mc2 - Место силы

Если найдете вдруг интерес к проекту — это мой, я потеряла. Шучу. Всем привет, это Янина Костицына, и я уже без трех дней год пишу один и тот же проект. Вернее, не пишу — переписываю. Я человек увлекающийся и быстро отвлекающийся, и до сих пор не могу поверить в то, что меня хватило так надолго. Александр Носков мне сразу сказал: сериалы — это марафон, это надолго, будет сложно, и ты будешь плакать. Я ему, конечно, кивала, а про себя хихикала. СКЛЕЙКА Год спустя. Я в ахере, потому что каждый раз, когда я выпиваю за то, что проект был успешно закончен — мне присылают правки. За конкретно этот проект я уже пять раз выпила, а он, падла, не заканчивается. Вернее, моя работа в нем не заканчивается. А что заканчивается? Да. Моя вовлеченность. Я уже как мужик, уставший от брака, начинаю поглядывать на сторону… но все равно возвращаюсь. И даже не из-за привычки, не потому, что тут удобнее и все понятно. ЛЮБЛЮ Я ЕГО! Это к вопросу, как сохранить интерес к проекту, с которым ты уже так долго. Во-первых, нужно его прям искренне полюбить. И не надо мне тут про то, что «это не твой проект, как его любить!». Мать не та, что родила, а та, что воспитала!!! Хотя бы один сезон. Да. Все равно считается. Я знаю, что я во всех договорах родитель автор номер 2, но проект все равно мой-родной-любимый. Если мы с Носковым ужасно поругаемся, я верю, что проект побежит ко мне на ручки, если мы сядем от него с двух сторон, как в фильме «Король воздуха». О чем я вообще?.. А! Я входила в этот проект с мыслью, что все будет просто, что я в него процентов пять мозга вложу… и оказалось… так не работает. Работа на пол-шишечки никого не задевает. Надо вкладываться целиком. А если ты вложился на полную — это уже твой проект. Это база. Второй момент (как сохранить вовлеченность) — говорить об этом проекте. Лучше, конечно, в пределах своего продакшена, хах. Ничто так не повышает интерес к своему же проекту, как реакция человека, который впервые с ним столкнулся. Ты уже такой устал и тебя это все не радует, и комедия не смешит, и вообще ты считаешь себя посредственностью… а потом режиссер такой читает и: «о, круто!». Ты сразу руку под щечку и: «А что именно тебе понравилось? Ой, а о чем ты подумал, когда впервые его почитал? Хи-хи-хи». А что творят Художники?! Оспади… когда они приносят на читку какой-то реквизит, пробы грима, костюмов… я пищу. Да что там, у меня чуть инсульт не случился, когда я увидела раскадровки. Есть что-то невероятно крутое в том, чтобы увидеть свой проект чужими глазами. Посмотреть на него по-новому. Увидеть косяки — да — но при этом увидеть и то, за что его можно любить, и в чем он очень крут. Так что, говорите о своем проекте, показывайте его тем, чьему мнению доверяете и смотрите на него под другими углами снова и снова и снова. И интерес точно не пропадет. …номожетпропастьлибидоличнаяжизньаппетитздоровьедрузья…

Part 2

За что российское кино критикуют несправедливо? Тут хотелось бы конкретики в вопросе: о каком именно российском кино идёт речь? Оно ведь разное, хотя январское кинотеатральное окно хочет убедить в обратном. Раз конкретики нет, то выскажусь по обеим ветвям кинематографа. Авторское кино принято критиковать за беспросветную драму и хтонь, но, находясь в профессии, с каждым годом я понимаю, что без драмы в базе как будто бы невозможно ни одно российское авторское кино. Таков наш менталитет, мы впитали в себя традиции великой русской литературы, где драма — это всё. Поэтому я бы не критиковал, а принял это за данность; другое дело, что драма как жанр отлично соседствует с другими, полярными ей жанрами. Я бы пробовал уходить в некую мультижанровость, которую несёт в себе, например, корейский кинематограф, — мне кажется, что этот путь может подойти и нам. Продюсерское кино критикуют за засилье сказок — тут и без меня уже высказались все, я в стадии принятия, а в этой стадии обычно мозг сам начинает выявлять хоть какие-то плюсы. Лично я надеюсь, что за время сказочных блокбастеров у нас в индустрии вырастет огромное количество крутых цеховых специалистов в области масштабного кино. И если настанет-таки пора блокбастеров не на основе IP и ностальгии, то индустрия будет к ним готова как раз благодаря сказкам. Слава Шмидт, креативный продюсер mc2

Российское кино несправедливо критикуют за качество. Знаете, что, как правило, выясняется в ходе диалога с критиком нашего кино? Во-первых, что человек мало что вообще смотрел из отечественного кинематографа, особенно современного. Во-вторых, что существует некая путаница, и сравнение идет по принципу «красное с круглым». К примеру, сходил он на новогодних каникулах в кинотеатр, посмотрел что-то, что рассчитано на широкую зрительскую аудиторию, а вообще он любит артхаус, западный, конечно (ведь после Тарковского у нас таланты перевелись), а не вот это все. Начинаю предметный расспрос, а что из нашего авторского кино смотрел за последний год, перечисляю тайтлы конкурсной программы и победителей «Маяка», лауреатов «Белого слона» и «Окно в Европу». И оказывается, что в лучшем случае — «Здесь был Юра». И на том спасибо! Но все-таки пласт современного российского авторского кино сильно шире. Да и не только авторского, но и массового. Да, есть такое явление, как фильмы братьев Андреасян, и они собирают кассу. Но из сегмента кино, рассчитанного на широкую зрительскую аудиторию, есть и такие бриллианты, как «Пророк». А уж про огромнейший пласт нашего крутого авторского кино я вообще могу говорить долго. Кроме кинокартин больших режиссеров, есть еще фильмы, снятые нашей талантливой молодежью — посмотрите вы «Каникулы», «Картины дружеских связей», «Фейерверки днем» и т.д. Да, еще удивительное открытие из недавних — зумеры не знают Кирилла Серебренникова. И вот для меня это прям культурный шок! Безусловно, для качественного развития индустрии критика важна, но предметная, содержательная. А не из серии «Пастернака не читал, но критикую». Мария Истомина, редактор отдела «Медиа и Культура» газеты «Ведомости», автор канала «Маша и Медиа»

— Part 1 — читайте тут!

