Переверни пингвина

Филипп Майер «Сын» Обожаю такие грандиозные саги! Тут у нас целых 150 лет американской истории и сразу четыре поколения семьи Маккалоу. В 1849 году тринадцатилетнего Илая похищают команчи. И это — самая увлекательная часть книги, расходимся. Будут бить бизонов, белых колонизаторов и всячески вести суровую жизнь воинов, которые претерпевают из-за толп понаехавших. Илай пробудет у индейцев всего три года, а проживёт чуть ли не сто лет. А характер, как мы знаем, формируется в детстве. Вот из Илая, в итоге, и получится суровый воин-прагматик — как раз то, что нужно для создания семейной империи. Линия его сына, Питера, тоже по-своему хороша. Питер не может смириться с тем, что богатство их семьи построено на крови мексиканских соседей. И потому рефлексирует, как заправский миллениал. Илай же считает это естественным ходом истории: земля принадлежит тому, кто способен её удержать. Вон, индейцев уже почти никто и не вспоминает, а какие люди были! Да и вообще, получалось ли хоть у кого-то освоить дикие земли цивилизованно, без драк и крови? А вот история правнучки Илая, Джинни, которая рулит делами в XX веке, показалась самой слабой. Она строит нефтяную империю и попутно расхлёбывает то, что деды наворотили давным-давно. Но создаётся ощущение, что автор к этому моменту просто устал от своих героев, и история заката империи получилась какой-то вымученной. Кстати, советую после книги глянуть экранизацию. Сериал отличный! Пирс Броснан идеально попал в образ Илая, а сценаристы знатно перетряхнули сюжет, выкинули много лишнего и добавили драмы. Тот случай, когда адаптация местами затягивает сильнее оригинала, хоть сериал и обрывается где-то на середине книги. Роман — классный и читать, безусловно, стоит. Даже несмотря на то, что Филипп Майер немножко переборщил с толерантностью: мексиканские соседи у него сплошь романтики и благородные жертвы. Упоминаются, конечно, абстрактные мексиканцы, что шумят в приграничье... но нет ни взорванных мексиканцами поездов, ни вырезанных семей фермеров. Как будто автор упростил баланс ради контраста и кажется, что мексиканцы — те же несправедливо выгнанные со своих земель индейцы, а не захватчики версии 1.0. Но мы, ответственные читатели, всё-таки держим в голове: приграничную бойню не зря называли «Бандитскими войнами» — святых на Диком Западе не было вообще. #сша #майер

🇺🇸США Освоение Дикого Запада и колонизация. Что почитать: Кристофер Ноултон «Земля ковбоев: настоящая история Дикого Запада» (2017, пер. с англ. Е. Понкаров, Альпина нон-фикшн», 2025) — дотошное историческое исследование, написанное финансистом. А значит, сразу понятно: романтики не будет. Вместо киношных ковбоев — реальные пастухи, которые за копейки работали сутками напролет по колено в грязи. С цифрами и калькулятором реальный фронтир оказался мрачнее любых голливудских сюжетов. Филипп Майер «Сын» (2013, пер. с англ. М.Александрова, Фантом Пресс, 2015) — жёсткий исторический роман, который язык не поворачивается назвать банальной семейной сагой. Внутри — Техас, кровь, нефть и война с коренными народами. Посыл автора предельно честен: эта земля принадлежит тому, кто готов ради нее убивать, без деления на правых и виноватых. Быт команчей, пытки, налеты и свежевание буйволов описаны с хирургической точностью. По книге есть хороший сериал с Пирсом Броснаном, но там сценаристы побоялись шокировать зрителей и сильно сгладили углы. Так что сначала – читаем книгу. Уоллес Стегнер «Угол покоя» (1971, пер. с англ. Л. Мотылев, Corpus,2024) — пожилой историк разбирает письма своих дедушки-инженера и бабушки-художницы: первопоселенцев, осваивавших Дикий Запад в конце XIX века. Роман основан на настоящих дневниках Мэри Фут, и их цитирование в тексте — лучшее, что есть в книге. История колонизации глазами женщины, показанная через тяжелый быт, а не через приключения, цепляет больше любых перестрелок. Луиза Эрдрич «Ночной сторож» (2020, пер. с англ. М.Тарасов, Эксмо, 2022) — Здесь действие происходит во второй половине XX века, и никаких ковбоев вы не найдете. Это история о том, как индейцы боролись против американских чиновников за право владеть своей землей, о том, как люди до последнего цепляются за остатки своей культуры, когда её буквально стирают с лица земли. Даниэл Мейсон «Северный лес» (2023, пер. с англ. С. Арестова, Фантом Пресс, 2024) – шикарная книга, и здесь не только про колонизацию. Это - мозаика из историй, которые происходят в одном и том же доме в глуши Массачусетса на протяжении 400 лет. О том, как живётся в Америке, расскажут и беглые пуритане, и колонистка, похищенная индейцами, и даже жуки-вредители. Американская земля помнит каждого, кто по ней ходил. А вчера в комментах ещё кучу интересных книжек насоветовали, поэтому напоминаю про позабытую рубрику #расскажипингвину: напишите здесь или в личку о какой книге хотите рассказать, присылайте отзыв в любом формате, и пусть ещё одной хорошей книжкой на канале станет больше! #сша

