И только понтярщики лошары типа убиенного до сих пор носят итальянское говно на коже
رفتن به کانال در Telegram
268
مشترکین
-124 ساعت
اطلاعاتی وجود ندارد7 روز
-330 روز
در حال بارگیری داده...
کانالهای مشابه
ابر برچسبها
اشارات ورودی و خروجی
---
---
---
---
---
---
جذب مشترکین
ژوئیه '26
ژوئیه '26
+1
در 0 کانالها
ژوئن '26
+3
در 0 کانالها
Get PRO
مه '26
+4
در 0 کانالها
Get PRO
آوریل '26
+6
در 1 کانالها
Get PRO
مارس '26
+7
در 1 کانالها
Get PRO
فوریه '26
+3
در 0 کانالها
Get PRO
ژانویه '26
+3
در 0 کانالها
Get PRO
دسامبر '25
+9
در 1 کانالها
Get PRO
نوامبر '25
+5
در 0 کانالها
Get PRO
اکتبر '25
+3
در 0 کانالها
Get PRO
سپتامبر '25
+3
در 1 کانالها
Get PRO
اوت '25
+13
در 2 کانالها
Get PRO
ژوئیه '25
+9
در 3 کانالها
Get PRO
ژوئن '25
+3
در 0 کانالها
Get PRO
مه '25
+2
در 1 کانالها
Get PRO
آوریل '25
+2
در 2 کانالها
Get PRO
مارس '25
+7
در 2 کانالها
Get PRO
فوریه '25
+2
در 1 کانالها
Get PRO
ژانویه '25
+4
در 0 کانالها
Get PRO
دسامبر '24
+3
در 1 کانالها
Get PRO
نوامبر '24
+18
در 4 کانالها
Get PRO
اکتبر '24
+11
در 2 کانالها
Get PRO
سپتامبر '24
+22
در 2 کانالها
Get PRO
اوت '24
+27
در 2 کانالها
Get PRO
ژوئیه '24
+12
در 2 کانالها
Get PRO
ژوئن '24
+15
در 1 کانالها
Get PRO
مه '24
+9
در 0 کانالها
Get PRO
آوریل '240
در 1 کانالها
Get PRO
مارس '24
+4
در 0 کانالها
Get PRO
فوریه '240
در 0 کانالها
Get PRO
ژانویه '24
+43
در 0 کانالها
Get PRO
دسامبر '230
در 3 کانالها
Get PRO
نوامبر '230
در 1 کانالها
Get PRO
اکتبر '230
در 1 کانالها
Get PRO
سپتامبر '230
در 0 کانالها
Get PRO
اوت '230
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئیه '230
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئن '230
در 0 کانالها
Get PRO
مه '230
در 0 کانالها
Get PRO
آوریل '230
در 0 کانالها
Get PRO
مارس '230
در 0 کانالها
Get PRO
فوریه '230
در 0 کانالها
Get PRO
ژانویه '230
در 0 کانالها
Get PRO
دسامبر '220
در 0 کانالها
Get PRO
نوامبر '220
در 0 کانالها
Get PRO
اکتبر '220
در 0 کانالها
Get PRO
سپتامبر '220
در 0 کانالها
Get PRO
اوت '220
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئیه '220
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئن '220
در 0 کانالها
Get PRO
مه '220
در 0 کانالها
Get PRO
آوریل '220
در 0 کانالها
Get PRO
مارس '220
در 0 کانالها
Get PRO
فوریه '220
در 0 کانالها
Get PRO
ژانویه '220
در 0 کانالها
Get PRO
دسامبر '210
در 0 کانالها
Get PRO
نوامبر '210
در 0 کانالها
Get PRO
اکتبر '210
در 0 کانالها
Get PRO
سپتامبر '210
در 0 کانالها
Get PRO
اوت '210
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئیه '210
در 0 کانالها
Get PRO
ژوئن '210
در 0 کانالها
Get PRO
مه '21
+153
در 0 کانالها
| تاریخ | رشد مشترکین | اشارات | کانالها | |
| 08 ژوئیه | 0 | |||
| 07 ژوئیه | 0 | |||
| 06 ژوئیه | 0 | |||
| 05 ژوئیه | +1 | |||
| 04 ژوئیه | 0 | |||
| 03 ژوئیه | 0 | |||
| 02 ژوئیه | 0 | |||
| 01 ژوئیه | 0 |
پستهای کانال
Хаймарс попал 090726.m4a1.15 MB
| 2 | В Британии стали проводить эксперименты с пациентами, страдающими крайней формой меланхолии (полная апатия, выражающаяся в ступороподобных состояниях, когда больной неделями мог не вставать с кро-вати), погружая их в бромидный сон на длительное время, обычно на пять-девять суток, но в некоторых случаях сон мог продолжаться более двадцати дней. Эффект был удивительным: у многих пациентов проходили все симптомы и они могли вернуться к нормальной жизни.
