🆎 А.Бугаев

Добавлю, три города из списка выше тоже носят имена, которых не должно быть на карте России. Ульяновск, Маркс, Киров. И не только они, конечно, список куда больше. Надеюсь, мы освободимся от этого морока.

АВГУСТ БЕБЕЛЬ: германский марксист, не имевший никакого отношения к России Имя Фердинанда Августа Бебеля (1840–1913) — немецкого марксиста, одного из основателей социал-демократической партии Германии «украшает» улицы многих русских городов. Этот человек, высоко ценимый Марксом, никогда не был в России, относился к нашей стране крайне плохо и появился у нас в названиях только по воле советской партийной власти. Происходил из семьи прусского унтер-офицера. Учился токарному делу. Заинтересовавшись марксизмом стал известным революционером: — организовал радикально-демократическую Саксонскую народную партию; — один из лидеров социал-демократической партии Германии; — во время войны с Францией был осуждён за государственную измену и за оскорбление монарха; — активно выступал с поддержкой Парижской коммуны; — за свою революционную деятельность провёл 6 лет в тюрьме, по нескольким срокам; — один из создателей Второго Интернационала; — один из первых политиков публично защищавший права гомосексуалистов и женский феминизм. Август Бебель был воинствующих атеистом и отзывался о христианстве, крайне отрицательно: «являюсь противником не только католицизма, но и всякой религии вообще… устранение его, с точки зрения прогресса человечества, становится все большей и большей необходимостью». Считал христианство «религией ненависти, преследований и притеснений». Интересно, что как марксист Август Бебель категорически отрицал всякую похожесть христианства и социализма. В письме к одному священнику, он писал: «Итак, я совершенно не могу согласиться с Вашим мнением, будто христианство стремится к той же цели, что и социализм. Христианство и социализм противостоят друг другу, как огонь и вода». Мнение весьма авторитетное и аутентично социалистическое. Август Бебель известен так же радикально феминистской книгой «Женщина и социализм». В ней он крайне отрицательно относился к институту брака, считая его «более или менее принуждением». Он утверждал, что: «Полная эмансипация женщины и ее равенство с мужчиной являются одной из целей нашего культурного развития… Но она возможна лишь на основе переворота, который уничтожает господство человека над человеком, следовательно, и капиталиста над рабочим. Только тогда человечество достигнет своего высшего развития. Тогда наконец придет «золотой век», о котором люди мечтали и к которому они стремились в течение тысячелетий. Классовое господство исчезнет навсегда, а вместе с ним придет конец и господству мужчины над женщиной». Советская власть высоко ценила немецкого марксиста и назвала именем Августа Бебеля улицы в следующих городах: Москва (1,2 и 3 улицы), Тверь, Красногорск, Ульяновск, Екатеринбург, Чистополь, Маркс, Оренбург, Юхнов, Астрахань, Ростов-на-Дону, Киров, Спас-Клепиках. В реальности Бебель не имеет никаких заслуг перед Россией и улицы в наших городах не должны носить его имя.

Сегодня десять лет указу о продовольственных контрсанкциях. Многие могут помнить вой, который тогда поднялся по хамону с пармезаном, и заодно по скорому неизбежному голоду в целом. Сельхозпроизводство за эти десять лет выросло на треть. Экспорт продовольствия - в разы, почти до 45 миллиардов долларов. Обещанный светлыми людьми голод принял такие масштабы, что по каждой и любой категории продуктов, когда идешь в магазин, лучше на его пороге понимать, что собираешься брать конкретно, иначе выбирать замучаешься. И выбирать, за весьма нечастыми исключениями, именно из отечественного. Кто застал в сознательном возрасте магазинные полки восьмидесятых, тот особенно хорошо понимает, дистанция какого размера в этом вопросе пройдена при жизни одного поколения.

