¡ρεrcέρtίợ se•
Open in Telegram
Я палец в твоей ране, я ладонь на твоём сердце по каким-то вопросам: @valentnostkatarsisa
Show more870
Subscribers
+124 hours
+17 days
+130 days
Data loading in progress...
Similar Channels
Tags Cloud
No data
Any problems? Please refresh the page or contact our support manager.
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
December '24
December '24
+3
in 0 channels
November '24
+876
in 0 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 09 December | 0 | |||
| 08 December | +1 | |||
| 07 December | 0 | |||
| 06 December | +1 | |||
| 05 December | +1 | |||
| 04 December | 0 | |||
| 03 December | 0 | |||
| 02 December | 0 | |||
| 01 December | 0 |
Channel Posts
| 2 | Царице Савской (статуи Нотр-Дам де Корбей)
Она родила белизну зимы и черноту ночи. Звезды служат Ей и облекают свою память в иглоконечную плоть снежинок. Пред ней оскопляли себя и вырывали сердца, но кровь не пятнала Еë. Кровь превращалась в розы. Розы попадали на знамена безмолвия. Мы шли со знамёнами в пурге, шли на огни храма, что вечно исчезали вдали. Хрустальные башни пронзили нас, мрак наполнил наши сосуды. Она посещала наше погребение и пела песни тишины. | 608 |
| 3 |  +1The Nag Hammadi Library | 734 |
| 4 |  "Возникновение мистики в какой-то мере означает возрождение мифа, хотя не следует упускать из виду различия между единством, предшествующим раздвоенности, и единством, складывающимся в результате нового подъема религиозного сознания"
Гершом Шолем | 656 |
| 5 |  «Душа ведь это противоречие временного и вечного, и потому в ней возможно и иметь нечто, и приобретать его в одно и то же время. Более того, если душа есть такое противоречие, то в ней иметь нечто можно, лишь его приобретая, и приобретать, лишь имея.
…но и владение внешними вещами, и их приобретение в более глубоком смысле зыбко, поскольку то, что приобретается, может быть утрачено и не стать тем, что ты имеешь, и то, что ты имеешь, может быть утрачено и перестать быть приобретенным»
Евангелие страданий // четыре назидательные беседы. Сёрен Кьеркегор | 848 |
| 6 | «…но возможно ли верно поведать о том, как любовь покрывает множество грехов; не многообразнее ли, чем даже грех, проявляется любовь? Когда она видит надломленную трость[1], она умеет покрыть множество грехов, чтобы трость не надломилась под тяжестью. Когда она видит курящийся лен[2], она умеет покрыть множество грехов, чтобы пламя не угасло. Когда она одержала победу над множеством грехов, она умеет вновь сокрыть их множество и готовит праздничный пир, подобно отцу блудного сына[3], она стоит с распростертыми объятиями и ждет заблудшего, и все ему забывает, и подвигает его все забыть, чем опять же покрывает множество грехов; ведь любовь не заходится в плаче от множества грехов – для этого она должна была бы взирать на грех, тогда как она покрывает множество грехов. И когда многообразный грех противится ей, любовь являет себя еще многообразнее, не уставая верно тянуть с ним неравное ярмо, не уставая всему верить, всего надеяться, все переносить[4]. Когда грех ополчается против любви и желает разделаться с ней, когда за добро он платит бранью, издевкой и хохотом, любовь не отвечает бранью на брань, она благословляет, а не проклинает[5]. Когда грех злобно завидует любви, когда он, ненавидя ее, желает заставить любовь саму грешить, тогда нет лжи в ее устах[6], но лишь молитва и увещевание. Когда же молитвы и увещевания лишь распаляют грех, становясь поводом к новому множеству грехов, любовь не отверзает уст своих[7], но остается не менее верна, подобно верной жене, спасающей любовь по-женски – «без слов» (1 Пет 3:1). И вот грех мнит, что он добился своего, что их пути скоро разойдутся, но смотри, любовь остается с ним на пути[8]. Грех желает оттолкнуть от себя любовь, он принуждает ее идти с ним на поприще, но смотри, она идет с ним два[9]; он ударяет ее в правую щеку, но смотри, она подставляет другую[10]; он берет у нее рубашку, но смотри, любовь отдает и верхнюю одежду[11]. Грех тогда чувствует уже свое бессилие, он не может этого терпеть, он желает отделаться от любви и тогда оскорбляет ее столь глубоко, сколь возможно; ведь он думает, что любовь не в силах простить более 7 раз. Но смотри! Любовь оказалась в силах простить семижды семьдесят раз[12], и скорее грех устал быть прощаемым, чем любовь прощать. Да, как есть сила греха, выносливо изнуряющая всякое лучшее чувство в человеке, так есть и небесная сила, которая не дает пищи греху и морит голодом множество грехов, и эта сила – любовь, которая покрывает множество грехов».
