sororitas

и в этой статье нет ни слова про разную гендерную социализацию, про патриархат и женоненавистничество, и вообще про то, как на мозг влияет социум, и что это не врождённое. он бы ещё написал: «вот поэтому до 1917 года в российской империи большинство учёных были мужчины». интересно, как так вышло? давайте подумаем. меня на самом деле всегда так удивляет, что есть люди в «развитых» странах, которые всё ещё не знают, что существует гендерная социализация и что она не врождённая, а приобретённая. это, знаете, как долгое время думали, что у мужчин преобладает пространственное мышление в силу биологии их мозга, а потом оказалось, что на это напрямую влияет гендерная социализация. это буквально зависит от воспитания, от того, что родительницы и общество прививают девочкам, а что мальчикам. хотя, что говорить, если это статья от сайта «наука. цпм. рф».

женщины биологически не менее агрессивны, чем мужчины. • научный консенсус в социальной психологии и нейробиологии всё чаще склоняется к тому, что разрыв в уровне агрессии между женщинами и мужчинами — это не биологическое, а социальное. • женщины ещё как проявляют агрессию, но делают это социально приемлемыми для женщин в патриархате способами. пока мужчины выражают свою агрессию открыто и прямо, женщины вынуждены выражать её иными путями, а всему виной — женская гендерная социализация, в частности, табуирование агрессии женщин и обучение женщин тому, что они должны быть пассивными, скромными, сдержанными, послушными и неконфликтными. • так, например, пока мальчикам поощряют драки, а девочкам — нет, и драки девочек воспринимают более остро (мол, как так, вы же девочки), девочки вынуждены переходить к реляционной агрессии. реляционная агрессия – это тип агрессии, при котором вред причиняется путём нанесения ущерба социальным отношениям, репутации или социальному статусу человека. это форма косвенной агрессии, которая часто остаётся незамеченной, так как не предполагает физического воздействия. примеры: сплетни, манипуляции, социальная изоляция неугодной личности, игнорирование (игра в молчанку), кибербуллинг. • женщинам не поощряют проявления даже здоровой агрессии. женщины буквально боятся выражать агрессию, потому что знают: это неприемлемо для женщин и за этим может последовать «патриархальное наказание». • есть эксперименты, которые показывают, что женщины проявляют меньше агрессии по сравнению с мужчинами, когда знают, что за ними наблюдают, и они проявляют агрессию на том же уровне, что и мужчины, когда знают или думают, что за ними не наблюдают. скрытность и анонимность помогают женщинам снять с себя кандалы социальных ожиданий и вести себя без масок. • есть учёные (например, элис игли и венди вуд), которые сравнивали уровень агрессии в разных культурах. оказалось, что чем выше уровень гендерного равенства в стране, тем меньше разрыв в агрессивном поведении между женщинами и мужчинами. элис игли и венди вуд доказали, что различия в поведении диктуются социальными ролями. в обществах, где женщины занимают властные позиции и не зависят экономически от мужчин, их поведение становится более напористым и агрессивным. выходит, что агрессия — это не «природное мужское» качество, а качество доминирующего класса. поскольку в патриархате доминируют мужчины, агрессия закрепилась за ними как «норма». • часто говорят, что мужчины агрессивны из‑за тестостерона. однако современные исследования (например, работы нейробиологини сапольски или корделии файн) показывают обратную связь. уровень тестостерона повышается в ответ на ситуацию конкуренции или необходимости проявить агрессию. когда женщины попадают в условия, где им нужно бороться за власть или защищать территорию, их уровень тестостерона растёт, и они демонстрируют поведение, которое в обществе считают «мужским» и «неприемлемым для женщин». выходит, что это биология подстраивается под социальную задачу. а в патриархате, во‑первых, женщинам не позволяют быть в ситуациях, где требуется агрессия, а во‑вторых, женщинам в принципе не поощряют агрессию, даже здоровую. • в рамках биологии существует теория, что самки (включая человека) биологически запрограммированы на экстремальную агрессию при защите ресурсов или потомства. но патриархат перехватил этот импульс, внушив женщинам, что защищать их должен «мужчина‑защитник», тем самым лишив женщин практики проявления собственной защитной агрессии. • и, конечно же, то, что женщины биологически не менее агрессивны, чем мужчины, совершенно не значит, что, если искоренить патриархат и его плоды, то женщины будут совершать такие же зверства, что и мужчины во время агрессии. вовсе нет. то, какими способами мужчины проявляют агрессию и где именно они её применяют, тоже является социальным.