Под впечатлением от открытия Олимпийских игр во Франции впомнилась запись из дневника фон Лампе о Германии:

18,19 июня [1927 год] Берлин – был у меня Шкуро и рассказал забавное с ним происшествие. После ужина поехали они компанией в три человека в «Эльдарадо» – кафе, что против «Скала» – пришли, всё шикарно, на всех столах шампанское и женщины непривычно для немок нарядны и интересны – в результате к ним подсели три, и Шкуро увлекся своей, целовал её и её руки... интересна она была безусловно и порешили ехать все 6 на квартиру к «цацам»... перед самым отъездом Шкуро оказался несколько предпреимчивее, чем в начале и... ощутил, что его «дама» – мужчина... он вспылил и «дамы» немедленно исчезли... оказалось, что всё кафе таково!

#дорогойдневник

На днях услышал в интервью иноагента Вахштайна анекдот: "Мальчик, у тебя какая нога болит, левая или ультраправая?"

🇬🇧☠️«Как Британия игнорировала свой этнический конфликт»: лонгрид британского издания UnHerd о том, что вспыхнувшие в Королевстве антимигрантские бунты стали ответом на лицемерную межнациональную политику Лондона. В 2017 году сразу после теракта в Манчестере, когда мигрант-смертник убил 23 человека (в основном детей-подростков) на концерте певицы Арианы Гранде, британские власти применили политику «контролируемой спонтанности» (controlled spontaneity). Были организованы спланированные акции гражданской солидарности: активисты раздавали цветы, мусульманские и христианские священники проводили совместные публичные молитвы, селебрити говорили на камеру об опасности «ультраправого экстремизма». Нечто похожее мы наблюдали после резни в «Крокусе», когда в инфополе прикладывались титанические усилия, чтобы умолчать национальность и вероисповедание террористов, сосредоточившись вместо этого на «многонациональном единстве» и угрозе «русского фашизма» (см. скандальное выступление Тимура Юнусова). Однако после недавнего теракта в Саутпорте политика «контролируемой спонтанности» дала сбой. Когда премьер Кир Стармер прибыл на место трагедии, местные жители набросились на него c обвинениями в неспособности обеспечить безопасность британского народа. Понятно, что обвинения были адресованы не лично Стармеру, который стал премьером месяц назад, а всему политическому истеблишменту. Еще одно отличие от предыдущих массовых выступлений – впервые за долгое время движущей силой протеста стали не приезжие футбольные фанаты (вернее не только они), а простые «обывалы» из числа местных жителей, которые давали ожесточенный отпор полиции и громили мигрантские забегаловки. Однако либеральный истеблишмент не стал вникать в мотивы протестующих, а привычно сосредоточился на поиске «деструктивного влияния» извне – главным образом в лице Найджела Фараджа и Владимира Путина. Меж тем подлинным катализатором вспыхнувших бунтов стали неожиданные для британского общества массовые пропалестинские выступления. Грубо говоря, англичане, шотландцы и ирландцы воочию убедились, сколько вокруг них людей, чьи ценности и мировоззрение никак не совпадают с core values Королевства. Это самые настоящие ЧУЖАКИ, которых с каждым годом становится всё больше. Столкновение с реальностью усилилось на минувших парламентских выборах, когда мигранты стали массово избираться депутатами и мэрами муниципалитетов, причем эксплуатируя именно миграционную тему («мы здесь власть! Аллаху Акбар!»). Начался (а точнее ускорился) процесс политического самоопределения мигрантов не как части единой британской нации, но как параллельной этноконфессиональной сущности, теперь еще и с собственными политическими амбициями. У британского общества это вызвало встречную реакцию, олицетворением которой стало сенсационное избрание в парламент Найджела Фараджа, чья «Партия реформ» позиционирует себя партией англичан, а не «многонациональных англоговорящих британцев». Все эти тектонические процессы происходили под нескончаемые рулады о дружном многонациональном российском британском народе. Казалось бы, что может пойти не так? Выводы у статьи грустные: таких бунтов в Великобритании будет всё больше, а в какой-то момент они станут нормой (как стал нормой пресловутый knife crime). Власть ответит на это закручиванием гаек – но не в миграционной политике, а во внутренней, надзорной. Будет больше камер, больше прослушки, больше борьбы с «английским фашизмом» - и меньше свобод. «Такова природа большинства постколониальных обществ, и отныне она стала нашей природой». Повторяет ли «консервативная» Россия путь «либеральной» Великобритании? Пусть каждый решает сам.