🇺🇸США Неожиданно посмотрела фильм «Схороните моё сердце у Вундед-Ни» о том, как уничтожали индейцев в конце XIX века. И подумала, а почему бы нам не отправиться в США? Но не в современную страну небоскрёбов, а туда, где ковбои в шляпах, индейцы в перьях, скальпы к седлу приторочены. Заодно пополним список стран «мы там не были, но книжек уже начитались». Рассказывайте, что хорошего читали про индейцев и ковбоев? Или после Фенимора Купера с Майн Ридом скальпами не интересовались? А я пока свой список набросаю. #сша

Выпуск №69, рубрики #лучшепочитаю В этом выпуске мы собрали книги, где дом оказывается изменчивой субстанцией. Ведь дом- это не только про уют и тепло, правда? Это ещё и про сложное, про то, что цепляет за живое. Про свободу, которую обретаешь, только потеряв всё. Про руки, которые гладили твои вены. Про древнюю силу, высеченную из камня. Чтобы напомнить: мы не обязаны быть теми, кем нас хотят видеть. В этой подборке каждая книга ключ к двери, за которой вас ждёт что-то своё, настоящее, то, что вы, возможно, искали. Выпуск готовили: ▪️ Надежда Челомова «Чтение и терапия» ▪️ Оля «Оля о книгах» ▪️ Мария Нестеренко «Шипы и розы» ▪️ Саша «oh,classic» ▪️Светлана Рыбакова «ЛАМПА» ▪️ Лада Кулинич «Книжная околица» ▪️ Елена Французова «Пожирательница книг» ▪️ Светлана «Переверни пингвина» ▪️ Анастасия «Чтица-синица» Ваша ЛАМПА

Главный лайфхак путешественника — не застрять в аэропорту без приключений долететь обратно и вовремя вернуться на базу. Так что сегодня несу вам подборку книг про дом. Но не ждите уютных пледов с чашкой кофе: в литературе дом — вещь непредсказуемая.

Ну и напоследок о духовном Из того, что не железо, на Урале поражают две вещи. Первая – Большой Шигирский идол, конечно. Шутка ли, этот деревянный дед в два раза старше египетских пирамид, а сохранился лучше многих из нас! Редкостно красив, особенно если помнить, что у древнего мастера из инвентаря был разве что резец из челюсти бобра. Второе – Музей невьянской иконы. Вот про что надо было подробно Иванову в «Ёбурге» писать, а не уралмашевских бандюганов под микроскопом рассматривать. В этот музей я давно мечтала попасть, но, если честно, даже не представляла себе, сколько Ройзману собрать удалось! В искусстве я разбираюсь примерно как енот в квантовой физике. Поэтому не буду умничать про уникальную технику, пигменты и тонкую работу. Но что поражает даже нас, колхозников понаехавших? С порога понимаешь: заказчики не бедствовали. Золота там не просто много, а прямо от чистого сердца: сразу во всю доску сусальным листом, чтобы глаза слепило. А какие пейзажи! Художники явно работали в жанре сурового реализма: вместо условных византийских пальм и абстрактных морей — крутые речные берега, колючие ёлочки, заснеженные вершины скал. У них даже пещеры подозрительно похожи на входы в демидовские шахты! Надо ли говорить, что у ангелов на тарелках пресные хлебы очень уж пельмени напоминают? Ну в самом деле, кто ж дорогих гостей на Урале булками угощать будет? Неужто в приличном доме тарелки пельменей не найдётся? Отдельно повеселил тонкий политический троллинг от неизвестного иконописца. Воина, отсекающего голову Иоанну Предтече, явно с портрета Петра Первого перерисовывал. Сразу понятно: и в XVIII веке ничего хорошего от центральной власти Урал не ждал. Такая вот она, культура уральская. Что палеолитический мужик с топором из лосиного рога, что старовер с кисточкой — оба по канону работать не желали. Одному велели вырезать духа леса? Он вырезал портрет соседа с залысиной. Другому заказали Иерусалим? Он нарисовал родной Тагил с ёлками. Так что не так уж важно, в какое время творит уралец: взгляд у художника остаётся неизменно местным. #урал #понаехалитут

