Окоём | Кушнир PRod.
Open in Telegram
Здесь о культуре, музыке, книгах, концертах и выставках. PR-агентство Кушнир-продакшн: делаем неизвестные бренды известными, известные – популярными, а популярные – любимыми. Вопросы и ответы: @asiyenysh
Show more3 120
Subscribers
+2024 hours
+737 days
+23030 days
Data loading in progress...
Similar Channels
No data
Any problems? Please refresh the page or contact our support manager.
Tags Cloud
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
September '26Sep '26
September '26
+274
in 22 channels
August '26
+620
in 29 channels
Get PRO
July '26
+169
in 19 channels
Get PRO
June '26
+189
in 13 channels
Get PRO
May '26
+25
in 5 channels
Get PRO
April '26
+41
in 5 channels
Get PRO
March '26
+116
in 6 channels
Get PRO
February '26
+535
in 7 channels
Get PRO
January '26
+104
in 6 channels
Get PRO
December '25
+132
in 21 channels
Get PRO
November '25
+35
in 9 channels
Get PRO
October '25
+50
in 6 channels
Get PRO
September '25
+29
in 3 channels
Get PRO
August '25
+48
in 6 channels
Get PRO
July '25
+291
in 13 channels
Get PRO
June '25
+114
in 9 channels
Get PRO
May '25
+16
in 3 channels
Get PRO
April '25
+236
in 12 channels
Get PRO
March '25
+52
in 13 channels
Get PRO
February '25
+49
in 14 channels
Get PRO
January '25
+341
in 12 channels
Get PRO
December '24
+865
in 22 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 28 September | +18 | |||
| 27 September | +20 | |||
| 26 September | +15 | |||
| 25 September | +8 | |||
| 24 September | +7 | |||
| 23 September | +12 | |||
| 22 September | +8 | |||
| 21 September | +10 | |||
| 20 September | +5 | |||
| 19 September | +24 | |||
| 18 September | +8 | |||
| 17 September | +11 | |||
| 16 September | +4 | |||
| 15 September | +1 | |||
| 14 September | +2 | |||
| 13 September | +3 | |||
| 12 September | +4 | |||
| 11 September | +20 | |||
| 10 September | +12 | |||
| 09 September | +3 | |||
| 08 September | +4 | |||
| 07 September | +8 | |||
| 06 September | +8 | |||
| 05 September | +6 | |||
| 04 September | +6 | |||
| 03 September | +22 | |||
| 02 September | +18 | |||
| 01 September | +7 |
Channel Posts
Repost from Молоко с печеньками | Slava Milk🥛🍪
Первый признак наступления осени для меня это необъяснимое желание включить записи Эллиотта Смита.
Тихий и скромный бард с гитарой, с lo-fi звучанием и тонким вокалом. Все свою недолгую карьеру он страдал от алкогольной зависимости, депрессии и откровенно говоря боялся славы и популярности. Но для широкой аудитории он стал известен благодаря попаданию его композиции в саундтрек к фильму «Умница Уилл Хантинг».
Просто посмотрите и послушайте это домашнюю запись под гитару.
| 2 |  Я смотрю на эту фотографию Кормильцева, снятую Игорем Верещагиным на московской презентации альбома группы "Сплин" "25-й кадр". И вспоминаю...
Тридцать лет назад Илья позвонил в дверь моей квартиры на Шаболовской, абсолютно лысый и веселый. Прямо с разбегу сел на письменный стол и предложил написать большой текст про «Наутилус». Я тогда попросил у «великого русского поэта», как называли его друзья, взять на Урале несколько интервью для «100 магнитоальбов», и он любезно согласился.
Позднее на кухне его уютной квартиры на Нахимовском проспекте мы обсуждали модную группу Kula Shaker и выпуск русской версии журнала Q, горевали о безвременной кончине «Наутилуса» и делали глобальные интервью про электронный альбом Кормильцева с Сакмаровым, который в итоге не выстрелил. Потом Илья затеял бесстрашное издательство «Ультракультура», дарил мне эти хрупкие книги и даже предложил продюсировать будущий фолиант «Хедлайнеров». Это выглядело очень трогательно, но я, дурак, отказался.
