Десницкий

Да, конечно, мы все помним, что по той самой статье 207.3, а также по другим статьям, которых в принципе не может быть в правовом государстве и само существование которых противоречит Конституции - по ним сидят живые люди, а другие, в эмиграции, подвергнуты у себя на Родине гражданской казни и отменены. Радуясь прекращению дела в отношении Лиды никто, полагаю, ни на секунду не считает, будто теперь всё в порядке. Не всё, совсем не всё. Но мир, в котором Лида на свободе, всё-таки лучше того мира, где при прочих равных она сидит в тюрьме. Можно этому порадоваться, не забывая об остальном. И вот еще о чем я подумал... Я не знаю, когда и как окончится эта война, не берусь загадывать. Но уверен в одном: этот мир или это перемирие вряд ли будет прочным и совершенно точно не будет справедливым. О прочности: Версальский мир, как мы уже знаем, дал передышку всего на двадцать лет. Но значит ли это, что лучше бы его вовсе не было? О справедливости: никакой мир не вернет жизнь убитым и здоровье покалеченным, никакой суд не накажет всех, кто так или иначе руку приложил. Но если наступит мир, можно будет порадоваться, что каждый день перестанут гибнуть люди. И не забыть о прочем.

Дело против Лиды Мониава прекращено. Я счастлив, что это произошло, и еще немного от того, что скромный кирпичик в эту стройку положил и я - в материалы дела лег мой отзыв на официальную экспертизу, конкретно - про "демонизацию Вооруженных сил" как ключевой пункт обвинения.

Допустим, я люблю постить в соцсетях фотки милых котиков. Согласитесь, занятие уж точно безвредное и даже почтенное! Но если… Если я начну утверждать, что от этого моего занятия зависит благополучие моего народа, моей страны и всего мира, уже будет выглядеть странно. А если я на этом основании начну требовать, чтобы меня всем обеспечили, лишь бы я котиков постил, и ничего от меня не требовали – тут уже вы будете вправе не согласиться. А я вам докажу! Случилось что-то хорошее – это потому что я котиков постил и только поэтому. Все ваши усилия тут ничего не значили, главное – мои котики! Случилось что-то плохое – это потому что… нет, не потому что я плохо их постил. Я их пощу всегда хорошо! Это потому что вы мне недостаточно помогали и недостаточно меня поддерживали. Так что давайте-давайте-давайте! Вам не кажется, что на этой стадии пора вызывать санитаров? Это навстречу выборам в одной небезразличной мне стране.

На российско-белорусской границе паспортов вовсе не штамповали, а на следующей белорусский пограничник ставил штамп так небрежно, что, собственно, и штампа никакого в паспорте моем не осталось, только рамка от него. Какое-то число какого-то месяца 2022 года… Какое же это было число? Была первая неделя сентября. В среду было заседание отдела, присутственный день, я делал доклад в новооткрытом центре библеистики, который я и возглавлял. А в четверг вечером я сел на поезд Москва-Калининград на Белорусском вокзале. Тогда еще можно было выйти в литовской Кяне, если у тебя было право посещения Шенгена, и сесть на электричку в Вильнюс. Я так и сделал. Календарь подсказывает: это было 8 сентября 2022 года, когда я садился на поезд, и 9 сентября, когда я с него сошел. Я не знал тогда, что уже не вернусь. Я не мог себе представить, что мы-таки ни с кем так и не простимся, что с отцом мы больше в этом мире не увидимся. И нашим с серым котом. Но… было бы мне легче резать хвост по частям? Не думаю. Может быть, и в самом деле проще было так, с одним легким чемоданчиком, как бы не навсегда, как бы просто разведать обстановку, а на деле – на года. Их прошло уже четыре. Я уже забыл дату своей эмиграции. Я по-прежнему очень хочу вернуться в мою страну, где мне будет не страшно и не стыдно быть тем, кто я есть. Условия только два: не страшно и не стыдно. Пока что оба условия невыполнимы. Я москвич, но не всегда я жил в Москве. Два года армии. Год учебы в Амстердаме. И четыре года эмиграции. Серьезно? Уже четыре? Не верю… А сколько еще?

В эту среду будем на нашем курсе "Евангелие как текст" (https://vagantes.net/courses/90/) обсуждать, как описывают последнюю неделю в Иерусалиме разные евангелисты. История одна, а точки зрения четыре. Интересно, различаются ли они?

Идеалы большевизма не имеют никакого отношения к ужасам революции и гражданской войны, к колхозам и лагерям, к застенкам НКВД. Настоящие большевики хотели только хорошего, ударно трудились в полях и на заводах, защищали Родину, а вот это всё не имеет к ним вообще никакого отношения, это марсиане прилетели, наверное, и всё испортили. Мы остаемся большевиками и сегодня и надеемся, что наша большевистская Родина наконец-то возродится и станет по-настоящему большевистской. Не убеждает, правда? А многие до сих пор в такое верят (только слово там не "большевистский", а другое). Стадия отрицания.

