Devibhakta

«МАХАБХАРАТА» В МОЕЙ ЖИЗНИ Впервые о «Махабхарате» я прочитал, наверное, в пятом классе, где ее сюжет был вкратце описан в учебнике по истории древнего мира. Я уже тогда очень интересовался индийской культурой и поэтому стал по крупицам собирать любую информацию об этом великом сказании и его героях. Сделать это было непросто. Помню поразивший меня пересказ об истории мести Ашваттхамана, напечатанный в калининградской газете «Проспект Мира» (эта газета, бывший «Калининградский комсомолец», в начале 90-х вовсю популяризировала восточную тематику). Положение изменилось, когда мне в руки стали попадать кришнаитские книги. В «Источнике вечного наслаждения» много перекликается с содержанием «Махабхараты», а «Бхагавад-гита» вообще, как известно, является частью эпоса. Интерес к «Махабхарате» объяснялся не только ее индийским происхождением (в конце концов, далеко не все индийское мне интересно), но также и моим общим увлечением героическим эпосом. Мне нравятся могучие, словно высеченные из камня персонажи, как мужские, так и женские. Вы не поверите, но в детские годы моей настольной книгой была «Илиада» в переводе Гнедича. Илиадой я зачитывался, наверное, как в свое время Александр Македонский. Особенно увлекали сцены поединков между героями. И еще мне нравился «Круг Земной» Снорри Стурлуссона, и под влиянием такого чтения я даже сам стал писать историю вымышленной страны, наполненную распрями и битвами. В противоположность этому, пухлые тома европейских писателей нового времени я не воспринимал и прочел в своей жизни очень мало очень мало романов и повестей. К тому же замечу, что ранние, героические слои «Махабхараты» меня захватывали значительно больше, чем поздний брахманский дидактизм, также как и древняя калавада (учение о времени как о могучем и неодолимом божестве) симпатичнее, чем концепция кармы. Наконец, прикоснуться к академическому переводу «Махабхараты» я смог только в январе 1996 года, когда побывал в знаменитом в Калининграде магазине-бибколлекторе Мамаева (тогда он находился на 9 Апреля). И это был перевод «Араньякапарвы», третьей книги «Махабхараты». Помню, как морозным вечером принес эту книгу в темно-зеленой обложке домой и стал ее читать, читал запоем, читал, пока выдерживали глаза. С тех пор «Араньякапарва» стала одной из моих любимых книг эпоса. Здесь мне особенно понравилось восхождение Арджуны на небо Индры – прямо-таки индийские «звездные войны». Не менее захватывали приключения Наля и Дамаянти и история рождения Карны. В последующие годы я приобрел все тома «Махабхараты», как академического перевода (В. И Кальянов, Я. В. Васильков, С. Л. Невелева и В. Г. Эрман), так и перевода Б. Л. Смирнова. Некоторые из них удалось отыскать в букинистических магазинах Петербурга. Дома у меня хранится и том «Адипарвы», пострадавший, как меня предупредила сотрудница магазина, от какого-то питерского наводнения. Из этих томов на меня самое большое впечатление произвело издание 1998 года, содержащее «Сауптикапарву» и «Стрипарву». Более того, мне самому не терпелось внести свой вклад в дело перевода на русский великого эпоса Индии. Мне всегда было интересно, чем закончилась история Кришны и Пандавов. И поэтому, находясь в 2001 году в Москве, я ксерокопировал текст трех заключительных книг «Махабхараты» в библиотеке Института стран Азии и Африки при МГУ и вскоре сделал свой перевод. В 2002 г. я за свой счет издал этот перевод небольшой оранжевой книжечкой. Это был мой второй опыт самиздата. А уже в 2018 г. книга вышла как солидный томик в издательстве «Ганга» и, на мое удивление, до сих пор пользуется популярностью. Мое знакомство с «Махабхаратой» не прекращается. Время от времени я перечитываю нравящиеся мне отрывки. И даже хотел бы сделать свой собственный перевод фрагмента из «Адипарвы», где рассказывается история Деваяни – еще одного очень полюбившегося мне персонажа.