После смерти Ильи начали уходить его друзья: писатель Андрей Матвеев, сценарист Леня Порохня, Женя Горенбург, Николай Коляда и другие. Позднее я написал про Кормильцева книгу «Космос как воспоминание» и прочитал по всей стране десятки лекций. Но он часто снится по ночам, рассказывает про «Урфин Джюс», клубную культуру и Манчестер, и при этом тревожит покой целого дома неестественно громким смехом. | 3 340 |
| 3 |  Читательские планы на октябрь-ноябрь:
1. Иван Кузьмичев: «Чудаки из города Ленинграда. Тихие герои неофициальной культуры». Издательство DA, 2026
2. Александра Селиванова, Надежда Плунгян: «Сюрреализм в стране Большевиков», GARAGE, 2025
3. Леонард Коэн: «Любимая игра», Ультра.Культура, 2007
4. Георгий Гурьянов: «Я и есть искусство», АСТ, 2017
5. Дэвид Шеппард: «На каком-то далёком пляже. Жизнь и эпоха Брайана Ино», INFAN Ṭ, 2021
6. Юрий Степанов-Брегвадзе: «Я пошел по коридору в направлении луны», RUGRAM_Пальмира, 2021
7. Елена Соловьева: «Метод Коляды», СОУНБ им. В.Г. Белинского, 2022
8. Филип Гласс: «Слова без музки», издательство Ивана Лимбаха, 2017
9. Соломон Михоэлс: «Статьи, беседы, речи», Искусство, 1965
10. Любовь Аркус (составитель): «Расторгуев. Начать с себя и достучаться до Бога», Мастерская «Сеанс», 2026 | 3 406 |
| 4 | No text... | 2 135 |
| 5 | No text... | 27 |
| 6 | Чтобы не терять и не путать порядок интервью Егора Летова, собрал все части по порядку.
Сюжет 1
Сюжет 2
Сюжет 3
Сюжет 4
Список будет добавляться новыми фрагментами, по мере выхода публикаций | 238 |
| 7 |  В: Ты согласен с утверждением, что «Прыг-скок» — самый музыкальный из твоих альбомов?
О: Да. Потому что до этого музыки у «Гражданской обороны» совсем не было. Она, конечно, была, но очень специфическая… Деструктивная, агрессивная и навязчивая. Мы ведь гитары расстраивали, специально их плохо записывали, было нарочитое пренебрежение к многокрасочности музыкальной. Ее и не было. И это очень заметно, что поэзия на наших альбомах движется на пути от поэзии типа Введенского или Маяковского, яркой и многокрасочной, к поэзии Георга Тракля, который привел ее в определенный комплекс. Вокруг всего этого чудовищная россыпь… И можно заметить, что и в наших текстах, написанных в духе Введенского или Маяковского, все строилось по-другому. Поэзия, состоявшая из ярких образов, которые часто в наших песнях повторялись… К примеру, раньше основа в мелодиях строилась на примитивном ритме и примитивной гармонии, но не на музыке. И вокруг этого были огромные россыпи прилагательных и метафор. Так строился фундамент футуризма, и прямо на глазах происходило создание нового понятийного и запонятийного изобразительного языка. Теперь у нас все перешло в другое. Мне кажется, что с языком все в порядке, и мне это уже не так интересно. Язык теперь представляет собой связующую структуру - как сетка, как каркас. Вокруг которого строится огромное количество звуков, шумов, мелодий и тембров. Поэтому мы задействовали на «Прыг-скоке» чудовищное количество инструментов, которого у нас не было никогда. И звук, который мы создали на альбоме, аналогов вообще не имеет. Такого не слышал еще, и не встретишь нигде. И это даже не психоделия, а что-то типа «надпсиходелии». И те элементы психоделии, которые на нем присутствуют, они не имеют конкретной, смысловой наркотической нагрузки, которая впоследствии была у нас на «Сто лет одиночества». Это уже какая-то «надформа», которая имеет многостатусный характер в контексте психоделической культуры.
В: Все песни альбома «Прыг-скок» разные, и звучание у них совершенно разное… Можно говорить о каком-то едином принципе?
О: Ну да, одна песня звучит в одном ключе, другая – в другом. Наш определенный принцип – должно быть интересно. Одна песня такая, а другая - другая. То у нас «Бога нет», то он появляется. Причем так, что все вздрогнули, с огромным количеством неожиданных вещей… Этот альбом уже изначально был чудовищно агрессивный. В сравнении со «Сто лет одиночества», который был по-своему печальный и демонстративно трагичный, здесь альбом получился агрессивно боевой и конкретно жизнеутверждающий. И мы это сделали совершенно сознательно, это была определенная суть, объединяющая идея, на которой все песни были построены. Анти-смерть, анти-гибель, анти-уныние. Да – плохо, да – страшно. Но при этом получается определенная, по-своему озверевшая армия, которая воюет и добивается победы. Человек, наверное, должен потерять надежду - для того, чтобы победить…
В: Ты говорил об истоках творчества - о воронке, что ты как медиум.