Привет. Это Место силы. Российское кино часто критикуют. Всегда ли заслуженно? Разбираемся вместе с представителями киноиндустрии в нашей рубрике «5 мнений». А вы что думаете? Ждём в комментариях 💬 Part 1

Не то чтобы российское кино не в чем упрекнуть, проблем у него множество, и они растут в геометрической прогрессии. Я против редукционизма. Когда индустрию огромной страны с сотнями разной степени дарований режиссеров, совершенно различными векторами — от коммерции до арткино — описывают с помощью ярлыков: либо «мрачное фестивальное фуфло», либо «пафосные государственные блокбастеры». За кадром остаются усилия единичных авторов. Мало того, что прокатчики их работы чаще всего игнорируют, денег на менеджмент нет, так еще объявляют их картины низкопробными поделками… не видя их. Таким образом, авторский российский кинематограф, который и так оказался под давлением многочисленных «смотрящих» органов, еще больше погружается в белое пятно несуществования. Что же касается индустриального кино… будем ждать следующего опроса «Места силы»: «За что российское кино критикуют справедливо». Лариса Малюкова, автор канала «Кино с Ларисой Малюковой»

Мне кажется, что русское кино зря критикуют за отсутствие остроты и разнообразия сюжетов. Ведь существовать в условиях жестких правовых ограничений очень сложно. Здесь включается самоцензура, и это, кстати, проблема общемировая. Нельзя открыто говорить о проблемах и показывать то, что находится под запретом. Однако в основе любого сценария лежит конфликт; если убрать внешние факторы и острые темы, то написать хорошую историю становится крайне трудно. Наши кинематографисты справляются достойно, и появление таких фильмов, как «Коммерсант» братьев Кравчуков, говорит о том, что мы движемся в правильном направлении. Безусловно, проблем еще много, но критика в данной ситуации не самое лучшее решение. Главное — это диалог. Анна Арутюнова, продюсер, автор канала 80s Baby

Российское кино часто критикуют несправедливо из-за стереотипов. Многие судят о нем по самым громким афишам, рекламным кампаниям или нескольким кассовым релизам, которые на виду. Но это лишь небольшая часть того, что сегодня снимается. За пределами широкого проката существует огромное количество очень разных фильмов — тонких, смелых, честных, экспериментальных, зрительских, камерных. И именно они нередко становятся настоящими открытиями. Еще мне кажется важным отказаться от противопоставления «авторского» и «зрительского» кино. Любое кино прежде всего создают люди. Люди с разным опытом, темпераментом, взглядом на мир. И зрители тоже разные. Поэтому не бывает фильма «для всех» так же, как не бывает человека, который понравится абсолютно каждому. Есть кино, которое в какой-то момент находит именно своего зрителя. Наверное, поэтому мне гораздо ближе не культура критики, а культура рекомендаций. Вместо того, чтобы тратить силы на то, чтобы объяснить, почему что-то плохо, интереснее находить фильмы, которые действительно хочется поддержать, и рассказывать о них другим. Если картина не откликается мне, это не значит, что она не откликнется кому-то еще. И наоборот. Мне кажется, и в кино, и в жизни гораздо ценнее искать то, что вдохновляет. Находить своих авторов, свои истории, свое кино — и делиться этими открытиями. Именно так формируется живой интерес к кинематографу: не через бесконечное отрицание, а через искреннюю любовь к тому, что действительно стоит увидеть. Алина Сытова, автор канала «улица балабанова»

Продолжение ⬇️

Кинопоиск подвел итоги первого полугодия 2026-го и назвал 10 лучших российских сериалов. Наш проект «Встать на ноги» возглавил этот топ💥 Делимся цитатой из рецензии коллег:

Да, выходит, что главный архетип российского сериалостроения — по-прежнему бандит, пытающийся понять, в чем сила. Но теперь, кажется, очевидно, что сила в любви, нежности, эмпатии, которые в себе можно неожиданно открыть или воспитать. И если нам с экранов станут напоминать об этом почаще, то будет, как говорят в Пятигорске, «замурчательно». Никита Демченко, редактор российского направления медиа Кинопоиска, автор Telegram-канала «Седьмое искусство»

Спасибо, что смотрите и любите!

Всем привет! На связи Никита Лундин. Сегодня мы поговорим о том, как сценаристу работать с правками, с которыми он не согласен. Для начала надо понять: это просто эмоции или реальное несогласие? Погуляйте чутка. Поматеритесь, если надо. И ещё раз взгляните на правки. Может, они не такие уж и плохие? Если эмоции ушли, а проблема осталась, то давайте разбираться дальше. Помните о том, что с редактором или продюсером, которые дают вам правки, вы на одной стороне. У вас одна цель — сделать классную историю. Правки возникают тогда, когда что-то не работает. Но как это исправить — полностью в ваших руках. Не надо относиться к правкам слишком буквально. Не нравятся правки? Придумайте решение, которое вам нравится. Опять же, не исключено, что с тем, кто дает вам правки, вы сильно по-разному смотрите на сценарий, кино в принципе, да и вообще на саму жизнь. Это нормально. Все мы разные. Но взгляд со стороны нужен. Очень легко перевариться и перестать замечать очевидные проблемы. Или срастись с текстом так, что вам, как автору, все будет понятно, а читающему человеку со стороны не будет понятно вообще ничего. Также как и зрителю в результате. Поэтому в идеале вообще полюбить правки. Потому что с их помощью можно сделать сценарий намного лучше. Да и они будут в любом случае. Если только вы не делаете авторское кино. Поэтому, как говорится: если не можешь изменить ситуацию, измени отношение к ней.