ПОЧЕМУ ИНДИЯ Меня часто спрашивают, почему именно индийская тематика стала предметом моих исследований. Сразу скажу, я далек от абстрактной «духовности», «богоискательства» и «душеспасительства». В 90-е годы интересовался адвайта-ведантой и даже конспектировал раздел из работы Радхакришнана, посвященного ведантизму, но потом понял, что это совершенно не мое. Каулическая Тантра как раз симпатична мне тем, что в ней нет противопоставления «духовного» и «плотского», восприятия мира как иллюзии и метафизических дебрей. Чем меня по-настоящему очаровала индийская культура, так это необычайно богатая, роскошная, чудесная мифология. Для меня, как и для А. Ф. Лосева, миф самоценен, а вовсе не представляет собой оболочку, в которую некие «посвященные» завернули десять слоев потаенного смысла. Мифология это и есть душа народа, в отличие от книжной философии, поздно появившейся и являвшейся уделом небольшого круга людей. Я всегда восхищался сказаниями о любви грозного Шивы и прекрасной Парвати, об играх шаловливого Кришны, о подвигах могучего Рамы, об прелестницах-апсарах, соблазняющих отшельников. Помню, еще в студенческие годы в библиотеке ксерокопировал книгу Темкина и Эрмана «Мифы Древней Индии» и перечитывал ее, наверное, сто раз. С этим связана моя непреходящая любовь к тому бурлящему эротизму, которым наполнена индийская культура ушедших веков. Пресловутая «духовность» есть, наверное, во всех странах, и непонятно, почему в ее поисках необходимо обращаться именно к индийскому наследию. Зато в Индии было то, чего не было ни в одной другой цивилизации: стихи Амару, наставления Камасутры, скульптуры Кхаджурахо, фрески Аджанты. Никто и нигде так не воспел великолепие человеческого тела, красоту страсти и наслаждение любовной близостью. Недаром индийский идеал женской красоты так очаровал нашего соотечественника Ивана Ефремова. А вот современная Индия меня как-то не интересует. В ней нет больше раджей, поэтов, куртизанок, и даже девадаси запретили. Зато есть выборы, офисы, средний класс, экономический рост и прочая муть…

На Фестивале Тантры в Петербурге, апрель 2021 года.

  БЕЗ СТРАХА   Одним из обязательных условий садханы тантры называют полное отсутствие страха. Многочисленные фобии, которые сопровождают существование обывателя-пашу, совершенно чужды вире – тантрическому герою. А значит, если вы чего-то боитесь, вы  приверженец Тантры только на словах. В конце концов, Кали Ма и есть абсолютный ужас, по сравнению с которым меркнут тысячи атомных войн. Тому, кто имел даршан Кали Ма, и пралая нипочем, а не то что какое-нибудь «снижение уровня жизни». Тантрик идет на встречу страхам, соединяется с ними и избавляются от них навсегда. В своей душе он уже перешел на сторону инопланетян, вторгшихся на землю, и сплясал нагим на махашмашане на дымящихся руинах мегаполисов. Там, где у обывателя заканчивается карьерный рост, тантрика ждет наслаждение и освобождение.

ШИВАИТЫ В АМАРНАТХЕ   Паломники-шиваиты в пещерном храме Амарнатх в Джамму (середина XIX в., Национальный музей, Нью-Дели). Храм упоминается уже в кашмирской хронике «Раджа-тарангини» Калханы (XII в.). Этот храм также присутствует в некоторых списках шактистских питх. Лингам, находящийся в   храме, представляет собой естественный сталагмит. На картине мы видим паломников, в том числе и пьющих воду, стекающую с потолка пещеры. Среди паломников мужчины почти полностью обнажены, а женщины облачены в белые одежды. Серьга в ухе одной из женщин указывает на ее принадлежность к кашмирским пандитам. В настоящее время традиция обнажаться в храме исчезла. С потолка пещеры свисают две змеи (связанные с культом Шивы), также видим в полете неких птиц.

В монгольской шапке и шарфе. Недаром барон Унгерн мой любимый исторический герой.

d65292cb873459de13e8d25c9c27622b.jpg, 1660329832_22-funart-pro-p-drevnyaya-indiya-art-krasivo-25.jpg, 1631340425_8-papik-pro-p-indiiskaya-zhivopis-8.jpg  Андрей Игнатьев кому: я 4 минуты назад Подробнее... Напрасна ньяса, напрасна пуджа, напрасно восхваленье, Напрасна хома, сопровождаемая даров раздачей, если женщине это не доставляет радость. Разум, сила, слава, красота, долголетье, богатство, [дочери] и сыновья – Все это гибнет у того, кто женщине чинит обиду. Лучше бросить матерь и отца, лучше перестать [поклоняться] Хари и Шамбху, Лучше оставить Богиню, но нельзя свою любимую покинуть. Лучше порицанье из уст людских, лучше недобрая слава, Лучше расстаться с жизнь, чем женщине доставить огорченье. Ни Творец, ни Ачьюта, ни Шамбху, ни вечная Вама Не в силах защитить того, кто женщину обидел.   Майя-тантра 11.34–38(1)

Махабхарата.jpg  Андрей Игнатьев кому: я 0 минут назад Подробнее... Иллюстрация на листе рукописи Махабхараты (Бруклинский музей, США): поединок Бхимасены и Кичаки из-за Драупади. Согласно «Книге о Вирате» (четвертая книга великого индийского эпоса), пятеро братьев-пандавов и их общая супруга Драупади тринадцатый год изгнания инкогнито находились при дворе царя матсьев Вираты и выполняли работу царских слуг. В это время Драупади стал преследовать своими домогательствами царский военачальник Кичака. Причем этот харассмент показан весьма ярко и жизненно: сначала Кичака превозносит красоту Драупади и говорит, что будет ее рабом, а когда она его отвергает, публично ударяет ее ногой. В итоге, чтобы избавиться от непрошеного ухажера, Драупади по совету Бхимасены делает вид, что согласна, и назначает Кичаке место встречи, а там его уже подкарауливает Бхима. Между обоими мужчинами происходит поединок голыми руками как «между могучими слонами из-за слонихи», в котором, конечно, победу одерживает могучий пандава. Интересно, что в тексте Махабхараты Драупади не наблюдает за поединком, как на иллюстрации, а Бхима только после своей победы показывает ей мертвое тело противника. Эта волнующая история в очередной раз показывает особенность образа Бхимы как героя, для которого в первую очередь важна именно физическая сила. Это роднит его с персонажами других героических эпосов, но в то же время отличает от прочих легендарных воителей Древней Индии, чья мощь заключается прежде всего в знании мантр, приводящих в действие божественное оружие (см. мою заметку на эту тему). Тот же Рама на традиционных изображениях всегда предстает худощавым юношей, и только в последние годы индийцы стали изображать его в образе бодибилдера, что, на мой взгляд, выглядит достаточно комично (что он, живя в изгнании в джунглях, фитнес-центр что ли посещал? 😊).

