Капитан Фалькас: заметки китайского преподавателя

В "Амурской правде" вышло интервью со мной: — Лекция, которую вы привезли в Благовещенск, посвящена малым народам Китая: яо, мяо и дун. Вы не только изучали китайские источники, но и проводили полевые исследования, при этом пришли к выводу, что существуют вещи, которые мы можем перенять у племен Южного Китая. Так чему, по-вашему, мы можем у них научиться? — Главное, что мне интересно в их практиках, — это как люди из соседних деревень, кланов и племен научились сосуществовать и договариваться сами, без принуждения сверху. Ведь обитали они в труднопроходимых местах, и власть империи туда не дотягивалась. Они были вынуждены сами изобретать законы и своды правил, просто чтобы друг друга не истребить, а жить в согласии. На мой взгляд, это очень важный опыт. Ведь в наше время по-прежнему много злобы, людей, готовых уничтожить непохожих на себя. Умение договариваться, создавать из сообществ общество, то есть жить вместе – самое важное, на мой взгляд, чему мы можем у них научиться. https://ampravda.ru/2026/11/08/v-rossii-ia-nacal-zamorazivatsia-pisatel-ilia-falkovskii-o-pereezde-v-podnebesnuiu-zene-kitaianke-i-neozidannom-rezultate-dnk-testa

♦️Друзья, подготовили тут с коллегами отличную папочку с каналами, посвященными истории и не только. 🔹Открывайте, читайте, подписывайтесь ✍️ 📖ЗАБРАТЬ В ОДИН КЛИК 📚Качественный и интересный контент на каждый день!

Чуньян и фулу. Часть 2 Сейчас в Чуньяне проходит выставка фулу (фото 6) из коллекции мастера Лу Чунчжэня. Он собирал ее на протяжении сорока лет. Сам мастер любезно показал мне наиболее примечательные артефакты из своей коллекции и рассказал о них.   Фулу (符籙) – это магические талисманы и письменные заклинания для взаимодействия даосских священнослужителей с миром духов. Они представляют собой масштабные полотна из грубой, суровой ткани с необработанными краями, на которые нанесены изображения богов и сложная, намеренно нечитаемая вязь.   Сам термин состоит из двух понятий. Фу (符): непосредственно талисман или амулет – графический носитель заклинания. Лу (籙): магический список имен божеств и духов. Получение такого реестра при посвящении давало даосскому мастеру духовный ранг и власть призывать конкретных существ.   Текст талисмана – так называемые «облачные письмена» или «громовые знаки». На свитках это выглядит как причудливое сплетение красных печатей, символов инь-ян, триграмм и многократно повторяющегося иероглифа «гром» (雷) (фото 7). В гуще этой иероглифической вязи проступают фигуры свирепых божеств и черных демонических духов (фото 8, 9). Для непосвященного человека текст смотрится как абстрактная абракадабра. Да и сам мастер сказал, что он не все может понять.   Талисман строится по строгим правилам. Он начинается с «головы» (призыв высших сил или конкретного божества), продолжается «телом» (сама суть приказа – например, изгнать болезнь, защитить жилище или привлечь богатство) и заканчивается «ногами» – магической печатью, которая скрепляет приказ и «запирает» энергию заклинания на бумаге.   Однако если не вдаваться в содержание, то современному зрителю магический канон может казаться вполне себе готовым эскизом для инди-комикса или татуировок, – живым, почти панковским народным творчеством (фото 10-14).   Выйдя с выставки, я отдохнул в беседке у старого некрополя, где покоится сам основатель храма Ли Минчэ (1751–1832) (фото 15). Любопытно, что там же находится могила Ду Яньдуна – основателя другого знаменитого даосского комплекса Гуанчжоу, дворца Саньюань (三元宫), о котором я писал раньше.   Хотелось посидеть в тишине перед тем, как вновь вернуться в шум квартала ткачей. Здесь вместо пугающих мотоциклов мимо меня лишь медленно проходили вальяжные кошки. В последние годы Чуньян приобрел вирусную популярность среди горожан благодаря десяткам живущих там кошек. У многих животных есть собственные таблички с именами («официальные даосские коты»), и люди часто приходят сюда не только за духовными практиками, но и за своеобразной пет-терапией.