Должно ли кино подстраиваться под запрос аудитории? Part 2

Долженствование — опасная шутка, и все зависит от того, какое кино лично вы делаете. Если бы я делал кино, то оно бы было терапевтическим. И тогда этот вопрос для меня звучал бы так: «Должен ли психотерапевт подстраиваться под запрос клиента?» И ответ был бы довольно ясен. Есть декларируемый запрос, с которым человек приходит к специалисту, и подлинный, который они вместе выясняют в ходе работы. Мне кажется, кино может работать так же: сначала автор выхватывает из воздуха осязаемый запрос, а потом предлагает решение, которое (в идеале) зрителя удивит, поразит и преобразит. Так вот, поиск этого решения — ответственность автора, которую можно разделить с близкими и единомышленниками, но нельзя перекладывать ни на фокус-группы, ни на аудиторию. Потому что никто из нас не знает, чего хочет на самом деле. Нас может интересовать тема созависимых отношений — но мы понятия не имеем, что нам нужен комедийный хоррор, где робкий парень ломает волшебную палочку, а недоступная девушка вдруг начинает ждать его под дверью и гадить ему на ковер. И еще важно понимать, что чем очевиднее тема, тем больше людей прямо сейчас пытаются ее раскрыть, Поэтому есть риск опоздать. К примеру, «Варенье из бабочек» Кантемира Балагова — кино про мужскую хрупкость. Но критики закрыли для себя эту тему примерно в 2024 году — и опоздавший фильм остался без их поддержки. Егор Москвитин, автор канала «Егор Москвитин и Санденс Кид»

Зрительское кино без запроса своего зрителя — это примерно также абсурдно, как пчелы без меда. Довольно странно ожидать, что индустрия, которой нужно зарабатывать деньги, предпочтет не привлекать потенциальных зрителей, а отпугивать их, отстраиваясь несвойственных нарративы. Для открытых чему-то новому синефилов есть авторское кино, освобожденное от необходимости зарабатывать в прокате миллиарды. Массовому потребителю, кинотеатрам и индустрии в целом необходимы простые и понятные истины. Неважно, упакуют их в формат сказки, хоррора или комедии — собирать зал на обещаниях некомфортного просмотра просто смешно. VODоворOTT

Во-первых, кино никому ничего не должно. Во-вторых, глагол «подстраиваться» сразу тянет за собой негативные коннотации. Хотя, по-моему, все просто. Чтобы кино доставляло эмоции, в нем необходим смысл. Так или иначе, мы, как авторы, транслируем через фильмы определенное высказывание. А дальше вопрос только выбора — с каким количеством людей ты хочешь поделиться этим самым высказыванием? Если это количество тебе безразлично — как автор ты можешь ставить перед зрителем сколько угодно преград на пути к смыслам, которыми решил поделиться. Если тебе важно донести свои мысли до большого количества людей — постарайся сделать для них это путешествие комфортным. Александр Белов, автор канала «Авторская комната»

____ Part 1 — читайте тут!

Привет. Это Место силы. Кино снимают для зрителя. Но значит ли это, что зритель должен диктовать, каким ему быть? Сегодня в нашей рубрике «5 мнений» представители индустрии отвечают на вопрос: «Должно ли кино подстраиваться под запрос аудитории?» Их размышления читайте ниже и делитесь, что думаете вы! Part 1

Буду говорить только за себя. Для меня, как режиссера, фильм — это прежде всего диалог со зрителем. Поэтому мне важнее выстраивать обратную связь с аудиторией, чем прямо следовать её запросам. Такой подход мне понятнее. Каждый раз, когда я начинаю работу над фильмом или сериалом, один из первых вопросов, которые себе задаю: для кого я это делаю? Я думаю об аудиторию, с которой буду вступать в диалог, и одновременно спрашиваю себя: интересно ли мне самому вести этот разговор и владею ли я языком, на котором смогу быть понятным этому зрителю. Это скорее вопрос настройки, чем подстройки. Лично у меня это не математический расчет, а скорее интуитивный подход. Попытка слепо подстроиться под аудиторию, которую не чувствуешь, обычно обречена. Легко быть пойманным на фальши. В лучшем случае будешь выглядеть неуместно, в худшем — смешно. Кино не должно быть эгоистичным, но и не должно превращаться в погоню за ожиданиями зрителя. Необходимо быть интересным друг другу. Тогда будет и успех, и удовольствие) Тимофей Жалнин, режиссёр, сценарист

Бывают создатели, которые подстраиваются под запрос зрителей, а бывают те, кто не подстраивается. Я за вторых. Уверен: кино не должно подстраиваться под аудиторию в глобальном смысле. По одной простой причине: кино — это искусство, а искусство должно оставлять после себя новый опыт. Недаром фильмы называют «картинами». Бывают картины, которые пишут под заказ или ради общего хайпа. А бывают такие, которые художник делает как некое открытие, или тот же опыт, чтобы поделиться им с миром. Но тут есть подвох, и я хочу быть честным сам с собой. Подстраиваться под запрос — это ж не одно действие, а как минимум два разных. Первое: дать зрителю ровно то, что он уже хочет, что он уже видел и просит ещё. Второе: говорить со зрителем на языке, который он понимает. И вот это второе — это на самом деле очень важно. Если это будет несусветная заумь, ее просто-напросто не поймут. Или бывает еще так, что художник презирает зрителя — это уже совсем другая крайность долбоебизма. Поэтому я бы переформулировал. Вопрос не в том, подстраиваться или нет. Вопрос в том, кто кому задаёт направление. Подстраиваться под запрос — значит идти за зрителем, плестись в хвосте зрительского вкуса, который сформировали до тебя и без тебя. А вести зрителя за собой — значит давать ему опыт, который он сам бы не заказал, потому что не знал, что такое бывает. Никто не просил «Сталкера». Никто не писал в комментариях запрос на «Догвилль». Эти вещи не отвечали на спрос — они его создавали. Настоящая ловушка слова «запрос» в том, что аудитория не знает, чего хочет, пока ей это не покажут. Меня на самом деле очень часто спрашивают с деловитым интересом, мол: «А что сейчас нужно студии? Что сейчас нужно индустрии?» — как будто на это есть правильный ответ. Запрос — это всегда шаг назад, в уже виденное. А искусство, оно, как правило, всегда смотрит вперёд. Если бы кино только обслуживало запрос, оно бы застыло (не сложно провести параллель с современным российским кино, правда?) Так что моя позиция такая. Кино не должно подстраиваться под запрос. Но оно обязано уважать зрителя — достаточно, чтобы говорить с ним внятно, и достаточно, чтобы верить, что он способен на новый опыт, а не только на повторение знакомого. Я стараюсь не обслуживать спрос. Но я и не делаю вид, что зрителя нет. Я делаю картину, которую сам хотел бы увидеть, — и доверяю, что найдётся тот, кто захочет увидеть её вместе со мной. Саша Носков, креативный продюсер mc2

