ru
Feedback
Ромдаркон | Romdarkon || Драмиона || 18+

Ромдаркон | Romdarkon || Драмиона || 18+

Открыть в Telegram

С нежностью к Dramione ❤️ Строго 18+ Канал в ВК https://vk.ru/im/channels/-236350489 Я на ficbook: https://ficbook.net/authors/7401182 Я на Boosty: https://boosty.to/romdarkon?share=ios_blog_link Бот для вопросов https://t.me/Romdarkon_bot

Больше
2 971
Подписчики
Нет данных24 часа
+177 дней
+3730 день
Привлечение подписчиков
июнь '26
июнь '26
+89
в 19 каналах
май '26
+32
в 7 каналах
Get PRO
апрель '26
+59
в 3 каналах
Get PRO
март '26
+59
в 23 каналах
Get PRO
февраль '26
+68
в 22 каналах
Get PRO
январь '26
+153
в 11 каналах
Get PRO
декабрь '25
+121
в 14 каналах
Get PRO
ноябрь '25
+178
в 15 каналах
Get PRO
октябрь '25
+112
в 15 каналах
Get PRO
сентябрь '25
+379
в 16 каналах
Get PRO
август '25
+109
в 8 каналах
Get PRO
июль '25
+93
в 11 каналах
Get PRO
июнь '25
+259
в 21 каналах
Get PRO
май '25
+131
в 14 каналах
Get PRO
апрель '25
+184
в 10 каналах
Get PRO
март '25
+265
в 20 каналах
Get PRO
февраль '25
+108
в 7 каналах
Get PRO
январь '25
+186
в 14 каналах
Get PRO
декабрь '24
+172
в 9 каналах
Get PRO
ноябрь '24
+341
в 9 каналах
Get PRO
октябрь '24
+122
в 12 каналах
Get PRO
сентябрь '24
+115
в 4 каналах
Get PRO
август '24
+850
в 7 каналах
Get PRO
июль '240
в 6 каналах
Get PRO
июнь '24
+57
в 3 каналах
Дата
Привлечение подписчиков
Упоминания
Каналы
28 июня+1
27 июня0
26 июня+3
25 июня+1
24 июня+9
23 июня+4
22 июня+7
21 июня+6
20 июня+4
19 июня+7
18 июня+7
17 июня+2
16 июня+6
15 июня+4
14 июня+5
13 июня0
12 июня+3
11 июня+1
10 июня+2
09 июня+1
08 июня+7
07 июня+2
06 июня+1
05 июня+1
04 июня+1
03 июня+2
02 июня+1
01 июня+1
Посты канала
AU, где нужно следить за дверью Гермиона выгибалась навстречу Драко, крепко обнимая его за шею и жадно целуя в ответ. Его лад
AU, где нужно следить за дверью
Гермиона выгибалась навстречу Драко, крепко обнимая его за шею и жадно целуя в ответ. Его ладони скользили по её телу, сжимая и поглаживая. Она таяла под его прикосновениями, чувствуя, как внутри разливается жар, дыхание сбивается, а сердце колотится где-то в горле. — Пошли туда, — пробормотала Гермиона, запрокинув голову назад, когда его губы опустились на её шею, оставляя влажную дорожку от подбородка к ключице. — В кладовку. — Это заброшенный класс, котёнок, — напомнил ей Драко хрипло, и его ладони скользнули под юбку, сжали её задницу и толкнулись к ней. — Сюда никто не зайдёт. Все заняты приездом гостей. — Хорошо, — выдохнула она, прижимая его голову к своей коже, чувствуя, как дыхание обжигает ложбинку между грудей. — Ты закрыл дверь? — Да, — он прижался губами к её груди, а пальцами гладил поверх белья между ног, дразня, надавливая и заставляя сжимать бёдра в предвкушении. — Прекрати волноваться, котёнок. Все пускают слюни на вейл. — Ты тоже пускал слюни, — хмыкнула она, приоткрыв глаза и глядя на него с наигранной суровостью. — Только на тебя, — выдохнул он и расстегнул несколько пуговиц на её рубашке. — Перед моими глазами всегда только ты. Никого больше. Гермиона сжала его бёдра коленями, притягивая к себе и чувствуя, как сильно он возбуждён. — Надоело прятаться, — выдохнула она и опустила ладони ему на ремень. — Я хочу идти по школе, держа тебя за руку. Хочу, чтобы все знали, что ты мой. — Мне тоже, — он тяжело дышал. — Осталось немного. И потом мы уедем. И будем свободны. И больше не будет никаких тайн, кладовок и заброшенных классов. Гермиона кивнула, сглотнула, запустила ладонь ему в брюки и сжала твёрдый член. И в этот момент дверь приоткрылась. Драко и Гермиона замерли в провокационной позе, с ужасом глядя на людей, которые ввалились в класс, жадно целуясь. — Ещё раз ты посмотришь на этих французских куриц, — раздался срывающийся голос Пэнси, — я заберу твои очки. — Зачем они мне, когда у меня есть ты, малыш, — выдохнул Гарри. — Мерлин, ты уже такая мокрая... я думал, у меня задымятся штаны, пока мы дойдём... — Слава Мерлину, что начался этот проклятый бал, и мы смогли улизнуть... Гарри поднял голову, оторвавшись от шеи Пэнси, и замер. Его глаза расширились за очками, когда он увидел застывших Гермиону и Драко. Пэнси, не заметившая его состояния, продолжала что-то бормотать и засунула руку ему в брюки. — Примени очищающее, Гарри, я не хочу опускаться на колени на этот грязный... — Пэнс, — оборвал её Гарри, убирая руки с её задницы и одёргивая задранную юбку. — Что там? Василиск? — недовольно проворчала она, не желая прекращать. — Пусть ползёт в подземелье, пока я его не прикончила. Я не была с тобой две недели... — Пэнси, — повторил он уже твёрже, и в его голосе послышалось напряжение. — Да что такое? — она повернула голову и замерла. Гермиона уткнулась лбом в плечо Драко, и её плечи дрожали от смеха. Она не могла сдержаться: ситуация была настолько абсурдной, что хотелось хохотать до слёз. — Кабинет занят, — хрипло сказал Драко, упорно глядя в стену, а не на них. — Мы были первыми. — А я тебе говорила, что нужно было сбежать сразу, — проворчала Пэнси и с недовольным лицом вытащила руку из мужских брюк. — И куда мы пойдём? — В конце коридора, — сдавленно пробормотала Гермиона, — есть кладовка. Она не используется. — Опять кладовка, — вздохнула Пэнси и закатила глаза. — Дверь закройте заклинанием посильнее, — бросила она через плечо, потянув Гарри за собой. — Пошли, Поттер. Я больше не могу ждать. Когда дверь за ними закрылась, в классе повисла тишина. Драко перевёл взгляд на Гермиону, и в его глазах плескалась смесь удивления, раздражения и веселья. — И что это было... — начал он, но она не дала ему закончить. Она снова запустила руку ему в штаны и прижалась ближе. — Потом, — прошептала она. — Всё потом. И Драко был согласен. Он наклонился, поцеловал её и прижал к парте, заставив забыть о Гарри, о Пэнси, о вейлах и о том, что они были раскрыты. Сначала — они. А потом уже всё остальное. #зарисовка

2
AU, где все течёт и меняется Гермиона двигалась, сжимая его плечи тонкими пальцами и чувствуя, как под её ладонями перекатыва
AU, где все течёт и меняется Гермиона двигалась, сжимая его плечи тонкими пальцами и чувствуя, как под её ладонями перекатываются мышцы. Она откинула голову назад, её губы были приоткрыты, а из груди рвались хриплые стоны. Она брала то, что хотела. А хотела она Малфоя. Всего. Без остатка. Каждую секунду, каждое его движение и вздох, который срывался с губ, когда она сжималась вокруг него. Они встречались не так уж часто, чтобы их могли заподозрить, но и не так уж редко, чтобы их можно было назвать случайными. Каждый раз, когда они оставались наедине, мир вокруг исчезал, оставляя только их: жар, влагу, прикосновения. Они изобретали новые и новые возможности для встреч, а потом... потом всё стало намного проще, потому что их назначили старостами. Общая башня, патрулирования, совместные проекты. И у них сорвало крышу. Они врезались друг в друга, едва оставаясь наедине, и теперь им не нужно было искать пустые классы или тёмные ниши. Этот голод невозможно было утолить. Да они и не хотели. Ладони Драко скользнули по её талии к груди, и он сжал твёрдые соски, наблюдая за ней снизу вверх. Его серые глаза были тёмными, почти чёрными, и в них плескалось что-то дикое, голодное, ненасытное. Она была его. В этот момент она принадлежала ему полностью, и он не хотел делить её ни с кем. Гермиона громко застонала, когда его пальцы сжались на её сосках, и ускорилась, двигаясь на нём со смачным, влажным звуком, который разносился по спальне. Её бёдра бились о его бёдра, её дыхание становилось всё более прерывистым, и она чувствовала, как внутри нарастает волна, готовая накрыть её с головой. Это был просто секс. Они повторяли себе это постоянно — когда он входил в неё, когда она кончала, когда он шептал её имя в темноте. Просто секс. Никаких