Как говорится, найдите десять отличий.

Очень важный текст Дмитрия Дробницкого. Он уже несколько лет говорит и пишет о том, что отличает нынешнюю ситуацию в США от всех предшествующих десятилетий. Там нет субъекта, определяющего политику и отвечающего за неё. Есть борьба кланов и есть некая равнодействующая, но нет того, с кем можно договариваться и кто отвечал бы за выполнение договорённостей. Они там внутри себя не могут договориться. Нужно понять простую мысль: можно подписывать любые тексты на любых бумагах, они не будут работать, потому что нет того, кто отвечает за выполнение и сможет его обеспечить. Даже не потому, что мы не верим в его честность. Просто бессмысленно говорить про честность равнодействующей силы или про её договороспособность. Поэтому беспочвенны всякие надежды на "корейскую ничью".

Во-вторых, те самые политические спонсоры, лоббисты и прочие группы интересов, действительно имеют свои цели и представления о том, как всё должно развиваться на Украине (а также на Ближнем Востоке и в так называемом индо-тихоокеанском регионе), но развитие событий вокруг Израиля и его противников показывает, что следование хотелкам этих групп интересов приводит лишь к постоянно углубляющемуся кризисам и катастрофам. Поэтому если политический класс США сохранит хоть в какой-то степени свою монополию на политические решения, он эти хотелки вынужден будет существенно умерить. А если не сохранит, то и говорить не с кем и не о чем. В первом случае политический класс займётся внутренним гражданским конфликтом и контролируемым отступлением из Европы. Надо бы, чтобы со всего нашего континента, но именно поэтому и идёт конфликт на Украине. Во втором случае на фоне гражданского конфликта продолжится бессистемное, но оттого не менее опасное разжигание конфликтов по всей Евразии. И самый горячий из этих конфликтов сейчас проходит на Украине. В-третьих, как нет (или почти нет) внешней политики США, так нет и евроатлантического единства или союзничества. Так называемые европейские союзники уже даже не стесняются того, что у них нет политической субъектности. В Европе почти нет политиков, есть лишь менеджеры, управляемые из Вашингтона. В условиях. когда это управление разваливается, действия менеджеров становятся беспорядочными и довольно опасными. Поэтому никому не нужна интеграция киевского режима в НАТО или ЕС. Нужно лишь разместить военную инфраструктуру США на Чёрном море и обеспечить продолжение войны с Россией. И это не проблема Европы. Потому что и Европы тоже нет. Наконец, целью России является не только победа на Украине (в этом году, через три года или пять лет), но и построение безамериканского мира. Прежде всего, в Евразии. Договориться с Вашингтоном можно лишь о границе между американским и безамериканским мирами, но договорённости можно достичь только с теми, кто (А) победит в той сваре, которая сейчас идёт в США и (Б) кто вследствие такой победы признает существование и полную автономность безамериканского мира. Но такая автономность безамериканского мира возможна только в том случае, если мы не будем принимать идеологемы Демпартии США как нечто имеющее силу закона природы и перестанем делать вид, что с разумом политиков (и групп влияния) за Атлантикой всё в порядке. Возможно, Байден — самый разумный из всех в Вашингтоне. И это не смешно.