Продолжение тут⬇️

Всем привет! Помните чертей-разбойников из второго сезона «Волшебного участка»? Сегодня предлагаем заглянуть в наш мудборд и поближе познакомиться с образами этих героев! Персонажи получились по-настоящему «адовыми»: акцентные линзы, рога, фактурный грим сделали их одновременно сказочными и немного пугающими. Образ чертовки задумывался как резкий и «хищный», поэтому художники заметно трансформировали внешность актрисы — изменили цвет и фактуру волос с помощью парика, поработали с формой носа, щёк и текстурой кожи. При этом было важно сохранить баланс: героиня должна была быть похожа на своего напарника, но не потерять женственность. Отдельное внимание пришлось уделить практической части образов. В сцене ограбления герои много двигаются, поэтому их рога должны были оставаться прочными и выглядеть естественно в кадре. Именно поэтому их высота не превышала 15 сантиметров — более крупные конструкции были бы слишком хрупкими и неестественно шевелились при резких движениях. Смотрим эскизы, первые наработки и референсы (фото 3-8) и сравниваем с финальными образами, которые вошли в сериал (фото 1-2)!

Всем привет! На связи Никита Лундин. Рубрика «Неинтересный кинофакт»: принято считать, что создатели «Фарго» были первыми, кто использовал титр «основано на реальных событиях» в качестве маркетинговой уловки. Но на самом деле первым был Михаил Круг с песней «Фраер», ведь она не могла быть написана со слов центровой красючки Нины Картинки и тверской сводницы Клавки-Помидорихи, потому что в реальности их даже не существовало.

Какой тренд в кино вам хочется запретить на ближайшие пять лет? Part 2

Я бы хотел, чтобы как можно скорее закончился тренд на сказочную ностальгию. Эта бестолковая волна ремейков, приквелов и переосмыслений народного / советского фольклора в формате мультфильмов, мультсериалов, полнометражных фильмов и лайв-экшен картин не вызывает у меня как у кинокритика ничего кроме разочарования. Бесконечно мучить создателей на тему эскапизма — уже дурной тон. В интервью честно на вопрос «Почему вы обратились к теме Х» никто не отвечает, скрывая то ли банальную трусость, то ли невозможность честно говорить про (законодательное) ужесточение границ и выбора тем, на которые ещё можно что-то снимать. С точки зрения маркетинга я понимаю, что это лёгкий вариант. Но кино — не только бизнес, а ещё и высказывание. Превращение фильмов в инструмент доения прибыли — угнетающий процесс, как минимум со стороны. А как же инновации? Как же оригинальные, свежие, новые истории? Кинематографисты так часто говорят, подхватывая государственный нарратив, что у России свой путь. Так почему, даже эксплуатируя собственное прошлое, вы повторяете стратегию сегодняшнего Голливуда? Тимур Алиев, автор канала «Комендант кинокрепости»

____ Part 1 — читайте тут!

Привет. Это место силы. В прошлый раз мы искали исцеление в кино, а сегодня поговорим о том, что нас уже достало. Где хочется нажать «стоп» и сказать: «Ребята, давайте хотя бы пять лет без этого». В этот раз в нашей рубрике «5 мнений» представители киноиндустрии ответили на вопрос: «Какой тренд в кино вам хочется запретить хотя бы на ближайшие пять лет?» Читайте ниже — и не сдерживайтесь в комментариях😉

Если говорить про российское кино, я бы запретила тренд показывать в кадре колоски. Это уже стало буквально «общим местом» и сильно напрягает при просмотре фильмов и сериалов. А если серьёзно — я бы запретила тренд на следование конъюнктуре (в плохом смысле этого слова). Мне кажется, сегодня и в России, и в целом в мире существует определённый страх выбиваться из общей массы. Часто кино создаётся по понятной схеме: есть набор ожиданий, проверенных решений и представлений о том, каким проект «должен» быть. И большинство стараются этим правилам следовать. Люди боятся отпустить себя и сделать не похожее ни на что кино. Но по-настоящему ценными для нас как раз становятся фильмы, которые противостоят общему потоку, рискуют и говорят с нами на собственном языке. Безусловно, талантливые проекты появляются и сейчас, но, как правило, талантливо в них сделаны какие-то отдельные моменты, а когда кино становится цельным, ярким и действительно авторским высказыванием, это до сих пор воспринимается как исключение, а не как норма. Поэтому я бы запретила не какой-то конкретный жанр или приём, а страх выделяться, быть непохожим на остальных. Хочется, чтобы у авторов было больше свободы для смелых и неожиданных высказываний — ведь именно они в итоге и продвигают кино вперёд. Сусанна Альперина, автор канала Alperina

О, дорогие коллеги, это очень смелый вопрос, и на него не получится ответить не смело. Не в моих компетенциях что-либо запрещать, я вообще против запретов, но если представить, что завтра мы проснёмся и всё будет по-другому, вот как бы это выглядело: я бы не надеялась на «хайп» как на двигатель процесса. Актёр, актриса, режиссёр выстрелили — всё, надо расписать их на пять лет вперёд. Молодой талант ещё не завоевал доверие и любовь зрителя, а он уже — звезда. Так же и с историями. Понятно, что сейчас кризис идей, но я бы убрала тренд на франшизы и многосезонность, ведь видно же, когда герои едут по протоптанной дорожке и ничего интересного с ними не происходит. А ещё я вижу тренд: индустрия снимает для индустрии. Время вспомнить, для чего мы снимаем и создаём контент… Не для того, чтобы попасть на тот или иной фестиваль. Не для того, чтобы отчитаться перед фондами и инвесторами. А для того, чтобы творчеству было больше места. Время позаботиться и о зрителе тоже. Юлия Хамитова, автор канала «Вызывной»