В 1933 году в Вене Ман фред Шейкель открыл инсулиновую кому. Лечение поначалу применялось как экспериментальное в случае совершенно безнадежных больных, никак не реагирующих на окружение месяцами. Идея заключа лась в том, что больных шизофренией помещали в искусственную кому, длящуюся не более двадцати минут, а затем реанимировали. Эффект оказался ощутимым: в 70% наблюдалась ремиссия, правда, один из сотни пациентов умирал. В Британии, где к использованию продолжительного сна было напряженное отношение, инсулиновую кому восприняли как уникальное средство спасения пациентов.
Сразу стало интересно почему в Британии не склонны были лечит меланхолию сном. Оказывается а Британии были и имеют место быть пуритане, которые главной добродетелью считают неустанный труд, а долгий сон грехом праздности. То есть: безумие происходит от порочности или как следствие или симптом порочности, а лечить порочность сном, ну как-то не совсем то. Только труд на свежем воздухе! | 33 |
| 3 | Болезнь нейросифилис. История ее достаточно коротка: первые упоминания датируются по-следней четвертью XVIII века, а последние - началом века
XX. Болезнь была уникальна,
так как передавалась половым путем и возникала из-за заражения бактериями, поражающими нервную систему. Молодой человек, случайно посе-тивший дом терпимости, мог после своего эксперимента забыть о небольшом раздражении половых органов, зато спустя двадцать лет болезнь проявляла себя в полную силу, резко и смертельно. Начиналась она манией с эйфорическим состоянием, нередко выражающимся в неконтролируемом поведении, порой аморального типа, зачастую больной начинал бесконтрольно транжирить деньги и мог привести семью к разорению. После мании неизбежно следовали деменция, паралич, заканчивалось все смертью. Врачи могли только изолировать больного в фазе мании и наблюдать за его состоянием. Эта болезнь, поражавшая преимущественно мужчин, была настоящим бичом, но исчезла бесследно, когда в 1917 году Одного из парализованных и ожидающих смерти больных австрийский психиатр Юлиус Вагнер-Яурегг намеренно заразил малярией. Поднимавшаяся девять раз температура (после девятого больному дали хинин) убила болезнетворную бактерию. Так произошло первое выздоровление. Тот нетрудоспособный пациент смог еженедельно читать лекции и музыкальные декламации для пациентов клиники... опираясь на обширный репертуар, который он великолепно цитировал наизусть. | 28 |
| 4 | С точки зрения нейробиологии деменция (особенно болезнь Альцгеймера) и тяжелые формы амнезии разрушают GPS-систему мозга. В результате пространство теряет свои топологические свойства: связность, непрерывность, метрику и масштаб. Человек физически вылетает из привычной трехмерной «карты» и оказывается в реальном психологическом «Закулисье».
При деменции токсичные белки (амилоид и тау-протеин) первыми атакуют именно энторинальную кору.
* Эффект: Координатная сетка буквально «тает» и распадается. Мозг теряет метрику. Пространство перестает быть непрерывным. Пациент больше не может соотнести расстояние между объектами: для него дверь, находящаяся в 10 метрах, может казаться расположенной вплотную или бесконечно далеко.
Человек может помнить, как выглядит план его квартиры (аллоцентрическая карта), но его тело (эгоцентрическая система) не может встроить себя в эту карту. Возникает феномен «блуждания». Человек идет по собственному дому, но не узнает углы, не понимает, куда ведет поворот, и воспринимает знакомый коридор как бесконечный, чужой, лиминальный лабиринт.
Окружающий мир становится плоским и искаженным. Обычный темный коврик на полу воспринимается мозгом как глубокая черная дыра в полу, бездна (психологический провал в неизведанное). Тень от шкафа кажется проходом в другую комнату. Из-за этого пациенты часто застревают в тупиках, не могут переступить порог или бесконечно ходят вдоль стен, нащупывая «границы» реальности. | 34 |
| 5 | Он сел на поезд, приехал в Москву, поступил в Московский государственный
строительный институт и разыскал Лимонова, застав его в окружении
десятка приверженцев в штабе на Фрунзенской. «Я был настроен
радикально, пусть мне дадут бомбу или гранату и скажут, куда бросить.
Очень я был серьезен. Они стали меня успокаивать: «Полегче, сначала
нужно подготовиться»». Дугин сидел в дальней комнате, голый по пояс,
усердно печатал, вокруг громоздились книги и бутылки пива. Была
суббота, день обязательной уборки. Лимонов, вспоминает Коровин, окликнул Дугина: «Саша! Зачем эти бутылки?» «Необходимы мне для
работы», – спокойно ответил Дугин.
«Они хорошо сработались, – вспоминает Коровин. – Дугин был
философом, метафизиком, он работал головой. Лимонов – весь на
публику. Он был нужен для публичных действий. Для радикальной
революции».