О: У нас группа в этом смысле авторитарная. Я – главный (смеется), и я навожу здесь порядок. Как скажу, так и будет. Есть же два типа групп. The Who или Beatles - там постоянно война. И то они достаточно авторитарные, потому что там Харрисон есть, например. А есть группы типа Doors - совершенно конкретно авторитарные. И мы не Beatles, а скорее группа Doors. То есть совершенно авторитарная группа. Разгони Джим Моррисон всех музыкантов, и никто бы ничего и не заметил. Или Джанис Джоплин. Вот и мы - группа точно такого же плана. Музыканты, которые с нами работают, совершенно сознательно на это идут. Это люди, которые нам помогают записываться, и от них совершенно не требуется предлагать какие-то идеи. Они, конечно, не рабы на галерах, но дисциплина должна быть и за все должен отвечать только командир.
Продолжение следует…
| 1 363 |
| 8 |  Продолжение интервью с Егором Летовым …У нас была идея: привлечь к этому проекту Лукича. Потом возникла другая идея – сделать альбом, в которые вошли бы песни и Черного Лукича, и Ромыча Неумоева, кого угодно, хотя бы группы «ДК». Он должен был состояться, чтобы все средства от продажи поступили семьям погибших. Должна была быть фотография, которая на афише «Русского прорыва», на крыше горит чего-то... В итоге это закончилось тем, что альбом выпустить не удалось, так как денег не нашлось. Для того, чтобы выпустить пластинку виниловую, требовалось чудовищное количество денег. Мы хотели сделать пластинку, но средств ни у кого не нашли. Но в процессе обсуждения этого альбома возникло движение, неожиданно совершенно, «Русский прорыв». Потому что на самом деле всё, что появляется, оно возникает неожиданно. И здесь самое главное - довести это до совершенства, и из этих кубиков сделать нечто правильное. В: А как вот эти кубики между собой взаимодействуют? О: Самое главное - эти кубики набрать. А второе - тоже немаловажно, но это из области прикладного искусства, всю эту новую энергию правильно направить. И если ты действительно большой мастер, то всё будет сделано правильно. Надо будет правильно выстроить эти кубики и устроить их них безобразие, уже на уровне первого этажа… Не по инструкции. В: Давай вернемся к твоим альбомам… О: Появилась идея, скажем, создания сборника любимых песен. Сделанный по принципу не снимания, а именно отталкивания от музыкальных концепций актуальных. Мелодически и текстово я хотел такой сборничек сделать, а получился “Прыг-скок”. Планировалось создание такого домашнего, простого музыкального решения, с использованием полуакустического органа, а в итоге получился альбом психоделический. История повторяется. Я хотел сделать сборник любимых песен, а в результате получился «Прыг-скок». Ведь первоначально я планировал спеть песни, а в результате вышел конкретный психоделический альбом. Как это назвать? Я даже не смогу точно сформулировать... Акт медитации? Акт протеста? Получился конкретно музыкальный альбом, который мне был нужен. И музыка в нем оказалась важнее, чем текст. А к текстам у меня особое отношение… Потому что в принципе мне наиболее интересно делать вещи, которые я делать не умею. А если ты что-то умеешь делать, то это уже получается не так образно и не так ярко…
Продолжение следует…
| 1 522 |
| 9 |  Сто лет Колтрейну
Есть тысяча способов посмотреть на личность Колтрейна, его музыку и огромное наследие — продолжение его пути, мысли, игры, которое осталось в мировой культуре в виде поп-песен, академического минимализма и, конечно, джаза, причём примерно всего, что был после.
Сегодня хочется поговорить о метафизическом и непонятном. Откатиться до базовых чувств удивления музыкой. Включить самую простую вещь — оригинал колтрейновской версии My Favorite Things.
Если вы помните изначальную песню из «Звуков музыки», то знаете, что она выдержана в одном ключе и одном настроении. За тринадцать минут своей версии Джон Колтрейн и его группа вываливают на вас сотню настроений и состояний, от меланхолии до радости, от светлой печали и сентиментальности до предельного стоицизма. На простом мелодическом фундаменте они строят лоскутный небоскрёб чувств.
Колтрейн настолько же ярый, насколько и трогательный. Настолько же он говорит о злости, холоде и равнодушии нашего мира, насколько умеет находить в нем моменты для большой нежности и космической любви. В его собственной игре лёгкая грусть переходит в злость и растерянность и доходит до восторга за секунды.
