Urban Heritage
Open in Telegram
Городские исследования, политики регенерации, сообщества, книги, публицистика Архив: https://t.me/UrbanHeritage Автор – Снежана Лащенко Instagram: https://www.instagram.com/snezhana_lashchenko/ @SnezhanaLashchenko snezhana.lashchenko@gmail.com
Show more561
Subscribers
No data24 hours
No data7 days
No data30 days
Data loading in progress...
Similar Channels
Tags Cloud
No data
Any problems? Please refresh the page or contact our support manager.
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
December '24
December '24
+9
in 0 channels
November '24
+7
in 0 channels
Get PRO
October '24
+18
in 1 channels
Get PRO
September '24
+160
in 0 channels
Get PRO
August '240
in 0 channels
Get PRO
July '240
in 0 channels
Get PRO
June '240
in 1 channels
Get PRO
May '240
in 2 channels
Get PRO
April '24
+1
in 3 channels
Get PRO
March '24
+17
in 0 channels
Get PRO
February '24
+13
in 0 channels
Get PRO
January '24
+39
in 3 channels
Get PRO
December '23
+69
in 7 channels
Get PRO
November '23
+20
in 1 channels
Get PRO
October '23
+43
in 2 channels
Get PRO
September '23
+466
in 0 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 21 December | 0 | |||
| 20 December | 0 | |||
| 19 December | +2 | |||
| 18 December | +1 | |||
| 17 December | 0 | |||
| 16 December | 0 | |||
| 15 December | +2 | |||
| 14 December | +1 | |||
| 13 December | 0 | |||
| 12 December | +1 | |||
| 11 December | 0 | |||
| 10 December | 0 | |||
| 09 December | 0 | |||
| 08 December | 0 | |||
| 07 December | 0 | |||
| 06 December | 0 | |||
| 05 December | 0 | |||
| 04 December | 0 | |||
| 03 December | 0 | |||
| 02 December | +2 | |||
| 01 December | 0 |
Channel Posts
Repost from Новое литературное обозрение
Недавно мы анонсировали выход книги «Хрущевка» Наталии Лебиной, и вот — книга ушла в типографию!
Рассматривая это жилье как особое культурно-бытовое пространство эпохи оттепели, автор изучает внешний облик этих зданий, формы их внутреннего устройства, предметное насыщение нового жилого пространства и показывает, как изменилась жизнь советского человека в контексте общемировых тенденций модернизации повседневности. В этом разрезе «хрущевка» предстает как уникальный оттепельный феномен, в котором смешиваются нелепое с созидательным, смешное с оптимистичным и «советское» с «несоветским».
Предзаказ со скидкой 25 % уже открыт на сайте НЛО!
Книги Наталии Лебиной
| 2 | Как война разрушает наследие Мариуполя
Оккупационные власти Мариуполя восстанавливают город, чтобы получить прибыль от продажи построенной и украденной недвижимости россиянам. Для этого они массово лишают мариупольцев прав собственности, переселяют из перестроенных зданий в другие районы. Они сносят некоторые исторические здания для более выгодного строительства и для сокрытия следов войны, восстанавливают памятники в неузнаваемом виде.
Историк архитектуры и автор книг об архитектуре Киева Семен Широчин на встрече у Cities Building Culture рассказывал о разрушенном наследии Мариуполя и о том, как оккупационные власти стремятся перестроить город. Вот некоторые его тезисы.
Большая часть города в руинах. Оккупационные власти пытаются восстановить его, но делают это абсолютно аморальным образом, так как думают только о деньгах. Они строят новые районы и восстанавливают/воссоздают памятники не для собственников, которым принадлежит этот город, а для продажи недвижимости. Они цинично захватывают брошенные квартиры, не имея информации об уехавших или убитых жителях, лишают их прав собственности и продают украденные квартиры. Оккупационная администрация насильно выселяет собственников воссозданных/реконструированных памятников в менее престижные районы.
Пострадавшие от ракет памятники восстанавливают только если это выгодно. Для оккупационных властей важна не ценность здания, сохранение конструкций и материалов, а финальная прибыль от продажи в нем недвижимости. Поэтому исторические здания часто сносят и возводят новые. При этом оккупационные власти переносят символическую ценность снесенного памятника и его места на новое здание. Они имитируют его архитектурные формы и даже используют прежние названия, чтобы подчеркнуть престижность нового здания и повысить стоимости недвижимости в нем. Собственники памятника уже не имеют прав на построенное здание, оккупационная администрация переселяет их в другие районы. Например, так поступили с жителями известного «Дома с часами», около которого люди со всего города назначали встречи (фото до и после под текстом; продажа квартир в доме на сайте Минстроя).
Еще одна причина, по которой оккупационные власти сносят подлежащие реконструкции здания, – сокрытие следов войны. Те исторические здания, которые оккупационная администрация реконструирует, тоже теряют ценность из-за удручающего качества реконструкции, они становятся едва узнаваемыми. Собственников таких зданий тоже выселяют из их домов.
Украинские архитекторы обеспокоены судьбой наследия, у них нет доступа к информации о том, что происходит в городе, о планах его перестройки и об отдельных памятниках – что-то узнать можно через публикации в СМИ и через жителей, оставшихся в Мариуполе (90% из них уехали).
В украинских городах также стоит проблема сохранения советского наследия, воспринимаемого людьми как вражеское. Власти боятся говорить о его сохранении. | 248 |
| 3 |  В России запускается ещё один постоянный антропологический семинар с возможностью онлайн-участия. Команда исследователей, занимающихся темой производства и сохранения памяти в современном российском обществе, каждый месяц планирует проводить в Институте этнологии и антропологии штуку под названием СПИН – Семинар по Памяти и Наследию.