1. Ис 43:2; Мф 12:20.
2. Ис 43:2; Мф 12:20.
3. Лк 15:11 – 32.
4. 1 Кор 13:7.
5. Ср. Рим 12:14.
6. Ис 53:9; 1 Пет 2:22 – 23.
7. Ис 53:7.
8. Мф 5:25.
9. Мф 5:41.
10. Мф 5:39.
11. Мф 5:40.
12. Мф 18:22.
Евангелие страданий // три назидательные беседы. Сёрен Кьеркегор | 666 |
| 7 | ![«Хаос, Ночь и Эреб [Тьма] – вот что было сперва, да еще только Тартара бездна. Вовсе не было воздуха [Эфира], неба [Урана], з](){kind=small} «Хаос, Ночь и Эреб [Тьма] – вот что было сперва, да еще только Тартара бездна.
Вовсе не было воздуха [Эфира], неба [Урана], земли [Геи]. В беспредельном Эребовом лоне
Ночь, от ветра зачав, первородок яйцо принесла. Но сменялись годами
Быстролетные годы, и вот из яйца появился Эрот [Любовное желание] сладострастный.
Он явился в сверкании крыл золотых, легконогому ветру подобный.
С черным Хаосом в Тартаре сблизился он, в беспредельной обители мрака,
И от этого мы появились на свет, первородное племя Эрота.
Все смешала Любовь. И уж только потом родились олимпийские боги.
Из различных смешений различных вещей появились и небо [Уран], и море [Океан, Мировая река],
И земля [Гея], и нетленное племя богов ».
Аристофан. «Птицы» | 692 |
| 8 |  +8Collected diagrams from the first volume of The Luminance of Explication and Mysteries of Proof in the Understanding of the Paradigms of the Science of Weights and Measures, a 14th century text on cosmology and metrology by Arabic alchemist and polymath Aidamur Ibn Jaldakī | 1 458 |
| 9 |  The Danaides by John William Waterhouse, 1903 | 730 |
| 10 |  +2No text... | 676 |
| 11 |  «…когда это случилось, произросли от царственного дерева, выросшего в природе, много тысяч легионов драгоценных сладких веточек, имевших запах и вкус драгоценного дерева. И хотя постигали их дождь, снег, град и непогода, так что немало веточек было сорвано с дерева и побито, однако продолжали вырастать еще все новые веточки. Ибо яростность в природе и князь оной поднимали великую непогоду с градами, громами, молниями и дождями, так что- часто много славных веточек бывало оторвано от сладкого и доброго дерева. Но те веточки были такого блаженно-прекрасного, сладкого и радостного вкуса, что никакой язык, ни человеческий, ни ангельский, не может того высказать, ибо они великую имели в себе силу и добродетель и служили исцелению диких язычников. Кто из язычников ел от веточек этого дерева, тот избавлялся от дикости природы, в которой он родился, и становился сладкою ветвью на драгоценном дереве, и зеленел на дереве, и приносил драгоценные плоды, как и само царственное дерево»
Я. Бёме | 642 |
| 12 | «Тело всегда пребывает во времени, дух всегда пребывает вне времени, а душа — это двойственное создание, которое вынуждено законами человеческого бытия до определенной степени быть связанным с телом, но которое способно, если только пожелает, ощутить свой дух, отождествиться с ним, а через него и с божественной Основой. Дух всегда остается тем, что пребывает в вечном "сейчас"; но человек устроен так, что его душа не может постоянно оставаться отождествленной с духом. В утверждении "В один момент — я вечен, а в другой — завишу от времени", местоимение "я" обозначает душу, которая переходит из времени в вечность, когда она отождествляется с духом, и либо добровольно, либо по необходимости, возвращается из вечности во время, когда она решает или вынуждена отождествиться с телом.