чувств. Никаких обязательств. Только физическое удовольствие. Только голод и потребность, которую они могли утолить друг в друге. Но с каждым разом, когда они встречались, с каждым разом, когда она ложилась на его грудь после оргазма, чувствуя, как его сердце бьётся в такт с её, она всё чаще хотела задержаться в его объятиях, закрыть глаза и уснуть рядом. Уснуть под звук его дыхания, чувствуя тепло его тела и безопасность рук. Но она гнала эти мысли прочь, потому что это было слишком опасно. Слишком реально. Гермиона хрипло застонала, когда оргазм накрыл её, и сжалась вокруг него, чувствуя, как пульсирует внутри, а Драко в несколько толчков догнал её, вжимаясь в неё до конца. Гермиона рухнула ему на грудь, тяжело дыша и чувствуя, как капли пота стекают по спине, а сердце колотится где-то в горле. Прошло несколько мгновений. Тишина была нарушена только их прерывистым дыханием. Она пошевелилась, собираясь скатиться с него, как делала всегда — быстро, чётко, без лишних слов и прикосновений. Но его руки вдруг сомкнулись у неё на спине, прижимая к себе и не давая уйти. — Останься, — сказал Драко хрипло. Она замерла. Её губы коснулись его шеи, и она почувствовала, как бешено там бьётся пульс. — Что? — прошептала она, не веря своим ушам. — Останься, Грейнджер, — повторил он, и его пальцы сомкнулись сильнее. — Ничего не случится, если мы... если мы не разбежимся сразу после секса. Гермиона замерла, чувствуя, как воздух застревает в лёгких. Её сердце пропустило удар, а потом забилось быстрее. Это было неправильно. Это было опасно. Это нарушало все правила, которые они установили. Но она не могла уйти. Не могла оторваться от него. Она обмякла на нём, прижимаясь щекой к его груди, чувствуя, как его сердце бьётся под её ухом — ровно, успокаивающе. Ладони Драко уверенно лежали на её спине, скользя по влажной коже, и она чувствовала, как напряжение уходит, оставляя только усталость и странное, тёплое спокойствие. И, наверное, это было самое правильное, что они сделали вместе. Потому что впервые она не убегала. Впервые он не отпускал. Они просто лежали, прижавшись друг к другу, и дышали в унисон. Секс был просто сексом. Но это — этот момент, когда он попросил её остаться, и она осталась, — было чем-то большим. Чем-то настоящим. И Гермиона не хотела, чтобы это заканчивалось. #зарисовка
759
3
AU, где настоящее можно ждать долго-долго Драко следил за ней. Как коршун, как хищник, как голодный зверь, который выслеживае
AU, где настоящее можно ждать долго-долго Драко следил за ней. Как коршун, как хищник, как голодный зверь, который выслеживает добычу. Его взгляд преследовал её везде: в коридорах, в библиотеке, в Большом зале, на занятиях. От него было не скрыться. Он был вездесущим, настойчивым, почти пугающим. Но Гермиона не боялась. Да, конечно, он был мечтой. Но не для неё. Ей претила его «слава» и статус. Она не хотела быть одной из многих. Она хотела быть единственной. И, к сожалению, Драко Малфой был не из тех, кто мог это дать. Гермиона знала это слишком хорошо. Она видела, как он менял девушек чаще, чем несвежие носки, — каждую неделю новая, каждая красивее предыдущей, каждая смотрела на него с обожанием, готовая упасть к его ногам. И она никогда не задерживала на нём свой взгляд. Потому что нельзя. Потому что опасно. Для себя, для сердца, для разума. Он был тем, кто мог разбить её на тысячу осколков и даже не заметить. Она не позволяла себе даже думать о нём, когда он смотрел на неё. Но человек предполагает, а судьба располагает. И Малфой однажды понял, что его интерес к Гермионе — не пустой, не ради победы. Он заметил это, когда вдруг перестал замечать других. Когда его взгляд находил только её в любом помещении. Когда он понял, что ему не нужны другие девушки, потому что в его голове была только она. И это осознание ударило его, как бладжер. Он хотел быть с ней. По-настоящему. Всерьёз. Но как убедить в этом человека, который не верит? Как доказать, что он изменился? И Драко начал медленное наступление. Он не подходил. Не заговорил. Не пытался завлечь её комплиментами. Он начал действовать иначе: терпеливо, осторожно, как человек, который готов ждать. Каждый день на её столе в библиотеке появлялась одинокая роза. Без записки, без подписи. Просто цветок. Сначала красный, потом белый, потом розовый. Каждый день новый цвет, новый оттенок, будто он пытался передать ей что-то важное, что не мог сказать словами. Первые несколько недель Гермиона игнорировала цветы. Она отодвигала их в сторону, перекладывала на край стола, иногда даже выбрасывала, не глядя. Она знала, что это он, но не хотела верить. Не хотела надеяться и обманываться. Но каждый раз, когда она видела розу, внутри неё что-то дрожало. Драко смотрел на неё из тени, наблюдая, как она реагирует на его подарки. Видел, как она хмурится и отворачивается. Но не сдавался. Он продолжал оставлять цветы, надеясь, что однажды она изменит своё отношение. И вот, когда Гермиона, уже привычно найдя на своём столе одинокую розу — алую, с тонким ароматом, — впервые не выбросила её, а задержала в руках, Драко замер в тени за книжным стеллажом, боясь дышать. Она смотрела на цветок. Затем поднесла его к лицу и сделала глубокий вдох, вдыхая его аромат. Её глаза закрылись на мгновение, и на лице появилось выражение, которое Драко никогда раньше не видел. Нежность. Удивление. Принятие. Его сердце забилось быстрее. Он чувствовал, как пульс отдаётся в висках, дрожат руки, а воздух застревает в лёгких. Она не выбросила цветок. Она оставила его. Это был маленький, но такой важный шаг. Знак, что его усилия не напрасны. Гермиона открыла глаза, и на её губах появилась лёгкая улыбка. Она ещё раз понюхала розу, а потом аккуратно положила её в свою сумку. Драко сглотнул. Он хотел выйти из тени, подойти к ней и сказать что-то важное, но не мог. Он боялся спугнуть её, боялся, что испортит всё поспешным действием. И тогда он решил ждать. Ещё немного. Ещё день. Ещё неделю. Пока она не будет готова. Пока она действительно не поверит, что его намерения серьёзны. Он будет дарить ей розы каждый день, пока она не поймёт, что он не уйдёт. Что он здесь. Что это не шутка и не прихоть. Гермиона вышла из библиотеки, и он смотрел на её уходящую фигуру, чувствуя, как внутри разливается тёплая волна надежды. Впервые она не выбросила розу. Она сохранила её. Это было начало. Маленькое, но такое важное. И Драко поклялся себе, что сделает всё, чтобы стать её единственным. Даже если для этого потребуется ждать вечность. #зарисовка
845
4
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 Фиктивный брак. Начать сначала 🤩 21 глава доступна на Ficbook 💕 Аннотация: Вынужденный брак Драко и Герм
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 Фиктивный брак. Начать сначала 🤩 21 глава доступна на Ficbook 💕 Аннотация: Вынужденный брак Драко и Гермионы оборачивается магическим признанием: они – соулмейты. Со временем между ними проскакивает искра, но всё рушится, когда Гермиона видит, как Астория пытается соблазнить Драко. Потеряв её доверие, Драко должен доказать, что его чувства не фиктивные, а настоящие. Теперь ему предстоит самая сложная битва – завоевать сердце той, что уже была его, но которую он почти потерял. Сможет ли Драко убедить Гермиону начать всё сначала? 🔞 Рейтинг: NC-17 👫👫 Пейринг: Гермиона Грейнджер/Драко Малфой, Пэнси Паркинсон/Гарри Поттер 🔥 Метки: обоснованный ООС, AU, от врагов к возлюбленным, от супругов к возлюбленным, сложные отношения, развитие отношений, принудительный брак, соулмейты, романтика, флафф, сексуальная неопытность, 18+, счастливый финал Арт от великолепной Kerma 🔥 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 #фф
864
5
AU, где иногда даже ворчание - это знак Драко хмурился и почти что рычал последнее время на всех, кто осмеливался приблизитьс
