righteous doppelgänger

Некоторые люди сегодня пытаются аргументировать введение различных религиозных обрядов и знаменательных событий в обыденную практику мусульман хадисом от Муслима (1017), в котором Посланник Аллаха говорит:

«Кто введёт в исламе благую практику (сунну), тому будет награда за неё и награда тех, кто станет следовать ей после него, причём их награда ничуть не уменьшится. А кто введёт в исламе дурную практику (сунну), тот понесёт её грех и грехи всех тех, кто станет следовать ей после него, причём их бремя греха ничуть не уменьшится».

Однако выдающиыся маликитыский имам-мухаддис и люгъавит аш-Шатыби, автор небезысвестной "Шатыбийи", детально и поступательно опровергает подобную аргументацию и разъясняет смысл приводимого хадиса. Так, абу Исхак делает следующие заявляения (и снабжает их первоисточниками): 1. "Благая сунна" не означает изобретение новых религиозных практик – такое понимание нельзя вывести из нусусов ни одного известного предания. 2. Категорические (къати) доказательства против допустимости нововведений в религиозных практиках не допускают никаких исключений. 3. "Ввести" означает начать действовать в соответствии с уже установленной сунной, а не создавать её. 4. Все имеющиеся в сунне параллельные хадисы на данную тему отождествляют это с возрождением существующей сунны, а не с изобретением новой.

Некоторые люди сегодня пытаются аргументировать введение различных религиозных обрядов и знаменательных событий в обыденную практику мусульман хадисом от Муслима (1017), в котором Посланник Аллаха говорит:

«Кто введёт в исламе благую практику (сунну), тому будет награда за неё и награда тех, кто станет следовать ей после него, причём их награда ничуть не уменьшится. А кто введёт в исламе дурную практику (сунну), тот понесёт её грех и грехи всех тех, кто станет следовать ей после него, причём их бремя греха ничуть не уменьшится».

Однако выдающиыся маликитыский имам-мухаддис и люгъавит аш-Шатыби, автор небезысвестной "Шатыбий, детально и поступательно опровергает подобную аргументацию и разъясняет смысл хадиса. Так, абу Исхак делает следующие заявляения (и снабжает их первоисточниками): 1. "Благая сунна" не означает изобретение новых религиозных практик – такое понимание нельзя вывести из нусусов ни одного известного предания. 2. Категорические (къати) доказательства против допустимосьи нововведения в религиозных практиках не допускают никаких исключений. 3. "Ввести" означает начать действовать в соответствии с уже установленной сунной, а не создавать её. 4. Все имеющиеся в сунне параллельные хадисы на данную тема отождествляют это с возрождением существующей сунны, а не к изобретением новой.

"История западной философии" Бертрана Рассела это самая плохая работа о развитии интеллектуальной мысли, которую я когда-либо читал. Для меня остаётся загадкой, как такая работа вообще могла восприниматься всерьё. Он просто штампует ярлыки на всё, что так яростно ненавидит, предлагая читателю в качестве альтернативы восторгаться его адресными памфлетами, пареполненными словоблудием и глупыми метафорами.

Одна из ведущих проблем, с которыми сталкиваются мусульмане в глобальном социокультурном пространстве, заключается в отсутствии интеллектуального фильтра для абсолютно суррогатных для ислама концепций, терминов и доктрин. Поэтому они проникают внутрь подобно троянскому коню, на века вовлекая их в споры, которые не только не приносят реальной пользы, но и по сути не являются их собственными проблемами. Это просто дилеммы других народов, которые мы переняли и сделали вид, будто это всё имеет для нас огромное значение.

Мутазилиты и "Ихван ас-Сафа" (философский кружок из Багдада) произвели семантический сдвиг в арабских терминах, уже имевших устоявшиеся значения (разум, душа / العقل، الروح), начав использовать их для обозначения философских и доктринальных концепций, заимствованных ими из никейского христианства, неоплатонизма, среднего платонизма, классической греческой философии и древнеегипетской теологии. Эта традиция привела их к вовлечению в метафизические споры, не имеющие никакого смысла для мусульман.

Хоть поздняя ашаритская традиция и двигалась в сторону бестелесного понятия души, сам ведущий поздний ашарит ат-Тафтазани утверждал, что душа – это тонкое тело, составленное из атомов, которое однородно по сущности с остальным материальным миром.

Так вот в чём дело.

Нет ничего более отуаляющего, чем диалог с обладателями национальных и расовых комплексов.