Первое заседание семинара состоится уже 5 марта (вторник) в 18.00 по Москве в смешанном формате: очно в ИЭА РАН (Ленинский пр-т 32А, 19 этаж, каб. 1906) и онлайн.
На первом заседании Наталия Любимова и Мария Мочалова (ИЭА РАН) выступат с докладом "Производство культурного наследия как фактор депериферизации малого города на примере Тарусы (Калужская область)".
В докладе в русле теории “депериферизации” урбаниста М.Кюна будут проанализированы два кейса: а) история традиционной культурной практики вышивки “калужской цветной перевити”, которая прошла путь от локального народного промысла, основанного на ручном труде, к широкому индустриальному производству, известному на всю страну, и далее в связи с экономическим кризисом и резким сокращением работы фабрики в 90-е гг. “перешла” в пространство наследия; б) современная практика художественной мозаики, привнесенная в городское сообщество одним предпринимателем и активно использующаяся в инициативах, связанных с наследием и коммеморацией.
Регламент семинара предусматривает доклад, выступление заранее назначенных дискутантов и свободную дискуссию.
Дискутанты на первом заседании подобраны знатные:
Михаил Лурье, Европейский университет в Санкт-Петербурге;
Петр Иванов, бюро исследований “Гражданская инженерия”, Красноярск
Для участия в семинаре онлайн нужно заранее заполнить эту форму: https://forms.yandex.ru/cloud/65de05e573cee73c757adea1/. А накануне семинара организаторы пришлют ссылку для подключения. А отважные ребята, готовые заморочиться и посетить семинар очно (в здании Академии наук лютая пропускная система!), могут заранее написать организаторам семинара для оформления пропуска: masha.mochalova@iea.ras.ru, Мария Мочалова | 223 |
| 4 | Итак, это начинается! Раньше мы намекали на то, что сразу несколько команд готовят публичные мероприятия по случаю выхода книги Сеты Лоу «Пространственное воплощение культуры. Этнография пространства и места», которую можно назвать самой значимой работой по городской антропологии, выходившей на русском языка (да и на английском, пожалуй, тоже). Уже точно известно, что две презентации состоятся в Москве, а одна - в Санкт-Петербурге.
И вот наконец объявлена регистрация на первую презентацию, которая пройдет в Москве в Шанинке (Газетный переулок 3/5с1) в среду 28 февраля в 19:00 по московскому времени. Хорошая новость в том, что мероприятие будет в гибридном формате (оффлайн и онлайн), так что подключиться и принять участие можно будет из любого места, где есть интернет.
Со стороны издательства НЛО, выпустившего книгу, участником обсуждения станет главный редактор Ирина Прохорова, а компанию ей составят исследователи и преподаватели Шанинки: Александр Никулин, Максим Котельников, Марат Невлютов, Ната Волкова и Никита Петров.
Ну и самое важное. Специальной гостьей станет сама Сета Лоу! Она присоединится к разговору в онлайн-формате, расскажет про книгу и историю ее создания, а также будет готова ответить на вопросы читателей. Однако есть важный нюанс: так как синхронный перевод на встрече не предусмотрен, вопросы Сете надо готовить на английском языке.
Регистрация на встречу уже открыта. Если вы планируете участвовать очно, не забывайте взять паспорт! Если будете онлайн, то ссылка на подключение придет на почту, которую вы укажете при регистрации. | 300 |
| 5 | Завтра Cities Building Culture проводят дискуссию
о разрушенном наследии украинских городов на примере Мариуполя и Лисичанска
"The industrial cities of Ukraine are of young age; most of them have been developed since the late 19th century. Despite that, they display a rich heritage of different architectural styles: Russian style churches, Belgian and French residential houses, neoclassical buildings of 19th and 20th centuries, soviet constructivism as well and postwar modernism.
Despite this variety of styles and cultures, the heritage of Ukrainian industrial cities has never been turned into a tourist attraction, nor have they benefited from the attention of heritage protection organizations. Moreover, degradation and neglect accentuated since 1990s. Many factories were dismantled and their architecture was forever lost. Now this heritage is threatened by war. The more is lost, the less is left for the future.
The talk will focus on two examples: Lisichansk and Mariupol, two cities with a valuable heritage, now under Russian occupation. Their history and development will be analyzed, together with notable examples of architectural heritage. Not least, the talk will also emphasize the extent of the war destruction.
Semen Shyrochyn is architectural historian, and author of “Kyiv: Architectural Guide. 100 Iconic Buildings since 1925“ (DOM publishers)" | 398 |
| 6 | Должен ли архитектор проектировать тюрьмы? И какие?
Одним из первых вопрос об ответственности архитекторов в таких проектах поднял Артур Аллен в 1977 году в статье Prison Design and the Architect в журнале The Canadian Architect.
Он писал: «Если общественная дискуссия признает тюремное заключение неизбежным то, вероятно, у тюрем должна быть и качественная архитектура. Однако, если тюрьмы становятся неэффективными инструментами, причиняющими страдание, то архитекторам следует пересмотреть возможности своего участия в таких проектах».
Тогда же он обращается к проблеме мест для одиночных заключений: «Если архитекторы проектируют тюремные камеры, которые в своей ужасающей простоте предназначены для одиночного заключения, то, несомненно, архитекторы и архитектура причастны к психическому и физическому разрушению человека, которое происходит в этих камерах. Если у архитекторов есть какие-то сомнения в жестокости одиночного заключения или [эффективности] тюремного заключения, то я предлагаю им читать социальную, а не архитектурную критику».