AU, где иногда даже ворчание - это знак Драко хмурился и почти что рычал последнее время на всех, кто осмеливался приблизиться к нему. К нему старались не подходить даже друзья, справедливо понимая, что и их заденет по касательной. Блейз отсиживался за книгой в дальнем углу библиотеки. Тео делал вид, что ему срочно нужно сделать домашку до конца года. Даже Пэнси, которая обычно не боялась ничего, включая его плохое настроение, обходила его стороной, только иронично выгибая бровь при встрече. Причина недовольства — главная причина — уже много лет была одна. И эта причина была Грейнджер. Не Поттер, который не пожал ему руку на первом курсе. Не Уизли, который продолжал бесить его одним фактом существования. Грейнджер. Всегда только она. И это чувство особенно усилилось на повторном курсе. О нет, Драко был искренне благодарен за свидетельства, которые она дала на его суде. Но… Она изменилась. С того лета, когда он видел её в последний раз, до начала повторного курса прошло всего несколько месяцев, но она стала другой. Нет, заставляющая отвести взгляд худоба никуда не делась — слишком мало времени прошло после войны. Но Грейнджер явно начала ухаживать за собой. Её кожа сияла, на лице всегда был лёгкий, едва заметный макияж, который подчёркивал её глаза. Её волосы, которые раньше вечно были в лёгком беспорядке, теперь лежали на плечах и спине блестящей и явно ухоженной массой. Она по-прежнему делала пучки и косы, но теперь это были не на скорую руку сделанные причёски. Каждая прядь лежала идеально, как будто она тратила на это часы. И одежда… У них всегда были такие юбки и рубашки? Ему казалось, что последняя слишком обтягивает её, хотя там даже близко такого не было. Он смотрел на неё и не мог насмотреться. И злился, потому что внезапно все стали смотреть на неё. Его настроение уже который день было на отметке «раздумываю над использованием непростительного», потому что он услышал, как Захария Смит звал её на выходные в Хогсмид. Смит. Этот болван с его дурацкой улыбкой и вечными попытками казаться важным. Не то чтобы Драко явно показывал, что она ему нравится, чтобы она точно это поняла. Но ведь намеки были! Он помогал ей в библиотеке. Он провожал её до башни под предлогом патрулирования. Он даже пару раз приносил ей чай в обеденный перерыв. Но она, кажется, не замечала. Или делала вид, что не замечает. И вот он шёл после тренировки — злой, надутый, с мокрыми волосами и сжатыми кулаками, — и в этот момент из тени вышла Гермиона. Драко остановился. Она тоже замерла, глядя на него снизу вверх. Он откашлялся. Она сжимала лямку сумки. Драко тяжело вздохнул, шагнул к ней и протянул руку, потянув сумку на себя. Гермиона не сопротивлялась, позволив ему снять её с плеча. — Она тяжёлая, Грейнджер, — проворчал он, оценивая вес. — Ты там точно камни носишь, а не книги. Мы же не хотим, чтобы ты получила травму. Он легко закинул сумку себе на плечо и посмотрел на неё. — Побуду твоей охраной, так и быть, — добавил он. — Пойдём, провожу тебя. Гермиона едва заметно улыбнулась, и эта улыбка заставила его сердце пропустить удар. — Знаешь... — начала она, и голос её звучал застенчиво. — Что? — Я хотела сходить в теплицы, — сказала она, опуская глаза. — Там расцвели кусалки. Драко нахмурился. Он вспомнил, что Смит тоже упоминал теплицы. — Это тебе со Смитом лучше, — буркнул он, не скрывая раздражения. — Ну... — Гермиона подняла на него глаза, и в них плескалось что-то тёплое. — Мне по душе ворчащая охрана, — прошептала она, и он замер. — И я хотела сходить на карьеры в Хогсмид. На выходных. Она сделала шаг ближе. — И вот такая хмурая и недовольная компания мне нравится куда больше, — продолжила она тихо. — Если я, конечно, верно поняла твои взгляды. Драко шумно выдохнул и взял её за руку: тонкую, тёплую, с узкими пальцами, которые дрогнули в его ладони. — Пойдём, — сказал он мягко. — Сначала отнесём твою сумку, а потом отправимся в теплицы. Чтобы ты не пошла туда ни с каким Смитом. Гермиона улыбнулась, широко и открыто. И Драко понял, что пойдёт с ней куда угодно. #зарисовка
1 018
6
«УЗЫ РАВНОДЕНСТВИЯ» Всё допустимо в любви и на войне Двенадцатая глава уже на Boosty! — Без нас не начнут, — лениво отозвался
«УЗЫ РАВНОДЕНСТВИЯ» Всё допустимо в любви и на войне Двенадцатая глава уже на Boosty! — Без нас не начнут, — лениво отозвался Драко, наблюдая, как она поправляет платье и пытается привести себя в порядок. — Хочу своими глазами увидеть голосование, — ответила она упрямо. — Скажу тебе по большому секрету, — он откинулся на спинку кресла и сложил руки за головой, — там не на что смотреть. Ты правда думаешь, что кто-то проголосует против тебя? И если кто-то посмеет сделать это, я лично прослежу, чтобы его карьера в Министерстве закончилась быстрее, чем он успеет сказать «Люмос». Конец ❤️ Спасибо за ваши реакции ❤️ #boosty
844
7
AU, где кто-то любит подглядывать... Драко было стыдно. Ужасно, до дрожи, до боли в сведённых челюстях стыдно. Но... рука сам
AU, где кто-то любит подглядывать... Драко было стыдно. Ужасно, до дрожи, до боли в сведённых челюстях стыдно. Но... рука сама собой продолжала движение. Он сжал основание члена сильнее, чувствуя, как пульс бьётся в кончиках пальцев, дыхание сбивается, а внутри всё сжимается от напряжения. Он сглотнул, облизнул пересохшие губы и смотрел на Гермиону в профиль, не в силах отвести взгляд. Она стояла под струями воды в душевой, и пар окутывал её тело, делая очертания размытыми, почти нереальными. Но он видел достаточно. Упругую грудь, на которой блестели капли воды. Впалый живот, который поднимался и опускался с каждым её вдохом. Округлые бёдра, которые он так хотел сжать в своих ладонях, притянуть к себе, вдавиться в них. Ему было безумно интересно, удаляет ли она волосы. У чистокровных девушек считалось нормой «натуральность», но ему это не нравилось. Он почему-то думал, что она любит, когда на теле нет ни одного лишнего волоска. Драко представлял, как касался бы рукой её гладкой кожи, чувствуя, какая она мягкая, тёплая и влажная. Или, наоборот, обнаружил бы лёгкую щетину, которая кололась бы, когда он касался губами её внутренней стороны бедра. Он сжал зубы, зажмурился на мгновение, а потом снова открыл глаза, не в силах пропустить ни секунды. Беззвучно выдохнул, чувствуя, как пульсирующий жар внизу живота становится почти невыносимым. Как же он хотел оказаться там, рядом, с ней. Стать её руками, чтобы намылить её, смыть пену с тела и чувствовать, как вода стекает по её коже, смешиваясь с его прикосновениями. Накрыть собой, прижать к стене, вдохнуть запах, ощутить её влажную кожу под своими пальцами. Он хотел её. Всю. Без остатка. Сейчас. Внезапно Гермиона остановилась. Замерла под струями воды, и плечи её напряглись. Она шумно выдохнула — так, что он услышал это даже сквозь шум воды. Щёлкнула пальцами, и двери душевой закрылись. Металлические замки лязгнули, запираясь, и установилась тишина. Драко замер и сглотнул. Гермиона взяла лейку от душа, повертела её в руках, что-то делая с напором. А потом... Драко едва не выдал себя, когда увидел, что она направила струю воды себе между ног. Она откинула голову назад, приоткрыв губы от наслаждения, и тихий стон вырвался из её горла. То, что началось как своеобразная болезнь с его стороны — желание смотреть, подглядывать, быть рядом, даже если она не знает, — превратилось в одержимость. Он не мог отвести взгляд. Не мог остановиться. Не мог думать ни о чём, кроме неё. Храни Мерлин того, кто решил, что всем выпускникам необходимы занятия по физкультуре, с общими душевыми, с этим проклятым расписанием, которое сводило их в одном помещении. Драко дрочил, продолжая смотреть на неё. И картинка перед глазами расплывалась, менялась. Больше не было