Безумно хочется запретить тренд запрещать! В остальном — пусть зритель голосует вниманием и рублём. Елена Милиховецкая, редактор mc2

Тренд, который мне хочется запретить на пять, а то и больше лет, уже далеко не новый, но, к сожалению, не сбавляющий обороты. Речь про игровые ремейки анимационных проектов. Я прекрасно понимаю, почему они продолжают штамповаться (это прибыльно), но в то же время совершенно не понимаю, зачем смотреть их, если есть оригинальный мультфильм. Можно предположить, что Disney переснимает свою классику, потому что ей сто лет в обед, а технологии и нравы не стоят на месте. Но кейсы вроде «Моаны», между анимационным оригиналом и игровым ремейком, которому всего 10 лет, вызывают искреннее недоумение. Даже если ремейк сделан компетентно, как в случае с «Как приручить дракона», сам факт его существования для меня крайне сомнителен. Этим, кстати, грешит не только Голливуд, но и наша киноиндустрия, пытающаяся отстраниться от западного влияния, но при этом копирующая её модели в каждой «новогодней битве». Вадим Богданов, автор канала «Дневник Патерсона»

Продолжение ниже 👇

Привет! С вами Маркин. Просто хочу напомнить, что фильм по итогу — режиссёра, деньги — продюсера, а награда сценариста — максимальная приватность!

Привет. С вами Ежов, и сегодня хочу обсудить одну важную тему: Как вводить правила мира (особенно фэнтезийного) так, чтобы не перегрузить ими зрителя? Скажем сразу: это одна из сложнейших сценарных задач. Ее решение зависит от типа истории: а) она разворачивается в отдельном мире, не имеющего ничего общего с нашим («Звездные Войны», «Властелин Колец»); б) фэнтезийный мир существует параллельно нашему («Матрица», «Гарри Поттер»). Первый случай, пожалуй, самый проблематичный для сценариста, и работающих в сегодняшних реалиях решений тут почти нет. Делать так называемый «скролл» — ползучие титры из «Звездных войн» или не ползучие как в «Бегущем по лезвию» — это уже не комильфо. Зритель, в конце концов, пришел кино смотреть, а не книжку читать. Есть вариация «скролла» — это монтаж под закадровый голос. Хрестоматийный пример — «Властелин колец». Сценаристка Филиппа Бойенс рассказывала, что они с Питером Джексоном эту открывающую сцену десятки раз переписывали, пока не нашли идеальную реализацию. Однако высок риск, что и такая версия будет звучать как занудный урок истории. Пожалуй, единственный возможный вариант «скролла» — это пропустить его через некий фильтр, найти для него яркое и подходящее тональности проекта художественное воплощение. Например, книжка со сказкой в «Шрэке» (как вам, кстати, тизер пятой части?) работает, потому что она не просто в той же тональности, что и фильм, но и является по сути самим фильмом в миниатюре: рассказывается стандартная сказка и тут же выворачивается наизнанку — комментарием Шрека, отрыванием страницы и склейкой на кабинку туалета. Но, все же, если вы не адаптируете мощное IP (и если вы не Питер Джексон), то истории, которые требуют подобных открывающих сцен, лучше вообще не писать. Для второго типа — параллельный нашему фэнтезийный мир — есть действенный прием, а, точнее, два. И они обязательно должны идти один за другим — как дубль в боксе — иначе ничего не получится. Первый удар: покажите как этот мир работает через действие с минимумом объяснений. Первые полчаса в «Матрице» мы вообще не понимаем, что происходит, но выглядит все это очень захватывающе. То же самое в первом «Гарри Поттере» — мы видим трех магов и их способности, а позже и способности самого Гарри, который пока не умеет их контролировать. Но в начале историй правил мира мы не понимаем. Второй удар: сделайте так, чтобы ключевой персонаж (надежнее — главный герой, но не обязательно) знакомился с фантастическим миром вместе со зрителем. И Нео, и Гарри «приводят» в новый для них мир персонажи-проводники. И если вы хорошо сделали свою работу с первым актом, то зрителю будет НЕ ТЕРПЕТЬСЯ послушать экспозицию и разобраться уже наконец в тех самых правилах мира. Он с радостью послушает пятиминутный урок от «Морфиуса» или высидит несколько академических часов с Гарри Поттером.

