Дефект Кулешова

Завтра в летнем кинотеатре DeepFriedFriends представлю «Клео, от 5 до 7». Кино с неограниченной изобразительной и содержательной мощью. Попросту витальное. Заходите.

Сборный материал с «Горького». За участие спасибо: — Никите Демченко («Кинопоиск»); — Максиму Ершову (Okkoлокино); — Евгению Ткачёву («Афиша Daily»); — Кириллу Артамонову (Film.ru). Ну и я написал пару-тройку абзацев про к/м «Братья». Блестящий.

Фестик с пока лучшей программой в этом году — и с худшим имхо победителем) бывает Спасибо коллегам за участие в табличке, там победил Федорченко, чикиряу. Спасибо Ире Несторовой, ты звезда и мощь. Спасибо Нижнему и «Горькому фесту».

Писал тут колонку с «Горького феста». Тормознул на «Блоге» Григория Сазанова. Пошел покурить. Купил лист бумаги. От руки нарисовал карту мира этого фильма. Снабдил навигацией. Всякими спесивыми и бессмысленными комментариями. Ввалился в продуктовый. Свернул лист в 14 раз. Как герой Миши Давыдова в «Пустых местах» Никиты Миклушова заныкал свое художество на полку с конфетами. Желаю ему не найтись.

16-го числа в МАММ представлю «Короткий фильм об убийстве» Кесьлёвского. Там же, но уже 24-го — «Короткий фильм о любви». Лучше «Декалога», как известно, только эти вещички, выросшие из поступательных движений Кесьлёвского (и Песевича, сценариста) в сторону маленьких людей и огромной литературы.

Как будто не вышло в Риге найти Россию (впечатление беглое)

Ну прелесть(,) чистой воды. Спасибо Никите за то, что мгновенно подключился и сообразил мини-интервью с героем (лол, они похожи). Мини-сериал, мягко скажем, угарный, на то в деле и Никита Лаврецкий. Ищите фул у него на Gumroad или на Boosty.

Интервью с ребятами, которые аномально безумны в контексте российского кино, а значит — наиболее адекватны будущему, в котором (надеюсь) созреет массовый запрос на человечность. Действительно, может не только лето будет общим, но, скажем, и мечты, идеалы, дружба. Простые, вроде, слова. Забыли мы, кажется, что без них никуда.

ОБЪЯВЛЯЕМ РОССИЙСКУЮ ПРОГРАММУ ФЕСТИВАЛЯ «ЦИКЛ» Мы рады представить вам обширную российскую программу короткометражных фильмов. В неё вошли очень разные работы: игровые и документальные, нарративные и почти бессюжетные, экспериментирующие с современными медиумами и архивными материалами. Всех их объединяют смелость, полная авторская независимость, а также внимание к современности и понимание языка кино как живого процесса. Особенно ценно для нас, что программа вместила в себя несколько премьер и одни из самых интересных дебютов этого года. Мы надеемся, что каждый зритель, придя на фестиваль, сможет найти кино себе по душе! 📍Показы программы пройдут в нашем пространстве с 15 по 23 августа.

Текущие оценки фильмов конкурсной программы фестиваля «Горький фест» по версии кинокритиков. Комментарии от участников таблицы доступны здесь.

Генеральная, пока что, мысль «Горького феста»: советская Атлантида — это Древняя Греция. Утонули и пускаем со дна пузыри, разучившись идеализму и присутствию Бога. Вот «Лето будет общим» — только один пример, но важнейший. Штука, где на тончайшей мембране между наивностью и идеализмом можно подскакивать аж до поверхности над этими нашими сточными водами. Советский фильм, снятый вне СССР, как будто российских фильмов и не случилось толком за 30 с лишним лет. Скоро дропнем интервью с командой фильма, оно производит воздух и феромоны. А после первого просмотра я еле пережил вмешательство крови в вены. И вы не смотрите, что 4:3, что монохром опасливо претенциозен, что разговаривают языком, который при транскрибации умирает. Это кино о преодолении инерции времени, отменившего мечты и мифы из принципа и цинизма. Короче, круто.