Пока читала «Приваловские миллионы», стало интересно: откуда сын потомственного священника Дмитрий Мамин знает столько подробностей из жизни купцов и промышленников? Полезла читать биографию писателя, а та-а-ам! прям «Анна Каренина» среди Уральских гор. В 1877 году недоучившийся студент Петербургского университета Митя Мамин возвращается домой в Нижнюю Салду. Денег у Мити нет, чем заняться – непонятно. Чтобы не думать о грустном, Митя отправляется на пикник местной интеллигенции. И прямо посреди этого шашлычного благолепия, его подкараулила судьба — Мария Алексеева, жена управляющего Верхнесалдинским заводом. Умнейшая женщина, языки знает, музицирует. И — о чудо! — как раз ищет репетитора своим детям. Слово за слово, тут у них роман и приключился. Законный муж, горный инженер Алексеев, митиных чувств почему-то не оценил. Развода благоверной не дал, зато пообещал сопернику ноги-то повыдергать. Но Мария оказалась дамой решительной: забрала детей и ушла к 24-летнему нищему студенту. Верхнесалдинское общество было фраппировано. Нижнесалдинское — собственно, тоже. Пришлось влюбленным перебираться в Екатеринбург. Хорошо, у Марии деньги свои были, как раз на домик хватило. Пока Митя перебивался копеечными очерками в газетах, Мария Якимовна решила из него человека сделать: — Надо выходить на новый уровень. В городе, что ни год – то скандал. Одни разводятся, другие заводы в карты проигрывают, третьих вообще под суд вот-вот отдадут. Тут на Урале материала – на две войны и три мира! Садись, сейчас я тебе всю фактуру надиктую! И засадила Дмитрия писать большую прозу, объяснив, как на Урале дела делаются. Её папенька и бывший муж всю жизнь заводами управляли. Зря что ли она с детства слышит, как мужики дела заводские обсуждают? Умная женщина помнит всё: от серых бухгалтерских схем до разборок наследников в олигархических семействах. Заодно у Марии Якимовны вовремя открылся талант литредактора: она правила черновики, заставляла переписывать и тыкала автора лицом в исходники, чтобы не завирался. Заодно взяла на себя переписку с издательствами: а то, не дай бог, эта ушлая публика облапошит её молодого гения. Мамин, уже к тому моменту ставший Сибиряком, честно признавал: «Я обязан Марии Якимовне половиной своего успеха». А успех был приличный: в 1883 году выходят «Приваловские миллионы», следом — «Дикое счастье» и «Горное гнездо». На гонорары Мамин покупает еще один дом (вот тот самый, что с пианино в гостиной). И тут бы жить да поживать, роялти наживать, но русский писатель никогда не ищет лёгких путей. В 1890 году в Екатеринбург приехал на гастроли театр. А там – актриса красивая, тоже Мария и тоже дама замужняя. И всё. Пропал калабуховский дом. Мамин-Сибиряк бросает соратницу и сбегает с новой музой в Петербург. Особняк остался маме, разболевшаяся с горя Алексеева — в Екатеринбурге, а писатель улетел навстречу новым драмам. Вот так и открывай литературных гениев – даже спасибо не скажут. Ну а работа литредактора, кажется, всегда была делом неблагодарным. #урал #маминсибиряк