Чуньян и фулу. Часть 1   Один из моих любимых даосских храмов в Гуанчжоу – Чуньян. Он находится на остатке вулканического хребта в районе Хайчжу, проступающего на территории храма в виде больших валунов (фото 1). У входа сохранилась подлинная каменная табличка с названием храма, высеченным древним стилем (чжуаньшу). Там же находятся парные каллиграфические надписи «灵山松径古，道岸石门高» («Древняя сосновая тропа на священной горе, высоки каменные врата на берегу Дао»), оставленные известным гуанчжоуским торговцем и меценатом конца эпохи Цин Пань Шичэном (фото 2)   Храм был основан в 1824 году даосским монахом Ли Минчэ, который был не только священнослужителем, но и выдающимся астрономом. На территории Чуньяна он построил каменную платформу Чаодоутай (朝斗台) для наблюдения за звездами и составления своего фундаментального труда «Хуаньтянь тушо» (Иллюстрированное описание небесной сферы). Эта платформа – единственная сохранившаяся древняя обсерватория в регионе (фото 3).   В конце XIX и начале XX веков тихий храм с его причудливыми камнями и сливами стал местом сбора творческой интеллигенции. Здесь подолгу жили и работали художники Цзюй Чао и Цзюй Лянь, а позже часто собирались мастера Гао Цзяньфу и Чэнь Шужэнь – основатели линнаньской школы живописи.   Сегодня Чуньян оказался в плотном кольце современной коммерческой застройки, находясь в центре сети маленьких текстильных лавок и мастерских (фото 4), в непосредственной близости от гигантского рынка тканей Чжунда. Архитектура эпохи Цин резко контрастирует с суетой торгового квартала, превращая территорию комплекса в портал для городского эскапизма. Когда я гулял по окрестностям, меня несколько раз чуть не сбили мопеды, нагруженные огромными рулонами ткани. Вообще такого гула я не слышал, а столько мотоциклов не видел в Гуанчжоу уже давно (фото 5).

🇨🇳 Китайский язык и жизнь в Китае Собрали каналы о культуре, традициях и изучении языка. Здесь — полезные материалы, советы и личные истории. 📂 Добавляйте папку! А интерес к Китаю может открыть новые возможности: 🇨🇳 Лицензированная онлайн-школа Kitai-School: N1 в методике преподавания китайского языка. Индивидуально, в мини-группах. Подготовка к экзаменам new HSK, HSKK, YCT, CSCA, ЕГЭ. Гранты. Поступление в Китай. 📱 Ведёте канал? Присоединяйтесь к следующим подборкам.

