чтец Сергий Федоров

Меня интересует, не препятствует ли сам по себе половой акт (даже в рамках освящённого Церковью брака) истинной любви. Мне кажется, что истинная любовь в своём глубочайшем смысле — это не просто чувство и не влечение чувственности, а нечто, предполагающее обуздание страстей и преодоление эгоизма. Она коренным образом отличается от полового желания: там, где желание стремится обладать, присвоить себе то, что находится вне человека, ради эгоистических целей, истинная любовь стремится отдавать себя. Итак, как православное богословие примиряет эти два начала — любовь и половое желание, — которые, казалось бы, взаимно исключают друг друга? Отвечает чтец Сергий Федоров, магистр богословия: Нет, интимные отношения сами по себе не противоречат и не препятствуют истинной любви. Многое здесь определяется в каком контексте они происходят и что выражают. В Основах социальной концепции Русской Православной Церкви есть ответ на Ваш вопрос:

Осуждая порнографию и блуд, Церковь отнюдь не призывает гнушаться телом или половой близостью как таковыми, ибо телесные отношения мужчины и женщины благословлены Богом в браке, где они становятся источником продолжения человеческого рода и выражают целомудренную любовь, полную общность, «единомыслие душ и телес» супругов, о котором Церковь молится в чине брачного венчания. Напротив, осуждения заслуживает превращение этих чистых и достойных по замыслу Божию отношений, а также самого человеческого тела в предмет унизительной эксплуатации и торговли, предназначенный для извлечения эгоистического, безличного, безлюбовного и извращенного удовлетворения. По этой же причине Церковь неизменно осуждает проституцию и проповедь так называемой свободной любви, совершенно отделяющей телесную близость от личностной и духовной общности, от жертвенности и всецелой ответственности друг за друга, которые осуществимы лишь в пожизненной брачной верности.

Таким образом, Церковь утверждает, что интимные отношения в браке не только могут, но и должны быть одним из способов выражения любви. Во многом поэтому такие отношения являются греховными вне брака, поскольку вне его они не могут стать подлинным выражением любви между мужчиной и женщиной. Когда Вы говорите о том, что «желание стремится обладать, присвоить себе то, что находится вне человека, ради эгоистических целей, истинная любовь стремится отдавать себя», Вы отчасти правы, отчасти кое-что упускаете. Правы в том, что телесные отношения действительно могут и часто бывают эгоистичными, мотивированными лишь желанием самоудовлетворения. Церковь утверждает, что так быть не должно:

Сексуальная любовь в браке должна быть целомудренной и чистой, чуждой непотребства, разврата, насилия и самоудовлетворения (Суждения Священного Синода Православной Церкви в Америке о браке, семье, сексуальности и святости жизни).

Но Вы не учитываете то, что истинная любовь может не только отдавать, но и с благодарностью, радостью и удовольствием принимать ответный дар. Поэтому проблема возникает не тогда, когда телесные отношения приносят супругам удовольствие и удовлетворение (было бы странно считать, что они не должны их приносить), а тогда, когда удовольствие получает только кто-то один, а другой выступает лишь как средство для получения этого удовольствия, либо тогда, когда для обоих удовольствие становится самоцелью, хотя целью должны быть любовь и единение, а удовольствие сопутствует этому. То есть телесные отношения в браке нужно рассматривать как особый способ общения, язык любви, а не просто как способ удовлетворения своего сексуального желания. Вы пишете, что "истинная любовь в своём глубочайшем смысле — это не просто чувство и не влечение чувственности, а нечто, предполагающее обуздание страстей и преодоление эгоизма". Да, такая любовь не сводится к чувствам и влечениям чувственности, но и не исключает их. Кроме того, супружеский акт - это конкретные действия, а не просто чувство. И здесь действительно есть место для преодоления эгоизма, в смысле заботы лишь о собственном удовлетворении, о чем я писал выше. Если мужчина и женщина сводят свои отношения к получению удовольствия друг от друга в постели, то это создает проблемы. Но в норме их отношения к этому не сводятся (в семейной жизни есть много других поводов и способов проявлять любовь, а в некоторые моменты проявлением любви будет добровольно отказаться от вступления в интимные отношения), а их супружеский акт - это нечто большее, чем получение удовольствия. Можно привести такую аналогию. Когда кто-нибудь из членов семьи печет вкусный пирог, потом угощает им всю семью и сам присоединяется к столу, это нормально. Что здесь является целью: получение вкусовых удовольствий от поедания пирога или все же радость семейного общения, в которую включена совместная трапеза? Если первое, то это будет то самое «мимолётное наслаждение, за которым следует пустота». Прожевал кусок пирога, проглотил, переварил и все. Если второе, то это про любовь и общение, которое делает особенно приятным то, что кто-то постарался и приготовил вкусный пирог. Нечто подобное можно сказать и о супружеских отношениях. Если не ставить наслаждение самоцелью (что не отменяет его важности), то они могут выражать целомудренную любовь, полную общность, «единомыслие душ и телес» супругов. #ответынавопросы #брак #отношения