Всегда рад подарить мои книги читателям. В студии йоги "Акуна Матата".

ВЫХОДИТ ПЕРЕВОД МАЙЯ-ТАНТРЫ!   В «Касталии» скоро увидит свет мой перевод Майя-тантры. Это важная каулическая тантра, служащая наглядным примером пересмотра понятия «майя» в индуистском тантризме: вместо пелены иллюзии майя обретает облик могущественной Великой Богини, поклонение различным ипостасям которой становится необходимым условием Освобождения, представляемого не как бегство из мира, но как обретение сверхъестественного могущества в этом мире. Также Майя-тантра примечательна акцентом на подчиненное положение Вишну и его аватар – Рамы и Кришны – по отношению к женским божествам и ритуальными предписаниями, касающимися времени солнечных и лунных затмений. Комментированный перевод Майя-тантры сопровождается двумя статьями: «Символизм Луны в индуистской Тантре» и «Поэзия в текстах Тантры», в которых раскрываются темы, затронутые в тексте памятника. Уже сейчас Вы можете сделать предзаказ (по более низкой цене) на Майя-тантру. https://castalia.ru/product/mayya-tantra Рассылка книги начнется после Нового года. Буду благодарен за распространение этой новости!

Снежный покров придает Калининграду особое очарование. Фото с моих утренних прогулок.

ТАНТРА И ТАНЕЦ Танец является неотъемлемой частью традиционной индийской культуры, и тексты индуистской Тантры также не могли обойти эту тему стороной. В списках женщин, являющихся предпочтительными ритуальными партнершами, неизменно упоминается naṭī (от корня naṭ «танцевать»), причем неизменно одной из первой, это слово значит «танцовщица», а также «актриса» и «куртизанка» (поскольку и актрисы, и куртизанки обязательно были должны владеть искусством танца). И кто, как не танцовщица, может лучше других отбросить покровы в прямом и переносном смысле и явить изначальную божественную природу женственности? В Шактисангама-тантре (II.15.8) умение петь, танцевать и играть на музыкальных инструментах перечисляются среди качеств, подобающих идеальной женщине-тантрику (своего рода, Miss Tantra). Впрочем, такие же навыки требуются и от мужчины (II.15.17). В этом же тексте танцовщица отождествляется с южноиндийской рекой Годавари (II.13.6). Более того, в Шактисангаме описывается такая ритуальная практика, когда мужчина созерцает танцующую женщину (или женщин) и при этом рецитирует мантру: «На пение и танцы любуясь, пусть [садхака] совершает джапу, и властителем трёх миров, / Повсюду сопровождаемым страстными женщинами, знатоком Великих Шрути станет» (IV.3.88). Но мужчина может не только любоваться танцем женщины, но и танцевать вместе с ней. В IV.3.162 сказано, что танцующий с блудницей и повторяющий при этом мантру уподобляется Вишну. О совместных танцах мужчин-садхак и женщин-шакти упоминается в Бриханнила-тантре (6.339). Затем, в Шактисангама-тантре (I.13.39) упоминаются танцы в честь Камы на праздник Васанта-панчами. В IV.2.68 предписывается почитать танцами богинь Кали и Тару. В Йони-тантре (7.30) сказано, что танцем «тандава» в Великой Йони садхака очищается ото всех грехов вместе со своими предками. Тантрические божества также любят танцевать, как и их почитатели. Упоминается, что йогини нисходят с небес, водя хоровод вокруг Шивы (точно также как пастушки вокруг Кришны). В «Карпур-манджари» хоровод йогини сравнивается с браслетом. В Падма-пуране (6.18, 110–125) шестьдесят четыре йогини танцуют вместе с Шивой после убиения им демона Джаландхары. Отсюда, возможно, и кольцеобразная форма храмов йогини. В храме йогини в Ранипур-Джхариале богини изображены в танцевальной позе. Интересно, что подобная линия продолжается и у современных почитателей тантризма. Как-то в интернете наткнулся на аргентинский сайт, который называется «Тантра и Танго». Тантра и Танго – даже созвучно!

Мой перевод Чиначара-тантры - бестселлер в интернет-магазине "Озон"!