Дерево чиури Шаман показал мне растущее в его дворе масляное дерево чиури, священное для чепангов. Согласно мифологии, чепанги, чиури и чамеро (летучие мыши) образуют триаду. Каждый член триады необходим для выживания двух других. Чепанги нужны для ухода за чиури. Эти деревья дают племени плоды, масло и древесину, которые можно продавать или применять в быту. Летучие мыши опыляют цветы чиури, благодаря чему деревья плодоносят. Сами же мыши служат традиционным деликатесом для местных жителей. Охотники ставят ловушки на крыланов прямо в кронах. Некоторые молодые ребята подтверждают, что дерево чиури важно именно потому, что на нем можно охотиться на летучих мышей. Зимой по обычаю родственники собираются в деревне и пируют, поедая жареных летучих мышей и приглашая почетных гостей. Мёд, собранный пчёлами с цветов чиури, особенно вкусен и, как говорят, обладает лечебными свойствами. Весной деревья приносят сладкие и сочные плоды. В основном чепанги употребляют эти плоды как здоровую и питательную пищу, хотя некоторые также продают их на местном рынке. Семена чиури перерабатывают на «гхи» (масло), что является важным источником дохода для чепангов. Многие семьи до сих пор возят «чиури гхи» на рынок в Читване, где обменивают его на соль и одежду. Этим же маслом заправляют «дийо» (домашние лампы), что имеет огромное значение в тех деревнях, где нет электричества. Гхи идет и в повседневную готовку. Жмых после отжима масла служит органическим удобрением и пестицидом для защиты сельскохозяйственных культур, а иногда его добавляют в воду, чтобы травить рыбу и облегчить ее вылов. Масло чиури также обладает антисептическими свойствами, и чепанги натирают им руки, как лосьоном. У чепангов деревья чиури всегда считались признаком процветания: существовала сильная традиция дарить саженцы или даже взрослые деревья дочерям в качестве приданого, но сейчас она уходит, так как саженцев почти не осталось. Ускоренное уничтожение чиури поставило под угрозу привычный образ жизни. Существует множество факторов, приводящих к сокращению количества деревьев. Климатический кризис высушил постоянные источники и понизил уровень грунтовых вод. Саженцы больше не приживаются в лесу так, как раньше – чепанги перешли на животноводство, и теперь их козы свободно пасутся в лесу, съедая молодой подлесок. Строительство дорог и расширение поселений привели к оползням, уничтожающим оставшиеся деревья. Свою роль сыграла и проблема общей собственности: с отменой старой системы сертификатов чиури стали считаться общим благом, и люди перестали за ними ухаживать, надеясь на других. Кроме того, чепанги страдают из-за милитаризированной модели охраны природы в Непале: не имея официальных документов на землю, они сталкиваются с тем, что государство иногда сносит их дома, обвиняя в посягательстве на охраняемые территории. В довершение всего, из-за общей бедности и модернизации многие чепанги бросают лесной уклад и уезжают искать обычную работу в городах. Однако сейчас у этой культуры появился шанс на спасение. Образованная молодежь чепангов пытается вернуться к корням и возродить чиури. При поддержке различных организаций они высаживают тысячи новых саженцев в общинных лесах и создают кооперативы для продажи фруктов, масла и ценного меда на национальном рынке. Такой подход решает проблему ничьих деревьев: когда прибыль распределяется внутри коллектива, у людей появляется прямой стимул беречь не только свои, но и соседские посадки. А чтобы дополнительно увеличить доход общины, чепанги даже запустили пилотный проект по выращиванию кофе прямо под сенью деревьев чиури.

🇨🇳 Хотите открыть для себя Китай? Начнём с изучения языка! 🇨🇳 Лицензированная онлайн-школа Kitai-School Обучение китайскому индивидуально и в мини-группах. Подготовка к экзаменам HSK, HSKK, YCT, CSCA, ЕГЭ. Помощь с грантами и поступлением в Китай. 📂 Добавить папку Больше каналов о китайском языке, культуре, традициях и жизни в Китае — в нашей папке. Заглядывайте! 📱 Ведёте канал? Присоединяйтесь к следующим подборкам.

Сходил на концерт "Перемотки" в клубе MAO Livehouse в Гуанчжоу.

Поговорил с профессором INSEAD (Сингапур) Ильей Цетлиным о том, что такое теория принятия решений и может ли человечество с ее помощью сконструировать идеальную систему голосования. https://discours.io/articles/social/math-of-voting