Великая мудрость его музыки — в том, что ничего не бывает отделено и разделено. Всё вместе и всё перемешано. Нет чёрного и белого. И до Колтрейна огромное количество авторов описывали в своих мелодиях и звуковых пространствах единству и борьбу противоположностей, и им это прекрасно удавалось, но у него получилось сделать тоньше и эффектней многих. Именно Колтрейн внёс дуализм состояний и двойственность чувств в словарь современной музыки в принципе. И сделал это так красиво, рьяно и эффектно, что многим взрывает головы и поныне.
То, что Колтрейн нашёл такой голос и научил его преломлять любой материал (ведь ту же My Favorite Things он потом играл до своего самого последнего концерт) отчасти легко объяснить его биографией и музыкальной теорией. Но «Тезаурус гамм и мелодических оборотов» Слонимского, который Колтрейн выучил и который открыл ему новые пространства, попадал к миллионам других музыкантов. И лишения, вещества, истории преодоления, предчувствие грядущей ранней смерти выпали на судьбу миллионов других людей.
И да, он оказался в нужное время и в нужном месте — атмосфера США конца 1960-х, как и железная хватка американской культуры и экономики над большой частью мира, точно способствовали его мифологизации. Как, бесспорно, повлияли и на эволюцию и статус его музыки.
Но всё-таки образ и смыслы Колтрейна не расщепляются на понятия. В Колтрейне есть необъяснимое — магия. Рассказывая о нём — о человеке, в честь которого создали церковь, — всегда сложно не поддаться его мифологизации и не впасть в патетику мистического и трансцендентального. Но в итоге, годами думая о Колтрейне, ты снова и снова возвращаешься к необъяснимости его феномена. Пока точных слов, описывающих его значение, всё-таки не изобрели. И, cлава богу, на свете есть вещи сильнее слов. | 826 |
| 10 |  Братья и сестры! Как известно, по вторникам мы публикуем уникальные рок-н-ролльные снимки и феерические воспоминания московского фотохудожника Игоря Верещагина. Герой его следующего меамура — Billy Gibbons из культовой группы ZZ Top.
Игорь Верещагин: «Все видели фотографии и видео ZZ Top – брутальные мужчины с огромными бородами. Когда мы стали снимать Билли во дворе его Лос-Анджелесского дома, засаженного самыми разнообразными кактусами, я удивился его улыбчивости, доброжелательности и какой-то "незвёздности" в общении. Во время съемки режиссёру пришло в голову снять кадр с Билли на фоне его огромной коллекции гитар. Я тоже загорелся сделать такой снимок. Билли вскочил со своего стульчика и быстро вошёл в дом, но также быстро и вышел из него. «Жена не разрешает», - пояснил рокер...
А этот снимок, на котором Билли легко взбегает по крыльцу своего дома, держа в руке складной стульчик, на котором он давал интервью, мой самый любимый. В нём читается лёгкость, хрупкость и ранимость музыканта – черты, далеко не всегда присущие героям рока». | 1 000 |
| 11 |  Позавчера исполнилось 63 года Джарвису Кокеру. Сегодня 54 года Лиаму Галлахеру
Удивительно, как эти фронтмены по всем фронтам (фи-ха) существуют рядом друг с другом, но через пропасть. Оба родились в сентябре, но с разницей в 9 лет. Оба дети промышленного севера, но разных его очагов — Шеффилда и Манчестера. Оба самые выдающиеся фронтмены Великобритании 90-х, но один нёрд, открывший эрос, а другой телесный дьяволёнок с рождения, предпочитающий на сцене стоять смирно. Оба иконы стиля, но один продолжал эстетику (и стал последним аватаром) глэма, а другой, наследуя Stone Roses, добавил утилитарному кэжуалу щепетильности и сексуальности модов. Оба хэдлайнеры брит-попа, но первый олицетворяет брит-поп, если бы он действительно был brit и pop (гибридный саунд гитарной музыки с диско, пристальное внимание к английской повседневности, но с ощутимым влиянием франкофонной культуры), а другой через прямолинейный паб-рок на мощностях Creation records воплощает бритпоп как то, чем он преимущественно и являлся — England rock. Оба умеют подарить невероятную коллективистскую эмоцию, но первый рефлексивно и почти по-марксистски вскрывает механизмы работы общества ("Common People", Sorted for E's & Wizz"), а второй отключает мозг публике, помещая её в почти квази-рейверское - chasing the Sun - состояние (то, что Фрейд назвал "океаническим чувством"). Оба оборачиваются на культуру прошлого, но Pulp ищут в нём пропавшее из настоящего место для аутсайдеров, а Oasis ищут в нём универсализм до-неолибрального общества.
