нет было

* Сияние сил, сияние сил! Что есть сияние сил? — Чувствую сияние сил! — Расскажите! Это как будто гора, поднимаясь слоями, а сверху — столб, а на столбе — стол, на нем столб фонарный. Поднимаешься, выкручиваешь лампочку: сияние тьмы, сияние ямы! нет никаких сил

В архиве В. Дьяченко нашлись вот такие детские почти рисунки Анны Таршис. Часто детство художников кажется уютной уязвимостью, разбросом случайных возможностей, а здесь оно такое же чуткое, как и остальные периоды ее жизни.

​В Китае есть слово «шоуцзэ», а в Японии – «нарэ». И то и другое слово обозначает глянец, образовывающийся в течение долгого времени на предметах, которых касаются человеческие руки: от постоянного обращения одного и того же места в руках жировое вещество проникает и впитывается в материю предмета, в результате чего и получается именно «засаленность от рук». Таким образом, выражение «поэтический вкус – вещь холодная» можно перефразировать и так: «поэтический вкус – вещь нечистоплотная». Нельзя отрицать того, что в «художественную изящность», радующую наш взор, одним элементом входит некоторая нечистоплотность и негигиеничность. Европейцы стремятся уничтожить всякий след засаленности, подвергая предметы жестокой чистке. Мы же, наоборот, стремимся бережно сохранить ее, возвести в некий эстетический принцип. Быть может, все это – аргументация стороны, просто не желающей сдавать своих позиций, но мы знаем, что причины родят следствия: мы действительно любим вещи, носящие на себе следы человеческой плоти, масляной копоти, выветривания и дождевых подтеков. Мы любим расцветку, блеск и глянец, вызывающие в нашем представлении следы подобных внешних влияний. Мы отдыхаем душой, живя в такого рода зданиях и среди таких предметов, – они успокаивающе действуют на наши нервы. Танидзаки Дзюнъитиро, из эссе «Похвала тени» *вспомнил на фоне восторженных разговоров об «Идеальных днях» Вендерса, где представлены рекламные блистательные белые туалеты, вычищаемые довольным уборщиком-любителем западной рок-музыки. Конечно, легко жить в «идеальных днях», очищая лживые идеализированные туалеты (которые не требуют, в общем-то, уборки).

Георг Тракль DE PROFUNDIS Видишь: жнивьё, и падает чёрный дождь на него. Видишь: бурое дерево одиноко стоит. Слышишь: ветер свистит у дверей опустелых лачуг. Как этот вечер печален! Возле хутора Кроткая сиротка подбирает чахлые колоски. Её глаза пасутся, шаря вокруг, и в сумерках золотятся, А её лоно ждёт не дождётся небесного жениха. По дороге домой Пастухи нашли сладчайшее тело, Истлевшее в терновом кусте. Я – тень далёких сумрачных деревень, Молчанье Бога Я пил из колодца рощи. В мой лоб вдавился холодный металл, Моё сердце ищут пауки. Видишь: свет – он гаснет у меня на губах. Ночью я очнулся на пустыре, Засыпанный мусором и пылью звёзд. В орешнике Снова звенели хрустальные ангелы. пер. Владимира Летучего

Thomas Cooper Gotch — The Lantern Parade (1918) Одна из любимых картин. Почему-то, когда я работал в школе, регулярно давал писать сочинения по ней, а не по «Опять двойка». Возможно, я хотел увидеть класс тоже таким сгустком освещенной темноты, который движется вперед, и различия между светом и головами теряются; главное успеть до того, как внешний свет станет сильнее света китайских фонариков. Потому что самостоятельно осветить собственный путь — как-то ценнее: следы долговечнее будут остывать.