В этот понедельник на курсе "Анатомия стиха" (https://vagantes.net/courses/23/) будем говорить о классической поэзии Китая и Японии и о том, что у этих традиций общего с московским концептуализмом (Пригов, Рубинштейн и иные).

Тут в комментариях ведутся дебаты, что такое настоящее православие. Не уверен, что это корректная постановка вопроса. Но православный мейнстрим сейчас в РФ выглядит так. Не фейк! Ссылка на событие: https://www.facebook.com/watch/?v=1169077212116495

Кровь и мед Балкан: Андрич и Павич. Как сербская культура осмысляет опыт своих войн. https://urbietorbi.online/articles/2026/09/29/krov-i-med-balkan-andrich-i-pavich

А в это воскресенье смотрим и обсуждаем с подростками фильм Данелии "Настя". Девяностые, которые мы потеряли! Приводите своих! Ссылка на наш киноклуб в комментарии. https://www.youtube.com/watch?v=CT5DomRup_w

Итак, сведения, что дубайский самолет вместе посадили русский и украинец, не подтверждаются. Но что подтвердилось - среди тех, кто обезвредил террориста, судя по именам, были араб и еврей. Всё равно выходит прямо-таки готовая притча.

Когда один пилот истекал кровью и не мог управлять самолетом, а другой был преисполнен решимости его воткнуть в землю - среди пассажиров нашлось два профессиональных пилота, русский и украинец, которые вошли в кабину и взяли управление в свои руки. Посадили вместе самолет, спасли жизни всех пассажиров, в том числе и свои. Вот бы и с войной так...

Некоторые люди читают мой пост про Шаламова и Солженицына в духе "один плохой, а другой хороший". Детский сад, младшая группа. Объясню популярно. Гарри Каспаров значительно сильнее меня как шахматист, при этом это не значит, что он меня лучше или что я с ним согласен в прочих вопросах (очень часто нет). Шаламов сильнее Солженицына как прозаик, при этом .. и т.д. Почему сильнее? Почему характеры глубже, рельефнее, почему вообще текст мощнее и ярче? Перечитайте "Сентенцию" Шаламова. Там больше глубины, сложности, психологизма, чем во всём неизмеримо прекрасном и невероятно важном "Одном дне Ивана Денисовича". Имеете право считать иначе, само собой.

Илья Забежинский написал у себя тезисно о том, почему люди уходят из православной церкви. С одной стороны, я склонен вполне согласиться с его ума холодными наблюдениями и сердца горестными заметами практически по каждому пункту. А с другой… Мне кажется, это был список насущных проблем лет десять назад, а сегодня… скорее список разочарований либеральной церковной интеллигенции, пришедшей в церковь где-то приблизительно в Перестройку или на заре девяностых и обнаружившей лет через …надцать, что надежды не сбылись. Но жизнь продолжается. Что касается церковных институций в РФ, мне трудно о них судить издалека, но возникает ощущение, что у них в общем и целом всё в порядке. Наконец разрешены все сложные вопросы и удалены все, кто их задавал. Кто хочет, плетет маскировочные сети и громогласно рассуждает о «победах Русского мира», кто не хочет, читает у себя дома Шмемана и помалкивает, при этом, конечно же, есть много всего разного и в том числе хорошего. Но состояние гомеостаза вполне себе достигнуто. Или я неправ? Около двадцати лет назад в «Фоме» вышла моя колонка под названием «Церковь бабушек и интеллигентов». Да, тогда она такой мне и казалась. Ну, бабушки – это вечная категория (притом они могут быть разного пола и возраста), а вот интеллигенция или отформатировалась, или отвалилась. Теперь скорее церковь чиновников, пропагандистов и бабушек, и еще тех, кто научился тщательно фильтровать информацию на входе и выходе (честь им и хвала, говорю без иронии). Ну и тех, кто настолько привык, что уже никуда.

Именно Солженицын заставил в свое время и страну, и весь мир признать ужасы сталинских лагерей. Я и сам лет в 14 нашел в родительском книжном шкафе «Один день…» и не смог оторваться, пока не дочитал. А с кресла встал уже другим человеком! При этом теперь я отлично вижу, насколько «День» уступает прозе Шаламова с точки зрения литературного мастерства. Это вообще скорее краткий путеводитель по лагерной жизни, а характеры героев там совершенно плакатные, одномерные. Но вот по целому ряду причин мир услышал именно Солженицына.

