я не знаю

Прочитала «Память о наших мечтах» Кентина Шарье, новинку издательства «Подписных», и уже две недели не знаю, как писать об этой книге. Есть три главных героя, трое друзей — мальчик из приличной семьи, девочка из средней семьи и пацан-рома, дитя улиц. Они знакомятся в школе и дальше растут, то сближаясь, то отдаляясь. Иногда по собственной воле и трусости, иногда вмешиваются жизненные трагедии. И я даже не знаю, как тут точнее представить книгу, потому что спойлерить ряд событий не хочется, а без них это это такой хитрый микс взрослого романа-романыча, бильдунгсромана и young/new adult’а с нотками чернухи, перескоками из настоящего в прошлое и экскурсами «как они докатились до жизни такой». Такой твист на тему любовного треугольника, написанный реалистично, но по факту находящийся где-то в зоне «воздушная французская выдумка со вкусом социального». В аннотации говорится, что Шарье «дает голос «безъязыкому» поколению тридцатилетних, не умеющих выражать свои чувства, дико стыдящихся романтики и пафоса, не сумевших повзрослеть и остепениться, но забывших детские мечты», но я не поняла, почему это мы безъязыкие и стыдящиеся романтики, я такими недостатками не обладаю, но роман всё же затронул во мне нечто, что я вот уже две недели силюсь описать. В нем нет ничего, так сказать, релейтбл для меня лично и для базового русского моего возраста и класса (от рассказов, как французские подростки бухают на Лазурке, можно удавиться от зависти), но общая намеренная мутность повествования, вязнущие в нем и в своей жизни герои, какие-то недотёпистые, нелепые, неумелые, совершающие странные выборы и лишь слегка подгребающие, плывя по течению, вызывают, говоря на миллениальском, 100% понимания, потому что уж очень это похоже на родную русскую литературу, где никто никогда не виноват, но все страдают, и только любовь даёт робкую надежду на маленькое, личное счастье.