Uralistica

Suomalais-Ugrilainen Seura (Финно-угорское общество, Финляндия) объявляет прием заявок на гранты для исследования финно-угорских народов России. В приоритете — этнографические исследования Заявки принимаются до 31 октября 2023 года https://www.sgr.fi/en/guideline-for-grant-applicants

Пожалуй, впервые удмурт стал министром экономики Удмуртии https://t.me/kommersant18/15580

На раскопках в Турции обнаружили новый, прежде неизвестный индоевропейский язык: надписи на этом языке содержались на найденных глиняных клинописных табличках https://www.uni-wuerzburg.de/en/news-and-events/news/detail/news/new-indo-european-language-discovered/

У Илона Маска обнаружена плохая наследственность — https://www.theatlantic.com/technology/archive/2023/09/joshua-haldeman-elon-musk-grandfather-apartheid-antisemitism/675396/

Азербайджанские критики войны https://oc-media.org/azerbaijan-arrests-anti-war-figures/

«[В международной политике] <…> приоритет отдается территориальной целостности государств, какие бы они ни были» Это так https://t.me/NMitrokhinPublicTalk/2541

Сегодня, 20 сентября, День памяти вымерших уральских языков Вспоминая исчезнувшие языки, конечно, вспоминают их носителей, и в первую очередь, их последних носителей — людей, которые для нас сейчас стали символами этих языков. В частности, и дата самого праздника была выбрана неслучайно — в этот день в 1989 году ушла из жизни последний носитель камасинского языка — Клавдия Плотникова. Она была камасинкой, представителем народа, относящегося к южной ветви самодийских языков уральской семьи. Помимо камасинского к языкам относятся селькупский, маторский, койбальский, сойотский (самодийский), тайгийский, карагасский языки. Все эти языки, кроме селькупского, исчезли намного раньше, уже около 200 лет назад. Таким образом, камасинский язык в лице Плотниковой оставался последним пятном уральского мира на Саянах, вдалеке от основного ареала их проживания. Великое счастье, что Клавдию Плотникову снял в своём фильме о народах уральской семьи «За северным ветром» филолог, будущий эстонский президент Леннарт Мери.

Существуют азербайджанцы, выступающие против силового решения карабахского вопроса

Рукопись Аиши, жены казахского хана Касыма, найденная во Франции. Датируется 1501-1515 годами

Когда ставишь теорию с ног на голову https://twitter.com/renarddemoscou/status/1702002966947823983?s=46&t=9freOS3a53lA_jipgwYX7A

Смотрите в карточках полное расписание панелей первого дня Деколониальной Конференции. Ещё раз напоминаем, 16 и 17 сентября пройдёт Первая Деколониальная Конференция! Не пропустите это Историческое событие, организованное этническими антивоенными организациями и активистами из россии. Начало конференции - 10:00 (по Берлину) Ссылка на YouTube: https://www.youtube.com/live/pK4RFIz3vKE?si=ztnRbpO8oiyiU-fF

Интересная программа конференции. Но нет вопроса об ответственности по первому пункту

Деколониальная Конференция 🗓️ 16-17 сентября состоится первая онлайн Конференция, посвященная вопросам деколонизации россии. Миссия: защитить права коренных народов и поддержать право на самоопределение. Цель: создать форум для обсуждения и анализа проблем, связанных с колониализмом, империализмом и неравенством в российском контексте. Организаторы: Free Yakutia Foundation, Indigenous of Russia, Free Kalmykya, New Tuva, Kost Du, Komy daily, а также индивидуальные деколониальные активисты, исследователи и эксперты. Мы объединились, чтобы поделиться знаниями, исследованиями и опытом конструктивного диалога о российском колониализме, а также для установления более справедливого и равноправного общества в Российской Федерации. Конференция пройдёт в прямом эфире на YouTube. Ссылку для доступа прикрепим в этом телеграм-канале позже.