Но постепенно эти двое разошлись. Лимонов оказался не первым
соратником, с которым у Дугина испортились отношения. В
автобиографии Лимонов описывает своего «Мерлина» так: «злопамятен,
разрушителен, тотально ревнив». В 1995 году НБП с треском проиграла
парламентские выборы, и между Лимоновым и Дугиным впервые
пробежала черная кошка. Дугин считал, что Лимонов даже не пытается
войти в истеблишмент, и потому завязал отношения с Жириновским и
ЛДПР. «Мерлин смотрел в лес, выискивая себе нового короля Артура», –
пишет Лимонов в автобиографии. Коровин почувствовал это
напряжение в воздухе. Всем в НБП уже было ясно, что, «оставаясь с
Лимоновым, Дугин не может поддерживать связи с истеблишментом, не
может обращаться к Думе, министрам. Лимонов строил маргинальную
партию». Лимонов любил контркультуру, богемные проекты, ему,
«вечно недовольному», неудобно было в любой роли, кроме роли
крайнего и упорного оппозиционера. У Дугина амбиции были более
серьезные. «Я тянул его назад», – признает теперь Лимонов.
Напряжение росло и в самой партии, она раскалывалась на интеллектуалов, примыкавших к Дугину, и «шахматистов», «молодых
люмпенов», которые, по словам Коровина, только тем и занимались в
бункере на Фрунзенской, что играли в шахматы или тягали штанги.
В 1997 году разрыв между Лимоновым и Дугиным усугубился: Дугин
перешел к старообрядцам, ушедшим из-под власти московского
патриарха в XVII веке. Первые евразийцы оказывали этой церкви
предпочтение как исконной вере русских до Золотой Орды. К тому же
незадолго до того вышла книга Александра Эткинда, профессора
истории Кембриджского университета, «Хлыст», в которой
рассматривалась роль православной церкви в формировании
эсхатологического мировоззрения большевиков. Лимонов в
автобиографии сетовал, что Дугин заставил всех членов партии купить и
прочесть эту книгу. | 32 |
| 6 | «бак», от французского baquet — чан, корыто) означает специальный деревянный чан с намагниченной водой, использовавшийся для группового гипноза (магнетизма). Этот термин напрямую связан с историей зарождения гипнотерапии и практикой немецкого врача Франца Антона Месмера в конце XVIII века. Он создал теорию «животного магнетизма», которая позже трансформировалась в классический гипноз.
Конструкция чана: Внутри большого деревянного бака находились ряды бутылок с намагниченной (по мнению Месмера) водой. Бутылки засыпались железными опилками, гравием и заливались обычной водой. Из крышки бака выходили изогнутые подвижные стальные прутья. Пациенты садились вокруг бака в несколько рядов. Они прикладывали металлические стержни к своим больным местам, связывали друг друга веревками для «замыкания цепи» и держались за руки. Сеанс проходил в полумраке, при полной тишине или под таинственную музыку (Месмер часто сам играл на стеклянной гармонике). Сам Месмер в шелковом лиловом халате ходил вокруг пациентов, прикасался к ним руками (пассами) или железной палочкой. В результате внушения и группового эффекта люди впадали в транс, у них начинались судороги, истерический смех или плач (так называемый «криз»), что считалось признаком исцеления. | 39 |
| 7 | Более того, некоторым ангелы приходят под видом ИИ, хотя ИИ - это просто молоток. Ой, а человеческое сознание тоже молоток, только ограниченный принципом сахара и поэтому не умнеющий до бесконечности. Суперкомпьютеры используют воду и нефть неограниченно, поэтому умнеют бесконечно, но по сути наш сахарок едят. Вот только используют их для таргетированной рекламы | 40 |
| 8 | О том и речь: (мощные ИИ основаны на суперкомпьютерах, принадлежащих Яндекс и Сбербанк. Вряд ли эти киты будут заботиться об общем благе. Наука знает, что Бог непостижим и Его существование бездоказательно, но принимает Бога для принятия целенаправленного мира, чтобы иметь возможность искать эту всеобщую целесоообразность. Образованный человек знает, что ничего не знает о Боге, но принимает Бога, чтобы жить в обществе морали, ведь мораль от Бога). Если Бога нет, то какой же я майор? Без царя в голове. | 41 |
| 9 | Рассуждения о кризисе дипломатии оказываются сейчас своевременны, а сочувственное описание ООН выглядит даже освежающе на фоне постоянных разговоров об устаревании прежних форм международного сотрудничества.
Энциклика вышла недавно и пока еще прочитана далеко не всеми заинтересованными. Но уже сейчас можно увидеть, как разнообразны реакции на нее. Первая реакция — это вал мемов и рилсов, обыгрывающих на разные лады идею, что папа запретил искусственный интеллект. В ход идут отсылки к «батлерианскому джихаду» (конфликту с ИИ из «Дюны»), крестовым походам и тому подобному. Хотя, как уже было сказано выше, ни о каком запрете ИИ в энциклике речи нет, даже умеренный призыв папы к осторожности был восторженно воспринят критиками ИИ.
