Отчаянье и гражданство

Зоран Мамдани, как обычно, все правильно сказал — в речи на 250 -летие независимости США. А еше он на днях сообщил, на совместном докладе с комиссаром полиции НЙ, что за полгода его мэрства количество тяжких преступлений (убийств, перестрелок и тех, кто пострадал в перестрелках) опустился до самого низкого уровня за всю историю наблюдений. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН КИРИЛЛОМ ФЕЛИКСОВИЧЕМ МЕДВЕДЕВЫМ, ЯВЛЯЮЩИМСЯ УЧАСТНИКОМ «РОССИЙСКОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ», ВКЛЮЧЕННОГО В РЕЕСТР ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+ ...Нам говорят, что Америка исключительна, потому что мы богаче, сильнее, могущественнее всех остальных. Правда, друзья мои, заключается в том, что Америка исключительна, потому что здесь ничто не является неизменным. Власти могут закрыть границы, мы смогли побывать на Луне, но работа по воплощению ценностей, впервые заложенных в Декларации независимости, — эта работа продолжается, друзья мои, и она принадлежит всем нам. Она принадлежит и нашим новым американцам, тем, кто стоит здесь со мной сегодня, всем, кто получил американское гражданство недавно. Почти десять лет назад я чувствовал то же, что и вы — радость от того, что я больше не просто ньюйоркец, а американец. Каждый из вас обладает особой силой. Силой определять, что значит Америка. Мы видим город противоречий внутри страны противоречий. Мы видим самую богатую страну в истории мира — страну, где дети засыпают голодными, в то время как первый в мире триллионер жаждет увеличить свое состояние. Мы видим монополии, доминирующие во всех отраслях, и олигархов, покупающих выборы. Мы видим агентов в масках, терроризирующих наши улицы, потребляющих еду, приготовленную нашими соседями-нелегалами, а затем тайно увозящих их в неопознанных фургонах. Мы видим страну, чье огромное богатство было создано людьми с мозолистыми, грязными руками — теми, кто трудится на заводах и высекает каменные плиты, — и мы видим страну, которая позволила большей части этого богатства оказаться в руках немногих избранных. Да, мы видим Америку в индустрии медицинского страхования, которая эксплуатирует больных, но это не всё, что я вижу, когда смотрю на Америку. Мы видим ее и в медсестре, которая работает в две смены, а затем по дороге домой заезжает проведать больного соседа. Да, мы видим Америку в корпоративных арендодателях, для которых халатность — это бизнес-модель. Мы видим ее и в отце, который укладывает своих детей спать под потолком, пропитанным протечками, который просыпается до рассвета, чтобы пойти на работу, и всё ещё верит, что его страна может лучше заботиться о его семье. Да, мы видим Америку, когда тратим наши налоговые деньги на бомбы и спасение банков, когда продаем выборы тому, кто больше заплатит. И все же мы видим ее так же ясно в каждом американце, который по-прежнему верит, что эта страна принадлежит нам, народу. Мы видим Америку каждый раз, когда соседи берутся за руки, не спрашивая, как долго они здесь живут или какие у них документы, — в то время как сотрудники иммиграционной и таможенной службы вторгаются в наши районы. Мы видим Америку каждый раз, когда молодые и старые стоят под проливным дождем или в удушающей жаре, чтобы отдать свой голос. Мы видим, как в Америке трудящиеся каждый раз требуют большего — не только для себя, но и для своих сограждан. Некоторые отвечают тем, кто требует от Америки большего, простым ответом: «Любите или уходите», — говорят они. Но патриотизм никогда не заключался в претензии на то, что наша страна безупречна. Патриотизм — это каждый акт праведного несогласия, каждый марш под палящим солнцем, каждый протест, на десяток лет опередивший свое время. Именно потому, что мы любим эту страну, мы не покинем её. В конце концов, кто любит Америку больше, чем те, кто так много пожертвовал ради её свободы?...