Для большинства критиков (которые реально занимаются критикой, а не хуйней-муйней) Pulp — чуть ли не единственная брит-поп группа, которую можно любить, тогда как Oasis "самая разрушительная поп-культурная сила в новейшей британской истории". Список грехов и преступлений, за которые критики обвиняют Галлахеров можно перечислять бесконечно, с чем-то спорить сложно (да и не хочется), а с чем-то спорить наоборот хочется (и можется). Но вот факт: мир, создавший Pulp, и мир, создавший Oasis — разные, и уж так вышло, что оба эти мира пересеклись под одним поп-культурным знаменем.
Но, мне кажется, свободный мир — это когда ты можешь быть Джарвисом Кокером, кайфующим от Oasis. А совсем прекрасный мир, это когда ты можешь быть Лиамом Галлахером, кайфующим от Pulp. Ну, нет ничего идеального. | 1 064 |
| 12 |  +3Константин Звездочетов вспоминает Тимура Новикова
Помню, как на одном из последних выступлений сборной СССР по современному искусству, которое называлось «Бинационале» и происходило в городе Дюссельдорфе, Тимур все ходил вокруг наших больших инсталляций, цокал языком и приговаривал: «Какое в Москве мощное искусство!» Единственная наша большая встреча, когда нам удалось основательно поговорить, более или менее выяснить отношения, как-то все расставить по местам, иными словами, не обмениваться поверхностными дипломатическими реверансами, а провести беседу по гамбургскому счету, состоялась уже тогда, когда международный ажиотаж вокруг советско-оссийского искусства спал. Это было в середине девяностых на квартире у Сережи Шутова. У Димы Нартова было задание взять у нас обоих одновременно интервью для журнала «ХЖ». Тимур с Нартовым курили «коновалку», а мы с Сережей пили какую-то его замечательную фруктово-ягодную наливку. Ну и болтали, так мило; перед диктофоном, как мы с вами, совмещая приятное с полезным. Тут Дима возьми и спроси Тимура прямо в лоб: «А как вы относитесь к проблеме якобы существующего соперничества и даже противостояния Москвы и Ленинграда?» Я уже приготовился к большому и решительному обсуждению этого вопроса, но следующая фраза моего собеседника повергла меня в замешательство и вызвала восхищение. Тимур, ни на секунду не задумавшись, так сказать, и бровью не поведя, совершенно спокойно ответил: «А никакого противостояния и нет, его придумала и пытается разжечь украинская диаспора в Москве». Каково?! | 1 134 |
| 13 |  Продолжение интервью с Егором Летовым
Можешь рассказать про первичные принципы формирования альбома?
О: Как я уже говорил, все начинается с охоты. Это такое состояние, которое нельзя вызвать немедленно, искусственно. Хотя в принципе, наверное, можно. Но это будет такое состояние, из области… не просто самообмана, а греха. Причем - очень большого, где-то на уровне, я не знаю, вселенского греха. Состояние охоты возникает спонтанно, когда отсутствует что-то такое, без чего жить нельзя. Когда нельзя есть, спать, любить. Когда возникает отсутствие чего-то, а чего именно – непонятно. Какой-то сквозняк, который присутствует рядом, а откуда он дует… Это даже не сквозняк, а некий вакуум, террариум… Как будто черная дыра находится внутри. И начинается очень мучительный, агрессивный и страшный чудовищный путь поисков, охота за ним. Который выражается в чем угодно ничего не делании, в блуждании по лесам. В попытках чего-то писать, смотреть, делать, водку жрать, драться. Состояние дикое и невыносимое для близких людей, которые рядом с тобой находятся... А когда это состояние все-таки ловится за хвост, пусть нечаянно, но очень точно, после этого тогда все создается одним махом. Возникает состояние, так сказать, очень воронкообразное. Как будто ты являешься трубой, через которую со страшной силой и скоростью пропускается огромный чудовищный поток всевозможных образов… Который, как бы сказать, цельный относительно того центра, который ты нащупал... В этом состоянии самое главное, самое неприятное, что ты не успеваешь записывать всё, что через тебя прошло. Я неоднократно говорил, что художник – это не я. И он себе не принадлежит. А на сцене это какой-то медиум, через который пропускается огромная сила. Это даже не бытие или небытие, это, пожалуй, больше, чем бытие или небытие… После этого в течение какого-то времени, все, что было в этом состоянии сделано, написано, сотворено в этом состоянии через тебя прошло, анализируется и систематизируется, лишнее убирается. И начинается такая настоящая профессиональная и черновая работа поэта или музыканта, я бы не сказал, что художественная, когда ты из этого делаешь определенную конкретную вещицу. Она, собственно говоря, и так существует уже. Просто нужно что-то лишнее откинуть. В процессе вот этого изменения того, что уже создано. Потом, как правило, возникают новые объекты, которые имеют гораздо больший смысл, чем то, что ты первоначально задумал. Так было и с «Прыг-скоком», и со «Сто лет одиночества», это было с этим альбомом и с другими альбомами. Всегда то, как оно задумывалось изначально, почему я и не люблю говорить, что будет за альбом – потому, что он не будет такой, как мы его видели.