Более вдумчивые аналитики между тем резко разошлись во мнениях. В диапазоне от колумниста The New York Times Мэтью Уолтера, осудившего энциклику как беззубый мягкий текст, недостаточно внятно призывающий к войне против ИИ, до ворчания канониста Джеральда Мюррея о чрезмерно левом характере энциклики. Одних огорчило отсутствие упоминаний того или иного конфликта, других — очередное напоминание о браке как союзе мужчины и женщины, третьих — расплывчатость критики капитализма или, напротив, чрезмерная его критика.
Но несложно догадаться, что присутствие Криса Олаха, одного из сооснователей Anthropic, на презентации энциклики, тем более проведенной вопреки обыкновению папой лично, показывает, что у крупнейшего по капитализации ИИ-гиганта и церкви складываются не самые худшие отношения. Недавние заявления Anthropic о необходимости тщательного контроля и даже замедления в разработках, опубликованные вскоре после энциклики, хотя и не упоминают ее, но во многом созвучны. Удастся ли наладить те же отношения другим игрокам и захотят ли они это делать — покажет время.
Заслуживают внимания, впрочем, даже предпринятые усилия. Американский писатель-фантаст Гарднер Доуз определил киберпанк как «высокие технологии и низкий уровень жизни». То же самое, в общем, пишет и папа, спрашивая, влечет ли «вавилонский» подход к технологиям за собой безработицу, эксплуатацию и отчужденность людей. Неожиданно, но да: новая энциклика — это, по сути, попытка понтифика спасти нас от киберпанка, который мы не заслужили. | 33 |
| 10 | Как говорится в энциклике, «мы не можем считать ИИ морально нейтральным», и дело тут, конечно, не в самом ИИ, а в том, какие принципы закладываются в него в процессе разработки. Папа пишет, что корпорации «могут формировать информационные и потребительские модели, влиять на демократические процессы и направлять экономическую динамику в свою пользу, подрывая социальную справедливость и солидарность между народами». То есть приобретают власть, в некоторых отношениях превосходящую даже власть многих государств.
Папа предлагает не запретить искусственный интеллект, а «разоружить» его. Это означает прекращение гонки за все более мощными алгоритмами, ведущейся ради самой этой гонки. Пересмотр представления о том, что развитие ИИ — самоценность, а эффективность системы — главный результат, к которому мы должны стремиться.
В некотором отношении руководству католической церкви оказывается сложнее высказывать эти соображения, чем большинству светских институций. Все дело, конечно, в долгом шлейфе негативного наследия церкви. Может ли порицать неоколониальные подходы сила, столетиями поддерживавшая колонизацию и рабовладение? Может ли критика новых технологий звучать со стороны церкви, судившей Галилео Галилея и выступавшей в XIX веке против дарвинизма, а временами и против железных дорог?
Сам нынешний понтифик, в юности не только изучавший, но даже преподававший математику и физику, едва ли может быть представлен как противник естественных наук. Однако образ церкви как противницы прогресса жив в массовой культуре, поэтому в энциклике понтифику приходится часто оговариваться, что он не против технологий и научных открытий.
Папа призывает «не демонизировать и не идеализировать технологические инструменты», а заняться подготовкой к революции ИИ с обеих сторон, и искусственной, и естественной. Не только тщательно и ответственно подходить к разработке нейросетей, но и перестроить образование таким образом, чтобы детей с детства учили правильно использовать ИИ.
Первое, что тут беспокоит папу, — само понимание человеческой природы, и он уделяет много внимания трансгуманизму (то есть вопросам о том, не можем ли мы преобразовать человека в нечто иное, чем сейчас, при помощи технологий) и постгуманизму (то есть критике антропоцентризма и идее, что сама граница человеческого и нечеловеческого условна и может быть преодолена путем слияния как с природой, так и с искусственным интеллектом).
На первый взгляд кажется, что эта тематика более актуальна для научной фантастики, чем для папской энциклики. Но «если к человеку относятся как к чему-то, что нужно усовершенствовать или превзойти, становится легче принять тот факт, что некоторые жизни менее полезны, менее желательны или менее достойны».
Для католической церкви человек — образ Божий. Для понтифика попытка даже на уровне фантазий и отдельных экспериментов радикально преодолеть человеческое в нас — опасный симптом общей проблемы. Кроме того, папа не избегает отсылок к массовой культуре и подчас даже использует их как остроумные полунамеки. К примеру, в тексте энциклики используется цитата из «Властелина колец», а открыв текст романа, несложно убедиться, что в той же сцене палантир обсуждают как опасное орудие, которое мудрый человек должен использовать не ради слежки, а ради противостояния тиранической власти Саурона. Небольшая шпилька в сторону католических технобро и одновременно серьезный призыв к ответственности из уст Гэндальфа.
В-третьих, Лев XIV рассматривает войну в широком контексте сдвига парадигм. Дело, по его мнению, не в отдельных войнах, а в том, что они вновь становятся нормой нашей жизни и что алгоритмы и медиа, теперь снабженные потоком сгенерированного контента, подогревают поляризацию общества. А ВПК, движимый, как пишет папа, «вавилонской» логикой результата и выгоды, делает бизнес на смертях.