В августе каналу исполнится год. Всего один год, а я уже успела по разу переломать всю технику для производства контента: комп, ридер и кофеварку. Хоть ручкой на салфетке свои умные мысли записывай. Когда в марте объявили, что и телеграм заблокируют, казалось что вселенная уже намекать устала и тупо решила рвануть рубильник моего многострадального блогинга😂 Иногда безумно хочется плюнуть на всё и уйти в закат, размахивая бутылкой просекко. Но смотрю я на брошенные каналы и бодрый исход блогеров в национально-скрепный мессенджер и думаю.. да лааадно! не прорвёмся, что ли? Нет, я не упёртая. Я ленивая. Поэтому достала я с антресолей старую кофеварку, починила комп и купила новый красненький ридер. И отправилась искать в телеге выживших. Тех, кто всё ещё читает и пишет про книги. Тех, кто продолжает тусоваться на этой тающей льдине. Тех, кто остался вопреки здравому смыслу и назло ретроградному Меркурию. Тех, кто не ищет лёгких путей, потому что — лень. В июле эта банда постапокалипсиса собралась вместе и внезапно оказалось, что нас — чуть больше, чем дофига. Так что если вы тоже ищете сумасшедших и смешных, сумасшедших и больных, е-е-е каналы, где читают книги, ловите список: здесь обсуждают и вечную классику, и откровенный треш, и полезное, и дурацкое. Выбирайте, читайте, спорьте. На этой льдине скучно не будет! А бутылку просекко я тоже купила. Скоро будем день рождения канала отмечать!

2500 рублей получил Мамин-Сибиряк за «Приваловские миллионы». Около 4 миллионов на наши деньги. Как раз хватило на приличный домик в центре Екатеринбурга и пианино. Это всё, что мы должны знать о писательских гонорарах XIX века. Где-то в уголке плачут от зависти современные российские авторы... #урал #понаехалитут

Дмитрий Мамин-Сибиряк «Приваловские миллионы» Крах уральских промышленных империй отлично описан в «Приваловских миллионах». И дело не только в том, что после отмены крепостного права бесплатный труд закончился. Многие заводы начали трещать по швам еще в середине XIX века просто потому, что преемников развелось слишком много. И новое поколение относилось к делу предков как к дойной корове для поездок в Париж и Ниццу. Вместо модернизации — вечные семейные скандалы, дробление долей, фальшивые завещания и бесконечные суды. Мамин-Сибиряк ничего не выдумывал: в основу романа легли реальные разборки тех лет — судебная грызня за наследство купцов Федуловых, крах уральской династии Расторгуевых — Харитоновых. После реформ Александра II жизнь стала ещё задорнее: феодальные господа внезапно проснулись при жестком капитализме. Выяснилось, что они совершенно не готовы к рейдерским захватам, вексельным схемам и апелляциям. Любой пронырливый адвокат в сговоре с управляющим мог обобрать хозяина до нитки и обанкротить предприятие. На это и нарвался Сергей Привалов. Вернулся из Петербурга инфантильный добрый молодец — правильный весь такой, культурно-восторженный, мечтает строить для рабочих школы и больницы. А на месте его ждет суровая реальность: заводы под опекой, миллионы его всё больше эфемерные, а вокруг стервятники кружат. Ну а про финалы произведений русских классиков можно и не объяснять: оптимизма в них отродясь не водилось. Что поделать. Как говорит моя подруга: «Это Урал, детка». #урал #маминсибиряк

Старый Демидовский Завод Ни один исторический роман даже близко не передает масштаб той махины, которую Демидовы забабахали еще в XVIII веке. Как они вообще собирали железные конструкции размером с многоэтажку без современных кранов, гидравлики и матерных чатов? Такие, как я, без диплома инженера и учебников по металлургии в анамнезе, от невозможности осознать замысел создателя просто понимают, что в какой-то стимпанк-апокалипсис попали. Помните «Вегетацию» Иванова, где уральская тайга сошла с ума, а люди выживают среди ржавых конструкций? Там ещё озверевшие «чумоходы» всю книгу с ковшами наперевес по лесам бегают? Вот тут один в один, только травка вокруг аккуратно подстрижена — видимо, чтобы понаехавшие туристы не паниковали. Вдоль заросших узкоколеек – закопченные советские локомотивы и «ковши» для жидкого чугуна. Выглядит так, будто их бросили прямо посреди смены во время нашествия зомби. Рядом – черная труба водовода толщиной в человеческий рост, а над всем этим нависает домна — исполинский скелет из кирпича и заклепок. Внутри до сих пор пахнет гарью и металлом, будто рабочие ушли на обед и не вернулись. Никогда бы не подумала, что буду с открытым ртом разглядывать ржавое железо, но демидовский размах вперемешку с суровой советской индустриализацией — это какое-то отдельное искусство. Так что, если до сих пор считаете промышленный туризм скучным — вам срочно нужно в Тагил. Этот стальной монстр прекрасен в каждой заклёпке. И отдельное спасибо тому человеку, который придумал сохранить всю эту красоту в комплексе, а не растаскивать отдельными экспонатами по разным музеям. Мы теперь даже фамилию этого героя знаем, Иван Григорьевич Семёнов его зовут, директор нижнетагильского музея-заповедника. Как эти энтузиасты умудрились не допустить, чтоб в лихие 90-е весь этот стимпанк на металлолом не растащили, история умалчивает. Может, у них там в кустах пара пулемётов спрятано, кто знает. В любом случае, Акинфий Демидов был бы доволен. Вот где настоящий памятник его жизни. #урал #понаехалитут