🇺🇸🇺🇦🔥🇷🇺🗳 ЛАВИРОВАНИЕ ВОКРУГ ПЕРЕГОВОРОВ И ПЕРЕМИРИЯ НА ФОНЕ ВЫБОРОВ В США Как остатки внешнеполитического истеблишмента США пытаются убедить всех, что с ними можно договориться. Хоть о чём-то В начале этого рассуждения позвольте дать ссылку на статью в издании Politico с заголовком "Украина может вздохнуть с облегчением — независимо от того, победит Трамп или Харрис". Подзаголовок: "Что бы ни случилось в ноябре, подход следующего президента к войне России на Украине будет определять более широкую роль Америки в мире". Автор — Мэтью Камински. Он руководящий редактор издания, был редактором-основателем журнала POLITICO Europe, который был запущен в 2015 году. Ранее он работал в Financial Times и Wall Street Journal. В качестве мест его базирования указываются Брюссель, Париж, Нью-Йорк и... Киев. Суть довольно долгой и путанной статьи сводится к тому, что, что бы ни говорил Трамп и даже Вэнс, в отношении Украины ему придется принимать советы внешнеполитических профессионалов и лоббистов, так что полное игнорирование Украины и, в связи с этим, интересов союзников в Европе вряд ли возможно. Так что да, попытка заключить мир будет, но не через прекращение помощи Киеву. С другой стороны, Камала Харрис будет действовать не совсем так, как Байден. Помощь Украине, возможно, даже усилится, так что некоторое выправление ситуации на поле боя в пользу Киева вполне возможно. И тогда будут возможны новые переговоры с Россией. Украине придется уступить территории, но остальные её части надо будет взять в евроатлантические структуры. Нечто подобное я также читал и у нас в стране. Мол, переговоры вот-вот состоятся, и это хорошо, потому что Украина будет теперь проблемой Европы, а Трамп и Харрис в равной степени будут менее осторожны в своих действиях и даже более настроены противостоять России, в том числе, на Украине. Оставляя за скобками все обременения, которые несёт с собой "корейский вариант" на Украине и вообще любой мир без изменения вектора Украины и смены режима там (например, оставление у границ России агрессивного образования, вооруженного Западом до зубов), хочу указать на важные аспекты чисто американского содержания. Все рассуждения как западных, так и наших аналитиков по теме "договоренностей с истеблишментом США" основаны на неверном тезисе о субъектности, профессионализме и единстве того, что осталось от этого самого истеблишмента. Кроме того, неявным образом делается предположение, что "нежелание Европы принимать в свои объятия Киев" носит настолько выраженный культурно-политический характер, что Украину в полной мере в НАТО не возьмут. Тем более в ЕС, который трещит по всем швам. Ещё раз повторю, этот тезис неверен. Во-первых, внешнеполитический истеблишмент США формально существует, но свою субъектность, влияние и единство он утратил. Да, Клинтоны, поддержав быструю замену Байдена на Харрис, надеются установить контроль над госдепартаментом, Пентагоном и другими ведомствами. Тут на первый план выходят Джейк Салливан и Уильям Бёрнс, однако у них нет единого плана, единой стратегии того, что делать в реальных условиях, сложившихся в мире. Как верно недавно отметил Джеффри Сакс, у США больше нет внешней политики.

«Мы, марксисты, всегда стояли и стоим за революционную войну против контрреволюционных народов».

(Ленин, «Крах Второго Интернационала», 1915.)

129 лет назад, 5 августа 1895 года в Лондоне умер Фридрих Энгельс, друг и соратник Карла Маркса. В официальной советской идеологии Маркс, Энгельс, Ленин составляли канонизированную троицу великих основоположников единственно верного учения - марксизма-ленинизма. Мы в школе и университете изучали тексты Маркса и Энгельса по философии, политэкономии и "научному коммунизму". Но некоторые их тексты нам не задавали читать. В частности, тексты, где основоположники высказывались по национальному вопросу. А тексты занятные, хоть и написаны в середине позапрошлого века, но чем-то напоминают выступления одного австрийского художника первой половины 20 века, а другие и вовсе смотрятся современно.

"Среди всех больших и малых наций Австрии только три были носительницами прогресса, активно воздействовали на историю и ещё теперь сохранили жизнеспособность; это — немцы, поляки, мадьяры. Поэтому они теперь революционны. Миссия всех других крупных и мелких племен заключается, прежде всего, в том, чтобы погибнуть в революционной мировой буре. И потому-то они теперь контрреволюционны При первом же победоносном восстании французского пролетариата..., австрийские немцы и мадьяры освободятся и кровавой местью отплатят славянским народам. Всеобщая война, которая тогда вспыхнет, рассеет этот славянский Зондербунд и сотрет с лица земли даже имя этих упрямых маленьких наций. В ближайшей мировой войне с лица земли исчезнут не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы. И это тоже будет прогрессом"

