Сноб

На нас напала ностальгия и мы решили вспомнить, какие мультфильмы смотрели на кассетах — делимся и с вами анимацией из 90-х. 🖤 Telegram | VK | MAX

Что нужно знать о Гражданской войне в России — рассказывает историк Борис Колоницкий Мы поговорили с ведущим научным сотрудником Санкт-Петербургского института истории РАН о том, как из локального конфликта раздувается «пожар» гражданской войны:

Я не думаю, что здесь есть одна социологическая схема, потому что гражданская война, как мне видится, — это множество разных конфликтов, которые иногда объединяются под одной идеологической «шапкой». Иногда — не объединяются. Если «шапка» имеется, участники необязательно выносят туда свои главные мотивы: мы знаем, что Гражданская война была, если сильно огрублять, войной между красными и белыми, но в коммунистической историографии большевики позиционировали её как борьбу классов. Своя правда есть и в такой интерпретации: где-то конфликт действительно был классовый, где-то сословный, в других местах — этнический и даже религиозный. Можно сказать, что «большой» Гражданской войне в России предшествовало множество маленьких вооружённых конфликтов. Некоторые из них мы сегодня тоже можем записать в Гражданскую войну, но это такие очаги, которые совсем не обязательно должны были перерасти в большой пожар.

Подробнее — по ссылке Коллаж: Лика Сочкина 🖤 Telegram | VK | MAX

Что было раньше: первые киты или первые человекообразные обезьяны? Проверьте свои знания эволюционных процессов в нашем новом тесте Иллюстрация: Mihaela Rosu / iStock / Getty Images Plus / предоставлено Getty Images 🖤 Telegram | VK | MAX

Два шотландца притворились американскими рэперами — и обманули шоу-бизнес Джеймс Макэвой дебютировал в режиссуре с фильмом «Калифорнийская афера» — историей дуэта Silibil N Brainz, который прославился благодаря обману. По сюжету Гэвин и Билли живут в шотландском Данди, работают в колл-центре и мечтают о рэп-карьере. После провального прослушивания в Лондоне они решают сменить имена и американизировать акцент. Так появляются Silibil N Brainz — дуэт, который быстро привлекает внимание крупного лейбла. Но чем ближе музыканты к славе, тем труднее им признаться в обмане. Кинокритик Сергей Сычев рассказывает, почему от этого фильма невозможно оторваться и что при этом сильно раздражает Фото: Homefront Productions 🖤 Telegram | VK | MAX

Номинанты премии «Сделано в России — 2026» Совсем скоро «Сноб» объявит шорт-лист 15-й премии «Сделано в России». Приём заявок уже завершён, а пока продолжаем знакомить вас с новыми номинантами лонг-листа. Среди них — музей ОБЭРИУ в восстановленной квартире Александра Введенского, спектакль «Парковка. Всё тут» в ангаре московского торгового центра, ресторан «Машенька», открытый к столетию первого романа Набокова, и экспериментальный имплантат для восстановления зрения. Эти и другие проекты — в новой подборке номинантов «Сделано в России — 2026». Альфа-Банк — генеральный партнёр премии. Десятилетие науки и технологий — экспертный партнёр номинации «Наука и технологии». Business Club — партнер номинации «Городская среда». Дизайн: Мария Аносова 🖤 Telegram | VK | MAX

«Чума» Альбера Камю — актуальна вновь, как и всегда Досадно, когда о книгах вспоминают, оглядываясь на созвучные им катаклизмы; но, как ни крути, даже такая память лучше забвения. «Чума» Альбера Камю (La Peste, 1947) — одна из самых известных заложниц литературных обстоятельств: история, которой вот-вот стукнет восемьдесят лет, которую хорошенько перечитали в ковид (эпидемия, ребята — и там и тут!), перечитывают и сейчас в связи с известными новостями. При этом художественная начинка романа, кажется, никого особо не заботит — да, разумеется, экзистенциализм, философия, острое на проблемном и прочие неудобства, но вот о чём и как говорит печальный нобелиат Альбер Камю, многим теперь не так уж и любопытно. Проблема тут, думаю, не только и не столько в падких на простые сравнения читателях, но и в самом романе, что отчётливо провоцирует нас на такие сравнения. Задуман и написан роман был в разгар Второй мировой войны, а вышел спустя два года после её окончания — тем понятней успех романа, закрепившийся и среди академиков-интеллектуалов, и среди любителей чего-нибудь «попроще». События планетарного ужаса мигрировали в плоскость философии, эстетики, отчасти и сатиры, и, конечно, без такого доступного «чумного» символа роман не сыграл бы вдолгую. Камю убедительно обобщил самые разные взгляды на ситуацию, синтезировав их в один год выдуманного стихийного бедствия. Дневник чумного года пишется от лица доктора Риэ — человека науки, атеиста, скептика и шутника. Место действия — портовый город Оран, что в Алжире. Начиная с него, Риэ не упускает возможности пожурить, высмеять и обличить: сородичей, конечно, и местность, потворствующую их привычкам. Дурные пейзажи, считает доктор, ибо здесь ни в чём не сомневаются. О «Чуме» рассказывает литературный критик Кирилл Ямщиков Коллаж: Лика Сочкина / в коллаже использовано фото: Kurt Hutton / Picture Post / Hulton Archive / предоставлено Getty Images 🖤 Telegram | VK | MAX

