ТерапияКиноПутешествия 🎬

На этой неделе есть 2 окна для сессий. А в воскресенье встречаемся на Кухне.

А фильм сегодня хорошо будет посмотреть этот. Шахтер решает вырастить троих детей женщины, которую любил.

Папа, ты когда показываешь как не надо. Это тоже, на самом деле, хорошо. Но когда показываешь как надо - это вообще ураган, улет !

Почему я плакала почти на каждой сцене документального фильма Павла Лунгина «Четыре жизни Петра Мамонова»? Думаю об этом со вчерашнего дня. Потому что там была жизнь. Не идеальная, не безопасная, не прошедшая предварительную проверку на правильность. Жизнь с бунтом, безумием, верой, творчеством, любовью и огромным количеством неизвестности. И на её фоне особенно остро почувствовалось, как мало мы сегодня, кажется, себе позволяем. Мы бесконечно рефлексируем, анализируем отношения, изучаем привязанности, выстраиваем границы, ищем экспертные ответы на вопрос, как правильно жить. Заботимся о теле, реставрируем зубы, колем ботокс, создаём хорошие версии себя для социальных сетей. Всё это нормально. Но когда жизнь превращается в бесконечный проект по улучшению себя, где в ней остаётся место для самой жизни? Мы хотим все знать и не выдерживаем неизвестности совсем. Мы лезем в гугл, у нас ии агенты. Мы так заняты собой, что почти не оставляем места другому. У людей совсем мало места для любви. Обижаемся, делим счета, боимся ошибиться, просчитываем риски. Хотим отношений, в которых никто не причинит нам боли, и карьеры, в которой не придётся столкнуться с неопределённостью. Мы всё знаем о психологической безопасности, но где наша смелость? Где способность рисковать? Где желание пробивать стены головой, создавать то, чего ещё нет, идти за тем, что невозможно гарантировать? В фильме есть четыре ипостаси Мамонова: музыкант, бродяга, артист, старец. Четыре жизни, в которых человек не помещается ни в одну характеристику. Меня поразила его внутренняя свобода ! Он не сверяется с воображаемым наблюдателем, прежде чем быть собой. А мы теперь сверяемся с воображаемым подписчиком. И отдельная история — Ольга, его жена. Для меня это образ любви, которая становится пространством и ресурсом для огромной, сложной, не всегда удобной личности. Не переделывает её под себя, а позволяет ей быть. Сколько принятия. Это не про обязанность женщины спасать мужчину. Это про редкую возможность быть рядом так, чтобы у другого оставалось пространство для собственной жизни. Конечно, раньше тоже боялись, страдали и разрушали друг друга. И дело не в том, что прошлое было лучше. Но, возможно, мы действительно переживаем эпоху, в которой рефлексии стало больше, чем непосредственного опыта, а заботы о себе больше, чем готовности выйти за пределы себя и рискнуть. Я плакала не по чужой эпохе. Я плакала по какой-то настоящей жизни, которую узнала в этом фильме. Я плакала по себе смелой, несовершенной, абсолютно дурной. По этой смелости быть несовершенным, по любви, по творчеству, по способности идти туда, где нет гарантий. Я так увлеклась созданием хорошей версии собственной жизни, что у меня стало меньше самой жизни? И это диагноз нашей эпохи. После этого фильма хочется не столько что-то понять о себе, сколько меньше себя контролировать. А вы чувствуете, что сегодня мы больше работаем над жизнью, чем живём её?

Перед фильмом играли «Звуки Му» , группа, которую создал Мамонов. И это оказалось идеальным началом. Его собственные тексты-отражение историй, абсурд, нерв, поиск, за которыми уже тогда проступало что-то гораздо большее, чем рок-н-ролл. Кажется, это один из лучших фильмов, которые я видела. Документальная работа Павла Лунгина невероятно мощное, живое и пронзительное кино. Четыре жизни Мамонова: музыкант, бродяга, артист, старец. Четыре состояния одного человека, в котором помещаются бунт и вера, безумие и мудрость, тьма и свет. И никакой попытки свести его к одной характеристике, объяснить или окончательно определить. Пришло почему -то сравнение Мамонова с Роберто Бениньи и внешнее, и масштаб личности, в которой персонаж неотделим от человека. Когда искусство не маскирует внутренний мир, а становится его продолжением. Особенно запомнился эпизод уже после фильма, когда журналист спросил Лунгина, как возникла идея фильма. «Это самый глупый вопрос», — ответил он. Идея просто возникла. В этом, кажется, целое мировоззрение. Мы так привыкли искать причины, выстраивать объяснения, ставить себя в центр событий, будто всё происходящее должно иметь понятную нам логику. А жизнь просто происходит. И лишь спустя время мы можем увидеть в ней линии, связи и смысл, которых не замечали изнутри. Фильм снят уже после смерти Мамонова. И в этом особая пронзительность. Человек ушёл, но его жизнь продолжается в свидетельствах, в искусстве, в нас. Ещё меня тронул сам Лунгин, признанный режиссёр, которому всё равно приходится искать деньги на кино, потому что идея не отпускает. Потому что живое требует воплощения. Я плакала почти на каждой сцене. И вдруг всё, что ещё недавно занимало мои мысли, стало таким маленьким. Не потому, что это неважно, а потому, что существует нечто большее. Для меня в этом случилась кинотерапия. Фильм вытащил из собственного внутреннего шума, дал почувствовать масштаб жизни. То, что живое, ищет путь. Не всё можно объяснить. Не всё нужно контролировать. Иногда остаётся только свидетельствовать, и быть благодарным за то, что такие люди, такие авторы и такие фильмы у нас есть. И за свет, который продолжает жить в нас после встречи с ними. Фильм заканчивается, а внутри тебя что - то большее начинается.