Евгений Фёдоров «Каменный пояс. Демидовы» Опасно всё-таки перечитывать книги, которые обожал в детстве. Сюжет-то уже знаешь и волей-неволей обращаешь внимание на то, чего лучше бы вообще не видеть. Вот и здесь: вроде бы перед нами гигантское полотно, как на Урале промышленность поднималась. Все причастные аккуратно распиханы по местам: царь Пётр грозит шведам, Демидовы строят заводы, Татищев пытается навести порядок. Но от романа так и веет смесью советской производственной прозы и баек из «Петра Первого», а капиталистов обличают настолько пафосно, что, кажется, уже никто и не рад освоению края. Больше всего, конечно, не повезло Акинфию Демидову. У Никиты хотя бы случился достойный период тульской жизни, когда за сообразительность и смётку он урвал-таки немножко авторского восхищения. А вот Акинфий прямо как будто сразу злобным кровопийцей родился. И цель себе поставил не двадцать пять заводов запустить, а под корень извести зарождающийся уральский пролетариат. А ведь самый яркий представитель династии, гений управления! Но его братьям, которые бестолково просаживали добро да измывались над девками-холопками, почему-то досталось гораздо больше внимания — уж очень хорошо они вписались в авторский замысел. Понятно, что время обязывало: книга всё-таки в 1940 году написана. Но к тому времени историки давно опровергли байки о затопленных подвалах Невьянской башни и дикой кровожадности Демидовых. Были они не беспощаднее того же Петра. Но Пётр, как мы понимаем, — это другое. Если он строил «на костях» — так это он Россию-матушку крепил. А Демидовы исключительно по злобе душевной народ угнетали да карманы без меры набивали. Непонятно даже, как они вообще умудрялись выкраивать время на строительство заводов при таком-то образе жизни. Отдельно повеселил Сенька Сокол — эдакий первый уральский коммунист в самом начале XVIII века. От его пламенных речей за километр несёт статьями Ленина. Когда этот пролетарий принялся разъяснять башкирам основы интернационализма, уверяя, что их ханы — зло, а русский заводчанин — лучший друг, я уже хохотала в голос. Вот откуда этот орёл набрался таких идей, если не то что большевиков, но даже разночинцев ещё сотню лет ждать? Одним словом, вроде бы очень обстоятельный исторический роман с неплохой стилизацией. Но из-за всей этой советской пропаганды совсем потерялся сам Урал. Потерялись невероятные люди, которые всего за пару поколений умудрились построить десятки заводов и создать громадные империи. И ведь стоят эти заводы столетиями! Вон Нижнетагильский завод аж до 1987 года металл выплавлял, и хоть бы что ему. А плотина так и вовсе до сих пор работает #урал #фёдоров