лейки. Это была его рука, скользящая по её влажной коже, его пальцы, ласкающие её, его рот, который целовал её шею, пока Гермиона откидывала голову назад, подставляясь ему. — Нравится то, что ты видишь? — её голос разрезал тишину, и Драко замер. — Чары обнаружения. Ты серьёзно думал, что я никогда не проверяю помещение после войны? После всего, что было? Он сглотнул, чувствуя, как внутри всё обрывается. Не было смысла прятаться. Она знала. Она всё знала. — Так что, нравится... Драко? — спросила она, и в её голосе послышалась лёгкая насмешка, смешанная с чем-то тёплым. Она не злилась. Она была... заинтригована. Он облизнул губы, чувствуя, как пульс бьётся в висках. — Нравится, — сказал он честно, и голос его был хриплым. — Очень нравится. Повисла тишина. И в этой тишине он услышал, как она выдохнула — не то облегчённо, не то согласно. — Можешь подойти поближе, — сказала она. — Я не против. Драко шагнул вперёд. Сердце колотилось где-то в горле, и он чувствовал, как дрожат руки, как трясутся колени. Но не остановился. Он шёл к ней сквозь пар, жар, стыд и страх. Он вышел к ней, и она стояла перед ним — мокрая, обнажённая, с каплями воды на коже и с лёгкой улыбкой на губах. — Раз уж ты столько смотрел, — сказала она, протягивая ему руку, — может быть, на этот раз прикоснёшься? И Драко сжал её руку в ответ. #зарисовка
1 085
8
ИТОГИ КОНКУРСА Победил номер 56 ❤️ Поздравляю! Приду к вам в личку 💕
ИТОГИ КОНКУРСА Победил номер 56 ❤️ Поздравляю! Приду к вам в личку 💕
914
9
2️⃣🔴 Он выдерживает паузу. Продолжает играть и медленно спрашивает, стараясь звучать непринужденно: — То есть, ты реально не+1
2️⃣🔴 Он выдерживает паузу. Продолжает играть и медленно спрашивает, стараясь звучать непринужденно: — То есть, ты реально не против? — Ты о чем? – Поттер не отрывает взгляд от экрана. — Что твоя сестра умотала с Маклаггеном, - уточняет Малфой, чуть сильней сжимая джойстик в руках. — Гермиона ведь не тупая. Как только сама убедится в том, что он полный идиот – бросит его. — Но… — Играй, Малфой, - недовольно фыркает Гарри, придвигая ногой новую пачку чипсов. — Хватит болтать о моей сестре. Драко молча кивает, пытаясь включиться в игру. Но из памяти не идет эта кучерявая бестия. Ее длинные загорелые ноги и короткая юбка. А еще то, как она произносит его имя. Глубоко. Особенно. И мысль о том, что эти самые ножки сейчас поглаживает чертов Кормак и вовсе выводит из себя. Блять, а он ведь всегда считал Гермиону более разборчивой. — Ладно, хватит на сегодня, - выдыхает Гарри, снимая очки и прикрывая глаза. — Через полчаса вернется отчим и завалится смотреть матч. — Просто признайся, что боишься продуть, Поттер, - подколол его Драко, расплываясь в улыбке. — Ничего подобного. Я серьезно про отчима. — Ну, да. Конечно, - тянет Драко, поднимаясь на ноги и разминая мышцы. — Неудачник. — Иди в задницу. — Скажи этой своей девушке. Они препираются, пока мобильник в кармане Драко не начинает настойчиво вибрировать. ❤️ #другмоегобрата
888
10
AU, где иногда нужно передать контроль в другие руки, чтобы стать сильнее и спокойнее Голова Гермионы кружилась. Кончики паль
AU, где иногда нужно передать контроль в другие руки, чтобы стать сильнее и спокойнее Голова Гермионы кружилась. Кончики пальцев ног покалывало, бёдра сводило от напряжения, а тело горело так, будто она только что пробежала марафон. Она сглотнула и тихо выдохнула, чувствуя, как пот стекает по спине, как сердце колотится где-то в горле, как мышцы дрожат от нагрузки. Она никак не могла избавиться от круговорота мыслей в голове. Глаза наполнились слезами, и она зажмурилась, чувствуя, как внутри поднимается привычная волна отчаяния. Она плохо справляется. Плохо. Слишком много ответственности, ожиданий и всего, что она должна была контролировать, но не могла. — Ты отлично справляешься, Гермиона, — вдруг раздался тихий голос, и ей стало немного легче. — Я так горжусь тобой. Мерлин, его слова. Они растекались по её телу, словно патока. Они проникали сквозь кожу, добирались до самого сердца и заставляли его биться ровнее. Она чувствовала себя до неприличия счастливой — так, как не чувствовала себя уже давно, может быть, никогда. Она почти сломалась в начале повторного курса, когда груз ответственности, возложенный на неё окружающими и миром, стал невыносимым. Она не могла спать, не могла есть, не могла смотреть на себя в зеркало. И тогда она нашла способ бороться со стрессом. Или способ сам нашёл её? Она выплескивала эмоции, отправляясь в Выручай-комнату и разнося всё вокруг, пока однажды не встретила там Малфоя. Он стоял посреди разрушенного хаоса, тяжело дыша, и понимающе смотрел на неё. Он тоже что-то ломал. Он тоже пытался справиться с прошлым. День за днём, неделя за неделей они встречались в Выручай-комнате, сначала молча, потом перебрасываясь короткими фразами, потом разговаривая. И так они сблизились, увидев в друг друге одинаково сломленных людей. А не так давно Малфой предложил другой вариант. Спорт. Они занимались, бегали, делали упражнения, которые он знал из тренировок по квиддичу. А недавно добавили планку. Для Гермионы, которая на самом деле была не слишком спортивным человеком, это было сложно. Но впервые за долгое время она чувствовала, что контролирует своё тело, а не наоборот. — Всё, молодец, — сказал Драко, и она рухнула на пол, протяжно застонав. Перевернулась на спину и закрыла глаза ладонью. — У меня дрожит всё, — выдохнула она. — Зато разум очистился, — ответил он, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка. — Не знаю, — призналась Гермиона и убрала руку, глядя в потолок. — Я снова думаю. Не могу перестать думать. Драко тяжело вздохнул. Он стоял над ней, высокий, с влажными от пота волосами, прилипшими ко лбу, и задумчиво смотрел. Потом протянул ей руку. — Можем добавить бокс, — сказал он. — Я слышал... Тео говорил, что это помогает. Гермиона кивнула, чувствуя, как внутри теплеет от его заботы. Она вложила свою ладонь в его, и он потянул её наверх, помогая подняться. И что это было: случайность, провидение, что? Он дёрнул сильнее, чем обычно, и она врезалась ему в грудь. Они замерли. Гермиона смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как его руки сжимают её талию, а дыхание сбивается. Её сердце забилось быстрее, и она увидела, как его кадык дёрнулся. — Знаешь, Грейнджер... — начал он хрипло. — Что? — выдохнула она. — Есть кое-что, что избавляет от мыслей ещё лучше. — Что? Вместо ответа он наклонился и жадно поцеловал её. Его губы были горячими, требовательными, почти грубыми, и Гермиона почувствовала, как все её мысли, тревоги и страхи рассыпаются в прах. Она ответила, приоткрыв губы и впуская его язык. Когда они оторвались друг от друга, Гермиона ещё несколько секунд не открывала глаз, наслаждаясь пустотой в голове. Впервые за долгое время она не думала ни о чём. Только чувствовала. — Сделай это ещё раз, — прошептала она и сжала футболку у него на груди. И Драко сделал. Он наклонился снова, целуя её медленнее и глубже. Его руки скользнули по её спине, прижимая к себе, и она почувствовала, как весь мир исчезает, оставляя только его прикосновения, дыхание и губы. Гермиона больше не думала. Она просто была. И это было прекрасно. #зарисовка
895
11
AU, где Гермиона попытается быть тихой. Просто попытается Гермиона пыталась, честное слово. Она сжимала перо в пальцах, пытал