Это один из лучших фильмов, которые я видела вообще.

«Человек - это луч , есть начало, нет конца» из к/ф 4 жизни Павла Лунгина

«Человек - это луч , есть начало, нет конца» из к/ф 4 жизни Павла Лунгина

Перед показом играет группа «Отзвуки Му» - советская и российская рок-группа, созданная в начале 1980-х годов Петром Мамоновым.

Павел Лунгин представляет фильм и начинает с тех, кто дал денег на это кино.

О ПЕТРЕ МАМОНОВЕ Петр Мамонов (1951–2021) — легендарный советский и российский музыкант, поэт, актер театра и кино, создатель культовой рок-группы «Звуки Му». Его творческий путь длиной почти в сорок лет стал уникальным явлением для отечественной культуры. Мамонов сочетал в себе черты эпатажного юродивого, гениального трикстера и глубокого христианского философа.  Петр Мамонов родился 14 апреля 1951 года в Москве. Вырос в Большом Каретном переулке в интеллигентной творческой семье. С юности Мамонов был эксцентричным лидером московских неформалов. Он сменил десятки рабочих профессий: от грузчика до лифтёра и переводчика с английского языка.  В начале 80хх годов Мамонов создал рок-группу «Звуки Му», которая перевернула представление о советском андеграунде. Коллектив гастролировал по Европе и США, а их альбом продюсировал легендарный Брайан Ино. Британский музыкант был потрясен харизмой лидера группы, отмечая, что «видит в Мамонове какой-то очень древний архетип».  Мамонов дебютировал в кино в 1988 году, сыграв культовую роль неформала-хирурга в фильме Рашида Нугманова «Игла» с Виктором Цоем. В 1990 году он сыграл главную роль в дебютном фильме Павла Лунгина «Такси-блюз», который впоследствии получил приз за лучшую режиссуру на Каннском кинофестивале и прославил актера и режиссера в Европе. В 1990-х годах Мамонов ставил моноспектакли на сцене Московского драматического театра им. К.С. Станиславского. В середине 1990-х пережил глубокий внутренний кризис, распустил группу и уехал жить в глухую деревню Ефаново. Там он обратился к православию и кардинально изменил образ жизни.  В 2006 году Мамонов вернулся в кино, чтобы сыграть роль старца Анатолия в драме «Остров» Павла Лунгина. Эта работа принесла ему премии «Ника» и «Золотой орел», а также всенародное признание как глубокого драматического актера.  Позже, в 2009, вышла историческая драма «Царь», где Мамонов воплотил на экране образ Ивана Грозного. Избранная фильмография:  «Игла» (реж. Рашид Нугманов, 1988 год); «Такси-блюз» (реж. Павел Лунгин, 1990 год); «Нога» (реж. Никита Тягунов, 1991 год);  «Время печали еще не пришло» (реж. Сергей Сельянов, 1995 год); «Пыль» (реж. Сергей Лобан, 2005 год) «Царь» (реж. Павел Лунгин, 2009 год); «Игла Remix» (реж. Рашид Нугманов, 2010 год) «Шапито Шоу» (реж. Сергей Лобан, 2011 год)

Обрести контроль будет дороже. В практике встречаются два типа клиентов, назову условно. «Держащие фасад» — контролирующие: дисциплина, правила, стабильный доход. «Живущие импульсом» — бесконтрольные: эмоции, спонтанность, финансовые качели. Парадокс вот в чем , первым в терапии нужно «раскачаться» и начать жить по-своему, и ресурс у них на это обычно есть. Наука подтверждает, добросовестность и эмоциональная стабильность предсказывают и уровень дохода, и траекторию его роста . «Правильные» действительно имеют более прочную базу. Но клиническая картина сложнее. Контролирующие часто интернализаторы: внешне собраны, внутри истощены тревогой и самокритикой . Бесконтрольные не обязательно клинические экстернализаторы, но их «разобранность» - отсутствие структуры, которая выдерживает последствия их выборов . В «Умнице Уилле Хантинге» герой проходит терапию, имея интеллектуальный и социальный ресурс. В «Сопрано» Тони оплачивает сеансы из криминальных доходов. В терапии отпустить контроль легче и быстрее и дешевле , чем наработать его. Снять броню с контролирующего клиента , это работа на месяцы: вернуть контакт с желаниями, разрешить себе не быть идеальным. А научить бесконтрольного выстраивать структуру, это работа на годы: формирование опоры, навыков, устойчивости. Поэтому терапия для «держащих фасад» — это чаще разрешение, а для «живущих импульсом» строительство. И это разная цена, разное время, разный результат. А вам что нужно сейчас ? Снять контроль или его обрести ?