Продолжаем с коллегами по книжному ТГ читать длинные списки литературных премий за вас 😁 Сегодня на очереди – номинация «Иностранная литература» премии «Ясная Поляна» Ссылка в названии книги ведет на отзыв на нее   В короткий список вошли: 📚 Жузе Эдуарду Агуалуза «Креольская нация» (пер. с португальского Варвары Махортовой) 📚 Робби Арнотт «Лимберлост» (пер. с английского Дарьи Расковой) 📚 Такис Вюргер «К Полине» (пер. с немецкого Татьяны Набатниковой) 📚 Риэ Кудан «Симпати Тауэр Токио» (пер. с японского Анны Слащевой) (вторая часть отзыва – здесь) 📚 Омер Зюльфю Ливанели «Серенада для Нади. Забытая трагедия Второй мировой» (пер. с турецкого Сабиры Серазидиновой) 📚 Хань Шаогун «Словарь Мацяо» (пер. с китайского Алины Перловой) 📚 Саманта Харви «По орбите» (пер. с английского Екатерины Даровской) (еще один отзыв – здесь) 📚 Хван Согён «Три поколения железнодорожников» (пер. с корейского Марии Солдатовой и Ро Чжи Юн) 📚 Хатльгрим Хельгасон «Женщина при 1000 °C» (пер.с исландского Ольги Маркеловой) 📚 Чжан Лин «Одинокая Ласточка» (пер. с китайского Ольги Кремлиной) 📚 Халид ан-Насрулла «Белая линия ночи» (пер. с арабского Катерины Колосковой)   Остались в длинном списке, но нас это не остановило: 📖 Сельва Альмада «Не река» (пер. с испанского Дарьи Синицыной) (и здесь) 📖 Хуан Габриэль Васкес «Имена Фелисы» (пер.с испанского Анны Берковой) 📖 Абдулразак Гурна «Рай» (пер. с английского Любови Сумм) 📖 Каваками Миэко «Летние истории» (пер. с японского Марии Прохоровой) (и здесь) 📖 Юнас Хассен Кемири «Монтикор. Молчание тигра» (пер. со шведского Натальи Братовой) 📖 Миа Коуту «Ароматы» (пер. с португальского Екатерины Хованович, Марии Мазняк, Варвары Кузнецовой, Варвары Махортовой, Марии Бондаревой) 📖 Луис Ландеро «Нелепая история» (пер. с испанского Михаила Емельянова) 📖 Хишам Матар «Мои друзья» (пер. с английского Марии Александровой) 📖 Йоанна Элми «Сделаны из вины» (пер. с болгарского Антонины Тверицкой) 📖 Дженни Эрпенбек «Кайрос» (пер. с немецкого Веры Ахтырской) (еще один отзыв – здесь) 📖 Альбан Николай Хербст «Корабль-греза» (пер.  с немецкого Татьяны Баскаковой) 📖 Инго Шульце «Праведные убийцы» (пер. с немецкого Софьи Негробовой) 📖 Питер Хёг «Твоими глазами» (пер.  с датского Елены Красновой) 📖 Антонио Муньос Молина «Ночь времен» (пер. с испанского Александры Горбовой и Елены Горбовой) 📖 Гитанджали Шри «Растворяясь в песках» (пер. с хинди Екатерины Комиссарук) 📖 Мирьяна Новакович «Страх и его слуга» (пер. с сербского Ларисы Савельевой) 📖 Персиваль Эверетт «Джеймс» (пер. с английского Юлии Полещук) (еще один отзыв) 📖 Джейн Энн Филлипс «Ночной страж» (пер. с английского Александры Глебовской) 📖 Симон Лопес Трухильо «Обширная территория» (пер. с испанского Анны Папченко) 📖 Чон Чиа «Дневник освобождения моего отца» (пер. с корейского Людмилы Михэеску) 📖 Асако Юзуки «Масло» (пер. с японского Полины Гуленок) (другие отзывы – здесь, здесь и здесь)   Лауреата мы узнаем в октябре, а пока поделитесь, кто ваш фаворит в этой номинации?

Пока мы на Урале песок ковыряли, книжные блогеры читали новинки из премиальных списков. А у нас чего? С «Большой книгой» — не сложилось. В этот раз туда включили что-то настолько странное, что я пока с опаской присматриваюсь. А вот в списках «Ясной Поляны» с удовольствием поковырялась. Тем более, парочку номинантов мы с вами уже и так читали, а потому тоже смогли приличными блогерами прикинуться. Больше всего я топила за победу Абдулразака Гурны и его «Рая». Шикарный роман же, ну! Не угадали. Удивительным образом он не попал даже в шорт-лист. Видимо, жюри решило, что хватит с него и Нобелевки. Зато в шорт-лист прорвался Хатльгрим Хельгасон и его странноватая «Женщина при 1000 градусов», которая совсем мне как-то не зашла. Эх! Чудны извивы логики жюри. Однако в списках ещё полно добра нечитанного. Я вот себе парочку на будущее прикопала: «Креольская нация» Миа Коуту (про Анголу) «Лимберлост» Роби Арнотта (про Тасманию) А вы что хорошего из премиальных списков читали?