я думаю, что вы все встречали мужчин, которые: а) отрицают и преуменьшают статистику мужского насилия над девочками и женщинами; б) считают, что девочки и женщины преувеличивают и врут о мужском насилии над женским полом. • исследование герда бонера (2005, 2011) показало, что существует прямая корреляция (r = 0.5–0.6, что в психологии считается очень сильной связью) между убеждением «женщины преувеличивают масштабы мужского насилия над женщинами» и «самостоятельно сообщаемой вероятностью совершить насилие». в исследовании мужчин просили оценить достоверность цифр о мужском насилии над женщинами, а затем (в другом блоке вопросов) описывали сценарий принуждения. те, кто называл статистику «чушью», в 4,5 раза чаще выбирали варианты ответов, указывающие на готовность применить силу, если им гарантирована анонимность и безнаказанность. • нил маламут (2013) разработал «конфлюэнтную модель», которая предсказывает мужскую агрессию. он выделил группу «враждебная маскулинность» (hostile masculinity). основной маркер этой группы — уверенность в том, что женщины «манипулируют» мужчинами и «лгут о своих страданиях ради выгоды». мужчины из этой группы составляют костяк (основная группа людей) тех, кто пишет комментарии «цифры завышены». и именно эта группа, согласно 10‑летним наблюдениям маламута, совершает более 80% всех актов физического и сексуализированного насилия в исследуемой выборке. • дэвид лизак (профиль «скрытого насильника», 2002) провёл одно из самых масштабных исследований мужчин, которые совершают насилие, но не попадают в тюрьму. лизак обнаружил, что у «серийных» насильников (тех, кто совершает более одного нападения) есть общая психологическая черта — активное обесценивание проблемы. почти 100% мужчин, которые признались в действиях, юридически считающихся изнасилованием, в опросах об отношении к женщинам выбирали вариант: «большинство женщин преувеличивают серьёзность сексуализированного насилия». • исследование («минимизации», lonsway & fitzgerald, 1994, 2018) показало, что заявление о том, что проблема мужского насилия над женщинами «не так велика», является наиболее точным предиктором сексуализированных домогательств на рабочем месте. мужчины, которые в тестах соглашались с утверждением «статистика насилия политизирована и раздута», в 3 раза чаще позволяли себе непристойные замечания, нежелательные прикосновения и преследование женщин, чем мужчины, которые доверяли официальной статистике. • учёные («male peer support theory and sexual aggression», walter dekeseredy и martin schwartz, 2013) изучали группы мужчин, в которых принято шутить над насилием и отрицать его статистику. исследовательницы обнаружили, что в группах, где нормализовано отрицание статистики и шутки над насилием, уровень физического насилия над женщинами со стороны членов этой группы в несколько раз выше, чем в группах, где насилие признаётся проблемой. • исследование («rape myths as a self‑exoneration strategy», s. r. edwards и соавторки, 2011) показало, что мужчины, которые уже совершили акты агрессии (но не были пойманы), используют отрицание статистики как инструмент самооправдания. если такой мужчина признает, что насилие — это огромная проблема, он автоматически признает себя «плохим». чтобы этого не делать, он атакует саму статистику. мужчины, совершившие изнасилование, в 5 раз чаще других настаивали на том, что «цифры в отчётах оон/полиции раздуты».

