Маша и геофизика

Что-то меня куда-то не туда ведёт Всю свою карьеру я в основном работала на золото. Даже если вначале, по наивности, я думала, что мы ищем медь, на самом деле медь там была не главным интересом. Главным были сотни тонн золота, ради которых всё и делалось. И метод у меня был соответствующий — вызванная поляризация. Вкрапленные руды, слабые и не всегда очевидные аномалии. Никаких тебе больших красивых “вот оно, тут рудное тело”. А в Канаде меня как будто разворачивает в другую сторону.

Да, в России у меня был небольшой опыт с поиском никеля, но это скорее было исключение из правил.

А здесь проекты, на которых я работаю, — это уже электромагнитные исследования, массивные сульфидные руды, никель, медь. Золото и серебро тоже могут идти попутно, но основной интерес — уже именно в базовых металлах. И мне интересно, как это совпадает с более общим трендом. Если раньше почти всё крутилось вокруг золота, то сейчас всё чаще звучат более “утилитарные” металлы: медь, никель, кобальт — всё, что связано с энергетикой, инфраструктурой, технологиями и будущим спросом. Получается, я сейчас набираю всё больше опыта в электромагнитных методах и в поиске именно таких объектов. И это классное ощущение: будто моя профессиональная траектория сама потихоньку сдвигается туда, где сейчас развивается отрасль. Ну и, конечно, ещё раз рекомендую прочитать нашу статью, написанную по вебинару канадского геофизика Алана Джонса. Она как раз хорошо показывает, почему у рудной геологии и геофизики есть перспектива.