Мишутки Палыча

В продолжение истории о справедливости судебной системы Недавно состоялся приговор по одному делу. Обстоятельства я озвучивать не могу, скажу, что это один из субъектов РФ и рассмотрение шло по первой инстанции в вышестоящем суде. Процесс был закрытый. В ходе судебного заседания, некоторые свидетели были пойманы мною и моей коллегой-адвокатессой на предоставлении недостоверной информации. При просмотре видеозаписей — множество несостыковок, на которые никто не обращал внимание. Добавьте сюда то, что в протоколе допроса даны одни показания, на суде озвучиваются другие, а на видео — совсем другое. Сверху посыпаем процессуальными нарушениями: совмещались статусы лиц, участвующих в деле, когда это прямо запрещено законом. Причём настолько очевидно, что суду деваться некуда. В ответ суд признаёт только одно доказательство недопустимым, а второе, которое прямо связано с процессуальным статусом лица — оставляет. Ладно, это всё лирика. Экспертизы — не удовлетворяются, часть заключений специалиста приобщаются, а другая — игнорируется. Ходатайство о приостановлении производства по делу и направлении запроса в Конституционный Суд (есть проблем в законодательстве) встречается вопросом от суда: "вы уже подали жалобу?". Хотелось ответно спросить, мол, а вы поправки 2020 года изучали?)) Каков итог? В прениях государственное обвинение отказывается от 3 эпизодов из 6: часть потерпевших отпадает. При этом позиция о тяжести преступления, общественной опасности итд не меняется. Запрос — 17 лет колонии строгого режима. Отвлекусь и скажу, что в этом плане хорошо работать с коллегой в паре: пока один уходит в конкретные обстоятельства дела, другой может теоретизировать в уголовной науке, объяснить что имел ввиду законодатель, как доказывается субъективная сторона по таким категориям дел et cetera. После прений суд ушёл на неделю для подготовки последнего слова. Долго, т.к. в среднем у меня было всегда 2-4 дня. После последнего слова ещё 2 дня ожиданий. Итог: 6 лет колонии строгого режима. Суд применил статью 64 УК РФ и дал ниже низшего предела. Казалось бы, что есть повод для радости. В наше неспокойное время, считайте, оправдали. В то же время на адвокатской душонке неспокойно: заложили позицию для обжалования. И тут дилемма доверителя: рискнуть подать жалобу и нарваться на отмену приговора в связи с его чрезмерной мягкостью, либо же промолчать и согласиться с приговором при полном непризнании вины. И надеяться, что прокуратура обжаловать не будет. Это юридическое казино с пасом или игрой в all-in не добавляет никакой правовой определённости. Как бы прокуратура не была не права, они пойдут обжаловать просто потому что жалоба есть от защиты, даже если они не правы. Но могут и промолчать, если мы промолчим. И такая игра со сроками наносит не только вред правовой системе, но и моральному состоянию осуждённого и его защите. Когда правила игры не определены чётко и понятно, то прогнозировать какие-либо дальнейшие шаги невозможно. Доверитель отказался обжаловать приговор, хотя сначала был настроен добиваться правды. Но когда цена правды — это десяток лет лишения свободы, потому что невозможно предугадать куда качнётся маятник фемиды и государственного обвинения, то, может, лучше не играть в напёрстки с теми, кто меняет правила на ходу? С другой стороны, на резонансных делах и смелых решениях меняются правовые позиции и законодательство. Как-то так.