Арабо-иудейский поэт ас-Самауаль ибн Адия слагал:

«Я исполнил обещание, данное доспехам аль-Кинди, ибо, когда другие нарушают свои обеты, я остаюсь верен».

Позже этот образ стал художественным олицетворением верности и преданности. Арабы говорят "вернее Самауаля", когда хотят подчеркнуть чью-то фанатичную преданность.

В "Пире" Платона (211b) сама красота есть "αὐτὸ καθ᾽ αὑτὸ μεθ᾽ αὑτοῦ μονοειδὲς ἀεὶ ὄν", или "сама по себе с собой, всегда единообразная". Красивые вещи возникают и гибнут, но сама красота ни увеличивается, ни уменьшается.

Снова минутка исторического ликбеза. Сегодня коснёмся доисламских времён. Арабы находились на Леванте и в Ираке задолго до ислама. В Леванте и Ираке существовали христианские и языческие арабские царства задолго до ислама. Греческие географы задолго до ислама также говорили, что Сирия в большинстве своем арабская. Самая древняя арабская надпись найдена в Байире, Иордания.

Оказывается, neighbour это фермер, кто живёт недалеко от тебя. Прямая этимология слова.

Стеклянная гиря для взвешивания времён омейядов. 743 г. Сирия. Надпись:

«Во имя Аллаха. Он [Аллах] повелевает быть честными. Раб Аллаха Язид, повелитель правоверных. Изготовлено аль-Валидом ибн абд ар-Рахманом в 126 году».

Решил почитать перевод стенографии интервью Юкио Мисимы с марксистским писателем Такаси Фурубаяси. Я понимаю, всем нравится кайфовать с эдитов про Юкио, но, возможно, не было бы лишним ознакомиться с основными положениями его воззрений, которые мало чего общего имели с реальной политикой. И это интервью помогает нам это сделать почти доподлинно. Подобно его дебатам с Дзэнгакурэн, Мисима и Фурубаяси придерживаются схожих политических взглядов, расходясь почти исключительно в вопросе фигуры Императора. Для Мисимы Император – высший символ Абсолюта. Опираясь на концепцию эротизма Жоржа Батая, он рассматривает эту абсолютную власть как необходимое условие, позволяющее самому эротизму существовать. Мисима иллюстрирует это на примере католицизма: в тот момент, когда абсолютная власть запрещает эротическое желание, это желание и становится по-настоящему эротическим. По этой причине Мисима утверждает, что католицизм – самая эротичная религия, а также религия, породившая наиболее эротические образы — например, образ Святого Себастьяна. Современный же мир, по его мнению, лишённый какого-либо Абсолюта, движется в сторону либеральной сексуальности, лишённой подлинного эротизма и любви. В конце Мисима и вовсе шмаляет и представляет Синдзю (двойное самоубийство влюблённых) как высшую точку эротизма, поскольку завершает треугольные отношения с Абсолютом (тэнно).

💎 Telegram has applied for the .gram domain zone. If the application is approved by ICANN, a billion Telegram users could get their own second-level domains. 🖥 For example, @durov would get durov.gram, and @monk would get monk.gram. Users would be able to set up their interactive websites hosted by Telegram — just by typing one prompt ✨

Кьеркегор о степмаксинге:

«Прежде всего, не теряйте желания ходить. Каждый день я хожу себя в состояние благополучия и ухожу от всякой болезни. Я нагулял свои лучшие мысли, и я не знаю мысли столь тяжёлой, от которой нельзя было бы уйти ходьбой. Но сидя на месте, и чем больше сидит человек на месте, тем ближе он подходит к ощущению болезни. Таким образом, если просто продолжать ходить, всё будет в порядке».

Бадруддин аз-Заркаши объясняет, почему большинство ранних поэтов (таких как абу Таммам, аль-Бухтури и ибн ар-Руми) воздерживались от восхваления Пророка ﷺ. Для них восхвалять его ﷺ считалось одним из самых трудных поэтических начинаний. Ведь какие бы возвышенные смыслы ни выражались, они всё равно уступают его ﷺ достоинству и высокому положению. И описания, какими бы полными они ни были, всё равно не способны в полной мере передать его ﷺ истинное описание. Любое преувеличение в его ﷺ отношении на самом деле является недостатком. Оно ограничивает возможности даже самого красноречивого оратора, который в конечном итоге способен передать лишь каплю из океана его ﷺ достоинств.