Всем привет! На связи Злата Калмина, художник-постановщик сериала «Встать на ноги». Сегодня расскажу про квартиру Оли — мы создавали её не как декорацию, а как живое пространство, в котором действительно могла бы существовать наша героиня. Первым делом мы расширили межкомнатные проёмы, чтобы девушка могла свободно передвигаться на коляске. Дальше взялись за кухню (фото 1-3). Наша задача была сделать её удобной для маломобильного человека, но при этом сохранить базу от тех времен, когда здесь жили родители Оли. «Ремонт» должен был выглядеть реалистично и соответствовать финансам девочки-студентки. Со стенами, кстати, всё пошло не по плану. Изначально мы хотели оформить кухню иначе, но во время демонтажа старых обоев обнаружили родную плитку. Она нам понравилась, и мы решили её оставить, подобрав советские обои в тон. Правда, когда уже смотрели готовые серии на фестивале, мы с оператором так и не поняли, было ли это решение самым удачным из всех возможных или нет)) В комнате Оли (фото 4-5) тоже важно было учесть особенности её быта: удобный подъезд к столу и кровати, рейл с одеждой, зеркала, расположенные на комфортной высоте. Тут, кстати, тоже всё пошло не так, как мы планировали) Изначально мы задумали комнату очень яркой: с розовыми советскими обоями, доставшимися от прежнего интерьера, поверх которых Оля вместе с друзьями наклеила бы фотообои с цветами. Но, наклеив их в первую очередь, и посмотрев на объект, мы с режиссёром Пашей и оператором Ваней поняли, что девушка скорее вложила бы силы именно в ремонт этой комнаты, где живёт каждый день. Поэтому мы отказались от советских обоев и сделали стены белыми — словно недавно обновлёнными. Так пространство стало выглядеть свежее и больше соответствовать характеру героини. А ещё в комнате Оли есть зеркало (фото 6), которое мы все очень полюбили. Через него снято много сцен сериала. Нашли мы его совершенно случайно по дороге в Пятигорск. Остановились на ночь в небольшом городе, листали «Авито» от скуки, а через пять минут уже ехали по адресу забирать это зеркало. В итоге оно стало настоящим артефактом нашей квартиры! При работе над ванной (фото 7) нам очень помогла моя тёзка Злата — консультант сериала. Она подробно рассказала обо всех бытовых нюансах и процедурах, с которыми сталкиваются маломобильные люди. Благодаря её рекомендациям пространство получилось действительно функциональным. Например, именно так у нас появился специальный стул на колёсиках, на который героиня пересаживается с коляски. Ну и, конечно, комната Старого (фото 8-9). Сюда мы хотели поместить максимум вещей, вызывающих чувство ностальгии. Важно было сохранить ощущение тесного пространства, к которому персонаж привык за годы заключения, и при этом показать его постепенно раскрывающиеся чувства от нахлынувших воспоминаний. Сначала мы думали использовать фотообои с местными пейзажами — горами и водопадами, похожими на те, что окружают локации съёмок. Но чем глубже разбирали персонажа, тем яснее становилось, что ему ближе совсем другое. Так в комнате появились пальмы, солнце и пляж — как символ мечты о чём-то далёком и прекрасном. В итоге кадр, где Старый стоит в солнечных очках (кстати, они принадлежат нашему оператору Ване) на фоне пальмы, стал одним из самых тёплых и запоминающихся во всём сериале. Вот так квартира Оли постепенно превратилась не просто в локацию, а в одного из героев этой истории!

Если бы психолог прописал вам три фильма/сериала в качестве лекарства, что это было бы?  Part 2

Я думаю, что это были бы лайтовые комедии, драмеди или боевички, причем не полнометражные, а сериальные. Они отлично расслабляют и позволяют хотя бы на время отвлечься от проблем. Отвлекать от трудностей — все же одна из важнейших функций кино. Думаю, мне бы точно прописали легковесный, но очаровательный «Офис», или какой-нибудь долгоиграющий пустяковый боевик типа американского «Новичка». Ну, а на роль драмедийного и терапевтического сериала отлично подойдет британская «Чистота», главная героиня которой сталкивается с психологическими проблемами, но не сдается и пытается начать новую жизнь Иван Ковальчук, автор каналов «Культовые русские сериалы», «Получка»

«Дрянь» — это моя Римская империя. «Сорри, бэйби» — Ева Виктор бьёт чётко по всем болевым точкам, но после финала становится полегче на душе. «Любовники» — могу пересматривать бесконечно и кайфовать от музыки, визуала, актёров, вообще от всего. Лечебное для меня кино. Юлия Клейм, автор канала the bingewatcher

________ Part 1 — читайте тут!

Привет.  Это Место силы. Мы уже обсуждали здесь травмирующие фильмы, а сегодня вспомним проекты, которые, наоборот, способны исцелить. В этот раз в нашей рубрике «5 мнений» представители киноиндустрии ответили на вопрос: Если бы психолог прописал вам три фильма/сериала в качестве лекарства, что это было бы?  Читайте ниже и делитесь в комментариях своими целительными проектами! Part 1

Если накрывает уныние и опускаются руки, то мне помогают взбодриться фильмы про людей, одержимых целью. Например, «Самый быстрый Индиан». А фильмы про кунг-фу с Джетом Ли вроде «Однажды в Китае» как будто внутренне меня разгоняют, и я бессознательно наподдаю всем тревогам и печалям. А если все совсем плохо, то на помощь всегда приходит сериал «Офис». Наверное, с его помощью я погружаюсь в знакомый мне ламповый мир, который уже никогда не смогут испортить никакие происходящие сегодня события. Никита Лундин, креативный продюсер mc2

«Без свидетелей» — адаптация израильского сериала Хагая Леви («Любовники», «Сцены супружеской жизни»), больше известного по версии HBO In Treatment, сильно опередивший свое время, но так же сделавший много, чтобы нынешнее поколение тотально заботилось о своем психологическом здоровье. Четыре дня в неделю к психоаналитику приходят пациенты, а на пятый день он сам идет к своему психоаналитику. Только у нас в центре первого сезона женщина (Ксения Кутепова). Блистательные Мария Смольникова, Даша Мороз, Валерий Баринов, Наталья Рогожкина, Андрей Ильин говорили потом, что после своих ролей задумывались и начинали разбираться в себе. Горжусь, что была продюсером этого проекта и остаюсь его зрителем.  «Шерлок» ВВС с Камбербатчем — просто потому что с ним всегда хорошо. Такое рождественское настроение и привычка смотреть его в новогодние дни.  «Медведь» (первые три сезона, четвертый не порадовал, посмотрим, каким будет пятый финальный). Могу пересматривать с любого места и открывать все новое про мучительные пути героев из хаоса и бессмысленности бытия к осмысленности и гармонии. Елена Афанасьева, автор канала «Афанасьева ТВ&Digital», ведущая программы «Се/Реальность» на радио «Серебряный дождь», продюсер