​В «Нет» Джордана Пила брат и сестра в разговоре придумывают понятие «плохие чудеса»: нечто необъяснимое и удивительное, но несущее смерть. Так сначала они пытаются концептуализировать появление НЛО у них над лошадиной фермой. Вообще люди на этой территории придумывают разные способы, кто-то просто переназывает, кто-то игнорирует, кто-то списывает на погодные явления, только брат, который тренирует лошадей для съёмок в кино, догадывается, что НЛО — это животное. Не сверхраса, не нечто человеческое, только без чувств, а просто сложное животное со своими повадками, инстинктами, ритмом существования. И что меня особенно удивляет: именно поэтому НЛО, сеющее временами разрушения и смерть (потому что зверь заблудился и хочет есть), не вызывает у брата ненависти, желания убить. Скорее приловчиться так, чтобы с ним научиться сосуществовать. Этот фильм сильно сбивает пафос предыдущей научной фантастики про инопланетян, где избыточен месседж «или они, или мы». «Нет» это про смирение по отношению к человечеству: вы главные, пока не пришло нечто животное из космоса и не поело вас, но так бывает, хищники едят всеядных, это природа, и звенья цепочки побрякивают.

* Всё попадает в красное яблоко, даже мой значок полицейского, Истина. Знаешь, даже когда я болею раком, о чём мечтаю, то эти цветы и эти цветы молочницы тебе принесу, но знай. Любвеобильна диагональ, ты – без ног, я – гэг, мы едем в подъём. Да, эти уёбки, Джин и Роза, нас нашли. Влились в наши лица, поэтому не упомню, несу. Кажется, снег стал главным, но сообщая событию о его значении, я арестован, потому мои руки-яблоки. Закрыт зрачок офтальмологии. 17.08.2017 *нашел, когда перечитывал дневник

В этом году выходит ремейк культового «Ворона» (1994) Алекса Пройаса, основанного на одноименном комиксе Джеймса О’Барра. Оригинальный фильм – образец супергероики 1990-х. Он еще больше сгущает тенденции «темных» фильмов, которые незадолго до этого реализовал Тим Бертон в «Бэтмене» (1989). Над ночным городом постоянно идет дождь, улицы полны грязи и преступников, люди разобщены и собираются вместе только для убийства и саморазрушения. По сюжету молодых влюбленных перед свадьбой убивает местная группировка. Невесту насилуют, жениха выбрасывают из окна. Через год при помощи вороньей мистической силы он восстает и мстит убийцам. Главную роль убитого жениха Эрика Дрейвена исполняет Брендон Ли, сын актера и мастера боевых искусств. Персонаж Ли получился многолик: он музыкант альтернативной группы, одновременно брутальный и уязвимый, жутковатый и жалостливый, а его голоc полон настоящей тоски по ушедшей жизни. И если вглядываться в лицо Брендона Ли, измазанного грязно-серым гримом и оплывающими стрелками, то в его болезненных гримасах можно разглядеть психопатические мучения будущих Джокеров. Для Ли это была первая и последняя попытка выйти из амплуа актера боевиков и сыграть более сложную роль. Последняя, потому что во время съемок сцены убийства Дрейвена в Ли попал холостой патрон и пробил живот. Через 12 часов актер умер. Это неразрешимое переплетение жизненного и кинематографического вызывает мрачную оторопь, потому что по сюжету воскресший Эрик может регенерироваться после ранений. Посыл фильма неожиданно получился таким: бессмертие – это не навсегда, смерть – тоже, и появление ремейков – тоже об этом цикле возрождений. Новый «Ворон» выходит в эпоху натурализации и очеловечивания супергероев, так что, возможно, в этот раз Эрик Дрэйвен восстанет из гроба еще более живым. #рутинныезаметки #русланкомадей

МЫ ЗАПУСТИЛИ КРАУДФАНДИНГ НА ИЗДАНИЕ ТРЁХ КНИГ Друзья! У нас отличные новости: Мы открыли сбор средств на издание книг Барретта Уоттена, Карлы Харриман и Рэйчел Блау ДюПлесси. В своих «Черновиках» уже хорошо знакомая русскоязычному читателю Рэйчел Блау ДюПлесси продолжает «пересобирать» речь, отражая этот процесс на бумаге, параллельно размышляя о самом факте письма и феномене «переписывания». Барретт Уоттен — американский поэт и критик, стоявший у истоков «языкового письма» в США и активно действующий в поэзии наших дней. Большинство его текстов строятся на нетождественности формы и содержания. В настоящем издании «Не то» впервые по-русски и по-английски публикуется обширное избранное произведений автора, от самой ранней книги «Opera—тексты» 1975 года до последней по времени поэмы «Notzeit». Карла Харриман — одна из ярчайших представительниц американского «языкового движения». Ее языковая драматургия — это доведенный до радикального коммуникативного эксперимента постдраматический театр. Билингвальное избранное Харриман «Пёстрые устройства» включает в себя произведения из разных книг с конца 1970-х годов до самых последних текстов, созданных в годы пандемии. ПОДДЕРЖАТЬ ВЫХОД КНИГ