Однако это не тот случай, когда повторение банальностей кому-то вредит. | 31 |
| 11 | Если общая природа твари сама по себе безразлична к числу и «меньше единицы», то что заставляет её сгущаться в конкретный, исчисляемый единичный объект? Что делает конкретную тварь именно этим живым созданием, а не другим? Ответом Скота становится концепт этовости (haecceitas).
Этовость — это предельная формальность вещи, её индивидуализирующий онтологический принцип. Это не материя и не простая сумма внешних признаков. Это чистая метафизическая вспышка, которая венчает собой общую природу, превращая её из абстрактной матрицы в конкретный единичный экземпляр.
Синтез в твари: в каждом живом тварном существе объективно соприсутствуют общая природа (пласт, связывающий его с миром, где понятия сказываются соименно / унивокально) и этовость (пласт, делающий его уникальным). Они формально различны, но реально тождественны.
Именно через эту связку Скот завершает свою систему: соименность (унивокальность) бытия соединяет Творца и тварь в едином пространстве мыслимости, полностью исключая одноименность (эквивокацию) на уровне предельного концепта, а внутреннее развёртывание тварного мира через общие природы, формальные различия и уникальные этовости полностью предохраняет метафизику Тонкого Доктора от угрозы пантеизма. | 38 |
| 12 | ….разбор онтологической системы Иоанна Дунса Скота. Термины зафиксированы строго в двух парах: соименно (унивокально) и одноименно (эквивокально).
1. Отношение Творца и твари: соименность и абсолютный разрыв
Отношение между Творцом и тварью у Дунса Скота строится на радикальном допущении соименности (унивокальности) бытия. В отличие от Фомы Аквинского, утверждавшего аналогический компромисс Скот заявляет, что понятие «бытие» (ens) полностью соименно (унивокально). Когда мы говорим «Бог есть» и «тварь есть», глагол «есть» означает абсолютно одно и то же — противоположность ничто, Без этого единого, соименного (унивокального) ментального пространства тварный разум в принципе не смог бы помыслить Бога, и между ними разверзлась бы пропасть абсолютного агностицизма.
Однако эта соименность (унивокальность) не превращает мир в плоский пантеизм. Связав Творца и тварь единым пространством мыслимости, Скот немедленно разделяет их абсолютными модусами:
Творец по своей природе есть Бытие бесконечное.
Тварь по своей природе есть Бытие конечное.
Бесконечность и конечность — это внутренние интенсивные модусы самого бытия, которые качественно несоизмеримы. Творец и тварь соименны (унивокальны) на уровне первоначального концепта бытия, но бесповоротно разделены на уровне своих онтологических модусов.
2. «Общая природа» бытия: почему её нет между Богом и миром
Здесь кроется ключевое разграничение скотистской метафизики: у Творца и твари нет и не может быть «общей природы» (natura communis).
Общая природа (например, человечность или жизнь как таковая) возникает уровнем ниже чистого бытия. Она составляет содержательную сущность конкретного класса тварных вещей, их умопостигаемое «что» (quidditas).
Общая природа обладает уникальным онтологическим статусом: она «меньше, чем числовое единство» — то есть она безразлична к числу, не являясь ни чисто универсальной, ни индивидуальной вещью в мире. Она выступает связующей тканью тварной жизни, позволяя конечным существам вступать в горизонтальные отношения. На этом уровне тварей термины сказываются соименно (унивокально).
Но само бытие не является общей природой. Бытие — это не третья вещь, в которую погружены Бог и мир. Бытие — это предельно пустое, нейтральное концептуальное поле.
Таким образом, Творца и тварь связывает соименность (унивокальность) самого концепта бытия, но у них нет общей природы. Если бы между ними мыслилась общая природа, их отношение стало бы одноименным (эквивокальным) или привело бы к пантеизму. Общая природа существует исключительно внутри тварного мира, упорядочивая множественность созданий.
3. Формальное различие со стороны бытия (Distinctio formalis a parte rei)
Чтобы объяснить, как внутри одной и той же реальности уживаются соименное (унивокальное) бытие и разделяющие его модусы (конечность и бесконечность), Скот задействует свой главный логический инструмент — формальное различие. Оно занимает промежуточное положение между реальным различием (между двумя отдельными вещами) и мысленным различием (существующим только в голове субъекта).
Формальное различие имеет место тогда, когда внутри одной и той же вещи объективно существуют разные метафизические слои, которые реально тождественны (их нельзя разделить физически), но формально различны.
Применительно к бытию: бытие и его интенсивный модус (конечность в твари или бесконечность в Боге) реально тождественны. Вы не можете физически отделить конечность от твари, оставив просто тварное бытие. Но между бытием твари и её конечностью существует формальное различие: наш разум способен провести между ними строгую дистинкцию. Точно так же общая природа твари и её индивидуальные характеристики формально различны, но реально тождественны. При этом само понятие бытия, проходящее сквозь эти формальные слои, мыслится строго соименно (унивокально), не превращаясь в одноименное (эквивокальное).