Ещё одно слепое пятно в ру-кинопроцессе — отсутствие внятной рецепции языка, содержания, риторики заказных фильмов от видных документалистов. А ведь только за последние годы бренд-контент делали топовые молодые: Маша Чёрная, Рената Джало, Иван Власов, Юрий Мокиенко и т.д. Федорченко вот с «Говорящим Горьким» и сваренными недавно и показанными вчера в Нижнем «Мифами о Гефесте, Боге и стройотряде» и вовсе не торгует — переупаковывает. Отдельный студотряд «Гефест», прямую речь его членов, байки о бетоне, значках ударников и авариях на производстве — в упоительную рофл-ностальгию по стране, которой больше нет. А была ли она вообще? Наличествуя в голове мифотворца-балагура Федорченко, этот советский континент, где целина осваивается фресками-юморесками, до экрана добирается спрессованной в слоп. Предельно смешной, да и продуктивный для развития зрительской интуиции: вот эффект зловещей долины становится фоном (в т.ч. и буквальным) для человеческого измерения — и на пятой передаче фырчит амбивалентность стыда (за кринж) и восторга (от кринжа), тоски (по коллективистской и частной утопии-невидали) и умиления (воспоминаниям, которые передовики ласкают в кадре). Мокьюментарность опять ведёт в эту межеумочность, пограничность, которая, чем дальше этот век, тем более безнадежно актуальна. Федорченко, дай бог, наградят (критики уже в восторге), а что делают другие авторы документальных заказных работ (а там многое — в диапазоне от сказки до готического хоррора) все еще малоизученно. Пусть ждет ФЕномен своих исследователей.

Делимся постером фестиваля «ЦИКЛ» В этом году фестиваль пройдёт под знаком молодости и открытия новых имён. Его символом станет мотылёк — образ поиска ориентира в темноте. Конец лета в нашем пространстве будет наполнен показами молодого российского кино, международных полнометражных и короткометражных фильмов, плёночными перформансами и ретроспективами. Благодарим всех авторов, приславших свои фильмы на опен-колл за внимание и доверие. Мы тщательно отсмотрели каждую из сотен присланных работ, и уже совсем скоро приоткроем содержимое нашей программы. 🧵Сохраняйте даты: 15–23 августа — и следите за обновлениями!

В столь же жестокие, как вот это, утра я обычно глотаю 2-3 чашки кофе залпом, избываю невроз за всяким брейнротом и делаю вид перед todoist’ом, что занят чем-угодно, кроме тоски по конкретному человеку. Было же? А час назад ещё и закемарил в нижегородском букинисте. Стоя, думая о «Последнем дне» Кирилла Логинова, который вчера показали на «Горьком». Единственный пока фильм единовременно смутивший взгляд чем-то навроде формальной пресности и разбередивший внутренности мотивом борьбы с одиночеством. Марина Калецкая в нем готовится встречать конец света, вразвалку терпя психоз терапевта, чью-то свадьбу в центре Москвы, ночную пустоту улиц и обретение Другого в лице Р. Евдокимова с соседнего балкона. И армагеддон как бы откладывается, не в последнюю очередь — бросками с балкона же наполненными водой презервативами, срывом на сигареты, примеркой аляпистого наряда. Тем, чем по-хорошему мы каждый день можем отгонять от себя и своих близких апокалипсис, если не забывать, что атомизация, суверенность каждого индивидуального опыта становится невыносимой ношей без соулмейта, возлюбленного, члена семьи etc. Двое обретают друг друга, стоя на краю человеческого проекта, и фильм Логинова намеренно — цветовыми акцентами, интонацией, нюансами актерской игры, даже бесящим циферблатом, время от времени отсчитывающим предел существования мира, — открыт к хэппи-энду. Одиночеству промяли бока и становится неважно, испарится ли планета или останется в прежних очертаниях. Ты не один — и это победа. Нехитрая мысль, тем более для фильма, функционирующего по принципу залагавшей сигнализации, но душеспасительная для утра, когда окончательно (и быстро, за пару дней) соскучился по слюнкам на соседней подушке.