К примеру, «Сто лет одиночества» задумывался совершенно иначе. Он задумывался как первые три песни: «Свобода», «Евангелие» и «Вечная весна», они даже по звуку другие, которые в итоге не вошли в «Прыг-скок». Они были созданы первыми, там даже звук другой. А потом это переросло в нечто иное. Потом появилась идея создать нечто вроде двойника таких больших сорокапяток, которые представляли собой, допустим четыре песни, посвященных защите Дома Советов 1993 года. Конкретно просто реакция на все события в тот период. Это нечто вроде агитки, но агитки такой правильной и умной, это надо было сделать. Подобные вещи они… Это была моя правильная реакция, это обязательно надо было сделать. Потому что любое искусство, на самом деле, это всегда эпатаж. Я уже неоднократно говорил, что это всегда война. И это будет только тогда чего-то стоить, если не вписывается ни в какие рамки. В данном случае эта идея не вписывалась ни в какие рамки.
Продолжение следует | 3 602 |
| 14 |  Народ! Прежде чем продолжить публикацию интервью Летова, хочется сделать небольшой выдох. Предыдущий фрагмент беседы с лидером «Гражданской обороны» оказался немного странным. Буквально в течение суток этот текст разделил наших подписчиков на ярых поклонников Летова и его лютых противников. Середины не было. Причем аргументы были крайне эмоциональными, и логики надо признаться, в них было немного. В скобках заметим, что это касалось не столько публикации, сколько невеселого образа идеолога «Обороны» и разновидностей трактовки его мифа.
Было бы нечестно не упомянуть и третью категория подписчиков, которые сомневались в подлинности этого интервью. В универе нас учили иногда рассуждать «методом от противного», и я тут же представил себе картину: ночь, в окно светит луна. Мучаясь от абсолютного безделья, кто-то из редакции «Окоёма» придумывает очередное интервью. Как в свое время подпольный журнал «Урлайт» опубликовал вымышленное интервью с Аней К. — лидером несуществующей группы «Розовые двустволки». Громко звучит колокол, и, поверьте, это было очень красиво. А теперь с чистым сердцем мы публикуем следующую часть интервью Егора Летова.
Продолжение следует
| 1 228 |
| 15 | Вячеслав Гайворонский – композитор, трубач, музыкальный теоретик, педагог. Выступает то в трио с Владимиром Волковым и Андреем Кондаковым, которое выросло из легендарного дуэта Гайворонский–Волков, то со струнниками Песиным и Якубовским, то с «патриархом русского нойза» Николаем Судником. Гайворонский – музыкант удивительно широкого жанрового диапазона и стилистического разнообразия, в его творчестве сочетаются традиции академической классики и фри-джаза, алеаторики и бибопа, джазовых стандартов и индийских раг, духовной музыки и фольклора. Музыканты знают его как автора уникальной теоретической и практической системы ладов, объединяющей универсальные, внеисторические свойства разных музыкальных традиций. Единый принцип организации ладов как основы для образования музыкальной ткани во всем множестве ее проявлений Гайворонский описал в книге «У врат храма».
Премьера трио Гайворонский–Разин–Ившин – 30 сентября в ДОМе.
Билеты: vyacheslav-gayvoronskiy-andrey-razin-petr-ivshin.ticketscloud.org/
Фото: П. Корбут | 1 172 |
| 16 |  В: В каком состоянии находилась группа накануне записи альбома «Прыг-скок»?