4. Этовость (Haecceitas): венец индивидуации | 36 |
| 13 | Апория. Ловушка, из которой нет выхода. Человек учится смеяться только после того, как досыта наглотается горя. И наоборот — по-настоящему страдать умеет лишь тот, кто помнит, как когда-то умел смеяться.
~ * ~
Пафос безликости. Когда тебе становится глубоко плевать на собственное «я».
~ * ~
Стирание всякой необходимости. Полная, абсолютная пустота, в которой ты больше никому и ничего не должен.
~ * ~
Знаешь, одни бросаются на жизнь как безумные — вылетают на середину кабака и пускаются в пляс, дико и бесшабашно. Другие забиваются в самый темный угол, цедят свой кальвадос и ждут, пока всё это наконец закончится. Но если присмотреться, и те, и другие относятся к жизни одинаково. Для них это не дар, а обуза. Паршивая болячка, нарыв на теле, застарелый шрам, от которого никак невозможно избавиться.
#бесконечноеотречение | 34 |
| 14 | В своем дневнике Мариу де Са-Карнейру пишет: „Я представляю полнейшее крушение своей жизни как свалку цинковых барных стоек — помятых, исцарапанных, забрызганных каплями разных цветов, и в особенности — одним грязно-красным оттенком“. И следом: „И часто по ночам, лежа в постели и чувствуя непроходящую горечь собственного бытия, я ловлю себя на нелепом желании — превратить свое тело в треугольник, вершины которого отточены до остроты стальных лезвий“. Переплетение тщетности, геометрия краха.
Прежде чем встать, я еще вспоминаю Парижское чудо цинковых стоек, в барах…не знаю, почему….
#бесконечноеотречение | 37 |
| 15 | (Мюнхенский воздух абсолютно неподвижен. Крупные хлопья первого в их жизни снега начинают засыпать серый пейзаж, укутывая всё вокруг в ослепительно-белую пелену. Вдоль заснеженного берега реки Изар двое мужчин двигаются в медленном, контрастном ритме. Хуан идет пешком, кутаясь в тяжелое зимнее пальто, его темные волосы спрятаны под шерстяным беретом. Рядом с ним, едва крутя педали, на велосипеде едет Герман, укутанный в куртку и шарф. Колеса его велосипеда оставляют одинокий хрустящий след на свежем, нетронутом порошке. Оба они завороженно смотрят на этот падающий снег, который видят впервые).
Хуан: (останавливается, подхватывает пригоршню свежего снега рукой в перчатке и пробует его на вкус) Я слышал, что снег безвкусный... Но это неправда. У него есть вкус. Это вкус чистой, только что выстиранной блузки... и вкус мамы в горах. Знаешь, Герман, мои дедушка и бабушка были из России. Там ведь бесконечно много снега. Я всегда представлял, как они идут сквозь метель в свою родную деревню. А впереди, сквозь белую мглу, проступают купола-луковицы их старой церкви…
(Герман на мгновение замирает от этой странной, интимной поэзии, но его собственные мысли уже слишком долго крутятся вокруг одной и той же болезненной темы).
Герман: (замедляя ход велосипеда и глядя сбоку на Хуана) Что ты имел в виду, когда говорил: «Остерегайся красивых женщин»?
Хуан: (резко опускает руку, романтическая дымка слетает с его лица, и он переводит на Германа прямой, проницательный взгляд) Ты переспал с той некрасивой девушкой?
Герман: (напрягается, перестает крутить педали и отворачивается к темной, парящей речной воде) Мне не понравился её запах...
Хуан: (медленно кивает, его голос звучит тяжело и убеждённо) Значит переспал. Это потому что она боялась тебя. Если бы она любила тебя, её запах тебе бы понравился. Это потому что ты католик. Вы, католики, всегда путаете красоту и страх. Кларисса тоже католичка.
Герман: (полностью останавливает велосипед, опираясь одной ногой на заснеженную землю, и в недоумении уставляется на Хуана) Откуда ты знаешь?
Хуан: (сильнее натягивает воротник своего пальто, защищаясь от европейской стужи) Я был у неё дома и видел её мать.
(Герман молча отталкивается ногой, и они продолжают свой путь. Колеса велосипеда и тяжелые ботинки Хуана оставляют параллельные следы на свежем покрывале берега. Они поднимаются на старый каменный мост, где хлопья снега кажутся еще крупнее, и останавливаются у перил, глядя на уходящий в белую мглу Изар. Герман прислоняет велосипед к камню).
Герман: (пристально, сдерживая внутреннее напряжение, смотрит на Хуана) И вы переспали?
Хуан: (смотрит на воду, и на его губах появляется горькая, меланхоличная улыбка) Не в том смысле. Я не получил её — она только возбудила меня, как китайский политик.