Бубен шамана В деревне Керабари через местного юношу я попал в дом гурунгского шамана и записал его ритуал. По строгой племенной традиции, статус жреца (по-гурунгски – пачу) передается по наследству от отца к сыну через долгие годы зубрежки мифов и ритмов. Но здесь, в смешанной деревне, на стыке культур, шаманы часто принимают универсальные правила игры, заявляя, что дар обрушился на них через мучительную одержимость духами или даже после мистического похищения хозяином джунглей. Мы ждали шамана в хозяйственном помещении у открытого земляного очага. В гималайских домах это не просто кухня, а сакральный центр – место, где в тепле и дыму, как считается, обитают духи предков (питри). Именно здесь, у огня, испокон веков совершаются все таинства. Наконец появился джанкри (общенепальское наименование шаманов). В руках он держал барабан (дьянгро), мисочку с сырым рисом и белую ткань. Рис (чамал) и некрашеная ткань (сето капада) – базовый арсенал любого джанкри или пачу в Гималаях, выполняющий практические функции. Сырой рис не только подношение горным божествам: начитав на него мантры, лекари превращают зерна в «энергетические пули» и резкими бросками отгоняют зловредных сущностей, либо гадают по брошенной горсти. А белая материя в ритуалах возвращения души обозначает чистую тропу, по которой приманенная душа больного должна безопасно вернуться в тело. Но в нашем случае они так и остались лежать в стороне. Главный инструмент шамана, барабан дьянгро, символизирует ось мира. В отличие от нарядных поделок, которыми часто хвастаются в туристических районах, рабочий бубен деревенского жреца был сугубо утилитарен: грубая кожа, никакой сложной резьбы или декоративной рукояти, по краям обода торчала невыделанная шерсть. Внутри рамы скрывались связки железных трубочек и колец. В непальской традиции холодное железо служит главным оружием против демонов. Поверх бубна джанкри положил массивные четки из семян рудракши. Это классический элемент индуизма, указывающий на связь шаманской практики с культом Шивы – согласно поверьям, именно он считается первошаманом и верховным покровителем всех джанкри. На бусах поблескивал латунный колокольчик для призыва духов-помощников и ритмического сопровождения транса. В отличие от более диких, архаичных практик чепангов, в ритуалах гурунгов вообще чувствуется сильное влияние тибетского шаманизма Бон и индуизма. Прежде чем начать, шаман коснулся инструмента, груди и лба, а затем сделал резкий смахивающий жест в сторону. Для него барабан – не кусок дерева, а живое существо. Этим адаптированным индийским пранамом он запрашивает разрешение на работу, переносит сакральную силу на себя и отсекает мирскую скверну. Выполняя этот ритуал, шаман показывает готовность стать проводником и связывает свое тело, разум и инструмент в единое целое. Затем джанкри надел рудракши на шею и начал камлание. Удары изогнутой палочкой по барабану погружают шамана в транс, а сам барабан служит ему мистическим конем – на нем он путешествует между мирами духов, чтобы вернуть украденную душу больного или изгнать демона. С каждым касанием металл внутри бубна издавал резкий лязг, который вплетался в глухой гул кожи, создавая рваный, гипнотический ритм. Завороженный, я следил за действом, а потом взял из рук джанкри палочку и попытался повторить его ритм, чтобы вслед за ним вступить в неизведанный мир. Еще секунда, и я превратился бы в очередного экзальтированного паломника-европейца, но тут ко мне подползла кровожадная пиявка и вцепилась в ногу...

+1/26 Илья Фальковский Уход Паренаго или равнодушие национализма. Россия — Китай XIX/XXI в. Автограф автора гласит «Моему старинному Мише». Мы пытались с Ильей посчитать, сколько лет мы знакомы, наверное двадцать, но сбились. И большую часть этого времени Илья провел в Китае На четвертой обложке написано, что это многожанровая книга. И это действительно так. Тут и тщательно проработанная, перенасыщенная деталями история адмирала царского флота, ухитрившегося не поучаствовать ни в чём кровавом — ни в Цусиме, ни в подавлении Кронштадского восстания, хотя мог. Вдруг повествование о Паренаго прерывается, чтобы рассказать о знаменитом «боксерском восстании» ихэтуаней. А потом он уходит на пенсию и Фальковский рассказывает историю того, как умирал его отец. И это уже классический, если это слово можно было тут употребить, автофикшн. А дальше Илья начинает препарировать панславянский и паназиатский национализмы, мешая тексты китайских блогеров с цитатами из Жижека и Бурдье. А потом падает с велосипеда и ломает ногу. (Я помню, как звал Илью в тот год на фестиваль в Благовещенск, а он мне в ответ «Не поеду, ногу сломал!», но в этот год всё случилось) Про Благовещенск, кстати, у Фальковского такое, чего я не знал. Страшное и я вообще не понимаю, как два берега с этим живут эти 120 лет. Когда я дарил Фальку свою книжку, то написал ему «Фа от Фа». Он говорит, что прочитал мою за обедом. Я его — за перелет Владивосток – Москва. Девять часов летел. Оторваться не мог.