Сегодня день памяти Альберта Разина, принесшего себя в жертву будущему удмуртского языка Как мы уже и писали, преемников его дела не нашлось, а поднятое им знамя оказпалось некому нести. Как бы нам ни было трудно в этом признаваться, Разин был последним человеком, для кого судьба удмуртского языка была вопросом жизни и смерти. Нам остается лишь вечно хранить память о нем.

Когда Альберт Разин сжёг себя в отчаянной попытке прекратить (или, хотя бы, сделать видимым) этноцид удмуртов и последовательную политику уничтожения удмуртского языка, во мне что-то сломалось. Это что-то не было моим внутренним и естественным — это был интроект, некритично усвоенный, но сдерживающий движение мысли в определённом направлении. Делающий одну из моих идентичностей скрытой от осознания и рефлексии, а, значит, и от развития и использования. До 10 сентября 2019 года я никогда не думал, что значит для меня моя национальность «Вепс», которой я привычно и мимоходом отмечал себя во всех немногочисленных анкетах, где требовалось указать свою национальность. И две недели потребовалось мне с годовщины его смерти, чтобы отрефлексировать всё, что изменилось во мне с тех пор. Как многие не называют экономическое или административное принуждение насилием — я никогда до этого года не называл ассимиляцию вепсов принудительной, полагая естественным растворение в большом плавильном котле российской нации до перехода к миру без наций и этносов в поверхностном толковании христианской формулы «несть ни эллина, ни иудея». Потому, что не полагал принуждением образование исключительно на русском языке (особенно высшее), приоритет русской литературы и русской культуры в преподавании в школах — и, более прочего, приоритет русской истории толкования войн. Что уж говорить об административных и нормативных документах — государство строили русские, для русских, всем остальным надо приспосабливаться. Но надо ли? Политика приспособления, безропотных уступок и постоянных соглашательств в пользу людей, которые хотят, чтобы все вокруг делали им удобно, привела в неудобную позу не только государствообразующий народ, но и тех, кого они именуют «нацменами». И их в первую очередь. Потому, что это национальные меньшинства лишены доступа к образованию на родном языке; это их молодёжь охотно ассимилируются в больших городах; это они редко возвращаются в архаичный и неблагоустроенный быт и практически не приносят с собой инструменты отстаивания прав — и прямо сейчас, на наших глазах, видно, что именно из сёл, деревень и стойбищ не русских народов выгребают всех на войну, которую затеял московский режим. И они идут покорно — сопротивляются немногие, ассертивность и сплочённость проявляет, пожалуй, только Дагестан — потому что у них нет опыта результативного сопротивления, есть только опыт насилия, смертей и неправедных судов. Русских забирают тоже. На их этносе это сказывается намного меньше. Я смотрю на результаты переписи 2010 года — вепсов 5936 человек. Я жду результатов переписи 2022 года и боюсь, что цифра будет ещё меньше. Я знаю, что украдено не меньше сорока тысяч человек, которые сейчас отмечают себя в переписи как «русские» и никогда не задумаются о том, что это значит для них, потому что русский — это национальность по умолчанию, которая даётся всем европиоидам на территории РФ. И, скорее всего, украдено существенно больше. Что это значит для меня? Мой народ, о котором русифицированный я никогда не думал, традиций и языка которого не знаю, всего отношения к которому имею, как «вепс» в переписи 2010 года, один из тех 5936 человек, современный быт которых мне неизвестен — но всё же мой, незыблемый, нерушимый, в самые худшие времена для меня не меняемый ни на «русского», ни на «ингермаландца» (на которого имею прав не меньше), зависит и от меня сейчас, и от моих действий и решений, от моей репрезентации себя, и от того, как я буду развивать свою идентичность. Нас меньше шести тысяч — и тем слышнее мой голос в общем тихом голосе моего народа, и я буду этим пользоваться.

Следующая остановка: как создавать городскую русскую культуру? (вопрос удмуртских акторов 2010-х)

Лагідна ревіталізація

Саами оленевод на улицах Ловозеро, 1972