AU, где Гермиона попытается быть тихой. Просто попытается Гермиона пыталась, честное слово. Она сжимала перо в пальцах, пыталась сосредоточиться на пергаменте перед собой, на ровных строчках текста в учебнике, но это было невозможно. Просто невозможно. Потому что ладонь Драко лежала на её бедре, а его пальцы лениво скользили по обнажённой коже, выписывая невидимые узоры, от которых у неё внутри всё переворачивалось. Гермиона прокляла тепло, так некстати накрывшее Хогвартс. Ещё неделю назад было холодно, и она носила плотные чулки или колготки, чтобы не дрожать от сквозняков и завывающих ветров, которые гуляли по старым коридорам. А теперь... Теперь на ней были лёгкие гольфы, и Драко уверенно осваивал новую территорию, наслаждаясь каждой секундой прикосновения к её голой коже. — Прекрати, — выдохнула она почти беззвучно, сжала бёдра вместе, зажав его руку, и попыталась вернуться к чтению. — Ты меня отвлекаешь. Драко лишь фыркнул и пошевелил кончиками пальцев. И задел край её белья. Они замерли. Гермиона ярко покраснела. Драко сглотнул, и его кадык дёрнулся. Затем повторил это движение — медленно, нарочито небрежно, проводя кончиками пальцев по краю её трусов. — Драко... — выдохнула она, и голос её сорвался. — Раздвинь, — его голос казался чужим — низким, хриплым, полным тёмного напряжения, которого она никогда раньше в нём не слышала. Гермиона облизнула пересохшие губы и подняла голову. Они сидели в тёмной нише, которую уже несколько месяцев привычно занимали в библиотеке и куда редко заглядывали студенты. Сегодня здесь было особенно тихо и пустынно. Все наслаждались солнцем на улице, на газонах, у озера, и только Гермиона готовилась к экзаменам, упрямо сидя над пергаментом. И Драко, конечно, присоединился к ней. Он всегда присоединялся. Она опустила глаза вниз, увидела его руку, зажатую между своих ног, и медленно, очень медленно, раздвинула бёдра. Ткань юбки натянулась, открывая его взгляду ещё больше кожи, ещё больше пространства для его пальцев. — Спасибо, малыш, — выдохнул Драко хрипло. — Как мы пропустили тайный петтинг, а? Вернее, почему? — Не... не знаю, — она прикусила губу, когда его пальцы коснулись её промежности. — Драко... — Тебе нравится? — спросил он хрипло. — Да, — честно ответила она и посмотрела ему в глаза. — Да, нравится. — Мне тоже, — его голос сорвался, и он сглотнул. — Я хочу, чтобы ты продолжила читать параграф. Гермиона моргнула. Она не поняла. — Что? — Ты продолжишь читать, — повторил он терпеливо. — А я буду ласкать тебя и трахать. И ты будешь очень тихой. Ни звука, малыш. Она облизнула губы. — Или что? — спросила она, и её голос дрогнул. Драко наклонился к её уху, и его дыхание обожгло мочку. — Или мы повторим снова, — прошептал он, — и снова, пока ты не научишься быть по-настоящему тихой. Я могу делать это бесконечно, Грейнджер. Я очень терпеливый, ты же знаешь. Она сглотнула, чувствуя, как его пальцы скользят под край её белья и касаются влажной, горячей кожи. — Хорошо, — выдохнула она. И опустила глаза на пергамент, стараясь сфокусироваться на буквах, которые плыли перед глазами. Гермиона чувствовала каждое движение, каждый поворот пальцев внутри, слышала дыхание Драко у своего уха, прерывистое и тяжёлое. Он был возбуждён, как и она. Он хотел её, наверное, даже сильнее, чем она. — Тише, малыш, — прошептал он и большим пальцем надавил на её клитор. — Думай о том, что сегодня Пэнси отправится на обход с Поттером, и они опять вернутся под утро. И мы сможем быть вместе всю ночь. Гермиона прикусила губу до боли, чувствуя, как внутри нарастает волна, и зажмурилась. Мерлин, конечно, она знала, что они повторят это. И снова. И снова. Пока она не научится быть идеально тихой. И Драко знал это. Но им нравилась эта игра. Они будут повторять это каждый день, пока она не научится быть тихой. Но, честно говоря, Гермиона не особенно старалась. Потому что тишина была переоценена. Особенно когда Драко делал с ней такие вещи, от которых хотелось кричать. И Гермиона тихо застонала. #зарисовка
925
12
AU, где Драко любит кошек. И Гермиону Гермиона стояла перед зеркалом в ванной и пыталась снять проклятые уши с головы, но они
AU, где Драко любит кошек. И Гермиону Гермиона стояла перед зеркалом в ванной и пыталась снять проклятые уши с головы, но они словно намертво приклеились к её волосам. Её пальцы дрожали, глаза покраснели от слёз, а щёки горели от стыда и унижения. Белые, пушистые, с розовой внутренней стороной — кошачьи уши торчали на её макушке, и каждое прикосновение к ним отдавалось в висках тупой болью. Она прекрасно понимала, чья это злая шутка. Астория ревновала Драко к ней, но это было совершенно бессмысленно! Но Астория не слышала ничего, она видела в ней угрозу. И решила устранить её самым унизительным способом. — Снимись же ты, — прошептала Гермиона, дёргая ухо. Оно не поддавалось. Только больно тянуло кожу на голове, и слёзы снова выступили на глазах. Она так увлеклась своей безуспешной борьбой, что не услышала шаги. Не заметила, как дверь приоткрылась. Она поняла это только тогда, когда тень упала на зеркало, и она увидела его отражение. Драко замер на пороге, разглядывая её — заплаканную, растрёпанную, с этими дурацкими ушами на голове. И просто смотрел на неё. Молча. И в его взгляде было что-то тёплое, почти нежное. — Грейнджер, — сказал он тихо. — Что случилось? Она хотела ответить, но голос сорвался, и вместо слов вырвался всхлип. Она отвернулась, пряча лицо, и шмыгнула носом. Драко шагнул вперёд. Ещё шаг. И ещё. И остановился за её спиной. — Давай я посмотрю, — сказал он, и его руки легли на её плечи. Тёплые, уверенные, успокаивающие. Гермиона зажмурилась, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. Она не сопротивлялась, когда он начал гладить её уши — сначала левое, потом правое. Движения его пальцев были медленными, почти гипнотическими, и она не заметила, как из её груди вырвалось мурчание. Тихие, нежные звуки, похожие на урчание котёнка. Гермиона замерла. Драко тоже. А потом его губы дрогнули в улыбке, и он тихо рассмеялся. — Тебе идут уши, Грейнджер, — прошептал он, ловя её взгляд в отражении — Я всегда любил кошек. И их мурлыканье. И... тебя. Уже давно. — Драко... — она повернула к нему голову, но он не дал ей закончить. Он наклонился и поцеловал её. Мягко и нежно, и его пальцы запутались в её волосах рядом с ушами, которые всё ещё были на макушке, но теперь она чувствовала только его тепло, его вкус, его дыхание на своих губах. Гермиона ответила: сначала робко, потом смелее, приоткрывая губы и позволяя ему продолжить. Поцелуй был глубоким, долгим, полным обещаний и надежды. Когда он отстранился, Гермиона открыла глаза. Уши всё ещё были на месте, но теперь она не думала о них. Она думала о нём. О том, как сильно ей понравилось это. И о том, что Астория, похоже, сама их сблизила, хотя явно не хотела. — Я разберусь с этим. — Я са.... — Я разберусь, Гермиона, — с нажимом повторил он и с тихим вздохом погладил её по голове. — Никто не смеет обижать моего котёнка. Она закатила глаза, но не удержалась от улыбки. Внутри неё уже не было злости, только лёгкость и тихое счастье. Уши всё ещё были на месте, но они перестали её волновать. Потому что Драко был рядом. Потому что он держал её за руку, сжимая пальцы так крепко, будто боялся отпустить. — Пойдём, — сказал он и посмотрел на её голову. — Нам пора на ужин. — Но уши... — начала Гермиона. — Какая разница, — перебил Драко, не отпуская её руки. — Ты идёшь со мной. И Астория... забудь о ней. Она просто увидела чуть больше, чем другие. И повёл её в Большой зал. Гермиона чувствовала на себе сотни взглядов, но они не имели значения. Потому что Драко сжимал её руку, не отпуская, и его спина была ровной, а шаги — уверенными. Она шла рядом с ним, чувствуя себя глупой, счастливой и свободной. И её улыбка стала шире, когда он провёл её к столу Гриффиндора, притянул к себе и прошептал на ухо: — Ты самая красивая кошка в этом замке. Она ударила его локтем в бок, но беззлобно, а он только рассмеялся. Гермиона знала, что уши отвалятся через неделю — Гарри узнал, какое заклинание использовала Астория. Но это уже не имело значения. Потому что благодаря глупой ревности они с Драко открылись друг другу. #зарисовка