Огромный леопард Сбился вчера с маршрута, так что пришлось спускаться с горы ночью по обрывистой тропе, ведущей через лес. Смотрю, справа – два светлячка. Направил фонарик – оказались глаза дикой бенгальской кошки. Местные рассказали утром, что она хоть и маленькая, но опасная. Якобы охотится на коз – может запросто загрызть козленка – и даже нападает на людей, если они идут поодиночке. Выходит, мне крупно повезло.

Тропа чепангов Иду по тропе чепангов (фото 1). Живут они вот в таких домиках (фото 2, 3), а сам я сегодня ночую в таком, куда более шикарном (фото 4, 5).

Чепанги и панде Я писал о тамангах, но вот чепанги, например, находятся на еще более низком уровне социальной лестницы. Даже таманги, зачисленные в касту порабощаемых, относились к ним презрительно. Как отмечал французский ученый Корней Жест, таманги с гурунгами «считают чепангов представителями низшей касты — подобно ками [кузнецам] или сарки [кожевникам]. В частности, таманги и гурунги не принимают пищу из рук чепангов, а самим чепангам запрещено входить в дома тамангов и гурунгов. Кроме того, чепанги разводят свиней, что является характерной чертой низших непальских каст. Представители [высших] каст баун [брахманы] и чхетри [кшатрии] называют чепангов “пухун” (неприкасаемыми) и относятся к ним соответствующим образом». История и фольклор чепангов изучены очень слабо. Одна из немногих исследователей этого народа Диана Риболи, долгое время жившая среди него, писала, что еще относительно недавно, около пятидесяти лет назад, чепанги вели кочевой образ жизни, занимаясь охотой и собирательством. Ныне же они обитают в тяжелых условиях, что обусловлено рядом факторов: внезапным и принудительным прекращением охоты, насильственным переходом к оседлости и резким включением в кастовую систему страны. Пытаясь выжить в новых реалиях, чепанги были вынуждены перейти на подсечно-огневое земледелие (кхорию). Однако в последние 20-30 лет государство стало жестко бороться и с ним, обвиняя чепангов в уничтожении лесов и провоцировании пожаров. Запертые на бесплодных каменистых склонах, чепанги нанимаются батраками к представителям других народов или уходят чернорабочими в города. Исторически общинные связи чепангов были довольно хрупкими, так как во времена кочевого собирательства их семьи жили обособленно друг от друга во временных лесных укрытиях. Однако в условиях жесткой маргинализации, запрета на свободное использование джунглей и постоянной угрозы выселения им пришлось учиться коллективному отстаиванию своих интересов. Для защиты этноса была создана «Ассоциация чепангов Непала» (Nepal Chepang Association). Она стала их главным рупором в диалоге с правительством, добиваясь официальных сертификатов на владение землями, на которых они жили веками. На локальном же уровне современная самоорганизация чепангов строится вокруг так называемых общественных лесов (community forests). Поскольку бесконтрольно пользоваться дикой природой больше нельзя, государство выделяет общинам строго ограниченные участки. Десятки семей объединяются для совместной охраны доступных им угодий, интегрируя в современное непальское лесопользование свои древние экологические знания — в частности, коллективно защищая священные участки леса и деревья чиури (масляное дерево), от урожая которых напрямую зависит выживание общины. Утрата традиционного уклада меняет и верования чепангов. Изначально они были анимистами — верили в духов. Но сейчас в их деревнях активно действуют христианские миссионеры — вкладывают деньги не только в строительство церквей, но и в школы и больницы. Для совершения ритуалов чепангам были необходимы шкуры животных и коренья, но теперь, после превращения обширных массивов джунглей в национальные парки, их свободная добыча запрещена. Еще один фактор, способствующий переходу в христианство, — возможность вырваться из унизительной кастовой системы. Тем не менее среди них еще остались шаманы — панде. Считается, что они самые сильные среди непальских шаманов и, в отличие от шаманов тех же тамангов, способны перемещаться между всеми тремя мирами, посещая не только небесный, но и подземный мир. На фото: чепангский шаман (панде)