Девушка пожаловалась на онлайн-травлю — ее обидчика могут депортировать из Нидерландов НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ «ГЛАСНАЯ» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА «ГЛАСНАЯ». 18+ Лина Фоксмур в Insagram* рассказала, что добилась реакции властей после многомесячной интернет-травли со стороны мужчины, который оскорблял ее в соцсетях. Поводом стал комментарий под видео, где девушка рассказывала о своих успехах в Европе. Мужчина заявил, что своих достижений она добилась «через постель», а затем начал критиковать ее внешность, одежду и даже состояние здоровья: «Меня не тарабанят за миску супа и крышу над головой» «Может тебе еще права равные с мужиками дать?» «Почему ты гордишься тем, что у тебя нарост на гениталиях?» Особенно девушку возмутили насмешки над ее хроническим заболеванием — эндометриозом. Она собрала скриншоты сообщений и направила жалобу в нидерландскую организацию, занимающуюся онлайн-дискриминацией. Позже с ней связались другие женщины, которые также рассказали о конфликтном поведении этого человека. Лина получила ответ, что собранные материалы будут переданы в правоохранительные органы и это может повлиять на дальнейшее рассмотрение миграционного статуса мужчины в Нидерландах, включая получение вида на жительство или гражданства. *принадлежит компании Meta, признанной «экстремистской организацией» и запрещенной на территории РФ Видео: lina. foxmoore «Гласную» можно поддержать подпиской и донатом

Мне в срачах часто пишут об эмпатии к мужчинам и о том, что неправильно видеть в каждом мужчине опасность, а я вот утром прочитала новость, как с 17-летней девушкой заговорил 16-летка, вызвал доверие, попросил добросить на машине до парка — где его ждали еще три другана. Девушку насиловали 6 часов в ее же машине. Их арестовали и осудят, но трое из четверых были несовершеннолетними, а значит, если и сядут — то ненадолго. Это Австралия к тому же. PS 19-летнего, который возил их в машине, но отказался участвовать, даже отпустили под залог, чтобы он продолжал работать в своем барбершопе! Типа не представляет опасности для сообщества!! Так что все правильно — каждый мужчина может нести опасность.

В так называемых прогрессивных кругах очень популярно критиковать женщин за подозрительное отношение к мужчинам и настаивать на том, что в основе этого лежат расизм, эйблизм, классизм (в том числе против бездомных), при этом удобно забывая, что данная женщина (любая женщина) — это угнетенная личность, которая делает всё возможное, чтобы не стать жертвой преступления на почве ненависти (а именно нападения, изнасилования или убийства) со стороны представителя угнетающего класса. #tumblr #переводы

confessiontimeig: абсолютно отвратительно — и это точно требует обсуждения и перемен. но зачем вообще приплетать сюда транс‑женщин? я не транс‑женщина, но я транс, и быть открыто трансгендерным человеком на reddit вне специально отведённых для транс‑людей пространств — вообще не самое приятное занятие. вообще никак. я даже в личные сообщения смотреть не могу. и если уж хочется «сложить два и два», то вы на самом деле не указываете на биологических мужчин, которые всё это одобряют. честно говоря, вы очень быстро наклеиваете ярлыки и связываете проблему с какой‑то группой — с меньшинством, у которого и так в истории есть опыт сексуализизированнго насилия, — хотя эта группа вообще не имеет к этому отношения. при этом вы не указываете на ту самую группу, которая реально держит власть: на биологических мужчин, которые управляют и модерируют reddit. почему? почему ваш пост составлен так, что транс‑женщины оказываются той самой мишенью, к которой должно быть направлено отвращение, а биологические мужчины могут просто стоять где‑то на заднем плане? почему биологические мужчины, которые допускают существование таких сообществ и/или взаимодействуют с ними, потребляют контент, посвящённый увечьям женских гениталий, могут оставаться невидимками, будто их тут и нет? quinntheestallion: кстати, модераторки этого сабреддита — транс‑женщины. ходят слухи, что небольшая группа транс‑женщин модерирует сотни самых популярных сабреддитов на reddit — отсюда и то, что платформа быстро банит любой контент, который сочтут «трансфобией» (в том числе материалы о биологии, которые даже напрямую не касаются транс‑женщин). при этом большинство феминистических материалов и сообществ, ориентированных на женщин, блокируют, а блоги с женоненавистническим порно, где показана женская боль и мужское насилие над женщинами, продолжают распространяться. транс‑женщинам на reddit дано немало полномочий, и тот факт, что феминистические дискуссии жёстко контролируются, а жёсткий антиженский контент процветает, связан с тем, как выбирают модераторок. был даже массовый исход транс‑мужчин (биологических женщин) из r/transgender: все модераторки‑мужчины (транс‑женщины) банили контент, в котором транс‑мужчины (биологические женщины) жаловались на плохое обращение и замалчивание их проблем в транс‑пространствах.