В 2004 году организация Architects/Designers/Planners for Social Responsibility организовали кампанию «Бойкот проектирования тюрем в поддержку альтернатив тюремному заключению в США». Они предлагали коллегам отказываться от сотрудничества с системой исполнения наказаний до тех пор, пока не будет переосмыслена практика обустройства американских тюрем. В особенности, архитекторов уговаривали отказываться от проектирования тюремных помещений типа supermax (super maximum security), в которых есть только одиночные камеры, а также от проектирования помещений для смертной казни.
Частью этой кампании были и обращения к Американскому институту архитекторов AIA с предложением внести соответствующие пункты в этический кодекс. В этом кодексе уже содержалось требование к архитекторам не проектировать объекты, которые заведомо приводят к нарушению прав человека. По мнению инициаторов акции одиночные заключения и смертная казнь могут быть расценены именно так.
AIA долго колебался, но в 2020 году все-таки внес в кодекс соответствующее правило: «[архитекторы, являющиеся членами AIA] не должны проектировать помещения, заведомо предназначенные для пыток, включая бессрочное или длительное одиночное заключение… одиночное заключение определяется как содержание заключенных в течение двадцати двух часов или более в день без полноценного контакта с людьми… Длительное одиночное заключение определяется как одиночное заключение в течение периода времени, превышающего пятнадцать дней подряд».
Однако проектирование тюрем — сфера, в которой трудно разобраться. Тюрьмы могут отличаться по режиму, тюремные администрации — по отношению к заключенным, расширяется практика частных тюрем, тендеры на проектирование и строительство тюрем не отличается прозрачностью. Сами брифы на проектирование часто основаны на разнообразных стандартах, типовых планировках и оборудовании. Архитекторам надо прикладывать отдельные усилия, чтобы понять, как именно будут использоваться те или иные помещения — конечно, если этого требуют их этические принципы.
Какая профессиональная позиция более эффективна и/или этически оправдана? Попытки что-то изменить кажутся наивными, может быть, они лишь поддерживают статус кво. Демонстративный отказ от участия в таких проектах мог бы обратить внимание публики на проблему, дать дополнительные аргументы правозащитникам и журналистам.
Но это потребовало бы от архитекторов публично заявить о своей позиции, а такую форму публичности архитекторы не очень любят.
#практика #политика | 315 |
| 7 | Проблема тюремной архитектуры давно волнует как профессионалов, так и критиков, теоретиков и философов.
Архитектура дает форму социальным и политическим конструктам, силам, которые говорят: кто здесь преступник и что с ним надо делать. Сами архитекторы в этом процессе участвуют не очень активно и редко предлагают новые концепции тюрем. Напротив, все чаще профессионалы говорят о том, что должны воздерживаться от проектирования антигуманных и устаревших тюремных пространств.
Классический пример пересечения философии, архитектуры и тюрьмы — модель Паноптикона, описанная философом Иеремией Бентамом, а потом глубоко изученная Мишелем Фуко. Интересно, что Бентам попытался реализовать эту концепцию, но это оказалось не так просто. В 1799 году по королевскому поручению философ купил участок земли в Лондоне для строительства своей образцовой тюрьмы. Но затем последовала интенсивная дискуссия, в ходе которой от идеального плана Бентама все-таки было решено отказаться — он показался не достаточно эффективным.
В 1812 году был объявлен архитектурный конкурс, на который было подано 43 проекта. Выбрали вариант, во многом следовавший идеям Бентама, но гораздо более масштабный. Архитекторы проекта менялись несколько раз, но интересно, что заканчивал тюрьму Роберт Смёрк — архитектор Британского музея. А когда в конце XIX века тюрьму закрыли и снесли, то на ее месте построили другой музей — Тейт.
Концепция тюрьмы находится в постоянном развитии. Если отвлечься от самых древних примеров, то в новейшей истории конкурировали между собой две системы. «Филадельфийская» предусматривала полную изоляцию заключенных друг от друга и от мира. Ее альтернативой была «нью-йоркская»: здесь заключенные днем работали, а в одиночные камеры отправлялись только на ночь.
Фундаментальным различием между ними были философские установки. В одном случае, одиночество рассматривалось как средство перевоспитания: изолированный заключенный погружается в размышления о своих грехах и раскаивается. Во втором случае, инструментом перевоспитания становился коллективный труд. В обоих случая частью инфраструктуры исправления была религиозная пропаганда — богослужения, проповеди, религиозная литература в камерах. Кроме того, одиночное заключение рассматривалось как более гуманное с гигиенической точки зрения: многие старые тюрьмы были переполнены, заключенные постоянно болели. Именно к этим двум типам чаще всего относятся краснокирпичные тюрьмы XIX века, которые сегодня превращают в музеи и отели.
Положение заключенных в обеих системах постоянно критиковала просвещенная публика, недовольная как условиями содержания (медицинский уход, питание, насилие со стороны надзирателей, тяжелый труд, психологические эффекты как скученности, так и одиночества), так и самой идеологией «исправления» с помощью насилия. В качестве альтернативы уже в XIX веке предлагались разнообразные более гуманные варианты.
Теория и практика тюрем развивается в сторону все большей дифференциации нарушивших закон и самих форм ограничения свободы, возникают разнообразные новые учреждения. Логика мести, а также исправления с помощью насилия уступает место логике реабилитации, под которой понимается, фактически, образовательный процесс: заключенные обнаруживают, что у них есть ресурсы и возможности для эффективного участия в общественной жизни и экономике, которые не приводят их к преступлениям.