Охота на обезьяну   Когда был в Цзиньсю, узнал, что яо до сих пор хранят дома ружья и охотятся на обезьян. Выяснилось это в парке Иньшань (Парк серебряной пихты, фото 1). Там растут уникальные реликтовые деревья – катайя серебристолистная (фото 2). Это настоящие живые ископаемые, которые застали еще мезозойскую эру вместе с динозаврами и чудом пережили ледниковый период. Ботаники обнаружили их лишь в 1950-х годах и теперь называют «пандами растительного мира» за крайнюю редкость и эндемичность. В этих же заповедных лесах обитают дымчатые леопарды и обезьяны (фото 3).   В музее парка я наткнулся на стенд с таким текстом (фото 4):   Незаконная охота и убийство макаки   [Основные обстоятельства дела]  В ноябре 2011 года подсудимый Цзян Гуйсинь, находясь на обочине автодороги между Люманьчун и Чантяньвэй (в районе хутора Далин деревни Далин волости Люсян, автономный уезд Цзиньсю-Яо), заметил на клене обезьяну. Он позвонил подсудимым Ли Хаю и Ли Чуню и сказал им принести дробовик, чтобы застрелить это животное. Позже, когда трое подсудимых стреляли в обезьяну, мимо проходил подсудимый Дэн Гоцян. В этот момент у Ли Хая закончились патроны для его дробовика, и он попросил Дэн Гоцяна сходить домой за еще одним ружьем и патронами.   Дэн Гоцян сразу же пошел домой, взял хранившееся у него ружье с патронами и вернулся на дорогу. Четверо подсудимых продолжили охоту. Убив обезьяну, они разделили и съели ее мясо, а кости, ладони и ступни оставили для использования в качестве лекарственного сырья. Согласно заключению Центра криминалистической экспертизы диких животных и растений при Управлении лесной полиции Государственного управления лесного хозяйства КНР, убитая обезьяна являлась макакой и относилась к охраняемым государством животным второй категории.   [Результат судебного разбирательства]  Народный суд автономного уезда Цзиньсю-Яо постановил, что подсудимые Ли Хай, Дэн Гоцян, Цзян Гуйсинь и Ли Чунь в нарушение закона незаконно добыли и убили охраняемое государством животное второй категории (макаку). Их действия нарушили уголовный закон и образуют состав преступления – незаконная охота и убийство редких и находящихся под угрозой исчезновения диких животных. Обвинения прокуратуры по данной статье признаны обоснованными.   В то же время подсудимые Ли Хай и Дэн Гоцян нарушили правила обращения с огнестрельным оружием, незаконно владея им, что образует состав преступления – незаконное хранение огнестрельного оружия. Эти обвинения также признаны обоснованными. Поскольку Ли Хай и Дэн Гоцян совершили несколько преступлений, наказание им назначается по совокупности преступлений.   В процессе совместной охоты подсудимый Цзян Гуйсинь инициировал преступный умысел, а затем вместе с Ли Хаем и Ли Чунем активно участвовал в убийстве животного. Эти трое сыграли главную роль, признаются главными преступниками по делу и должны понести наказание за все преступные эпизоды, в которых участвовали.   Подсудимый Дэн Гоцян не был инициатором и присоединился к незаконным действиям на более позднем этапе (когда действия Ли Хая и Ли Чуня на время прервались), однако он активно откликнулся на просьбу и непосредственно участвовал в охоте, поэтому также признается главным преступником. Учитывая, что он подключился на позднем этапе и его роль была несколько меньшей по сравнению с остальными, ему может быть назначено более мягкое наказание.   До возбуждения уголовного дела органами общественной безопасности, в ходе полицейского опроса, все четверо подсудимых по собственной инициативе дали правдивые признательные показания. Это квалифицируется как явка с повинной, что по закону дает основания для смягчения наказания. Подсудимому Дэн Гоцяну на момент совершения преступления не исполнилось 18 лет, поэтому, как несовершеннолетнему, ему также полагается смягчение наказания по закону.   Суд приговорил: Ли Хая – к 2 годам и 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, а также к штрафу в размере 5000 юаней; Дэн Гоцяна – к 1 году и 8 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года; Цзян Гуйсиня и Ли Чуня – к 1 году и 2 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, а также к штрафу в размере 5000 юаней.   В настоящее время приговор вступил в законную силу.   [Значение прецедента]  Автономный уезд Цзиньсю-Яо является важным источником водных ресурсов речной системы Чжуцзян и крупнейшей в Гуанси природоохранной зоной естественных и водоохранных лесов. Здесь обитает огромное количество редких видов животных и растений, это второй по величине генетический банк флоры и фауны в стране (уступающий только Сишуанбаньна).   В то же время, поскольку уезд Цзиньсю является местом компактного проживания национальных меньшинств со сложным горным рельефом, плохой транспортной доступностью, информационной изоляцией и слабым экономическим развитием, правосознание местных жителей в сфере охраны природы остается низким. Это приводит к частым преступлениям, наносящим ущерб окружающей среде.   Суровая борьба с подобными преступлениями (охота, убийство, незаконная покупка, транспортировка и продажа редких животных и дериватов) служит мощным сдерживающим фактором для правонарушителей и средством просвещения масс. Данное дело является типичным примером из судебной практики местных судов, а его рассмотрение имеет важнейшее значение для популяризации «Закона об охране диких животных» и правового воспитания простых граждан.