О: Этот вопрос, конечно, неоднозначный. Потому что в тот момент «Гражданской обороны» фактически не было. Она каждый раз автоматически распадалась после записи очередного альбома. Вернее, скажем так, группа существует, но… Она с некоторых пор делится на два достаточно разных, скажем так, вида. К примеру, вот концертная группа, которая существует только для гастролей. С определенным составом, с эстетикой, с программой и так далее. А вот студийная группа, которая работает исключительно для записей и костяк которой составляют два человека. Редко – три-четыре человека, которые время от времени нам помогают. И эта формула касается всего того, что мы делали и делаем практически всегда. И того, что мы будем делать в будущем. Я уже когда-то говорил об этом в интервью.
По поводу записи – многое мы фактически делали вдвоем с Кузей Уо. А, к примеру, относительно последних альбомов все получается значительно сложнее. Мы начинали их делать втроем и заканчивали тоже втроем. Но начинали одни трое, а потом немножко другие его заканчивали. Но это уже несколько иные трое. А группа, которая разъезжает параллельно записи, по городам и весям, это - совершенно другая история…
В: Во время создания альбома существовали какие-то устойчивые этапы?
О: Для меня запись, даже не запись, а создание альбома – понятие широкое. Сначала какое-то время уходит на то, что внутри возникает «состояние охотника». Когда тебя каким-то образом преследуется какая-то совершенно невнятная, еще не рожденная цель. Без которой невозможно не просто жить, а жить и не жить…. Это очень мучительное состояние погони, за «тем, не знаю чем», во время которой необходимо каким-то образом сформировать идею. Как только она сформулирована, в основном, на уровне эмоций даже, тогда, наверное, можно и говорить, что альбом будет. Можно говорить, про то, какой и каков он будет. У каждого альбома есть какой-то стержень, какой-то определенный дух.
Например, «Прыг-скок» - очень яркий… И песни в нем будут разные, потому что я очень уважаю в творчестве эклектичность (смеется). Когда песни – одна такая, другая – другая. А третья песня – третья, пятая еще, шестая. Но они все группируются, формируются вокруг общей идеи, вокруг общего стержня. К примеру, «100 лет одиночества» был именно таким альбомом. И эти два альбома были сложены как один - только очень большой. Он первоначально виделся достаточно другим – возможно, двойным или даже тройным.
Факт возникновения “Сто лет одиночества” показал, что эта идея чересчур громоздкая. Идея только одного альбома в итоге была обусловлена тем, что она мне в какой-то момент показалась достаточно громоздкой. Потому что если ты замахнулся на двойной альбом, то это все должно быть сыграно и должно слушаться на одном дыхании. И поэтому музыкальный материал мы разбили на два альбома, по определенным разным принципам, когда один получился одним по духу, а другой – другим.
Продолжение следует.... | 4 028 |
| 17 |  Настало время вспомнить об Егоре Летове.Множество раз я пытался в 90-х взять у него интервью и каждый раз терпел неудачу. Мы созванивались, договаривались о встрече, и я, словно школьник, приезжал в Дом культуры, скажем, на Рязанском проспекте, где у группы намечался полуподпольный концерт. Дальше у музыкантов начинался саундчек, который проходил очень долго и нервно. Неудивительно, что мероприятие начиналось с огромным опозданием, а потом в гримерку набивалась толпа народа, и интервью переносилось «на другой раз». Такая нелепая история продолжалось в течение нескольких лет.
В итоге я плюнул на самолюбие, написал на листике штук тридцать вопросов и попросил пообщаться с Летовым одного из приятелей. Несколько бутылок водки, честно отражали масштаб моей черной (не)благодарности к этому процессу. Примерно через месяц мне вернули кассету с ответами, но упрямый материал сопротивлялся изо всех сил. Дело в том, что качество записи оказалось хуже, чем на самых грязных альбомах «Гражданской обороны». Диктофон постоянно капризничал, мотор гудел, народ шумел и слова казались не различимы, сливаясь в единый гул. И если вопросы худо-бедно были слышны, то тихие и порой сбивчивые ответы распознать оказалось практически невозможно.
Это было сделано не специально. Просто такой вот мистический момент случился со мной во время работы над «100 магнитоальбомами советского рока». Слава богу, что параллельно происходило огромное количество других интервью, и я сильно не расстроился. Так и провалялась эта запись в архивах - ровно до тех пор, пока меня не заело любопытство. С помощью эквалайзера, системы шумопонижения, студийных наушников и других хитростей эту заколдованную кассету все-таки удалось расшифровать. С момента интервью до момента медленного фиксирования стенограммы прошло около 25 лет.