• «Человек, который изменил всё». Многие из нас не замечают в себе синдром самозванца, и Аарон Соркин написал кино, которое без излишней романтики работает с этой проблемой. История Билли Бина — идеальный гид по выживанию в ужатых экономических условиях да ещё и с негативно настроенными коллегами. Фильм учит менять не себя под систему, а саму систему под свои задачи, опираясь на холодный расчет и упрямство. • «Идеальные дни». Вим Вендерс снял чистейший дзен-манифест. История чистильщика туалетов Хираямы учит находить абсолютное подлинное счастье в рутине, аналоговых кассетах, чтении по ночам и фотоплёнке. Фильм напомниает о том, что мир не рухнет, если вы на пару часов выключитесь из режима выгорания и просто сядете в парке порефлексировать с природой. • «Сны поездов». Это глубокая, медитативная история о принятии неизбежного. Она действует как терапевтическое одеяло-утяжелитель. Погружая в меланхоличный ритм, драма помогает пережить внутреннее разрушение после психологических потрясений, возвращая к базовым настройкам. • «Человек на Луне». Наверное очень близкое по настроению со «Снами поездов». Дэмьен Шазелл снял не кино о космосе, а глубокую драму о потере. Нил Армстронг строит вокруг себя эмоциональный панцирь после смерти дочери. И итоговое напряжение, присущее фильмам Шазелла, улетает в лунный кратер, отпуская всю боль и переживания. Фильм для тех, кто привык держать лицо и прятать травмы за работой. Ну и саундтрек Гурвица, мелодично проигрывающийся в разных аранжировках на протяжении всей картины. Основную тему включаю во время взлета и посадки на самолёте. Кирилл Шиверновский, автор канала «Кинотеатр Шрёдингера»

Продолжение ниже 👇

Привет! На связи Павел Тимофеев, режиссёр «Встать на ноги», и сегодня хочу рассказать вам историю про кота. В пятом эпизоде нашего сериала появляется кот. Его мы попросили в церкви, больно приглянулся: хороший, рыжий, толстый. Батюшка выдал нам пушистого актёра с возвратом.  Итак. Снимаем мы очередную сцену на улице, в ней Гоша должен принести кота в кофейню. Ничего не предвещает беды. И тут в кота буквально вселяется дьявол. Прямо в кадре он вцепляется в руку Гоше, истошно орёт, вырывается и убегает в закат (видео с этим легендарным побегом сохранилось, но оно не для слабонервных — в целях безопасности вашей нервной системы мы решили его не показывать😅). Пытались поймать его всей командой, но ничего не вышло. Дальше пришлось выкручиваться: этого кота мы уже целый день снимали, и переснимать все сцены возможности не было. Я звонил Носкову, мы придумывали по телефону, как поступить, как переписать, как оправдать. Идея пришла: давайте возьмём другого кота и не будем скрывать. Этот вариант и вошёл в итоге в сериал. Так что, если вы задавались вопросом, почему в проекте мы сделали двух разных котов, теперь вы знаете всю правду.   Кстати, церковного питомца нашли спустя 4 часа. Успокоили, покормили, и отправили обратно к батюшке — бесов изгонять. Нельзя ему было, видимо, выходить за пределы священного места. P. S. Другого кота, запасного, мы нашли под машиной в соседнем дворе, благо в Пятигорске их много

Всем привет, это Слава Шмидт и сценарный приём, о котором вспоминают так же редко, как и о виджее Арчи с Муз-ТВ. Что в случае с Арчи — логично, но в случае с драматургией — никак нет. «Конфликт в сценарии можно не решать. Его можно исчерпать». Принято считать, что в сюжете необходим конфликт, а если он есть, то его надо непременно разрешить. Герой чего-то хочет, мир сопротивляется, потом катарсис, развязка — кто-то победил, кто-то проиграл. Схема рабочая, но вот уже некоторое время я думаю о том, что конфликт может и не решаться, он может быть просто исчерпан, из него как будто будет удален один важный элемент, и конфликт перестаёт существовать, будучи не решенным. Далее спойлеры, но, друзья, тут одному произведению почти 150 лет, а второму — 20. Пример 1 — «Анна Каренина». Её война с мужем, с обществом, с собой так и не получает решения. Под колёсами поезда исчезает один из полюсов (сама Анна) — и конфликту просто не из чего больше состоять. Никто не выиграл. Читатель такого не ждёт, но и не возмущается, ведь почва для обнуления конфликта была подготовлена заранее. Пример 2 — «Старикам тут не место». Тоже литературный первоисточник, но и на кинопочву этот приём лёг вполне удачно. Зрителя весь фильм готовят к финальной дуэли Мосса и Чигура, а по итогу Мосса убивают где-то в дешевом мотеле залётные мексиканцы, и мы даже не видим, как именно это произошло. Главное противостояние не получает кульминации вообще, лишив фильм классической голливудской развязки.   Этот приём чаще используют в авторском кино, ведь там мир зачастую как раз равнодушен, и иногда всё просто заканчивается, потому что, как и в жизни, половина наших конфликтов не получает чёткого финала: мы просто устаём, выдыхаемся, идём дальше. Присмотритесь, возможно, ваша история проигрывает как раз из-за прямолинейного решения конфликта и этот приём для вас. Но тут важно помнить: чтобы конфликт можно было исчерпать, его сначала надо доверху наполнить. Иначе зритель почувствует не горькую правду жизни, а то, что сценарист поленился придумать финал.  

Что сегодня сильнее влияет на успех проекта: его качество или маркетинг? Part 2

Ответ на этот вопрос — разный в разные времена. Во времена стримингового бума России рубежа 2010-х и 2020-х успех проекта определял маркетинг. Тогда уровень оригинальных проектов онлайн-кинотеатров неумолимо стремился ввысь, и отечественное кино существовало в одном конкурентном поле с Netflix, Apple, Amazon и другими глобальными игроками. Оригинальное производство работало на привлечение в подписку, а любой сериал боролся за внимание и каждого зрителя. Поэтому с ростом престижа креативного продюсера/шоураннера росла и ценность маркетолога, который мог этого шоураннера аудитории продать. Сегодня важнее качество проекта, потому что аудитория российского кино давно сложилась, привлечение замедлилось, а библиотека и качество продукта стали важнее эксклюзивов каталога. Теперь мало привести аудиторию на фильм или сериал — аудитория должна на нём удержаться вплоть до самого конца, чтобы у сериала появился сарафан, чтобы контент продавал себя сам, чтобы подорожавшее привлечение для заказчика проекта окупилось на дистанции. Это не значит, что маркетинг теперь не важен. Скорее, из-за дефицита кадров, проблем с контентом и недостатка конкуренции мы оказались в ситуации, когда сильный оригинальный контент is the king. Таких сильных кейсов стало кратно меньше, потому и сколько аудитории ни приводи, удержать её теперь сложнее. Особенно в условиях вновь процветающего пиратства, которое теперь спокойно живёт на «легальных» площадках. Влад Копысов, автор канала «Заскриптованный»