Сутенеры-китаисты Уфф, вернулся с фестиваля в Благовещенске, отлежался и наконец пришел в себя. Главное впечатление – наши люди. Непростые и многогранные. В ночь перед поездкой я плохо спал. Я человек тревожный, а тут надо рано вставать и нестись в аэропорт. К тому же на меня напал огромный комар. И всю ночь кусался. Ничего, думаю, в поезде до Хэйхэ отосплюсь. Но, как я писал, в купе со мной оказались очень приятные соотечественники из Благовещенска, молодые муж с женой. Я таких интеллигентных людей в жизни своей не встречал. Говорят: «Вы очень интересный собеседник, расскажите-ка нам что-нибудь еще». Я на лесть падок, ну и давай трепать языком, всю свою подноготную выложил, с самого сызмальства жизнь расписал. Тут муж просит: «У меня пиво закончилось, не можете узнать, где еще взять? Я по-китайски не говорю». Пошли к проводнику. Он сообщил, что продавец напитков сидит в 14-м вагоне. А мы в пятом. Я перевел, Петя побежал за пивом. Я вернулся в купе. Спрашиваю у его Кати: «Вы, наверное, в университете работаете?» А она: «Нет, я в администрации города, а муж – в органах». Я: «Ой, что же вы раньше не сказали, а то я бы сам ему за пивом сгонял!» Ну, раз с пивом я облажался, пришлось всю ночь дальше байки травить. В Благовещенске заселился в гостиницу. Хозяин, наоборот, – бандитская рожа, кулаки в два раза больше моих. Да он и сам поведал, что сутенером был, девок в Китай возил. Позвал на шашлыки, разговорились. Так оказался китаистом, раньше блог про Китай вел, чуть ли не с десяток книг перевел. По-китайски шпарит так, что я вообще ничего не понимал. Я сдуру брякнул, что самоучка, он меня сразу протестировать решил. Я с испугу что-то блеял-млеял, двух слов связать не мог. В общем, опозорился по полной, но хоть живым ушел. А вот в итоге как выглядел сам фестиваль и что там происходило: https://primamedia.ru/news/2631011/