Продолжение следует | 3 570 |
| 18 | Настало время вспомнить о Егоре Летове. Множество раз я пытался взять интервью у него, но всегда терпел неудачу. Мы созванивались, договаривались о встрече, и я, словно школьник, приезжал под вечер в какой-нибудь Дом культуры, скажем, на Рязанском проспекте, где у группы намечался полуподпольный концерт. Дальше у музыкантов «Гражданской обороны» начинался саундчек, который проходил очень долго и нервно. Неудивительно, что мероприятие начиналось с опозданием, а потом в гримерку набивалась толпа народа, и интервью переносилось «на другой раз». Такая нелепая история продолжалось в течение нескольких лет.
В итоге я плюнул на самолюбие, написал на листике штук тридцать вопросов и попросил пообщаться с Летовым одного из приятелей. Несколько бутылок водки, честно отражали масштаб моей черной (не)благодарности к этому процессу. Примерно через месяц мне вернули кассету с ответами, но упрямый материал по-прежнему сопротивлялся изо всех сил. Дело в том, что качество записи оказалось хуже, чем на самых грязных альбомах «Гражданской обороны». Диктофон постоянно капризничал, мотор гудел, народ шумел и слова казались совершенно не различимыми, сливаясь в единый гул. И если вопросы худо-бедно были слышны, то тихие и порой сбивчивые ответы распознать оказалось практически невозможно.
Думаю, что это было сделано не специально. Просто такой вот мистический момент случился со мной во время работы над «100 магнитоальбомами советского рока». Слава богу, что параллельно происходило огромное количество других интервью, и я сильно не расстроился. Так и провалялась эта запись в архивах - ровно до тех пор, пока меня не заело любопытство. С помощью эквалайзера, системы шумопонижения, студийных наушников и других хитростей эту заколдованную кассету удалось расшифровать. С момента интервью до момента плявления стенограммы прошло больше 25 лет. И вот оно перед нами.
Продолжение следует | 1 |
| 19 | Для успешного дебюта у группы было всё: опыт и сыгранность, недюжинный исполнительский талант, мощная харизма, напор и первоклассные песни. Название Kula Shaker появилось в честь одного из двенадцати святых южной Индии - короля Кулашекхары. В индийской культуре его имя считается счастливым, что и привлекло группу. Музыка группы содержит массу отсылок к творчеству The Beatles, Traffic и Джими Хэндрикса, а лирика отличается интеллектом, многочисленными литературными цитатами, мистицизмом и великолепным чувством юмора. Всё это, плюс ярчайшие концертные выступления, очень быстро сделали Kula Shaker одной из популярнейших групп Британии. Альбом "K", стал самым продаваемым дебютным альбомом в Великобритании с момента дебюта группы Elastica в 1995 году и первого альбома Oasis "Definitely Maybe" 1994 года. Среди бушевавшего в то время брит-попа, когда группы ориентировались на тех же The Beatles только позднего периода, Kinks и The Jam, Kula Shaker выглядели странновато и свежо со своими ситарами, таблами и мантрами. Тем не менее, сильные мелодии, природное обаяние и нешуточный натиск, превратили альбом "K" в идеальный дебют. Обложка альбома состоит из изображений, связанных с буквой К, так например: Джон Ф. Кеннеди, Лорд Китченер, Карл Маркс, Джин Келли, Кэтрин Хепберн, Кен Додд, Карим Абдул-Джаббар, Дэнни Кей, Кал-Эл (Супермен), Кришна, Кинг-Конг, Мартин Лютер Кинг-младший, Кайзер, Никита Хрущев (Khrushchev), Грейс Келли, число 11 (символизирующее K) и книга Редьярда Киплинга "Ким".
В поддержку альбома было выпущено четыре сингла: "Tattva", "Grateful When You're Dead", "Hey Dude" и "Govinda".
https://kulashakerband.bandcamp.com/album/k-plus-bonus-tracks-2011-remastered | 1 406 |
| 20 |  Ровно 30 лет назад 16 сентября 1996 года вышел дебютный альбом британской рок-группы Kula Shaker "K".
Группу организовали давние приятели: гитарист Криспиан Миллс и басист Алонзо Бивэн, к которым присоединились барабанщик Пол Винтерхарт и клавишник Джей Дарлингтон, которые давно музицировали и вместе и по отдельности. После того как Миллс отправился в духовное паломничество, путешествуя по Индии, которое вызвало глубокий интерес к индийской культуре и индуизму, он вернулся с новой концепцией: психоделик-рок с уклоном в индийский мелодизм и эстетику. | 1 272 |