Одиночное заключение все больше критикуется как антигуманный инструмент, единственная функция которого — запугивание заключенных и месть. Долговременные разрушительные последствия одиночного заключения для ментального и физического здоровья во всех подробностях изучаются медицинскими специалистами.
#практика #политика | 270 |
| 8 | Сталинские методы расправы – ссылка в Сибирь, пытки, убийство. Это последний штрих в уничтожении того хорошего, что успело прорасти в стране за последние 30 лет. Алексей Навальный – самый яркий символ едва мерцающего когда-то шанса, что Россия могла бы быть другой. Никакая «мягкая сила» не способна победить зло таких масштабов. Спасибо герою, который выбрал быть символом надежды и храбрости для многих. Заслужили ли мы его? | 392 |
| 9 | В России — краеведческий бум. Рассказываем про тех, кто его создает
«НеМосква» поговорила с краеведами разных поколений в трех городах. Все они, независимо от возраста — представители «новой волны». Те, кто ищет способы возродить интерес к краеведению, убитый скучным школьным преподаванием, и понимают, насколько регионы пока не изучены. Их краеведение апеллирует к локальному патриотизму, но при этом старается не бояться сложных тем. Соединяется с набирающим популярность внутренним туризмом, градозащитной деятельностью, деколонизаторским нарративом. Дает ответы на философские вопросы о прошлом — и опоры для жизни в настоящем.
Изучайте спецпроект по ссылке: https://nemoskva.net/kraevedenie/page43139763.html
А в @nemoskva_bot пишите нам о крутых краеведческих проектах в своем регионе! Расскажите «НеМоскве» — а «НеМосква» расскажет про вас! | 520 |
| 10 | Российская «урбанистика» в захваченном Мариуполе
Стремительно разрушенный за считанные месяцы город с тысячами жертв теперь «отстраивают» оккупационные российские власти и их застройщики из Москвы и Петербурга. Они переносят на чужую, обесточенную территорию знакомую в России логику захвата земли, лишения собственности людей, бежавших от кошмарных взрывов и бомбежек без документов на квартиру. Они транслируют логику сноса и скорейшей продажи новых квадратных метров. Риелторы без зазрения совести проводят онлайн «показы» разрушенных квартир с дырами от ракет и брошенными в панике людьми вещами и находят спрос от российских «покупателей». Частные инвесторы бешеными темпами строят новые районы на выжженной земле.
На карте разрушенных домов Мариуполя, которую с начала войны составляет сэмэмщик из Израиля Виталий Штутман, уже 2000 снесенных, поврежденных или разрушенных домов. Карта пополняется, составлять ее помогают сами жители. На спутниковых снимках Мариуполя не менее 10,3 тыс. могил, появившихся с начала российского вторжения, многие из них во дворах, где идет стройка.
Фрагменты текста о перестройке захваченного Мариуполя:
Чтобы получить новую жилплощадь, оставшимся без жилья жителям нужно предоставить оккупационной городской администрации документы на утраченную недвижимость. Но у многих жителей документов не осталось — большая часть людей потеряла жилье вместе с документами. Под обстрелами люди не думали о том, что нужно выбежать из дома обязательно с техпаспортом […]. Оккупационная администрация Мариуполя публикует «списки бесхозного жилья», вскрывая квартиры, в которых никто не живет. Если в течение 30 дней после публикации хозяин не придет в районную администрацию с документами, ее признают бесхозной и «национализируют» […].
«Если в прошлом году еще можно было соседа попросить подтвердить, что жилье имеет хозяина, то сейчас уже такого нет — только личное присутствие либо доверенность через российского нотариуса» […]. Но иногда и наличие документов не гарантирует обретения жилья […].
В первую очередь жилье в Мариуполе получают чиновники из оккупационной администрации и приезжие строители, а «расселение обычных людей второстепенно». Некоторых мариупольцев расселили в маневренное жилье — общежития, и люди остаются там до сих пор, хотя им обещали, что это временная мера […]. Есть люди, которые до сих пор живут в подвалах […].
1 июня 2022 года губернатор Петербурга подписал с экс-главой оккупационной администрации Мариуполя договор о побратимстве и сообщил, что в восстановлении города будет помогать «Победа» — созданный в 1999 году фонд, который раньше занимался военно-патриотическим воспитанием подростков, а не строительством […]. Фонд «Победа» получает деньги из резервного фонда Петербурга. Тот, в свою очередь, формируется за счет бюджета города, его утверждает администрация Петербурга […].
В октябре 2022 года Единый институт пространственного планирования по заказу Минстроя разработал план восстановления Мариуполя до 2035 года. В частности, в нем говорится о строительстве драмтеатра, в бомбоубежище которого от российского удара погибли мирные жители […].
На стройках в Мариуполе работает минимум 25 петербургских организаций […]. В город съехались 20 тысяч строителей из всех регионов России […].
Фото: Медиазона | 590 |
| 11 | Власти Томска втайне от жильцов внесли 30 старинных домов в список аварийных и подлежащих расселению
Все дома входят в программу сохранения деревянного зодчества Томска. Изначально городские власти обещали сделать в них капитальный ремонт, заменить кровлю, систему водоснабжения и перекрытия, пишут «Сибирь.Реалии».
Жильцы случайно узнали, что теперь их дома находятся в реестре аварийных зданий. Так, по мнению горожан, чиновники пытаются сэкономить деньги на капитальном ремонте, а еще путем сноса домов освободить пространство в центре Томска и застроить его, например, торговыми центрами.