Друзья/коллеги, а мы запустили почти невозможный крауд: еще три книги мощнейших американских поэтов. Это второй том Рэйчел Блау ДюПлесси, которая создала невероятный эпос полилингвального письма в своих «Черновиках», это «Не то», избранное Барретта Уоттена c его «критической поэзией» и «Пестрые устройства» Карлы Харриман с их грамматургическими машинами и субъектовитостями. Чрезвычайно бодрящее письмо, которому наползать и наползать на русскую поэзию. Этих книг пока нет и скоро не будет, потому что они единственные такие. Присоединяйтесь к крауду, а то пока идет негусто, а тиражи крохотные — по 200 каждой из книг.

Женщина посыпает прахом своего мужа рисовые поля. Она ждет, что он вернется и они продолжат сеять. Поля/муж/сеяние уже сплелись для нее в кольцевую (синкретическую?) цепь, некоторые звенья западают, оказываются на виду, некоторые проматываются. Так же и рис теперь не всегда оказывается рисом — даже когда дочери собрали урожай и поставили его перед матерью, риса всё равно нет для нее, его украли, он появляется вспышками, когда она нюхает или держит зернышки в руках. После смерти мужа в фильме «Люди рисовых полей» Ритхи Паня (1994) земледельческий цикл перекосился, женщина не успевает восстановить баланс, понять, что вместо мужа дочери удержат их уклад. Потому что взаимодействие мужа и жены на полях освещалось еще и любовью. Цикл циклом, а невосполнимость —невосполнимость.

* ситуаты смотрят в слова; слова распрямились в круги им больше шарами не стать а представьте, слова-ситуаты: налеплены, как обрывки газет, на обрывки газет.

​В «Прочь» Джордана Пила психотерапевтка гипнотизирует героя так, что он оказывается внутри события детской травмы — когда его мать умирала, а он сидел и смотрел телевизор. Но в сеансе она идет еще дальше. Он уже находится внутри травмы, и она погружает его еще глубже: в пространство, где его присутствие неразрывно с травмой, но между ним и психотерапевткой теперь черная бездна, и она сама теперь где-то вдалеке смотрит на него из рамки экрана психотерапевтического сеанса, это двойное усиление травмы. У меня было сходное событие в детстве, к которому мое бессознательное постоянно возвращается. Мне было около пяти, я гостил у бабушки-алкоголички в Елизово, к ней в гости приехала другая бабушка, с которой было всегда хорошо и интересно. Ей нужно было уезжать, мы все вместе пошли провожать. На остановке она сказала, что если я хочу, могу уехать с ней. Подошел автобус, и я никак не могу выбрать, с кем остаться. Когда бабушка уехала, я понял свое истинное желание и сильно заплакал. Стекло автобуса, за которым она меня ждала — и есть мой телевизор.