1 022
13
«УЗЫ РАВНОДЕНСТВИЯ» Всё допустимо в любви и на войне Одиннадцатая глава уже на Boosty! — Если тебе так нужно принять решение
«УЗЫ РАВНОДЕНСТВИЯ» Всё допустимо в любви и на войне Одиннадцатая глава уже на Boosty! — Если тебе так нужно принять решение самой… — он сжал пальцами её подбородок, заставляя смотреть в глаза, и его прикосновение было властным и собственническим, — я дам тебе выбор сейчас. — Какой? — прошептала она, и её голос сорвался, когда она облизнула губы кончиком языка, чувствуя, как внутри разливается то самое тепло, которое она пыталась заглушить. — Как именно мне… заслужить твоё прощение, — сказал он, и его голос не оставлял места для сомнений, о чём именно он говорил. Спасибо за ваши реакции ❤️ #boosty
1 065
14
AU, где Рон остаётся в проигрыше Рон поправил жухлый букетик, который он собственноручно подготовил на День рождения Гермионы
AU, где Рон остаётся в проигрыше Рон поправил жухлый букетик, который он собственноручно подготовил на День рождения Гермионы, и довольно хмыкнул. Цветы были уже не первой свежести, но он был уверен, что она оценит. Ну, или сделает вид, что оценила. Какая разница? Главное — жест. Ещё немного — и она будет его. А там... Окрутить её — много ума не надо. Вон даже Кормак почти справился, а уж этот болван явно не блещет интеллектом. А у Рона намного больше шансов. Он знал её с детства, он был её другом, он был рядом, когда она нуждалась в поддержке. Ну, иногда. Ну, почти всегда. Ладно, не всегда. Но он был рядом! И этого достаточно. Он шёл по коридору, гордо задрав нос, и игнорировал шепчущихся девушек, которые провожали его взглядами. Они просто завидуют. Завидуют его самоуверенности, рыжей шевелюре и плану по завоеванию сердца самой умной ведьмы их поколения. Они просто не понимают, что между ними — особая связь. Ну, или почти особая. Он работал над этим. Рон увидел спину Гермионы и ускорил шаг. И вдруг заметил, что к ней уверенно и быстро приближается Драко Малфой. Этот белобрысый слизеринец, который в последнее время путался под ногами и портил все планы. Рон замер на мгновение, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Но то, что произошло дальше, превзошло все его ожидания. Малфой, как фокусник из дешёвого цирка, вытащил из-за спины огромный букет. Там были розы, пионы и ещё какие-то цветы, название которых Рон даже не знал. Букет был таким большим, что Гермиона едва могла его обхватить руками. Она ахнула, и её глаза расширились от изумления. А потом начался какой-то ад и кошмар. Из-за угла выскочили Нотт и Забини с гитарами. Они начали петь, Мерлин их раздери, какую-то любовную серенаду, глядя на Гермиону и Малфоя. Их голоса звучали фальшиво, но они старались, и это было ужасно мило. И ужасно бесило. А Гарри — предатель! — стоял в сторонке, сложив руки на груди, и улыбался, глядя на это представление. Он даже не пытался остановить этот балаган. Он наслаждался им! Рон начал злиться. Его лицо покраснело, кулаки сжались, а жухлый букетик в его руке жалобно захрустел. Он должен был стать звездой этого праздника! — Что здесь происходит?! — заорал он, влетая в их круг, расталкивая локтями Нотта и Забини, которые как раз взяли особенно высокую ноту. Гермиона вздрогнула и обернулась. Малфой выгнул бровь, глядя на него. — Рон? Что ты здесь делаешь? — Что я здесь делаю? — возмутился он, размахивая своим букетиком перед её носом. — Я пришёл поздравить тебя с Днём рождения! А ты... ты... — Рон, успокойся, — попыталась вмешаться Гермиона, но он уже вошёл в раж. — Я знаю, что происходит! — завопил он, чувствуя, как краска заливает его шею. — Вы все против меня! Ты, — он ткнул пальцем в Малфоя, — ты специально всё это подстроил! Чтобы унизить меня! — Рон, прекрати! — голос Гермионы стал резче. — Да я знаю всё! — продолжал он, не замечая, как она пытается его остановить. — Я знаю, что ты, Малфой, просто хочешь её заполучить! Но ты не получишь её! Она моя! — Я не твоя! — воскликнула Гермиона, прижимая букет к груди. — Мы с Драко уже год вместе, он сделал мне предложение! Тишина. Абсолютная, гробовая тишина. Даже гитары Нотта и Забини замолкли на полуслове. Гарри перестал улыбаться. Все смотрели на Гермиону, потом на Малфоя, потом снова на Гермиону. — Что ты сказала? — Голос Рона был тонким и писклявым, как у первокурсника, который увидел боггарта. — Ты слышал, Уизли, — вмешался Малфой, обнимая Гермиону за плечи и глядя на Рона с откровенной насмешкой. — На свадьбу не пригласим, уж извини. Рон открыл рот. Закрыл. Снова открыл. Его глаза расширились, лицо сначала побледнело, потом побагровело, а потом снова побледнело. — Вы... вы... — выдавил он. — Я согласилась выйти за него замуж, — подтвердила Гермиона, и в её голосе не было ни капли сожаления. И Рон упал в обморок. И там, в мутном сне, ему казалось, что Гермиона с широкой улыбкой приняла от него букет и согласилась дать доступ к своему хранилищу... #зарисовка
1 252
15
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩КОРОТКАЯ ЮБКА🤩 Ох уж эти короткие юбки и весна в Хогвартсе... 🔥 Аннотация: Эта история о том, как два
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩КОРОТКАЯ ЮБКА🤩 Ох уж эти короткие юбки и весна в Хогвартсе... 🔥 Аннотация: Эта история о том, как два упрямца ищут повод для ссоры, чтобы не искать повод для поцелуя. И о том, что иногда, чтобы сблизиться, нужно сначала как следует поругаться. А потом ещё раз. И ещё. И желательно — в замкнутом пространстве. 📌 Пейринг: Гермиона Грейнджер/Драко Малфой, Гарри Поттер/Пэнси Паркинсон, Теодор Нотт 📌 Рейтинг: NC-17 🔥 Метки: AU, ООС, обоснованный ООС, Хог, юмор, флафф, сводники, тайные чувства, все герои совершеннолетние, рейтинг за секс, счастливый финал 🤩 Где: Boosty 💻 Когда: понедельник, среда, пятница 🪶 Во сколько: 12.47 💕 Начало: 29.06.2026 🔥 Продолжительность: 1 месяц 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 #boosty
1 050
16
AU, где всё не так очевидно... ЧАСТЬ 3 Гермиона молча закатала рукав и показала Драко чистую кожу. Никаких букв. Никаких иниц
AU, где всё не так очевидно... ЧАСТЬ 3 Гермиона молча закатала рукав и показала Драко чистую кожу. Никаких букв. Никаких инициалов. Только бледная, гладкая поверхность запястья, где когда-то, по всем законам магии, должны были появиться чёрные буквы — его буквы, ДЛМ. Но там было пусто. Гермиона смотрела на него с вызовом, но в её глазах он видел боль. Он в ответ поднял рукав своей рубашки, показывая ей своё запястье. Три буквы. ГДГ. Директор Макгонагалл, наблюдавшая за ними, шумно вздохнула. Она переводила взгляд с одного на другую, и на её строгом лице читалась тревога. — Нам нужно со всем разобраться, — сказала она, и голос её звучал твёрдо, но устало. — Это слишком серьёзно, чтобы оставлять это без внимания. Магия соулмейтов — не игрушка. Если произошёл сбой, это может быть опасно. Для вас обоих. Они начали разбирать тот день по секундам. Драко стоял рядом с Гермионой — достаточно близко, чтобы чувствовать тепло её тела, но достаточно далеко, чтобы не прикасаться. Он следил за каждым её словом, за каждым жестом, особенно когда она машинально касалась чистого запястья. Она перечисляла: утренние занятия, обед, домашнее задание, ужин. Всё как обычно. — После ужина я пошла спать, — сказала она и пожала плечами. — У меня очень болела голова, и я сразу же легла. Всё. Гарри, стоявший у двери, вдруг нахмурился. — Подожди, — сказал он. — Ты говоришь, что после ужина пошла спать? — Ну да, — Гермиона посмотрела на него. — А что? Гарри перевёл взгляд на директора, потом на Драко, потом снова на Гермиону. Его лицо стало бледным. — Но ты не пошла спать, — сказал он тихо. — Ты пошла в библиотеку. Гермиона замерла. — Что? — Ты попросила мою мантию-невидимку. Сказала, что планируешь задержаться там и вернуться