«В глубине души я понимаю, что бессмысленно доказывать этим [чиновникам], что дома наши хорошие. Законы им не писаны — что хотят, то и творят. Захотели снести памятники деревянного зодчества, отобрать "жемчужины Томска" — отберут. Видимо, никто нашей беде уже не поможет. Дома под снос — людей на выброс»,
— поделилась Валерия, жительница дома-усадьбы по улице Белинского.
Сейчас жильцы пытаются найти независимых экспертов, которые осмотрят дома и подтвердят, что они не являются аварийными. При этом горожане беспокоятся, что никто из тех, кто проводит экспертизу зданий, «не захочет связываться с мэрией».
@news_sirena | 468 |
| 12 | В Шанинке начинается онлайн-курс повышения квалификации "История городской среды в России XIX-XX вв." Курс учит понимать историю городов не как историю благоустройства или архитектуры, но как процесс складывания социальной и культурной среды. На курсе также можно научиться формулировать исследовательский вопрос и выбирать оптимальный подход для анализа городской истории.
Вот интервью с одним из преподователей курса, историком Константином Гудковым. | 469 |
| 13 | The Interdisciplinary Summer School in Memory Studies for PhD Students ''The Return of History: Memory, War and the End of the "Post" in Sweden, Stockholm.
Deadline for application: 15 March 2024 | 554 |
| 14 | Как программа КРТ разрушает города и жизни людей
Программа «комплексного развития территорий» все более популярна в регионах. Она позволяет властям и застройщикам игнорировать права собственности жителей, переселять их из центра на окраины, разрушать их образ жизни и само пространство, застраивая его высотками без инфраструктуры. У жителей при этом почти нет механизмов для защиты прав.
Под программы подпадают не аварийные, а просто удобные по месторасположению кварталы. Людей выселяют из крепких домов, предлагая небольшие компенсации, вместо уютных кварталов с пятиэтажками и просторными дворами предполагается строительство высоток […].
Тюменцы в видеообращение к властям попросили изменить закон о КРТ. Они писали, что собственники абсолютно не защищены, не имеют права отказаться от участия в реновации, не могут спасти свою собственность […].
В конце прошлого года поселок Шлаковый на окраине Рязани стал площадкой для КРТ. Местные жители узнали об этом из СМИ, общественных обсуждений не было. Частный сектор, который пока выполняет роль зеленого барьера между жилой зоной и промпредприятиями, будет снесен. На этих землях появятся высотки. Их также возведут в нескольких дворах старых 5-этажных домов. Парковки планируются, но их обещали и ранее, однако «забыли». Зеленых зон практически не будет. Школу запроектировали — в последнюю очередь, к 2040-м годам.
Население поселка — 13 тыс. человек. Только в строящийся ЖК «Аура» въедет 1,4 тыс. человек, в три 25-этажки, которые начнут возводиться в ближайшем будущем, — 2,5 тыс. человек. Сколько тысяч человек приедет в поселок после возведения домов по программе, не известно, но точно — не менее уже проживающих […].
В Санкт-Петербурге под снос по программе КРТ должны пойти не только аварийные многоквартирные, но и панельные пятиэтажки 1970-х годов.
В законе не прописано, где именно застройщик должен предоставить квадратные метры жильцу, чей дом пойдет под снос. «В пределах населенного пункта», — говорится в законе о КРТ Санкт-Петербурга. «Населенный пункт» — понятие расплывчатое, наличие инфраструктуры или близость метро в нем не учитывается […].
Остаться в своей квартире или доме, «просто отказавшись выезжать», как планируют некоторые несогласные, не получится.
— Застройщик приходит с предложением выкупить квартиру по договору за рыночную стоимость. Если человек отказывается заключать договор, то они идут в суд и требуют заключить договор принудительно. Суд удовлетворяет заявление, деньги застройщик может внести на депозит собственника, а выселять его придут судебные приставы по решению суда […].
Как такового федерального «закона о КРТ» не существует — есть ряд изменений, внесенных в Градостроительный и Жилищный кодекс. В них сказано, что регионы вправе (но не обязаны) вносить в региональное законодательство любые дополнения, в том числе дополнительные гарантии для «переселенцев». В градостроительном законодательстве Санкт-Петербурга никаких дополнительных гарантий не появилось, в остальных регионах тоже […].
Активные жители Санкт-Петербурга подали в суд коллективный иск к губернатору об отмене закона о КРТ.
Активисты дошли до Верховного суда, но ВС отменил определение Третьего кассационного суда. Причина в том, что закона о КРТ в Санкт-Петербурге сейчас как бы нет: его исполнение отсрочено до 1 января 2025 года. Депутаты готовят предложения по корректировке закона о КРТ, но вряд ли они пойдут на пользу переселяемым санкт-петербуржцам.
Государство в лице местных властей не спрашивает граждан, хотят ли они куда-то переселяться, оно ставит людей перед фактом насильственного переселения.
«Проблема КРТ — проблема всероссийского масштаба. Застройщики получили в руки инструмент, который позволяет рушить не только города, но и человеческие жизни, выселять людей, которые не хотят выезжать из своих квартир, практически на улицу […]».
Иллюстрация: nemoskva
#механизмы | 662 |
| 15 | «Я ЗДЕСЬ»
(1994)
1
Итак, я здесь!
2
И вот...
3
И вот я здесь...
4
(Откуда ты? Тебя уже не ждали...)
5
И вот...
6
И вот я здесь! Как можно описать те чувства...
7
...те ощущенья...
8
...те чувства...
9
(Тебя и не узнать: похорошел, поправился, окреп, на человека...
10
...похож)
11
Итак...
12
Итак, я здесь! Что может быть прекрасней того волшебного...