Золото в россыпях, или о том, как полезно смотреть под ноги В романе «Дикое счастье» Мамин-Сибиряк описал главный юридический квест уральских золотодобытчиков XIX века: частникам разрешалось собирать только «золото в россыпях». А всё жильное золото, что сидело в скалах — госмонополия, лапы прочь! Впрочем, русского человека это редко останавливало: при помощи пьянки и взятки любая гранитная гора легко оформлялась как речная грязь местечкового значения. Но россыпями автор заинтересовал. И мы рванули на Берёзовский прииск под Екатеринбургом: зря что ли там люди в земле третью сотню лет ковыряются. И точно! Именно в этой глуши и началась вся мировая история массовой добычи россыпного золота. Выяснили, что в XVIII веке люди на прииске адски упахивались: долбили гранитные тоннели, выковыривали крупицы из кварца. Умирающие от непосильного труда шахтёры с серым лицом, неподъёмное кайло и все ужасы быта пролетариев, не познавших силу профсоюзов. Поначалу получалось неплохо, но к 1814 году жила иссякла. Начался чистый убыток и головная боль. Но тут местный горный мастер Лев Брусницын просто посмотрел под ноги. Там были песок и серая глина у ручья, которую годами из шахты выбрасывали. Мусор обыкновенный. Он до сих пор там лежит, можно посмотреть. Но у Брусницына был зоркий глаз, и он углядел блестящие крупинки золота. А ещё у Брусницына был мозг и инженерное образование, которые хором сказали ему: зачем гробить людей в шахтах, если природа за миллионы лет сама разрушила скалы и бережно уложила золото на речное дно? Бери корыто и намывай. А кроме зрения, мозга и образования у Брусницына была лень. И махать корытом в воде он не собирался. Ибо на берегу речки было грязно, а у него туфли приличные. Так он сколотил вашгерд — деревянный ступенчатый лоток с сукном на дне. Сверху сыпали песок и пускали воду: легкий ил уплывал, а тяжелое золото намертво застревало в ткани. Чуть позже он собрал и механический промывочный ковш — чего ради с лопатами горбатиться. Себестоимость добычи рухнула в четыре раза, мыть песок пошли даже старики и дети: а чего стесняться, если золото в каждой луже лежит? Екатеринбург охватила эпидемия: каждый седьмой забросил основную работу и ушел мыть речную грязь. Эффект получился шикарный: если в 1814 году вся Россия с трудом выжимала из шахт несчастные 16 пудов золота в год, то с лайфхаком от Брусницына счет пошел на тонны. В итоге к 1845 году Россия в одиночку обеспечивала почти половину мировой золотодобычи. А ученик Брусницына Пётр Дорошин ещё и в Калифорнии всех научил этому "русскому методу". А то чего они как дикие, в сковородках моют. Мы, конечно, тоже полезли ковыряться в берёзовских отвалах. Чуда не случилось — ушлые уральцы всё приличное собрали ещё за двести лет до нас. Но мы не отчаиваемся, я по дороге ещё пару перспективных куч присмотрела. #россия #урал #понаехалитут