🇨🇳 Откройте для себя Китай с разных сторон Язык, учёба, путешествия, традиции и повседневная жизнь — в одной подборке авторских каналов. 😊Папка с каналами: https://t.me/addlist/bOZd7gnrRoQ1MGRi 📌 Заглядывайте, выбирайте интересное и подписывайтесь. 📱 Ведёте канал? Присоединяйтесь к следующим подборкам.

Книжный фестиваль «Берег» в Благовещенске 11-13 сентября! Второй год подряд ездим в Благовещенск, где готовим лекционную программу для «Берега»! В этом году тема фестиваля — «Письма издалека». В китайском языке выражение «дикие гуси приносят письма» передает тоску по дому, горечь разлуки, долгое и томительное ожидание.  Дважды в год дикие гуси перелетают Амур, поэтому для нас «Письма издалека» — это и связь двух далеких, но близких берегов, и весточка из далекого прошлого, и попытка донести весть до читателя. В востоковедческой программе фестиваля выступят: китайский детский писатель Сюэ Тао («Вернись, Сентябрь», «Там за рекой»), а также писатель и исследователь Илья Фальковский («Жемчужная река», «Уход Паренаго. Россия-Китай. XIX-XXI») Японист Степан Родин прочтет лекцию о жизни и творчестве эдосских поэтов, Ксения Санина представит книги японских прозаиков Нагаи Кафу и Идзуми Кёка, Анна Слащева расскажет о «Токио симпати тауэр» и японской литературе в эпоху ИИ.  Китаисты из Амурского государственного университета Ирина Кейдун и Марина Хаймурзина поведают об устройстве китайских церемоний и менталитете китайского народа; доктор исторических наук Сергей Филонов вместе со слушателями разберет даосский трактат «Книга Жёлтого дворика». Религиовед Сергей Щербак презентует собственную монографию «Буддизм» и прочтет лекцию о легендарном монахе Сюаньцзане. Особое внимание уделено культуре Дальнего Востока: гостей ждут лекции об истории Сахаляна-Хэйхэ, китайского поселения на Амуре, тиграх и женьшене в русско-китайском фольклоре, знаменитом путешественнике Владимире Арсеньеве, презентация исторического романа о Тункинской долине и книги «Сирень и война» — воспоминаний японки, чья жизнь оказалась связана с Владивостоком. «Берег» пройдет на пл. Ленина 11-13 сентября. Полная программа опубликована на amurkniga.com!

На причале Переходил я по мосту Дружбы во Вьетнам, переезжал на поезде в Лаос, а тут переплыл на пароме в Россию. Добирался я вот как: долетел на самолете из Гуанчжоу до Харбина, прошелся там по Центральной улице, съел хваленый пломбир на палочке, выпил разливного пива навынос – за 13.9 юаней дают стакан и пьешь любое (фото 1), пофотографировал таблички на исторических зданиях. Искал я русский след, но мне почему-то попадались сплошь такие – «комплекс исторических мест еврейской диаспоры в Харбине» (фото 2), а других и не было. Затем сел в ночной поезд до Хэйхэ (фото 3). В купе со мной оказалась супружеская пара молодых соотечественников из Благовещенска, разговорились, так что отоспаться не удалось, зато скоротали время за приятной беседой. У памятника маньчжурскому полководцу Сабусу (фото 4) – тому, что наш Албазин взял – поймали машину. И вот я на причале (фото 5), любуюсь родиной (фото 6).