О Солженицыне: Михаил Алексеев, Литературная газета, 20.02.1974: «Солженицына вытряхнули где-то посреди возлюбленной ему капиталистической Европы, на те посевы, где он, духовный власовец, давненько уж пасся, пощипывая отравленную травку».   Владимир Карпов, «Солжец антисоветчиков», Литературная Россия, 01.02.1974: «Это значит солжец, соучастник по лжи. Да, вы солжец со всеми самыми махровыми антисоветчиками, вы падаете ниц и угодливо лижете сапоги фашистским недобиткам и предателям-власовцам».   Александр Дымшиц, Советская культура, 19.02.1974: «Солженицын, добровольно принявший каинову печать — клеймо предателя, исчерпал предел народного долготерпения». В той же статье: «сам став предателем, он осмелился задним числом „обелять“ изменников-власовцев».   И. Соловьёв, «Путь предательства», Правда, 14.01.1974: «Солженицын удостоился того, к чему столь усердно стремился, — участи предателя». И ещё: «Предателей презирают даже те, кому они сослужили службу».   Алексей Маресьев, «Жалкий удел отщепенца», Правда, 24.01.1974: «Только обезумевший от ненависти маньяк, человек без рода и племени…»     Сергей Михалков, «Саморазоблачение клеветника», Литературная газета, 1974, № 4: «…человека, который с нашей земли снабжает Запад гнусными пасквилями».   Борис Смирнов, «Терпению пришёл конец», Вечерняя Москва, 14.02.1974: «…лишил выродка этого звания»(гражданина СССР).   Валентин Катаев, «Предательство не прощается», Правда, 15.02.1974: «гражданская смерть Солженицына закономерна и справедлива». Давид Кугультинов, Известия, 16.02.1974: «Герострату не платили за поджог храма. Солженицын берёт». Пётр Проскурин, Литературная газета, 20.02.1974: «В самой основе „творчества“ Солженицына заложено зерно национального предательства». Николай Яковлев, «Продавшийся», Литературная газета, 20.02.1974: «Солженицын и иные грязные провокаторы готовы способствовать даже развязыванию войны…» Марк Виленский, «Выдворянин», Крокодил, 1974, № 6: «Солженицын — обыкновенный белогвардеец и по содержанию и по форме». Юрий Баржанский, «Мадам Солже», Крокодил, 1974 (стихотворный фельетон): «Россию ненавидя люто, / Оплёвывая свой народ, / За иностранную валюту / Мадам отчизну продаёт». О Синявском и Даниэле: Д. Ерёмин, «Перевёртыши», Известия, 13.01.1966: «Два потерявших всякую совесть бесчестных авантюриста выдавали себя за советских литераторов». И ещё: «Это не просто нравственные уроды, но и активные подручные…» М. Шолохов, речь на XXIII съезде КПСС: «Попадись эти молодчики с чёрной совестью в памятные двадцатые годы, когда судили, не опираясь на строго разграниченные статьи уголовного кодекса, а „руководствуясь революционным правосознанием“… ох, не ту меру наказания получили бы эти оборотни!»

Напомню, что еще один текст, вызывающий кучу вопросов и споров с самого момента своего создания, мы читаем вечером по средам. Это Евангелие по Луке - и да, в моем переводе, но самое главное, в контексте, в сопоставлении с другими книгами Нового Завета и не только. Приходите! https://vagantes.net/courses/90/

Еще когда Мещеринов со товарищи пошел в крестовый поход на мой перевод Нового Завета, меня буквально поразила одна метафора. Некий читатель (в священном сане, разумеется), которого я не имел чести знать, уподобил мой перевод некачественному блюду, которое ему подали в ресторане. То есть предполагалось, что он сделал заказ и его оплатит, а потому требует, чтобы поданное строго соответствовало его ожиданиям. На самом деле он просто проходил мимо моего выложенного в сеть перевода и решил пнуть его, видимо, от скуки и избытка снобизма в организме. Теперь ту же риторику слышу в отношении книги Глуховского (выложенной бесплатно в сеть): мне в ресторане подали не то и не так! Дальше больше. Если писатель создал некий текст и бесплатно им поделился, а текст читателю не понравился – вернее, нечитателю не понравилось, что писатель на эту тему пишет – это, оказывается, то же самое, как если доктор плохо прооперировал больного, причинив серьезный вред его здоровью. Что, действительно надо объяснять: книга в бесплатном доступе в сети не совсем то же самое, что скальпель хирурга в твоем животе? На какие только выдумки не идут люди, чтобы убедить себя самих в собственной правоте. Говорю «себя самих», потому что вряд ли кого еще такое убедит… Простые фразы «мне не понравилось» или «я такое читать не буду» недостаточно пафосны и праведны, понимаю.