Немного позанудствую, потому что если не я то кто. Прежде всего нам надо определиться с терминами: «успех» и «качество». С точки зрения маркетинга «успех» — это если куплен билет или просмотрено определенное количество минут на стриминге. Как при этом зритель относится к проекту, остается ли от него какой-то заметный след в поп-культуре, значения, в общем-то, не имеет. Я, вот, например, с огромным трудом посмотрел сериал «Эйфория», но с точки зрения платформы HBO Max я повилял на его безоговорочный успех. А что заставило меня давиться этим сериалом? Прежде всего ощущение культурной значимости, которое витало в воздухе, типа, «все смотрят». Недавно в New York Magazine вышла большая статья о том, что, если коротко, все наши алгоритмы в соцсетях на 90% состоят из скрытого маркетинга. Все эти якобы органические посты о различных фильмах, сериалах, музыкантах и так далее, в большинстве своем — стэлс-маркетинг. Оттуда, частично, и создается ощущение FOMO, «страха упущения». Оттуда следует и мое убеждение, что «Эйфорию» «надо» посмотреть. И тогда, как бы противно это ни было, но ответ на вопрос становится: маркетинг влияет сильнее. Но теперь о «качестве». Кино это все-таки не колбаса, ГОСТа тут нет. «Ведьма из Блэр» снята на дешевый камкордер, но не думаю, что у кого-то повернется язык назвать этот кинофеномен «некачественным» (кстати, говоря о маркетинге, вот где рекламная кампания была гениальной, когда многие зрители верили, что фильм — это реальная запись, и люди в кадре действительно пропали). А какой-нибудь «Дом дракона» снят так, что не докопаешься, но «качественным» мне этот сериал не кажется совершенно. Однако я часто замечаю, что по-настоящему сильные проекты мимо зрителя не проходят, даже в отсутствии яркого маркетинга. Вспомните, что вообще-то первый сезон «Очень странных дел» стал популярным абсолютно органически, безо всякой раскрутки. Или, скажем, сейчас я от разных знакомых слышу про сериал «Бухта вдов», которого Apple TV будто бы стыдится — а зря. Это, пожалуй, лучший сериал года. Так что с этой точки зрения ответ на вопрос, пожалуй: качество проекта (в значении «проект приходится по вкусу большому количеству людей») влияет на успех сильнее. Но, на самом деле, друзья, у каждого из нас свои стандарты качества. И критерии успеха тоже. И даже маркетинг подстраивается под каждого из нас, и чем дальше, тем больше. Так что привет от моего информационного пузыря вашему! Кирилл Ежов, креативный продюсер mc2

_____ Part 1 — читайте тут!

Привет. Это Место силы. Сегодня обсуждаем вопрос, который уже давно не даёт покоя индустрии: что важнее для успеха проекта — его качество или маркетинг? Своими мыслями на эту тему поделились представители киноиндустрии в рубрике «5 мнений». Читайте ниже и делитесь в комментариях, что думаете вы! Part 1

Что такое успех проекта? Сборы, количество зрителей, сарафан в соцсетях? «Бегущий по лезвию» в свое время провалился в прокате, но позже стал культовым. Допустим, успех — это когда проект посмотрело как можно больше зрителей. И сейчас, и во все времена на это сильнее влияет маркетинг. Силу маркетинга мы, наконец-то, смогли физически ощутить, «пощупать», когда в 2022 году с рынка ушли все мэйджоры, а с ними — их региональные офисы, бюджеты и стратегии. И прекрасные голливудские блокбастеры внезапно перестали собирать — потому что зритель был не в курсе их существования в прокате. А многим маркетологам без готовых голливудских стратегий «сверху» пришлось сильно перестраиваться и учиться работать с нашим контентом с нуля. Ты можешь снять невероятно классный проект, но если зрители о нем не узнают — они его не посмотрят. Ольга Белик, автор канала «КиноКотик»

50 на 50. Ну ладно, 30 на 70, где 70 всё же маркетинг. Я из тех, кто шарится по соцсетям и внимательно читает посты обо всех новинках. А еще, меня легко увлечь в какую-то историю эдитом о том или ином фильме/сериале. Если сериал качественный, контент по нему разлетается, как горячие пирожки. Качество проекта важно, как подъемная сила для самолета, что не дает ему потерять высоту. А вот маркетинг — это тяга, помогающая взлететь. Так что, наверное, мой ответ: маркетинг. Но опять же, даже самый хороший маркетинг не спасет некачественный проект. Янина Костицына, креативный продюсер mc2

Мне кажется, эти вещи невозможно разделять. Они существуют в тесной связке и постоянно взаимодействуют друг с другом. Но если цинично выбирать что-то одно, то, наверное, маркетинг. Потому что, мне кажется, любое говно можно красиво упаковать, и люди на него пойдут А если фильм окажется плохим, люди потом скажут: «Нас обманул маркетинг». И сам факт существования этой фразы говорит о том, что маркетинг иногда способен оказаться впереди качества картины. Но это именно циничный взгляд. Глобально же вообще не хочется думать такими категориями: «Что важнее?» Важно всё. Нужно уметь делать хороший контент и нужно уметь правильно рассказывать о нём аудитории, продавать его. При это маркетинг не должен манипулировать зрителем или искусственно создавать ожидания, которым фильм не соответствует. Всё должно быть аккуратно и нежно по отношению к человеку, который приходит смотреть кино. Подводя итог: правда не хочется делить одно художественное произведение и выбирать, что важнее. Нужно уделять внимание обоим аспектам: в первую очередь — качеству, во вторую очередь — маркетингу. И учиться соединять это в одно! Артём Ремизов, автор канала «Ремизорро»