на reddit разрешён сайт с фетишистским контентом про увечья женских гениталий, а любое сообщество с критикой гендера тут же удаляют. просто напоминаю: самый дружественный к транс‑женщинам сайт в интернете кишит отвратительным женоненавистническим порно, а любые серьёзные феминистические дискуссии моментально банят. сложите два и два.

«Идея о том, что между проституцией и изнасилованиями может существовать связь, безусловно, не нова. Основываясь на старой (и дискредитировавшей себя) теории о вожделении, стимуле и разрядке, мужчины время от времени выдвигают предположение о том, что для борьбы с криминальными изнасилованиями необходимо обеспечить свободный доступ к женским телам по разумной цене за счет легализации проституции, чтобы мужчина мог удовлетворить свое желание легко, эффективно и без лишних хлопот. К несчастью для этих андроцентричных прагматиков, даже доктор Кинси не смог раскопать «соответствующие данные, с помощью которых можно было бы подтвердить или опровергнуть» наличие такой связи. На мой взгляд, опыт американской армии во Вьетнаме, где бордели для солдат были не просто официально разрешены, но и даже включены в зоны отдыха военных баз, должен стать убедительным доказательством того, что доступность секса за небольшую плату не препятствует решению изнасиловать, так же как наличие стрельбища на базе не мешает убивать безоружных гражданских лиц и детей». — Сьюзан Браунмиллер, «Против нашей воли: мужчины, женщины и изнасилование» (перевод Наталья Шахова)

kvetches (tumblr): меня очень цепляет, что брак исторически был формой сексуализизированого рабства — а от нас будто ждут, что мы просто забудем об этом, будем следовать традициям и при этом слушать жалобы мужчин на то, как современный брак несправедлив по отношению к ним. в моём родном языке слово «муж» до сих пор совпадает со словом «владелец». когда моей младшей сестрёнке было года четыре‑пять, мама назвала нашего папу «мужем» — и сестра так разозлилась, что швырнула стакан, который держала в руке, и разбила его. она крикнула: «он тебе не владелец, ты не собака». а теперь ей почти двенадцать, и она уже научилась с этим мириться. всё это настолько очевидно, что даже маленькая девочка видит, насколько это неправильно. а к тому моменту, когда девочка дорастёт до подросткового возраста, её уже приучат не смотреть на институт брака критически.

Пока твиттер плюется ядом, королева Роулинг общается с королевой #селебы

для многих женщин курс самообороны — это первый опыт, когда они по‑настоящему ощущают своё тело как активного участника событий. янг отмечает, что женщины одновременно воспринимают своё тело и как «вещь», и как инструмент для достижения своих целей. действительно, из‑за привычной сексуализации и постоянной угрозы [мужского] сексуализизированого насилия у женщин складывается чувство, будто их тело им не принадлежит. на занятиях по самообороне женщины нередко осознают, что научились сдерживать полную телесную вовлечённость в действия — например, в драку или в то, чтобы громко кричать. несколько инструкторок отмечали, что главная преграда, которую им приходится помогать преодолевать ученицам, — это страх причинить кому‑либо вред. для некоторых женщин переход от состояния тела, на которое воздействуют и на которое смотрят, к состоянию активного, сильного тела даётся мучительно тяжело. одна женщина на курсе model mugging расплакалась, когда смотрела видеозапись своей энергичной схватки с атакующей в защитной экипировке. она понимала, что провела хороший бой, но всё, на чём могла сосредоточиться, — это то, какой полной она выглядела. её болезненная внутренняя борьба наглядно показывает, насколько сильно укоренилось в женщинах восприятие себя как объекта — и как непросто превратить это в ощущение себя как действующего субъекта. но такая трансформация всё же происходит: меняется само переживание собственного тела. возможно, именно этим и объясняется, почему занятия самообороной укрепляют уверенность в себе и даже помогают некоторым женщинам справиться с расстройствами пищевого поведения. – martha mccaughey, real knockouts: the physical feminism of women’s self-defense (1997), pg. 105-106