​— Я научу тебя всем размерам! — опять начала она. — Великому поэту — великая и зубная боль, а маленькому поэту — маленькая! — Так пусть я буду маленьким! — взмолился я. — Пусть совсем не буду поэтом! Да я и не поэт! На меня только находят временами припадки стихотворного недуга, как находят и припадки зубного! Уйди же! Уйди! — Так ты признаешь, что я могущественнее поэзии, философии, математики и всей этой музыки? — спросила она. — Могущественнее всех человеческих чувств и ощущений, изваянных из мрамора и написанных красками? Я ведь и старше их всех! Я родилась у самых ворот рая, где дул холодный ветер и росли от сырости грибы. Я заставила Еву одеваться в холодную погоду, да и Адама тоже! Да, уж поверь, что первая зубная боль имела силу! — Верю! — сказал я. — Верю всему! Уйди же, уйди! — А ты откажешься от желания стать поэтом, писать стихи — на бумаге, грифельной доске, на чем бы то ни было? Тогда я оставлю тебя! Но я вернусь, как только ты опять возьмешься за стихи! — Клянусь, оставлю все! — сказал я. — Только бы мне никогда больше не видеть, не чувствовать тебя! — Видеть-то ты меня будешь, только в более приятном и дорогом для тебя образе — в образе тетушки Миллэ, и я буду говорить тебе: «Сочиняй, мой милый мальчик! Ты великий поэт; пожалуй, величайший из наших поэтов!». Но если ты поверишь мне и возьмешься за кропание стихов, я положу твои стихи на музыку и разыграю ее на твоих зубах! Так-то, милый мальчик! Помни же обо мне, беседуя с тетушкой Миллэ! Тут она исчезла. Г. Х. Андерсен. Тётушка Зубная боль, 1872.

Вышло интервью Розмари Уолдроп: «Я думаю, что лучшие переводы также находятся в «между», в чарующем пространстве между языками. Уже довольно много говорилось о том, что толчком послужила книга Лоуренса Венути "Невидимость переводчика", в которой он опирается на различие между двумя методами перевода, отмеченное немецким теологом/философом-романтиком Фридрихом Шлейермахером: либо переводчик оставляет автора в покое, насколько это возможно, и «подтягивает» читателя к автору; либо он оставляет читателя в покое, насколько это возможно, и "подгоняет" автора под него. Венути выступает за первый вариант, который он называет «иностранным», в противовес второму, доминирующему в США, который пытается "одомашнить" текст, заставить читателя забыть о том, что он читает перевод. Я тоже предпочитаю "остранять текст", но только до тех пор, пока это позволяет получать удовольствие от чтения текста».

Чуть-чуть поговорили с Розмари Уолдроп. Речи мало, и все «между» в разговоре тоже были крохотными. Как будто расстояние и разница языков позволяли удерживать только низкую тонкую нить связи в общении.

вчера дочитал «Убийцы вы дураки» страницы, страницы, страницы, как вы мне, буквы, близки; особенно: «сяду я на облучок, мне покажут милицейский значок, и мы такое увидим, что сразу же постоять выйдем на перрон»

Работы Пола Грэма 1997-1999 гг. Меня так успокаивает/концентрирует, когда безвидная стена может сгуститься до какой-то четкой ясности, разместить в себе координаты, устаканиться. Да, я понимаю, что всё дело в чуде съёмки. Но когда плачно прислоняешься головой к стене и слегка приподнимешь её — видишь рыхлую размытость, ненастоящую опору, нечто случайное, во что уткнулся. В эти фрагменты стен не уткнуться — мы и так стоим перед ними.

Друзья-подписчики! Спасибо всем, вернуться в Москву удалось. Вот ссылка, кому интересно, на мой прошлогодний текст «Модельер» (там по запросу на почту). И, конечно, раз речь о деньгах, которых нет, вот любимейший клип на любимейший кавер. The best things in life are free But you can give them to the birds and bees I want money (That's what I want) Your love gives me such a thrill But your love won't pay my bills I want money и т. д. Обратите внимание, как в бытовом истошном бессилии герой долбит в ритм по ручке для подачи бумаги у печатной машинки, потом — книжками по фортепиано.

Друзья-подписчики! Спасибо всем, вернуться в Москву удалось. Вот ссылка, кому интересно, на мой прошлогодний текст «Модельер» (там по запросу на почту). И, конечно, раз речь о деньгах, которых нет, вот любимейший клип на любимейший кавер. The best things in life are free But you can give them to the birds and bees I want money (That's what I want) Your love gives me such a thrill But your love won't pay my bills I want money и т. д. Обратите внимание, как в бытовом истошном бессилии герой долбит в ритм по ручке для подачи бумаги у печатной машинки, потом — книжками по фортепиано.