Энгельс, «Борьба мадьяр» Новая Рейнская газета, 13.01.1849

Речь идет не о братском союзе всех европейских народов..., а о союзе революционных народов против контрреволюционных, союзе, который может быть осуществлен не на бумаге, а только на поле сражения. ...Единственное, в чем можно упрекнуть мадьяр, —это в излишней уступчивости по отношению к нации [хорватов], по самой природе своей контрреволюционной. ….Немцы дали себе труд цивилизовать упрямых чехов и словенцев, ввести у них торговлю и промышленность, более или менее сносное земледелие и культуру… Чехам, хорватам и русским обеспечены ненависть всей Европы и кровавая революционная война Запада против них… На сентиментальные фразы о братстве, обращаемые к нам от имени самых контрреволюционных наций Европы, мы отвечаем: ненависть к русским была и продолжает еще быть у немцев их первой революционной страстью; со времени революции к этому прибавилась ненависть к чехам и хорватам, и только при помощи самого решительного терроризма против этих славянских народов [чехов и хорватов] можем мы совместно с поляками и мадьярами оградить революцию от опасности. …тогда борьба, «беспощадная борьба не на жизнь, а на смерть» со славянством, предающим революцию, борьба на уничтожение и беспощадный терроризм — не в интересах Германии, а в интересах революции!

(Энгельс, «Демократический панславизм», Новая Рейнская газета, 14-16.02.1849)

"…Эта великолепная территория [Балканы] имеет несчастье быть населенной конгломератом различных рас и национальностей, о которых трудно сказать, какая из них наиболее неспособна к прогрессу и цивилизации…"

(Маркс, «Британская политика», Нью-Йорк Уикли Трибьюн, 9.04.1853)

"Никакая революция в Западной Европе не может окончательно победить, пока поблизости существует современное российское государство. Германия же — ближайший его сосед, на Германию, стало быть, обрушится первый натиск армий русской реакции. Падение русского царизма, уничтожение Российской империи является, стало быть, одним из первых условий окончательной победы немецкого пролетариата"

(Энгельс, «О социальном вопросе в России», 1875)

"С 24 февраля нам было ясно, что революция имеет только одного действительно страшного врага - Россию и что для этого врага необходимость вступить в борьбу становится все более настоятельной, по мере того как движение приобретает общеевропейский размах"

(Энгельс, "Marx and the Neue Rheinische Zeitung (1848-49)". Der Sozialdemokrat» № 11, 13 марта 1884)

в связи с темой упрощения напомню мои старые тексты с рассуждением о том, что абсолютная точность невозможна, а степень требуемой точности может быть определена только исходя из целей описания / измерения. Миф о круглой Земле (рассуждение, начинающееся с вроде бы простого вопроса, какую форму имеет Земля, приводит к тому, что "истинной формы Земли" не существует, т.е. правильный ответ о форме Земли зависит от решаемой задачи). Нечто о пользе стульев (вопрос о количестве предметов в комнате не имеет правильного ответа без заранее определённого критерия, что считать предметом; а это, в свою очередь, зависит от решаемой задачи (то что для одной задачи предмет, для другой просто мусор)).

О необходимой осторожности https://t.me/ossinoe/15330 К сожалению, теперь это действительно необходимо. Хотя привыкнуть трудно. Помню, лет пятнадцать назад в вагоне метро я сделал замечание двум кавказским парням (чеченцы или дагестанцы, не знаю точно), которые сидели напротив и плевали на пол. Меня это возмутило, я им высказал, что здесь так нельзя. Они начали орать на меня и демонстративно плевать ещё сильнее. Тут кто-то из пассажиров нажал кнопку вызова полиции, и абреки выскочили на ближайшей остановке. Тогда я даже не подумал, что в ответ могу получить не ругательства, а нож. Просто в голову не приходило. Теперь знаю, что такая опасность есть и ввязываться не стану. Хотя противно.