Что пробовать в ресторанах Москвы в октябре — Испания, Тбилиси и Алтай В Тбилиси 1990-х жил чудак по имени Кика, которого знали многие горожане. Его одевали всем городом и обязательно приглашали за стол. Теперь в Москве появилось бистро, названное в его честь. В меню — грузинская классика с неожиданными сочетаниями, например хинкали с грибами и хрустящий помидор с мятой и клубникой на десерт. Это лишь одно из гастрономических открытий октября. В Juan Cantina Española объединили испанские и мексиканские традиции: здесь подают гребешков с трюфелем и мачете с копчёным бататом. А в Tondo после гастрономической экспедиции на Алтай появился десерт Torta Della Nonna с кедровыми орехами, ромашкой и жжёной корицей. В «Ухвате» к холодному сезону подготовили меню согревающих напитков, включая необычный латте-варенец с карамелью. Тем временем Российский ресторанный фестиваль отмечает десятилетие: до 25 октября в московских заведениях можно попробовать специальные сеты из четырёх блюд. Что ещё пробовать в Москве этой осенью — в подборке «Сноба». Фото: Ольга Хмельницкая / пресс-служба Reina Bistro 🖤 Telegram | VK | MAX

В Комарове Стругацкие писали «Пикник на обочине», а Ахматова жила в «будке». Что стало с посёлком сегодня? В часе езды от Петербурга, среди вековых сосен и белоснежных дюн, находится знаменитое Комарово. Здесь отдыхали и работали Шостакович, Гранин, Шварц, Ахматова, а в Доме писателей братья Стругацкие сочиняли повесть, которая позже легла в основу «Сталкера» Тарковского. Однако богатое культурное прошлое не спасло Комарово от постепенного запустения. Многие дачи ветшают и разрушаются, Дом писателей пребывает в плачевном состоянии, а дача Шостаковича стоит совершенно заброшенная. В бывшем Доме творчества писателей по-прежнему можно снять номер Ахматовой, но обстановка там весьма скромная — радует разве что вид из окна. Сейчас Комарово пытаются вернуть статус культурного центра. В рамках проекта «Ковчег культуры Комарово» здесь проводят творческие резиденции, готовят книгу-альбом об истории посёлка и фильм «Моё Комарово». А на берегу Финского залива появился «Чёрный куб» Андрея Могучего и Александра Шишкина-Хокусая — инсталляция, внутри которой можно укрыться от непогоды и наблюдать за морем. Как сегодня живёт знаменитый посёлок и удастся ли превратить Комарово в новый культурный кластер по примеру Переделкина — рассказывает Дарья Андреева Фото: Евгений Чабанный / пресс-служба «Большого культурного проекта» 🖤 Telegram | VK | MAX

Тёрнер заканчивал картины прямо в выставочном зале В XIX веке в Королевской академии художеств существовала традиция «лакировочных дней» — времени перед открытием выставки, когда художники могли подправить свои уже висящие на стенах работы. Тёрнер довёл эту практику до крайности: он не просто наносил финальные штрихи, а порой практически заново писал полотна прямо в выставочном зале. Некоторые картины он приносил почти незаконченными и преображал их на глазах у других художников. Однажды в 1832 году Тёрнер увидел, что рядом с его полотном висит картина Джона Констебла «Открытие моста Ватерлоо» с яркими флагами. Тогда он подошёл и нанёс на свою работу ярко-красное пятно посреди серого моря. Его цвет оказался настолько интенсивным, что даже красные краски на картине Констебла словно поблекли. Констебл, увидев это, воскликнул: «Он побывал здесь и выстрелил из пушки!». Спустя полтора дня Тёрнер вернулся и превратил красное пятно в небольшой буй. 🖤 Telegram | VK | MAX