Герман: (не понимая) Китайский политик?
Хуан: Отдай Север, чтобы сохранить Юг. Я начинаю бояться местных женщин.
Диалог завершён. Хотите ли вы обсудить, как этот разговор повлияет на дальнейшие действия Германа, когда он снова встретит Клариссу? | 42 |
| 16 | Хуан: (медленно кивает, его голос звучит тяжело и убеждённо) Значит переспал. Это потому что она боялась тебя. Если бы она любила тебя, её запах тебе бы понравился. Это потому что ты католик. Вы, католики, всегда путаете красоту и страх. Кларисса тоже католичка.
Герман: (полностью останавливает велосипед, опираясь одной ногой на заснеженную землю, и в недоумении уставляется на Хуана) Откуда ты знаешь?
Хуан: (сильнее натягивает воротник своего пальто, защищаясь от европейской стужи) Я был у неё дома и видел её мать.
(Герман молча отталкивается ногой, и они продолжают свой путь. Колеса велосипеда и тяжелые ботинки Хуана оставляют параллельные следы на свежем покрывале берега. Они поднимаются на старый каменный мост, где хлопья снега кажутся еще крупнее, и останавливаются у перил, глядя на уходящий в белую мглу Изар. Герман прислоняет велосипед к камню).
Герман: (пристально, сдерживая внутреннее напряжение, смотрит на Хуана) И вы переспали?
Хуан: (смотрит на воду, и на его губах появляется горькая, меланхоличная улыбка) Не в том смысле. Я не получил её. Это китайская политика. Отдай Север, чтобы сохранить Юг. Я начинаю бояться местных женщин. | 8 |
| 17 | Мюнхенский воздух неподвижен. Крупные хлопья первого снега засыпают серый пейзаж, укутывая всё вокруг в ослепительно-белую пелену. Вдоль заснеженного берега реки Изар двое мужчин двигаются в медленном, контрастном ритме. Хуан идет пешком, кутаясь в тяжелое зимнее пальто, его темные волосы спрятаны под шерстяным беретом. Рядом с ним, едва крутя педали, на велосипеде едет Герман, укутанный в куртку и шарф. Колеса его велосипеда оставляют одинокий хрустящий след на свежем, нетронутом порошке. Оба завороженно смотрят на этот снег, который видят впервые. Хуан на секунду останавливается. Он подхватывает пригоршню свежего, пушистого снега рукой в перчатке, бережно подносит к лицу и пробует его на вкус. Его взгляд теплеет, уходя куда-то далеко за пределы этого немецкого города).
Хуан: Я слышал, что снег безвкусный... Но это неправда. У него есть вкус. Это вкус чистой, только что выстиранной блузки... и вкус мамы в горах. Знаешь, Герман, мои дедушка и бабушка были из России. Там ведь бесконечно много снега. Я всегда представлял, как они идут сквозь метель в свою родную деревню. А впереди, сквозь белую мглу, проступают купола-луковицы их старой церкви…
(Герман на мгновение замирает от этой странной поэзии, но его собственные мысли уже слишком долго крутятся вокруг одной и той же болезненной темы).
Герман: (замедляя ход велосипеда и глядя сбоку на Хуана) Что ты имел в виду, когда говорил: «Остерегайся красивых женщин»?
Хуан: (резко опускает руку, романтическая дымка слетает с его лица, и он переводит на Германа прямой, проницательный взгляд) Ты переспал с той некрасивой девушкой?
Герман: (напрягается, перестает крутить педали и отворачивается к темной, парящей речной воде) Мне не понравился её запах...
Хуан: (медленно кивает, его голос звучит тяжело и убеждённо) Значит переспал. Это потому что она боялась тебя. Если бы она любила тебя, её запах тебе бы понравился. Это потому что ты католик. Вы, католики, всегда путаете красоту и страх. Кларисса тоже католичка.
Герман: (полностью останавливает велосипед, опираясь одной ногой на заснеженную землю, и в недоумении уставляется на Хуана) Откуда ты знаешь?
Хуан: (сильнее натягивает воротник своего пальто, защищаясь от европейской стужи) Я был у неё дома и видел её мать.
(Герман молча отталкивается ногой, и они продолжают свой путь. Колеса велосипеда и тяжелые ботинки Хуана оставляют параллельные следы на свежем покрывале берега. Они поднимаются на старый каменный мост, где хлопья снега кажутся еще крупнее, и останавливаются у перил, глядя на уходящий в белую мглу Изар. Герман прислоняет велосипед к камню).
Герман: (пристально, сдерживая внутреннее напряжение, смотрит на Хуана) И вы переспали?
Хуан: (смотрит на воду, и на его губах появляется горькая, меланхоличная улыбка) Не в том смысле. Я не получил её. Это китайская политика. Отдай Север, чтобы сохранить Юг. Я начинаю бояться местных женщин.