10 любимых российских фильмов, из просмотренного за первое полугодие 2026-го (без ранжирования, игровое и неигровое, к/м и п/м): — «Пустые места», реж. Никита Миклушов; — «Меня пожирает собственная кровать», реж. Вячеслав Иванов; — «Колыбельная для пустых комнат», реж. Наташа Лютик; — «Лето будет общим», реж. Даниил Меркулов; — «Присутствие над Москвой», реж. Глеб Пирятинский; — «Мы не знакомимся», реж. Юлия Гуськова; — «В горах. Он», реж. Саид Толгуров; — «Соседи в поместье лорда Голефорнака», реж. Даниил Прасолов, Серафим Инфанте-Аран; — «К памяти», реж. Стефания Астафьева; — «Машенька», реж. Валерия Гайа Германика.

Кто первый расшифрует в тексте линию Путин-Навальный в фильме «На деревню дедушке 2» получит пять по «Практической Кинокритике».

Почти три года съемки и без малого четыре месяца ежедневного (иногда круглосуточного) монтажа и работы со звуком, цветом, титрами, которая была совмещена с не прекращающейся съемкой новых сцен — закончились. Я писал это уже несколько раз: кажется, сегодня закончил свой фильм. Нет, сегодня точно закончил. А нет, подождите, вот сейчас. Сначала я делал его к конкретному дедлайну, совсем другим и про другое. Он не так назывался и не так был устроен. Точнее, начинал я сначала именно его. Первый раз — еще в том году, когда мне пришло в голову название. Потом — весной этого года, когда появился план с его первым публичным показом. И каждый раз я не справлялся с тяжестью этого фильма. С тем уровнем откровенности и бесстрашия, который он от меня требовал. С тем ощущением тщетности всех моих усилий — с мыслями, что такой я, такой мой фильм — никому не нужен. Поэтому когда я все-таки начал делать этот фильм, я сначала как будто делал вовсе не его. А какую-то шутку, иронию. И над собственным замыслом, и над жизнью вокруг. Это был спасительный выверт психики, чтобы снять на время с себя ответственность. Но чем дольше я складывал одни эпизоды с другими, тем явнее проступал на экране монитора ТОТ САМЫЙ, изначальный замысел. Сначала я успокоился и отпустил ситуацию. Потом словил панику. Потом эти ситуации менялись местами, как в игре в салочки. Снова и снова. День за днем. Первые мысли о центральном образе фильма появились так давно, что сложно вспомнить, какой конкретно это был год. То ли 2009, то ли 2010, но не в августе, когда Москву накрыл смог от пожара. А 12 июня — это совершенно точно — в День России. Тогда я вышел из квартиры, которую снимали родители в трехэтажном доме, построенном пленными немцами после еще той войны по адресу Упорный переулок 30/8, и увидел мигранта — из тех, что жили в нашем подвале, как они живут в подвалах во всех остальных домах в Москве, — который, поднявшись на стремянку, устанавливал триколор во флагшток на стене. Что-то в этом образе прострелило меня навсегда. Закончил я снимать (или сниматься?) фильм две недели назад, 18 июня этого года, когда камеры наружного наблюдения на фасаде домика, который мы, как нам тогда казалось, сняли на все лето, зафиксировали, как мы, озираясь, собираем и выносим в машину вещи, ребенка и себя после сбития беспилотника над соседней улицей. Впереди все еще достаточно работы: перевести, сделать титры, послать по фестивалям, выгнать и проверить копию фильма. Но фильм — готов. И его уже не выдернешь из этого мира. Как не удалить из моей головы все те взрывы, сирены, гул, треск, свист, детское гуление, пение птиц, грохот стройки и прочие шепоты и крики, из которых он состоит.

Круто

Открываем таблицу с юбилейного фестиваля «Горький фест». Оценивать фильмы конкурсной программы будут: ▫️Вера Алёнушкина ▫️Тимур Алиев ▫️Кирилл Артамонов ▫️Иван Афанасьев ▫️Анна Гоголь ▫️Никита Демченко ▫️Максим Ершов ▫️Сергей Кулешов ▫️Евгений Ткачёв ▫️Юлия Шагельман Редактор — Тимур Алиев. За оценками и комментариями критиков можно будет следить уже с завтрашнего дня.

Уже завтра в Нижнем Новгороде стартует «Горький фест». На смотре пройдет российская премьера картины «Лето будет общим» — монохромного coming of age, ранее показанного в основном конкурсе Шанхайского кинофестиваля. Делимся эксклюзивным фрагментом картины и прямой речью создателей, рассказывающих о рождении замысла, производстве и своих героях.