после отбоя, чтобы никто не заметил. Я думал, ты просто хочешь поработать в тишине. Я не придал этому значения. — Я ничего такого не делала, — голос Гермионы дрогнул. — Я помню, как пошла в спальню. Я помню, как закрыла глаза. И всё. Я не помню никакой библиотеки. — Вы видели, как вернулась мисс Грейнджер? — спросила Макгонагалл, пристально глядя на Гарри. Гарри сглотнул. Его кадык дёрнулся, и он закрыл глаза на мгновение, собираясь с мыслями. — Нет, — сказал он тихо. — Я не видел её возвращения. Но мантию... — он запнулся, — мантию утром мне отдала Джинни. Тишина в кабинете стала мёртвой. Драко почувствовал, как внутри закипает ярость. Он закрыл глаза и сжал кулаки, пытаясь успокоиться. Мелкая стерва. — Почему? — голос Гермионы был растерянным. — Зачем ей это? Драко открыл глаза. Он готов был лично броситься в башню Гриффиндора, притащить сюда Джинни Уизли за волосы и заставить её рассказать правду, но директор покачала головой, останавливая его строгим взглядом. — Это не доказательства, — сказала она спокойно, но твёрдо. — И вы это знаете, мистер Малфой. — И что вы предлагаете? — Драко едва сдерживался. — Забыть? Притвориться, что ничего не было? — Нет, почему же, — директор улыбнулась уголками губ, и в её глазах мелькнул холодный блеск. — Я вызову с утра сотрудника Отдела тайн и главного целителя из Святого Мунго. Они проведут полную диагностику состояния мисс Грейнджер. Если её память была изменена, они это обнаружат. Если была наложена блокировка на магическую связь, они её снимут. Драко перевёл дыхание. Это звучало разумно. Это был план. — А вы, — директор смотрела на него, — будете наживкой. — Наживкой? — переспросил он. — Если за этим стоит мисс Уизли, она будет следить за вами. Она попытается приблизиться, убедиться, что её план сработал. Вы будете выглядеть подавленным, разочарованным. И вы будете ждать. Драко посмотрел на Гермиону. Она стояла в нескольких шагах от него, бледная, с тёмными кругами под глазами, и смотрела на него с таким ожиданием и робкой надеждой, что у него перехватило дыхание. Драко не мог отказать. Он не хотел отказывать. — Хорошо, я буду наживкой. Но только если вы, — он посмотрел на директора, — гарантируете, что она будет в безопасности. — Мисс Грейнджер останется под моей защитой, — сказала она. — Никто не причинит ей вреда. Драко кивнул. #зарисовка
1 081
17
AU, где всё не так очевидно... ЧАСТЬ 2 Драко смотрел на Поттера, засунув руки в карманы брюк, и молчал. Тишина в пустом корид
AU, где всё не так очевидно... ЧАСТЬ 2 Драко смотрел на Поттера, засунув руки в карманы брюк, и молчал. Тишина в пустом коридоре была тягучей, как патока, и такой же липкой от невысказанных слов. Он ждал. Он всегда умел ждать, когда это было нужно. Но сейчас каждая секунда казалось вечностью, и его пальцы сжимались в кулаки внутри карманов, чтобы не сорваться и не ударить этого вечно правильного гриффиндорца, который смотрел на него с выражением усталого сомнения. Гарри потёр лоб, провёл ладонью по лицу и шумно выдохнул. — Ты серьёзно? — спросил Гарри, и его голос звучал глухо. — Ты издеваешься? — рыкнул Драко и раздражённо поднял рукав рубашки, снова обнажая запястье. — Это похоже на шутку? Гарри поджал губы и отвёл глаза. Он смотрел куда угодно — на стену, на пол, на свои собственные руки, — только не на запястье Драко. И это было красноречивее любых слов. — Ты уверен, что это была не Гермиона? — спросил он, и в голосе его прозвучала робкая надежда. — Поттер, я тебя сейчас ударю, — процедил Драко сквозь зубы. — Ты серьёзно думаешь, что я просто так говорил бы тебе об этом? — Просто зачем это Джинни? — Гарри поднял глаза, и в них плескалось искреннее недоумение. — Вот и мне очень интересно, — Драко шагнул ближе, и его голос стал опаснее, тише. — А ещё больше мне интересно, почему Грейнджер никак не реагирует на свои буквы? Почему она не ищет встречи со мной, а избегает, словно я проклят? Гарри посмотрел на Малфоя. Его взгляд стал тяжёлым, почти сочувствующим. — Потому что её запястье чистое, — сказал он тихо. Драко замер. — Ты издеваешься? — выдохнул он. — Я сам лично видел, — ответил Гарри, и в его голосе не было ни капли сомнения. — Она не могла поверить, что это так. Но магия оставила её без пары. И она приняла это. Смирилась. Драко выругался: грязно и смачно, так, что эхо разнеслось по коридору. Он сжал переносицу пальцами, пытаясь успокоиться, но внутри всё кипело и бурлило. — Приведи её ко мне, — приказал он. — Она не поверит, — покачал головой Гарри. — Приведи её к директору, — перебил Драко. — Я буду там. Будем разбираться по-взрослому. Без драм. Без ссор. Только факты. Гарри внимательно посмотрел на него. В его зелёных глазах промелькнуло что-то. — Зачем тебе это, Малфой? — спросил он вдруг, и голос его стал мягче. — Ну чистое запястье у неё... Так радуйся, тебе не придётся связывать свою судьбу с... ней. Драко расправил плечи. Его челюсть сжалась, а глаза потемнели. — Я не собираюсь просрать тот дар, что мне преподнесла судьба, Поттер, — сказал он, и в голосе его звучала что-то такое, что Гарри невольно отступил на шаг. — Так ты что... — Уж с тобой я точно не собираюсь это обсуждать, — процедил Драко и отвернулся. — Просто приведи Грейнджер к директору. Я хочу выяснить, что вообще происходит. И кто за этим стоит. И ушёл, не оглядываясь. ...Драко стоял в кабинете директора и смотрел в окно. За стеклом уже темнело, и звёзды начинали проступать на вечернем небе, холодные и далёкие. Он смотрел на них, но не видел. В голове была только одна мысль, которую он упорно гнал от себя, но она возвращалась снова и снова, как больной зуб. Причина, почему Джинни Уизли могла так поступить. Он поморщился. Вспомнил её взгляды, которые она бросала на него на совместных патрулях. Её случайные прикосновения, которые он всегда игнорировал. Её попытки заговорить с ним, которые он обрывал, не дослушав. Он никогда не воспринимал её внимание всерьёз. Она его не интересовала. Вообще. И сейчас, когда гнев улёгся, когда разум очистился от первой ярости, ему стало интересно, что она придумала. Какая у неё была цель? Что она хотела получить? Или она просто хотела посеять хаос в его и так запутанной жизни? Дверь в кабинет скрипнула. Драко напрягся. Услышал шаги — лёгкие, быстрые, до боли знакомые. Услышал шёпот Макгонагалл и тихий, уверенный голос Гарри. Потом — ещё один голос. Тот, ради которого он здесь стоял. Гермиона. Он медленно повернулся и встретился с ней взглядом. Ну что же. Сейчас всё решится. Он шагнул к ней, и в кабинете воцарилась тишина. #зарисовка
1 085
18
AU, где всё не так очевидно, как кажется ЧАСТЬ 1 Драко сверлил спину Грейнджер внимательным взглядом, а она делала вид, что в