Эта новая деталь про русские корни Хуана и купола-луковицы создаёт потрясающую внутреннюю рифму: Хуан грезит о православной заснеженной церкви своих предков как о чём-то тёплом и родном («вкус мамы»), в то время как католическая суровость Германии ассоциируется у него со страхом, отчуждением и холодным расчётом Клариссы.
Хуан: Я слышал, что снег безвкусный... Но это неправда. У него есть вкус. Это вкус чистой, только что выстиранной блузки... и вкус мамы в горах.
(Герман на мгновение замирает от этой странной, интимной поэзии, но его собственные мысли уже слишком долго крутятся вокруг одной и той же болезненной темы).
Герман: (замедляя ход велосипеда и глядя сбоку на Хуана) Что ты имел в виду, когда говорил: «Остерегайся красивых женщин»?
Хуан: (резко опускает голову, романтическая дымка слетает с его лица, и он переводит на Германа прямой, проницательный взгляд) Ты переспал с той некрасивой девушкой?
Герман: (напрягается, перестает крутить педали и отворачивается к темной, парящей речной воде) Мне не понравился её запах... | 7 |
| 18 | ~ * ~
Н. прислал мне строчку из какой-то мистической книги: „Плачь внутри себя, непрерывно и тихо; снаружи же оставайся обычным и бодрым“.
О боги, какой кошмар — неужели со мной все наоборот? Угрюмый снаружи, непроходимо жизнерадостный внутри.
~ * ~
Человек — это просто животное, которое научилось вздыхать.
~ * ~
Бывают дни, когда тупость нашего рода душит так сильно, что даже вселенская катастрофа кажется слишком мягким исходом. В такие минуты я вдруг понимаю истинную причину самоубийств: это нежелание умирать, это просто отчаянная, дикая потребность наконец-то избавиться от остальных.
~ * ~
Космос созерцает. А мы — мы всего лишь думаем.
~ * ~
#бесконечноеотречение | 49 |
| 19 | et lux perpetua luceat eis. («И да сияет им вечный свет»).
Реквием – заупокойная месса – содержательно говорит о смерти, однако в своей музыкальной форме неразрывно связывается с жизнью (понимаемой как полифония). В частях проприев и ординариев то же самое относится и к повествованию: начало полагается от тьмы, откуда затем совершается восхождение к свету. Однако «Тёмная утреня» (Tenebrae) — череда утренних служб и лауд, исполнявшихся в Католической церкви во время Страстной недели, – устроена иначе и в ее продолжении происходит другое. Традиционно во время Tenebrae после каждого псалма одна за другой гасятся заранее зажженные свечи, пока не погаснет последняя и пространство храма не погрузится во мрак (tenebris). Подобно Реквиему, «Темная утреня» в богословском понимании подразумевает грядущий переход в трансцендентное, однако в первом случае речь идет о загробном существовании, а во втором – о Воскресении. При этом, в отличии от Реквиема, Tenebrae (по крайней мере, в авторстве Джезуальдо и де Виктории) представляет собой не столько богословское произведение, сколько длительное музыкальное размышление о предельной скорби и торжестве тьмы. | 47 |
| 20 | Ни один человек из тех, кто на что-то надеялся, так и не увидел свои надежды исполненными до конца. Всегда находятся компромиссы, уступки, непредвиденные обстоятельства. В конце концов надежда становится неотличима от смирения.
~ * ~
Все наши сумеречные молитвы перечеркивает глухое, пепельное раскаяние.
~ * ~
Я готов переплатить, лишь бы не торговаться.
~ * ~
В свои лучшие мгновения пессимизм вызывает едва заметную улыбку
#бесконечноеотречение
В 1917–1918 годах Кафка, страдая от туберкулеза, живет у сестры на ферме, неподалеку от чешской деревушки Цюриу. Там он пишет афоризмы — возможно, в надежде на исцеление. В одном из них говорится: „Клетка отправилась на поиски птицы“.
~ * ~
Ноет спина, болят плечи, тендинит в левом локте, а теперь я обнаружил странную боль в большом пальце — без сомнения, оттого, что слишком крепко сжимаю ручку. По всему моему телу открылись рты — на позвоночнике, плечах, локтях, коленях, — и все они стонут на мириады голосов. Кажется, будто мое тело отказывается писать — своего рода телесный бартлбизм.
~ * ~
Бывают моменты, когда я чувствую враждебность, не знающую границ, — она слишком священна, чтобы называть ее просто „пессимизмом“
Герман Мелвилл «Писец Бартлби» (Bartleby, the Scrivener, 1853). Бартлби, в какой-то момент на любое распоряжение начальника или просьбу коллег начинает отвечать одной и той же мягкой, но железобетонной фразой: «Я бы предпочел отказаться» (I would prefer not to).
Пассивное сопротивление: Бартлби не бунтует, не ругается, не устраивает забастовок. Он просто мирно, но тотально перестает делать то, что от него ждут — сначала сверять тексты, потом писать, потом выходить из офиса, и, в конце концов, — жить и есть. | 41 |