13
...Что может быть волшебней...
14
...того прекрасного...
15
(И голова как будто бы прошла, и легче дышится, и вообще
16
полегче)
17
И вот...
18
И вот я здесь! Другого уголка...
19
...такого...
20
Такого уголка...
21
другого...
22
(Ну вот – теперь совсем другое дело. А то я, честно говоря, подумал, что если так, то лучше бы и вовсе
23
не начинать)
24
Итак...
25
Итак, я здесь! Да мог ли и мечтать еще недавно...
26
Могло ли и присниться...
27
..еще вчера...
28
(Простым четырехкратным повтореньем)
29
И вот...
30
И вот я здесь! Невероятно, но...
31
Не верится...
32
...однако...
33
(Трещат остатки бедного огня)
34
Итак...
35
Итак, я здесь! Не буду утомлять...
36
...Не стану утомлять...
37
...тебя...
38
...тебя, читатель...
/………………………/
64
Короче говоря, все вместе должно быть предельно легким, почти прозрачным, едва уловимым.
65
Может быть, что-то вроде радуги.
66
А вот описание дома может начинаться с чего угодно.
67
Хотя бы с цвета крыши.
68
Или с какого-нибудь растения.
69
Например, старая ветла у забора.
70
Или что-то вроде того, как будто бы думаешь, что всего лишь притворяешься спящим, а спишь-то на самом деле.
71
Или как будто бы кто-то невидимый подкрадется сзади, положит руки тебе на плечи и засмеется таким знакомым смехом, что и слез не сдержать.
72
Или представьте себе, что вы в постоянном предчувствии какой-то неведомой катастрофы.
73
И, очевидно, именно поэтому вы инстинктивно сопротивляетесь любым жизненным переменам.
74
«Ну не могу же я каждый божий день пришивать тебе этот проклятый хлястик!»
75
(Бросает пальто на пол и вдруг начинает рыдать)
76
Но мы-то отлично понимаем, что дело тут вовсе не в хлястике.
77
Или представь себе, что ты ждал этой минуты всю свою жизнь.
78
И вот ты с трепетом отворяешь заветную дверь...
79
Т. е. это что-то вроде закрученного в тугую спираль «прощай навеки».
80
Это понятно?
81
Итак, я здесь!
82
...я здесь! Не стану утомлять тебя, читатель, описаниями тягот дороги...
83
...описаниями тягот дороги, случайных попутчиков, одни из которых были, впрочем, весьма милы, про других же и вспоминать не хочется...
84
...про других же и вспоминать не хочется, того вполне объяснимого волнения и нетерпения, усиливающихся по мере приближения к заветной цели...
85
...волнения и нетерпения, усиливающихся по мере приближения к заветной цели, многого другого...
86
...многого другого. И вот уже становятся едва различимыми, растворяясь в утреннем тумане, ночные видения...
87
...ночные видения, и вот уже мчится звонкоголосая ватага мальчишек по косогору прямо к реке...
88
...прямо к реке, и уже проносятся мимо рейнские холмы, замки, виноградники...
89
...замки, виноградники, и уже становятся такими бесконечно далекими и треснутая чашка, и пыльное чучело белки, и стеклянный шарик, и скомканная бумага...
90
...и стеклянный шарик, и скомканная бумага, и нет уже никакого смысла ударять по барабану, который все равно не отзовется, потому что он мертв...
91
...не отзовется, потому что он мертв, и вот трещат остатки бедного огня...
92
...трещат остатки бедного огня, но ход вещей не может быть нарушен...
93
...не может быть нарушен, уходим врозь...
94
Уходим врозь, не забывай меня.
95
Уходим врозь, не забывай меня.
96
Уходим врозь, не забывай меня.
97
Уходим врозь, не забывай меня... | 434 |
| 16 | Интересное за год: архитектура / теория города
Лев Масиель Санчес. Купола, дворцы, ДК. История и смыслы архитектуры России: 1110 руб. https://vk.com/wall-30401645_147255
Елена Овсянникова, Николай Васильев. Деревянная Москва эпохи ампира: 2646 руб. https://vk.com/wall-30401645_145371
Двухэтажный
Ленинград. Жилая застройка 1945–1950 годов. Шер Максим, Галкина Юлия: 1474 руб. https://vk.com/wall-30401645_145365
Андрей Иванов. Архитектура без архитектора. Вернакулярные районы городов мира: 2176 руб. https://vk.com/wall-30401645_143994
Екатерина Ларионова, Екатерина Посвянская. Английский город Нового времени. Проекты и развитие: 1301 руб. https://vk.com/wall-30401645_143757
Пансионат Дружба. Жемчужина позднесоветского модернизма. Василевский И.А., Тевосян Р.И.: 1704 руб. https://vk.com/wall-30401645_143060
Андрей Боков. Геометрические основания архитектуры и картина мира: 1215 руб. https://vk.com/wall-30401645_142668
Антон Акимов. Истории домов Тбилиси, рассказанные их жителям: 1314 руб. https://vk.com/wall-30401645_141179
Шарон Зукин. Инновационный комплекс. Города, технологии и новая экономика: 785 руб. https://vk.com/wall-30401645_139582
Роберт Вентури, Дениз Скотт Браун, Стивен Айзенур. Уроки Лас-Вегаса. Забытый символизм архитектурной формы: 683 руб. https://vk.com/wall-30401645_146988
Ирина Грин. Легко ли быть горожанином. Как Античность и Средневековье заложили уклад повседневной жизни: 846 руб. https://vk.com/wall-30401645_142538
Заказать книги с доставкой: shop@falanster.ru | 474 |
| 17 | продолжение
Ранее, в 1973 г. совет геофака МГУ провалил защиту его докторской диссертации. «Обстановка на защите была необычной. На нашей кафедре почти все искренне и наивно ждали триумфа и готовились к большому празднику. Ю.Г.Саушкин ликовал заранее. Присутствовало более трехсот человек, молодёжь стояла на подоконниках. Хозяин советской невоенной картографии К.А.Салищев, концепции которого я усердно развивал, усмехался в первом ряду и постукивал пальцем по виску. Один член учёного совета заглянул в дверь. «Кто там защищается? А, этот... Типичный параноик!». Проголосовал против и убежал. Аргументированно опрокинуть меня было поручено К.В.Зворыкину, с которым я, как мне казалось, много лет успешно сотрудничал. Остальные выступавшие мою работу только хвалили. В результате я не набрал в свою пользу даже простого большинства голосов».