Психологический разбор Лермонтова: за что его было трудно любить Михаил Лермонтов мог методично доводить людей до слёз, годами вынашивать планы мести и жестоко издеваться над знакомыми. 15 октября исполняется 212 лет со дня его рождения — хороший повод вспомнить не только о литературном гении, но и о человеке, с которым, судя по биографическим свидетельствам, было непросто. В Школе гвардейских подпрапорщиков невысокого и сутулого Лермонтова прозвали «Маёшкой» — в честь уродливого горбуна из французских карикатур. Поэт отыгрывался на более беззащитных однокашниках: изводил их язвительными стихами и насмешками, пока те не начинали плакать. Он же был зачинщиком жестоких казарменных забав: спящим сослуживцам вливали воду в нос и рот, их связывали, а жалобщиков подвергали коллективному бойкоту. Отдельная история — Екатерина Сушкова, которая в юности отвергла ухаживания Лермонтова и посмеялась над ним. Спустя годы поэт разработал многоходовую месть: влюбил девушку в себя, добился публичного признания, скомпрометировал анонимным письмом, которое сам же и написал, а затем объявил, что никогда её не любил. Наконец, Николай Мартынов. Лермонтов изо дня в день унижал старого знакомого перед женщинами, высмеивал его одежду и манеру говорить. Даже когда Мартынов прямо попросил остановиться и предупредил о дуэли, насмешки продолжились. Чем закончилась эта история, известно всем. Но можно ли объяснить подобное поведение исключительно дурным характером? Психолог Диана Макарова отмечает, что издевательства над другими могут быть способом компенсировать собственное унижение. Когда человек чувствует угрозу своему положению в обществе, он иногда пытается занять более высокое место в иерархии любой ценой — даже за счёт чужих страданий. В случае Лермонтова подобное поведение могло подкрепляться и представлениями о мужественности его эпохи, когда сила, власть, жестокий юмор и бесстрашие считались достоинствами. История с Сушковой, в свою очередь, обнаруживает признаки отсроченной мести: наказание несоразмерно обиде, совершается в момент максимальной уязвимости другого человека и намеренно растягивается во времени. Всё это может указывать на злопамятность и удовольствие от чужого раскаяния. В сочетании с повторяющейся жестокостью и рискованным поведением такие черты заставляют задуматься о возможном диссоциальном расстройстве личности. Однако отдельные биографические эпизоды не позволяют поставить диагноз: агрессия и манипулятивность могут объясняться как особенностями личности, так и средой, воспитанием и обстоятельствами. Коллаж: Лика Сочкина / в коллаже использован портрет Михаила Лермонтова: Wikipedia / работа находится в коллекции Государственной Третьяковской галереи 🖤 Telegram | VK | MAX

Стивен Кинг выбросил первые страницы «Кэрри» в мусорное ведро. Его жена Табита достала рукопись и убедила мужа продолжить — так началась история первого хоррора писателя, который спустя полвека получил новую экранизацию. Майк Флэнеган перенёс действие в эпоху смартфонов и соцсетей: травля Кэрри теперь начинается с анонимного аккаунта, который собирает унизительные видео и фотографии школьников. Но, пытаясь осовременить роман, режиссёр меняет и саму героиню — и далеко отходит от замысла Кинга. Кинокритик Татьяна Шорохова сравнивает сериал с романом и напоминает, о чём на самом деле книга Кинга Фото: Amazon MGM Studios 🖤 Telegram | VK | MAX

Стивен Кинг выбросил первые страницы «Кэрри» в мусорное ведро. Его жена Табита достала рукопись и убедила мужа продолжить — так началась история первого хоррора писателя, который спустя полвека получил новую экранизацию. Майк Флэнеган перенёс действие в эпоху смартфонов и соцсетей: травля Кэрри теперь начинается с анонимного аккаунта, который собирает унизительные видео и фотографии школьников. Но, пытаясь осовременить роман, режиссёр меняет и саму героиню — и далеко отходит от замысла Кинга. Кинокритик Татьяна Шорохова разбирается, что удалось новой «Кэрри», а что потерялось по дороге. Фото: Amazon MGM Studios 🖤 Telegram | VK | MAX

Четыре актёра на весь роман: каким получился новый «Мастер и Маргарита» Пётр Шерешевский поставил роман Булгакова в театре «Маска». Отказавшись от всех эксцентричных и сатирических московских сцен, режиссёр представил очень мрачную картину борьбы художника с властью, когда последняя ломает и коверкает свободное творческое начало:

Два главных полюса, две точки притяжения в спектакле — зло и коварство, которое представляют Понтий Пилат и Воланд, и деятельное добро, нежность и любовь, исходящие от Маргариты и Левия Матвея. Игорь Верник очень точно передаёт неоднозначность фигуры Понтия Пилата: то он могущественный сановник, вершит судьбы и раздаёт приказы об убийстве, то измученный головной болью и сомнениями несчастный грешник.