для каждой женщины, изнасилованной [мужчинами] в каждой войне. в этот день, когда мы вспоминаем муки, которые война приносит в жизни обычных людей, женщины этого города тоже вспоминают горе, ужас и насилие, которые всегда были частью женского опыта войны. в память об этих невоспетых женщинах каждая из нас приносит в это место цветок сострадания и солидарности. мы прямо заявляем, что изнасилование женщин [мужчинами] шагает, словно тёмная тень, в рядах каждой армии и надолго остаётся в сознании каждой женщины как неизбежная реальность женщин и войны. плакат создан сьюзан стерман (susan sturman) в 1978 году по инициативе организации w.a.v.a.x. (women against violence against women, «женщины против насилия в отношении женщин») в торонто. работа — акт общественного протеста и памяти: символы женского пола (♀), заполняющие поле плаката, визуализируют масштаб проблемы, а деревья и забор на фоне создают образ мрачного, обезличенного пространства, ассоциирующегося с утратой и скорбью.

и опять только женщинам выдвигают какие-либо условия и ограничения из-за одежды. в одних местах женщинам грозят отчислением из-за того, что на них хиджаб, в других местах, наоборот, из-за того, что на них нет хиджаба. хотя что в хиджабе, что без — учится-то в первую очередь женщина, которая является личностью. лна учится и имеет успехи в учёбе благодаря своим мозгам, а не из-за наличия или отсутствия тряпки на голове. а по итогу снова весь фокус на внешнем виде. и именно внешний вид женщины опять становится решающим в вопросе: как нам поступить с женщинами, которые хотят получать знания, но выглядят неугодным для нас образом?

Когда женщины обращают внимание на то, что "секс-работа" — это изнасилование, просвещенные левые снисходительно вздыхают, заявляя, что всякая работа, вообще-то, по определению принудительна и никто не любит свою работу. И вдруг ты понимаешь: они считают, ну или хотя бы верят, что есть какой-то подкласс женщин (если не все мы), для которых терпеть изнасилование для удовольствия мужчин — это обязанность. Ха. Видела однажды, как женщина на такое заявление ответила: "Представьте себе самого мерзкого покупателя в супермаркете или какой-либо забегаловке. А теперь представьте, что ему предоставилось засунуть в вашу задницу свой член. Теперь наглядно?" — и это до сих пор наиболее понятный довод для этих самодовольных уродов.

А как бы прокуратуре сходить домой к этим девушкам и проверить их отцов на предмет принуждения к ношению хиджаба. А то есть такие папахены, что запретит учиться и лечиться, если там нельзя хиджаб.

«Мы их заставим снять хиджабы». В Сургуте девушек-мусульманок выгоняют с экзаменов и практики за платок Студентки и сотрудницы медицинских и учебных заведений Ханты-Мансийского округа рассказывают, что их отстраняют от учёбы и работы, угрожают штрафами и увольнением — только за то, что они носят хиджаб. Поводом стало представление местной прокуратуры о «нарушении светскости», после которого администрации колледжей, института и больниц начали требовать снять платки под угрозой отчисления и потери работы. Девушки пробовали соблюдать религиозные нормы через балаклавы и медицинские шапочки, но давление продолжается — кого-то уже отстранили, у кого-то проверяют одежду «на микробы». Мы записали их истории от первого лица. Поддержать проект | Получить помощь

обучаясь тому, как останавливать нападающих, люди, осваивающие приёмы самообороны, узнают, что изнасилование — это процесс, а не неизбежность. становится ясно, что изнасилование — это «сценарное взаимодействие, в котором один человек пробует на себя роль насильника и стремится загнать другого человека в роль жертвы». те, кто обучается самообороне, учатся использовать своё тело, в том числе голос, такими способами, которые способны застать нападающего врасплох и одолеть его — либо обезвредить, либо просто дать возможность защищающейся сбежать в безопасное место. ключевым элементом обучения самообороне является развенчание мифов о сопротивлении, укоренившихся в культуре изнасилования. женщины не только узнают, что они гораздо сильнее, чем думали, но и что мужчины уязвимее, чем им казалось. – martha mccaughey, real knockouts: the physical feminism of women’s self-defense (1997), pg. 105-106