Еще из воспоминаний Б.Б. о науке того времени: «Учёных давила серая масса бездарных сослуживцев и партийно-комсомольских функционеров. К началу «перестройки» коррумпировались вузы, в них закрывались научно-исследовательские секторы, из них изгонялись учёные, не спевшиеся с преподавательско-репетиторской мафией. Академические институты и университеты возглавлялись остепенёнными администраторами, научные труды которых были написаны их подчинёнными».
Несмотря на такой контекст, Борису Борисовичу Родоману удалось прожить очень наполненную жизнь и оставить огромное количество идей и текстов, к которым мы можем обращаться, и, конечно, ему повезло с таким ярчайшим последователем, как Владимир Каганский. | 3 121 |
| 18 | 26 декабря ушел Борис Борисович Родоман – российский географ и путешественник, с которым меня познакомил в 2019 г. его лучший друг и последователь Владимир Каганский. Б.Б. любил и чувствовал ландшафт, до последнего ходил в походы и путешествовал, ландшафт заменял ему кино и художественную литературу. Он считал, что искусство «навязывает эмоции и отвлекает от самостоятельного восприятия реальности, которая всегда интереснее любого вымысла». Ландшафт был главным источником его размышлений и текстов.
Когда-то он организовал туристическую группу для походов, теперь эту традицию поддерживает и продолжает Владимир Каганский. Мы познакомились как раз в таком небольшом походе-прогулке по Подмосковью (к тому времени Б.Б. уже было около 90 лет). Мы шли от станции по высокому берегу реки Ситенка, через село Воскресенки, сидели долго у костра, слушали рассказы Б.Б. Он передвигался медленно, но мы прошли приличное расстояние.
В том же году он начал понемногу раздавать свою библиотеку, чтобы сохранить книги. Нам с Борей Грозовским он тоже подарил пару сумок прекрасных книг по географии, архитектуре и урбанистике, и три свои книги. В его библиотеке было очень много туристических путеводителей по городам, преимущественно СССР. С некоторыми книжками он расставался с большим сожалением, например, с книгой Татьяны Нефедовой о сельской России, многие оставлял себе для работы.
Б.Б. работал и писал до последних дней, мне посчастливилось получить его комментарий моей научной работы. В этом году вышла его книга-сборник «Культурный ландшафт и судьба России», продолжение серии «Теоретическая география и культурный ландшафт».
В ней много текстов о соседстве урбанизированного пространства и естественной природы, об их пересечении с социальной и политической организацией, о культурном ландшафте и влиянии на него авторитарного государства, о централизации российского пространства, о центре и периферии, одичании ландшафта. Множество ясных размышлений на огромное количество тем, связанных с физическим пространством и его смыслами. Книга пронизана множеством личных воспоминаний и размышлений. Удивляет, как непрерывно он рефлексировал происходящее с ним и аналитически это описывал.
Очень много статей и книги он выкладывал на academia.edu, на Проза.ру - множество мемуаров – можно собрать целую книгу (возможно не одну), а на Стихи.ру стихотворения и тексты песен. Его географические картоиды – графические изображения пространства – художники признали произведениями современного искусства. У него были выставки в Лондоне, в Третьяковской галерее в Москве и в других российских городах. Сам Б.Б. иронично отмечал, что это при внешней схожести его картоидов с художественными произведениями, они отображают реальность, а не вымысел автора.
Его идеи о природном ландшафте были переплетены с мыслями об архитектурном пространстве, и сам он говорил, что мог бы стать архитектором-градостроителем, много общался с архитекторами.
В советское время сложно было удержаться в университете, если взгляды расходились со взглядами руководства. Б.Б. во многом удавалось выживать благодаря единичным «покровителям». Например, в МГУ это был его учитель и заведующий кафедрой экономической географии СССР Ю.Г.Саушкин, после смерти которого Б.Б. уволило руководство МГУ в 1984 г. Начальство МГУ не терпело самобытности, нон-конформизма и политических взглядов ученого, не подпускало его к студентам (он почти не читал лекции и не руководил дипломами). После изгнания Б.Б оно запретило и теоретическую географию, после этого Б.Б. больше туда не возвращался.
Б.Б.Родоман о Ю.Г.Саушкине: «Юлиан покинул нас в пору застоя, когда многие преподаватели стали подобострастными гувернёрами для недорослей с Кутузовского проспекта, научные отчёты превратились в стандартные бланки с машинописным шифром, а у проходной высотного Храма науки дежурила милиция».