Подробнее о спектакле — в нашей рецензии Фото: Настя Черномырдина / пресс-служба агентства «Арт-Партнер XXI» 🖤 Telegram | VK | MAX

Медицина — слишком серьёзная тема, чтобы говорить о ней шаблонно Новые лекарства и медицинские технологии меняют жизни людей. Но не менее важно уметь рассказывать о них — понятно, убедительно, а иногда и неожиданно. Поэтому даже в такой серьёзной сфере, как фармацевтика, всё больше внимания уделяют нестандартным идеям и креативным решениям. На MedMen Awards 2026 обсудят будущее фармацевтической индустрии — в том числе и то, что касается рекламы внутри неё. Фото: Myriam Zilles / Unsplash 🖤 Telegram | VK | MAX

Вчера — гениальный руководитель, сегодня — опасный авантюрист И всё из-за решений, которые ещё недавно приносили лидеру похвалу. Когда компания росла, акционеры восхищались смелостью директора, а когда рынок развернулся, внезапно обнаружили, что он что-то слишком часто рискует. Почему бизнесу удобнее назначить одного виноватого, чем признать коллективные ошибки, и как вчерашние достоинства руководителя становятся его главными недостатками — объясняет колумнист «Сноба» Татьяна Шубина. Иллюстрация: rudall30 / iStock / Getty Images Plus / предоставлено Getty Images 🖤 Telegram | VK | MAX

«Многие решили, что у детей нет боли — а это вообще не так». Интервью с театральным режиссёром Сойжин Жамбаловой. Сойжин участвует в IX Большом Детском фестивале, который проходит в Москве и Санкт-Петербурге. В программе — сразу несколько её постановок. О театре без возраста

Меня часто спрашивают, чем мне интересен театр для детей и подростков. А я поняла, что у театра нет возраста. Возрастной ценз аудитории — очень условная единица измерения. Мальчик [герой постановки] проходит путь, на котором взрослеет, становится смелым, обретает любовь и веру в себя. У этого пути взросления совсем не детское лицо. Это будет знакомо человеку любого возраста. Я как взрослый человек тоже иду с этим мальчиком. У меня тоже есть иллюзия: если я найду ключ к своим страхам, то наконец обрету себя. Но пока я иду, я уже обретаю себя.

О честности и детской боли

Дети всегда были удивительными и непредсказуемыми, но сейчас это совершенно прекрасное поколение, которым я восхищаюсь. У меня тоже есть дети, и они невероятно умно размышляют. Они быстро считывают, честно с ними говорят или нет. Как только дети понимают, что им недоговаривают, что к ним относятся как к людям, которые глупее тех, кто стоит на сцене, они сразу блокируют своё восприятие спектакля. Отсюда такая сложная театральная зона: попробуй поговорить с ребёнком через театр, чтобы он тебя услышал. Это всегда вызов. Почему-то многие решили, что у детей нет боли, а это вообще не так. Не хочется говорить пошлости про травмы, но ребёнок тоже состоит из болезненных точек. И важно с ним говорить об этом.

Читать полностью Фото: Мэри Маршания 🖤 Telegram | VK | MAX

Каким получился фильм «О чём говорят любовники»? Представьте шахматную партию, где каждый ход — это чья-то жизнь. Или боксёрский ринг, в котором вместо ударов — недосказанность, а вместо нокдауна — молчание. Именно с такого двойного образа — шахмат и бокса — начинается «О чём говорят любовники». Этот же образ становится сквозной метафорой для понимания всего фильма, где страсть превращается в сражение, существующее по правилам, известным только одному игроку. Людовика Рампольди не была бы собой, если бы создала классическую историю об измене. За её плечами — двадцать лет сценарной работы с запутанными сюжетами («Гоморра», «1992», «Предатель» и другие), поэтому её собственный фильм устроен как сложносочинённая психологическая воронка. Сначала зритель видит поверхность — страсть, тайну, адреналин. Потом появляются трещины — ревность, неуверенность, страх. И наконец — бездна, в которой искренность неотличима от одержимости. Кинокритик Ксения Балюк рассказывает, почему это элегантное кино, ловко балансирующее между драмой, психологическим триллером, комедией и детективом, заслуживает внимания Фото: Indigo Film 🖤 Telegram | VK | MAX