AU, где всё не так очевидно, как кажется ЧАСТЬ 1 Драко сверлил спину Грейнджер внимательным взглядом, а она делала вид, что всё нормально. Вот уж действительно умение — держать лицо всегда, даже когда внутри бушует ураган. Он сидел на другом конце библиотеки, спрятавшись за стеллажом с книгами по трансфигурации, и не сводил с неё глаз. Она перелистывала страницы, делала пометки, иногда поднимала голову и смотрела в окно — абсолютно спокойная, невозмутимая, будто ничего не произошло. Драко почему-то думал, что она на такое не способна. Что она, как и он, будет метаться, искать ответы, пытаться понять, что происходит. А посмотрите-ка... Сидит, читает, и даже не вздрагивает под его взглядом. Он потёр запястье, машинально, привычным движением, и бросил взгляд на чёрные буквы, которые появились на его коже три дня назад. ГДГ. Три буквы, выведенные изящным, почти каллиграфическим почерком. Инициалы её имени. Гермиона Джин Грейнджер. Наверное, он должен был расхохотаться. Провести расследование, узнать, кто пошутил над ним так глупо. Но... что-то внутри напряглось и отпустило, словно случилось то, что давно должно было произойти. Чары соулмейтов — это не шутка. Это то, чего все ждали с замиранием сердца, пусть и не показывали. Магия, которая соединяет две души, предназначенные друг другу. Инициалы на запястье — знак, что ты нашёл свою пару. Инициалы Грейнджер на его запястье. Драко злился. Злился на неё, на себя, на эту проклятую магию, которая решила за них всё. Но не мог подойти, потому что она вроде как и не избегала его прямо, но и явно не желала остаться с ним наедине. Он ждал. Терпеливо, хотя внутри всё кипело. И всё же смог поймать её. Конечно, маленький львёнок подумала, что он отправится на тренировку —чтобы он и пропустил тренировку, да никогда! — но он был здесь. Драко ждал её в пустом коридоре на третьем этаже, спрятавшись за старым гобеленом с изображением танцующих фей. Он замер за тканью, слыша её шаги — цок-цок-цок по каменному полу. Ближе. Ещё ближе. И когда она поравнялась с гобеленом, он откинул тяжёлую ткань, сжал её локоть, потянул к себе и прижал к стене, нависнув над ней. Гермиона смотрела на него. Она не испугалась. Не удивилась. Только смотрела, как на надоевшую проблему, которую нужно решить. — Что тебе нужно, Малфой? — Ты знаешь. Подними рукав, Грейнджер. Она молчала несколько секунд. А потом медленно подняла вязаную ткань своего свитера. Драко сглотнул. Её запястье было чистым. Гладкая, бледная кожа без единой чёрточки, без намёка на буквы. — Что... — он не мог вымолвить ни слова. — Но буквы... Она одёрнула рукав, пряча запястье, и посмотрела на него с холодным спокойствием. — Я не приняла свою пару, — отчеканила она. Драко отшатнулся, как от удара. — Что ты несёшь, Грейнджер. — Запретная секция, раздел древних чар, — сказала она, не сводя с него тёмных глаз. — Магия не может заставить меня быть парой тому, кто не видел во мне человека много лет. Он сглотнул, чувствуя, как внутри всё рушится. Она нашла способ. Она действительно нашла способ. Она отказалась от него. — Если ты думал, что я молча приму это и забуду всё, что было между нами, — продолжила она, и в её голосе слышалось удовлетворение, — ты ошибся. Не подходи ко мне больше. Мне это не нужно. Она выскользнула из-за гобелена, оставив его в темноте ниши, и её шаги затихли. Драко смотрел на своё запястье и на буквы, которые всё ещё горели на коже. Он прислонился спиной к стене и с шумом втянул носом воздух. Потом снова. И снова. Воздух в коридоре был холодным, но вдруг он уловил аромат — тяжёлый, сладкий, приторный. Он знал этот запах. Чувствовал его из раза в раз на тренировках. Драко замер. Сглотнул и снова посмотрел на своё запястье. Интересно, Грейнджер вообще знает, что происходит? И раз уж пошла такая тема... с чего вдруг младшая Уизли решила взять на себя такую роль? Драко расправил плечи. Ему нужно найти свою Гренйджер. Нужно поговорить с ней. И придётся обратиться к тому, кого бы точно не хотелось просить о помощи... к Поттеру. #зарисовка
1 886
19
«УЗЫ РАВНОДЕНСТВИЯ» Всё допустимо в любви и на войне Десятая глава уже на Boosty! И что-то внутри неё тихо плакало и уговарив
«УЗЫ РАВНОДЕНСТВИЯ» Всё допустимо в любви и на войне Десятая глава уже на Boosty! И что-то внутри неё тихо плакало и уговаривало оставить это, перестать, просто вернуться к Драко и забыть обо всём. Ведь нити были! Этого достаточно! Не всё ли равно, как они появились? Он любит её. Она чувствует это. Она знает это. Она видела это в его глазах, когда он смотрел на неё, касался и шептал её имя. Зачем разрушать это, если можно просто жить, наслаждаться и любить? Спасибо за ваши реакции ❤️ #boosty
1 114
20
AU, где Гермиона переживает все стадии принятия... Гермиона сидела на чужой кровати, укутавшись в тонкое одеяло, и сверлила г
AU, где Гермиона переживает все стадии принятия... Гермиона сидела на чужой кровати, укутавшись в тонкое одеяло, и сверлила грозным взглядом дверь в ванную, откуда доносился шум льющейся воды. Её пальцы сжимали край одеяла так, что побелели костяшки, а в груди клокотала буря эмоций — от гнева до смущения, от возмущения до смутного, тёплого удовлетворения, которое она отчаянно пыталась подавить. Этого просто не может быть! Она не могла поверить, что обычный разговор — тот самый, который, как обычно, перешёл в ссору, — перешёл... в вертикальную плоскость. Хотя, стоит сказать честно, сначала он оставался горизонтальным. Но это уже лирика! Она всё ещё чувствовала, как её спина касалась прохладной простыни, как его руки сжимали её бёдра, как его губы — наглые, требовательные — заставляли её забыть, о чём они вообще спорили. Как он вообще посмел! Он... как Малфой вообще посмел заткнуть её поцелуем, пока она объясняла ему, что его расчёт по рунам в корне неверен! Она же была права! И она собиралась доказать это, привести факты, аргументы, ссылки на первоисточники... Но он просто наклонился, сжал её затылок, притянул к себе и поцеловал. И все её аргументы рассыпались, как карточный домик, потому что его язык был более убедительным, чем любые доказательства. Но получилось ведь неплохо... Да что уже скрывать: отлично. Не то чтобы ей было с кем активно сравнивать, но... Мерлин, даже здесь этот засранец хорош! Особенно всё, что ниже пояса. Особенно его проклятые квиддичные бёдра, которые двигались с такой ритмичностью и силой, что она потеряла счёт времени. Гермиона сглотнула, когда дверь в ванную скрипнула, и сильнее прижала одеяло к груди, с недовольством чувствуя, как сердце пропускает удар. Дверь открылась, и на пороге появился Драко: распаренный после душа, с влажными волосами, прилипшими ко лбу, и с довольной улыбкой, от которой у неё внутри всё перевернулось. Он был обнажённым: только полотенце на бёдрах, которое, казалось, держалось на честном слове. Капли воды стекали по его груди и рельефу пресса, исчезая за краем белой пушистой ткани. Он широко улыбнулся, увидев, что Гермиона уже не спит, и подмигнул — нагло, самодовольно, так, что у неё снова задёргался глаз от возмущения. А потом он небрежно скинул полотенце на пол — просто развязал узел, и оно упало, открывая всё, чем она наслаждалась прошлой ночью, — и в два шага оказался возле кровати, нависнув над ней, зажмурившейся и покрасневшей. — Доброе утро, котёнок, — его голос был низким, нежным и до неприличия многообещающим. Он наклонился, и его дыхание коснулось её щеки. — Кажется, мы собирались проверить наши расчёты ещё раз... Но для лучшей работы твоего гениального мозга ему сначала нужно разгрузиться... Гермиона открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Сглотнула и с мстительным удовольствием поняла, что он тоже зависает на ней. Она чувствовала, как его прохладные пальцы скользнули по её колену, поднимаясь выше, проникая под одеяло. И было очевидно, что именно его интересовало. Но что именно он собирался сделать? В любом случае она ещё не умывалась и вообще... И в этот момент во рту появился запах мяты, и тело стало свежим и чистым. Малфой позаботился о ней... И Гермиона выдохнула. Весь гнев, возмущение и аргументы, которые она собиралась ему предъявить, — всё улетучилось, потому что его прикосновение было важнее, чем любая ссора. Гермиона упала на спину на кровать, отпустив одеяло, позволяя Драко потянуть его и откинуть в сторону, открывая голодному взгляду свою обнажённую кожу, и подумала, что он прав. Их расчёты действительно требовали перепроверки. Но для этого нужно было, чтобы она перестала думать. А он... он умел заставлять её переставать думать лучше всего. Гермиона закрыла глаза, чувствуя, как его ладонь властно легла на внутреннюю сторону её бедра, как его дыхание коснулось её шеи, и поняла, что утро будет долгим. И что она, возможно, так и не докажет ему, что была права насчёт рун. Но, честно говоря, это уже не имело никакого значения. #зарисовка
1 030