Джалаладдин Руми говорил: "Суфий — это сын настоящего времени". Духовный прогресс идет по спирали. Сначала мы дети, живущие, подобно животным, вечным "сегодняшним днем", не тревожащиеся о будущем, и не сожалеющие о прошлом; затем мы переходим в специфически человеческое состояние, то есть оглядываемся назад и пытаемся заглянуть вперед, живем не только сегодняшним днем, но и в значительной степени воспоминаниями и ожиданиями, живем не спонтанно, а руководствуемся правилами, благоразумием, покаянием, страхом и надеждой; и если только мы захотим, то мы сможем продолжать наше спиралеобразное движение вверх к той точке, которая соответствует нашей исходной точке "животного состояния", но находится неизмеримо выше ее. Достигнувшие этой точки снова живут только сегодняшним днем — но это уже жизнь не субчеловеческого создания, а существа, в котором страх сменился любовью к ближнему, надежда — видением; положительный эгоизм спокойных размышлений и отрицательный эгоизм зависти — бескорыстием. Настоящий момент — это всего лишь проход, через который душа может пробраться из времени в вечность, через который благодать может пробраться из вечности в душу, через который любовь к ближнему может перебираться из одной живущей во времени души в другую живущую во времени душу. Вот почему суфий, да и любой активный последователь Вечной Философии, является или пытается быть сыном настоящего времени»
Олдос Хаксли, Вечная философия | 735 |
| 13 |  «… а потому, Ананда, будьте сами себе факелом, будьте сами себе убежищем. Не ищите убежища вовне. Держитесь истины, как источника света, держитесь истины, как убежища. Не ищите убежища в других, а только в себе. И те, Ананда, кто или сейчас, или после смерти моей будут сами себе источником света, не будут искать убежища вовне, но будут держаться истины, как источника света, будут держаться истины, как убежища, не ища его в других, как только в себе, – те достигнут вершин. Но им должно всем сердцем стремиться к этому учению»
Махапаринирвана–сутра | 602 |
| 14 | «Простые, абсолютные и неизменные таинства божественной Истины скрыты в преисполненном чистейшего сияния сумраке той тишины, что распространяется втайне. Ибо этот сумрак, при всей его глубочайшей непроглядности, одновременно и блистательно ясен. Его не узреть, не коснуться, однако он щедро переполняет наш непросвещенный разум прекраснейшим восторгом трансцендентальной красоты... Как же горим мы желанием погрузиться в этот сияющий сумрак и, пусть не видя и не осознавая, узреть Того, кто пребывает вовне зрения и познания, познать Его самым фактом неспособности нашей зреть или знать Его. Ибо таково истинное зрение и истинное познание, - оно в отрешении от всего сущего и в славословии Того, кто пребывает вовне и непреодолимо выше всего сущего. В чем-то оно сродни искусству ваятеля: вырезая из каменной глыбы жизнеподобный образ статуи, он постепенно отсекает все то лишнее, что мешает разглядеть суть готового творения в его изначальной форме и высвобождает скрытую красоту лишь тем, что удаляет, не привнося. Так же, верую, пристало и славословить Его: умаляя, а не прибавляя. Ведь, утверждая о Нем то или это, мы тем самым постепенно нисходим от Его универсальных свойств к промежуточным, а потом и к частным. Но, отсекая все лишнее, мы, напротив, восходим от свойств Его частных к универсальным, и тем самым позволяем себе открыться для познания непознаваемого, скрытого внутри и вовне всего сущего, всего, что доступно нашему познанию. И, дабы созерцать сей сверхъестественный сумрак, мы свято храним его от всех огней зримого мира»
Дионисий Ареопагит | 724 |
| 15 |  пер. с арабского: пока мы не встретимся вновь | 697 |
| 16 |  «… только представь себе: твоя жизнь проходит, придет когда-нибудь и для тебя время, когда она приблизится к концу, когда перед тобою больше не будет рисоваться никаких возможностей, когда останется только воспоминание, и воспоминание не в том смысле, который делает его столь привлекательным для тебя, — не как смесь вымысла и истины, но как верное и серьезное воспоминание совести; берегись, как бы оно не развернуло перед тобою список — пусть и не настоящих преступлений, — но список упущенных возможностей, теневых силуэтов, которые ты не сможешь больше прогнать прочь».
«Или – или», Сёрен Кьеркегор | 1 235 |
| 17 | Огонь и вода бушуют и враждуют в человеках. Соединение их есть верх совершенства, есть рай и истинное возрождение».