Замечание к спорам о Первой мировой войне, политике Николая II, февральской революции, большевиках и т.п. Мы тут в соцсетях, каналах и комментах обмениваемся высказываниями, которые что-то утверждают о мире, об истории, о возможных вариантах развития событий в настоящем и будущем, об опасностях и угрозах. И я почти всегда ощущаю дискомфорт от упрощений, от того, что сложную мысль про сложную реальность приходится высказывать в виде простого тезиса, который эту сложность игнорирует. И ещё осознаю, что та сложность, которую я знаю, намного меньше того, что я мог бы знать, если бы углубился в тему, прочёл побольше книг и т.п. Чтобы аккуратно изложить то, что я уже знаю, чтобы оговорить возможные тонкости и поправки, потребуется не два-три абзаца, а десятки страниц. Разумеется, я их не пишу, а свой тезис упрощаю и заостряю, оставляя только суть мысли (в надежде, что внимательный читатель поймёт остальное). Если идёт спор, то, возможно, и оппонент упрощает свою мысль, и я реагирую не на его мысль (которая у него в голове), а на его упрощение. Но иногда оппоненты настаивают на самом примитивном и буквальном понимании сказанного, без всяких поправок. И точно знать нельзя, можно только предполагать, исходя из строя мыслей оппонента, его интеллектуального уровня, манеры выражаться и т.п. И тут развилка - отвечать ли на упрощённый и неверный тезис своим более верным упрощением, или сразу приводить развёрнутые подробности. В первом случае ты будешь тоже неправ, во втором случае твои трактаты просто не станут читать. Вот воображаемый пример, не про историю. Допустим, собеседник говорит: "отношение длины окружности к диаметру равно 4". Возражать ли, что оно равно не 4, а 3? Ведь среди целых чисел именно 3 ближе всего к значению π. Но не лучше ли написать, что 3.14? А ещё лучше сразу 3.1415926? Или, может, выписать сотню знаков? Но не правильнее ли рассказать про трансцендентность и выписать ряд для arctg(1), который сходится к π/4, и оценить скорость сходимости (она невелика, к сожалению)? Нет, для целей практической дискуссии скорее всего достаточно 3.14. При осознании, что ответ приближённый и при готовности уточнить его, если потребуется.

Последнее, что я хотел бы делать в жизни - это комментировать мысли товарища Лученко. Но она влезла на мою полянку (на картинке). Я немножко медиевист и совсем чуть чуть знаю именно про Средневековую Францию. Я на ней повернут. А тут Рабле, Бахтин, все дела. Итак, поехали. По Бахтину, карнавал, который время "телесного низа", - это две -три недели в году перед Великим постом. То есть народ весь год был добрым христианином, вел себя прилично, и ему надо дать возможность оторваться. Иными словами, прилюдно показывать писю, быть трансвеститом и пи-ором на карнавале имеет смысл только в ситуации, когда господствующая культура другая. Когда вокруг толпы монахов, инквизиция, а Людовик Святой не вылезает из монастырей и идет в Крестовые походы. Если у вас писю показывают 24 на 7, и это становится обязательной программой Европы, то это не карнавал, а приспособленчество к господствующей культуре. Вот было во Франции аббатство Сен Дени. В храмах огромные витражи, внутреннее пространство храма залито светом, храм как бы парит в воздухе. Это революция, потому что до Сен Дени были храмы, похожие на замки с маленькими окошечками, в которых можно отлично обороняться, но представление о Боге немножечко другое. Вот такие вещи называются французская смелость. А не парад самых пи-орасных пиорасов, когда все кругом такие противные. Это называется приспособленчество. Идем дальше, про галльский юмор и самоиронию. Галльский юмор, это когда простая девушка Жанна Д, Арк, отвечая на вопрос инквизитора, хреново говорящего по -французски: "На каком языке говорили архангел Михаил и святые, тебе являвшиеся". Отвечает: "Уж на языке лучше вашего". В современном мире это означает шутки над холокостом и исламом (привет, Шарли Эбдо), или стеб над жителями страны 404, которые все время клянчат бабки. А не отрабатывание либеральной повесточки. Французский юмор и отвага, вместе с раблезианством, это когда Лученко на грантах и в Германии, или где она там сейчас, пишет вот этот пост, а я схожу с ума и в России пишу то, что написала она. Так что не надо нам про Бахтина и карнавал. Пародия на сакральное возможно в стране, где это сакральное преобладает. Например, в Древней Руси или в Средневековой Франции. Карнавал и вызов в современной Франции - это, если бы французы послали жителей страны 404 и пригласили российских спортсменов со словами: "Спорт вне политики", или бы на открытии выступил католический епископ и призвал к нормальным бракам и супружеской верности. А быть клоунами у пи-расов - это повесточка, и Рабле с Бахтиным тут совсем не при чем, как и средневековая культура. Учите матчасть, товарищ Лученко.