продолжение ниже
фото с похода 4 мая 2019 г., Подмосковье, с.Воскресенки | 2 626 |
| 19 | Как развивались институты сохранения наследия в России и в мире
Фрагменты лекции историка архитектуры Ирины Трубецкой на моем курсе «Городское наследие и оптики его исследования»
В Российской империи первым зданием, которое решили сохранить власти, стали палаты царевича Дмитрия в Угличе в 1750-х гг. Архитекторы применили метод консервации вместо того, чтобы разобрать здание, как это обычно делалось. В 1826 г. появился первый список памятников и запрет на перестройку без обсуждения с государством.
Прежде всего сохранялись крепости – первый вид «проблемного наследия». Они потеряли свою функцию, стали приходить в упадок и разрушаться, были несчастные случаи. Города потихоньку разбирали крепости, спрашивая при этом разрешение у начальства, а материалы использовали для нового строительства.
Затем разбирать ветхие крепости разрешил сенат, но позже Александр I выпустил распоряжение о сохранении стен Китай-города и Пскова. Вышел указ, запрещающий разрушать памятники. Увеличилось кол-во археологических раскопок, памятники помогали формировать идеи национального государства, власти искали национальные идеи в архитектуре.
Бум реставрации начался во второй половине 19 в. и в Российской империи, и в Европе. В Британии консервация была популярнее реставрации, там много сохранившихся руин. В России руина всегда воспринималась как неудача, а успехом до сих пор считается полное восстановление здания. Консервация применяется только для сохранения здания до реставрации.
В Российской империи охраной памятников (археологией) занималась императорская археологическая комиссия. Они инициировали проект госохраны памятников, но он не был принят. В 1900-е гг. власти стремились перенять европейскую практику сохранения и придумали закон об охране. Но интересы частных владельцев помешали принять его (большинство памятников были частными). Поэтому до революции не было закона о сохранении, а только указы и упоминания в строительном уставе.
Первый закон появился в 1924 г., и в нем был прообраз зон охраны памятников. Затем произошел отказ от прошлого, государство перестало выполнять закон, памятники активно сносились.
После Первой мировой войны в Европе появилась комиссия по памятникам и международный музейный офис. В 1931 г. на конференции в Афинах эксперты создали первый международный документ по сохранению архитектуры (приоритет консервации и важность окружения «исторических памятников»).
Старый мир разрушался, возникло два противоположных вектора: консерваторы, которые переходили от единичных памятников к сохранению среды, и контрдвижение модернистов за современность (Афинская хартия модернистов в 1933 г.). Они настаивали, что окружение нужно разрушить и сохранить отдельные памятники. Городу нужны зеленые зоны, а не трущобы.
После масштабных разрушений и утраты целых городов во время Второй мировой войны архитекторы и власти искали способы их восстановить. Вместо консервации они использовали реконструкцию и воссоздание (Варшава, Петербург). Архитекторы стали применять их всюду, даже когда разумнее было использовать консервацию.
В 1945 г. возникло ЮНЕСКО. Один из первых документов – конвенция по защите культурных ценностей при вооруженном конфликте (до сих пор актуальна). В 1964 г. появилась Венецианская хартия, а затем ИКОМОС. Чезаре Бранди, вдохновитель Венецианской хартии,называл реставрацию исключительной мерой. Она должна быть основана на подлинности материалов, достоверности документов и значимости всех наслоений. Единство стиля не является её целью.
В 1960-е г. в мире фокус смещается от сохранения памятников к сохранению среды. В России появляются охранные и заповедные зоны. В это же время аналог охранных зон возникает в Британии. В 1972 г. появляется Конвенция о всемирном наследии ЮНЕСКО. Организация проводит компании, когда необходимо наднациональное вмешательство (спасение памятников долины Нил в Египте, помощь Венеции и Флоренции во время наводнения). Появляются первые списки всемирного наследия.
#механизмы #теориянаследия | 8 503 |
| 20 | Journal of Urban History – 50 лет
По мнению городских историков, Journal of Urban History является ведущим мировым журналом в области исторической урбанистики, задающим тон историческим исследованиям городов и урбанизации. В отличие от кембриджского Urban History и торонтовского Urban History Review, он вроде бы больше других освободился от национального нарратива, привлекая к публикациям не только историков, но и географов, социологов, архитекторов, дизайнеров и тд. В свое время развитие этого журнала показал Сергей Баканов в статье «Urban History» и тренды конъюнктуры: опыт количественного изучения глобальной историографии.
В 2024 году Journal of Urban History отмечает 50 лет. В декабре уже вышел юбилейный номер за январь 2024 г. В предисловии к нему один из основателей журнала Блейн Браунелл вспоминает, что первые редакторы сразу заявили об открытости к различным методологиям и исследованиям городов во все периоды человеческой истории и во всех регионах мира. Задача была публиковать статьи, которые предлагали бы новые идеи и интерпретации, являлись бы аналитическими, а не чисто описательными. Кажется, что журналу это удается и по сей день. Юбилейный выпуск не стал исключением.
Специальная тема номера посвящалась проблематике воспроизводства пространства в период больших кризисов. Как отметили приглашенные редакторы Ассаф Монд Хаварди и Инбал Офер, целью авторов было выявить структуру пространства, которая не просто отражает и содержит, а продуцирует различные формы властных отношений. При этом особый интерес представляли подобные структуры в экстремальных и быстро меняющихся условиях.
Считая первоначально, что периоды острых политических или социально-экономических потрясений требуют переосмысления и реорганизации пространства, в конечном итоге авторы номера пришли к противоположенному выводу: пространственные практики и логики остаются достаточно устойчивыми в эпоху серьезных сдвигов в культуре, морали и идеологии.
P. S. В комментах прикрепляем статьи из спецподборки юбилейного выпуска (да-да, пиратим 🤫) | 369 |
