимся мы не столько за реальность, сколько за ту жизнь, к которой привыкли. А вы бы подключились? Только честно.