Непосредственный повод, т.е. пресловутое открытие пресловутой олимпиады, уже все обсудили несколько дней назад. Но стоит знать те аргументы про карнавализацию, что звучали со стороны защитников непотребства. Потому что мы слышим это не впервые, и каждый раз говорят: вы ханжи и фарисеи, вы ничего не понимаете, это не оскорбление и не кощунство, а карнавализация, читайте Бахтина. Так вот, стоит понимать, в чем тут лукавство (это если мягко). Об этом перепост. ⬇️

Вариант не вступать и отсидеться - провальный. В таком случае Германия сначала разбивает Францию, а потом всем силами обрушивается на Россию. В реальной истории наступление России в Восточной Пруссии спасло Францию (Германия была вынуждена перебрасывать войска с западного фронта), и потом немецкие войска были связаны на западе, на восточный фронт у них сил было гораздо меньше.

В связи со 110-летней годовщиной начала Первой Мировой войны опять насмотрелся всякого бреда. Взрослые, вроде, люди годами пафосно повторяют небылицы придуманные в оправдание революции и предательского Брестского мира. Сами верят и кормят этим бредом свою аудиторию. Опять приходится писать комментарии на стыдные утверждения о Первой Мировой и участие России в этой войне. Царь втянул Россию в ненужную войну. Война России действительно была не нужна, и Великобритании не нужна, Франции может и нужна, но она бы с удовольствием ещё подождала. А вот Германии очень нужна. Дело в том, что к тому моменту Тройственный союз (Германия, Австро-Венгрия, Италия) стремительно проигрывал гонку вооружений, 1914 был годом после которого военно-морское превосходство Антанты становилось критическим. Для Германии – это был момент уровня «сейчас или никогда». Вена и Берлин последовательно эскалировали конфликт. Все очевидцы, пишущие о втягивании России в Первую Мировую утверждают, что Николай II до последнего старался предотвратить войну, прилагал к этому все возможные усилия. В конечном итоге Россия никому войны не объявляла – война была объявлена ей. Ради сохранения страны можно было бы пожертвовать Сербией. Нельзя. Отказ от союзнических обязательств перед Сербией мог бы разрушить Антанту, где доверие и так было весьма хрупко – слишком много было внутренних противоречий и старых обид. Сохранение Сербии вне контроля Тройственного союза перекрывало Германии возможность создания стратегической железной дороги Берлин-Багдад, которая могла бы позволить маневрировать войсками и ресурсами от Северного моря до Персидского залива. Кроме того, настроения в русском обществе были такие, что любая попытка отдать Сербию на растерзание австрийцам вызвала бы патриотическую революцию. Нужно было сохранять нейтралитет. Можно было бы. Проблема только в том, что тогда Францию и Россию разгромили поодиночке. Дело в том, что никакого особого интереса Франция, как источник новых трофеев для Германии, тем более Австрии, уже не представляла. Франко-германские Эльзас и Лотарингия и так были в Германии, а у Австрии даже общей границы не было. Колонии тоже не представлялись немцам достойной наградой. Все самые аппетитные куски были в России: территория бывшей Речи Посполитой, населенная остзейскими немцами Прибалтика, Финляндия. Нейтралитет был невозможен в силу того, что земли Российской империи и были главным призом для немцев. Россия заведомо проиграла войну. Россия заведомо выигрывала эту войну, находясь в Антанте. Вывод Италии из Тройственного союза, а также действия России в Восточной Пруссии, которые заставили немцев снять критически важные резервы с подступов к Парижу, довели Австрию и Германию до войны на два фронта. То, чего ресурсодефицитные Центральные державы больше всего боялись, так как при такой конфигурации были обречены на медленную экономическую смерть. И никакие трудности на фронте не могли нанести итоговое поражение России. К примеру капитулировавшая Румыния и Сербия, вся территория которой оказалась под оккупацией, в итоге оказались среди стран-победительниц и получили огромные призы, так как вовремя примкнули к Антанте. В таких условиях русская армия могла откатываться хоть до Москвы, хоть до Волги, хоть до Камчатки, в любом случае исход войны был уже предрешен.