Ю. Л. Халтурин, В. В. Кучурин, Ю. Ф. Родиченков
«Небесная наука»: европейская алхимия и российское розенкрейцерство в XVII–XIX веках. | 613 |
| 18 | Тема соединения мужского и женского начал для представителей некоторых орденов была тесно связана с темой грехопадения и спасения. Так, например, И. Г. Шварц, излагая учение «каббалистов», говорит, что «человек при сотворении своем имел в себе мужеские и женские семена, или действующую и страдательную причину, с чем некоторые и греческие писатели согласуются, что потому-то он есть образ божий, что обе сии причины, яко Бог, в себе заключают. Далее они (каббалисты) продолжают, что первое падение человека есть отлучение женской силы от мужеской». Те же идеи находим и в беседах российских розенкрейцеров: Адам «имел магическую силу в воображении и мог творить и рождать, ибо в нем женская и мужская тинктуры были»; «Св. Писание говорит: мужа и жену сотворил их <…> с двойною силою, т. е. силою действующею и с силою страдающею; посему-то истинно мудрые и повествуют о нем, что он мог рождать сам из себя, соображая в Триединого, в нем живущего». Спасение как обретение состояния, предшествующего грехопадению, таким образом, должно было, с точки зрения розенкрейцеров, включать в себя и восстановление андрогинной целостности человека, которая позволила бы ему вновь «рождать из себя» и в некотором смысле «рождать самого себя», возрождаться, подобно Богу, который «беспрестанно себя рождает» и подобием которого является человек.
В общем и целом концепция грехопадения как разъединения мужского и женского, а спасения как их воссоединения действительно напоминает некоторые каббалистические идеи. Особенно это касается самого фрагмента, толкующего в андрогинном смысле 27-й стих 1-й главы книги Бытия: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». Именно на этот стих ссылались различные каббалистические тексты, трактующие тему соотношения мужского и женского начал в человеке и Боге. Однако в еврейском мистицизме речь идет о разделении и воссоединении Господа и Шхины, розенкрейцеры же интериоризировали этот процесс, поместив его внутрь человеческой души. Также следует отметить, что идея андрогинного человека как образа и подобия андрогинного Бога встречается и в ценимых розенкрейцерами герметических текстах, например, в «Поймандре»: «…муже-женщина, как Отец его, и не нуждающийся во сне, ибо он произошел от сущности, не нуждающейся во сне». Однако в случае розенкрейцеров необходимо прежде всего учитывать влияние культовых для них авторов – Парацельса, Я. Беме, И. Гихтеля, Г. Ф. Ратцеля, впрочем, впитавших идеи христианской каббалы и герметизма.
Именно от Парацельса идет традиция описания алхимического процесса как процесса духовного возрождения человека в андрогинных терминах: «Поэтому философы утверждали, что этот самый меркурий состоит из тела, духа и души <…>. Они даже назвали его Адамом, который содержит свою собственную незримую Еву в своем теле с того самого момента, как они были объединены силой Всевышнего Бога <…>. Материя философского камня есть не что иное, как огненный и совершенный меркурий, извлеченный посредством Природы и искусства, это и есть истинный гермафродитический Адам».
А в текстах Я. Беме и И. Гихтеля эта «невидимая Ева» была отождествлена с Софией, божественной премудростью, брак с которой эти мистики считали высшей целью духовного пути человека. Брак с премудростью как цель розенкрейцерского посвящения рассматривали в своих сочинениях И. В. Лопухин и И. А. Поздеев, и вообще, тема премудрости была ключевой для масонов теоретического градуса. Учение об андрогинности, таким образом, представляет собой типичный пример эклектического дискурса розенкрейцеров, соединявшего в себе идеи герметизма, христианской каббалы, алхимии, христианской теософии и гностицизма.
Интересно, что алхимическое описание дополняется и христианским, порождая парадоксальную интерпретацию сюжета преображения Христа: «Преображение Господне есть важнейшее таинство. Для чего Господь, преобразясь, явился между Моисеем и Илиею? Не для того ли, чтобы показать, что в нем и чрез него соединяется разделенное в человеке, ибо Моисей был взят из воды, а Илия огнем. | 810 |
| 19 |  No text... | 633 |
| 20 |  Wotan and Brunnhilden
Ferdinand Leeke, 1930 | 1 106 |