Дмитрий Мамин-Сибиряк «Дикое счастье» Жила-была на Урале семья купца Гордея Брагина. Гордей с сыновьями в лавке тканей управлялись, невестки и мать Гордея – дом держали. Крепкое хозяйство, с традициями и устоями старообрядческими. И тут привозят кусок золотоносного кварца. Жилку нашли. Клондайк местного разлива. В один день на Брагина сваливается столько денег, сколько он в кошмарах не видел. Гордей моментально забывает про былую старообрядческую сдержанность, начинает чудить, сорить деньгами и требовать к себе царского отношения. И как-то очень стремительно «дикое счастье» оборачивается диким угаром. Мамин-Сибиряк безжалостен к своим героям. Честно говоря, я до последнего надеялась, что хоть кто-то за ум возьмётся и выплывет из пьяного морока. Но не зря автор все прииски на Урале объездил, прежде чем роман сел писать: типажи золотодобытчиков перед глазами были, и очаровываться там было нечем и некем. Понравилось описание приисков XIX века: мутные схемы легализации золота, жизнь старателей, работающих за хлеб и водку, странноватая публика, что ошивается рядом. Само золото - пугает, у Мамина-Сибиряка это какое-то жутковато-живое, зловещее существо, которое забирает у человека разум, а затем уничтожает его физически. Эт вам не романтическая «золотая лихорадка» Джека Лондона. На Урале герой, достигнув цели, не становится чище и сильнее духом, а тут же разлагается на плесень и липовый мёд, ибо голливудских финалов русские классики отродясь не писали. Вот и Мамин-Сибиряк решил: не жили хорошо, нечего и начинать. Очень современная книжка, не смотря на дату публикации. Полтора века прошло, а «синдром внезапного богатства» жив-живёхонек. Разве что сейчас все эти олигархические безумства и вёдра шампанского сами участники банкета в соцсетях и публикуют. А во времена Мамина-Сибиряка фигуранты местных кутежей, узнав себя в героях романа, обиделись на писателя, здороваться и на обеды приглашать перестали. Хорошо ещё извиняться не заставили и по башке не надавали, в нынешней России бы так не церемонились. #урал #маминсибиряк

Ну что, читаем книжки про Урал? Начала я, конечно, с классики. Давно ли вы перечитывали Мамина-Сибиряка? А соцреализм на демидовских заводах от Фёдорова? Вот и вспомним. Дмитрий Мамин-Сибиряк «Приваловские миллионы» (1883) — история о том, как на Урале зарождался дикий капитализм. Старые династии заводчиков, привыкшие выезжать на бесплатном труде крепостных, после реформы моментально сели в лужу и давай там барахтаться. Пришла эпоха новых дельцов, жестких откатов, банковских махинаций и подковерных игр. Изнеженные столичные наследнички на их фоне выглядят жалко: зубами выгрызать место под солнцем они уже не умеют. В общем, я бы на эту публику сто рублей не поставила, да и автор тоже. Дмитрий Мамин-Сибиряк «Дикое счастье» (1884) — уральская «золотая лихорадка» XIX века. Идеальный психологический триллер о том, как шальные деньги заживо сжирают нормальную крепкую семью с вековыми устоями. Кукуху там у всех сносит знатно. А ещё это отличный шанс подсмотреть быт приисков: Мамин-Сибиряк там по молодости всё вдоль и поперёк облазил, грязищи и экшена хватает. Евгений Фёдоров «Каменный пояс. Демидовы» (1940) — перечитала советский хит исторической прозы. В детстве трилогия меня впечатлила, но сейчас понимаешь, насколько однобоко описано всё это хозяйство. У автора к Демидовым явно что-то личное — я аж устала от бесконечных зверств и издевательств над пролетариатом. Ну и Сенька Сокол порадовал. Судя по его идеям и лексике, этот пламенный борец за права рабочих — какой-то попаданец из XX века. Толкал речи, которые в петровские времена ещё физически родиться не могли. Видимо, в запломбированном вагоне с тов. Лениным временная дыра приключилась. Алексея Иванова тоже читала, конечно, раз уж он меня на Урал за руку притащил. Поскольку «Сердце Пармы», «Золото бунта» и «Тобол» давным-давно прочитаны, решила приглядеться к нонфикам. Алексей Иванов «Ёбург» (2014) — сборник документалок про Екатеринбург лихих 90-х. Бандиты, рок-музыканты, художники, политики... Погрузиться в контекст помогает, но читать откровенно скучно — слишком сильно пахнет старой публицистикой. Как будто прочитала годовую подшивку какой-нибудь газеты «Вечерний Екатеринбург»: информативно, но не цепляет. Лучше бы пару художественных книг написал. Я бы с удовольствием прочитала, к примеру, роман о том, как музейные тётушки строили Литературный квартал. Алексей Иванов «Хребет России» (2009) — совместный проект Иванова и Леонида Парфёнова: книга плюс четырехсерийный сериал. Набор коротких новелл, скачущих от Ермака до советских пятилеток. Проблема та же самая, что и у «Ёбурга»: слишком рваные несвязанные куски. Но представление об истории освоения Урала даёт. Да и читать о промышленниках как-то интереснее, чем о бандитах «Уралмаша». Так что если нужен беглый взгляд на историю Урала , то «Хребет России» будет в самый раз: вполне увлекательно, динамично и только самое основное. #россия #урал