110 лет назад, 1 августа (19 июля) 1914 года, Германия объявила России войну. Слова Государя о войне

Со спокойствием и достоинством встретила наша Великая Матушка Русь известие об объявлении Нам войны. Убеждён, что с таким же чувством спокойствия мы доведем войну, какая бы она ни была, до конца. Я здесь торжественно заявляю, что не заключу мира до тех пор, пока последний неприятельский воин не уйдёт с земли нашей…

Прибавление к газете «Вечернее время», 20 июля (2 августа) 1914 года Каким образом германский посол заявил министру иностранных дел об объявлении войны.

Вчера после 12 час. ночи (в ночь с 18-го на 19-е) германский посол гр. Пурталес приехал к министру иностранных дел и попросил доложить С.Д. Сазонову, что ему необходимо его видеть. Принятый министром германский посол сообщил от имени своего правительства, что Германия обеспокоенная объявленной в России всеобщей мобилизацией, обращается с просьбой к русскому правительству приостановить эту мобилизацию не позднее, как через 12 часов, в противном случае Германия также будет вынуждена приступить к мобилизации своей армии. Двенадцать часов истекли и русское правительство, конечно, не дало никакого ответа на предложение Германии. Сегодня, в 7 час. вечера германский посол приехал к министру иностранных дел. Когда гр. Пурталес входил в приемную к С.Д. Сазонову, было видно, что он очень взволнован. Обратившись к министру, посол спросил, согласно ли русское правительство на предложение Германии прекратить мобилизацию. Министр сказал, что, так как русское правительство не дало никакого ответа в заявленный накануне срок, то из этого следует, что Россия отказывается исполнить германское предложение. Посол вторично сделал тот же вопрос. Министр вновь дал отрицательный ответ. Сильно волнуясь, посол в третий раз спросил, согласно ли русское правительство приостановить мобилизацию. Министр в третий раз ответил отрицательно. Тогда посол встал, вручил министру текст вербальной ноты и, раскланявшись, немедленно уехал…

«Новое время», 20 июля (2 августа) 1914 года Патриотические манифестации в России.

Вчера, 19-го Июля, в С.-Петербургское телеграфное агентство со всех концов России продолжали поступать весьма многочисленный телеграммы о происходивших больших патриотических манифестациях. Массы населения с пением «Спаси, Господи» и народного гимна шли по улицам городов и селений: Подъем народного духа везде необычайный. Сословные и общественные учреждения повергают к стопам Государя Императора чувства верноподданнической преданности и готовности до последней капли крови постоять за Царя и за Русь.

«Петербургский листок», 20 июля(2 августа) 1914 года Война народная

Замерла повсюду финансовая и деловая жизнь; небывалая паника охватила все европейские биржи. Десятки тысяч вкладчиков осаждают германские и австрийские банки, требуя обратно свои взносы. Лопаются банки, массами приостанавливают платежи торговцы... И среди этого хаоса, этой паники, проникшей повсюду, — одна страна, один народ сохранил полное спокойствие, полное доверие к финансовой мощи своей родины — это Россия. Да, на нашей бирже настроение близко к панике. Да, в торговлю внесено тревожное настроение. Да, учет повышен всеми банками и вексельный материал принимается с величайшей осторожностью. Но в то же время сберегательные кассы отмечают не только отсутствие отлива взносов, но даже наоборот: некоторые прилив их — это уходящие на войну доверяют свои сбережения тому, кто потребовал от них исполнения священного долга: защиты родины — государству, единой великой России. В этом — высший факт доверия, в этом - залог дружной совместной работы правительства и всех без различия граждан - как тех, отдаст свою жизнь на благо и достоинство родины, так и тех, кто остается внутри страны и будет трудиться над сохранением ее внутреннего спокойствия и благополучия. Кто-то из военных деятелей говорил: — Для того, чтоб авангард был хорош, он должен иметь хороший тыл…

«Коммерсант», 22 июля (4 августа) 1914 года